Расстрел царской семьи это:

Расстрел царской семьи
Убитые в доме Ипатьева. По часовой стрелке: Николай II с семьёй. (Слева направо: Ольга, Мария, Николай, Александра, Анастасия, Алексей и Татьяна), лейб-повар И. М. Харитонов, камердинер полковник А. Е. Трупп, комнатная девушка А. С. Демидова, лейб-медик Е. С. Боткин

Расстре́л ца́рской семьи́ (бывшего российского императора Николая II, его семьи и прислуги) был осуществлён в подвале дома Ипатьева в Екатеринбурге в ночь с 16 на 17 июля 1918 года во исполнение постановления Уральского Совета рабочих, крестьянских и солдатских депутатов, возглавлявшегося большевиками[1].

Несмотря на отсутствие документальных подтверждений (с этим утверждением согласны не все современные историки[2]), большинство историков полагают, что расстрел Николая II был санкционирован руководством РСФСР — Лениным и Свердловым[3][4]. Вопрос о наличии санкций центральных властей Москвы на убийство семьи и прислуги Николая II остаётся в современной историографии дискуссионным.

Среди юристов также нет единства по поводу наличия санкций центральных советских властей на расстрел. Если эксперт-криминалист Ю. Жук в 2008 году утверждал, что известно доподлинно о факте действия исполкома Уральского областного Совета в соответствии с инструкциями первых лиц Советского государства[5], то старший следователь по особо важным делам СКП Российской Федерации В. Соловьёв, который вёл расследования на протяжении нескольких лет, в своих интервью в 2009—2010 гг. высказался, что расстрел в Екатеринбурге проводился без санкции Ленина и Свердлова, и что Ленин был даже против расстрела[6][7][8].

Поскольку до решения Президиума Верховного суда России от 1 октября 2008 года считалось, что Уральский облсовет не являлся судебным или иным органом, который имел полномочия выносить приговор, описываемые события долгое время рассматривались с юридической точки зрения не как политические репрессии, а как убийство, что препятствовало посмертной реабилитации семьи бывшего императора[9].

Останки пяти членов императорской семьи и их слуг были найдены в июле 1991 года неподалёку от Екатеринбурга под насыпью Старой Коптяковской дороги. В ходе следствия по уголовному делу, которое вела Генпрокуратура России, останки были идентифицированы. 17 июля 1998 года останки членов императорской семьи были захоронены в Петропавловском соборе Санкт-Петербурга. В июле 2007 года были найдены останки царевича Алексея и Великой княжны Марии.

Содержание

Причины расстрела

Николай II с дочерьми Ольгой, Анастасией и Татьяной (Тобольск, зима 1917 года)[10]

Идея о физическом уничтожении всех членов царствующего дома зрела в российском революционном движении столетие — от декабриста П. Пестеля, через народовольца С. Халтурина идею подхватили революционеры начала XX века — эсеры и большевики, лидер которых В. Ленин призывал к физическому уничтожению членов царствующей династии во многих своих работах, начиная с периода первой русской революции[11]:115—119.

После Февральской революции Николай II отрёкся от престола и вместе с семьёй находился под домашним арестом в Царском Селе. Как свидетельствовал А. Ф. Керенский, когда он, министр юстиции Временного правительства, всего лишь через 5 дней после отречения поднялся на трибуну Московского Совета, он был осыпан градом выкриков с места с требованием казнить Николая II. Он писал в своих воспоминаниях: «Смертная казнь Николая Второго и отправка его семьи из Александровского дворца в Петропавловскую крепость или Кронштадт — вот яростные, иногда исступлённые требования сотен всяческих делегаций, депутаций и резолюций, являвшихся и предъявлявших их Временному правительству…»[11]:119. В августе 1917 года Николай II и его семья по решению Временного правительства были высланы в Тобольск.

После прихода к власти большевиков и начала гражданской войны, в апреле 1918 года, получено разрешение Президиума (ВЦИК) четвёртого созыва о переводе Романовых в Москву с целью проведения суда над ними[12].

Ввиду наступления Чехословацкого корпуса и Сибирской армии на Восточном фронте, по мнению российского юриста Ю. А. Жука большевиками было решено спешно осуществить убийство в Екатеринбурге, куда на тот момент была переправлена царская семья[13].

В качестве одной из причин расстрела советские власти называли заговор с целью освобождения Николая Александровича. Однако, по воспоминаниям самих участников операции по ликвидации Романовых (напр., членов коллегии Уральской ОблЧК И. И. Родзинского и М. А. Медведева (Кудрина)), этот заговор на самом деле являлся провокацией, организованной уральскими большевиками с целью получить основания для убийства[14].

Ход событий

Одна из последних фотографий Николая II, сделанная во время его ссылки в Тобольске[15]

Ссылка в Екатеринбург

Историк д. и. н. А. Н. Боханов пишет, что существует множество гипотез, почему царя вместе с семьёй перевезли из Тобольска в Екатеринбург, собирался ли «он бежать», утверждают разное, однако со всей определённостью сегодня можно констатировать лишь тот факт, что переезд в Екатеринбург вытекал из стремления большевиков ужесточить режим и подготовить ликвидацию царя и его семьи[16].

А. Г. Латышев пишет, что ВЦИК решил, во-первых, подготовить открытый судебный процесс над Николаем II, во-вторых, перевезти всех Романовых из Тобольска в Екатеринбург. Организовать этот переезд было поручено особоуполномоченному ВЦИК Василию Яковлеву, которого Свердлов хорошо знал по совместной революционной работе в годы первой русской революции[11]:124.

Присланный из Москвы в Тобольск комиссар Василий Яковлев (Мячин) возглавил секретную миссию по вывозу царской семьи в Екатеринбург с целью последующей переправки её в Москву. В силу сложившихся обстоятельств, связанных в первую очередь с болезнью сына, Николай II с императрицей решили оставить всех детей, кроме Марии, в Тобольске в надежде воссоединиться с ними позднее.

22 апреля 1918 года колонна из 150 человек с пулемётами, сопровождавшая бывшего царя, выступила из Тобольска в Тюмень. 30 апреля поезд из Тюмени прибыл в Екатеринбург, где Яковлев передал императорскую чету и дочь Марию руководителям Уралсовета А. Г. Белобородову, Ф. И. Голощёкину и Б. В. Дидковскому. 23 мая в Екатеринбург переправили остальных детей Николая II и свиту.

По прибытию в Екатеринбург местная ЧК арестовала членов царской свиты, адъютанта царя графа Татищева, камердинера Волкова, камер-фрейлину графиню Анастасию Гендрикову и придворную лектрису Екатерину Шнейдер. Все эти лица, а также князь Долгорукий, прибывший в Екатеринбург вместе с Николаем и Александрой, были расстреляны. Исключением стал лишь камердинер Волков, который был вывезен большевиками в Пермь, однако смог сбежать с места расстрела[источник не указан 362 дня].

Согласно работе участника событий коммуниста П. М. Быкова, князь Долгорукий был заподозрен в попытке организовать побег царя из-за того, что он вёл себя «подозрительно», и при нём были обнаружены две карты Сибири с обозначением водных путей и «какими-то специальными пометками». Большинству оставшихся членов свиты большевики приказали покинуть губернию, заявив, что «в их услугах более не нуждаются». Врачу наследника Деревенько было разрешено остаться в Екатеринбурге в качестве частного лица и два раза в неделю осматривать наследника под надзором коменданта дома Ипатьева Авдеева.

Заточение в доме Ипатьева

Семью Романовых разместили в «доме особого назначения» — реквизированном особняке горного и военного инженера-строителя Н. Н. Ипатьева. Здесь с семьёй Романовых проживали пять человек обслуживающего персонала: доктор Е. С. Боткин, камер-лакей А. Е. Трупп, комнатная девушка и горничная императрицы А. С. Демидова, повар И. М. Харитонов и поварёнок Л. Седнёв.

Дом хороший, чистый. Нам были отведены четыре комнаты: спальня угловая, уборная, рядом столовая с окнами в садик и с видом на низменную часть города, и, наконец, просторная зала с арками вместо дверей.<…> Разместились следующим образом: Аликс [императрица], Мария и я втроём в спальне, уборная общая, в столовой — Н[юта] Демидова, в зале — Боткин, Чемодуров[17] и Седнёв. Около подъезда комната кар[аульного] офицера. Караул помещался в двух комнатах около столовой. Чтобы идти в ванную и W.C. [ватерклозет], нужно проходить мимо часового у дверей кар[аульного] помещения. Вокруг дома построен очень высокий досчатый забор в двух саженях от окон; там стояла цепь часовых, в садике тоже.

(Из дневника Николая. Запись от 17 (30) апреля 1918 года[18].)

Царская семья провела в последнем своём доме 78 дней.

Первым комендантом «дома особого назначения» был назначен комиссар А. Д. Авдеев.

Следователь Российского Правительства Н. А. Соколов. Вплоть до рассекречивания советских источников в 1989—1992 гг. материалы Соколова и опирающиеся на них работы Вильтона и Дитерихса являлись основным источником данных о расстреле царской семьи.

Следователю Соколову, назначенному Российским Правительством, удалось детально воссоздать картину последних дней жизни в доме Ипатьева царской семьи с остатками свиты. В том числе Соколов выяснил даже количество постов и их размещение, и составил предполагаемый список наружной и внутренней охраны.

Одним из источников для следователя Соколова стали свидетельские показания чудом уцелевшего члена царской свиты, камердинера Т. И. Чемодурова. Не вполне доверяя этим показаниям («я допускал, что Чемодуров мог быть не вполне откровенен в своих показаниях перед властью, и выяснял, что он рассказывал другим людям про жизнь в Ипатьевском доме»), Соколов перепроверил их через бывшего начальника царской охраны Кобылинского, камердинера Волкова, также Жильяра и Гиббса. Также Соколов изучил показания некоторых других бывших членов царской свиты, к моменту перевода царской семьи из Тобольска в Екатеринбург уже покинувших свиту, в первую очередь — детальные показания преподавателя французского языка, гражданина Швейцарии Пьера Жильяра. Сам Жильяр был перевезён в Екатеринбург с оставшимися царскими детьми латышом Свикке (Родионовым), однако в дом Ипатьева он помещён не был; Родионов объявил Жильяру и ряду других членов царской свиты, что «в них больше не нуждаются», и они «могут быть свободны».

Кроме того, после занятия Екатеринбурга белогвардейцами в городе осталась часть бывших охранников дома Ипатьева. Некоторые из них, в частности, Суетин, Латыпов, Летемин и др., также были допрошены Соколовым. Детальные показания дали бывший охранник Проскуряков и бывший разводящий караула Якимов. При обыске у Летемина было обнаружено около 80 вещей, похищенных им после расстрела, в том числе дневник наследника. Также у Летемина находилась собака наследника, спаниель Джой.

Лично участвовавший в расстреле рабочий Сысертского завода П. С. Медведев (не путать с другим участником событий М. А. Медведевым (Кудриным)) 11 февраля 1919 года был арестован агентом белогвардейского уголовного розыска С. И. Алексеевым в Перми, где Медведев находился под фамилией Бобылев. В феврале 1919 года Медведев был допрошен арестовавшим его Алексеевым, а после своего перевода в Екатеринбург — одним из предшественников Соколова, белогвардейским следователем И. А. Сергеевым. Показания П. С. Медведева содержатся в материалах Соколова, однако сам Соколов его не допросил, так как Медведев умер в тюрьме 12 марта 1919 года от сыпного тифа. Сам П. С. Медведев утверждал, что в расстреле не участвовал, однако белогвардейское следствие посчитало эти слова ложью. В частности, бывший охранник дома Ипатьева, рабочий Сысертского завода Проскуряков показал, что Медведев сам заявил ему, «что он выпустил пули 2—3 в Государя и в других лиц, кого они расстреливали».

В целом условия содержания арестованных после перевода из Тобольска в Екатеринбург резко ухудшились. Караульные Авдеева, набранные большевиками из числа рабочих Злоказовской фабрики и Сысертского завода, неоднократно издевались над царской семьёй. В частности, они оскорбляли великих княжон, демонстративно щёлкая затворами, когда те проходили мимо, и задавая вопросы на тему, как они якобы «сожительствовали» с Распутиным.

Соколов цитирует свидетеля Чемодурова, входившего в остатки царской свиты и заявившего о том, что «один из производивших обыск выхватил ридикюль из рук Государыни и вызвал замечание Государя: „До сих пор я имел дело с честными и порядочными людьми“». Бывший начальник царской охраны Кобылинский отметил, что «ставилась на стол миска; ложек, ножей, вилок не хватало; участвовали в обеде и красноармейцы; придёт какой-нибудь и лезет в миску: „Ну, с вас довольно“. Княжны спали на полу, так как кроватей у них не было. Устраивалась перекличка. Когда Княжны шли в уборную, красноармейцы, якобы для караула, шли за ними…»

Свидетель Якимов (во время событий — разводящий караула) отмечал, что караульные демонстративно пели песни, «которые, конечно, не были приятны для царя»: «Дружно, товарищи, в ногу», «Отречёмся от старого мира» и т. д. Кроме того, осмотр дома белогвардейскими следователями зафиксировал оставленные караульными Авдеева нецензурные стихи оскорбительного для царя и царицы характера. Соколов в своих материалах сухо прокомментировал эти стихи как «порнографические». В довершение всего, согласно показаниям опрошенных Соколовым свидетелей рабочий Файка Сафонов демонстративно распевал прямо под окнами царской семьи нецензурные частушки.

В целом Соколов характеризует крайне негативно охрану дома Ипатьева, назвав её «распропагандированными отбросами из среды русского народа», а первого коменданта дома Ипатьева Авдеева — «самым ярким представителем этих отбросов рабочей среды: типичный митинговый крикун, крайне бестолковый, глубоко невежественный, пьяница и вор».

Имеются также сообщения о разлагающе действовавшем на охрану регулярном пьянстве Авдеева и его помощника Мошкина и о принявшем массовый характер воровстве царских вещей охраной. Караульные разворовывали даже продукты, присылаемые арестованным монахинями женского Ново-Тихвинского монастыря.

Из описания Ричарда Пайпса[19]:

Охранники начали потихоньку растаскивать императорское имущество… Кражи эти тревожили Николая и Александру, так как среди прочих вещей в сарае хранились два ящика с их личной перепиской и дневниками Николая.

Известно множество мрачных историй о дурном обращении охраны с членами императорской семьи. Передают, например, что охранники в любое время дня и ночи могли зайти в комнаты, где жили великие княжны, что они отнимали еду, которую семья, по настоянию Николая, делила со слугами, обедая с ними за одним столом, и даже толкали бывшего царя. Хотя такие рассказы и небезосновательны, в них многое преувеличено. Комендант и охрана, без сомнения, вели себя грубо, но нет свидетельств, подтверждающих открытые злоупотребления. Тем не менее императорская семья жила в исключительно сложных условиях.

Неудобства, унижения и само пленение Романовы переносили с удивительным просветлённым спокойствием. Авдеев отметил, что Николай совсем не был похож на заключённого, «так непринуждённо-весело он себя держал». Быков, коммунист, летописец этих событий, с раздражением говорит о Николае, «идиотски-безразлично относившемся к событиям, происходившим вокруг него». На самом деле такое поведение бывшего царя и членов его семьи объяснялось не безразличием, а чувством собственного достоинства и фатализмом, коренившимся в их глубокой религиозности.

Замена коменданта Авдеева на Юровского

Николай II с наследником в ссылке в Тобольске, 1917 год

4 июля 1918 года охрана царской семьи была передана Советом члену коллегии Уральской областной ЧК Я. М. Юровскому. В некоторых источниках Юровский ошибочно называется председателем ЧК; в действительности, эту должность занимал Ф. Н. Лукоянов.

Став комендантом «дома особого назначения», Юровский назначил своим помощником сотрудника Уральской областной ЧК Г. П. Никулина. Старый комендант Авдеев и его помощник Мошкин были смещены, Мошкин (и, по некоторым источникам, также и Авдеев[20]) посажен в тюрьму за воровство[21]. По данным, которые приводит член следственной команды Р. Вильтон, основным поводом для смещения Авдеева стала кража у царской семьи золотого крестика.

При первой встрече с Юровским царь принимает его за врача[22], так как тот посоветовал врачу Деревенько наложить на ногу наследника гипсовую повязку[23]; Юровский в 1914 году был мобилизован и служил фельдшером. Дитерихс описывает эту сцену в другом стиле: якобы Юровский никаких медицинских советов не давал, а «грубо хватал наследника за ногу».

Следователь Н. А. Соколов объяснял замену коменданта тем, что большевистские лидеры начали непосредственную подготовку к расстрелу и, не вполне доверяя Авдееву с его охраной, предпочли их заменить. По данным Соколова, Юровский также сменил внутреннюю охрану, оставив наружную.

Сохранились воспоминания самого Юровского, в которых он объяснил своё назначение «разложением» коменданта Авдеева и его помощника:

Мое назначение комендантом в дом особого назначения было вызвано, как я думаю, во-первых, разложением коменданта, ближайших помощников, что не могло не сказаться и сказалось на охране внешней и внутренней, в особенности. Проявилось разложение в пьянстве, растаскивании вещей и т. д., а отсюда — ослабление нужной бдительности. Одним из важнейших моментов надо полагать, это все больше и больше утверждавшееся мнение руководства и команды: «что дескать тянуть канитель, надо расстрелять и все». Авдеев и другие были арестованы и преданы суду, потом решили, чтобы люди искупили вину на фронте рядовыми бойцами… Прежде всего я взял себе помощника из Обл ЧК, товарища Григория Петровича Никулина… Потом я сменил всю внутреннюю охрану. Ряд товарищей я взял также из Обл ЧК, из них несколько латышей, фамилии их я, к сожалению, не помню… начальник наружной охраны, бывш. сысертский рабочий Павел Медведев, разводящий Якимов, и др… Одного из них я встретил в Москве… это Нетребин Николай Викторович… кроме того, товарищ Черняк… и кроме того я видел т. Стрекотина, пулеметчик внизу дома.

Своего предшественника Авдеева Юровский описал крайне негативно, обвинив его в «разложении, пьянстве, воровстве», «кругом настроение полной распущенности и расхлябанности», «Авдеев обращаясь к Николаю, называет его — Николай Александрович. Тот ему предлагает папиросу, Авдеев берет, оба закуривают и это сразу показало мне установившуюся „простоту нравов“».

Опрошенные Соколовым свидетели, братья самого Юровского Эле-Мейер и Лейба, и жена Эле, Лея, охарактеризовали Юровского как тяжёлого и жестокого человека. Вместе с тем, как указывает Ричард Пайпс, вскоре после своего назначения Юровский жёстко пресекает распространившееся при Авдееве воровство. По предположению Ричарда Пайпса, Юровский опасался, что склонная к воровству разложившаяся охрана могла быть подкуплена монархистами; в результате на какое-то время содержание арестованных даже улучшилось, так как прекратилось воровство продуктов из Ново-Тихвинского монастыря. Кроме того, Юровский изымает у арестованных все ценности, и затем помещает их в опечатанный ящик, который вручает им на хранение. Действительно, в дневнике царя имеется запись от 23 июня (6 июля) 1918 года:

Вчера комендант Ю[ровский] принёс ящичек со всеми взятыми драгоценностями, просил проверить содержимое и при нас запечатал его, оставив у нас на хранение. Погода стала прохладнее, и в спальне легче дышалось. Ю[ровский] и его помощник начинают понимать, какого рода люди окружали и охраняли нас, обворовывая нас. Не говоря об имуществе — они даже удерживали себе большую часть из приносимых припасов из женского монастыря. Только теперь, после новой перемены, мы узнали об этом, потому что всё количество провизии стало попадать на кухню.

Вместе с тем бесцеремонность Юровского вскоре начала раздражать царя, отметившего в своём дневнике, что «наша жизнь нисколько не изменилась при Юровском», и «этот тип нравится нам всё менее». Александра Фёдоровна охарактеризовала Юровского в своём дневнике как человека «вульгарного и неприятного». Вместе с тем Ричард Пайпс отмечает:

Но он обладал несколькими важными для чекиста достоинствами: он был до щепетильности честен в обращении с государственным имуществом, безгранично жесток и довольно проницателен.

Провокация. Письма за подписью «русский офицер»

17 июня арестованным было сообщено, что монахиням Ново-Тихвинского монастыря разрешено доставлять к их столу в порядке пожертвований яйца, молоко и сливки. Уже 19 июня царская семья обнаружила в пробке в одной из бутылок со сливками записку на французском языке:

Друзья не дремлют и надеются, что час, которого так долго ждали, настал. Восстание чехословаков представляет всё более серьёзную угрозу для большевиков. Самара, Челябинск и вся восточная и западная Сибирь находятся под контролем национального Временного правительства. Дружественная армия славян уже в восьмидесяти километрах от Екатеринбурга, сопротивление солдат Красной Армии безуспешно. Будьте внимательны ко всему, что происходит снаружи, ждите и надейтесь. Но в то же время, умоляю вас, будьте осмотрительны, ибо большевики, пока их ещё не победили, представляют для вас реальную и серьёзную опасность. Будьте наготове во всякий час, днём и ночью. Сделайте чертёж ваших двух комнат: расположение, мебель, кровати. Напишите точный час, когда все вы ложитесь спать. Один из вас должен отныне бодрствовать от 2 до 3 каждую ночь. Ответьте несколькими словами, но дайте, прошу вас, необходимые сведения вашим друзьям снаружи. Передайте ответ тому же солдату, который вручит вам эту записку, письменно, но не говорите ни слова.

Тот, кто готов умереть за вас.

Офицер Русской армии.

Ричард Пайпс приводит французский оригинал записки:

Les amis ne dorment plus et esperent que l’heure si longtemps attendue est arrivee. La revolte des tschekoslovaques menace les bolcheviks de plus en plus serieusement. Samara, Tschelabinsk et toute la Sibirie orientale et occidentale est au pouvoir de gouvernement national provisoir. L’armee des amis slaves est a quatre-vingt kilometres d’Ekaterinbourg, les soldats de l’armee rouge ne resistent pas efficassement. Soyez attentifs au tout mouvement de dehors, attendez et esperez. Mais en meme temps, je vous supplie, soyez prudents, parce que les bolcheviks avant d’etre vaincus represent pour vous le peril reel et serieux. Soyez prets toutes les heures, la journee et la nuit. Faite le croquis des vos deux chambres, les places, des meubles, des lits. Ecrivez bien l’heure quant vous ajlez couchir vous tous. L’un de vous ne doit dormir de 2 a 3 heure toutes les nuits qui suivent. Repondez par quelques mots mais donnez, je vous en prie, tous les renseignements utiles pour vos amis de dehors. C’est au meme soldat qui vous transmet cette note qu’il faut donner votre reponse par ecrit mais pas un seul mot.

Un qui est pret a mourir pour vous

L’officieu de l’armee Russe.

В дневнике Николая II даже появляется запись от 14 (27) июня, гласящая: «На днях мы получили два письма, одно за другим, [в которых] нам сообщали, чтобы мы приготовились быть похищенными какими-то преданными людьми!». До нашего времени дошли в общей сложности четыре письма из переписки заключённой в доме Ипатьева царской семьи с анонимным «русским офицером».

В третьем письме, полученном 26 июня, «русский офицер» просил «быть наготове» и «ждать сигнала». В ночь с 26 на 27 июня царская семья так и не легла спать, и бодрствовала одетыми. В дневнике Николая появляется запись, что «ожидание и неуверенность были очень мучительны».

28 июня царская семья отправляет последнее письмо, в котором сообщает, что

Мы не хотим и не можем БЕЖАТЬ. Мы только можем быть похищены силой, как силой нас привезли из Тобольска. Поэтому не рассчитывайте ни на какую нашу активную помощь. У коменданта много помощников, они часто сменяются и стали тревожны. Они бдительно охраняют нашу тюрьму и наши жизни и обращаются с нами хорошо. Мы бы не хотели, чтобы они пострадали из-за нас или чтобы вы пострадали за нас. Самое главное, ради Бога, избегайте пролить кровь. Собирайте информацию о них сами. Спуститься из окна без помощи лестницы совершенно невозможно. Но даже если мы спустимся, остается огромная опасность, потому что окно комнаты коменданта открыто и на нижнем этаже, вход в который ведет со двора, установлен пулемет. [Зачеркнуто: «Поэтому оставьте мысль нас похитить».] Если вы за нами наблюдаете, вы всегда можете попытаться спасти нас в случае неминуемой и реальной опасности. Мы совершенно не знаем, что происходит снаружи, так как не получаем ни газет, ни писем. После того как разрешили распечатать окно, наблюдение усилилось и мы не можем даже высунуть в окно голову без риска получить пулю в лицо.

Ричард Пайпс обращает внимание на явные странности в этой переписке: анонимный «русский офицер» явно должен был являться монархистом, однако обращался к царю на «вы» («vous») вместо «Ваше Величество» («Votre Majeste»), и непонятно, каким образом монархисты могли бы подсунуть письма в пробку. Сохранились воспоминания первого коменданта дома Ипатьева, Авдеева, который сообщает, что чекисты якобы нашли настоящего автора письма, сербского офицера Магича. В действительности же, как подчёркивает Ричард Пайпс, в Екатеринбурге не было никакого Магича. В городе действительно находился сербский офицер с похожей фамилией, Мичич Ярко Константинович, однако известно, что он прибыл в Екатеринбург только 4 июля, когда большая часть переписки уже закончилась.

Рассекречивание в 1989—1992 годах воспоминаний участников событий окончательно прояснило картину с загадочными письмами неизвестного «русского офицера». Участник расстрела Медведев (Кудрин) М. А. признал, что переписка являлась провокацией, организованной большевиками с целью проверить готовность царской семьи бежать. После того, как царская семья, по словам Медведева, две ночи подряд ложилась спать, не раздеваясь, такая готовность стала для него очевидной.

Автором перевода на французский язык являлся Войков П. Л., несколько лет проживавший во франкоязычной Женеве (Швейцария). Письмо переписал начисто Родзинский И., так как у него был лучший почерк. Сам Родзинский в своих воспоминаниях утверждает, что «почерк там мой в этих документах»[24].

Приготовления к расстрелу

Один из организаторов расстрела царской семьи, член президиума Уралоблсовета Голощёкин Ф. И.

Слухи о том, что Николай расстрелян, появляются в Москве уже в конце июня, когда он ещё был жив. Москва отправляет в Екатеринбург для инспекции командующего фронтом, латыша Берзина Р. И., который, посетив дом Ипатьева, сообщает, что «Все сведения об убийстве Николая Романова — провокация»[25][26].

Согласно официальной советской версии, решение о расстреле было принято только Уралсоветом, Москва была уведомлена post factum. При этом историк А. Г. Латышев, полагал, что высшее советское руководство вполне могло тайно организовать убийство, разыграв сценарий, по которому инициатива принадлежала бы представителям советской власти на местах. В качестве примера подобной казни, решённой в Москве, но поданной как инициатива местных властей, он привёл расстрел адмирала Колчака, произошедший полтора года спустя после убийства царской семьи. Разница была лишь в том, что инструкция Ленина об устранении Колчака сохранилась и была найдена[11]:118—119.

В начале июля 1918 года уральский военный комиссар Филипп Голощёкин выехал в Москву для решения вопроса о дальнейшей судьбе царской семьи.

Уралсовет на своем заседании 12 июля 1918 года принял постановление о расстреле, а также о способах уничтожения трупов и 16 июля передал сообщение (если телеграмма подлинная) об этом по прямому проводу в Петроград — Г. Е. Зиновьеву. По окончании разговора с Екатеринбургом Зиновьев отправил в Москву телеграмму:

Из Петрограда. Смольного. В Москву, Кремль, Свердлову, копия Ленину. Из Екатеринбурга по прямому проводу передают следующее: сообщите [в] Москву, что условленного с Филипповым суда по военным обстоятельствам не терпит отлагательства. Ждать не можем. Если ваши мнения противоположны, сейчас же, вне всякой очереди сообщить. Голощёкин, Сафаров. Снеситесь по этому поводу сами с Екатеринбургом. Зиновьев. Пометка: Принято 16.7.1918 г. в 21 час 22 минуты из Петрограда Смольного 14 22 8".

(Цитировано по публикации А. Н. Авдонина «Тайна Старой Коптяковской дороги».[27])

Архивный источник телеграммы отсутствует.

Таким образом, телеграмма была получена в Москве 16 июля в 21 час 22 минуты. Предполагается[28], что выражение «условленный с Филипповым суд» служила кодовым обозначением расстрела Николая II или даже семьи Романовых — обозначения, о котором условился Голощёкин во время своего пребывания в столице.

Д. и. н. Г. Иоффе пишет:

…для того чтобы полностью замкнуть цепь зла между Москвой и Екатеринбургом, необходимо ещё одно звено: ответная телеграмма Ленина или Свердлова. А между тем её нет. Однако невозможно допустить, чтобы Ленин или Свердлов никак не прореагировали на полученную через Петроград телеграмму. Остаётся предположить, что телеграмма или телефонограмма, о которой писал Юровский, и была этим ответом. Только, как я уже отмечал, этот ответ должен был прийти в Екатеринбург в самом конце дня 16 июля.

Что содержалось в нём? Несогласие на «Филиппов суд»? Согласие на него? Согласие на расстрел одного бывшего царя? Или всей семьи и приближённых? Это никому неизвестно (во всяком случае, сегодня).[28]

Отсылка поварёнка Леонида Седнёва

Как утверждал в своей работе «Убийство царской семьи» член следственной команды Р. Вильтон, перед расстрелом «поваренок Леонид Седнёв, товарищ игр Цесаревича, был удален из Ипатьевского дома. Он был помещен у русских караульных в доме Попова, насупротив Ипатьевского». В материалах следователя Соколова имеются показания бывшего разводящего караула в Доме Ипатьева, рабочего Злоказовской фабрики Якимова о том, что «15 июля в понедельник у нас в нашей казарме в доме Попова появился мальчик, который жил при царской семье и катал в коляске Наследника».

Воспоминания участников расстрела подтверждают этот факт, расходясь друг с другом лишь в том, от кого именно исходила инициатива отсылки Седнёва.

Комендант Юровский, как утверждал участник расстрела Медведев (Кудрин) М. А.[29], предположительно по своей инициативе предложил отослать из «Дома особого назначения» находившегося в царской свите поварёнка Леонида Седнёва, под предлогом встречи с якобы приехавшим в Екатеринбург дядей. На самом же деле дядя Леонида Седнёва, лакей великих княжон Иван Дмитриевич Седнёв с 13 мая сидел под арестом за то, что протестовал против разворовывания царских вещей караульными первого коменданта «Дома Ипатьева», Авдеева, и ещё 6 июля был расстрелян ЧК[30].

Сам же Юровский утверждает, что он получил приказ отпустить поварёнка от Голощёкина[20]. Другой участник событий, Войков П. Л. приписывает инициативу отсылки поварёнка себе, кроме того, заявляет, что Ленин настаивал на том, чтобы оставить в живых наследника, заявив, что «Великая французская революция казнила короля и королеву, но не тронула дофина».[31]

После расстрела, по воспоминаниям Юровского, поварёнок был отправлен домой. Точной информации о дальнейшей судьбе Леонида Седнёва нет, существуют данные о его гибели в 1941 году во время боёв под Москвой[30]. По другим данным, он был расстрелян НКВД в 1942[32].

Оставшихся членов свиты решено ликвидировать вместе с царской семьёй, так как они «заявили, что желают разделить участь монарха. Пусть и разделяют»[29]. Таким образом назначено к ликвидации четыре человека: лейб-медик Боткин Е. С., камер-лакей Трупп А. Е., повар Харитонов И. М., и горничная Демидова А. С.

Другими членами свиты, кому удалось спастись, является камердинер Чемодуров Т. А., 24 мая заболевший и помещённый в тюремную больницу; во время эвакуации Екатеринбурга в суматохе он был забыт большевиками в тюрьме, и освобождён чехами 25 июля. Также спасся камердинер Волков А. А., который был вывезен в Пермь, и сбежал с места расстрела.

Расстрел

Комендант Дома Ипатьева Юровский Я. М. (1918 год)

После отсылки поварёнка Юровский предлагает ликвидировать арестованных, заколов их во сне кинжалами , но выясняется, что они не ложатся спать, возможно, встревоженные уводом Седнёва. Тогда Юровский предлагает перевести арестованных в полуподвал под предлогом обеспечения безопасности, так как на дом якобы могут напасть анархисты. На самом деле незадолго до этого большевики уже разгромили екатеринбургский штаб анархистов и обезвредили отряды анархиста Жебенева П. И.


Как вариант, рассматривалось ещё сбор всех жертв в одном помещении и забрасывание его гранатами («набросать туда бомб»), однако такой вариант отвергается, как слишком шумный: население могло бы воспринять взрывы гранат, как вступление в город чехословаков.

После того, как арестованные всё-таки легли спать, к дому Ипатьева прибыл грузовик для перевозки трупов под управлением шофёра С. Люханова. Юровский будит врача Боткина, и предлагает ему разбудить остальных, и перейти вниз.

Семеро членов семьи:

  1. Николай Александрович
  2. Александра Фёдоровна
  3. Ольга
  4. Татьяна
  5. Мария
  6. Анастасия
  7. Алексей

а также:

Арестованные спустились со второго этажа дома и перешли в угловую полуподвальную комнату. В полуподвале не оказалось стульев, после чего по требованию Александры Фёдоровны они были принесены, арестованные выстроены в два ряда. Наследника царь держал на руках. Когда все разместились в комнате, Юровский зачитал резолюцию о расстреле, и расстрельная команда немедленно открыла огонь[33], причём царь успел только спросить: «Что?». Другие источники изображают последние слова Николая, как «А?» или «Как, как? Перечитайте».

Расстрельной команде не удалось сразу убить наследника, также сложности возникли с женщинами: императрицей Александрой Фёдоровной, великими княжнами Татьяной и Анастасией, горничной Демидовой. Демидова с началом выстрелов загородилась подушкой (в которую была зашита металлическая шкатулка), в которой застряло несколько пуль, и была после этого добита расстрельной командой. Также, по всей видимости, Юровский лично добивает легкораненного наследника.

Сложности с расстрелом царицы и великих княжон объяснились сразу после расстрела: женщины незаметно для охраны смогли зашить в своё бельё драгоценности, которые при расстреле сработали, как защитный панцирь. Расстрельная команда добила женщин штыками и выстрелами в голову.

Согласно воспоминаниям Юровского, стрельба велась не так аккуратно, как ему бы хотелось, что привело к многочисленным рикошетам в тесном помещении. Одним из рикошетов был легко ранен один из расстрельщиков («Пуля кого-то из стрелявших сзади прожужжала мимо моей головы, а одному, не помню не то руку, ладонь, не то палец задела и прострелила»).

Примерно в два часа ночи[34] 17 июля расстрел был завершён. В ходе расстрела были также убиты комнатные собаки Александры Фёдоровны, Татьяны и Анастасии. Спаниель Алексея по кличке Джой был взят к себе охранником Летеминым, позднее из-за этого Летемин будет опознан и арестован белыми. Позднее, по рассказу епископа В. Родзянко, Джой был увезён в Великобританию офицером-эмигрантом и передан британской королевской семье[35].

Член следственной команды Сибирского правительства Р. Вильтон в своей работе «Убийство царской семьи» описал расстрел следующим образом:

Была мертвая тишина. В комнате, длинной в 8 и шириной в 6 аршин, жертвам некуда было податься: убийцы стояли в двух шагах. Подойдя к Государю, Юровский холодно произнес: «Ваши родные хотели вас спасти, но это им не удалось. Мы вас сейчас убьем». Государь не успел ответить. Изумленный, он прошептал: «Что? Что?»

Двенадцать револьверов выстрелили почти одновременно. Залпы следовали один за другим. Все жертвы упали. Смерть Государя, Государыни, трёх детей и лакея Труппа была мгновенна. Сын был при последнем издыхании; младшая Великая Княжна была жива: Юровский несколькими выстрелами своего револьвера добил Цесаревича; палачи штыками прикончили Анастасию Николаевну, которая кричала и отбивалась. Харитонов и Демидова были прикончены отдельно.

Штыковые удары, направленные в Демидову, отбивавшуюся от палачей, попали в обшивку стены. Я заметил их следы при посещении комнаты. По требованию судебного следователя была в моем присутствии произведена экспертиза этих порезов — то, несомненно, были следы русского штыка.

Подвал дома Ипатьева в Екатеринбурге, где была расстреляна царская семья. ГА РФ

Для того, чтобы заглушить выстрелы, большевики завели рядом с Домом Ипатьева автомобиль «Форд», но выстрелы в городе всё равно были слышны. В материалах Соколова имеются, в частности, показания об этом двух случайных свидетелей, крестьянина Буйвида и ночного сторожа Цецегова[36].

По данным Ричарда Пайпса, сразу после этого Юровский жёстко пресекает попытки охраны разворовать обнаруженные ими драгоценности, угрожая расстрелом. После этого он поручил Медведеву П. С. организовать уборку помещений, а сам уехал на уничтожение трупов.

Точный текст постановления Уралоблсовета о расстреле, зачитанного Юровским непосредственно перед началом выстрелов, неизвестен. В материалах Соколова имеются показания свидетеля Якимова, что эта резолюция выглядела так: «Николай Александрович, Ваши родственники старались Вас спасти, но этого им не пришлось. И мы принуждены Вас сами расстрелять».

Медведев (Кудрин) М. А. описал эту сцену следующим образом:

— Николай Александрович! Попытки Ваших единомышленников спасти Вас не увенчались успехом! И вот, в тяжелую годину для Советской республики… — Яков Михайлович повышает голос и рукой рубит воздух: — …на нас возложена миссия покончить с домом Романовых!

Помощник Юровского, Никулин Г. П. процитировал следующий текст: «Ваши друзья наступают на Екатеринбург, и поэтому вы приговорены к смерти». Сам же Юровский не смог вспомнить точный текст: «…я тут же, насколько помню, сказал Николаю примерно следующее, что его царственные родственники и близкие как в стране, так и за границей, пытались его освободить, а что Совет рабочих депутатов постановил их расстрелять».

Сообщение о расстреле всех членов царской семьи поступило в адрес секретаря Совнаркома Н. П. Горбунова для Свердлова Я. М. 17 июля 1918 года. Центральные советские газеты сообщили об этом 19 июля:

Участник расстрела царской семьи Войков П. Л.
18-го июля состоялось первое заседание Президиума Ц. И. К. 5-го созыва. Председательствовал тов. Свердлов. Присутствовали члены Президиума: Аванесов, Сосновский, Теодорович, Владимирский, Максимов, Смидович, Розенгольц, Митрофанов и Розин.


Председатель тов. Свердлов оглашает только что полученное по прямому проводу сообщение от Областного Уральского Совета о расстреле бывшего царя Николая Романова.
В последние дни столице Красного Урала Екатеринбургу серьёзно угрожала опасность приближения чехо-словацких банд. В то же время был раскрыт новый заговор контр-революционеров, имевший целью вырвать из рук Советской власти коронованного палача. В виду этого Президиума Уральского Областного Совета постановил расстрелять Николая Романова, что и было приведено в исполнение 16-го июля.
Жена и сын Николая Романова отправлены в надёжное место. Документы о раскрытом заговоре высланы в Москву со специальным курьером.
Сделав это сообщение, тов. Свердлов напоминает историю перевода Николая Романова из Тобольска в Екатеринбург после раскрытия такой же организации белогвардейцев, подготавливавшей побег Николая Романова. В последнее время предполагалось предать бывшего царя суду за все его преступления против народа, и только события последнего времени помешали осуществлению этого.
Президиум Ц. И. К., обсудив все обстоятельства, заставившие Уральский Областной Совет принять решение о расстреле Николая Романова, постановил:

Всероссийский Ц. И. К., в лице своего Президиума, признаёт решение Уральского Областного Совета правильным.[37]

19 июля Голощёкин вывез в Москву все наиболее важные вещи расстрелянных, включая личные бумаги Николая и Александры.

Советские власти официально признали, что Николай был расстрелян не один, а вместе со всей семьёй, только в 1926 году, когда на Западе начали распространяться материалы следствия Соколова.

Вопрос о составе расстрельной команды

Воспоминания участника расстрела Никулина Г. П.

… товарищ Ермаков, который себя довольно неприлично вел, присваивая себе после главенствующую роль, что это он все совершил, так сказать, единолично, без всякой помощи… На самом же деле нас было исполнителей 8 человек: Юровский, Никулин, Медведев Михаил, Медведев Павел четыре, Ермаков Петр пять, вот я не уверен, что Кабанов Иван шесть. И еще двоих я не помню фамилий.
Когда мы спустились в подвал, мы тоже не догадались сначала там даже стулья поставить, чтобы сесть, потому что этот был… не ходил, понимаете, Алексей, надо было его посадить. Ну, тут моментально, значит, поднесли это. Они так это, когда спустились в подвал, так это недоуменно стали переглядываться между собой, тут же внесли, значит, стулья, села, значит, Александра Федоровна, наследника посадили, и товарищ Юровский произнес такую фразу, что: «Ваши друзья наступают на Екатеринбург, и поэтому вы приговорены к смерти». До них даже не дошло, в чем дело, потому что Николай произнес только сразу: «А!», а в это время сразу залп наш уже один, второй, третий. Ну, там еще кое-кто, значит, так сказать, ну, что ли, был еще не совсем окончательно убит. Ну, потом пришлось еще кое-кого дострелить…[38](недоступная ссылка)

Следователь Н. А. Соколов считал наиболее вероятными руководителями расстрела Юровского и Никулина. Советский исследователь М. Касвинов в своей книге «23 ступени вниз», впервые опубликованной в журнале «Звезда» (1972—1973 год), фактически приписывал руководство расстрелом не Юровскому, а Ермакову[39]:

Кому поручить исполнение приговора? Председательствующий говорит: возвратился с фронта Пётр Захарович Ермаков, верх-исетский кузнец, в боях против дутовцев командовавший рабочим отрядом. Оправился от ран. Достойный, всеми почитаемый уральский ветеран. Отец троих детей. На любом посту, доверенном революцией, не позволяет ни себе, ни другим послаблений или колебаний. Вызвали Ермакова. Спросили. Согласился. Попросил в помощь себе А. Д. Авдеева — бывшего коменданта Дома особого назначения и Я. И. Юровского — коменданта нынешнего.

Однако в следующих изданиях книги Касвинов изменил текст и так же назвал руководителями расстрела Юровского и Никулина:

Возникает вопрос: кому поручить исполнение? Общее мнение: Юровскому Якову Михайловичу, коменданту Дома особого назначения, и его заместителю Григорию Петровичу Никулину. Ещё три дня, и наступит развязка затянувшейся тяжёлой драмы[40].

В материалах следствия Н. А. Соколова по делу об убийстве Императора Николая II и его семьи содержатся многочисленные свидетельские показания о том, что непосредственными исполнителями убийства были «латыши» во главе с евреем (Юровским). Однако, как отмечает Соколов, русские красноармейцы в годы гражданской войны часто называли «латышами» всех большевиков нерусского происхождения. Поэтому мнения о том, кем были эти «латыши», расходятся.

Соколов далее пишет, что в доме была обнаружена надпись по-венгерски «Verhas Andras 1918 VII/15 e örsegen» и обрывок письма на венгерском языке, написанного весной 1918 года[41]. Надпись на венгерском языке переводится как «Вергази Андреас 1918 VII/15 стоял на часах» и продублирована по-русски[уточнить] как «№ 6. Вергаш Карау 1918 VII/15». Имя в разных источниках варьируется как «Вергази Андреас», «Верхас Андрас» и т. д. (по правилам венгерско-русской практической транскрипции оно должно передаваться на русский как «Верхаш Андраш»). Соколов отнёс это лицо к числу «палачей-чекистов»; исследователь И. Плотников считает, что это было сделано «опрометчиво»: неизвестный Вергази Андрас мог служить во внешней охране и не участвовать в расстреле лично.

К числу участников расстрела Соколов отнёс также австро-венгерского военнопленного Рудольфа Лашера; по данным исследователя И. Плотникова, Лашер на самом деле вообще не привлекался к охране, занимаясь только хозяйственной работой.

Документ Юровского

Существует версия о том, что для осуществления расстрела Юровским был составлен следующий документ[42]:

Революционный комитет при Екатеринбургском
Совете Рабочих и Солдатских Депутатов
РЕВОЛЮЦИОННЫЙ ШТАБ УРАЛЬСКОГО РАЙОНА
Чрезвычайная комиссия

           С п и с о к 
Команды особого назначения в дом Ипатьева
/ I-го Камишл.стрелк.полк /

Комендант:  Горват      Лаонс
            Фишер       Анзелм
            Здельштейн  Изидор
            Фекете      Эмил
            Над         Имре
            Гринфельд   Виктор
            Вергази     Андреас

Обл.Ком.    Ваганов     Серге
            Медведев    Пав
            Никулин

Гор.Екатеринбург 18-го июля 1918 г.    Начальник ЧК
                                          Юровский

Все семеро солдат, указанных в списке и предоставленных комендантом Юровским для выполнения приговора, были венгерскими военнопленными. Они не говорили по-русски, и Юровский говорил с ними по-немецки. Сторонники этой версии объясняют участие в расстреле венгров тем, что в ЧК опасались, что русские солдаты не будут стрелять в царя и его семью. В списке исполнителей есть Над Имре, которого некоторые отождествляют с известным впоследствии венгерским политическим и государственным деятелем Имре Надем. Этой версии придерживается, например, Эдвард Радзинский[43].

Однако, по версии В. П. Козлова[44] и И. Ф. Плотникова[45], этот документ, в своё время предоставленный средствам печати бывшим военнопленным-австрийцем И. П. Мейером, впервые опубликованный в ФРГ в 1956 году и, вероятно, сфабрикованный, не отображает настоящего списка расстрельщиков.

Кроме того, список Мейера содержит ряд ошибок: например, он датирован почему-то следующим после расстрела днём и имеет штамп несуществовавшего на 18 июля 1-го Камышловского полка[46]. Скорее всего, список Мейера составлен задним числом, после 10 августа, когда этот полк был сформирован. Кроме того, в списке Мейера есть фальшивая подпись Голощёкина, который в тексте назван «Голочекиным»[46].

По версии Козлова и Плотникова, команду расстрельщиков составляли: член коллегии Уральского центрального комитета — М. А. Медведев (Кудрин), комендант дома Я. М. Юровский, его заместитель Г. П. Никулин, командир охраны П. З. Ермаков и рядовые солдаты охраны — венгры (по другим сведениям — латыши[47]). В свете исследования Плотникова[45] список расстреливавших может выглядеть так: Юровский, Никулин, Медведев (Кудрин), Ермаков, С. П. Ваганов, А. Г. Кабанов, П. С. Медведев, В. Н. Нетребин, Я. М. Цельмс и, под очень большим вопросом, неизвестный студент-горняк. Плотников полагает, что последний был использован в доме Ипатьева в течение лишь нескольких суток после расстрела и только как специалист по драгоценностям. Таким образом, согласно Плотникову, расстрел царской семьи был произведён группой, состоявшей по национальному составу почти полностью из русских, с участием одного еврея (Я. М. Юровского) и, вероятно, одного латыша (Я. М. Цельмса). По сохранившимся сведениям, два-три латыша отказались участвовать в расстреле[45][48].

Существует ещё один список расстрельной команды, приписываемый тобольскому большевику, перевозившему в Екатеринбург оставшихся царских детей, латышу Я. М. Свикке (Родионову) и состоящий практически целиком из латышей[46]. Скорее всего, этот список сфабрикован лично Свикке с целью приписать себе заслугу расстрела. В 1964 году Свикке утверждал, что якобы именно он, а не Юровский, руководил расстрелом, и получил приказ лично от Ленина[49].

Плотников приводит целиком «список Свикке»:

  1. Цельмо (Цельмс) Ян Мартынович — командир отряда внутренней охраны
  2. Каяко Янис — взводный
  3. Сникер Ян Мартынович.
  4. Круминьш Николай Петрович.
  5. Круминьш Карл Бертович.
  6. Озолиньш Эдуард — заместитель Цельмса.
  7. Сирупо Эдуард Францевич.
  8. Юровский Яков Михайлович — комендант дома Ипатьева.
  9. Никулин Григорий Петрович — заместитель Юровского.
  10. Цинит Петр Петрович — секретарь комиссара Свикке.
  11. Пратниэк Карл.
  12. Кованов Михаил Михайлович — бывший шифровальщик и казначей.
  13. Рубенис Эдвин Альфредович.

Все упомянутые в списке латыши действительно служили со Свикке в 1918 году, однако в расстреле, по всей видимости, не участвовали (за исключением Цельмса).

Кампания по дезинформации внутри страны и на международной арене

Судьба Романовых

Кроме семьи бывшего императора, были уничтожены все члены Дома Романовых, по различным причинам оставшиеся в России после революции (за исключением великого князя Николая Константиновича, умершего в 1918 году в Ташкенте от воспаления лёгких (в некоторых источниках ошибочно говорится о его расстреле), и двух детей его сына Александра Искандера — Натальи Андросовой (1917—1999) и Кирилла Андросова (1915—1992), живших в Москве).

Убийство Михаила Александровича в Перми

Великий князь Михаил Александрович и его секретарь Брайан Джонсон были убиты в Перми 13 июня 1918 года. Есть свидетельства, что в ночь с 12 на 13 июня в гостиницу, где жил Михаил, явились несколько вооружённых людей, которые приказали следовать за ними. Согласно воспоминаниям одного из непосредственных исполнителей убийства Михаила Романова большевика А. В. Маркова, подтверждаемым д. и. н. О. Будницким[50], мысль «изъять» Романова исходила от местного большевика, члена ВЦИК, заместителя главы Пермской ГубЧК, председателя Мотовилинского совета Г. И. Мясникова, который сказал об этом комиссару по охране города Перми В. А. Иванченко, принявшему участие в решении этого вопроса. Другими участниками похищения были начальник милиции Мотовилихи эсер А. И. Плешков, некто «тов. Жужгов» и, по ряду свидетельств, «тов.» И. Колпащиков.[51][52] Сам Мясников оставил после себя воспоминания, озаглавленные «Философия убийства, или почему и как я убил Михаила Романова».

Михаил и Джонсон были вывезены в лес в районе Мотовилихи, где им было приказано выйти из двух фаэтонов. В момент их высадки они были убиты выстрелами сопровождавших их убийц. Судьба тел убитых по состоянию на конец 2012 года неизвестна.

Сразу после убийства большевистские власти Перми объявили, что великий князь Михаил якобы был похищен монархистами, и объявили его в розыск. Газета «Пермские известия» сообщила, что «В ночь на 31 мая (13 июня) организованная банда белогвардейцев с поддельными мандатами явилась в гостиницу, где содержался Михаил Романов и его секретарь Джонсон, и похитила их оттуда, увезя в неизвестном направлении. Посланная в ту же ночь погоня не достигла никаких результатов. Поиски продолжаются». 17 июня сообщение о «бегстве» Михаила было даже перепечатано газетами Москвы и Петрограда. Параллельно появляются слухи о том, что Николай II якобы убит самовольно ворвавшимся в Дом Ипатьева красноармейцем. На самом же деле Николай на тот момент был ещё жив.

18 июня предсовнаркома Ленин В. И. даёт крайне странное интервью оппозиционной большевизму либеральной газете «Наше слово», заявив, что Михаил якобы действительно бежал, однако о судьбе Николая Ленину якобы ничего не известно. 23 июня представители Совнаркома вновь сообщили, что сведений о том, жив или нет бывший царь, у них всё ещё якобы нет.

Москва отправляет в Екатеринбург для инспекции командующего фронтом, латыша Берзина Р. И., который, посетив дом Ипатьева 21 июня/6 июля, сообщает, что «Все сведения об убийстве Николая Романова — провокация»[25][26]. Сам Николай в своём дневнике, в записи от 10 июня 1918 года сообщает о прибытии «каких-то субъектов», и на следующий день запись о том, что они «оказались комиссарами из Петрограда».

Алапаевское убийство

Параллельно с расстрелом царской семьи произошло также и убийство ряда князей в городе Алапаевск, в 140 километрах от Екатеринбурга. На следующий день после екатеринбургского расстрела, в ночь на 5 (18) июля 1918 года, группа революционных рабочих Невьянского и Верхне-Синячихинского завода вывела арестованных далеко в лес и сбросила в заброшенную шахту.

В три часа утра исполком Алапаевского Совета телеграфировал в Екатеринбург, что якобы арестованные были похищены неизвестной бандой, совершившей налёт на школу, где содержались князья. В тот же день председатель Уралоблсовета Белобородов передал соответствующее сообщение Свердлову в Москву, и Зиновьеву и Урицкому в Петроград:

Алапаевский Исполком сообщил нападении утром восемнадцатого неизвестной банды помещение где содержались под стражей бывшие великие князья Игорь Константинович Константин Константинович Сергей Михайлович и Полей [Палей] точка Несмотря сопротивление стражи князья похищены точка Есть жертвы с обеих сторон поиски ведутся точка

Почерк алапаевского убийства был похож на екатеринбургский: в обоих случаях жертв сбрасывали в заброшенную шахту в лесу, также в обоих случаях предпринимались попытки обрушить эту шахту гранатами. Вместе с тем алапаевское убийство отличалось значительно большей жестокостью: жертвы были заживо сброшены в шахту, где в течение нескольких дней умирали от ран и голода. Единственным исключением стал великий князь Сергей Михайлович, который оказал сопротивление, и был застрелен.

Расстрел великих князей в Петрограде

9 января 1919 года Президиум ВЧК утвердил приговор к высшей мере наказания «лицам бывшей императорской своры». 30 января 1919 года (по другим данным — 24, 27 или 29 января) приговор был приведён в исполнение: в Петропавловской крепости были расстреляны великие князья

Воспоминания современников

Воспоминания Троцкого

Троцкий долгое время хранил молчание по поводу убийства Николая Второго. Только во второй половине 1930-х годов появляются его свидетельства о событиях, связанных с этим убийством. По его словам, ещё в июне 1918 года Троцкий предлагал Политбюро всё-таки организовать показательный процесс над свергнутым царём, причём самого Троцкого больше всего интересовало широкое пропагандистское освещение этого процесса. Однако предложение не встретило большого энтузиазма, так как все большевистские лидеры, включая и самого Троцкого, были слишком загружены текущими делами. С восстанием чехов физическое выживание большевизма оказалось под вопросом, и организовать в подобных условиях суд над царём было бы затруднительно.

Хотя советская историография утверждала, что решение о расстреле было принято единолично Уральским Советом, Троцкий свидетельствовал, что оно было принято Лениным и Свердловым:[55]:281

Белая печать когда-то очень горячо дебатировала вопрос, по чьему решению была предана казни царская семья… Либералы склонялись, как будто, к тому, что уральский исполком, отрезанный от Москвы, действовал самостоятельно. Это не верно. Постановление вынесено было в Москве. (…)

Следующий мой приезд в Москву выпал уже после падения Екатеринбурга. В разговоре со Свердловым я спросил мимоходом:

 — Да, а где царь?
 — Кончено, — ответил он, — расстрелян.
 — А семья где?
 — И семья с ним.
 — Все? — спросил я, по-видимому, с оттенком удивления.
 — Все, — ответил Свердлов, — а что?

Он ждал моей реакции. Я ничего не ответил.

 — А кто решал? — спросил я.
 — Мы здесь решали. Ильич считал, что нельзя оставлять нам им живого знамени, особенно в нынешних трудных условиях.

— Запись в дневнике Троцкого от 9 апреля 1935 г.[55]:100, 101

Несколько позже, благодаря мемуарам перебежавшего на Запад советского дипломата Беседовского, Троцкий решил свалить вину за цареубийство на Свердлова и Сталина. В черновиках незаконченных глав биографии Сталина, над которой Троцкий работал в конце 1930-х имеется следующая запись:[55]:281

По словам Беседовского … «цареубийство было делом рук Сталина.» … 16-го июля Белобородов телеграфировал в Москву, что через три дня Екатеринбург должен пасть. Голощокин повидал Свердлова, Свердлов — Сталина. Положив в карман донесение Белобородова, Сталин сказал: «Царь никоим образом не может быть выдан белогвардейцам». Эти слова были равносильны смертному приговору.

Историк Фельштинский, комментируя воспоминания Троцкого, считает что дневниковая запись 1935 года вызывает куда больше доверия, так как записи в дневнике не были предназначены для огласки и публикации.[55]:282

Старший следователь по особо важным делам Генеральной прокуратуры России В. Н. Соловьёв, который вёл расследование уголовного дела по факту гибели царской семьи, обнаружил что в протоколе заседания Совнаркома, на котором Свердлов сообщил о решении Уралсовета по поводу расстрела царской семьи, среди присутствовавших фигурирует фамилия Троцкого. Это противоречит его воспоминаниям о разговоре «после приезда с фронта» со Свердловым о Ленине[56]. Действительно, Троцкий, согласно протоколу заседания Совнаркома № 159, присутствовал 18 июля на объявлении Свердловым о расстреле[57]. По некоторым источникам он, как наркомвоенмор, 18 июля находился на фронте под Казанью. Вместе с тем сам Троцкий в своей работе «Моя жизнь» пишет, что выехал в Свияжск только 7 августа. Следует отметить и то, что указанное высказывание Троцкого относится уже к 1934 году, когда ни Ленина, ни Свердлова уже не было в живых. Действительно ли Троцкий не знал о расстреле царя, остаётся неясным; возможно, его фамилия была внесена в протокол заседания Совнаркома по ошибке, автоматически[58].

Воспоминания Свердловой

Жена Я. Свердлова — Клавдия Тимофеевна (1876—1960) — писала:

Как-то в середине июля 1918 года, вскоре после окончания V съезда Советов, Яков Михайлович вернулся домой под утро, уже светало. Он сказал, что задержался на заседании Совнаркома, где, между прочим, информировал членов СНК о последних известиях, полученных им из Екатеринбурга.
 — Ты не слыхала? — спросил Яков Михайлович.— Ведь уральцы расстреляли Николая Романова.
Я, конечно, ничего ещё не слыхала. Сообщение из Екатеринбурга было получено только днем. Положение в Екатеринбурге было тревожное: к городу подступали белочехи, зашевелилась местная контрреволюция. Уральский Совет рабочих, солдатских и крестьянских депутатов, получив сведения, что готовится побег Николая Романова, содержавшегося под стражей в Екатеринбурге, вынес постановление расстрелять бывшего царя и тут же привел свой приговор в исполнение.
Яков Михайлович, получив сообщение из Екатеринбурга, доложил о решении облсовета Президиуму ВЦИК, который одобрил постановление Уральского областного Совета, а затем информировал Совет Народных Комиссаров.
В. П. Милютин, участвовавший в этом заседании СНК, так писал в своём дневнике:
«Поздно возвратился из Совнаркома. Были „текущие“ дела. Во время обсуждения проекта о здравоохранении, доклада Семашко, вошел Свердлов и сел на свое место на стул позади Ильича. Семашко кончил. Свердлов подошел, наклонился к Ильичу и что-то сказал.
 — Товарищи, Свердлов просит слово для сообщения.
 — Я должен сказать, — начал Свердлов обычным своим тоном, — получено сообщение, что в Екатеринбурге по постановлению областного Совета расстрелян Николай… Николай хотел бежать. Чехословаки подступали. Президиум ЦИК постановил одобрить…
 — Перейдем теперь к постатейному чтению проекта, — предложил Ильич…»

Свердлова К. Яков Михайлович Свердлов[59]

Воспоминания участников расстрела

Сохранились воспоминания непосредственных участников событий Юровского Я. М., Медведева (Кудрина) М. А., Никулина Г. П., Ермакова П. З., также Стрекотина А. А. (во время расстрела, по всей видимости, обеспечивал внешнюю охрану дома), Нетребина В. Н., Быкова П. М. (по всей видимости, лично в расстреле не участвовал[60]), Родзинского И. (лично в расстреле не участвовал, участвовал в уничтожении трупов), Кабанова М., Войкова П. Л., Сухорукова Г. И. (участвовал только в уничтожении трупов), председателя Уралоблсовета Белобородова А. Г. (лично в расстреле не участвовал)[60].

Одним из наиболее детальных источников являются работы большевистского деятеля Урала Быкова П. М., во время событий — председателя исполкома Екатеринбургского совета и члена исполкома Уралоблсовета. В 1921 году Быков опубликовал статью, посвящённую последним дням царя, а в 1926 году — даже книгу («Последние дни последнего царя»). Впоследствии все эти материалы были засекречены.

Другим детальным источником являются воспоминания Медведева (Кудрина) М. А., участвовавшего в расстреле лично. Эти воспоминания были написаны Медведевым при содействии его сына в 1963 году, и адресованы непосредственно Хрущёву Н. С. Более краткими являются воспоминания Родзинского И., помощника Юровского Никулина Г. П., сотрудника ЧК Кабанова М. и др.

Многие участники событий имели свои личные претензии к царю: Медведев (Кудрин) М. А., по своим воспоминаниям, при царе сидел в тюрьме, Войков П. Л. участвовал в революционном терроре в 1907 году, Ермаков П. З. за участие в экспроприациях и убийство провокатора был сослан, у Юровского был сослан по обвинению в воровстве отец. В своей автобиографии Юровский утверждает, что и он сам в 1912 году был выслан из Екатеринодара в Екатеринбург с запретом селиться «в 64 пунктах России и Сибири» за ведение революционной агитации. Кроме того, среди большевистских деятелей Екатеринбурга был Сергей Мрачковский, который вообще родился в тюрьме, куда была заключена его мать за революционную деятельность[61]. Произнесённая Мрачковским фраза «по милости царизма я родился в тюрьме»[62] впоследствии была ошибочно приписана Юровскому следователем Соколовым[21]. Мрачковский во время событий занимался тем, что отбирал охрану Дома Ипатьева из числа рабочих Сысертского завода[62]. Председатель Уралоблсовета Белобородов А. Г. до революции сидел в тюрьме за выпуск прокламации. Белогвардейский следователь Соколов приписывает ему также кражу 30 тысяч рублей. Роль Белобородова в событиях сводится к тому, что он утвердил постановление Уралоблсовета о расстреле, по своей инициативе отправил Голощёкина в Москву на согласование вопроса о расстреле, и сменил коменданта с Авдеева на Юровского.

Воспоминания участников расстрела, в целом совпадая друг с другом, расходятся в ряде деталей. Судя по ним, Юровский лично добил наследника двумя (по другим данным — тремя) выстрелами в голову. В расстреле также принимают участие помощник Юровского Никулин Г. П., также Ермаков П. З. и Медведев (Кудрин) М. А., и другие. По воспоминаниям Юровского и Медведева, лично в Николая стреляли Юровский, Ермаков и Медведев. Кроме того, Ермаков и Медведев добивают великих княжон Татьяну и Анастасию. «Честь» ликвидации именно Николая фактически оспаривают друг у друга четыре человека: Юровский, Медведев (Кудрин) М. А. (не путать с другим участником событий Медведевым П. С.), Ермаков и Хохряков, наиболее вероятными представляются Юровский и Медведев (Кудрин), в самом Екатеринбурге во время событий считалось, что царя расстрелял Ермаков.

Юровский в своих воспоминаниях утверждал, что царя убил лично он, тогда как Медведев (Кудрин) приписывает это себе. Версию Медведева подтверждал также другой участник событий, сотрудник ЧК Кабанов М. Показательно, что Медведев (Кудрин) М. А. в своих воспоминаниях утверждает, что Николай «упал с моего пятого выстрела», а Юровский — что обнаружил на Николае только одно пулевое отверстие.

Сам Ермаков в своих воспоминаниях описывает свою роль в расстреле так (орфография сохранена)[63]:

…мне сказали, на твою долю выпало счастье разстрелять и схаронить…
Поручение я принял и сказал, что будет выполнено точно, подготовил место куды вести и как скрыть учитывая все абстоятельства важности политического момента. Когда я доложил Белобородову, что могу выполнить, то он сказал, сделать так чтобы были все разстреляны, мы это решили, дальше я в расуждения невступал, стал выполнят так, как это нужно было…
…Кагда было все порядке, тогда я коменданту дома в кабинети дал постановление облостного исполнительного Комитета Юровскому, то он усомнился, по чему всех, но я ему сказал нада всех и разговаривать нам свами долго нечего, время мало, пора приступать….
…я себе взял самого Никалая, Александру, доч, Алексея, потому что у меня был маузер, им можно верна работат, астальные были наганы. После спуска, внижний этаж мы немного обождали, потом комендант пред дожил всем встать все встали, но Алексей сидел на стуле, тогда стал читать приговор постановления, где говорилос по постоновлению исполнительного Комитета расстрелять.
Тогда у Николая вырвалась фраза: как нас никуда не повезут, ждать дальше было незя, я дал выстрел внего упор, он упал сразу, но и остальные также, в это время поднялся между ними плач, один другому брасалис на шею затем дали несколько выстрелов, и все упали.

Как видно, Ермаков противоречит всем остальным участникам расстрела, полностью приписав себе всё руководство расстрелом, и ликвидацию Николая лично. По некоторым источникам, в момент расстрела Ермаков был пьян, и вооружился в общей сложности тремя (по другим данным, даже четырьмя) пистолетами. Вместе с тем следователь Соколов считал, что Ермаков активно в расстреле не участвовал, руководил уничтожением трупов. В целом воспоминания Ермакова стоят особняком в ряду воспоминаний других участников событий; факты, сообщённые Ермаковым, большинством других источников не подтверждаются[64].

По вопросу согласования расстрела Москвой участники событий также расходятся. Юровский в своих воспоминаниях утверждал, что решение о ликвидации было принято всё-таки Москвой, и получено Екатеринбургом 16 июля через Пермь (возможно, вследствие нарушения прямой связи с Москвой[65]). Известно о том, что незадолго до расстрела по инициативе председателя Уралоблсовета Белобородова член президиума Совета Голощёкин ездил в Москву, где пытался согласовать этот вопрос. Участник расстрела Медведев (Кудрин) М. А. в своих воспоминаниях утверждает, что решение, наоборот, было принято Екатеринбургом, и было утверждено ВЦИКом уже задним числом, 18 июля, как ему сказал Белобородов[29], а во время поездки Голощёкина в Москву Ленин не согласовал расстрел, потребовав везти Николая в Москву на суд. Вместе с тем Юровский и Медведев (Кудрин) отмечают, что Уралоблсовет находился под мощным давлением как озлобленных революционных рабочих, требовавших немедленно расстрелять Николая, так и фанатичных левых эсеров и анархистов, начавших обвинять большевиков в непоследовательности[29].

Согласно рассказу Войкова П. Л., известному в изложении бывшего советника советского посольства во Франции Г. З. Беседовского, решение было принято Москвой, но только под упорным давлением Екатеринбурга; по мнению Войкова, Москва собиралась «уступить Романовых Германии», «…особенно надеялись на возможность выторговать уменьшение контрибуции в триста миллионов рублей золотом, наложенной на Россию по Брестскому договору. Эта контрибуция являлась одним из самых неприятных пунктов Брестского договора, и Москва очень желала бы этот пункт изменить»[31].

По свидетельству Быкова П. М., расстреливая Романовых, местная власть действовала «на свой страх и риск»[66].

Никулин Г. П. свидетельствовал:

Часто возникает вопрос: «Известно ли было… Владимиру Ильичу Ленину, Якову Михайловичу Свердлову или другим руководящим нашим центральным работникам предварительно о расстреле царской семьи?» Ну, мне трудно сказать, было ли им предварительно известно, но я думаю, что поскольку… Голощекин… два раза ездил в Москву для переговоров о судьбе Романовых, то отсюда, конечно, следует сделать вывод, что об этом именно шел разговор. …предполагалась организация суда над Романовыми, сначала… в таком широком, что ли, порядке, вроде всенародного такого суда, а потом, когда уже вокруг Екатеринбурга все время группировались всевозможные контрреволюционные элементы, стал вопрос об организации такого узкого суда, революционного. Но и это не было выполнено. Суда как такового не состоялось, и, по существу, расстрел Романовых был произведен по решению Уральского исполнительного комитета Уральского областного Совета…[67].

Воспоминания Юровского

После распада СССР стали доступными сохранившиеся воспоминания Юровского Я. М., во время событий — сотрудника Екатеринбургской ЧК, коменданта дома Ипатьева, и наиболее вероятного начальника расстрельной команды.

Воспоминания Юровского известны в трёх источниках:[64] датированная 1920 годом «записка Юровского», содержащая детальное описание расстрела автобиография, и, наконец, «Стенограмма рассказа Я. М. Юровского о расстреле царской семьи на совещании старых большевиков в г. Свердловске» (1934 год).

Достоверность первого источника подвергается некоторыми исследователями сомнению; следователь Соловьёв считает его аутентичным. В «Записке» Юровский пишет о себе в третьем лице («комендант»), что видимо, объясняется вставками историка Покровского М. Н., записанными ими со слов Юровского. Имеется также расширенная вторая редакция «Записки», датированная 1922 годом.

Генеральный прокурор РФ Скуратов Ю. И. считал, что «записка Юровского» «представляет собой официальный отчет о расстреле царской семьи, подготовленный Я. М. Юровским для ЦК ВКП(б) и ВЦИК»[68].

Воспоминания Крупской

Н. К. Крупская, в своих воспоминаниях о В. И. Ленине, уверенно причисляла его и себя к ответственным за казнь Николая II и его семьи[11]:118: «Чехословаки стали подходить к Екатеринбургу, где сидел в заключении Николай II. 16 июля он и его семья были нами расстреляны,…».

Воспоминания Николая и Александры

До нашего времени дошли также дневники самих царя и царицы, которые в том числе велись прямо в Доме Ипатьева. Последняя запись в дневнике Николая II датирована субботой 30 июня (13 июля — Николай вёл дневник по старому стилю) 1918 года записью «Алексей принял первую ванну после Тобольска; колено его поправляется, но совершенно разогнуть его он не может. Погода теплая и приятная. Вестей извне никаких не имеем». Дневник Александры Фёдоровны доходит до последнего дня — вторника 16 июля 1918 года с записью: «…Каждое утро Коменд[ант] приходит в наши комнаты. Наконец по прошествии недели снова принесли яйца для Бэби [наследника]. …Внезапно прислали за Лёнькой Седнёвым, чтобы он пошел и попроведовал своего дядю, и он поспешно убежал, гадаем, правда ли все это и увидим ли мы мальчика снова…»

Царь в своём дневнике описывает ряд бытовых подробностей: прибытие царских детей из Тобольска, изменения в составе свиты («Решил отпустить моего старика Чемодурова для отдыха и вместо него взять на время Труппа»), погода, прочитанные книги, особенности режима, свои впечатления от караульных и от условий содержания («Несносно сидеть так взаперти и не быть в состоянии выйти в сад, когда хочется, и провести хороший вечер на воздухе! Тюремный режим!!»). Царь неосторожно упомянул и о переписке с анонимным «русским офицером» («на-днях мы получили два письма, одно за другим, в кот. нам сообщали, чтобы мы приготовились быть похищенными какими-то преданными людьми!»)

Из дневника можно узнать мнение Николая об обоих комендантах: Авдеева он назвал «поганцем» (запись от 30 апреля, понедельник), который один раз был «слегка навеселе». Также царь выразил недовольство разворовыванием вещей:

В сарае, где находятся наши сундуки, постоянно открывают ящики и вынимают разные предметы и провизию из Тобольска. И при этом без всякого объяснения причин. Все это наводит на мысль, что понравившиеся вещи очень легко могут увозиться по домам и, стало быть, пропасть для нас! Омерзительно! Внешние отношения также за последние недели изменились: тюремщики стараются не говорить с нами, как будто им не по себе, и чувствуется как бы тревога или опасение чего-то у них! Непонятно!

Впрочем, мнение о Юровском осталось ничуть не лучшим: «Этот тип нам нравится все менее!», «Жаль Авдеева, но он виноват в том, что не удержал своих людей от воровства из сундуков в сарае», «По слухам, некоторые из авдеевцев сидят уже под арестом!»

В записи от 6 мая (воскресенье) отмечено: «Дожил до 50 лет, даже самому странно!»

Александра Фёдоровна в своём дневнике описала смену комендантов следующим образом:

Авдеева заменяют и назначен новый Комендант (который приходил однажды посмотреть на ногу Бэби, а другой раз — наши комнаты) с молодым помощником, который выглядит приличным, тогда как другой вульгарен и неприятен. Вся наша внутренняя охрана отставлена (вероятно, кто-то узнал, что они воровали наши вещи из кладовой).

Уничтожение и захоронение царских останков

Версия Соколова

В распоряжении следователя Соколова оказался богатый материал, свидетельствующий о попытках большевиков захоронить трупы расстрелянных. Целый ряд местных крестьян оказались случайными свидетелями странной деятельности в районе заброшенной шахты близ деревни Коптяки. От них Соколову стало известно, что 17 июля в районе шахты выставлялось оцепление, и слышались взрывы гранат; кроме того, из Екатеринбурга к Коптякам проезжал грузовой автомобиль, поблизости от шахты были обнаружены его следы. 19 июля автомобиль уехал.

28 июля, когда большевики уже оставили Екатеринбург, семеро любопытствующих крестьян самовольно явились к шахте, и обнаружили там ряд ценностей.

Соколову удалось обнаружить около рудника огромное количество материальных свидетельств: следы грузового автомобиля (по всей видимости, приехавшего из Екатеринбургской ЧК), следы от костров (несколько маленьких костров для отпугивания комаров и оводов, и два больших костра), также следы пребывания там Юровского, за несколько дней до расстрела искавшего удобное место для захоронения трупов. На месте двух больших кострищ обнаружено в общей сложности 66 предметов. Ранее входившие в царскую свиту Жильяр, Гиббс, Занотти, Теглева, Эрсберг, Волков, Тутельберг, и прочие свидетели Иванов, Битнер, бывший охранник Дома Ипатьева Якимов показали, что ряд этих вещей принадлежали царской семье: принадлежавший великой княжне Ольге образ Николая Чудотворца, воинский значок царицы, пряжка от офицерского пояса царя, пряжка от пояса наследника, отдельные фрагменты шести обгоревших женских корсетов, куски обгорелого сукна из шинели наследника, осколки изумрудов и сапфиров, две золотые цепочки и т. д. Многие предметы обгорели, некоторые были разрушены.

В том числе в кострищах была обнаружена искусственная челюсть (по всей видимости — доктора Боткина), 24 кусочка свинца, две пули нагана и одна оболочка такой же пули, человеческий палец, сброшенный в шахту «труп собаки самки» с пробитым черепом (скорее всего — собачка Джемми великой княжны Анастасии), «куски сальных масс, смешанных с землёй», и «осколки костей млекопитающего», обожжённые и разрубленные. Соколову не удалось достоверно установить, являются ли кости млекопитающего именно человеческими. Осталось также неизвестным, чей именно палец был обнаружен. Скорее всего, палец принадлежал женщине средних лет.

Соколову также удалось найти два распоряжения, выписанные 17 июля Войковым П. Л. в аптекарский магазин «Русское общество» с требованием выдать служащему комиссариата снабжения Зимину серную кислоту: в первом требовании пять пудов, и во втором ещё три кувшина. В общей сложности Зимину было выдано 11 пудов 4 фунта серной кислоты, за которые уплачено 196 рублей 50 копеек. Кислота была доставлена на рудник 18 июля, Соколову удалось найти остатки деревянных ящиков, в которых она перевозилась.

В самой шахте обнаружены следы взрывов, из чего был сделан вывод, что большевики безуспешно пытались обрушить шахту. Однако никаких трупов в самой шахте не было (за исключением трупа собачки Джемми). Следствие безуспешно пыталось обнаружить трупы, перекопав всю прилегающую местность, однако обнаружить тела так и не удалось.

Исходя из имеющихся у него материалов, Соколов сделал следующие выводы: трупы были привезены на рудник в ночь («ранним утром») с 16 на 17 июля. Одежда была грубо разрезана (обнаружены повреждения на пуговицах, крючках и петлях). Затем сами трупы были разрублены и целиком уничтожены с помощью огня и серной кислоты. При этом из тел расстрелянных вытопились сало и свинец из пуль. Появление на руднике многочисленных драгоценностей Соколов объяснил тем, что, согласно показаниям свидетельницы Теглевой, великие княжны тайно зашили их в свою одежду. Во время захоронения часть драгоценностей остались незамеченными.

Версия Юровского

По воспоминаниям Юровского, он отправился к руднику уже в три часа ночи 17 июля на грузовом автомобиле, поручив при этом проведение захоронения Ермакову П. З. Однако дело пошло не так гладко, как бы хотелось: Ермаков привёл в качестве похоронной команды слишком много людей («Зачем их было столько, я и до сих пор не знаю, я услышал только отдельные выкрики: „Мы думали, что нам их сюда живыми дадут, а тут, оказывается, мертвые“»), и вокруг оказалось много случайных свидетелей из местных крестьян. Кроме того, вскоре обнаружились зашитые в одежде великих княжон драгоценности, которые похоронная команда попыталась присвоить. Мало того, и сам грузовик застрял.

Юровский, по его словам, решает избавиться от присутствия чрезмерно большой похоронной команды, отправив часть из них на оцепление, а других отослав в город «за ненадобностью». Одновременно большевики начали разводить костры для уничтожения трупов.

На дочерях же были лифы, так хорошо сделаны из сплошных бриллиантовых и др[угих] ценных камней, представлявших из себя не только вместилища для ценностей, но и вместе с тем и защитные панцири. Вот почему ни пули, ни штык не давали результатов при стрельбе и ударах штыка. В этих их предсмертных муках, кстати сказать, кроме их самих, никто не повинен. Ценностей этих оказалось всего около полупуда. Жадность была так велика, что на Александре Федоровне, между прочим, был просто огромный кусок круглой золотой проволоки, загнутой в виде браслета, весом около фунта…Те части ценностей, которые белые при раскопках обнаружили, относились, несомненно, к зашитым отдельно вещам и при сжигании остались в золе костров.

После изъятия ценностей и сжигания одежды на кострах большевики побросали трупы в шахту, однако «…новая морока. Вода-то чуть покрыла тела, что тут делать?». Похоронная команда безуспешно попыталась обрушить шахту гранатами («бомбами»), после чего Юровский, по его словам, окончательно пришёл к выводу, что захоронение трупов провалено, так как осталось много свидетелей, и, конечно, трупы будут обнаружены в шахте, куда их сбросили.

Уже после этого большевики решают сжечь трупы, также получив через комиссара снабжения Урала Войкова серную кислоту, бензин и лопаты. С огромным трудом («достать и вытащить трупы [из шахты] оказалось не так просто, и с этим немало помучились»), трупы были вытащены из шахты. Однако дальше Юровский опять пишет о целом ряде «накладок»: вызванный им «спец по сжиганию» Полушин так и не прибыл, так как упал с лошади и повредил ногу, кроме того, другая лошадь отдавила ногу и самому Юровскому, так что он час не мог двигаться. Кроме того, в заброшенном месте, куда приехала похоронная команда, оказался случайный свидетель.

После этого, по словам Юровского, большевики бросили и эту яму, и повезли трупы уже в третье место. Вызванный ими грузовик по дороге опять застрял. Наконец энергия Юровского окончательно иссякла, и трупы были похоронены в первом попавшемся месте в болоте у дороги. Никаких случайных свидетелей при этом уже не было, так как всё происходило в глухом месте, причём глубокой ночью.

…все так дьявольски устали, что уж не хотели копать новой могилы, но как всегда в таких случаях бывает, двое-трое взялись за дело, потом приступили другие, тут же развели костер, и пока готовилась могила, мы сожгли два трупа: Алексея и по ошибке вместо Александры Федоровны сожгли, очевидно, Демидову. На месте сжигания вырыли яму, сложили кости, заровняли, снова зажгли большой костер и золой скрыли всякие следы. Прежде чем сложить в яму остальные трупы, мы облили их серной кислотой, яму завалили, шпалами закрыли, грузовик пустой проехал, несколько утрамбовали шпалы и поставили точку.

Свои воспоминания о захоронении трупов оставили также Родзинский И. и Медведев (Кудрин) М. А. (Медведев, по собственному признанию, в захоронении лично не участвовал, и пересказал события со слов Юровского и Родзинского). По воспоминаниям самого Родзинского:

Мы сейчас же эту трясину расковыряли. Она глубокая бог знает куда. Ну, тут часть разложили этих самых голубчиков и начали заливать серной кислотой, обезобразили все, а потом все это в трясину. Неподалеку была железная дорога. Мы привезли гнилых шпал, проложили маятник, через самую трясину. Разложили этих шпал в виде мостика такого заброшенного через трясину, а остальных на некотором расстоянии стали сжигать.

Но вот, помню, Николай сожжен был, был этот самый Боткин, я сейчас не могу вам точно сказать, вот уже память. Сколько мы сожгли, то ли четырёх, то ли пять, то ли шесть человек сожгли. Кого, это уже точно я не помню. Вот Николая точно помню. Боткина и, по-моему, Алексея. Ну, вообще, должен вам сказать, человечина, ой, когда горит, запахи вообще страшные. Боткин жирный был.

Версия Вильтона

Работа члена следственной команды Р. Вильтона «Последние дни Романовых» целиком основана на материалах следствия Соколова (на тот момент ещё неопубликованных), и сообщает тот же фактический материал с теми же выводами. Из 66 упомянутых Соколовым предметов, найденных в районе Ганиной ямы, Вильтон упоминает 12 «важнейших». В целом Вильтон пришёл к выводу, что:

По-видимому, убийцы предполагали сперва, уничтожив одежду с помощью бензина, бросить изуродованные, обезглавленные трупы в шахту через большой колодец и, взорвав срубы гранатами, засыпать следы — так поступили в Алапаевске. Но сруб оказался слишком крепок. Тогда было срочно отправлено в город требование доставки серной кислоты…Вот почему работа заняла так много времени, с утра 4(17) по 6(19) июля.

Вместе с тем Вильтон настаивал на том, что трупы были предположительно целиком уничтожены в районе заброшенной шахты, а сообщения о последующем перезахоранивании является дезинформацией, пущенной самими большевиками («Легко становится уяснить себе рассказы о том, что „хоронили и перехоранивали“. Но это обстоятельство искусственно раздувалось большевицкими агентами и теми непрошеными охотниками, которые всегда впутываются во всякое крупное следствие»)[69].

При этом в распоряжении следствия было по крайней мере одно свидетельство, утверждавшее, что перезахоронение всё-таки имело место. Случайный свидетель, завхоз Верх-Исетского партийного клуба, Прохкопий Кутенков, подслушал разговор нескольких членов похоронной команды. Один из большевиков, Александр Костоусов, заметил, что «Второй день приходится возиться. Вчера хоронили, а сегодня перехоранивали». Другой большевик, Василий Леватных, сказал: «Когда мы пришли, они ещё теплые были, я сам щупал царицу, она была теплая».

Данное свидетельство было получено ещё до начала следствия Соколова, и в декабре 1918 года было направлено министру юстиции правительства адмирала Колчака Старынкевичу С. С.[70]

Анализ следователя Соловьёва

Старший прокурор-криминалист Главного следственного управления Генеральной прокуратуры РФ Соловьев В. Н. провёл детальный сравнительный анализ как воспоминаний участников событий («советские источники»), так и материалов следствия Соколова.

Расстрел

Были рассмотрены воспоминания лиц, которые участвовали в расстреле лично:

  • заместитель коменданта Никулин Г. П.
  • пулемётчик из охраны Дома Ипатьева Сухоруков А. А.
  • уральский чекист Кабанов М. (запись 1965 года на магнитную ленту и сохранившиеся частное письмо Медведеву М. М.)
  • Ермаков П. З.
  • Начальник караула Медведев П. С. (показания, данные следствию в 1919 году)

Также были рассмотрены показания следователю Соколову бывших охранников Дома Ипатьева, лично в расстреле не участвовавших:

  • охранник Проскуряков
  • разводящий Якимов А. А.

Рассмотрев всю совокупность этих свидетельств, следователь Соловьёв пришёл выводу, что они не противоречат друг другу, различаясь лишь в мелких деталях[71]:

Сопоставление воспоминаний участников расстрела и захоронения Юровского, Никулина, Медведева (Кудрина), Стрекотина, Медведева, Ермакова, Кабанова, не знавших о том, какие показания были даны колчаковскому следствию Медведевым, Якимовым и Проскуряковым говорит о том, что все они достаточно объективны. Несколько различаясь в мелких деталях, что естественно, когда человек не был предварительно «подготовлен», указанные лица говорят о том, что одновременно в полуподвальном помещении в ночь с 16 на 17 июля 1918 г. были расстреляны все члены царской семьи, слуги и лейб-медик Боткин. Упоминаются такие детали, как то, что в комнату были внесены стулья, что Николай II и Александра Федоровна погибли сразу, а царевича Алексея, горничную Демидову и Великую княжну Анастасию пришлось «достреливать» и «докалывать». Одинаково описывается транспорт, предназначенный для перевозки трупов.

При этом следователь Соловьёв также отметил разночтения между воспоминаниями Ермакова П. З. и остальными имеющимися материалами: «Ряд деталей его воспоминаний вызывают серьезные сомнения»[72].

Захоронение

Рассмотрены воспоминания коменданта Дома Ипатьева Юровского («Записка Юровского» и более поздняя запись 1934 года), и также лично участвовавших в захоронении красногвардейца Сухорукова и чекиста Родзинского. Эти свидетельства были сопоставлены друг с другом, и также с протоколом осмотра места, обозначенного, как Поросёнков Лог, следователем Соколовым Н. А., и протоколом осмотра того же места прокуратурой Свердловской области 11 — 13 июля 1991 года. По воспоминаниям Юровского, в данном месте расстрелянные были захоронены окончательно.

Согласно протоколу 1991 года, в раскопе обнаружены фрагменты человеческих костей и волос, остатки керамики. Найдены также следы раскопок, проведённых Гелием Рябовым в 1979 году: обнаружена икона в полиэтиленовом пакете с надписью: «Взято 01.06.79 возвращено 07. 07. 1980 г.».

В протоколе осмотра данного места следователем Соколовым в 1919 году оно изображено, как болото, на котором «набросан мостик» из нескольких брёвен и старых шпал. В материалах Соколова также имеется свидетельство железнодорожного сторожа Лобухина, что в данном месте в ночь на 19 июля длительное время стоял грузовой автомобиль.

Исходя из этих материалов, следователь Соловьёв сделал следующий вывод:

Сравнение материалов участников захоронения и уничтожения трупов и документов из следственного дела Соколова Н. А. о маршрутах передвижения и манипуляциях с трупами дают основания для утверждения о том, что описываются одни и те же места, возле шахты # 7, у переезда # 184. Действительно, Юровский и другие сжигали одежду и обувь на месте, исследованном Магницким и Соколовым, при захоронении использовалась серная кислота, два трупа, но не все, были сожжены. Детальное сопоставление этих и иных материалов дела дает основания для утверждения, что существенных, исключающих друг друга противоречий в «советских материалах» и материалах Соколова Н. А. нет, имеется лишь различное истолкование одних и тех же событий.

В записке, поданой на имя Патриарха Алексия II (1998 год) Соловьёв В. Н. также указал, что «Место захоронения, указанное в „записке [Юровского]“, точно соответствует „мостику“ из шпал, о котором писали Н. А. Соколов и М. К. Дитерихс (имеются их планы и фотографии этого места)», и «На сегодня каких-либо данных, существенно не совпадающих с материалами следствия, организованного правительством Колчака не имеется». Соловьёв также указал, что согласно данным исследования, «…при условиях, в которых производилось уничтожение трупов, невозможно было полностью уничтожить останки, используя серную кислоту и горючие материалы, указанные в следственном деле Соколова Н. А. и воспоминаниях участников событий»[73].

В ходе следствия проверена версия о предполагаемом полном уничтожении трупов с помощью серной кислоты и огня. С этой целью проведены специальные исследования, установившие, что с помощью имевшихся в распоряжении Юровского 120—180 литров керосина и 170 литров серной кислоты уничтожить два трупа за несколько часов невозможно[74].

По мнению генерального прокурора РФ Скуратова Ю. И., «данные, приведенные в „соколовском деле“, говорят о том, что в нём нет фактов, серьезно противоречащих изложению событий Юровским»[68].

Расследование

Икона «Пресвятая Богородица Тамбовская». Найдена следствием в 1919 году в доме Ипатьева Свято-Троицкая Духовная Семинария, Джорданвилль, США

25 июля 1918 года, через восемь дней после расстрела царской семьи, Екатеринбург заняли части Белой армии и отряды Чехословацкого корпуса. В доме Ипатьева расположился штаб генерала Гайды, командующего Сибирской армией, начались поиск исчезнувшей царской семьи и расследование убийства.

Предварительное следствие

Военные власти Белой армии образовали следственную комиссию, которая произвела осмотр шахты заброшенного рудника вблизи деревни Коптяки.

30 июля для расследования обстоятельств гибели царской семьи постановлением Екатеринбургского окружного суда был назначен следователь по важнейшим делам А. П. Намёткин. 12 августа 1918 года расследование было поручено вести члену Екатеринбургского окружного суда И. А. Сергееву[75], который осмотрел дом Ипатьева, в том числе и полуподвальную комнату, где была расстреляна царская семья, собрал и описал вещественные доказательства, найденные в «Доме особого назначения» и на руднике.[76]

Расследование Кирсты

После падения Екатеринбурга начальником его уголовного розыска был назначен Кирста А. Ф., подключившийся к следствию уже с августа 1918 года. Как указывает исследователь Лев Сонин[77], следователю Кирсте удалось опросить нескольких ключевых свидетелей: бывшего охранника Дома Ипатьева Летемина, и жену начальника караульной команды, Медведеву. Оба свидетеля параллельно заявили о расстреле всей семьи, о чём узнали: Летемин от пулемётчика Стрекотина, а Медведева от своего мужа, который лично участвовал в расстреле.

Однако в дальнейшем следователь Кирста стал всё больше склоняться в пользу официально опубликованной тогда большевистской версии о том, что в Доме Ипатьева был расстрелян один только свергнутый царь, без семьи. Об этом указывало то, что член Президиума Уралоблсовета Голощёкин Ф. И. не предъявил трупы, в Ганиной Яме самих трупов также обнаружено не было. Опрошённый Кирстой свидетель Самойлов заявил со слов своего соседа, охранника Дома Ипатьева Варакушева, что «Голощёкин всё врёт», никакого расстрела якобы вообще не было, и царская семья якобы была погружена в вагон.

В конце августа 1918 года поручик Шереметовский перехватил записку следователя Кирсты, гласившую, что «Дело принимает уголовный характер. Необходимо подкупить свидетелей». После этого Кирста А. Ф. был отстранён от следствия и арестован приказом начальника гарнизона генерал-лейтенанта Голицына, однако после убытия генерала Голицына на фронт по приказу чешского генерала Гайды освобождён. В декабре 1918 года генерал Пепеляев занял Пермь, и Гайда откомандировал Кирсту в этот город с приказом проверить слухи о том, что царская семья якобы вывозилась в Пермь. 22 января 1919 года Кирста опросил свидетеля Вишнёвского, который со слов заключённого Грудина также подтвердил факт расстрела.

Однако вскоре после этого расследование Кирсты начинает заходить уже в фантастическое русло: 10 февраля 1919 года им был допрошен свидетель доктор Уткин, утверждавший, что уже в конце 1918 года он лечил неизвестную больную, назвавшуюся «дочерью Государя Анастасией». Больная находилась в это время в ЧК «в доме Крестьянского поземельного банка на углу Петропавловской и Обвинской улиц», куда был вызван доктор Уткин для оказания медицинской помощи. На женщине обнаружены опухоль под глазом и рассечённая губа, видимо, вследствие избиений.

8 марта Кирста допросил свидетельницу Наталью Мутных, заявившую о том, что якобы «семья б. Государя Николая II: его супруга и 4 дочери из города Екатеринбурга были перевезены в Пермь и секретно ночью поселены в подвале дома Березина, где была мастерская. Из этого подвала одна из дочерей бежала в сентябре месяце, была поймана где-то за Камой и увезена в чрезвычайку». 2 апреля та же свидельница дополнила свои показания подробностями о том, что якобы в Екатеринбурге были расстреляны только Николай с наследником, а Александра Фёдоровна с дочерьми перевезены в Пермь, где великая княжна Анастасия бежала, но «была поймана за Камой, избита сильно красноармейцами и привезена в чрезвычайку, где лежала на кушетке за ширмой в кабинете Малкова. У постели её охраняла Ираида Юрганова-Баранова. Потом княжну отвезли в исправительное отделение за заставой. Умрела ли она от ран или её домучили — не знаю, но мне известно, что эту княжну похоронили в 1 час ночи недалеко от того места, где находятся бега-ипподром, причем большевики все это хранили в большой тайне. О похоронах я знаю по слухам».

Параллельно Кирста допрашивает других свидетелей, которые утверждают совсем другое. Машинист Логинов со ссылкой на екатеринбургского чекиста Сахарова показал, что в Екатеринбурге была расстреляна вся семья, причём большевики якобы тянули жребий, кому застрелить Николая, и этот жребий якобы вытянул Ермаков[77].

Со временем деятельность Кирсты начинает вызывать всё большее раздражение Колчака из-за чрезмерной приверженности версиям о спасении царской семьи. К апрелю 1919 года Колчак приказал следователю Кирсте полностью свернуть все свои действия, а материалы передать Соколову.

Расследование Соколова

Том материалов предварительного следствия Н. А. Соколова об убийстве царской семьи. 1919. РГАСПИ

17 января 1919 года для надзора за расследованием дела об убийстве царской семьи Верховный правитель России адмирал А. В. Колчак назначил главнокомандующего Западным фронтом генерал-лейтенанта М. К. Дитерихса. 26 января Дитерихс получил подлинные материалы следствия, проведённого Намёткиным и Сергеевым. Приказом от 6 февраля 1919 года расследование было возложено на следователя по особо важным делам Омского окружного суда Николая Алексеевича Соколова (18821924). 7 февраля Соколову в Омск были переданы от Дитерихса подлинное производство и вещественные доказательства по делу. С 8 марта по 11 июля Соколов продолжил следственные действия в Екатеринбурге. По приказу Дитерихса Соколов покинул Екатеринбург 11 июля 1919 года и вывез все акты подлинных следственных производств вместе с вещественными доказательствами.[76]

Соколов кропотливо и самоотверженно вёл порученное ему следствие. Уже был расстрелян Колчак, вернулась Советская власть на Урал и в Сибирь, а следователь продолжал свою работу в изгнании. С материалами следствия он проделал опасный путь через всю Сибирь на Дальний Восток, затем в Америку. В эмиграции в Париже Соколов продолжал брать показания у уцелевших свидетелей. Он умер от разрыва сердца в 1924 году, так и не завершив своего расследования. Именно благодаря кропотливой работе Н. А. Соколова стали впервые известны подробности расстрела и захоронения царской семьи. Выводы следствия Соколова были изложены в книгах Р. Вильтона и М. К. Дитерихса до того, как сам Соколов опубликовал свою работу.

Соколов, вслед за Намёткиным и Сергеевым, провёл детальный осмотр дома, осмотрел предполагаемое место захоронения (заброшенная шахта близ деревни Коптяки), опросил ряд свидетелей. В том числе были допрошены несколько бывших охранников Дома Ипатьева, после эвакуации оставшихся в городе.

Осмотр дома был затруднён тем обстоятельством, что с октября 1918 года в нём разместился штаб командующего чехословаками Гайды.

На стене комнаты, где произошло убийство, была обнаружена следующая надпись:

Beltazsar ward in selbiger Nacht
Von seinen kneichen ungebrachn

Искажённая цитата Гейне: «Валтасар был в эту ночь убит своими подданными». Но у Гейне имя библейского царя — «Bulthasar», а на стене комнаты — «Beltazsar» то есть «Белый Царь».[78]

В распоряжении следствия оказались, в том числе, телеграммы, отправлявшиеся председателем Уралоблсовета Белобородовым в Москву; копии этих телеграмм были сохранены Екатеринбургской телеграфной конторой в целях ведения финансовой отчётности, и при эвакуации большевики в суматохе забыли их изъять. Все телеграммы были зашифрованы; расшифровать их Соколову удалось уже в эмиграции. В своей работе следователь детально описывает порядок расшифровки. Так, одна из телеграмм за подписью Белобородова резко противоречила официальной на тот момент версии Москвы о расстреле якобы только одного царя, и гласила (орфография сохранена):

Передаите Свердлову, что все семеиство постигла та же участ/ь/, что и главу. Оффициал/ь/но семия погибнет при евакуации.

По мнению исследователя Синельникова А. В., орфографические ошибки в тексте не являются проявлением безграмотности, а сделаны сознательно для ухудшения возможности дешифровки[79].

Также в эмиграции Соколов допросил ряд свидетелей. В том числе ему удалось встретиться с Куртом Рицлером, преёмником убитого левыми эсерами в июле 1918 года германского посла графа Мирбаха. Рицлер передал Соколову уникальные материалы, проливавшие свет на реакцию Германии[80].

Помимо жизни царской семьи от ареста до расстрела, Соколов также расследовал, хотя и не так детально, алапаевское и пермское убийства, и также деятельность Распутина, фрейлины Вырубовой, шурина Распутина — авантюриста Соловьёва.

Основные выводы следствия Соколова были опубликованы на французском языке в 1924 году, и на русском — посмертно, в 1925 году.

В сентябре 1997 года великий князь Лихтенштейна Ханс Адам II передал Генеральной прокуратуре РФ все материалы следствия Соколова.

Сообщения о фальшивом судебном процессе в Перми

В материалах дела следователя Соколова упоминается о фальшивом судебном процессе над фальшивыми участниками расстрела царской семьи, предположительно организованного большевиками в Перми в сентябре 1918 года. Утверждается, что ревтрибунал под председательством Матвеева привлёк к суду 38 человек, в первую очередь — бывших членов Екатеринбургского совета левых эсеров Яхонтова, Грузинова и Малютина, а также двух женщин, Марию Апраксину и Елизавету Миронову. Из обвиняемых приговорены к расстрелу пять вышеупомянутых, а также девять «красногвардейцев» за грабежи (в источнике упоминаются именно «красногвардейцы», хотя на сентябрь 1918 года Красная Гвардия уже была включена в состав РККА).

Указанное сообщение взято Соколовым из эмигрантской газеты «Шанхайская жизнь», купленной им в Шанхае в 1920 году, и, в свою очередь, ссылавшейся на неуказанный номер «Правды»[81][82]. Вильтон и Дитерихс также повторяют это сообщение, со ссылкой уже прямо на «Правду». В книге Вильтона указано, что суд состоялся не в 1918, а 1919 году, и к нему было привлечено не 38 человек, а 28[83]. Кроме того, Вильтон приписывает обвиняемому Яхонтову показания, что последними словами царя якобы были «за смерть царя Россия проклянет большевиков», хотя в сообщении «Шанхайской газеты» такого не упоминается. Также о 1919 годе упоминает бывший член царской свиты Пьер Жильяр в своей работе «Император Николай II и его семья»: «Они [большевики] стали тогда обвинять социалистов-революционеров в том, что они виновники преступления и что они хотели таким путем скомпрометировать партию большевиков. В сентябре 1919 года двадцать восемь человек были арестованы ими в Перми и судимы по ложному обвинению в участии в убийстве Царской семьи. Пять из них были присуждены к смерти и казнены».

На самом деле в выпусках самой «Правды» подобных сообщений не обнаружено, кроме того, среди членов Екатеринбургского совета никогда не было указанных лиц[84]. Возможно, указанное сообщение является фальсификацией газеты «Шанхайская жизнь». Тем не менее, сообщение о фальшивом процессе широко разошлось: его цитирует, например, Ричард Пайпс со ссылкой на Вильтона, прокомментировав сообщение, как «загадочное».

Поиски царских останков

Ганина яма -первое место погребения убитых и Поминальный крест.

Останки членов семьи Романовых были обнаружены под Свердловском ещё в 1979 году при раскопках, которыми руководил консультант министра внутренних дел Гелий Рябов. Однако тогда найденные останки по указанию властей закопали.

В 1991 году раскопки были возобновлены. Многочисленные эксперты подтвердили, что найденные тогда останки с большой долей вероятности являются останками царской семьи. Останки царевича Алексея и княжны Марии найдены не были.

В июне 2007 года, осознавая мировую историческую значимость события и объекта, было принято решение провести новые изыскательские работы на Старой Коптяковской дороге с целью обнаружения предполагаемого второго места укрытия останков членов императорской семьи Романовых.

В июле 2007 года костные останки мальчика в возрасте 10-13 лет, и девушки в возрасте от 18-23 лет, а также обломки керамических амфор с японской серной кислотой, железные уголки, гвозди, и пули были найдены уральскими археологами под Екатеринбургом недалеко от места захоронения семьи последнего российского императора. По версии учёных, эти останки членов императорской семьи Романовых царевича Алексея и его сестры княжны Марии, сокрытые большевиками в 1918 году.

Андрей Григорьев, заместитель генерального директора Научно-производственного Центра по охране и использованию памятников истории и культуры Свердловской области: «От уральского краеведа В. В. Шитова я узнал о том, что в архиве хранятся документы, в которых рассказывается о пребывании царской семьи в Екатеринбурге и её последующем убийстве, а также о попытке сокрытия их останков. До конца 2006 года начать поисковые работы мы не смогли. 29 июля 2007 года в результате поисков мы наткнулись на находки».

24 августа 2007 года Генеральная прокуратура России возобновила расследование по уголовному делу о расстреле царской семьи в связи с обнаружением под Екатеринбургом останков царевича Алексея и Великой княжны Марии Романовых.[85]

На останках детей Николая II обнаружены следы разрубания. Об этом сообщил начальник отдела археологии научно-производственного центра по охране и использованию памятников истории и культуры Свердловской области Сергей Погорелов. «Следы того, что тела были разрублены, найдены на плечевой кости, принадлежащей мужчине и на фрагменте черепа, идентифицированного как женский. Кроме того, на черепе мужчины обнаружено полностью сохранившееся овальное отверстие, возможно, это след от пули», — пояснил Сергей Погорелов.[86]

В 2008 году генетический анализ, проведённый экспертами в США, подтвердил, что обнаруженные в 2007 году под Екатеринбургом останки принадлежат детям Николая II.[87] В июле 2008 года данную информацию официально подтвердил Следственный комитет при Прокуратуре РФ, сообщив, что экспертиза останков, найденных в 2007 году на старой Коптяковской дороге, установила: обнаруженные останки принадлежит великой княжне Марии и цесаревичу Алексею, являвшимися наследникам императора.[88]

Расследование конца XX и начала XXI веков

Обстоятельства гибели царской семьи расследовались в рамках уголовного дела, возбуждённого 19 августа 1993 года по указанию Генерального прокурора Российской Федерации. Материалы правительственной Комиссии по изучению вопросов, связанных с исследованием и перезахоронением останков российского императора Николая II и членов его семьи, опубликованы[89]. Криминалист Сергей Никитин в 1994 году выполнил реконструкцию облика обладателей найденных черепов по методу Герасимова.

Следователь по особо важным делам Главного следственного управления Следственного комитета при Прокуратуре Российской Федерации В. Н. Соловьёв, который вёл уголовное дело по факту гибели царской семьи, заявил, что им не обнаружено документов, которые бы напрямую доказывали инициативу Ленина и Свердлова[90]. Вместе с тем на вопрос о том, есть ли вина Ленина и Свердлова в расстреле царской семьи, он ответил[90]:

Я считаю, безусловно, она есть. 18 июля 1918 года, узнав, что убита вся семья, они официально одобрили расстрел, ни один из организаторов и участников расстрела не понёс никакого наказания.

Между тем, историк А. Г. Латышев отмечает, что если Президиум ВЦИК под председательством Свердлова одобрил (признал правильным) решение Уралоблсовета о расстреле Николая II, то возглавлявшийся Лениным Совнарком это решение лишь «принял к сведению»[11]:131.

Соловьёв полностью отверг «ритуальную версию», указав что большинство участников обсуждения способа убийства были русскими, в самом убийстве принимал участие только один еврей (Юровский), а остальные были русскими и латышами. Нет данных, позволяющих утверждать о ритуальном характере обращения с трупами. Надпись на стене не даёт никаких оснований для утверждения о ритуальном характере действий инициаторов и участников расстрела, поскольку автор стиха Гейне был крещёным и ассимилированным евреем, его стихи никакого отношения к иудаизму не имеют[91].

Следствием опровергнута также продвигавшаяся М. К. Дитерхисом версия об «отрубании голов» в ритуальных целях. Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы, на шейных позвонках всех скелетов отсутствуют следы посмертного отчленения голов.

В октябре 2011 года Следственный комитет России прекратил расследование дела. Соответствующее постановление было передано представителям дома Романовых. В официальном заключении Следственного комитета России, оглашенном в октябре 2011 года, указывалось, что следствие не располагает документальными доказательствами причастности Ленина либо кого-то другого из высшего руководства большевиков к расстрелу царской семьи[92][93]. Современные российские историки разъясняют всю несостоятельность выводов о якобы непричастности лидеров большевиков к убийству на основании отсутствия в современных архивах документов прямого действия: Ленин практиковал личное принятие и отдачу самых кардинальных распоряжений на места тайно и в высшей степени конспиративно[94][95]. Ни Ленин, ни его окружение не отдавали и ни за что не стали бы по вопросу, связанному с убийством Царской Семьи, отдавать письменных приказов. Кроме того, историк д.и.н. А. Н. Боханов ещё в 2008 году отмечал, что «очень многие события в истории не отражены документами прямого действия», в чём нет ничего удивительного[94]. Позиция Канцелярии Дома Романовых Александра Закатова соответсвует разъясненим А. Н. Боханова, её директор прокомментировал это постановление таким образом, что представители Романовых полагают, что лидеры большевиков могли отдавать не письменные приказы, а устные распоряженния[92][93]

Реакция на расстрел

Коковцов В. Н.[96]:

На всех, кого мне приходилось видать в Петрограде, это известно произвело ошеломляющее впечатление: одни просто ни поверили, другие молча плакали, большинство просто тупо молчало. Но на толпу, на то, что принято называть «народом» — эта весть произвела впечатление, которого я не ожидал. В день напечатания известия я был два раза на улице, ездил в трамвае и нигде не видел ни малейшего проблеска жалости или сострадания. Известие читалось громко, с усмешками, издевательствами и самыми безжалостными комментариями… Какое-то бессмысленное очерствение, какая-то похвальба кровожадностью. Самые отвратительные выражения: «давно бы так», «ну-ка — поцарствуй ещё», «крышка Николашке», «эх, брат, Романов, доплясался» — слышались кругом, от самой юной молодёжи, а старшие либо отворачивались, либо безучастно молчали. Видно было, что каждый боится не то кулачной расправы, не то застенка.

Из записи воспоминаний Исайи Родзинского (из команды убийц Царской семьи) о первом митинге в Екатеринбурге по поводу казни Николая II[97]:

Ну, одним словом, это тогда был, по-моему, театр драмы назывался он. Там митинг организовали. Но мы все пришли. Нас интересовало реагирование. Поэтому максимальное число людей, которое могло от нашей организации прийти, пришли и разместились там. Я тоже был там. И митинг открыли областные организации. С докладом выступил Голощёкин с сообщением. Вот, надо сказать, что публика собралась случайная: дамы со шляпками, обыватели сидели тут. Рабочего класса не было, потому что и время такое. Не знаю, почему так собрали митинг, ничего не могу сказать. Но во всяком случае вот так. Впечатление было от собравшихся самое такое, что обывательщина пришла. Вот, я вам рассказывал: дамы в шляпках. Причем кое у кого на глазах слёзы были. Мы наблюдали. Понятно, и такие вещи были. Кое-кто не верил, говорил, что врут большевики, что расстреляли. Это мы уже слышали после митинга. Не верилось им, что царя могли расстрелять. Надо сказать, что Голощекин, когда выступил на митинге, он так вдруг «от Николая до малого» сказал, чего он не должен был, конечно, говорить. Но публика, видимо, не поняла. Потому что всё-таки говорили о Николае, а не о семье.
Отрывок
романса Сержа

Я хочу попросить Вас:
 Скорей преклоните колени,
 Затеплите лампаду
 Иль белую Божью свечу.
 Государь император
 Поутру сегодня расстрелян,
 Наследник престола российского
 Отдан во власть палачу.

Из сборника статей советских историков[98]:

…Расстрел последнего российского императора осложнил обстановку на Урале. Мятежи вспыхнули в Оханском, Осинском, Кунгурском, Красноуфимском, Чердынском и других уездах Пермской губернии, в ряде районов Уфимской, в Уржумском уезде Вятской губернии. Под влиянием эсеров и меньшевиков взбунтовалась не только мелкая буржуазия города и деревни, но и значительная часть среднего крестьянства. К мятежникам примкнули отдельные слои рабочих. Бунтовщики жестоко расправлялись с коммунистами, работниками государственных учреждений, их семьями. Так, в селе Сепыч Кунгурского уезда в первые дни мятежа кулаки замучили и расстреляли 46 советских работников, в Кизганбашевской волости Уфимской губернии от рук мятежников погибло 300 человек. Некоторые белогвардейско-эсеровские мятежи подавлялись в короткие сроки. Однако чаще они приобретали затяжной характер, восставшие длительное время оказывали сопротивление советским войскам.

Дальнейшая судьба участников расстрела

Члены Президиума Уралсовета:

  • Белобородов, Александр Георгиевич — в 1920-е годы присоединился к «левой оппозиции», на квартире Белобородова останавливался Троцкий перед ссылкой в Алма-Ату. Расстрелян в 1938 году, несмотря на то, что в 1930 году заявил о разрыве идейной связи с «троцкизмом».
  • Голощёкин, Филипп Исаевич — осуществлял коллективизацию в Казахстане. Расстрелян в 1941 году
  • Дидковский, Борис Владимирович — работал в Уральском госуниверситете, Уральском геологическом тресте. Расстрелян в 1938 году. В 1956 реабилитирован, в 1968 году в честь Дидковского назван горный пик на Урале.
  • Сафаров, Георгий Иванович — присоединился к «новой оппозиции» Зиновьева-Каменева, расстрелян в 1942 году
  • Толмачёв, Николай Гурьевич — погиб в 1919 году на гражданской войне

Непосредственные исполнители:

  • Юровский, Яков Михайлович — умер в 1938 году от язвы желудка. В марте 1938 года репрессировалась за «троцкизм» дочь Юровского Юровская, Римма Яковлевна. Сын Юровского, Юровский, Александр Яковлевич, арестовывался в 1952 году.
  • Никулин Г. П. (помощник Юровского) — пережил чистку, оставил воспоминания (запись Радиокомитета 12 мая 1964 года);
  • Ермаков, Пётр Захарович — в 1934 году ушёл на пенсию, пережил чистку.
  • М.А. Медведев (Кудрин) — пережил чистку, перед смертью оставил подробные воспоминания о событиях (декабрь 1963 года). Умер 13 января 1964 года, похоронен на Новодевичьем кладбище с воинскими почестями.
  • Медведев, Павел Спиридонович — участвовал в боях за Пермь зимой 1918 года. По приказу командования он должен был взорвать мост через Каму, но сдался в плен белым. Вскоре был освобожден и работал санитаром в госпитале, личность свою скрыл, жил под фамилией Бобылев. Через некоторое время он признался сестре милосердия в том, что служил в отряде, охранявшем дом Ипатьева. 11 февраля 1919 года был арестован агентом белогвардейского уголовного розыска С. И. Алексеевым. Умер в тюрьме 12 марта 1919 года от тифа.

Прочие:

Пермское убийство:

  • Мясников, Гавриил Ильич — в 1920-е годы присоединился к «рабочей оппозиции», в 1923 году репрессирован, в 1928 бежал из СССР. Расстрелян в 1945.

Реабилитация царской семьи

Царская Семья

В 1990—2000-е годы перед различными инстанциями ставился вопрос о юридической реабилитации Романовых. В сентябре 2007 Генеральная прокуратура РФ отказалась рассматривать такое решение, так как не обнаружила по факту расстрела Романовых «обвинений и соответствующих решений судебных и несудебных органов, наделявшихся судебными функциями [11]» и расстрел был «умышленным убийством, пускай и имеющим политическую окраску, совершенным лицами, не наделенными соответствующими судебными и административными полномочиями»[9]. В то же время, адвокат Марии Владимировны Романовой отмечает, что «Как известно, большевики передали всю власть советам, в том числе и судебную власть, поэтому решение Уральского областного совета приравнивается к судебному решению». Верховный суд РФ 8 ноября 2007 года признал решение прокуратуры законным, считая что расстрел должен рассматриваться исключительно в рамках уголовного дела. К материалам, предоставленным стороной реабилитируемых в органы Прокуратуры РФ, а затем в ВС РФ было приобщено решение Уральского областного совета от 17 июля 1918 года, который принял решение о расстреле. Данный документ был представлен адвокатами М. В. Романовой как аргумент, подтверждающий политический характер убийства, что было отмечено и представителями прокуратуры, однако согласно российскому законодательству о реабилитации для установления факта репрессий требуется решение органов, наделенных судебными функциями, каковым Уральский областной совет де-юре не являлся. Поскольку дело было рассмотренно судом высшей инстанции, представители дома Романовых были намерены оспорить решение российского суда в Европейском суде.[9] Однако, 1 октября 2008 года Президиум Верховного Суда РФ признал Николая и его семью жертвами политических репрессий и реабилитировал их[99][100][101].

Как заявил адвокат Марии Романовой Герман Лукьянов:

Реабилитация, считает Великая княгиня, нужна современному государству, чтобы образ России во всем мире ассоциировался не с залитыми кровью подвалами, а с образом цивилизованного государства, которое отказалось от советского прошлого, осудило его

Согласно заявлению судьи,

Президиум Верховного суда Российской Федерации постановил признать необоснованными репрессии и реабилитировать Романова Николая Александровича, Романову Александру Федоровну, Романову Ольгу Николаевну, Романову Татьяну Николаевну, Романову Марию Николаевну, Романову Анастасию Николаевну и Романова Алексея Николаевича

Согласно процессуальным нормам российского законодательства, решение Президиума Верховного Суда РФ окончательно и пересмотру (обжалованию) не подлежит. При этом было официально признано, что расстрел был осуществлён от имени государства, следовательно, не являлся уголовным преступлением. В связи с этим 15 января 2009 г. дело об убийстве царской семьи было закрыто. М. В. Романова стала добиваться отмены этого решения, и в августе 2010 года на её сторону стал Басманный районный суд Москвы, возобновив расследование своим решением, однако 17 января 2011 года Следственный комитет Российской Федерации вновь прекратил данное дело.[102][103][104][105]

В июне 2009 года Генеральная прокуратура РФ приняла решение о реабилитации ещё шести членов семьи Романовых: Романова Михаила Александровича, Романову Елизавету Федоровну, Романова Сергея Михайловича, Романова Иоанна Константиновича, Романова Константина Константиновича и Романова Игоря Константиновича, поскольку таковые «подверглись репрессии … по классовым и социальным признакам, без предъявления обвинения в совершении конкретного преступления…».

В соответствии со ст. 1 и пп. «в», «е» ст. 3 Закона Российской Федерации «О реабилитации жертв политических репрессий», Генеральной прокуратурой Российской Федерации принято решение реабилитировать и Палея Владимира Павловича, Яковлеву Варвару, Янышеву Екатерину Петровну, Ремеза Федора Семеновича (Михайловича), Калина Ивана, Круковского, доктора Гельмерсона и Джонсона Николая Николаевича (Брайана).

Вопрос о данной реабилитации, в отличие от первого дела, был решен фактически за несколько месяцев, на этапе обращения в Генпрокуратуру РФ великой княгини Марии Владимировны, судебных разбирательств не потребовалось, так как органы прокуратуры в входе проверки выявили все признаки политических репрессий.[106]

30 октября 2009 года Генеральная прокуратура Российской Федерации приняла решение о реабилитации 52 человек из окружения царской семьи, подвергшихся репрессиям после Революции. В частности, реабилитированы лейб-медик Боткин Е. С., повар Харитонов И. М., камердинер Трупп А. Е. и горничная Демидова А. С. В отношении 23 реабилитированных, чьи биографические данные точно известны, составлены справки о реабилитации, в отношении остальных 29 человек такие документы не составлялись, поскольку, по мнению Генпрокуратуры, установить их полные биографические данные уже не представляется возможным.[107]

Канонизация и церковное почитание царственных мучеников

В 1981 году царская семья была прославлена (канонизирована) Русской православной церковью за рубежом, a в 2000 — Русской православной церковью.

20 сентября 1990 года Горсовет Екатеринбурга принял решение об отводе участка, на котором стоял снесённый дом Ипатьева, Екатеринбургской и Верхотурской Епархии. Здесь в 2000-х годах был сооружен храм «в память о невинно убиенных».

Оптинский старец Анатолий (Потапов) в 1916 г. пророчествовал: «Судьба царя — судьба России… Не будет царя — не будет и России».
На Урале почитание Святых Царственых Страстотерпцев (Царя-Страстотерпца Николая II, Царицы Александры Федоровны, Цесаревича Алексия, Великих Княжен Ольги, Татианы, Марии и Анастасии) началось задолго до их прославления.
В 1991 г. архиепископ Мелхиседек благословил установить Поклонный Крест в урочище Ганина Яма на месте уничтожения останков Царской Семьи. В 2000 г., во время визита на Уральскую Землю, Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II благословил создание на этом месте монастыря в честь Святых Царственых Страстотерпцев.
На территории монастыря было построено 7 храмов (2000—2003). Один из них — Храм в честь Святых Царственых Страстотерпцев.
Останки Святых Царственых Страстотерпцев сделали это место особо почитаемым, освященным Их прахом и пеплом. Ныне монастырь на Ганиной Яме является символом покаяния нашего народа в грехе богоотступничества, символом возрождения Православной России.

Из брошюры 2004 г. Екатеринбург, Ганина Яма. Монастырь в честь Святых Царственых Страстотерпцев. По благословлению Высокопреосвященнейшего Викентия, Архиепископа Екатеринбургского и Верхотурского.

Перезахоронение царских останков

Альтернативные теории

Почтовая марка России, посвящённая 80-летию гибели Николая II и царской семьи, 1998, 3 рубля (ИТЦ 446, Скотт 6460)

Существуют и альтернативные версии гибели царской семьи. К ним относятся версии о спасении кого-либо из царской семьи и теории заговора. По одной из этих теорий, убийство царской семьи явилось ритуальным, осуществлённым «жидомасонами», о чём якобы свидетельствовали «каббалистические знаки» в комнате, где проходил расстрел. В некоторых вариантах этой теории говорится о том, что голова Николая II была после расстрела отделена от тела и заспиртована[91]. По другой — расстрел был осуществлён по указанию правительства Германии после отказа Николая от создания в России прогерманской монархии во главе с Алексеем (эта теория приводится в книге Р. Вильтона).

О том, что бывший царь убит, большевики объявили всем сразу после расстрела, однако о том, что расстреляны также его жена и дети, советская власть первое время молчала. Скрытность убийства и мест захоронения привела к тому, что целый ряд лиц заявляли впоследствии о том, что они являются кем-либо из «чудесно спасшихся» членов семьи. Одной из наиболее известных самозванок была Анна Андерсон, выдававшая себя за чудом выжившую Анастасию. На основании истории Анны Андерсон было снято несколько художественных фильмов.

Слухи о «чудесном спасении» всей или части царской семьи, а то и самого царя, начали распространяться практически сразу после расстрела. Так, авантюрист Б. Н. Соловьёв, бывший мужем дочери Распутина Матрёны, утверждал, что якобы «Государь спасся, перелетев на самолёте в Тибет к Далай-ламе», а опрошенный следователями Сергеевым и Кирстой свидетель Самойлов А. В. со ссылкой на охранника Дома Ипатьева Варакушева А. С. утверждал, что якобы царскую семью не расстреляли, а вывезли из Екатеринбурга.

Американские журналисты А.Саммерс и Т.Мангольд в 1970-х гг. изучили неизвестную ранее часть архивов следствия 1918—1919 гг., найденную в 1930-х гг. в США, и опубликовали результаты своего расследования в 1976 г.[108][109]. По их мнению, выводы Н. А. Соколова о гибели всей Царской семьи были сделаны под давлением А. В. Колчака, которому по некоторым причинам[110] было выгодно объявить погибшими всех членов семьи. Более объективными они считают расследования и выводы других следователей Белой армии (А. П. Намёткина, И. А. Сергеева и А. Ф. Кирсты). По их (Саммерса и Мангольда) мнению, наиболее вероятно всё же, что в Екатеринбурге были расстреляны только Николай II с наследником, а Александра Фёдоровна с дочерьми перевезены в Пермь. Дальнейшая судьба Александры Фёдоровны и дочерей неизвестна. А. Саммерс и Т. Мангольд склоняются к версии, что Анна Андерсон всё же действительно была великой княжной Анастасией.

Выставки

  • Выставка «Гибель семьи императора Николая II. Следствие длиной в век». Выставочный зал федеральных архивов. 26 мая — 29 июля 2012.

В искусстве

  • Картина В. Н. Пчелина «Передача семьи Романовых Уралсовету». 1927 г.[111]

См. также

Примечания

  1. к.и.н. С. Н. Дмитриев «Крестный путь „тринадцатого императора“. Об историке С. П. Мельгунове и его книге»
  2. Плотников И.Ф. Александр Васильевич Колчак. Жизнь и деятельность. Ростов н/Д.: изд-во «Феникс», 1998. — 320 с. ISBN 5-222-00228-4, стр.320-303
  3. Без Грифа Секретно: Как воровали большевистские верхи.. dokopost.ru. Архивировано из первоисточника 18 октября 2012. Проверено 4 октября 2012.
  4. Гибель царской семьи: итоги и задачи изучения. romanov-center.narod.ru. Архивировано из первоисточника 18 октября 2012. Проверено 4 октября 2012.
  5. Исповедь цареубийц. Убийство Царской Семьи в материалах предварительного следствия и в воспоминаниях лиц, причастных к совершению этого преступления / Авт.-сост. Ю. А. Жук. — М.: Вече, 2008. ISBN 978-5-9533-2965-1, С. 4—5.
  6. Расстрельщики понимали, что совершают преступление. Интервью с д. и. н. С. Мироненко
  7. Противостояние вокруг царя (№ 58) — Газета «Правда» Противостояние вокруг царя (№ 57) — Газета «Правда»
  8. Вести.Ru: СКП: Николая II казнили без санкции Ленина и Свердлова.
  9. 1 2 3 Верховный суд признал членов царской семьи жертвами репрессий. РИА Новости (01/10/2008). Архивировано из первоисточника 18 февраля 2012. Проверено 9 ноября 2008.
  10. Romanov Collection, General Collection, Beinecke Rare Book and Manuscript Library, Йельский университет (США).
  11. 1 2 3 4 5 6 А. Г. Латышев Рассекреченный Ленин. — 1-е. — Москва: Март, 1996. — 336 с. — 15 000 экз. — ISBN 5-88505-011-2
  12. Останки, найденные на Урале в июле, принадлежат Романовым
  13. Исповедь цареубийц. Убийство Царской Семьи в материалах предварительного следствия и в воспоминаниях лиц, причастных к совершению этого преступления / Авт.-сост. Ю. А. Жук. — М.: ООО Издательский дом «Вече», 2008. ISBN 978-5-9533-2965-1, С. 6
  14. Исповедь цареубийц. Убийство Царской Семьи в материалах предварительного следствия и в воспоминаниях лиц, причастных к совершению этого преступления / Авт.-сост. Ю. А. Жук. -М.: ООО "Издательский дом «Вече», 2008. ISBN 978-5-9533-2965-1
  15. Фотография без точной датировки, получена через Bain News Service и хранится в Библиотеке Конгресса США (George Grantham Bain Collection).
  16. Боханов А. Н. Николай II / А. Н. Боханов. — М.: Вече, 2008. — 528 с.: ил. — (Императорская Россия в лицах). — ISBN 978-5-9533-2541-7. — С. 400.
  17. Камердинер царской семьи, заменённый из-за болезни на камер-лакея Труппа 24 мая 1918 года и таким образом избежавший расстрела.
  18. Текст опубликован по изданию: Красный архив. 1927. № 1—3; 1928. № 2, где дневниковые записи последнего российского императора были воспроизведены без каких-либо купюр с подлинника (ныне хранится в ЦГАОР, ф. 601). Слова, пропущенные в подлиннике, и части дописанных слов взяты в квадратные скобки, сокращения и особенности написания некоторых слов сохранены.
  19. Ричард Пайпс. Большевики в борьбе за власть.
  20. 1 2 Фатех Вергасов Большевики-ленинцы: Юровский Я. М.. Архивировано из первоисточника 18 февраля 2012. Проверено 12 января 2010.
  21. 1 2 Соколов Н. А. Убийство царской семьи, глава 15
  22. См. запись в дневнике Николая II от 21 июня:
    Сегодня произошла смена комендантов — во время обеда пришли Белобородов и др. и объявили, что вместо Авдеева назначается тот, кот. мы принимали за доктора — Юровский.
  23. Показания Деревенько Соколову
  24. Из расшифрованной беседы с И. И. Родзинским
  25. 1 2 Радзинский Эдвард — Николай II
  26. 1 2 Русская линия / Библиотека периодической печати / «Правда»: Ленин в расстреле царской семьи не виновен! Сенсационное интервью старшего следователя по особо важным делам ГСУ СК…
  27. Опубликовано на сайте «Последний император России».
  28. 1 2 «Филиппов суд». По чьему распоряжению была расстреляна царская семья? Д. и. н. Г. Иоффе в журнале «Наука и жизнь», N8, 2010
  29. 1 2 3 4 Из воспоминании участника расстрела царской семьи М. А. Медведева (Кудрина)
  30. 1 2 До смерти верный
  31. 1 2 Из книги Г. З. Беседовского «На путях к термидору» — Убийство Царской Семьи (Рассказ Войкова) . — М.: Современник, 1977 (Серия «Жестокий век: Кремлевские тайны»).
  32. Санкт-Петербургский мартиролог духовенства и мирян. Русская Православная Церковь
  33. Генеральная Прокуратура РФ: «Об обнаружении фрагментов костей двух человек со следами насильственной смерти в окрестностях Екатеринбурга», Справка
  34. Соколов Н.А Убийство Царской Семьи. — Москва: Советский писатель, 1991.
  35. Царская семья и её окружение перед казнью — История — Татьянин День
  36. Соколов, «Убийство царской семьи». Глава 23
  37. «Известия» от 19 июля 1918 года.
  38. Муниципальный музей истории Екатеринбурга.
  39. Касвинов М. Двадцать три ступени вниз // Звезда : журнал. — 1972 (№ 8—9), 1973 (№ 7—10).
  40. Касвинов М. К. Двадцать три ступени вниз. — М., Мысль, 1978. — С. 491.
  41. Соколов Н. А. Убийство царской семьи. // Последние дни Романовых. — М., Книга, 1991. — С. 204. — ISBN 5-212-00530-2.
  42. Приводится по книге Элизабет Хереш (нем. Elisabeth Heresch, 1992)
  43. Радзинский Э. Глава 12. Последний дом // Николай II: жизнь и смерть. — М.: АСТ, 2007. — 510 с. — ISBN 978-5-17-043315-2
  44. Козлов (2001).
  45. 1 2 3 Плотников И. О команде убийц царской семьи и её национальном составе // Урал : журнал. — 2003. — № 9.
  46. 1 2 3 Плотников И. Ф. Предопределённость гибели царской семьи. Межд. научно-практич. конф. «Династия Романовых в русской истории и культуре». Архивировано из первоисточника 18 февраля 2012. Проверено 7 сентября 2011.
  47. Известно, однако, что русские красноармейцы называли «латышами» вообще всех нерусских красноармейцев, включая бойцов из латышских отрядов и из числа австро-венгерских пленных. См. об этом, например, в книге Э. Радзинского «Николай II: жизнь и смерть» (гл. 12).
  48. Кроме того, по утверждению Плотникова (Плотников И. О команде убийц царской семьи и её национальном составе. // Урал : журнал. — 2003. — № 9.), Имре Надь, будучи венгерским военнопленным, не был на Урале, а среди охраны Ипатьевского дома был его тёзка и однофамилец: такие фамилия и имя в Венгрии чрезвычайно распространены. Этого же мнения придерживается американский исследователь Чарльз Гати (англ. Charles Gati).
  49. Бурков Г. Ипатьевская трагедия // Литературная Россия : газета. — 19.10.2007. — № 42.
  50. Цареубийства в России. Интервью с д. и. н. О. Будницким
  51. Хрусталев В. М., Лыкова Л. А. Судьба претендента на Российский престол великого князя Михаила Романова  (рус.). Из книги «Скорбный путь Михаила Романова: от престола до Голгофы». Сайт «Музей Михала Романова в Перми». Архивировано из первоисточника 8 декабря 2012. Проверено 7 декабря 2012.
  52. Фирсов С. Л. Легенда о царском брате: Великий князь Михаил Александрович — Соловецкий патриарх Михаил (рус.) // Государство, религия, церковь в России и за рубежом. — 2010. — № 4. — С. 209-225.
  53. Царская семья: последние дни, расстрел, обретение останков :: Документы
  54. СОПРОТИВЛЕНИЕ — Яма
  55. 1 2 3 4 Троцкий Л. Д. Дневники и письма / Под ред. Ю. Г. Фельштинского. Предисловие А. А. Авторханова. — М.: Издательство гуманитарной литературы, 1994. — ISBN 5-87121-002-3
  56. Противостояние вокруг царя (№ 59) — Газета «Правда»
  57. «Правда»: Ленин в расстреле царской семьи не виновен! Сенсационное интервью старшего следователя по особо важным делам ГСУ СК при Прокуратуре Российской Федерации В. Н. Соловьев…
  58. Генрих Иоффе «Филиппов суд». По чьему распоряжению была расстреляна царская семья?. Журнал "Наука и жизнь" №8 (2010 год). Проверено 12 января 2011.
  59. Свердлова К. Т. Яков Михайлович Свердлов. — 4-е изд. - М.: Молодая гвардия, 1985.
  60. 1 2 Источники по убийству Царской Семьи<!-Заголовок добавлен ботом -->
  61. Иван Смирнов и Сергей Мрачковский: дружба врозь — Тайная история сталинских преступлений — А. Орлов<!-Заголовок добавлен ботом -->
  62. 1 2 Дитерихс М. К. Убийство царской семьи и членов дома Романовых на Урале
  63. Сравнительный анализ документов следствия 1918 −1924 гг. с данными советских источников<!-Заголовок добавлен ботом -->
  64. 1 2 [1]
  65. [2]
  66. Быков, П. М. Сборник документов, относящихся к убийству Императора Николая II и его семьи. Последние дни последнего царя..
  67. Никулин, Г. П. [http://rus-sky.com/history/library/docs.htm#12 Сборник документов, относящихся к убийству Императора Николая II и его семьи. Из расшифрованной записи беседы с Г. П. Никулиным в Радиокомитете о расстреле царской семьи].
  68. 1 2 [3]
  69. [4]
  70. [5]
  71. [6]
  72. [7]
  73. [8]
  74. [9]
  75. В 1919 году Намёткин и Сергеев были расстреляны.
  76. 1 2 По обобщению Л. А. Лукиной в сборнике материалов «Н. А. Соколов. Предварительное следствие 1919—1922 гг.» (1998).
  77. 1 2 Журнальный зал | Урал, 1996 N7 | Лев Сонин — Правда и ложь о тайне века
  78. Подробнее об этом судебном расследовании можно узнать из текста книги Соколова «Убийство царской семьи», выложенного на сайте "«RUS†SKY».
  79. [10]
  80. http://feb-web.ru/feb/rosarc/ra8/ra8-307-.htm
  81. ФЭБ: Выпись из газеты «Шанхайская жизнь». Суд над казнившими Николая Романова. — 1998 (текст)<!-Заголовок добавлен ботом -->
  82. Руниверс<!-Заголовок добавлен ботом -->
  83. Роберт Вильтон — Последние дни Романовых<!-Заголовок добавлен ботом -->
  84. ФЭБ: Примечания: Российский Архив. [Т.] VIII. — 1998 (текст)<!-Заголовок добавлен ботом -->
  85. Новое исследование фактов гибели императорской семьи Романовых
  86. На останках, предположительно детей Николая II, обнаружены следы разрубания
  87. KM.RU: Новости. Останки детей Николая II признаны подлинными
  88. Сообщение о завершении экспертизы
  89. Материалы Комиссии по изучению вопросов, связанных с исследованием и перезахоронением останков российского Императора Николая II и членов его семьи. Царь-мученик Николай II. Санкт-Петербургский общественный фонд ревнителей памяти Государя Императора Николая II; Спасо-Преображенский Валаамский ставропигиальный монастырь. Архивировано из первоисточника 18 февраля 2012. Проверено 7 сентября 2011.
  90. 1 2 Батенёва Т. Уголовное дело цесаревича Алексея // Известия : газета. — 17 января 2011.
  91. 1 2 Соловьёв В. Н. Проверка версии о так называемом "ритуальном убийстве" семьи российского Императора Николая II и лиц из его окружения в 1918 году. Царь-мученик Николай II. Санкт-Петербургский общественный фонд ревнителей памяти Государя Императора Николая II; Спасо-Преображенский Валаамский ставропигиальный монастырь. Архивировано из первоисточника 18 февраля 2012. Проверено 7 сентября 2011.
  92. 1 2 Кривякина Елена. Следствие установило: Ленин не убивал царскую семью // kp.ru
  93. 1 2 Убийство царской семьи Романовых не смогли «повесить» на Ленина // ru.tsn.ua
  94. 1 2 д.и.н. Боханов А. Н. Николай II / А. Н. Боханов. — М.:Вече, 2008. — 528 с.: ил. — (Императорская Россия в лицах). ISBN 978-5-9533-2541-7, стр. 388
  95. Плотников И. Ф. Александр Васильевич Колчак. Жизнь и деятельность. Ростов н/Д.: изд-во «Феникс», 1998. — 320 с. ISBN 5-222-00228-4, стр. 265
  96. Из моего прошлого. Воспоминания 1903—1919 гг. Том II. Париж, 1933. Часть седьмая. "Время после моего увольнения Революция и бегство из России. Глава III
  97. Из беседы с И. И. Родзинским в Радиокомитете о расстреле царской семьи, г. Москва 13 мая 1964 г.(Российский Центр хранения и изучения документов новейшей истории\РЦХИДНИ\. Ф. 588. Оп. 3. Д. 14. Л. 23 — 25, 31 — 35, 41, 45.)
  98. Сборник статей «Революция защищается» (Глава «Главный фронт республики») — Свердловск, 1989
  99. Верховный суд РФ реабилитировал Николая II
  100. Семья Николая II реабилитирована
  101. Верховный суд РФ реабилитировал членов царской семьи
  102. СК закрыл дело об убийстве Николая II. — Лента.ру, 17 января 2011 года.
  103. «Дело Николая II» закрыто — СКП, Николай II, расстрел — Росбалт-Москва
  104. Прекращено уголовное дело по факту гибели царской семьи :: Общество :: Top.rbc.ru
  105. Уголовное дело о гибели царской семьи официально закрыто. Lenta.ru (15 января 2009). Архивировано из первоисточника 18 февраля 2012. Проверено 14 августа 2010.
  106. Генеральная прокуратура РФ. О реабилитации членов царской семьи Романовых
  107. Реабилитированы десятки приближённых Николая II, разделивших участь его семьи
  108. Sammers S., Mangold T. The File on the tsar. London, 1976
  109. Саммерс С., Мангольд Т. Дело Романовых, или расстрел, которого не было. М.: Алгоритм, 2011
  110. По мнению А.Саммерса и Т. Мангольда, в целях пропаганды против большевиков. Однако, есть также версия о том, что в январе 1919 г. А.Колчак получил секретное письмо от родственников своей жены из Каменец-Подольска (на границе с Румынией) о том, что спасённая ранее великая княжна Анастасия была там и перевезена за границу — и решение А.Колчака объявить погибшими всех членов Царской семьи было связано также с желанием ввести в заблуждение большевиков, показав ЧК, что ему ничего неизвестно о побеге Анастасии.
  111. Картина В. Н. Пчелина «Передача семьи Романовых Уралсовету».

Литература

Научные исследования

Материалы следствия, воспоминания и исследования не профессиональных историков

Ссылки


Wikimedia Foundation. 2010.

Смотреть что такое "Расстрел царской семьи" в других словарях:

  • Расстрел царской семьи в Екатеринбурге — В ночь с 16 на 17 июля 1918 г. в городе Екатеринбурге в подвале дома горного инженера Николая Ипатьева были расстреляны российский император Николай II, его жена императрица Александра Федоровна, их дети ‑ великие княжны Ольга, Татьяна, Мария,… …   Энциклопедия ньюсмейкеров

  • Расстрел царской семьи в Екатеринбурге. Историческая справка — В ночь с 16 на 17 июля 1918 года в Екатеринбурге в подвале дома горного инженера Николая Ипатьева были расстреляны российский император Николай II, его жена императрица Александра Федоровна, их дети великие княжны Ольга, Татьяна, Мария, Анастасия …   Энциклопедия ньюсмейкеров

  • Убийство Царской Семьи — Николай II с семьёй. Слева направо: Ольга, Мария, Николай, Александра, Анастасия, Алексей и Татьяна (Ливадия, 1913) Расстрел царской семьи казнь бывшего российского императора Николая II, его семьи и убийство прислуги в подвале дома Ипатьева в… …   Википедия

  • Убийство царской семьи — Николай II с семьёй. Слева направо: Ольга, Мария, Николай, Александра, Анастасия, Алексей и Татьяна (Ливадия, 1913) Расстрел царской семьи казнь бывшего российского императора Николая II, его семьи и убийство прислуги в подвале дома Ипатьева в… …   Википедия

  • Канонизация царской семьи — Царственные страстотерпцы …   Википедия

  • Вопрос о реабилитации царской семьи — активно обсуждается уже 10 лет. Официальная бумага, на основании которой можно было запустить этот процесс, была получена еще в 1998 году, когда состоялось перезахоронение «царских останков» в Петропавловской крепости Санкт Петербурга …   Энциклопедия ньюсмейкеров

  • Расстрел в Ипатьевском доме — Николай II с семьёй. Слева направо: Ольга, Мария, Николай, Александра, Анастасия, Алексей и Татьяна (Ливадия, 1913) Расстрел царской семьи казнь бывшего российского императора Николая II, его семьи и убийство прислуги в подвале дома Ипатьева в… …   Википедия

  • Расстрел романовых — Николай II с семьёй. Слева направо: Ольга, Мария, Николай, Александра, Анастасия, Алексей и Татьяна (Ливадия, 1913) Расстрел царской семьи казнь бывшего российского императора Николая II, его семьи и убийство прислуги в подвале дома Ипатьева в… …   Википедия

  • Расстрел российского императора Николая II и членов его семьи — В ночь с 16 на 17 июля 1918 года в городе Екатеринбурге в подвале дома горного инженера Николая Ипатьева были расстреляны российский император Николай II, его жена императрица Александра Федоровна, их дети великие княжны Ольга, Татьяна, Мария,… …   Энциклопедия ньюсмейкеров

  • Расстрел адмирала Колчака — Памятник А. В. Колчаку в Иркутске, установленный в 2004 г. Расстрел Верховного правителя России адмирала А. В. Колчака был произведён 7 февраля …   Википедия

Книги

Другие книги по запросу «Расстрел царской семьи» >>


Поделиться ссылкой на выделенное

Прямая ссылка:
Нажмите правой клавишей мыши и выберите «Копировать ссылку»