СССР. Литература и искусство

СССР. Литература и искусство
        Литература
         Многонациональная советская литература представляет собой качественно новый этап развития литературы. Как определённое художественное целое, объединённое единой социально-идеологической направленностью, общностью гуманистических идеалов и эстетических принципов, советская литература складывалась после Великой Октябрьской социалистической революции.
         Народы Советского Союза по праву гордятся духовными ценностями, накопленными за их многовековую историю, богатыми культурными традициями. В глубокой древности создавались героические сюжеты и образы эпоса об Амирани (у грузин), сказания о Рустаме (у предков современных таджиков), о Давиде Сасунском (у армян), о Манасе (у киргизов), о Джангаре (у калмыков), «Лачплесис» (у латышей), «Калевала» (у карело-финнов) и др. Эти произведения в течение веков воспринимались как энциклопедии истории, быта, нравственных, религиозных, эстетических представлений создавших их народов. Разнообразные по фабуле, характерам героев, степени композиционной завершённости, эпосы родственны друг другу утверждением народности, любви к родной земле, отрицанием и осуждением зла и несправедливости.
         Многообразное историческое и социальное содержание художественно обобщено в русских былинах, в главных героях которых персонифицированы типические черты национального характера; Илья Муромец, Добрыня Никитич, Алеша Попович, Микула Селянинович и др. — выразители неисчерпаемой силы народного духа, его безграничных творческих возможностей. Осознание народом своего конкретного исторического опыта закреплялось в песнях, легендах, сказаниях, посвященных реальным событиям и личностям. Народная память опоэтизировала образы Разина, Пугачева, Хмельницкого, Довбуша, Кармелюка как выразителей свободолюбивых чаяний народа. В сказках народ утверждал торжество добра, находчивость, ловкость, храбрость, самопожертвование, так ярко воплощённые в образах русского и украинского Иванушки, белорусского Нестерки, азербайджанского и таджикского Моллы Насреддина, казахского Алдар-Косе и др. Идейное и образное богатство фольклора стало живительным источником для творчества А. С. Пушкина, М. Ю. Лермонтова, Н. В. Гоголя, Т. Г. Шевченко, Я. Райниса, Важа Пшавелы, О. Туманяна , Г. Тукая, Янки Купалы и других писателей 19 — начала 20 вв.
         Армянская и грузинская литературы насчитывают около двух тысячелетий. В начале 5 в. армянский учёный, просветитель Месроп Маштоц создал армянский алфавит. В том же веке появилось сочинение Мовсеса Хоренаци «История Армении» — произведение, которое благодаря высокому уровню литературного языка и выразительности описания исторических событий считается выдающимся памятником древней культуры. Самобытная агиографическая беллетристика развивается с 5 в. в грузинской литературе («Мученичество Шушаники» Якова Цуртавели, анонимное «Житие Нины Каппадокийской» и др.). В эпоху феодализма сформировалась богатейшая поэтическая культура таджиков; вследствие общности исторических судеб, культуры и языка, существовавших в период средневековья между таджикским и персидским народами, выдающиеся представители этого периода развития литератур — Рудаки, Фирдоуси, Омар Хайям, Саади, Хафиз и др. стали классиками как персидской, так и таджикской литературы. Их творчество получило мировую известность.
         Эпические произведения древности восходят к образам фольклора, обогащаются его идеями, сконцентрированным в них жизненным опытом. В колоссальной по размеру поэме «Шахнаме» (976—1010; около 100 тыс. строк) Фирдоуси создал многогранный, драматически сложный образ героя-патриота богатыря Рустама, образы простых людей, способных на высокие чувства и подвиги во имя справедливости и человеческого достоинства, воспел разум, как высший дар, как залог бессмертия человека. Высокая гуманистическая устремлённость, героический дух, ёмкость и благородство мысли, классическая ясность выражения отличают такие шедевры мировой литературы, как созданные почти одновременно (во 2-й половине 12 в.) «Витязь в барсовой шкуре» Ш. Руставели, «Пятерица» Низами и выдающееся произведение древнерусской литературы «Слово о полку Игореве». Эти поэмы оказывали существ. воздействие на формирование общественного сознания народов, их представлений о добре, мужестве, дружбе. В лёгких, музыкальных стихах, складывающихся в сложную, но гармонически совершенную поэтическую форму, Руставели воспел любовь, товарищество, поэзию как «отрасль мудрости», продемонстрировал глубокое проникновение во внутреннюю сущность явлений и психологию человека, создал мир идей, имеющих всеобщее значение, предвосхитил гуманистические концепции Раннего Возрождения (См. Возрождение). Пять поэм Низами, оказавших влияние на развитие многих восточных литр., свидетельствуют о выдающемся культурном, философском диапазоне автора, излагающего свои смелые и оригинальные представления о мире, государстве и человеке в стихах, отличающихся высокой поэтической техникой, сложностью образного строя, тонким лиризмом и эпическим размахом. Органически впитав богатства русской народной поэзии, автор «Слова о полку Игореве» создал непреходящие по своей художественной ценности образы верности патриотическому долгу и любовному чувству. В «Слове...» русский народ заявил о своих политических интересах, суть которых К. Маркс определил как «...призыв русских князей к единению как раз перед нашествием собственно монгольских полчищ» (Маркс К. и Энгельс Ф., Соч.,2 изд., т. 29, с. 16). Черты героического самосознания, патриотизма содержатся во многих памятниках древнерусской литературы, в том числе в ряде «поучений» и посланий, в апокрифах, агиографических сочинениях, летописях (например, «Поучение» Владимира Мономаха, «Слово о погибели русской земли», «Житие Александра Невского», «Повесть временных лет» и др.). Литература периода Киевской Руси — общий источник русской, украинской, белорусской литератур.
         С 13 в. начался период разрушительных нашествий монголо-татарских полчищ, персидских, турецких, немецких завоевателей. Передовые писатели и мыслители, носители художественных традиций и культурного прогресса повсюду становились на защиту интересов своих народов. В 15 в. значительное воздействие на ход литературного процесса на Востоке оказало творчество узбекского поэта Алишера Навои. Его стихи (около 30 сборников), поэмы, из которых выделяются составляющие знаменитую «Пятерицу» (своеобразный «ответ» на аналогичное произведение Низами), прозаические сочинения и научные трактаты всесторонне раскрывали духовную жизнь современной поэту Средней Азии, утверждали ценность человеческой личности.
         В 16 в. развернулась просветит. деятельность основателя книгопечатания в России и на Украине Ивана Федорова и основоположника восточнославянского книгопечатания белорусского учёного-гуманиста Франциска Скорины. В середине 17 в. Украина воссоединилась с Россией; в думах и песнях украинский народ воспевал товарищество-побратимство, военную доблесть, презрение к личным страданиям, красоту родной земли. К 18 в. относится творчество выдающегося украинского философа-просветителя, человека энциклопедической культуры, писателя и педагога Г. Сковороды; его поэтические произведения, собранные в книге «Сад божественных песней», восхваляли свободу, силу человеческого духа, обличали крепостничество. Гуманистические традиции Руставели развивались в дидактическо-воспитательные произведении грузинского писателя и политического деятеля, одного из основателей новогрузинского литературного языка С. Орбелиани «О мудрости вымысла», в котором утверждалась мысль о том, что невежество — первопричина общественного зла. Традиции Руставели были продолжены и в творчестве последнего крупного грузинского поэта 18 в. Д. Гурамишвили. В поэме «Беды Грузии» (1787), повествующей о трагическом периоде истории страны, опустошаемой внешними врагами и внутренними междоусобицами, открыто проводилась мысль о разложении светской и духовной феодальной знати, на которую автор возлагает ответственность за судьбу родины. В поэме «Пастух Кацвия» (1787) Гурамишвили проявил себя как мастер народно-поэтической формы, тонкий знаток народного языка и специфики народного мышления. Глубоко народными по духу, содержанию и форме были лирические произведения азербайджанских лириков 18 в. Вагифа и Видади, однако общеполитическая ситуация в стране способствовала развитию в их творчестве мотивов пессимизма и религиозной мистики. Крупнейшим народным певцом-импровизатором, тонким лириком и мыслителем явился армянский поэт Саят-Нова, на армянском, грузинском, азербайджанском языках воспевавший любовь как вечный источник жизни мира и высшую ценность жизни — человека. Просветит. идеи оказали влияние на творчество литовского поэта 18 в. Кристионаса Донелайтиса, давшего в дидактической поэме «Времена года» (изд. 1818) яркое изображение картин народного быта, и на преобразователя туркменского поэтического языка Махтум-кули, утверждавшего в своих стихах принципы народной мудрости и морали.
         В России Просвещение как основное направление общественной мысли 18 в. возникло на благоприятной идеологической почве, подготовленной реформами Петра I. Культурно-политическая концепция русского Просвещения основывалась на идее гражданского долга и общего блага нации. Необходимость создания общенациональной литературы, литературных реформ утверждалась в теоретических выступлениях, творческой практике А. Д. Кантемира, В. К. Тредиаковского, М. В. Ломоносова, торжеств, оды которого вместе с трагедиями А. П. Сумарокова сделались основными литературными жанрами времени, знаменовали начало новой русской литературы. Важным шагом в развитии поэтического искусства стало творчество Г. Р. Державина; его стихи, несмотря на типичную для Классицизма дидактику и аллегоризм, оживлялись введением личных биографических мотивов, конкретностью изображения, пластичностью образов, элементами живой разговорной речи. Этапное произведение русской литературы — первая социальная комедия Д. И. Фонвизина «Недоросль» (пост. 1782, опубл. 1783), сыгравшая важную роль в развитии русского национальный театрального искусства. В комедии с блестящим остроумием подвергались критике созданные крепостным правом общественные отношения. Сатирическое направление русской литературы получило яркое выражение в проникнутых подлинной народностью баснях И. А. Крылова. Широтой охвата русской действительности конца 18 в., глубиной проникновения в социальные противоречия эпохи отличается революционная энциклопедия русского Просвещения — книга А. Н. Радищева «Путешествие из Петербурга в Москву» (1790). В произведениях Фонвизина, Радищева, а также в сатирах Кантемира зарождались элементы критического реализма. В прозе Н. М. Карамзина, признанного главы русского Сентиментализма, была создана новая для русской литературы эмоционально-психологическая структура повествования; предпринятые писателем попытки выражения личности в её многообразии и индивидуальной неповторимости оказали несомненное влияние на дальнейшее развитие русской прозы. В элегической поэзии В. А. Жуковского выявлялись тенденции своеобразного мистико-романтического тяготения к поэтической фантастике (см. Романтизм).
         Литературный процесс 16—18 вв. подготовил новый этап — этап становления национальных литератур и создания литературного языков. В 19 в. процессу взаимодействия и взаимовлияния литератур в немалой степени способствовало освободительному движение в России. На всех трёх этапах — дворянском, разночинном, пролетарском — оно формировало передовую общественную мысль, определяло содержание национальных литератур; в совместной борьбе с царизмом складывались и крепли их интернациональные связи. Это нашло выражение в развитии активного романтизма и критического реализма, в идеях свободолюбия, общественного долга, деятельного патриотизма, ненависти к любому проявлению зла и насилия, мракобесия и отсталости.
         Вершинные образцы русской классической литературы 19 — начала 20 вв. стали достоянием духовной культуры человечества. В комедии А. С. Грибоедова «Горе от ума» (1824) с позиции декабристской идеологии были раскрыты коренные социально-политические проблемы русской жизни, обострившиеся в период 1812—25. Осуществленное Грибоедовым соединение разговорной речи со стихом, ёмкость, афористичность выражения стали важным этапом в развитии русского реалистического языка. Всемирно-историческое значение приобрели завоевания Реализма в произведениях А. С. Пушкина, М. Ю. Лермонтова, Н. В. Гоголя, И. С. Тургенева, М. Е. Салтыкова-Щедрина, Н. А. Некрасова, А. И. Герцена, Ф. М. Достоевского, Л. Н. Толстого, А. П. Чехова, идейно-эстетической концепции революционных демократов В. Г. Белинского, Н. Г. Чернышевского, Н. А. Добролюбова, Д. И. Писарева. В Пушкине русский народ впервые со всей полнотой осознал себя художественно, в его творчестве выразился глубокий нравственный смысл народных идеалов. Достоевский указывал на «всемирность и всечеловечность» гения Пушкина, имея в виду не только место поэта в истории мировой культуры, но и органическое усвоение им духовного опыта человечества, заложенную в пушкинской концепции мира национальную русскую идею всечеловечески братского единения людей. Историзм мышления, попытки уяснить предпосылки общественной справедливости в самом ходе исторического процесса привели Пушкина к глубокому осмыслению «судьбы человеческой» и «судьбы народной». Исторически конкретно осознавая дисгармоничность мира, поэт противопоставлял ей идеал новой жизни. Светом этого идеала, опирающегося на сознание универсальности всемирной истории и культуры, на веру в безграничность духовных возможностей личности и заложенные в народном сознании нравственные ценности, освещен весь путь русскую литературы. В поэзии Ф. И. Тютчева была создана романтическая концепция личности; мир, природа и человек предстают в его стихах в постоянной борьбе, в столкновении противодействующих сил. Трагические мотивы сочетаются у него с прославлением сильных духом, с поэтизацией гроз и бурь в природе и душе человека. В безграничном максимализме лермонтовского мировосприятия, в сознании фатальной неосуществимости идеала и одновременно принципиальной невозможности отступиться от него возникла новая последекабристская романтическая революционность и гражданственность. Объективно-ист, предопределённость и плодотворность драмы лирического героя Лермонтова — в предощущении того необходимого духовного кризиса, в котором рождаются новая, нерационалистическая нравственность и новый, неметафизический гуманизм. Остросатирическое осмеяние противоестественности господствующих в крепостнической России общественных форм, пагубной необузданности царивших в ней социальных привилегий, власти денег, уродливых представлений о ценности и достоинстве человека сочеталось в творчестве Гоголя с утверждением всеобъемлющего идеала жизнеустройства, выдвигаемого как идеал национального возрождения. Перспективу духовного обновления русских людей Гоголь видел в самой природе русского национального характера.
         Особенности пушкинского и гоголевского направлений русской литературы синтезированы в реализме Тургенева, создавшего широкую картину умственных движений, борьбы идей, духовной жизни общества. Обнаружив трагический разлад между мыслью и действием лучших представителей передового дворянства, Тургенев создал образы, в которых воплотил свои представления о новом типе героя-деятеля. Новаторское творчество Некрасова, выступавшего как бы от имени униженного крепостничеством крестьянства, со всей полнотой выразило революционно-демократический взгляд на русскую действительность и тенденции её развития. В гротескных, фантастических формах Салтыков-Щедрин показал «призрачность» реальной жизни пореформенной России — мира реакции, эксплуатации, лицемерия и беспринципности. Видное место в утверждении русской реалистической драматургии принадлежит А. Н. Островскому, нравственно-обличительные, социально-бытовые пьесы которого Добролюбов называл «пьесами жизни». Широта эпического охвата действительности и беспримерное проникновение в психологию человека, отражение в частной жизни людей истории народа, небывалая интенсивность духовных исканий делают творчество Л. Н. Толстого уникальным явлением русской и мировой литературы. Писатель вынес суровый приговор миру, погрязшему в пороках, лжи и преступлениях, и призвал к нравственному возрождению. «Эпоха подготовки революции в одной из стран, придавленных крепостниками, выступила, благодаря гениальному освещению Толстого, как шаг вперед в художественном развитии всего человечества» (Ленин В. И., Полн. собр. соч., 5 изд., т. 20, с. 19). Стремительный драматизм идеологических, социально-философских романов Достоевского выявлял через изображение «глубин души человеческой» узловые идейные и общественные конфликты истории и переходной эпохи в жизни России. Со всей бескомпромиссностью ставя вопрос о социальной несправедливости, писатель, при отрицании революционной способов воздействия на мир, вскрыл тем не менее неизбежность идеи бунта против мира страданий. Новым этапом в развитии критического реализма явилось творчество Чехова, предельно объективировавшего художественное изображение характеров и событий. Мысль о гибели человека, задавленного тусклой обыденщиной, ощущение неизбежности перемен в жизни русского общества определили особенности его новеллистики и драматургии.
         Русские писатели 19 в., от Грибоедова до Чехова, разоблачая страшный мир «мёртвых душ» царской России, всегда верили в её будущее; образ «птицы-тройки» стал глубоко символичным воплощением русского представления о высоком историческом предназначении России. Защита «маленького» человека, суверенных прав его личности, трагическая противоречивость «лишних людей» — «героев нашего времени», протест против устоев «тёмного царства», настойчивое стремление понять «кто виноват?» и «что делать?», пути восхождения человека по ступеням нравств. совершенства, жизнь русского общества в дни «войны и мира», поиски образа «положительно прекрасного человека», противостоящего всей силе и мерзости «карамазовщины», появление «новых людей», носителей революционного сознания, историко-социальный аспект конфликта «отцов и детей», защита человеческого достоинства и прав женщины, духовное умирание «людей в футлярах» — такова только малая часть той проблематики, которая была выдвинута русской литературой 19 в., ставшей для передовых писателей всех национальностей, входивших в состав Российской империи, неисчерпаемым источником идей и образов, школой реализма, примером высокого общественного служения.
         Творцы национальных литератур были убеждёнными пропагандистами передовой русской литературы и первыми её переводчиками на родные языки. А. Н. Толстой писал об этом: «Если обратиться к биографиям виднейших национальных деятелей середины и конца прошлого века, станет очевидно, что передовые идеи, понимание жизни и истории они черпали в нашей классической литературе...». Имена великих русских писателей и критиков «...мы найдем в записных книжках, письмах, в признаниях друзьям, наконец, в самих произведениях писателей: в Грузии — у Ильи Чавчавадзе, Акакия Церетели, в Азербайджане — у Мирзы Фатали Ахундова, в Армении — у Налбандяна, Сундукяна, Ованеса Туманяна, на Украине — у Леси Украинки, Коцюбинского и, конечно, у Шевченко, в Белоруссии — у Купалы и Коласа, у узбеков — у Фурката, у казанских татар — у Шарифа Камала, у осетин — у Коста Хетагурова, у евреев — у Переца, Шолом-Алейхема и так далее» (Толстой А. Н., Четверть века советской литературы, 1943, с. 31—32). Благотворное влияние русской литературы испытали и другие выдающиеся представители украинской, грузинской, армянской, латышской, эстонской и других литератур, выступившие за дружбу народов России, за единство с русской демократией, за овладение достижениями передовой русской культуры: И. Франке, М. Богданович, Ю. Жемайте, Райнис, Э. Вейденбаум, Ф. Крейцвальд, Э. Вильде, В. Александри, М. Эминеску, А. Исаакян, Тукай, Г. Ибрагимов, Дж. Мамедкулизаде, М. А. Сабир, Менделе Мойхер-Сфорим и др. Их творчество было связано с национально-освободительными, демократическими, а порой и социалистическими тенденциями.
         Отстаивая права народов на развитие национальной литературы и языка, Белинский, Герцен, Чернышевский, Добролюбов, Писарев, их последователи в национальных литературах неоднократно указывали на подчинённость национального вопроса социальному, на возможность разрешения национальной проблемы лишь на почве социального освобождения. Раскрывая социальную противоречивость национальной культуры каждого народа в условиях классово антагонистической борьбы «двух культур» в каждой национальной культуре: демократической и социалистической, с одной стороны, и буржуазно-дворянской, клерикальной — с другой, В. И. Ленин доказал объективную необходимость появления новых закономерностей искусства на основе новых исторических закономерностей в целом. В 1905 в работе «Партийная организация и партийная литература» Ленин указывал на историческую обусловленность возникновения новой литературы, воодушевлённой идеей социализма, обращенной к «...миллионам и десяткам миллионов трудящихся...»; передовая революционная мысль будет оплодотворена в ней «...опытом и живой работой социалистического пролетариата... » (Полн. собр. соч., 5 изд., т. 12, с. 104).
         Ярким выражением общественного подъёма 1890-х гг., связанного с вступлением России в третий, пролетарский этап освободит. движения, явилось творчество М. Горького, который подверг точному и всестороннему художественному анализу российскую предреволюционную действительность, воспел безграничную талантливость народа, создал яркие образы глашатаев революции, доказал историческую закономерность и справедливость революционной ломки «свинцовых мерзостей» царского строя. Патриот и гуманист, Горький черпал в деятельности большевистской партии, в общественной практике русского пролетариата и рабочих других национальностей живые примеры героических подвигов и человеческой красоты. В романе «Мать» (1906) он создал классический образец литературы социалистического реализма (См. Социалистический реализм), обозначив тем самым новый этап в истории русской и мировой литературы.
         Реалистическая литература у народов России в 19 в. формировалась в условиях присоединения национальных окраин к Русскому государству, вовлечения их в общероссийский исторический процесс развития капитализма и подъёма национально-освободительного движения.
         В 1-й половине 19 в. украинский народ выдвинул Шевченко. Глубокое проникновение в идейный и образный строй народного мышления, общечеловеческая значимость содержания, бескомпромиссный реализм изображения действительности, окрашенный революционно-романтическим пафосом свободы личности, свободы народа, делают автора «Кобзаря» (1840) основоположником новой украинской литературы, ставшей явлением мировой литературы. По пути критического реализма и народности, проложенному Шевченко, развивалось творчество Марко Вовчок, Л. Глебова, С. Руданского, И. Франке, А. Свидницкого, О. Ю. Федьковича, М. Коцюбинского, Леси Украинки, П. Грабовского, В. Стефаника и др.
         Демократическое содержание и реалистические тенденции в белорусской литературе были представлены в 19— начале 20 вв. творчеством Ф. Богушевича, М. Богдановича, А. Тётки, Янки Купалы, Якуба Коласа и др.
         Прогрессивные тенденции армянской литературы 19 в. выразил Х. Абовян, который воспевал чувство национального достоинства, патриотизм; исторический оптимизм писателя, его вера в национальное, политическое и культурное возрождение армянского народа зиждились на осознании необходимости братской дружбы с русским народом. 60-е гг.— период утверждения в армянской литературе реализма и прогрессивного романтизма. На это время приходится деятельность одного из видных представителей революционно-демократического движения М. Налбандяна. В прозе и драматургии А. Ширванзаде создана психологически достоверная, сатирическая картина вытеснения патриархальных отношений капиталистическим укладом, который в свою очередь начинал испытывать разрушит. действие революционных сил. В эпической поэзии О. Туманяна воссозданы исторические картины жизни армянского народа, его философские, нравственные искания, социально-психологические конфликты армянской действительности, утверждается высокая роль искусства в преобразовании мира и человека. С историей и культурой армянского народа, с лучшими традициями русской и мировой литературы глубоко связано творчество А. Исаакяна, полное скорбных и мучит. раздумий о судьбах человека, о несправедливости жизненного устройства. Незадолго до Октябрьской революции 1917 выступил поэт А. Акопян, творчество которого во многом созвучно творчеству Демьяна Бедного.
         В драматургии Мирзы Фатали Ахундова, в деятельности учёного-просветителя А. Бакиханова, в поэзии Мирзы Шафи Вазеха и поэта-сатирика Закира азербайджанская литература 19 в. заявляла о необходимости борьбы против деспотизма, феодальной отсталости, религиозного суеверия. В конце 19 — начале 20 вв. развернулась деятельность писателей, связанных с журналом «Молла Насреддин»: Мамедкулизаде, Сабира, А. Ахвердова, М. Ордубады и др.
         Властителями дум грузинской демократической общественности стали в 19 в. поэты-романтики: поэзия Н. Бараташвили была проникнута идеями национального освобождения, политическим вольнодумством, верой в торжество разума и сознанием трагической несовместимости с окружающей его действительностью. Неповторимое своеобразие грузинского национального характера, драматические эпизоды грузинской истории, тяжёлая доля крестьянина, мудрость и красота народного творчества, чистота и благородство устремлений передового человека становятся предметом художественные исследования в произведениях А. Чавчавадзе, Г. Орбелиани, Р. Эристави, Г. Церетели, А. Казбеги, Важа Пшавелы, Э. Ниношвили, И. Евдошвили, Л. Киачели и др. Крупнейшие грузинские писатели 19 в.— И. Чавчавадзе и А. Церетели, испытавшие сильное воздействие идей русских революционных демократов, выступили как вожди национально-освободительного движения.
         Завоевания реалистической латышской литературы конца 19 — начала 20 вв. связаны с именами А. Пумпура, братьев Каудзит, Р. Блаумана и главным образом Райниса и А. Упита, отразивших этапы становления и революционной борьбы латышского пролетариата как части общероссийского пролетарского движения. Эти писатели, а также В. Лацис, Я. Судрабкалн, А. Чак и др. были зачинателями советской латышской литературы.
         В конце 19 — начале 20 вв. демократическое направление в реалистической литовской прозе было представлено рассказами и повестями Ю. Жемайте, рассказами И. Билюнаса, поэзией Ю. Янониса. Передовые литовские писатели демократического направления становятся после 1940 в ряды советских писателей: А. Венуолис, П. Цвирка, Л. Гира, В. Монтвила, С. Нерис, А. Венцлова, Т. Тильвитис, В. Миколайтис-Путинас и др.
         Эстонская литература 2-й половины 19 в. разрабатывала проблемы, связанные с крестьянским освободительным движением (Ф. Р. Крейцвальд, В. Вильде, А. Таммсааре и др.). В период Революции 1905—07 здесь возникла пролетарская литература, видными представителями которой явились Ю. Лилиенбах, В. Юхкум и др. Восстановление Советской власти в Эстонии (1940) ознаменовалось переходом на социалистические позиции таких писателей-демократов, как Ю. Сютисте, И. Барбарус, И. Семпер, А. Якобсон и др.
         Присоединение во 2-й половине 19 в. Средней Азии к России вызвало к жизни просветительное движение, возникшее под влиянием русской передовой культуры. Выдвинулась плеяда писателей, публицистов, учёных, посвятивших себя вопросам национального просвещения (Мукими и Фуркат — у узбеков, А. Дониш и С. Айни — у таджиков, Молланепес — у туркмен). Аналогичные процессы наблюдались у казахов (А. Кунанбаев, Ч. Валиханов), осетин (К. Хетагуров), чувашей (К. Иванов), коми (И. Куратов), якутов (А. Софронов, Н. Неустроев).
         Культурное наследие тех народов, которые до Октябрьской революции не имели письменности (некоторые народы Кавказа, Сибири, Поволжья, Средней Азии), составляло главным образом устное народное творчество. Подробнее историю русской литературы см. в разделе Литература в ст. Российская Советская Федеративная Социалистическая Республика, историю литератур других народов Союза ССР в разделе Литература в статьях о союзных и автономных республиках.
         Советская литература — детище Великой Октябрьской социалистической революции 1917, экономических, социальных и культурных преобразований в советском обществе, выразивших объективные закономерности его исторического движения к социализму и коммунизму. Советская литература представляет собой идейно-эстетическое единство динамически взаимодействующих национальных литератур, художественный опыт каждой из которых становится общим достоянием.
         Пути советской литературы определяются общеисторическими закономерностями развития социалистического общества, ленинской национальной политикой Коммунистической партии, обеспечивающими расцвет, сближение и взаимообогащение культур социалистических наций и народностей. Как литература социалистического реализма, советская литература базируется на принципах марксистско-ленинской партийности, народности, коммунистической идейности, социалистического интернационализма и отражает главные закономерности эпохи перехода к коммунизму. В этом её необоримая жизненная сила и исторический оптимизм.
         У народов СССР с первых дней установления Советской власти появились общие идейно-политические и культурные устремления: защита завоеваний революции, социалистическое переустройство всего общественно-бытового уклада, восстановление разрушенного 1-й мировой войной, интервенцией и контрреволюцией народного хозяйства, создание социалистического общества, новой культуры.
         В годы Октябрьской революции и Гражданской войны определились задачи борьбы против тенденций идеологически враждебных, эстетически чуждых основные линии развития советской культуры. Среди писателей были откровенные противники революции, выразители мелкобуржуазной идеологии, а также те, кто трудно находил свой путь к осознанию социалистического характера, движущих сил революции. У истоков советской литературы стояли люди, тесно связавшие себя с революционной борьбой (в России — Горький, Демьян Бедный, А. С. Серафимович, в Латвии — Упит, в Армении — Акопян, в Азербайджане — Ордубады, на Украине — В. Эллан-Блакитный, в Казахстане — С. Сейфуллин, в Осетии — С. Гадиев, Ц. Гадиев, в Дагестане — Г. Саидов, в Карелии — Я. Виртанен и др.); непосредственно участвовали в разработке теоретических и практических основ национальных литератур видные революционеры (А. В. Луначарский, В. В. Боровский, С. Шаумян, А. Ф. Мясников, Ф. Махарадзе, Н. Нариманов, В. Мицкявичюс-Капсукас, А. Арайс-Берце и др.); молодые писатели шли в литературу из среды рабочего класса, крестьянства, трудовой интеллигенции, из рядов Красной Армии.
         Большинству национальных литератур первых послереволюционных лет свойственно романтическое восприятие действительности, источником которой была сама жизнь — великая революционная ломка, создавшая высокие представления о новом миропорядке, о подвиге во имя его окончат. торжества. Этой эмоциональной атмосфере, прежде всего, отвечали лирические жанры. В. В. Маяковский говорил, что «...литература революции началась со стихов» (Полн. собр. соч., т. 12, 1959, с. 142). Революционный шаг восставшего народа запечатлен в стихах Маяковского («Ода революции», «Левый марш» и др.), в лирико-патетических поэмах А. А. Блока («Двенадцать», 1918), Демьяна Бедного («Главная улица», 1922), В. В. Хлебникова («Ночь перед Советами», 1921), В. Сосюры («Красная зима», 1921), Е. Чаренца («Всепоэма», 1922), М. Чарота («Босые на пожарище», 1922), Л. Квитко («Красная буря», 1918), С. Кудашева («Октябрь». 1920) и др. Поэзия — от агитки до высокой оды — обратилась к эстетике предельных контрастов в сопоставлении прошлого с настоящим, к символическим образам стихии, мирового пожара, к стилевой экспрессии. Использование поэтами фольклорных, мифологических, библейских образов и формул поэтического мышления имело целью воссоздание грандиозности, неповторимости и всечеловеческой значимости происходящих событий. Новаторский характер поэзии 20-х гг. определялся необходимостью найти художественные средства, соответствующие масштабам эпохи. При этом оказалось, что «космическая» образная система поэтов пролеткультовского толка (см. Пролеткульт), всякого рода левацкие загибы, в том числе рецидивы Футуризма, на деле далеки от подлинного новаторства. Маяковский, П. Тычина, Е. Чаренц, Г. Табидзе, М. Чарот, Х. Такташ, С. Вургун и др. создавали новый поэтический язык для выражения чувств и мыслей современника — человека, воспринимающего высокие идеи и цели революции не отвлеченно, а в конкретно-историческом преломлении, среди реальных противоречий действительной жизни. Пути решения этих художественных задач приводили многих поэтов к традиционным жанрам народной поэзии, к вечно живым истокам народного языка (песни Янки Купалы; сб. И. Кулика «Мои коломыйки», 1921, и др.). Таков же генезис лучших образцов политической и бытовой сатиры (Демьян Бедный и др.). Идейно-эстетические итоги творческой эволюции С. А. Есенина были закреплены в сборнике «Русь Советская» (1922), выразившем принятие поэтом новой «коммуной вздыбленной» России. В условиях, созданных Октябрём, национально-исторический опыт приобретал общесоюзный масштаб; характерно единство идейно-тематических исканий, проявившихся, в частности, в изображении героических образов бакинских комиссаров. Поэтические произведения об их трагической гибели создали Маяковский, Н. Н. Асеев, Есенин, С. И. Кирсанов, П. Хузангей, Акопян, Чаренц, Н. Зарян, Вургун, М. Мушфик, С. Рустам, Тычина, Бажан. Интернационалистическим устремлениям советских людей отвечало стихотворение М. А. Светлова «Гренада» (1926). В 20-е гг. закладывались основы многоязычной ленинианы. В сознании масс образ Ленина был символом революции, воплощением надежд, залогом победы в трудной битве за новую жизнь, братского единства народов Советского Союза. «Мы родные по Ильичу», — писал татарский поэт Х. Туфан. Через изображение величия дел Ленина происходило лирическое «причащение» к революционному движению, «великому чувству по имени класс» (Маяковский).
         Сложный путь проходила в своём развитии проза 20-х гг. Преодолевая обобщенно-романтизированные, а подчас и схематизированные принципы изображения послереволюционной жизни, модернистские идейно-эстетического влияния, советская литература шла по пути органического слияния романтического пафоса и реалистической достоверности в изображении противостояния и борьбы двух антагонистических миров: «Неделя» (1922) Ю. Н. Либединского, «Два мира» (1921) В. Я. Зазубрина, «Партизанские повести» (1923) Вс. В. Иванова, «Падение Дайра» (1923) А. Г. Малышкина, «Ветер» (1924) Б. А. Лавренева, «Реки огненные» (1924) Артема Весёлого, повести Л. Н. Сейфуллиной, А. С. Неверова, рассказы А. Головко. Исторически и психологически достоверную картину превращения массы в революционный коллектив, спаянный высокой идеей и волей к победе, показал Серафимович в романе «Железный поток» (1924). Ярко индивидуализированный образ легендарного комдива, в котором были персонифицированы типические черты народа, разбуженного революцией, создал Д. А. Фурманов в романе «Чапаев» (1923).
         Начиная с 1921, появляются «толстые» литературно-художественные журналы: «Красная новь» (создан по инициативе Ленина), «Книга и революция», «Печать и революция», «Сибирские огни», «Молодая гвардия», «Новый мир», «Октябрь» и другие общесоюзные и региональные издания, формировавшие и направлявшие литературный процесс (см. Литературно-художественные журналы). Перед литературой встала задача воплотить в художественных формах социально-историческое своеобразие эпохи, воссоздать новую атмосферу общественной жизни. Широкое распространение получили произведения, опирающиеся на реальные события, конфликты, судьбы, жизненный материал, пережитый подчас самим писателем: «Разгром» (1927) А. А. Фадеева, «Цемент» (1925) Ф. В. Гладкова, «Бруски» (1928—37) Ф. И. Панферова, «По ту сторону» (1928) В. П. Кина, «Конармия» (1926) И. Э. Бабеля, «Бурьян» (1927) Головко, «Земля» (1928) К. Чорного, «Глубокие корни» (1928) Г. Ибрагимова, «Рашид» (1935) Д. Демирчяна, «Коммунистка Раушан» (1929) Б. Майлина и др. Эти произведения пронизаны пафосом реального видения революционно-социалистические перспективы; образы Кожуха, Чапаева, Левинсона, имевшие огромное воспитательное значение, воплощали типические черты новых героев — носителей революционного сознания. Сложные нравственно-философские вопросы были поставлены в романах и повестях Л. М. Леонова, К. А. Федина, Ю. К. Олеши, М. Л. Слонимского, П. Панча, М. Джавахитвили, С. Зорьяна, А. Кадыри, М. Ауэзова и др. В романтико-фантастической повести «Алые паруса» (1923) А. С. Грин рассказал о торжестве человеческой мечты о счастье.
         В остродраматической борьбе нового со старым, в отражении судьбы народной в судьбах индивидуальных черпала сюжеты драматургия 20-х гг.; её героем стал человек, осознавший величие революции, её защитник и идеолог: «Бронепоезд 14-69» (1922) Вс. Иванова, «Любовь Яровая» (1926) К. А. Тренева, «Разлом» (1928) Лавренева, «Рельсы гудят» (1928) В. М. Киршона, «97» (1924) и «Коммуна в степях» (1925) М. Кулиша. «Диктатура» (1929) И. Микитенко, «Севиль» (1928) и «Алмас» (1931) Дж. Джабарлы, «Бай и батрак» (1918) Х. Н. Хамзы, «Два коммуниста» (1928) К. Яшена, «Старик Камали» (1925) Ф. Бурнаша и др. В пьесах «Дни Турбиных» (1926) и «Бег» (1928, пост. 1957) М. А. Булгаков показал историческую обречённость белогвардейского движения, внутренний кризис белоэмигрантской среды.
         Конкретно-историческая социальная обусловленность человеческих судеб, их вовлеченность в сложные жизненные процессы, прошлое Родины как её непреходящее духовное богатство — такие темы разрабатывались в возникавшем во 2-й половине 20-х гг. советском исторический романе (О. Д. Форш, А. П. Чапыгин, Ю. Н. Тынянов, Н. Лордкипанидзе, З. Бядуля и др.). Большие историко-философские обобщения, панорамное изображение предреволюционной жизни отличают произведения Горького, созданные в 20-е гг. (последнюю часть автобиографической трилогии — «Мои университеты», роман «Дело Артамоновых» и др.). Стремлением к эпическому и историческому осмыслению действительности отмечены 1-я и 2-я книги трилогии «На перепутье» (1923—27) Якуба Коласа; произведения А. Весёлого, С. Н. Сергеева-Ценского, Т. Гартного, А. Бакунца, Айни, Кадыри, Ордубады, Ш. Камала и др. Осознание жизни в её драматической противоречивости, исторической перспективе и революционном развитии — одно из завоеваний социалистического реализма, проявившееся уже в лучших произведениях 20-х гг.
         В 1928 М. А. Шолохов опубликовал 1-ю книгу «Тихого Дона» (4-я книга — 1940) — романа, принёсшего писателю мировую известность. Исторически и психологически достоверный рассказ о судьбах донского казачества перерос во всенародную эпопею о трудных путях к новой жизни через горнило революции. Неуклонное следование правде жизни, воплощение действительности в её противоречиях и острых конфликтах, возникающих в сложном и трудном процессе рождения нового, коммунистического мира, определили особое значение «Тихого Дона».
         Масштабностью исторического мышления отмечен ряд поэтических произведений Поэмы Маяковского «Владимир Ильич Ленин» (1924) и «Хорошо!» (1927) утвердили традиции гражданской социальной поэзии, пронизанной лиризмом «личного» отношения поэта к избранной теме. О революции, о народе как творце собственной истории пишут Есенин («Анна Онегина», 1925), Э. Г. Багрицкий («Дума про Опанаса», 1926), Асеев («Семен Проскаков», 1928), Б. Л. Пастернак («Девятьсот пятый год», 1925—26, и «Лейтенант Шмидт», 1926—1927), И. Л. Сельвинский («Улялаевщина», 1927), М. Рыльский («Сашко», 1929), Я. Купала («Неназванное», 1925), Я. Колас («Новая земля», 1923, и «Симон-музыкант», 1917—25), Чарот («Краснокрылый вещун», 1923), П. Трус («Десятый фундамент», 1928), Сейфуллин («Советстан», 1926, и «Кокчетау», 1924), Джансугуров («Степь», 1930) и др.
         Бескомпромиссным обличением буржуазных пережитков в психологии людей, в некоторых аспектах социальной жизни отличаются сатирические произведений 20-х гг. В комедиях и сатирических стихах Маяковского всесторонне исследовался и разоблачался тип «совмещанина» — опасного внутреннего врага революции. Приспособленчество, обывательщина, рвачество, карьеризм и т. п. становились объектом осмеяния в комедиях А. М. Файко, В. П. Катаева, А. И. Безыменского, И. Кочерги, Кулиша, К. Крапивы, Ш. Дадиани, П. Какабадзе, Демирчяна; в сатирических произведениях М. М. Зощенко, И. А. Ильфа и Е. П. Петрова, Гладкова, М. Е. Кольцова, О. Вишни и др.; в стихах Эллана-Блакитного, Г. Цадасы, Х. Намсараева, А. Шогенцукова и др.
         20-е гг. отмечены интенсивным развитием художественного перевода (см. Перевод художественный). На языках народов СССР вышли сочинения многих русских писателей.
         В 20-е гг. в ряде литератур возникали различные течения, нередко противоборствующие организации и группы, эстетические программы которых отличались нарочитой усложнённостью, подчас аполитизмом, утверждением «автономности» литературы, левацким отказом от классических традиций; некоторые писатели находились под влиянием буржуазной, мелкобуржуазной идеологий (см. Имажинизм, Конструктивизм, «Перевал », «Серапионовы братья» в России; «неоклассики» и ВАПЛИТЕ — на Украине; «Академическая группа» — в Грузии; «Армянское литературное товарищество»; «Челабайские беседы» — в Узбекистане; «Алка» — в Казахстане и др.).
         Конкретный социально-исторический опыт литература приобрела в условиях ожесточённой классовой борьбы, находившей отражение и на литературном фронте, где чистота идеологии не только отстаивалась в теоретической полемике с различного рода формалистическими, вульгаризаторскими концепциями, с эстетством и национальной ограниченностью, но и утверждалась творческими достижениями национальных литератур. Возможности метода социалистического реализма открывали верные пути тем писателям, которые вели подчас мучительные поиски выходов из тупиков различных эстетических программ.
         Ленин и Коммунистическая партия оказывали огромную помощь укреплению идейно-художественных и материальных основ новой литературы. Принципиальна роль в борьбе за идейную чистоту советской литературы выступлений Ленина и ЦК партии против пролеткультовских теорий [письмо ЦК РКП(б) «О Пролеткультах», 1920], в которых было обосновано положение о преемственном развитии социалистической культурой лучших традиций культуры прошлого, против футуристических и прочих модернистских течений, мешавших плодотворному развитию советской литературы. Прямое отношение к литературному процессу имели резолюции по национальному вопросу, принятые 10-м (1921) и 12-м (1923) съездами партии. В резолюции ЦК РКП(б) 1925 «О политике партии в области художественной литературы» обобщались тенденции литературного развития, указывалось на необходимость «завоевания позиций в области художественной литературы», обращалось особое внимание «на развитие национальной литературы в многонациональных республиках и областях нашего Союза».
         Одним из важных аспектов культурной революции, развернувшейся в стране, явилась кипучая созидательная работа по формированию ряда новых литератур народов, не имевших до Октябрьской революции своей письменности или развитой литературы. Новые национальные литературы, взаимодействуя с литературами других народов в условиях строительства социализма, укрепления интернациональных тенденций социалистической культуры стремительно проходили путь к искусству, стоявшему на уровне задач современности, — к искусству социалистического реализма. Уже на исходе первого советского десятилетия Горький констатировал бурный «... процесс создания той единой социалистической культуры, которая, не стирая индивидуальные черты лица всех племен, создала бы единую, величественную, грозную и обновляющую весь мир социалистическую культуру» (Собр. соч., т. 30, 1956, с. 365—66).
         Конец 20-х — середина 30-х гг.— время индустриализации страны, решит. поворота деревни к социализму, утверждения в ней новых общественных отношений. Революционная энергия масс, приобщившихся в ходе строительства социализма к историческому творчеству, новые невиданные возможности участия в созидат. деятельности народа выдвинули перед литературой задачи глубокого постижения и правдивого изображения жизненных процессов. Естественна тяга писателей к крупной, эпической форме повествования, запечатлевавшей формирование нового общественного сознания, психологии нового человека. Глубина художественного познания сложных явлений современности, чёткость авторской позиции, предельная историческая конкретность повествования о великом революционном переломе в жизни деревни отличают роман Шолохова «Поднятая целина» (кн. 1—2, 1932—60), пронизанный размышлениями об истинной человечности, о путях прогресса, об исторической необходимости. В поэме «Страна Муравия» (1936), развивающей традиции русской классической поэзии и одновременно произведении новаторском, А. Т. Твардовский поднял большие проблемы, связанные с переходом деревни к новой жизни. Всесоюзную читательскую аудиторию завоевали романы «Соть» (1929) Леонова, «Ледолом» (1929) К. Я. Горбунова, «Гвади Бигва» (1938) Л. Киачели, очерковая повесть «Разбег» (1930) В. П. Ставского, поэмы «Трагедийная ночь» (1930) Безыменского, «Над рекой Орессой» (1933) Я. Купалы и др. Характерные для первых пятилеток высокий преобразовательский пафос, невиданные планы и темпы вдохновляли писателей на создание произведений, запечатлевших яркие страницы истории советского общества: «Энергия» (1932—38) Гладкова, «Время, вперёд!» (1932) В. П. Катаева, «День второй» (1933) И. Г. Эренбурга, «Гидроцентраль» (1930—31) М. С. Шагинян, «Большой конвейер» (1934) Я. Н. Ильина, «Ацаван» (1937—47) Н. Зарьяна.
         Отличительная черта литературы 30-х гг.— интерес писателей к событиям, происходившим в братских республиках. Расширение писательских контактов, выражавшееся, например, в поездках писательских бригад по стране, укрепление связей между национальными литературами вызвали появление таких произведений, как «Стихи о Кахетии» (1935) Н. С. Тихонова, «Путевой дневник» (1939) В. М. Инбер, «Кара-Бугаз» (1932), «Колхида» (1934) К. Г. Паустовского, «Большевикам пустыни и весны» (кн. 1—3, 1931—48) В. А. Луговского, «Человек меняет кожу» (ч. 1—2, 1932—33) Б. Ясенского, «Роман межгорья» (кн. 1—2, 1929—34) И. Ле, «Будущность» (1938) Э. Самуйлёнка, и др. В 1932 Президиум ЦИК СССР принял постановление об организации Литературного института (См. Литературный институт) им. М. Горького для воспитания творческих кадров многонациональной советской литературы. Большое значение имело интенсивное развитие художественного перевода, сделавшего мировым достоянием лучшие образцы национальных литератур.
         К середине 30-х гг. в СССР был в основном построен социализм, утвердилось социально-политическое единство советского общества. Связь литературы с жизнью народа, борьба за повышение её художественного уровня, укрепление принципов историзма, социального анализа, народности, коммунистической партийности, идейности составляли реальное содержание многонационального литературного процесса в 20—30-е гг., обусловили общность творческих платформ советских литератур.
         Деятельность Коммунистической партии и ведущих советских художников во главе с Горьким по идеологической консолидации творческих сил способствовала преодолению групповых противоречий. Особую роль в этом процессе сыграло постановление ЦК РКП(б) «О перестройке литературно-художественных организаций» (1932), которое выдвинуло задачу «... объединить всех писателей, поддерживающих платформу Советской власти и стремящихся участвовать в социалистическом строительстве, в единый союз советских писателей с коммунистической фракцией в нем» («О партийной и советской печати». Сб. документов, 1954, с. 431). На 1-м Всесоюзном съезде советских писателей (17 августа — 1 сентября 1934, Москва) 582 делегата представляли более 40 литератур советских народов. В докладе Горького был отмечен рост международного авторитета советской литературы, а также то важнейшее обстоятельство, что советская литература «...не является только литературой русского языка, это — всесоюзная литература», что «...разноплеменная, разноязычная литература всех наших республик выступает как единое целое перед лицом пролетариата Страны Советов, перед лицом революционного пролетариата всех стран...» (Собр. соч., т. 27, 1953, с. 324, 296). В уставе СП СССР, принятом съездом, социалистический реализм определялся как основной метод советской художественной литературы и литературной критики, который «...требует от художника правдивого, исторически конкретного изображения действительности в ее революционном развитии. При этом правдивость и историческая конкретность художественного изображения действительности должны сочетаться с задачей идейной переделки и воспитания трудящихся в духе социализма. Социалистический реализм обеспечивает художественному творчеству исключительную возможность проявления творческой инициативы, выбора разнообразных форм, стилей и жанров» (Первый Всесоюзный съезд советских писателей. Стенографич. отчёт, 1934, с. 716). Пред. Правления Союза писателей СССР (См. Союз писателей СССР) был избран Горький. Образование единого писательского союза — итог общественных устремлений, завоевание ленинской национальной и культурной политики и естественный результат художественного процесса.
         Одним из самых важных и непосредственных результатов деятельности нового творч. союза явилось расширение взаимосвязей литератур народов СССР, что плодотворно сказалось на каждой из национальных литератур, особенно молодых, возникших незадолго до Октября или в советское время, как младописьменные. Развитие литературного языка, освоение реалистического мастерства, жанровое обогащение литератур, проблемы творческого использования фольклорного и классического наследия были общими проблемами для литератур советских народов в период после 1-го съезда. Творческое использование опыта русской советской литературы, которая в свою очередь обогащалась от соприкосновения с новыми для неё культурными регионами, создавало особую специфику общесоюзного литературного процесса. С 30-х гг. в Москве начали проходить Декады и дни искусства и литературы народов СССР, общесоюзный характер приобрели некоторые литературной дискуссии (о творч. методе советской литературы, о формализме, о пережитках вульгарного социологизма в критике, об отношении к национальному классическому наследию и др.), заметную роль стали играть всесоюзные юбилеи национальной литературной классики.
         Непререкаемым авторитетом в литературной жизни, заботливым наставником молодых писателей, вдохновителем многочисленных важных и плодотворных начинаний был Горький. Своей прозой, драматургией, публицистикой 30-х гг. он учил широте исторического мышления, смелости в постановке важнейших вопросов современности. В романе-эпопее «Жизнь Клима Самгина» (1925—36) Горький нарисовал многоплановую картину предреволюционной жизни России и убедительно обосновал закономерность Октябрьской революции.
         Чувством исторической глубины и устремлённости в будущее пронизаны крупные эпические повествования, созданные Фадеевым, В. Я. Шишковым, К. Гамсахурдиа, Головко, О. Десняком, А. Шияном, Я. Коласом, Чорным, Айбеком, С. Мукановым, Д. Шенгелая, Д. Бергельсоном и др. Многослойное живописное полотно, рисующее пути в революции и Гражданской войне лучшей части старой русской интеллигенции, движение народных масс, руководимых большевиками, развернул в трилогии «Хождение по мукам» (1920— 1941) А. Н. Толстой, 30-е гг. отмечены появлением произведений, посвященных раскрытию духовной биографии нового героя (иногда — на автобиографической основе), показывающих становление характера современника — участника великих событий: «История одной жизни» (1934—38) С. Зорьяна, «Манифест молодого человека» (1940) Мир Джалала, «Кочубей» (кн. 1—2, 1937) А. А. Первенцева; произведения Ю. Смолича, С. Айни, Муканова и др. Призывом к подвигу во имя революции, яркой демонстрацией коммунистического представления о смысле жизни и месте в ней человека стал роман Н. А. Островского «Как закалялась сталь» (1935), оказавший огромное воспитательное воздействие на многие поколения советской и зарубежной молодёжи. Преображение человека общеполезным трудом показано в романе «Дорога на океан» (1936) и пьесах Леонова, в романах «Педагогическая поэма» (ч. 1—3, 1933—35, новые главы — 1936) А. С. Макаренко, «Люди из захолустья» (1937—1938) Малышкина, «Танкер “Дербент”» (1938) Ю. С. Крымова, «Рождается город» (1932) А. Копыленко, «История радости» (1938) И. Ле, «Мои сверстники» А. Кутуя и др. Сложную проблематику человеческих отношений, отражение в сфере быта и повседневного труда результатов мощного преобразующего воздействия на психологию человека новой общественной атмосферы разрабатывала новеллистика 30-х гг. (А. П. Платонов, И. И. Катаев, Олеша, И. Сенченко, А. Каххар, Н. Сарыханов и др.). Опираясь на образы и мотивы уральского фольклора, воспевал человека труда П. П. Бажов («Малахитовая шкатулка», 1939). В прозе выявляется лирическая тенденция: «Жень-шень» (1933) М. М. Пришвина, «Летние дни» (1937) Паустовского, рассказы и очерки И. С. Соколова-Микитова.
         Художественное осмысление истоков социальной энергии народа привело к бурному развитию исторического романа. Особый смысл приобретал вопрос о наследовании героического прошлого; стремление отразить время в типических чертах положит. героя заставляло писателей исследовать прогрессивные черты национального характера, полнее всего выявляющиеся во время больших исторических сдвигов (произведения Сергеева-Ценского, Новикова-Прибоя, С. П. Бородина, Чапыгина, Д. Гулиа, Айни, Муканова, З. Тулуб, Я. Качуры и др.); наиболее крупным завоеванием исторического жанра явился роман А. Толстого «Петр Первый» (1929—45). Эпическое начало входит в историческую и историко-революц. драматургию: «Первая Конная» (1929) и «Оптимистическая трагедия» (1933) В. В. Вишневского, «Гибель эскадры» (1933) А. Е. Корнейчука, «Дума о Британке» (1938) Ю. Яновского, «Партизаны» (пост. 1937) Крапивы, «Арсен» (пост. 1936) С. Шаншиашвили, «Ночные раскаты» (1934) Ауэзова и др.
         В поисках форм широкого социально-философского осмысления действительности поэзия 30-х гг. обнаруживала новые жанровые возможности, расширяла и углубляла исследуемые ею тематические пласты. Проблемы народного бытия, трудные пути революционного обновления жизни, трудовые будни города и села, героизм, ставший нормой поведения, утверждение социалистического гуманизма, судьбы отечеств. и мировой культуры — таково многообразие поэтической панорамы этих лет, значительное место в которой занимают крупномасштабные произведения: поэмы «Смерть пионерки» (1932) и «Последняя ночь» (1932) Багрицкого, «Триполье» (1933) Б. П. Корнилова, «Мать» (1933) Н. И. Дементьева, «Кулаки» (1936) П. Н. Васильева, «Маяковский начинается» (1940) Асеева, «Пятилетка» (1932) С. И. Кирсанова, «Смерть Гамлета» (1932), «Число» и «Бессмертие» (1937) Бажана, «Катерина» (1938) Бровки, «Письмоносец» (изд. 1940) М. Джалиля, «Басти» (1937) Вургуна, «Поток» (1937) Т. Жарокова и др. По мотивам и проблемам близки поэме Твардовского «Страна Муравия» «Рушанская скала» (1930) Зарьяна, «В зелёной дубраве» (1939) А. Кулешова и др. В традициях народной поэзии сложил поэму-хронику «Дагестан» (1935—36) Сулейман Стальский. Лирическим героем советской поэзии становился человек, через мироощущение и деятельность которого раскрывался высокий нравственно-философский смысл революционных завоеваний. Знаменательным явлением советской поэзии тех лет стали сборники стихов Тычины «Партия ведёт» (1934) и «Чувство семьи единой» (1938). Точное знание современного народного языка и психологии, эмоциональное богатство, проникновенный лиризм отличали песни М. В. Исаковского. Вместе с В. И. Лебедевым-Кумачом он стал родоначальником советской массовой песни. В своеобразном жанре интеллектуально-насыщенного лирико-поэтического цикла работали Пастернак, О. Э. Мандельштам, Чаренц, П. Яшвили, В. Гаприндащвили, Мюшфик, С. З. Галкин и др.
         Большое место в поэзии 30-х гг. занимало освоение писателями народных легенд, сказаний, песен, поэтики, образной системы произведений фольклора (поэмы Л. Н. Мартынова, Д. Б. Кедрина, Исаакяна, Джансугурова, Х. Алимджана и др.). Эстетические открытия многонациональной литературы — органическое выражение принципа народности. Интенсивные художественные поиски на началах социалистического реализма способствовали обогащению творческих индивидуальностей поэтов разных художественных традиций и поколений.
         В драматургии 30-х гг. особое место занимают пьесы Горького — «Егор Булычов и другие» (1932), «Достигаев и другие» (1933), вторая редакция «Вассы Железновой» (1910—35). Новый тип социально-исторического драматургического конфликта, движущего действие, новый подход к истории, к действительности революционных лет, герои, выходящие на первый план как творцы и участники революционного обновления мира, — всё это служило развитию многонациональной советской драматургии. Главным объектом изображения драматургов стал герой-творец, деятель, человек революционного размаха, созидательной энергии. Таковы персонажи пьес «Половчанские сады» (1938) Леонова, «Темп» (пост. 1930), «Мой друг» (1932) Н. Ф. Погодина, «Чудесный сплав» (1934) Киршона, «Платон Кречет» (1935) Корнейчука, «Разгром» (пост. 1934) К. Яшена, «Поколение героев» (1937) С. Клдиашвили, «Хаят» (пост. 1935) М. Ибрагимова, «Шодмон» (1939) С. Улуг-зода и др. Вместе с тем советская драматургия добивалась успехов в показе сложных морально-этических коллизий, в изображении тонких душевных переживаний («Машенька», 1940, А. Н. Афиногенова). Славные страницы истории народа, его борьбы за свободу и независимость, его стойкость, героизм, патриотическая одушевлённость открывались в пьесах «Рыцарь Иоанн» (1937) Сельвинского, «Богдан Хмельницкий» (1939) Корнейчука, «Зарница» (1934) Ауэзова, «Вагиф» (1937) Вургуна, «Алишер Навои» (1940) Уйгуна и И. Султанова, «Хамза» (1940) Яшена и А. Умари. Значительным явлением стали первые части трилогии Погодина о Ленине — «Человек с ружьем» (пост. 1937), «Кремлёвские куранты» (пост. 1942, в новой ред. 1956). Драматургическая лениниана пополнилась пьесами «На берегу Невы» (1937) Тренева, «Правда» (1937) Корнейчука, «Москва, Кремль» Афиногенова. Как и произведения прозаических и поэтических жанров, советская драматургия выражала творческий, созидательный подъём народа, ведущие тенденции современности — в многообразии индивидуальностей, художественных традиций, жанровых и изобразительных форм.
         Бурный расцвет переживала Детская литература. Основные эстетические принципы, обусловливающие возможность серьёзного и доверит. разговора с юным читателем были заложены ещё Маяковским. Как в поэзии (К. И. Чуковский, С. Я. Маршак, А. Л. Барто, С. В. Михалков и др.), так и в прозе (Б. С. Житков, В. В. Бианки, Л. Пантелеев и Г. Белых, Л. А. Кассиль и др.) создавались художественно убедительные произведения, воспитывающие в детях патриотизм, высокие моральные качества будущих строителей коммунизма, развивающие эстетическое чувство. Проблемы самовоспитания, ответственного отношения к своим поступкам, советского гуманизма и личной отваги ставились в остросюжетных повестях и рассказах А. П. Гайдара.
         В 1939—40 многонациональная советская литература пополнилась новыми отрядами революционных писателей Прибалтики и Западной Украины, Западной Белоруссии и Бессарабии, которые в 20—30-е гг. в условиях буржуазного режима продолжали отстаивать и утверждать идеи Октябрьской революции.
         Во 2-й половине 30-х гг. обострившаяся международная обстановка привлекла особое внимание советской литературы к темам патриотизма, интернационализма, антифашизма (стихи А. А. Суркова, К. М. Симонова, Луговского, Тычины, Р. Рзы, Алимджана, Джалиля, Леонидзе; поэма Г. Табидзе «Четыре дня» была пронизана тревожным ощущением надвигающейся войны). В антифашистских романах «На Востоке» (кн. 1—2, 1936—37) Павленко, «Я жгу Париж» (1928) Б. Ясенского, «Падение Парижа» (1940—41) Эренбурга, в произведениях, поднимавших тему солидарности с борющейся Испанией (корреспонденции Кольцова, составившие основу его книги «Испанский дневник», 1938; драмы «Европейская хроника», 1953, А. Н. Арбузова; «Салют, Испания!», 1936, Афиногенова; «Парень из нашего города», 1941, Симонова, и др.), советская литература заявила о верности нового поколения защитников Родины революционным традициям.
         В жестоких испытаниях Великой Отечественной войны 1941—45 народы Советского Союза отстояли свободу и независимость своего многонационального социалистического государства. Всенародное единство советских людей отчётливо выразилось в дальнейшем сближении братских литератур. Советская литература внесла большой вклад в борьбу с фашизмом. Советские писатели утверждали чувство патриотизма, гордости, исторической правоты советских людей, высокой миссии их подвига. Более трети членов СП СССР ушло добровольцами на фронт. Многие из них отдали жизнь за. Родину, в том числе Гайдар, Д. Алтаузен, И. П. Уткин, Крымов, Б. М. Лапин, Петров, Ставский, Муса Джалиль, О. Десняк, А. Ушаков, П. Страдзынь, Ф. Карим, Б. Булкишев и др. Во время войны, а особенно в первый её период, возросла роль публицистики. Разоблачение человеконенавистнической сущности фашизма и мифа о непобедимости «третьего рейха» в статьях Эренбурга, обращение к героическому прошлому Родины, к национальным традициям, истокам русского национальной характера в статьях А. Толстого, разнообразная по тематике и жанрам публицистика Шолохова, Леонова, Фадеева, А. П. Довженко, Я. Галана, Я. Коласа, В. Василевской, П. Панча, А. Алле, Судрабкална, Демирчяна и др. действенно способствовала мобилизации всех духовных ресурсов народа на борьбу с фашизмом.
         С первых дней войны советская поэзия обратилась к традиционным фольклорным формам (заклинание, клятва, заговор, проклятье, оберег, плач и пр.), которые находили живой отклик у массового читателя. Стихи Симонова («Жди меня»), Суркова («Землянка»), А. А. Ахматовой («Мужество»), Джамбула («Ленинградцы, дети мои!»), Д. Бедного («Я верю в свой народ»), М. Рыльского («Украина»), Бажана («Клятва»), Я. Купалы («Партизаны»), Леонидзе («Не горюй, мать»), Исаакяна («Бранный клич»), Алимджана («Возьми оружие в руки»), Г. Гуляма («Ты не сирота») и др. звучали как голос народа, произносившего клятву очистить родную землю от захватчиков, спасти мир от коричневой чумы гитлеризма.
         Своего рода гимном Великой Отечеств. войны стала песня Лебедева-Кумача «Священная война» (1941). По-новому ставились советской поэзией традиционные темы дружбы и любви, верности солдатскому долгу, героизма во имя Родины. О личной ответственности за судьбу Страны Советов, о красоте мира и человеческих чувств писал в моабитском застенке (фашистская тюрьма в Бельгии) поэт-герой Муса Джалиль. Главной для литературы стала тема войны как всенародного ратного подвига. В стихах и прозе писатели обращались к теме Родины, воспевали богатство её духовной и материальной культуры, уклад народной жизни, образность народной речи, постоянно подчёркивали интернациональный характер мышления советского человека, чувство общности исторических путей народов Советского Союза. Большое воспитательное значение приобрела историко-героическая тема: стихотворение Исаакяна «Армянская архитектура», сборник стихов «Литва Грюнвальда» (1942) Л. Гиры, трагедия в стихах «Ливонская война» (1944) Сельвинского; поэмы «Песнь о Давиде Гурамишвили» (1942—46) С. Чиковани, «Георгий Шестой» (1942) Г. Абашидзе; повесть «Айналы» Рагимова; пьеса «Муканна» (1942—43) Алимджана, героическая драма «Тахир и Зухра» (1943) Турсун-заде и др.
         Большой общественный резонанс приобрели остродраматические, глубоко современные пьесы «Фронт» (1942) Корнейчука, «Нашествие» (1942) Леонова, «Русские люди» (1942) Симонова. Верой в победу были пронизаны пьесы «У стен Ленинграда» (1944) Вишневского, «Песнь о черноморцах» (1943) Лавренева, «Накануне» (1941) Афиногенова, «Сталинградцы» (1944) Ю. П. Чепурина, «Сердце матери» Икрами, «Минникамал» (1944), М. Амирова, «Испытание огнем» (1943) Крапивы. Исторический опыт народа, неисчерпаемая сила питающих его революционных традиций, советский характер во всей его многогранной сложности, непоколебимой твёрдости и красоте становился предметом эпического рассмотрения в поэмах «Киров с нами» (1940) Тихонова, «Февральский дневник» и «Ленинградская поэма» (1942) О. Ф. Берггольц, «Сын» (1943) П. Г. Антокольского, «Пулковский меридиан» (1943) Инбер, «Знамя бригады» (1943) Кулешова, «Янук Селиба» (1942) М. Танка, «Похороны друга» (1943) Тычины, «Непобедимый Кавказ» (1943) Г. Абашидзе, «Кто это?» А. Осмонова, «Партизаны Кабарды» А. Хавпачева и др. В глубоко правдивой, исполненной юмора, классически ясной по своей поэтической форме поэме «Василий Тёркин» (1941—45) Твардовский создал бессмертный образ советского воина, воплотившего высокую гуманность, патриотизм и силу народного духа.
         К важнейшим событиям истории советских народов, предопределившим их единство перед лицом захватчиков, обращены созданные в годы войны произведения большого эпического плана: «Емельян Пугачев» Шишкова, «Абай» (1942—47) Ауэзова, «Навои» (1945) Айбека, «Вардананк» (1943—46) Демирчяна, «Земля зелёная» (1945) Упита, «Шамо» (1931—64) Рагимова, «Пробужденный край» (1953) Мусрепова, «Царь Пап» (1944) Зорьяна, «Бесики» (1942—47) А. Белиашвили, «Великий Моурави» (1937—58) А. А. Антоновской.
         Общим для всех национальных литератур этого времени было обращение к документальному материалу. Подвиг партизанки Зои Космодемьянской вдохновлял поэтов разных национальностей. Поэмы о ней создали Алигер, Жароков, Н. Арсланов, З. Халил, П. Хузангай, А. Лахути. Кирсанов написал поэму «Александр Матросов» (1946); гибели поэта-воина Абдуллы Жумагалиева посвящена поэма К. Аманжолова «Сказание о смерти поэта» (1944). Глазами участников и очевидцев увидены события, лежащие в основе повестей «Дни и ночи» (1943—44) Симонова, «Народ бессмертен» (1942) В. С. Гроссмана, «Непокорённые» (1943) Горбатова, «Радуга» (1942) Василевской, «Украина в огне» Довженко, «Сыновья и отцы» (1944) Абульгасана и др. К концу войны во многих литературах получил распространение роман о Великой Отечеств. войне: «Они не прошли» (1946) Смолича, «Скипьевский лес» (опубл. 1955) Чорного, «Солдат из Казахстана» (1949) Мусрепова, «Шиганак» (1945) Г. Мустафина и др. По-прежнему разрабатывая многогранную, бесконечно ёмкую тему — народ на войне, писатели изображали подвиг советского человека как естественный результат воздействия на формирование его характера тех условий, которые были созданы в обществе Великим Октябрём.
         Духовную основу литературы первых послевоенных лет образовывало мироощущение, выстраданное и завоёванное народом-победителем. Её идейные устремления были направлены на то, чтобы создать благоприятную нравственно-психологическую атмосферу всенародного трудового подъёма для скорейшего залечивания ран, нанесённых войной. Особое место, которое заняла в мире страна-освободительница, определяло расширение проблематики и круга общественно-политических задач советской литературы. В условиях развязанной империалистами «холодной войны» против СССР советские писатели, творчески разрабатывая традиции, заложенные в стихах Маяковского, с публицистической страстностью подняли голос за мир во всём мире, за счастье человека, пропагандировали советский образ жизни, интернационализм (стихотворные циклы Бажана, Вургуна, Рустама, Симонова, Суркова, Тихонова, Турсун-заде, Чиковани и др.). Стремлением раскрыть основной конфликт эпохи — противостояние фашизма и антифашизма, мироощущение личности в период крупнейших социальных сдвигов, внушить идею личной ответственности каждого за всё происходящее на земном шаре вдохновлен многоплановый роман Эренбурга «Буря» (1946—47). На остром идейно-политическом конфликте антагонистических классов построены драматические повести Якобсона «Жизнь в цитадели» (1946) и «Борьба без линии фронта» (1946). Политической проблематике посвящены романы «Наступит день» (1948) М. Ибрагимова, «Тегеран» (1952) Г. Севунца и др.
         Подлинный драматизм, захватывающая достоверность накопленного за годы войны жизненного материала вызвали интенсивное развитие документальной литературы, проникнутой благородным стремлением — оповестить Родину о беспримерных подвигах её героев-партизан: «Люди с чистой совестью» (1946) П. П. Вершигоры, «От Путивля до Карпат» (1945) С. А. Ковпака, «Подпольный обком действует» (кн. 1—2, 1949) А. Ф. Федорова, «В Крымском подполье» (1947) И. А. Козлова, «Это было под Ровно» (1948) Д. Н. Медведева и др. Опираясь на действительные человеческие судьбы, писатели поднимались до больших художественных обобщений, раскрывали глубокий философский смысл победы над фашизмом — военной, политической, экономической, нравственной. Образы реальных героев Великой Отечеств. войны, в характерах и жизненном поведении которых заложены типичные черты советского человека, нарисованы в романе «Повесть о настоящем человеке» (1946) Б. Н. Полевого, повестях «Золотая звезда» (1946) А. Каххара, «Солдат из Казахстана» (1949) Мусрепова и др. В романе Фадеева «Молодая гвардия» (1945—51) — о беспримерной деятельности подпольной комсомольской организации — правда документа, сочетающаяся с правдой художественного образа, помогла раскрыть нравственно-философская сущность характера героического поколения, воспитанного партией, несгибаемых борцов за власть Советов. Тема вечной памяти о погибших, кровной боли за страдания Родины как реквием звучала в произведениях Твардовского (поэма «Дом у дороги», 1946, стихотворение «Я убит подо Ржевом»), Исаковского (стихотворение «Враги сожгли родную хату») и др. Об испытаниях военного времени рассказывали поэмы «Прометей» (1947) А. С. Малышко, «Над Ленинградом» (1948) М. Рагима и др. Военная проблематика определила творческие поиски начинающих путь в литературе К. Я. Ваншенкина, Е. М. Винокурова, С. П. Гудзенко, В. Давтяна, Ю. В. Друниной, М. А. Дудина, М. К. Луконина, А. П. Межирова, С. С. Наровчатова, С. С. Орлова, Р. Парве, Э. Раннета, Б. А. Слуцкого, Г. Эмина и др. В романах и повестях «Спутники» (1946) Пановой, «Звезда» (1947) Э. Г. Казакевича, «Белая берёза» (кн. 1—2, 1947—52) М. С. Бубённова, трилогии «Знаменосцы» (1946—48) О. Гончара, «Глубокое течение» (1949) И. П. Шамякина, «Минское направление» (1952) И. П. Мележа и др. были созданы полнокровные образы советских воинов, патриотов и гуманистов, раскрыто миропонимание людей, в самых тяжёлых испытаниях сохраняющих веру в торжество тех идеалов, которые выковывались Великим Октябрём. Художественная убедительность жизненных конфликтов этих произведений противостояла ложному монументализму, который давал о себе знать в некоторых произведениях той поры.
         На всех этапах советская литература ставила перед собой задачу создания образа положительного героя. В конце 40 — начале 50-х гг. таким героем являлся коммунист, прошедший войну и принёсший в мирную жизнь свой и всей страной накопленный опыт ежедневной героической борьбы за эту жизнь. Тема возвращения к мирному труду впервые заявлена в очерковой повести В. В. Овечкина «С фронтовым приветом» (1945). Эта же тема разрабатывалась в романах «Счастье» (1947) Павленко, «Ветер Золотой долины» (1950) Айбека, «Миллионеры (1948) Мустафина, «Весна в Сакене» (1948) Г. Д. Гулиа, «Кавалер Золотой Звезды» (кн. 1—2, 1947—48) С. П. Бабаевского, «Земля» (1954—55) С. Ханзадяна, «В Заболотье светает» (1950) Брыля, «Большие события в Науяместисе» (1951) И. Довидайтиса и др.; в поэмах «Флаг над сельсоветом» (1947) А. И. Недогонова, «Весна в “Победе”» (1948) Н. М. Грибачева, «Рабочий день» (1948) Луконина, «Утро над Минском» М. Танка, «Новое русло» (1948) А. Кулешова и др. Тема труда в дни войны и в дни мира, творческого труда как созидательной сущности советского человека, советского общества, тема рабочей гордости за свой труд поднята в романах «Далеко от Москвы» (1948) В. Н. Ажаева, «В гору» (1948) А. Саксе, «Честь» (1947) Г. Баширова, «Сыр-Дарья» (1947—48) Муканова, «Люди наших дней» (1948) Сыдыкбекова, «Донбасс» (1951) Горбатова, «Водители» (1950) А. Н. Рыбакова, «Высота» (1952) Е. З. Воробьева, «Иван Иванович» (1949) А. Д. Коптяевой, «Апшерон» (1947) Гусейна Мехти, «Караганда» (1952) Мустафина и др.
         Советская литература выступала в эти годы в своей окрепшей многонациональной общности и многообразии эстетических средств и возможностей. Но в самом процессе её развития возникали немалые сложности. В условиях трудностей послевоенного периода стали появляться безыдейные, аполитичные произведения. С другой стороны, давала себя знать тенденция облегчённого обобщённо-поэтического изображения трудовых будней, поступки героев мотивировались психологически прямолинейно. Определяя первоочередные задачи идеологической работы, ЦК ВКП(б) принял ряд постановлений, в которых были отмечены достижения советской культуры и одновременно вскрыты недостатки в развитии литературы и искусства. Постановления партии, редакционные статьи в газете «Правда» 1946—52 утверждали особую актуальность незыблемого принципа партийности литературы, нацеливали на создание произведений, сочетающих высокую идейность и совершенство художественной формы.
         Лучшие произведения советской литературы этих лет доказывали неиссякаемую жизненность метода социалистического реализма. Многостороннее изображение внутреннего мира и общественных отношений советского человека отличало романы «Кружилиха» (1947) В. Ф. Пановой, «Жатва» (1950) Г. Е. Николаевой, «Дни нашей жизни» (1952) В. К. Кетлинской, «Журбины» (1952) В. А. Кочетова, «Буря» (1945—48) Лациса, «Заря Колхиды» (1931—52) Лордкипанидзе и др. Сочетание эпической монументальности и тонкого лиризма характерно для романов «Первые радости» (1945) и «Необыкновенное лето» (1947—48, позднее продолженных романом «Костёр», 1961—1965) Федина, в которых масштаб конфликтов эпохи, требующей категорически чёткого к себе отношения, придал характерам героев жизненность, типичность, глубину. В автобиографической трилогии Гладкова «Повесть о детстве» (1949), «Вольница» (1950), «Лихая година» (1954) рассказ о детстве героя перерастал в эпопею народной борьбы за лучшую жизнь. В произведениях исторического и историко-революционного жанров писатели выясняли закономерности путей своих народов, генезис их интернационалистских устремлений, вопросы национального самосознания («Давид-Строитель», 1946—58, Гамсахурдия, «Степан Разин», 1951, С. П. Злобина, «Встретимся на баррикадах», 1948—52, Ф. Пестрака, «Весенние ветры», 1948, К. Наджми, «Правда кузнеца Игнотаса», 1948—49, Гудайтиса-Гузявичюса и др.). В трилогии «Хлеб и соль» (1959), «Кровь людская — не водица» (1957), «Большая родня» (1949—51) М. Стельмах нарисовал путь украинского крестьянства от Революции 1905—07 до Великой Отечественной войны 1941—45. В жанре семейной хроники, тяготеющей к социально-исторической эпопее о прошлом и настоящем Сибирского края, созданы романы «Строговы» (1939—46) Г. М. Маркова, «Хребты Саянские» (1940—54) С. В. Сартакова, «Даурия» (1942—48) К. Ф. Седых, «Амур-батюшка» (1941—46) Н. П. Задорнова, «Алитет уходит в горы» (1947—48) Т. З. Сёмушкина, и др. Важный вклад в освоение исторической проблематики внесли пьесы Сельвинского, И. Кочерги, Шанщиашвили и другие; поэмы «Тысяча восемьсот сорок восьмой» (1948) Антокольского, «Первороссийск» (1950) Берггольц, «Павлик Морозов» (1950) С. П. Щипачёва, «Хата рыбака» (1947) Я. Коласа, «Дневник мира» Танка, «Ленин» (1950) Расула Рзы, «Мугань» (1949) Вургуна, «Портохала» (1951) Г. Леонидзе, «Хасан-арбакеш» (1954) Турсун-заде, «Своими глазами» (1952) А. Токомбаева, «Песня зари» (1948) Г. Менюка, «На земле литовской» (1949) Т. Тнльвитиса, «Вероника» (1952) В. Вальсюнене, и др. В литературе, особенно в поэзии, выдвинулись новые писательские имена, принёсшие национальную проблематику и поэтическую традицию, обновленную новым содержанием, выражающим принцип интернационализма; разворачивалось творческое дарование Р. Гамзатова, К. Кулиева, М. Карима, Д. Кугультинова,С. Мауленова, Дж. Мулдагалиева и др. Всё настоятельнее ощущалась потребность в художественном синтезе новых процессов современности. В романе Леонова «Русский лес» автору удалось рассмотреть в глубоком историко-философском аспекте сложную специфику переживаемого страной периода.
         Значительные изменения, происшедшие в мире в 50-х гг., взятый Коммунистической партией курс на дальнейшую демократизацию общественной жизни, важным звеном которого явилось преодоление последствий культа личности, утверждение партией ленинских норм жизни определили проблематику и направленность произведений, отразивших назревающие потребности общественного развития. Поэма Твардовского «За далью — даль» (1950—60) стала как бы лирическим дневником поэта-гражданина, напряженно размышляющего об историческом значении послевоенного пути его Родины. Конкретность анализа, публицистичность, стремление вскрыть жизненные противоречия с партийных позиций, искать пути их преодоления отличали произведения Овечкина «Районные будни» (1952—56), а также проблемные очерки А. В. Калинина, Г. Н. Троепольского, В. Ф. Тендрякова, С. Жураховича, А. Михалевича, Я. Брыля, А. Кулаковского, И. Авижюса, И. Довидайтиса, Ф. Мухаммадиева, А. Сидки, И. Антонова и др. В повести Тендрякова «Не ко двору» (1954), романах Пановой «Времена года» (1953), Д. А. Гранина «Искатели» (1954), пьесах В. С. Розова «В добрый час» (пост. 1954) и А. П. Штейна «Персональное дело» (1954) в полемически заострённой форме ставился вопрос о месте человека в обществе, его гражданском самосознании. С рассказами и повестями, пронизанными острым чувством современности, лиризмом и тонким юмором выступили Ч. Айтматов, В. П. Аксенов, С. П. Антонов, Т. Ахтанов, И. Гусейнов, Ю. М. Нагибин, Д. Шенгелая и др. Повести «Жестокость» и «Испытательный срок» (обе 1956) П. Ф. Нилина, роман-трилогия Ю. П. Германа: «Дело, которому ты служишь» (1957), «Дорогой мой человек» (1961), «Я отвечаю за всё» (1964) ставили проблемы социалистического гуманизма, доверия к человеку. Тенденцией к возможно полному, объективному изображению современного общественно-исторического развития отличался роман Николаевой «Битва в пути» (1957). Важными событиями литературной жизни середины 50-х гг. явилось завершение Ауэзовым работы над эпопеей «Путь Абая» (1942—56), в которой скрупулёзное исследование социально-экономических процессов жизни казахского народа сочеталось с тонким реалистическим показом истории человеческих судеб, выход в свет последних романов тетралогии Катаева «Волны Чёрного моря» (1936—1961), трилогии Каверина «Открытая книга» (1949—56), тетралогии А. Хинта «Берег ветров» (1951—66).
         В 60-х гг. общественно-политические процессы в стране, вступившей в период зрелого социализма, глубокое взаимопроникновение национальных и интернациональных начал в художественном творчестве, уровень художественного развития советской литературы, опыт, накопленный ею для многопланового отображения основных жизненно важных конфликтов, создали предпосылки для окончательного становления нового, современного этапа развития советской литературы. Важные изменения в литературной жизни страны выразились в оживлении деятельности творч. союзов, в прохождении острых дискуссий, в активизации работы журналов и издательств. После 2-го съезда писателей СССР (1954; последующие съезды происходили в 1959, 1967, 1971, 1976) резко увеличилось число и тиражи журналов и альманахов, расширилась карта их «расселения». Альманах «Дружба народов» превратился в ежемесячный литературно-художественный и общественно-политический журнал. В Москве было создано новое издательство «Советская Россия». Новые издательства организовались в Калмыцкой, Кабардино-Балкарской, Чечено-Ингушской автономной республиках и ряде областей. С 1958 в Москве стала выходить вторая литературная газета «Литература и жизнь», в дальнейшем реорганизованная в еженедельник «Литературная Россия». Постоянным фактом литературной жизни стали дни советской литературы, проходящие в республиках, краях, различных областях СССР.
         Формирование и развитие советских литератур в неразрывной связи с общественно-историческим развитием и культурным строительством в СССР, их неуклонный рост — количественный и качественный — важнейшая закономерность духовной жизни советского общества и одна из характерных типологических черт литературного процесса.
         Объективное исследование всех пластов и социальных групп общества, правдивое раскрытие конфликтов прошлого и настоящего с позиций партийности, народности, следование принципу историзма способствовало расцвету национальных литератур, выявлению самых глубинных потенций и создавало прочные основы их интернационального единства.
         В конце 50 — начале 60-х гг. достижения советской поэзии были связаны в первую очередь, с теми произведениями, в которых ставились наиболее масштабные, кардинальные для современной эпохи проблемы. Биография века, путь нового общества, личность в её соотношениях с историей — такие темы стали предметом художественного исследования в эпических поэмах «Середина века» (опубл. 1958) В. А. Луговского, «Строгая любовь» (1956) Я. В. Смелякова, «Любава» (1958—62) Б. А. Ручьёва, «Палестина, Палестина...» И. В. Абашидзе, «Голос Азии» (1956) Турсун-заде, «Кровь и пепел» (1960), «Стена» (1965) Ю. Марцинкявичюса, «Проданная Венера» (1958) В. Д. Федорова, «Суд памяти» (1962) Е. И. Исаева и др.; в больших стихотворных циклах, претендующих на глубокие философские и социальные обобщения, «Человек» (1961) Э. Межелайтиса, «Розы и виноград» (1957) Рыльского, «Когда разгуляется» (1956—59) Пастернака и др.; в поэтических сборниках «Стихотворения» (1957) Н. А. Заболоцкого, «Лад» (1961) Асеева, «Стихотворения» (1961) Мартынова, «Избранная лирика» (1962) Маршака, «Охотничий домик» (1964) Светлова, «Бег времени» (1965) Ахматовой, «Белые запахи» (1969) С. Эралиева, «След молнии» (1957) Танка, «А дни идут» (1961) Бровки и др.; в произведениях Леонидзе, Г. Табидзе, Чиковани, К. Каладзе, А. Сагиян, С. Капутикян, В. Миколайтиса-Путинаса, А. Лупана, Л. Деляну, Б. Шинкубы, И. Драча, В. А. Рождественского, А. А. Тарковского, Ваншенкина, Д. С. Самойлова, Гамзатова, Кулиева, Кугультинова и др. Духовное богатство своего молодого современника, чуткость, многообразие и сложность его интеллектуальных и эмоциональных реакций отражали в своём творчестве Б. А. Ахмадуллина, А. А. Вознесенский, Е. А. Евтушенко, Н. Н. Матвеева, М. Мачавариани, Б. Ш. Окуджава, Р. И. Рождественский, Д. Чарквиани и др.
         На каждом этапе развития советского общества естественно возвращение писателей к теме Ленина. В создании многожанровой и многопроблемной ленинианы, открывающей перспективы художественного воплощения типического образа человека на качественно новом уровне понимания этой задачи, находит своё выражение многонациональная общность советской литературы. Значительные достижения в этой области ознаменованы такими произведениями, как последняя часть драматической трилогии Погодина «Третья патетическая» (1959), романы-хроники М. С. Шагинян «Семья Ульяновых» (1938, перераб. изд. 1957), «Первая Всероссийская» (1965), повесть Казакевича «Синяя тетрадь» (1961), лирический дневник Катаева «Маленькая железная дверь в стене» (1964), художественно-документальная книга Е. Я. Драбкиной «Чёрные сухари» (1957—60).
         Углубление историзма в советской литературе вызвало в 60—70-е гг. новый подъём историко-революционной прозы. В произведениях этого жанра писатели ставят актуальные проблемы активного, героического отношения к жизни, в широком историко-философском контексте вскрывают важные тенденции общественного развития: романы «Отец и сын» (1963—64), «Сибирь» (1969—73) Маркова, «Заре навстречу» (кн. 1—2, 1956—57) В. М. Кожевникова, «Сотворение мира» (кн. 1—2, 1955—1967) В. А. Закруткина, «Земля и народ» (1956) Р. Сирге, «Рассвет над морем» (1956) Ю. К. Смолича, «Двенадцать ворот Бухары» (1967—68) Д. Икрами, «Люди на болоте» (1962) Мележа, «Кровь и пот» (1961—70) А. Нурпеисова и др. Остродраматические каротины классовой борьбы в послевоенной литовской деревне нарисовал М. Слуцкие в романе «Лестница в небо» (1963). Многие из этих произведений, а также романы и повести М. Н. Алексеева «Вишнёвый омут» (1961), «Хлеб — имя существительное» (1964), «Карюха» (1967), Залыгина «Солёная падь» (ч. 1—2, 1967—68), «Комиссия» (1975), А. С. Иванова «Тени исчезают в полдень» (1963), «Вечный зов» (1970) обращаются к истокам народной жизни, стремясь художественно исследовать корни и предпосылки новой исторической общности людей, её проблемы, перспективы грядущего. Свидетельство зрелости советской многонациональной литературы в целом — появление значительных эпических полотен в литературах небольших по численности народов: романы чувашских писателей В. Краснова-Асли, Н. Ильбекова, кабардинцев Х. Теунова и А. Шортанова, адыгейца Д. Костанова, осетин Д. Мамсурова и Н. Гаглоева, чеченского прозаика М. Мамакаева, каракалпакского — Т. Каипбергенова, мордовского — К. Абрамова, хакасского — Н. Доможакова и др.
         Всестороннее исследование сложных процессов, происходящих в послереволюционной деревне, сочетается в советской литературе с пристальным вниманием к личности человека, его нравственному облику, его месту в системе общественных отношений. Трилогия Ф. А. Абрамова «Пряслины» (1958—73), романы П. Л. Проскурина («Горькие травы», 1964; «Судьба», 1972), Авижюса («Деревня на перепутье», 1964), а также такие произведения, как «Липяги» (1963—65) С. А. Крутилина, «Деревенский дневник» (1956—71) Е. Я. Дороша, «Деньги для Марии» (1967) В. Г. Распутина, «Привычное дело» (1966) В. И. Белова, «В камышах» (1963) Троепольского; рассказы Е. И. Носова, В. П. Астафьева и др. характеризуются точным знанием языка и быта колхозной деревни, содержательным художественным анализом жизни, характеров, взаимоотношений людей, тонким пониманием родной природы, поэзии крестьянского труда и базирующихся на нём нравственных ценностей. Широкую галерею самобытных народных характеров создал В. М. Шукшин, утверждавший в своих произведениях нравственный максимализм, высокий пафос духовности.
         Важное место в литературном процессе по-прежнему занимает т. н. военная проза. Художественно точное воплощение богатого фактического материала, углублённость размышлений о трагическом и героическом военном четырёхлетии и его месте в истории отличают трилогию Симонова «Живые и мёртвые» (1959—71). С глубокой психологической достоверностью анализируется внутренний мир человека на войне, социальные и нравственные мотивы его поведения в рассказе Шолохова «Судьба человека» (1956—57), в повестях «Пядь земли» (1959) и «Мёртвые сраму не имут» (1961) Г. Я. Бакланова, «Последние залпы» (1959) Ю. В. Бондарева, «Расстаёмся ненадолго» А. Кулаковского, «А зори здесь тихие» (1969) Б. Л. Васильева, «Пастух и пастушка» (1971) Астафьева, «Третья ракета» (1962), «Сотников» (1970) и «Дожить до рассвета» (1972) В. Быкова, в рассказе «Иван» (1958) и романе «В августе сорок четвёртого» (1974) В. Богомолова, в главах из романа Шолохова «Они сражались за Родину» (1943—1969). Значительный вклад в создание военного эпоса внесли произведения К. Д. Воробьева, А. А. Ананьева, Н. Думбадзе, Р. Джапаридзе, О. Иоселиани, А. Абульгасана, С. Велиева, П. Куусберга, Ф. Ниязи, П. Толиса, Р. Кочара, М. Шатиряна, Я. Брыля, И. Шамякина, Б. Овсепяна, Т. Ахтанова и др. Многоплановое изображение Великой Отечественной войны дали в своих романах «Горячий снег» (1969) и «Берег» (1975) Бондарев, «Дыхание грозы» (1965) Мележ, «Блокада» (1968—75) А. Б. Чаковский, «Война» (1970—74) И. Ф. Стаднюк и др.
         Постановкой сложных социальных проблем, стремлением проникнуть в национальную психологию, показать её классовую обусловленность, изобразить характер нового человека отличаются романы «Крик стрижа» (1969) В. Бешлягэ, «Луна, как жерло пушки» (1970) С. Шляху, «Битва» (1961—66) У. Абдукаимова, «Каска с каштанами» (1966) И. Индране, «О хлебе, любви и винтовке» (1967) В. Петкявичюса, «Жаждущая земля» (1972) В. Бубниса, «Маленький реквием для губной гармошки» (1968) Э. Ветемаа, «Глухие бубенцы» (1968) Э. Беэкман и др. В романе Авижюса «Потерянный кров» (1970) на материале борьбы литовского народа с фашизмом с особой остротой поставлены проблемы социалистического гуманизма и интернационализма. Широкое признание получили повести и рассказы Айтматова «Джамиля» (1958), «Первый учитель» (1962), «Прощай, Гульсары!» (1966) и др., отмеченные высокой идейностью, масштабностью поднятых проблем, кровной связью с национальным художественным опытом.
         Расширяется жанровый и стилистический диапазон документальной прозы, обогащенной лиризмом, глубиной философских обобщений, страстной публицистичностью. Значительные страницы в летопись Великой Отечеств. войны вписал С. С. Смирнов книгами «Брестская крепость» (1957), «Рассказы о неизвестных героях» (1963) и др. Одному из трагических эпизодов военного прошлого посвящена «Хатынская повесть» (1973) А. М. Адамовича. Стремление полнее выразить в непосредственном разговоре с читателем личный опыт, отношение к жизни вызвало появление таких оригинальных в жанровом отношении книг, как «Дневные звёзды» (1959) Берггольц, «Ледовая книга» (1959) Ю. Смуула, «Капля росы» (1960) В. А. Солоухина, «Северный дневник» (1961) Ю. П. Казакова и других «лирических повестей». В лирико-прозаической книге «Мой Дагестан» (1968) Гамзатов размышляет о красоте своей Родины, о судьбе её истории и культуры, о месте традиции в формировании духовного облика современника. Своё место в литературном процессе заняла собственно мемуарная литература, представленная книгами Эренбурга, Паустовского, Маршака, Каверина, В. Б. Шкловского и др. К этому жанру тяготеют и книги Н. И. Рыленкова, П. Козланюка, Леонидзе, Г. Маари, В. Айбека и др. Получили распространение романы и повести о детстве («Открытие мира», 1947—67, В. А. Смирнова, «Повесть о светлом мальчике», 1961—66, С. Сарыг-оола и др.). Значительно возрос удельный вес научно-художественной международной публицистики (См. Публицистика), очерка, в жанре которого исследуются самые разнообразные пласты жизни (Грибачев, Ю. Жуков, А. Кривицкий, Б. Г. Стрельников, М. Стуруа и др.).
         Новые успехи детской литературы ознаменованы произведения Н. Н. Носова, Н. Н. Дубова, М. П. Прилежаевой, С. А. Баруздина, А. Н. Рыбакова, В. Ю. Драгунского и др.
         Развиваются жанры научно-социальной фантастики — романы И. А. Ефремова, А. Н. и Б. Н. Стругацких и др.
         Разрабатывая социально-нравственные проблемы, писатели используют приёмы «многоголосия» повествования, открывающего возможность сопоставления разных точек зрения, характеров и жизненных позиций, «раскованности» романного времени, позволяющей полнее выразить напряжённый самоанализ героев, их «исповедальные» раздумья (произв. А. Г. Битова, Ю. В. Трифонова, Слуцкиса и др.). Аналогичные процессы наблюдаются и в драматургии. В пьесах А. В. Вампилова острые конфликтные ситуации становятся проверкой нравственно-волевого потенциала, внутренней культуры героев.
         Близость советской литературы к жизни народа выразилась, в частности, в том, что она повела решительную борьбу с пережитками патриархальных отношений, с замаскированным мещанством (произведения М. и Р. Ибрагимбековых, Эльчина, Д. Досжанова, А. Таганова и др.).
         Стремлением по-новому осознать национальные традиции, опереться на их непреходящие ценности, отбросив временное, устаревающее, отмечены произведения Белова, Друцэ, С. Курилова, Г. И. Матевосяна, Рытхэу, Ю. Н. Шесталова, Ф. А. Искандера, Г. Г. Ходжера, В. М. Санги и др.
         Советская литература всесторонне раскрывает философский и культурно-экономический смысл происходящих перемен, отражает новые производственные отношения людей в морально-этической сфере их бытия: романы В. Кожевникова «Знакомьтесь, Балуев!» (1960), Г. Н. Владимова «Большая руда» (1961), А. Е. Рекемчука «Молодо-зелено» (1961), О. Гончара «Тронка» (1963), Г. И. Коновалова «Истоки» (1959—67), Сартакова «Барбинские повести» (1957—1967), Гранина «Иду на грозу» (1962), В. В. Липатова «Сказание о директоре Прончатове» (1969), О. М. Куваева «Территория» (1975), Ананьева «Годы без войны» (1975), произведения Ш. Рашидова, Р. Файзи, А. Мухтара и др. Острые проблемы современного производства, отношения в рабочей среде становятся всё более привлекательным материалом для литературы, ищущей новых, действенных средств изображения человека, гражданина, борца. Большой общественный резонанс вызвали пьесы «Человек со стороны» (1972) И. М. Дворецкого, «Сталевары» (1973) Г. К. Бокарёва, «Заседание парткома» (1975) А. И. Гельмана, «День приезда — день отъезда» (1976) В. Черных, и др.
         В произведениях, созданных в период зрелого социализма, находят отклик основные проблемы жизни общества, которые стали частью судеб советских людей. С большой художественной выразительностью разрабатывается т. н. производств. тема. Созданы глубокие, волнующие произведения, всесторонне исследующие подвиг советского народа в Великой Отечественной войне. Большое внимание уделяется утверждению в литературе нравственных позиций советского человека. Постоянной темой литературы остаётся тема борьбы за мир, за освобождение народов, за интернациональную солидарность трудящихся в этой борьбе.
         Партия высоко оценивает достижения советской литературы, отмечает активизацию деятельности творческой интеллигенции, которая вносит всё более весомый вклад в общепартийное, общенародное дело строительства коммунистического общества. Партия призывает к дальнейшему повышению роли социалистической культуры и искусства в идейно-политическом, нравственном и эстетическом воспитании советских людей, формировании их духовных запросов. Постановление ЦК КПСС «О литературно-художественной критике» (1972) призывает бороться за высокий идейно-эстетический уровень советского искусства, последовательно выступать против буржуазной идеологии, смелее исследовать процессы, происходящие в обществе. Постановление оказало существенное воздействие на развитие литературной критики и литературоведения, которые стремятся более активно, с партийных позиций воздействовать на ход литературного процесса, формировать убеждения и вкусы читателей. Возрастает общественный авторитет, усиливается марксистско-ленинская методологическая вооружённость, повышается профессиональный уровень литературно-критических работ (см. Литературоведение в разделе Наука, а также ст. Литературная критика). Большое внимание партия уделяет подготовке и воспитанию творческой смены как одной из важнейших задач плодотворного развития советской художественной культуры. В постановлении ЦК КПСС «О работе с творческой молодёжью» (1976) дана развёрнутая программа совершенствования всей системы профессионального обучения и идейно-политической закалки молодого поколения художественной интеллигенции .
         Формирование советской литературы как нового этапа в развитии духовной культуры человечества всегда привлекало к себе внимание прогрессивной художественной интеллигенции различных стран. В общественной деятельности и творчестве А. Барбюса и Р. Роллана, Б. Брехта и И. Бехера, Т. Драйзера и М. Андерсена-Нексё, Премчанда и Лу Синя, Р. Фокса, Н. Хикмета и многие др. выдающихся представителей литературы 20 в. утверждалось всемирно-историческое значение революционного опыта советских писателей в создании единой социалистической многонациональной литературы и прочерчивались трассы её будущего решающего воздействия на ход развития«...интернациональной культуры демократизма и всемирного рабочего движения» (Ленин В. И., Полн. собр. соч., 5 изд., т. 24, с. 120). Воплощаясь в произведениях советской литературы, идеи социалистического интернационализма вооружают писателей разных стран новым видением мира, открывают реальную перспективу выхода из тупиков буржуазного общества. В растущем международном авторитете советской литературы со всей очевидностью выражается торжество ленинской национальной политики (см. раздел Международные культурные связи).
         Архитектура и изобразительное искусство
         Территория СССР — область древних художественных культур. Первые памятники искусства, обнаруженные главным образом на территории РСФСР и Украинской ССР (росписи Каповой пещеры в Башкирской АССР, фигурки людей и животных из глины, дерева и рога, различные образцы гравировки на кости и камне и т. д.), восходят к верхнему палеолиту. В эпохи мезолита и неолита различные виды художественной культуры интенсивно развивались также на территории Белоруссии, Закавказья, Средней Азии, Прибалтики (к 6—2-му тыс. до н. э. относятся расписная керамика Приднепровья и Средней Азии, художественные изделия из металла древних племён Кавказа и Средней Азии). В эпохи энеолита и бронзы почти на всей территории СССР существовали самобытные художественные культуры.
         В 1-м тыс. до н. э. и начале 1-го тыс. н. э. наряду с первобытным искусством железного века развивалось искусство классового общества (культуры Урарту, Мидии, Албании Кавказской (См. Албания Кавказская)). Юг Средней Азии стал районом распространения культуры Бактрии (См. Бактрия). Север — культуры Хорезма.
         С середины 1-го тыс. до н. э. в южных районах существовали регионы, испытавшие интенсивное воздействие античной цивилизации. Высокого расцвета достигло искусство античных городов Северного Причерноморья (См. Античные города Северного Причерноморья). Отличавшаяся местными чертами античная культура государств на территории Грузинской ССР и Армянской ССР просуществовала до первых веков н. э. искусство, сочетавшее античный художественный опыт (а иногда и влияние индийской изобразительной культуры) с местными традициями, развивалось также в Средней Азии: в Парфянском царстве (См. Парфянское царство), Греко-Бактрийском царстве (См. Греко-Бактрийское царство), Кушанском царстве (См. Кушанское царство), Согде (См. Согда). Культура рабовладельческих государств постоянно взаимодействовала с культурами народов, стоявших на первобытнообщинной или раннеклассовой стадии развития (скифов (См. Скифы), сарматов (См. Сарматы), саков (См. Саки), народов Сибири, Алтая, Дальнего Востока). Обе эти культурные традиции сыграли важную роль в становлении средневекового искусства на территории СССР. Значительной самобытности достигло ещё в дофеодальный период искусство славян (См. Славяне).
         Единая по историческому типу средневековая художественная культура обрела в разных регионах своеобразные черты, обусловленные различиями социально-экономических укладов и особенностями местных религий. В 5—8 вв. на территории Средней Азии существовали отмеченные местным своеобразием художественной культуры раннефеодальных государств — Согда, Тохаристана, Хорезма, Уструшаны и др. С исламизацией Средней Азии и Азербайджана (8—11 вв.) они оказались втянутыми в культурную орбиту мусульманского мира. В Средней Азии получили глубоко оригинальное истолкование типы мусульманских культовых построек (мечеть, мавзолей и т. д.), а также характерных для Переднего и Среднего Востока светских сооружений (крытые рынки, караван-сараи и т. д.). Монументальные, нередко богато украшенные изысканным орнаментом (исполненным в технике резной терракоты, майоликовой мозаики и т. д.) архитектурные памятники 10—19 вв., созданные народами Средней Азии и Азербайджана, заняли выдающееся место в истории мирового зодчества [мавзолей Исмаила Самани в Бухаре, конец 9 — начало 10 вв.; караван-сарай Даяхатын (Туркменская ССР), 11 в.; мавзолей в Серахсе (Туркменская ССР), 11 в.; мечеть-мавзолей Талхатан-Баба (Туркменская ССР), 11 в.; мавзолей Мухаммеда Башшара (Таджикская ССР), около 11—12 вв.; Девичья башня в Баку, 12 в.; мавзолей Султана Санджара в Старом Мерве (Туркменская ССР), 12 в.; ансамбль Пои-Калян в Бухаре, 12—16 вв.; мавзолей Манаса (Киргизская ССР), 14 в.; мемориальный ансамбль Шахи-Зинда, 14—15 вв., культовый комплекс Биби-Ханым, 1399—1404, мавзолей Гур-Эмир, 1404, все — в Самарканде; дворец Ширваншахов в Баку, основное строительство — 15 в.; ансамбль площади Регистан в Самарканде, 15—17 вв.; хивинские дворцы 19 в. и др.].
         Выдвинутое исламом запрещение изображать божество обусловило отсутствие религиозной тематики в средневековом среднеазиатском изобразительном искусстве и привело к ограничениям в создании изображений человека и других живых существ. Однако высочайшего расцвета достигло искусство орнаментики (геометрические, эпиграфические, стилизованно-растительные, иногда зооморфные мотивы). Блестящее развитие получило в средневековой Средней Азии и Азербайджане искусство книжной миниатюры, а также народное декоративное и прикладное искусство (резьба по камню, дереву, декоративные росписи, вышивка, ткачество, ковроделие, художественная обработка металла, керамика и т. д.).
         В средневековой Грузии и Армении сооружались величественные замки-крепости и дворцы; после принятия христианства (3—4 вв.) возводились отличающиеся чёткостью и компактностью композиции, уравновешенностью форм и гармоничностью пропорций, красотой кладки храмы, имеющие общие черты с раннехристианскими памятниками Сирии и Малой Азии, но в основном представляющие самостоятельные архитектурные школы. Среди наиболее значительных памятников средневекового зодчества Закавказья храмы Джвари (586/587—604), Цроми (626—634), кафедральный собор Светицховели в Мцхете (1010—29), замок-крепость в Ананури (16—17 вв.) — все в Грузинской ССР; церковь Рипсимэ в Эчмиадзине (618), Татевский монастырь (9—11 вв.), монастырь Санаин (10—13 вв.), монастырь Гегард, частично вырубленный в скалах (преим. 12—13 вв.) — все в Армянской ССР. Храмы украшались мозаиками, росписями, резьбой по камню. Интенсивно развивались также книжная миниатюра (крупнейший мастер — армянский миниатюрист 2-й половины 13 в. Торос Рослин), чеканка по металлу (знаменитые грузинские мастера Бешкен и Бека Опизари и др.), вышивка и т. д.
         На территории Европейской части СССР в 10—11 вв. сложилась художественная культура Киевской Руси (См. Киевская Русь), впитавшая традиции искусства славян, а в дальнейшем своеобразно претворившая мощное влияние Византии (См. Византия). Для древнерусских храмов, в которых самобытно интерпретировался византийский тип крестово-купольного культового здания, характерны ступенчато-пирамидальная композиция, величавые пропорции, строгая уравновешенность пространства и массы. Мировое значение имеют такие древнерусские памятники, как Софийский собор в Киеве (1037) и Софийский собор в Новгороде (1045—50). В 12—13 вв. сложились самобытные архитектурные школы в Новгороде, Пскове, Владимире, Галиче, Полоцке и др. городах и княжествах. Среди значительнейших произведений этого периода: отмеченные пластической мощью и лаконизмом объёмов новгородские соборы начала 12 в.— Николо-Дворищенский, Георгиевский Юрьева монастыря, собор Антониева монастыря; более изысканные по пропорциям, стройные, украшенные богатым архитектурным и рельефным декором сооружения владимиро-суздальской школы 2-й половины 12 в.— Дмитриевский и Успенский соборы Владимира, церковь Покрова на Нерли и многие др. Отдельные монументально-декоративные циклы (мозаики и фрески Софии Киевской, фрески церкви Спаса на Нередице в Новгороде, 1199) и иконы свидетельствуют о высоком уровне живописи Киевской Руси. Тяжелейший удар древнерусской культуре в 13 в. был нанесён татаро-монгольским завоеванием.
         С 14 в. на базе художественных традиций Киевской Руси формировались прочно связанные между собой русской, украинской и белорусской средневековой художественной культуры, постепенно обретавшие всё более яркие национальные особенности. Русское искусство вступило к 14 в. в период нового постепенного подъёма. Всецело подчинённое религиозной идеологии, оно вместе с тем проникалось глубокой человечностью, нередко — большими общественными идеями. В конце 13—15 вв. переживала расцвет Новгородская школа (своеобразные типы одноглавых церквей; росписи Феофана Грека, 2-я половина 14 в.; островыразительные иконы и памятники книжной миниатюры). На одно из ведущих мест выдвинулась Псковская школа. Развивались также архитектурные и живописные школы Ростова, Ярославля, Твери, Вологды. С 14 в. на первое место постепенно вышла художественная школа Москвы. Величайшими достижениями русского и мирового искусства 15—16 вв. явились московские памятники, отличающиеся особым пространственным размахом композиционных решений, живописностью силуэта, богатством декора (ансамбль Московского Кремля, 15—17 вв.; церковь Вознесения в Коломенском, 1532; храм Василия Блаженного в Москве, 1555—60). К шедеврам древнерусского искусства этого периода принадлежат также иконы и фресковые циклы работы А. Рублёва (15 в.) и Дионисия (конец 15 — начало 16 вв.), многочисленные другие произведения иконописи, книжной миниатюры, декоративно-прикладного искусства (художестенное шитьё, резьба по дереву, изделия из металла и т. д.). В 17 в. усилились светские тенденции, фольклорное и декоративное начала; эти процессы были характерны как для зодчества, где пространственные решения сочетались с интересом к пёстрому, «узорочному» внешнему убранству (церкви в Филях, Уборах, соборы в Рязани, Астрахани и др.), так и для живописи (насыщенные реалистическими элементами иконы и парсуны С. Ушакова и др.; росписи церквей Москвы, Ярославля, Костромы и др.). Более интенсивным стало взаимодействие русского искусства с художественными культурами Западной Европы и Востока.
         В основном те же процессы характерны и для средневекового искусства Украины, накопившего к моменту воссоединения с Россией (1654) богатый историко-художественный опыт. В 14—16 вв. здесь сооружались мощные живописно расположенные крепости (замки в Хотине, 13—15 вв., Каменце-Подольском, 14—16 вв., Остроге, 14—16 вв. и др.), глубоко самобытные культовые постройки (церковь-крепость в Сутковцах, 1467). В конце 16 в. мастера западно-украинских областей творчески освоили в каменном строительстве элементы архитектуры и скульптуры Возрождения (украшенная богатым пластическим декором часовня Трёх святителей во Львове, 1578—91, и др.). Монументальная живопись и иконопись с 15 в. обогащались фольклорными и реалистически-жанровыми мотивами. Новым стимулом для развития архитектуры и изобразительного искусства стала освободительная борьба украинского народа.
         В Белоруссии в средние века интенсивно развивалось крепостное и культовое зодчество (церковь-крепость в Малом Можейкове, 16 в.), высокого уровня достигло искусство скульптуры, испытавшее влияние западноевропейской готики (См. Готика). В 16 в. наметились отдельные черты художественной культуры Возрождения. В 17 в. в Белоруссии и на Украине распространилось Барокко.
         В художественной культуре Прибалтики, развивавшейся в тесном контакте с искусством стран Западной Европы, глубоко своеобразное национальное истолкование получили в 13—16 вв. принципы готики (Домская церковь в Риге, первоначально строившаяся в романском стиле, 13—15 вв.), в 16—17 вв. — ренессансные тенденции (здание братства Черноголовых в Таллине, 1597, арх. А. Пассер, и др.), с 17 в.— барокко, наиболее пышное в Литве (внутреннее убранство церкви Пятро ир Повило в Вильнюсе, 1668—75, и др.). Использование западноевропейского опыта сочеталось с творческим применением местных народных традиций в прибалтийской религиозной монументальной и станковой живописи, скульптуры (каменные надгробия, лепной декор интерьеров, деревянная пластика) и декоративно-прикладном искусстве 13—17 вв.
         На рубеже 17—18 вв. начался качественно новый этап в истории искусства многих народов, живущих на территории СССР, вызванный глубокими причинами, коренившимися в общественном развитии страны. Искусство и архитектура, в значительной мере освобожденные от подчинения средневековой религиозной идеологии (в собственно России, а также на Украине, в Белоруссии, Молдавии, Прибалтике, отчасти в Грузии и Армении), стали на путь, который в целом характеризовался преобладанием светского реалистического начала. В 1757 была создана Академия художеств в Петербурге. Существенную роль в стилистике русского искусства 18 в. сыграло установление широких связей с западноевропейской художественной культурой. Исключительных успехов достигло нашедшее наиболее яркое выражение в строительстве Петербурга градостроительство, насыщенное гражданским пафосом, отражающим процесс формирования нации и мощный подъём русской государственности. Развитое барокко в русской архитектуре завершилось в середине 18 в. творчеством В. В. Растрелли (Большой дворец в Петергофе, 1747—52; Смольный монастырь, 1748—54, и Зимний дворец, 1754—62, — оба в Петербурге, перестройка Большого Екатерининского дворца в Пушкине, 1752—57, и др.) и С. И. Чевакинского (Никольский морской собор в Петербурге, 1753—62). В дальнейшем получил распространение русский Классицизм, претворивший на национальной почве художественные принципы античности и воплотивший гуманистические идеи философии Просвещения. Классицистические направление представлено творчеством выдающихся русских архитекторов 18 — 1-й трети 19 вв.: в Москве и её окрестностях — В. И. Баженова (дом Пашкова, ныне старое здание библиотеки им. В. И. Ленина, 1784—86, и др.), М. Ф. Казакова (здание Сената, ныне Верховного Совета СССР и Совета Министров СССР, 1776—87, и др.), а также Д. И. Жилярди, А. Г. Григорьева, О. И. Бове; в Петербурге и его окрестностях — А. Ф. Кокоринова и Ж. Б. М. Валлен-Деламота (Академия художеств, 1764—88), Ч. Камерона (дворец в Павловске, 1780—1801), И. Е. Старова (Таврический дворец, 1783—89, и др.), Дж. Кваренги (Смольный институт, ныне здание Ленинградского Обкома и горкома КПСС, 1806-08, и др.). А. Н. Воронихина (Казанский собор, 1801—11), А. Д. Захарова (здание Адмиралтейства, 1806—23), К. И. Росси (Михайловский дворец, ныне Русский музей, 1819—25; ансамбль Главного штаба, ныне административные учреждения, 1819—1829, и многие др.), В. П. Стасова (Павловские казармы, ныне здание «Ленэнерго», 1817—20, и др.). По размаху градостроительных мероприятий, жизненности решения поставленных задач, выразительности образов русская архитектура этого времени заняла одно из первых мест в мировом зодчестве. Традиции средневекового зодчества нашли наиболее органичное продолжение в замечательных памятниках деревянной архитектуры (комплекс деревянных сооружений в Кижах Карельской АССР, преимущественно 18 в., и др.).
         В творчестве русских живописцев И. Н. Никитина, А. М. Матвеева, Ф. С. Рокотова, выходцев с Украины В. Л. Боровиковского и Д. Г. Левицкого, скульптора Ф. И. Шубина большой высоты достигло искусство портрета, проникнутое глубоким гуманистическим содержанием. Зародился бытовой жанр (М. Шибанов), самостоятельное значение во 2-й половине 18 в. получил пейзаж (Ф. Я. Алексеев). Передовые тенденции русского искусства конца 18 — начала 19 вв. ярко проявились в поэтически-одухотворенной классицистической скульптуре М. И. Козловского, И. П. Мартоса, И. П. Прокофьева, Ф. Г. Гордеева, в исторической живописи А. П. Лосенко и Г. И. Угрюмова. Высокого уровня достигло русское декоративно-прикладное (мебель, фарфор, художественные изделия из металла, стекла, камня и т. д.) и театрально-декорационное искусство, в котором выделялись декорации Дж. Валериани и П. Гонзаго.
         В 18 в. на Украине сложился один из наиболее праздничных, декоративно-насыщенных вариантов стиля барокко [постройки Киево-Печерской лавры (произв. С. Д. Ковнира и др.), общественные здания и церкви, созданные И. Г. Григоровичем-Барским, наметившим в своём творчестве переход к классицизму, и многие другие сооружения]; на рубеже 18—19 вв. господствующим направлением в архитектуре стал классицизм. Новое, светское начало ярко сказалось также в украинской скульптуре и живописи этого периода. Аналогичная эволюция от принципов барокко к искусству классицизма в 18 в. была свойственна и архитектуре (а отчасти и изобразительному искусству) Белоруссии и Прибалтики. В украинском, белорусском и прибалтийском градостроительстве конца 18 — начала 19 вв. под влиянием русского позднего классицизма широко применялись «образцовые» проекты культовых, общественных и жилых зданий. В 18 в. отдельные принципы европейского зодчества (особенно в официальном городском строительстве), а также различные жанры светского изобразительного искусства (преимущественно портрет) стали характерными для художественной культуры Грузии и Армении (особенно после их присоединения к России).
         В 19 — начале 20 вв. искусство большинства народов, входивших в Российскую империю, переживало общеевропейские этапы эволюции. В архитектуре самой России (а также Украины, Белоруссии и Прибалтики) со 2-й трети 19 в. преобладающее значение получил эклектизм. В то же время велись поиски современных, конструктивно и функционально оправданных архитектурных решений.
         С начала 19 в. в тесной связи с ростом национального самосознания и подъёмом освободительного революционного движения в России формировалась демократическая культура, породившая мощное течение передового реалистического искусства (см. Реализм), первоначально сочетавшегося в творчестве ряда мастеров с тенденциями Романтизма. Развивались портретная живопись (В. А. Тропинин, О. А. Кипренский), пейзаж (С. Ф. Щедрин), поэтичный крестьянский жанр (А. Г. Венецианов и его школа), политическая карикатура, портретная и книжная графика. Продолжался расцвет монументальной и декоративной скульптуры (В. И. Демут-Малиновский, С. С. Пименов, Ф. Ф. Щедрин и др.). К вершинам русского изобразительного искусства 1-й половины 19 в. принадлежит творчество К. П. Брюллова и особенно А. А. Иванова; каждый из них по-своему отразил в монументальных произведениях важные общественные идеи, внёс в искусство новые темы и художественные методы. В конце 1-й половины 19 в. П. А. Федотов в жанровых картинах и рисунках выступил родоначальником критического реализма в русском искусстве. Ведущими представителями демократического реализма 2-й половины 19 — начала 20 вв., беспощадно обличавшего самодержавно-крепостнический строй и последовательно отстаивавшего принципы народности искусства, были Передвижники, участники Товарищества передвижных художественных выставок, сплотившего с 1870-х гг. в своих рядах большинство прогрессивных художников. Мастера критического реализма создали типические образы русской дореволюционной действительности и дали ей оценку с передовых, демократических позиций. Они сумели с большой художественной убедительностью показать в искусстве народ, его душевную силу и красоту. Широкое развитие получили бытовой жанр, портрет, пейзаж, историческая живопись. Среди крупнейших русских художников-реалистов 2-й половины 19 и начала 20 вв.— В. Г. Перов, И. Н. Крамской, Н. Н. Ге, Г. Г. Мясоедов, Н. А. Ярошенко, В. В. Верещагин, В. Е. Маковский, К. А. Савицкий, А. К. Саврасов, И. И. Шишкин, А. И. Куинджи, И. И. Левитан, В. М. Васнецов, В. Д. Поленов, величайшие мастера русского искусства И. Е. Репин, создавший яркие образы народной жизни, и В. И. Суриков, воскресивший в красочных полотнах драматические страницы истории народа. Исторические образы и жанровые сюжеты нашли воплощение и в скульптуре (М. М. Антокольский и др.). Основополагающее значение для развития критического реализма в русском изобразительном искусстве имели материалистическая эстетика В. Г. Белинского, Н. А. Добролюбова, Н. Г. Чернышевского и передовая художественная критика (особенно В. В. Стасов).
         Несмотря на реакционную политику царизма, препятствовавшего развитию национальных культур народов России, прогрессивное русское искусство 19 в. оказало революционизирующее воздействие на искусство других народов, питавшееся социальными и национально-освободительными идеями. На протяжении 19 в. интенсивно складывались национальные художественные школы, связанные с прогрессивными слоями петербургской Академии художеств, а с 70-х гг. с Товариществом передвижных художественных выставок. Основоположником демократического реализма в живописи и графике Украины стал украинский поэт и художник Т. Г. Шевченко. Во 2-й половине 19 в. и в начале 20 в. выдающимися мастерами, продолжателями традиций Шевченко, явились живописцы и графики Д. И. Безперчий, К. А. Трутовский, Н. И. Мурашко, С. И. Васильковский, К. К. Костанди, Н. К. Пимоненко и др. Представителями демократического реализма были: в Грузии — живописцы А. Беридзе, Г. Габашвили, Р. Гвелесиани, А. Мревлишвили, М. Тоидзе; в Армении — С. Агаджанян, Г. Башинджагян, Е. Татевосян; в Латвии — живописцы К. Гун, Ю. Федер, Я. Розентал, Я. Валтер; в Эстонии — А. Адамсон, К. Дюккер, И. Кёлер. Известное влияние на творчество многих живописцев России, Украины, Прибалтики с конца 19 в. оказывали принципы Импрессионизма.
         Прогрессивное русское искусство способствовало преодолению средневековых норм в художественной культуре Средней Азии, вошедшей в 19 в. в состав России. Однако классовый и национальный гнёт самодержавия тормозил культурное развитие всех народов страны, особенно тех, которые населяли её отсталые окраины. Важнейшей областью их художественной культуры в 19 — начале 20 вв. было декоративно-прикладное творчество, основанное на богатейших народных традициях (резьба по камню и художественная работа по металлу у народностей Северного Кавказа, керамика, вышивка, ковроделие, искусство декоративной резьбы и росписи в Азербайджане и Средней Азии, резьба по кости у народностей Сибири и т. д.).
         Накануне Октябрьской революции 1917 общая картина художественной жизни была крайне неоднородной и чрезвычайно противоречивой. Наряду с искусством, накопившим опыт острой идеологической борьбы в капиталистических условиях, существовало искусство средневекового типа, а также искусство, сохранившее все характерные признаки первобытного художественного творчества (у ряда народов Севера и Сибири).
         В архитектуре России и некоторых других наций, населяющих территорию СССР, во 2-й половине 19 — начале 20 вв. прогресс в строительной технике, применение более совершенных конструкций, появление новых материалов (металл, железобетон и т. д.) и типов сооружений (промышленных, транспортных, торговых зданий, многоэтажных жилых домов и т. д.) первоначально сочетались с эклектичным подражанием самым различным стилям. В конце 19 — начале 20 вв. в отдельных регионах (преимущественно Россия, Украина, Белоруссия, Прибалтика) распространился стиль «Модерн», представители которого искали единства конструктивного и художественных начал, применяли асимметричные построения, многие металлические конструктивные и декоративные элементы, новые отделочные материалы, из которых составлялись живописные, обогащенные изысканной орнаментикой композиции. Параллельно с «модерном» (и нередко сливаясь с ним) в зодчестве этой эпохи существовали течения, тяготевшие к творческому переосмыслению форм национального средневекового и народного зодчества; возникновение национально-романтических тенденций во многом способствовало дифференциации и выявлению своеобразия местных архитектурных школ. Среди наиболее интересных зодчих данного периода — А. Е. Белогруд, И. В. Жолтовский, Ф. И. Лидваль, М. М. Перетяткович, В. А. Покровский, И. А. Фомин, Ф. О. Шехтель, А. В. Щусев в России; П. Ф. Алешин, А. Н. Бекетов, В. Г. Кричевский на Украине; Э. Лаубе в Латвии и др. Однако в целом наиболее прогрессивные тенденции в предреволюционном зодчестве не могли получить органичного развития в условиях капиталистической действительности (что особенно сказалось в градостроительстве).
         В русском изобразительном искусстве начала 20 в. наиболее остро отразился зреющий перелом; в сложных формах проявилось столкновение двух культур — кризисной буржуазно-дворянской и рождающейся пролетарской. Под влиянием социальных движений расширилась сфера общественного воздействия искусства; переживала подъём журнальная, книжная, а также станковая тиражная графика, предпринимались попытки возродить монументально-декоративное искусство, народные промыслы и т. д. Одновременно с этим распространялись течения, программно противопоставлявшие себя общественной жизни, нередко тяготевшие к остросубъективным художественным экспериментам, порою обретавшим реакционно-утопический смысл. Изменения в реалистическом искусстве нашли наиболее яркое отражение в редких по цельности художественного стиля и остроте характеристик произведений Вал. А. Серова, в мятежно-романтическом творчестве М. А. Врубеля, лирически-мечтательных произведений П. В. Нестерова, празднично-чувственных образах К. А. Коровина, элегические произведения В. Э. Борисова-Мусатова, пейзажах И. Э. Грабаря, А. А. Рылова, К. Ф. Юона, красочных, с оттенком стилизации композициях Б. М. Кустодиева, в изысканном творчестве мастеров, отстаивавших принципы объединения «Мир искусства» (Л. С. Бакст, А. Н. Бенуа, А. Я. Головин, М. В. Добужинский, Е. Е. Лансере, Н. К. Рерих, К. А. Сомов и др.), в скульптуре А. С. Голубкиной, С. Т. Коненкова, А. Т. Матвеева, П. П. Трубецкого. Бурный расцвет пережили в этот период русская гравюра, книжная графика, театральная живопись, имевшая общеевропейский резонанс благодаря творчеству мастеров, участвовавших в Русских сезонах (См. Русские сезоны) за границей (Бакст, Головин, Н. С. Гончарова). Стиль «модерн», возродивший проблему синтеза искусств, оказал значительное воздействие на декоративно-прикладное творчество (изделия мастерских, организованных Е. Д. Поленовой в Абрамцеве, М. К. Тенишевой в Талашкине).
         В начале 20 в. русское искусство развивалось в резких столкновениях реализма и модернистских тенденций, гуманизма и декаданса. В живописи «Голубой розы» (См. Голубая роза) туманно-мистические мотивы сосуществовали с красочной поэзией Востока (П. В. Кузнецов, М. Сарьян и др.). Художники «Бубнового валета» (См. Бубновый валет) (П. П. Кончаловский, А. В. Куприн, А. В. Лентулов, И. И. Машков) соединяли формальные живописные искания с традицией русского народного искусства, стремясь выразить материально-чувственную природу предметного мира. Особый мир возник в одухотворённых эпико-символических полотнах К. С. Петрова-Водкина. М. Ф. Ларионов и Н. С. Гончарова от красочных гротескно-экспрессивных образов в духе Примитивизма перешли к полному отказу от изобразительности в искусстве. Крайние формы кризиса буржуазного искусства нашли своё выражение в творчестве первых представителей абстрактного искусства (См. Абстрактное искусство) (В. В. Кандинский, К. С. Малевич).
         Кризисные противоречия в предреволюционный период были в значительной мере свойственны художественным культурам многих народов Российской империи. Традиции реализма обогащались поисками национально-самобытных форм (а иногда сочетались с веяниями «модерна») в творчестве живописцев Ф. Г. Кричевского, А. А. Мурашко, Г. П. Светлицкого, графиков Е. Л. Кульчицкой, Г. И. Нарбута на Украине; скульптора Я. Николадзе в Грузии; живописца В. Суреньянца в Армении; живописца А. Жмуйдзинавичюса, скульптора П. Римши в Литве; живописца В. Пурвита, скульптора Т. Залькална в Латвии; живописцев П. Рауда и К. Рауда в Эстонии. Тонкое национальное своеобразие присуще проникнутым многочисленными музыкальными и фольклорными ассоциациями произведениям литовского живописца и композитора М. Чюрлёниса. Остроэкспрессивные полотна создавал грузинский мастер-примитивист Н. Пиросманашвили. Фантастический алогичный мир возник в полотнах выходца из Белоруссии М. З. Шагала. Представители крайних модернистских направлений (украинский скульптор А. П. Архипенко и др. ) порывали связи с местными художественными традициями, примыкая к интернациональному кругу мастеров т. н. парижской школы (См. Парижская школа).
         Традиции демократического реализма, интенсивно развивавшегося в начале 20 в., особенно укрепились в период Революции 1905—07, когда на первое место выдвинулась активно сражавшаяся с царизмом журнальная графика (Добужинский, Д. Н. Кардовский, Кустодиев, Е. А. Лансере, Вал. А. Серов в России; Ф. С. Красицкий, М. Г. Сластион на Украине; А. Азимзаде в Азербайджане; О. И. Шмерлинг в Грузии; Я. Тилберг, Р. Заринь в Латвии; А. Лайкмаа, Н. Трийк в Эстонии и др.). Тематика, связанная с революционными событиями 1905—07, с жизнью и борьбой рабочего класса и трудового крестьянства, заняла ведущее место в творчестве таких мастеров, как А. Е. Архипов, С. В. Иванов, Н. А. Касаткин, С. А. Коровин, Л. В. Попов в России; Я. М. Кругер в Белоруссии; Лайкмаа в Эстонии. Огромное значение для борьбы с буржуазной идеологией в искусстве имела статья В. И. Ленина «Партийная организация и партийная литература» (1905).
         Советское изобразительное и декоративно-прикладное искусство
         Великая Октябрьской социалистическая революция открыла новую эпоху в истории искусства народов СССР, коренным образом изменив его содержание, а также его роль в общественной жизни. искусство было поставлено на службу народу. Проникнутое духом коммунистической партийности и народности, вдохновившееся идеалами социализма, оно перешло к образному воплощению революционной борьбы масс и их энтузиазма в построении нового общества.
         Создание качественно новой художественной культуры социализма приняло форму двустороннего процесса эстетического воспитания трудящихся и демократизации, возрастания идейно-воспитательной роли самого искусства. Преобразования в области культуры были обращены ко всем народам страны, получившим возможность свободного и полнокровного развития национальных художественных традиций. Социалистическая революция уничтожила границы, изолировавшие искусство многих национальностей от магистральных путей мирового историко-художественного процесса. Сколь бы ни были различны исходные позиции, с которых начинало свою историю в советское время искусство различных народов, общей целью было формирование всесторонне развитой художественной культуры, владеющей тем богатым арсеналом средств, видов и жанров, который позволяет ей отвечать на запросы социалистического общества, являть собой совершенную эстетическую форму общественного сознания.
         Уже в первые годы Советской власти, в тяжёлых условиях Гражданской войны и хозяйственной разрухи, государство делало всё возможное для развития культуры, сохранения художественных ценностей, организации музейного дела. Этим целям служили декрет «О регистрации, приёме на учёт и охранении памятников искусства и старины» (1918), реформа художественного образования, учреждение закупочных комиссий, в задачу которых входило приобретение для государственных фондов произведений изобразит. искусства, выделение крупных денежных средств для устройства художественных выставок и конкурсов и т. д. Огромную роль в формировании нового, советского искусства сыграл план монументальной пропаганды (См. Монументальная пропаганда), выдвинутый В. И. Лениным и предусматривавший пропаганду идей коммунизма средствами искусства и прежде всего скульптуры. Началом монументальной пропаганды явился декрет СНК от 12 апреля 1918 «О снятии памятников, воздвигнутых в честь царей и их слуг, и выработке проектов памятников Российской Социалистической революции». В произведениях скульпторов, участвовавших в осуществлении этого плана (Н. А. Андреев, С. Т. Коненков, М. Г. Манизер, А. Т. Матвеев, С. Д. Меркуров, В. А. Синайский, Л. В. Шервуд в РСФСР; М. И. Гельман, И. П. Кавалеридзе на Украине и др.), ярко проявилось тяготение к созданию обобщённых, героизированных образов.
         В период Гражданской войны и иностранной военной интервенции 1918—20 острая необходимость в изображениях, способных наглядно разъяснять народу политику Советской власти, нести в массы лозунги партии обусловила расцвет искусства плаката, крупнейшими мастерами которого были В. Н. Дени и Д. С. Моор, опиравшиеся на традиции народного лубка и опыт прогрессивной зарубежной и отечеств. политической графики. Наряду с печатными создавались плакаты рисованные, размножавшиеся с помощью трафарета (обычно сопровождавшиеся краткими стихотворными текстами), т. н. «Окна РОСТА», инициатором которых был М. М. Черемных, а ведущим художником и поэтом В. В. Маяковский. Эта форма агитационного искусства получила значительное распространение («Окна ЮгРОСТА», «УкрРОСТА», «БакКавРОСТА», «Арм КавРОСТА», «ГрузКавРОСТА»). Средствами агитации, в общедоступной форме раскрывающими всемирно-исторический смысл происходящих событий, служили также героически-призывные, жизнерадостные композиции, украшавшие города в дни революционных празднеств, росписи агитпоездов и агитпароходов.
         Новое содержание проникло в эти годы во все виды графики — газетную, журнальную, книжную, станковую. В искусстве книги на протяжении 20-х гг. (преимущественно в РСФСР и на Украине) совершился процесс её демократизации, переход к оформлению массовых изданий (политических, просветительных, детских и т. д.), к углублённому решению художником всего комплекса иллюстраций и макета в целом; художественно оформленная массовая книга начинала играть всё более заметную роль в общем процессе социалистической культурной революции. В различных видах графики в первые послереволюционные годы успешно выступали Н. И. Альтман, Ю. П. Анненков, Бенуа, Н. Н. Купреянов, Ф. А. Малявин, Д. И. Митрохин, А. П. Остроумова-Лебедева, П. Я. Павлинов, И. Н. Павлов, В. Д. Фалилеев, С. В. Чехонин в РСФСР; Нарбут на Украине; Азимзаде в Азербайджане; Л. Л. Бурэ в Узбекистане и др. В живописи, мастера которой также искали пути для отражения того нового, что принесла с собой революция, наряду с работами символико-аллегорического характера (произв. Кустодиева, Петрова-Водкина, Рылова, Юона в РСФСР) появились картины, имеющие значение художественных документов эпохи (произв. И. И. Бродского, И. А. Владимирова в РСФСР).
         Для изобразит. искусства 20-х гг. в целом было характерно существование многих художественных объединений, декларации которых порой существенно различались между собой. В борьбе за художественное осмысление революционной действительности, за формирование метода социалистического реализма постепенно преодолевались формалистические и натуралистические тенденции, эстетские взгляды на задачи и цели искусства. Значительная заслуга в утверждении в изобразит. искусстве тем революционной борьбы и становления нового быта принадлежала мастерам, входившим в Ассоциацию художников революционной России (АХРР). Филиалы АХРР и родственные ей организации возникли на Украине, в Белоруссии, Грузии, Армении, Узбекистане, Башкирии, Татарии. Большую роль в художественной жизни 20 — начала 30-х гг. сыграли стремившееся выразить энергию и бодрость молодой страны Общество художников-станковистов (ОСТ), общество художников «Четыре искусства», объединившее крупнейших мастеров, владевших высокой профессиональной культурой; Ассоциация революционного искусства Украины (АРМУ) и некоторые др. объединения.
         Важной составной частью общего процесса культурной революции в 1920-е гг. явилось складывание принципов современного художественного творчества у народов, до Октябрьской революции 1917 не имевших развитого профессионального искусства. Переосмысление традиционных художественных форм в искусстве народов Средней Азии и Сибири происходило в условиях братской помощи со стороны мастеров др. национальных школ (особенно значительным было содействие представителей русского искусства).
         В живописи 20 — начала 30-х гг. на первый план выдвинулась историко-революционная тематика (Ф. С. Богородский, Бродский, С. В. Герасимов, М. Б. Греков, А. А. Дейнека, А. А. Осмёркин, Петров-Водкин, П. П. Соколов-Скаля, П. М. Шухмин в РСФСР; Ф. Г. Кричевский, А. Г. Петрицкий, Н. С. Самокиш на Украине; В. В. Волков в Белоруссии; А. Коджоян в Армении и др.). Обновление бытового жанра было связано с пристальным интересом художников к приметам социалистического образа жизни, утверждавшегося в среде, хранившей традиционные черты и национальные формы быта (Дейнека, Е. А. Кацман, А. В. Моравов, Ю. И. Пименов, С. В. Рянгина, Ц. С. Сампилов, Е. М. Чепцов в РСФСР; Светлицкий на Украине; П. П. Беньков, А. Н. Волков в Узбекистане; Б. Нурали в Туркменистане и др.). Стремление создать жизнеутверждающие образы нового человека, рожденного революцией, определило ведущую тенденцию портретной живописи (С. В. Малютин, В. Н. Мешков, Г. Г. Ряжский в РСФСР; П. Г. Волокидин на Украине; С. Агаджанян в Армении и др.). В пейзажной живописи особое значение приобрели индустриальные мотивы, связанные с преобразовательной деятельностью советских людей (К. Ф. Богаевский, Куприн, Б. Н. Яковлев в РСФСР; Г. Гюрджян, Ф. Терлемезян в Армении и др.), но создавались и обобщённые лирические образы природы (В. Н. Бакшеев, Грабарь, Н. П. Крымов, Лентулов, Машков, Юон в РСФСР; А. Цимакуридзе в Грузии; Сарьян в Армении и др.). Предпринимались отдельные попытки возрождения лучших традиций монументальной живописи (В. А. Фаворский, Е. Е. Лансере и др.).
         Продолжали успешно развиваться различные виды графики, в том числе книжная и журнальная иллюстрация, книжное оформление, плакат, эстамп, рисунок, карикатура. Известность завоевали рисунки В. М. Конашевича, В. В. Лебедева, П. В. Митурича, Н. А. Тырсы, ксилографии А. И. Кравченко, П. Н. Староносова, Фаворского, литографии Г. С. Верейского, офорты И. И. Нивинского, акварели Л. А. Бруни, карикатуры Б. Е. Ефимова (РСФСР), плакаты А. И. Страхова, ксилографии В. И. Касияна, офорты В. Х. Заузе, акварели А. А. Шовкуненко (Украина), рисунки А. М. Бразера (Белоруссия), И. Шарлеманя (Грузия), гравюры А. Коджояна (Армения), В. А. Рождественского, рисунки А. В. Николаева (Узбекистан).
         Основное направление скульптуры 20-х гг. по-прежнему определялось принципами монументальной пропаганды; на первом плане стояла задача создания произведений, содержащих значительные исторического обобщения (Коненков, Матвеев, Меркуров, В.И. Мухина, И. Д. Шадр в РСФСР). Наряду с монументальными произведениями возникло немало замечательных работ в жанре скульптурных портретов (Голубкина, В. Н. Домогацкий, С. Д. Лебедева в РСФСР; Николадзе в Грузии и др.). Особое значение для формирования скульптуры имело создание станковых произведений и монументов, посвященных В. И. Ленину (серия «Лениниана» Андреева, 1919—32; памятники: перед Финляндским вокзалом в Ленинграде, бронза, гранит, 1926, скульптор С. А. Евсеев, арх. В. А. Щуко, В. Г. Гельфрейх; на Земо-Авчальской ГЭС, Грузинская ССР, бронза, гранит, 1927, скульптор Шадр, арх. С. Е. Чернышев).
         В театрально-декорационном искусстве наряду с приверженцами жанрово-обстановочной и живописной системы декораций выступили сторонники эксцентрической зрелищности и театрального Конструктивизма. Среди видных театральных художников этого периода — А. А. Веснин, Головин, В. А. Симов, В. А. и Г. А. Стенберги, Ф. Ф. Федоровский, Г. Б. Якулов в РСФСР; М. И. Драк, Петрицкий, А. В. Хвостенко-Хвостов на Украине и др. Художники (В. Е. Егоров, Е. Е. Еней, С. В. Козловский в РСФСР) активно участвовали в создании первых советских кинофильмов. В оформит. искусстве 20-х гг. особое значение обрело оформление выставок, пропагандирующих достижения социалистического строя (Л. М. Лисицкий в РСФСР).
         Важное значение для формирования декоративно-прикладного искусства имел декрет ВЦИК от 26 апреля 1919 «О мерах содействия кустарной промышленности». В 1920-е гг. росло производство кустарных изделий (гончарство, ткачество и т. д.), восполняющих недостаток промышленных товаров; народные художественные изделия получили популярность во многих странах. Советское декоративно-прикладное искусство развивалось на базе старинных и вновь созданных художественных промыслов [лаковая миниатюра с. Палех (И. И. Голиков и др.), Федоскино, хохломская роспись (Ф. Ф. и С. Ф. Красильниковы и др.), богородская скульптурная резьба (А. Я. Чушкин и др.) в РСФСР; художественная обработка металла в Дагестане (А. Ахмедов и др.); ковроделие на Кавказе и в Средней Азии
        и т. д.] и предприятий художественной промышленности (фарфоровый завод им. М. В. Ломоносова в Ленинграде, текстильные фабрики Москвы, Иванова и др.). Отходя от отвлечённого формотворчества, мастера т. н. производственного искусства (См. Производственное искусство) (Л. С. Попова и др.) обратились к конструированию промышленных изделий (мебели, одежды, тканей и т. д.) и к работе в полиграфии. В художественной промышленности успешно работали также Н. Я. Данько, Н. М. Суетин, Чехонин, Р. К. Щекатихина-Потоцкая и др.
         Постановление ЦК ВКП(б) от 23 апреля 1932 «О перестройке литературно-художественных организаций», на основе которого в разное время в союзных и автономных республиках были созданы союзы советских художников, способствовало сплочению мастеров художественной культуры и ознаменовало новый этап в развитии многонационального советского искусства. С этим этапом было связано утверждение теории социалистического реализма. Искусство 30-х гг., проникнутое сознанием успехов социалистического строительства, отражало жизнь и борьбу советского народа, активно раскрывало оптимистический пафос эпохи первых пятилеток. Важной для творческой практики стала также проблема художественного наследия, его глубокого и всестороннего освоения. Характерной чертой художественной жизни 30-х гг. были большие тематическая выставки («15 лет РККА», 1933; «20 лет РККА и Военно-Морского Флота», 1938; «Индустрия социализма», 1939), где центральное место занимали крупные по размерам и масштабные по образному смыслу живописные полотна.
         В живописи 30-х гг. к историко-революционной тематике успешно обращались Б. В. Иогансон в РСФСР, Ф. Г. Кричевский на Украине. Мажорные композиции, посвященные жизни трудящихся, создавали Т. Г. Гапоненко, С. В. Герасимов, Дейнека, Пименов, А. А. Пластов, А. Н. Самохвалов в РСФСР; К. Д. Трохименко на Украине; У. Джапаридзе, И. Тоидзе в Грузии; А. Кастеев в Казахстане; Н. Карахан, З. М. Ковалевская в Узбекистане; С. А. Чуйков в Киргизии. В портретах А. М. Герасимова, В. П. Ефанова, П. Д. Корина, Нестерова (РСФСР) раскрылись богатый внутренний мир и огромная творческая активность советского людей. Важный вклад в развитие пейзажа и натюрморта внесли Кончаловский, Лентулов, Машков в РСФСР; Н. Г. Бурачек на Украине; Е. Ахвледиани, Д. Какабадзе в Грузии; М. Абегян, С. Аракелян, Сарьян в Армении. Размах строительства способствовал успехам монументально-декоративной живописи (Дейнека, Е. Е. Лансере, Фаворский в РСФСР и др.).
         В области театрально-декорационной живописи в 30-е гг. плодотворно работали:
        Н. П. Акимов, П. В. Вильяме, Б. И. Волков, В. В. Дмитриев, И. М. Рабинович, А. Г. Тышлер, Н. А. Шифрин в РСФСР; Г. Мустафаев в Азербайджане; М. Арутчян в Армении; И. Гамрекели в Грузии и др. Принцип объёмно-пространственных декораций обогащался использованием живописи. В кинематографии 30-х гг. заметный след оставила деятельность художников Н. Г. Суворова, И. А. Шпинеля (РСФСР) и др. Значительные образцы оформления выставочных ансамблей были связаны с организацией в Москве Всесоюзной сельскохозяйственной выставки 1939 (гл. худ. В. Н. Яковлев) и участием СССР во всемирных 2 выставках в Париже 1937 и Нью-Йорке 1939 (обе — гл. худ. Н. М. Суетин).
         В книжном оформлении на первый план выдвинулась иллюстрация, ставящая: целью глубокое сюжетно-психологическое раскрытие событий и характеров. Замечательные образцы книжной графики создавали А. М. Каневский, Е. А. Кибрик, Кукрыниксы, К. И. Рудаков, Фаворский, Д. А. Шмаринов в РСФСР; И. И. Ижакевич, Касиян на Украине; Г. Абакелия, Л. Гудиашвили, С. Кобуладзе, И. Тоидзе в Грузии; Е. Кочар в Армении. В станковой графике этого периода видное место заняли сатирические композиции Б. Е. Ефимова, Кукрыниксов, Н. Э. Радлова, К. П. Ротова, цветные линогравюры И. А. Соколова, рисунки Н. П. Ульянова, акварели А. В. Фонвизина (РСФСР), гравюры Д. Кутателадзе (Грузия).
         Для скульптуры было особенно характерно распространение монументальных произведений, обусловленное, в частности, усилившимся содружеством скульптуры и архитектуры в создании выдающихся сооружений социалистической эпохи. Всемирную известность приобрело произведение Мухиной «Рабочий и колхозница», символическая монументальная группа, венчавшая павильон СССР на Всемирной выставке 1937 в Париже (ныне установлена перед северным входом ВДНХ СССР в Москве). Многочисленные памятники и примечат. образцы монументально-декоративной скульптуры создали также И. С. Ефимов, Манизер, Меркуров, Г. И. Мотовилов, Н. В. Томский в РСФСР; М. Г. Лысенко на Украине; З. И. Азгур, А. О. Бембёль в Белоруссии; П. Сабсай в Азербайджане; Абакелия в Грузии. Типические образы современника возникли в станковой пластике (работы В. Я. Боголюбова и В. И. Ингала, Синайского, Шервуда в РСФСР и др.), а также в жанре скульптурного портрета (работы Б. Д. Королева, Лебедевой, Мухиной, И. М. Чайкова в РСФСР и др.).
         Интенсивно развивалась в 30-е гг. и художественная промышленность (фарфоро-фаянсовая, стекольная, обойная, текстильная), ориентировавшаяся в основном на традиционные национальные формы изделий и типы декора. Большая организационная работа велась в артелях народных художественных промыслов (интенсивно расширялась система подготовки творческой молодёжи в специальных профтехшколах и техникумах). Развивалось искусство лаковой миниатюры (Н. П. Клыков в Мстёре, К. В. Костерин, С. А. Монин, В. Д. Пузанов в Холуе). Было восстановлено производство дымковской игрушки (в Дымково близ Вятки; Е. А. Кошкина, А. А. Мезрина). Много ярких творческих индивидуальностей выдвинулось в самых различных областях народной художественной культуры: Н. С. Курзин, А. И. Лёзнов (жостовские подносы), Я. А. Герасименко, И. Т. Гончар (украинская керамика), М. П. Примаченко, Г. Ф. Собачко-Шостак (украинские декоративные росписи). Произведения народного искусства (ковры, керамика, изделия из металла, дерева, кости и т. п.) стали выполнять декоративные функции в больших общественных сооружениях или выставочных ансамблях.
         В годы Великой Отечеств. войны 1941—45 сотни художников разных национальностей работали на фронте и в тылу, средствами искусства помогая мобилизовать силы армии и всего народа для отпора врагу. Огромную роль играло суровое, драматически-напряженное искусство графики; плакат, политическая карикатура, станковая графика получили многообразное развитие, став действенным средством идейной борьбы с фашизмом. Боевые традиции «Окон РОСТА» возродились в «Окнах ТАСС» (художники Кукрыниксы, Радлов, Г. К. Савицкий, Черемных, П. М. Шухмин в РСФСР; И. Ахундов в Азербайджане; Л. Абдуллаев и Рождественский в Узбекистане и др.). Глубоко патриотические, ярко эмоциональные образы создавались в печатном плакате (плакаты Л. Ф. Голованова, Н. Н. Жукова, В. С. Иванова, А. А. Кокорекина, В. Б. Корецкого, Шмаринова в РСФСР; Касияна на Украине; И. Тоидзе в Грузии). Были распространены политическая карикатура (Л. Г. Бродаты, Ю. А. Ганф, Б. Е. Ефимов, Кукрыниксы в РСФСР; С. Арутчян в Армении), агитационные листовки, периодически выходившие в Ленинграде плакаты «Боевой карандаш» (И. С. Астапов, В. И. Курдов, Г. Н. Петров, Тырса), фронтовые иллюстрированные журналы и газеты (О. Г. Верейский, В. Н. Горяев, Б. И. Пророков в РСФСР). Самобытным явлением искусства военных лет стали серии станковых рисунков, посвященных тяжёлым и героическим будням фронта и тыла (С. С. Боим, Курдов, А. Ф. Пахомов, Л. В. Сойфертис, Шмаринов в РСФСР). В большие циклы обычно складывались и многочисленные фронтовые зарисовки (В. В. Богаткин, Горяев, Н. И. Дормидонтов, Жуков, А. В. Кокорин, Д. К. Мочальский в РСФСР). Значительные успехи были достигнуты как в станковом графическом портрете и пейзаже, так и в книжной иллюстрации (Г. С. Верейский, С. В. Герасимов, А. Д. Гончаров, Ф. Д. Константинов, М. С. Родионов, Фаворский в РСФСР и др.). События войны нашли правдивое, многогранное отражение в лучших произведениях живописи этого периода — тематических полотнах Ф. С. Богородского, С. В. Герасимова, Дейнеки, Б. М. Неменского, В. Г. Одинцова, Пластова, мастеров Студии военных художников им. М. В. Грекова, портретах советских воинов, полководцев, партизан работы А. М. Герасимова, П. И. Котова, Ф. А. Модорова, И. А. Серебряного, Вл. А. Серова, Б. Н. Яковлева и др. Патриотический подъём советского народа отразился также в пейзажах В. В. Мешкова, Н. М. Ромадина, Я. Д. Ромаса, проникнутых горячей любовью к родной земле, в произведениях, посвященных историческому прошлому (исторические композиции М. И. Авилова, А. П. Бубнова, Н. П. Ульянова). Продолжало развиваться и театрально-декорационное искусство, важное место в котором заняла героико-патриотическая тема.
         Для скульптуры периода войны большое значение имел портретный жанр, с которым были связаны многие работы Е. В. Вучетича, Мухиной, Томского в РСФСР; Азгура в Белоруссии; Николадзе в Грузии. Героизм народного подвига был запечатлен и в станковой скульптуре (Е. Ф. Белашова, В. В. Лишев, Манизер в РСФСР).
         Победоносное окончание войны, работы по восстановлению и дальнейшему развитию народного хозяйства поставили перед советской художественной культурой новые задачи. Ещё интенсивнее стали выставочная деятельность и пропаганда искусства (смотры новых произведений по областям и республикам периодически организуемые большие всесоюзные выставки). Всё более важное значение в художественной жизни получали бурно развивавшиеся национальные школы, творчество художников различных краев и областей РСФСР. В 1947 был учрежден научный и творческий центр советского искусства — Академия художеств (АХ) СССР. В 1957 на 1-м съезде советских художников был создан единый Союз художников СССР.
         В живописи по-прежнему большое место занимала тема войны. Наряду с батальными, эпическими по своему образному строю полотнами, были созданы произведения лирического и драматического содержания, многообразно, нередко в остропсихологической манере, повествующие о повседневной жизни советских людей на фронте и в тылу. В лучших картинах на исторические темы проявились глубокое понимание роли народа в революционных событиях, интерес к раскрытию идейного смысла исторических эпизодов (Иогансон, Вл. А. Серов в РСФСР; А. М. Лопухов, Г. С. Мелихов, В. В. Шаталин на Украине; А. Бекарян в Армении; О. Скулме в Латвии и др.). В батальной и жанровой живописи, посвященной событиям военных лет (П. А. Кривоногов, А. И. Лактионов, Неменский, Ю. М. Непринцев, Серов в РСФСР; В. А. Костецкий, В. Г. Пузырьков на Украине; Н. М. Воронов, В. П. Суховерхов, А. Д. Шибнев в Белоруссии и др.), взволнованно рассказывалось о героизме народа, о переживаниях советских людей в военные годы. Стремясь отразить послевоенная действительность, раскрыть типические явления советского быта в его национальном своеобразии у различных народов, исполненные жизненной правды и поэзии полотна создали А. П. Левитин, Д. К. Мочальский, А. А. Мыльников, Пластов, Ф. П. Решетников в РСФСР; С. А. Григорьев, Т. Н. Яблонская на Украине; Р. В. Кудревич в Белоруссии; Н. И. Бахчеван, М. Е. Гамбурд в Молдавии; М. Абдуллаев в Азербайджане; Джапаридзе, А. Кутателадзе, Р. Стуруа в Грузии; О. Зардарян, Э. Исабекян в Армении; З. Иногамов, Н. В. Кашина в Узбекистане; В. М. Боборыкин в Таджикистане; Е. М. Адамова, М. Данешвар в Туркменистане; Э. Калнынь, А. Скриде в Латвии; Э. Ките, Р. Уутмаа в Эстонии и др. В портретной живописи выделялись воплощающие образы людей труда, деятелей культуры произведения Ефанова, Корина, Д. А. Налбандяна, В. М. Орешникова, Серебряного в РСФСР; М. М. Божия, Шовкуненко на Украине; К. Магалашвили в Грузии; А. Абдуллаева в Узбекистане; А. Гудайтиса в Литве; Р. Треумана в Эстонии. Важными достижениями было отмечено развитие пейзажной живописи, где преобладали пейзажи-картины эпического или лирического характера, воспевающие неповторимое своеобразие и красоту природы страны. Среди лучших пейзажных произведений этих лет — картины С. В. Герасимова, А. М. Грицая, Г. Г. Нисского, Ромадина, Ромаса, Б. Я. Ряузова, С. Х. Юнтунена в РСФСР; И. И. Бокшая, А. М. Кашшая, А. А. Коцки, Ф. Ф. Манайло, С. Ф. Шишко, И. Н. Штильмана на Украине; В. К. Цвирко в Белоруссии; С. Бахлул-заде в Азербайджане; Г. Гюрджяна, Х. Есаяна, Сарьяна в Армении; А. Исмаилова в Казахстане; Тансыкбаева в Узбекистане; Г. Айтиева в Киргизии; М. Хошмухаммедова в Таджикистане; Л. Свемпа, К. Убана в Латвии; Китса, Р. Сагритса в Эстонии. К значительным образцам монументально-декоративного искусства этого периода принадлежат мозаики Дейнеки, Корина для станций Московского метрополитена, резьба по ганчу (Т. Асланкулов, А. Болтаев) и роспись (Ч. Ахмаров) в интерьерах Театра оперы и балета в Ташкенте.
         Обогащенное опытом военных лет, мастерство художников графики конца 40— 50-х гг. наиболее ярко проявилось в политической графике и книжной иллюстрации. Теме борьбы за мир посвящены многочисленные произведения Бродаты, Ганфа, Б. Е. Ефимова, Кукрыниксов, Сойфертиса и др. карикатуристов, а также графические композиции Пророкова. В книжной графике, отличающейся многообразием творческих индивидуальностей, глубина проникновения в образный строй литературных произведений, мастерство психологических характеристик сочетались с возрастающим интересом к ритмической согласованности отдельных изображении, входящих в иллюстративный , цикл. В РСФСР в области книжной иллюстрации плодотворно работали О. Г. Верейский, С. В. Герасимов, Д. А. Дубинский, Каневский, Кибрик, Шмаринов. Больших успехов достигла книжная гравюра на дереве (Гончаров, Константинов, М. И. Пиков, Фаворский) и иллюстрирование дет. книги (Ю. А. Васнецов, В. М. Конашевич, В. В. Лебедев, А. Ф. Пахомов, Е. М. Рачев); плодотворно работали такие мастера книжного оформления, как С. М. Пожарский, С. Б. Телингатер и др., а в области станковой графики — Н. Н. Волков, А. В. Кокорин, А. М. Лаптев, Н. А. Пономарев и др. Значительные образцы книжной и станковой графики создали также М. Г. Дерегус, В. Г. Литвиненко, А. С. Пащенко, А. И. Резниченко, И. М. Селиванов на Украине; М. Рахман-заде в Азербайджане; Д. Габашвили, В. Григолиа, А. Шаликашвили в Грузии; В. Айвазян, Ханджян в Армении; К. Я. Баранов, Х. Ходжиков в Казахстане; И. Икрамов, В. Кайдалов в Узбекистане; Л. А. Ильина, А. Н. Михалев в Киргизии; Б. И. Серебрянский в Таджикистане; И. Кузминскис, А. Кучас, В. Юркунас в Литве; А. Апинис, П. Упитис в Латвии; Р. Кальо, М. Лаарман, Э. Окас, Г. Рейндорф, Э. Эйнманн в Эстонии.
         Стремление глубоко проникнуть в замысел драматурга и композитора, создать наилучшие условия для игры актёров, колористическая и композиционно-ритмическая целостность общих решений были свойственны лучшим работам театральных художников (декорации и костюмы Вильямса, Б. И. Волкова, А. И. Константиновского, В. Ф. Рындина, Ф. Ф. Федоровского в РСФСР; Петрицкого, Ф. Ф. Нирода на Украине; О. П. Марикса, П. В. Масленникова, Е. Г. Чемодурова в Белоруссии; Н. Фатуллаева в Азербайджане; С. Вирсаладзе, С. Кобуладзе в Грузии; М. Арутчяна в Армении; П. Я. Зальцмана в Казахстане; Г. Вилкса, А. Лапиня, О. Скулме в Латвии). Продолжало развиваться и искусство оформления кинопостановок (М. А. Богданов, Г. А. Мясников в РСФСР). Одним из важнейших жанров скульптуры этих лет оставался портрет. Продолжалось выполнение монументальных портретных бюстов для установки их в городах и сёлах (согласно правительственным постановлениям о сооружении бюстов дважды и трижды Героев Советского Союза и Героев Социалистического Труда на их родине). Возводились многочисленные памятники, посвященные выдающимся лицам и событиям прошлого и современности и в совокупности, составляющие своеобразную летопись истории и культуры. Лучшим образцом комплексного мемориального сооружения этого периода стал мемориал воинов Советской Армии в Трептов-парке в Берлине (1946—49, скульптор Вучетич, арх. Я. Б. Белопольский). Значительную известность получили станковые и монументальные произведения, созданные М. К. Аникушиным, Белашовой, А. П. Кибальниковым, Коненковым, Лебедевой, Мухиной, Томским, В. Е. Цигалем в РСФСР; И. М. Гончаром, В. И. Знобой, В. М. Клоковым, А. А. Ковалёвым, Лысенко, А. П. Олейником, О. А. Супрун на Украине; Азгуром в Белоруссии; Л. И. Дубиновским в Молдавии; Ф. Абдурахмановым, Сабсаем в Азербайджане; Н. Канделаки, К. Мерабишвили, Ш. Микатадзе, Николадзе, В. Топуридзе в Грузии; С. Багдасаряном, Е. Кочаром, А. Сарксяном, С. Степаняном, А. Урарту, Г. Чубаряном в Армении; Х. Найзбаевым в Казахстане; Ф. И. Грищенко в Узбекистане; О. М. Мануйловой в Киргизии; П. Александравичюсом, Р. Антинисом, Ю. Кедайнисом, Ю. Микенасом, Н. Петрулисом, Б. Пундзюсом, П. Римшей в Литве; А. Бриеде, Я. Заринем, Э. Мелдерисом в Латвии; Э. Роосом, А. Старкопфом, Р. Тимотеусом в Эстонии.
         Для декоративно-прикладного искусства было особенно характерно изготовление уникальных выставочных произведений (фарфоровых и стеклянных ваз, многофигурных керамических композиций, многометровых ковров и т. д.), но художники-прикладники всё чаще обращали внимание и на повышение художественного качества массовых бытовых вещей. В области керамики плодотворно работали Н. И. Бессарабова, П. В. Леонов, А. А. Лепорская, С. М. Орлов, В. Г. Филянская, С. Е. Яковлева в РСФСР; Д. Ф. Головко, Е. С. Железняк на Украине; Г. Картвелишвили, Д. Цицишвили в Грузии; художественного стекла — Э. М. Криммер, Е. И. Рогов, Б. А. Смирнов в РСФСР; резьбы по кости — С. П. Евангулов в РСФСР; текстиля — С. А. Заславская, Н. В. Кирсанова, Т. К. Озёрная, В. К. Склярова, К. А. Штих, Е. Я. Шумяцкая в РСФСР. Видное место заняли отмеченные тонким национальным своеобразием изделия художественной промышленности республик Прибалтики: керамика и стекло (Л. Дзегузе, Г. Г. Круглов, Р. Панциховская, 3. Улете в Латвии; И. Микенас, Л. Стролис в Литве; Э. Пийпуу, М. Роосма, В. Эллер в Эстонии и др.), тиснение по коже (Э. Адамсон-Эрик, А. Рейндорф в Эстонии и др.), ювелирные изделия (Э. Куррель, Х. Пихельга-Рауд в Эстонии и др.). В продукции художественных промыслов выделялись работы мастеров лаковой миниатюры [Т. И. Зубковой, А. А. Котухиной (Палех), И. Н. Морозова, И. А. Фомичёва, Е. В. Юрина (Мстёра), В. Д. Липицкого, С. П. Рогатова, И. И. Страхова (Федоскино), В. А. Белова, В. Д. Пузанова-Молева (Холуй)], вышивки (В. Н. Косновой, Г. М. Дмитриевой-Шульпиной в Мстёре и др.), ковроделия (Н. Е. Вовк на Украине, Л. Керимов в Азербайджане и др.). Тончайшие резные изделия из кости, выразительную мелкую скульптуру из кости, рога, камня и т. д. создавали холмогорские, тобольские, чукотские и др. мастера.
         Новый этап в эволюции советского искусства связан с воплощением в жизнь величеств. программы строительства коммунизма. Главная линия в развитии художественной культуры развитого социалистического общества была определена Программой КПСС как «...укрепление связи с жизнью народа, правдивое и высокохудожественное отображение богатства и многообразия социалистической действительности, вдохновенное и яркое воспроизведение нового, подлинно коммунистического, и обличение всего того, что противодействует движению общества вперед» (1976, с. 131). В советском искусстве 60—70-х гг. особенно интенсивным становится творческое взаимообогащение национальных школ. Развивая метод социалистического реализма, мастера, работающие в различных республиках, краях и областях СССР, сочетают интернационалистическое содержание с формами, органически вобравшими в себя богатейшие традиции национальных художественных культур. Характерная черта советского искусства 60—70-х гг.— складывающаяся гармоническая совокупность разных видов и отраслей художественного творчества — от декоративно-прикладных до обращающихся в изобразит. форме к масштабным идеологическим проблемам. В результате создаются предпосылки для формирования целостной эстетической среды, охватывающей все стороны духовной и материальной жизни советских людей. Наряду с активно работающими мастерами, утвердившими своё место в искусстве ещё в 20—40-х гг., всё успешнее выступают художники последующих поколений, что приводит к особому разнообразию манер, творческих почерков, индивидуальных стилей. Усиливается тяготение к созданию значительных типических образов, к максимальному использованию выразит. возможностей художественной формы. Интерпретируя жизнь, художники сочетают романтическая обобщенность с драматической экспрессией или лирической проникновенностью образов. В постановлении ЦК КПСС «О работе с творческой молодежью» (от 21 октября 1976) указано на необходимость «...дальнейшего усиления внимания партийных, государственных и общественных организаций к профессиональному и идейному воспитанию творческой молодежи»(«Правда», 1976, 21 октября, с. 1).
         В живописи создаются произведения, в которых находят выражение борьба народов за коммунистическую идеалы, духовный рост людей социалистического общества, героика труда, многообразие форм быта народов СССР; усиливается тяготение к яркой эмоциональной образности, к активности художественного воздействия произведений; возрастает психологическая выразительность ритмов и колорита. Оригинальную разработку получают историко-революционный и бытовой жанры, темы индустриального развития СССР, городского быта и жизни колхозной деревни, портрет. В этих жанрах успешно выступили Д. Д. Жилинский, В. Ф. Загонск, В. И. Иванов, Л. В. Кабачек, Г. М. Коржев, Ю. П. Кугач, Е. Е. Моисеенко, Д. К. Мочальский, П. П. Оссовский, В. Е. Попков, Д. К. Свешников, А. П. и С. П. Ткачевы, Ю. Н. Тулин в РСФСР; В. Ф. Задорожный, А. Л. Наседкин, В. В. Токарев, К. В. Филатов, А. А. Хмельницкий, В. А. Чеканюк на Украине; М. В. Данциг, М. А. Савицкий в Белоруссии; М. Г. Греку, В. Г. Руссу-Чобану в Молдавии; Н. Абдурахманов, А. Джафаров, Т. Нариманбеков, Т. Салахов в Азербайджане; А. Бандзеладзе, Г. Геловани, Э. Каландадзе, Г. Кутателадзе, З. Нижарадзе, Г. Тоидзе в Грузии; М. Аветисян, Л. Бажбеук-Меликян, А. Мелконян, С. Мурадян, М. Петросян в Армении; С. Айтбаев, С. Мамбеев, Н.-Б. Нурмухаммедов в Казахстане; Р. Ахмедов, Н. Кузыбаев, М. Саидов, Г. Улько, Р. Чарыев в Узбекистане; Б. Джумабаев в Киргизии; З. Хабибулаев, Х. Хушвахтов в Таджикистане; Д. Байрамов, И. Клычев в Туркмении; С. Джяукштас, В. Каратаюс, А. Савицкас, Л. Тулейкис в Литве; Б. Берзинь, И. Заринь, Э. Илтнер в Латвии; Э. Аллсалу, Л. Мууга в Эстонии и др. К достижениям пейзажного жанра относятся произведения Б. Ф. Домашникова, Е. И. Зверькова, В. Ф. Стожарова, В. Я. Юкина (РСФСР), В. К. Цвирко (Белоруссия), Й. Шважаса (Литва) и др.
         В условиях интенсивного развития градостроительства и архитектуры раскрываются новые художественные возможности монументальной живописи, обогащается её техника. Мозаики, композиции из майолики, стенные росписи и др. монументальные произведения, отмеченные символич. обобщенностью образов, играют всё более важную роль в зрительной организации плоскости стены, пространства интерьера, а иногда и общей композиции архитектурного комплекса. Успехи монументально-декоративной живописи связаны с именами Н. И. Андронова, А. В. Васнецова, Ю. К. Королева, Мыльникова, Б. А. Тальберга в РСФСР; Э. И. Котова, В. В. Мельниченко, А. Ф. Рыбачук на Украине; Н. Ю. Игнатова, З. Церетели в Грузии и др. Важный вклад в монументально-декоративное искусство внесли мастера витража (К. Моркунас, А. Стошкус в Литве и др.). Разработке новых методов музейной и выставочной экспозиции, появлению новых форм наглядной агитации активно содействовали мастера оформительского искусства [особенно примечательны были павильоны СССР на Всемирных выставках в Брюсселе (1958) и Осаке (1970), обе — гл. худ. К. И. Рождественский; Всемирной выставке в Монреале (1967) и Всемирной выставке по охране окружающей среды в Спокане (США, 1974), обе — гл. худ. Р. Р. Клике].
         Мышление пространственными категориями, стремление подчеркнуть выразительность сценических конструкции, использование эмоциональных возможностей цвета и освещения характеризуют театрально-декорационное искусство (Н. Н. Золотарев, Э. Г. Стенберг, С. М. Юнович в РСФСР; А. Саидов в Азербайджане; Т. Мирзашвили, И.Сумбаташвили в Грузии; Г. Исмаилова в Казахстане; М. Юлдашев в Узбекистане; А. Алмамедов в Туркменистане; Г. Земгал в Латвии). Усилению психологической и пластической выразительности кадра способствовали художники кино (Б. К. Немечек, К.А. Черняев в РСФСР; Ф. А. Гамурарь в Молдавии; В. Калинаускас, А. Ничюс в Литве).
         Большую идейно-философскую сложность и драматическая насыщенность обрела графика, чутко откликающаяся на всё многообразие явлений окружающей действительности. Значительное место не только на выставках, но и в быту занял эстамп. Книжная графика, преодолевшая разрыв между иллюстрацией и полиграфическим оформлением, стремится к внутреннему единству и взаимообусловленности всех элементов книги. Множество удачных работ в области станковой и книжной графики создали А. В. Бородин, Д. С. Бисти, В. А. Ветрогонский, И. В. Голицын, Горяев, Б. Н. Ермолаев, Г. Ф. Захаров, Н. В. Кузьмин, Т. А. Маврина, И. П. Обросов, А. А. Ушин в РСФСР; А. Г. Данченко, В. С. Куткин, Н. А. Родин, Г. В. Якутович на Украине; Е. Г. Лось, Г. Г. и Н. Н. Поплавские в Белоруссии; И. Т. Богдеско, Л. Г. Григорашенко в Молдавии; Т. Кубанейшвили, М. Лолуа, Р. Тархан-Моурави, Д. Эристави в Грузии; Е. М. Сидоркин в Казахстане; К. Башаров, Т. Мухамедов в Узбекистане; В. Б. Валюс, Р. Б. Гибавичюс, Я. Жилите, С. Красаускас, А. Макунайте, А. Скцрутите, А. Степонавнчюс в Литве; Г. Кролис, Д. Рожкалн в Латвии; В. Толп, Х. Ээльма в Эстонии. Плодотворно развивается также искусство плаката (С. И. Дацкевич, В. С. Каракашев, О. М. Савостюк, Б. А. Успенский, Е. С. Цвик в РСФСР; Э. Шахтинская в Азербайджане; Л. Дундуа в Грузии; Ю. Галкус в Литве и др.).
         Широтой гуманистической проблематики, обострённым интересом к специфическим особенностям материала, нередко романтической символикой, строгой конструктивностью форм отличаются лучшие произведения современной советской скульптуры. В монументальной пластике, наряду с многочисленными памятниками традиционного типа, всё чаще создаются величеств. архитектурно-скульптурные мемориальные сооружения в память советских воинов и жертв фашистского террора, представляющие собой сложные пространственно-развитые комплексы архитектуры, скульптуры и организованного ландшафта [мемориалы — на Пискарёвском кладбище в Ленинграде (1960, скульпторы В. В. Исаева, Р. К. Таурит и др., арх. А. В. Васильев, Е. А. Левинсон), жертвам фашистского террора в Пирчюписе (Литов. ССР; 1960, скульптор Г. Йокубонис, арх. В. Габрюнас), Саласпилсе (Латв. ССР; 1961—67, скульпторы Л. В. Буковский, Я. Заринь и др., арх. О. Н. Закаменный и др.), Хатыни (Белорус. ССР; 1968—69, скульптор С. И. Селиханов, архитекторы Ю. М. Градов и др.), комплекс на Мамаевом кургане в Волгограде (1963—67, скульпторы Вучетич и др., арх. Белопольский, В. Л. Демин), комплекс мемориальных памятников и ансамблей «Зелёный пояс славы» на рубежах героической обороны Ленинграда (1964—67, авторы общей планировки архитекторы Г. Н. Булдаков, В. Л. Гайкович, М. А. Сементовская), комплекс «Брестская крепость-герой» в Бресте (1966—71, скульпторы Кибальников, А. О. Бембель и др., арх. В. А. Король и др.), мемориал защитникам Ленинграда (1975, скульптор Аникушин, арх. С. Б. Сперанский)]. Значительные произведения в области станковой, монументальной и декоративной скульптуры создали П. И. Бондаренко, Л. Н. Головницкий, Исаева, О. К. Комов, Г. Ф. Ланкинен, Ю. Г. Нерода, А. Г. Пологова, И. А. Тенета, А. П. Файдыш-Крандиевский, Д. М. Шаховской в РСФСР; В. З. Бородай, Г. Н. Кальченко, Д. П. Крвавич на Украине; Л. Н. Гумилевский, Г. И. Муромцев в Белоруссии; И. Д. Китман, К. С. Кобизева в Молдавии; Т. Мамедов, О. Эльдаров в Азербайджане; Б. Авалишвили, Э. Амашукели, М. Бердзенишвили, Э. Какабадзе, Д. Микатадзе, В. Ониани в Грузии; А. Арутюнян, А. Григорян, С. Манасян, К. Нуриджанян в Армении; Х. Наурзбаев в Казахстане; М. Мусабаев в Узбекистане; Т. Садыков в Киргизии; К. Жумагазин в Таджикистане; В. Вильджюнас, Б. Вишняускас, Йокубонис в Литве; В. Алберг, Буковский, Л. Давыдова-Медене в Латвии и др.
         Интенсивные поиски новых форм и ансамблей предметов бытовой обстановки, а также наиболее удачных способов оформления общественных интерьеров ведутся в декоративно - прикладном искусстве. Разрабатываются новые простые и изящные по формам образцы малогабаритной мебели и др. предметов бытового назначения, усиливается выразительность цвета и фактуры в декоративных тканях, многообразие и богатство ритма, цвета и формы в декоративной керамике, художественном стекле и т. д. Богатые эстетические возможности, заложенные в природе материала и особенностях технологического процесса, раскрываются в различных видах керамики (В. С. Васильковский, И. Е. Лясс, В. Н. Ольшевский, В. Н. Цыганков в РСФСР; Н. Кикнадзе, Ш. Нариманишвили, Ж. Почхидзе, Р. Яшвили в Грузии; Ю. Адомонис, М. Врубляускас в Литве; С. Озолиня в Латвии и др.), художественном стекле (Г. А. Антонова, С. М. Бескинская, Д. Н. и Л. Н. Шушкановы, Е. И. Рогов в РСФСР; М. А. Павловский на Украине; В. С. Мурахвер, С. Я. Раудвеэ в Белоруссии и др.), чеканке по металлу, особенно развитой в Грузии (К. Гурули, М. Кутателадзе, И. Очиаури и др.), художественном текстиле (А. А. Андреева, Н. М. Жовтис, А. Л. Забелина в РСФСР; Ю. Бальчиконис, Р. Блустова, Э. Вигнере, З. Вогелене, Р. Ясудите в Литве; Р. Хеймрат в Латвии; М. Адамсон, Э. Реэметс, Э. Ханзен, Л. Эрм в Эстонии). Наряду с изделиями новых форм производятся и традиционные художественные предметы с элементами ручного изготовления (керамика Дагестана и Закарпатья, фарфор Гжели, расписные изделия Хохломы, дымковская глиняная игрушка и т. д.), придающие современному жилому интерьеру индивидуальную выразительность и теплоту. Важное значение для создания благоприятных условий дальнейшего развития традиционных форм декоративно-прикладного искусства имело постановление ЦК КПСС от 27 февраля 1975 «О народных художественных промыслах».
         Плодотворно развиваются различные отрасли художественного конструирования промышленной продукции, чему способствовало постановление Совета Министров СССР от 28 апреля 1962, обязавшее все министерства, ведомства и организации «обеспечить систематическое повышение качества продукции машиностроения и товаров культурно-бытового назначения путем широкого использования методов художественного конструирования, позволяющих создавать удобные в эксплуатации, недорогие и красивые изделия», и постановление Совета Министров СССР от 18 октября 1968 «Об улучшении использования достижений технической эстетики в народном хозяйстве», дополнительно стимулировавшее внедрение методов дизайна в художественную промышленность.
         Решения партии способствовали укреплению связи советского искусства с жизнью, с практикой строительства коммунистического общества, с борьбой за мир. В центре внимания художников оказались нравственные идеалы, этические проблемы, характерные для периода развитого социалистического общества. Непосредственное участие искусства в созидательной деятельности народа получило новое выражение в работе коллективов художников на ответственных участках народного хозяйства, в тематических выставках [среди крупнейших из них — «50 лет Советской власти» (1967) и «Слава Труду!» (1976), посвященная 25-му съезду КПСС; обе выставки были проведены в Москве], организованных в городах, на предприятиях и новостройках, в колхозах и совхозах. Расширяются международные связи советского искусства (совместные выставки и обмен выставками, укрепление творческих контактов советских художников с мастерами искусства др. социалистических стран, с представителями прогрессивных направлений в искусстве капиталистических и развивающихся стран). См. также раздел Архитектура и изобразительное искусство в статьях о союзных республиках.
         О. И. Сопоцинский.
         Советские архитектура и градостроительство
         Великая Октябрьская социалистическая революция, упразднив частную собственность на орудия и средства производства, землю и крупное городское домовладение, а также положив начало государственному планированию народного хозяйства, определила принципиально новый, соответствующий интересам всего народа этап развития архитектуры и градостроительства. Рожденные революцией социально-экономические условия позволили решать крупные градостроительные задачи, вызвали необходимость разработки ранее не существовавших в стране типов жилых и общественных зданий (дворцов культуры, рабочих клубов, детских садов и др.). Уже в 1918—19 были созданы первые архитектурные мастерские в Москве (под руководством А. В. Щусева) и в Петрограде (под руководством И. А. Фомина) для работы над проектами упорядочения их планировки и застройки; началась работа над генеральными планами Ярославля и др. городов. Однако в тяжёлые годы Гражданской войны 1918—20 творческая деятельность архитекторов ограничивалась преимущественно проектированием, участием в осуществлении плана монументальной пропаганды, созданием конкурсных проектов крупных общественных зданий нового социального назначения. Эти проекты ярко отразили революционный размах и романтику первых лет Советской власти.
         После окончания Гражданской войны и перехода к восстановлению народного хозяйства началось выполнение составленного в 1920 плана ГОЭЛРО. Были построены Волховская ГЭС (1918, 1921—26, арх. О. Р. Мунц, В. А. Покровский, инж. Г. О. Графтио и др.), Земо-Авчальская ГЭС в Грузии (1-я очередь — 1923—27, арх. А. Н. Кальгин и др.) и другие электростанции, ставшие одними из первых произведений советской промышленной архитектуры. Сооружение Волховской ГЭС было также одним из первых примеров комплексного строительства гидротехнического сооружения и рабочего посёлка при нём. С середины 20-х гг. развернулось значительное жилищное строительство в крупных промышленных центрах. При этом решалась важная социальная задача преобразования неблагоустроенных рабочих окраин в красивые и удобные для жизни районы с дет. садами и яслями, школами, медицинскими и культурно-просветительными учреждениями. Так, например, в Ленинграде была реконструирована часть района Нарвской заставы, где на Тракторной улице и других участках в 1925—27 были построены кварталы многоэтажных домов (арх. А. С. Никольский, А. И. Гегелло, Г. А. Симонов), школа (арх. Никольский и др.), а в 1929—31 фабрика-кухня — универмаг (арх. А. К. Барутчев, И. А. Гильтер и др.). Перестройка рабочих районов велась в Москве [жилые массивы в районе Дубровских улиц (1926—1927, арх. М. И. Мотылёв, Д. Н. Молоков, А. В. Юганов и др.) и бывшей Дангауэровки (1929—35, арх. Мотылёв, Б. Н. Блохин и др., инж. В. Кардо-Сысоев и др.)], Баку (посёлок им. С. Шаумяна, 1921—30, арх. А. В. Самойлов), в Донбассе. В 1923 в Москве открылась Всероссийская сельскохозяйственная и кустарно-промышленная выставка. Под рук. арх. И. В. Жолтовского и Щусева был создан яркий и праздничный комплекс деревянных павильонов и сооружений, в которых изобретательное использование деревянных конструкций своеобразно сочеталось как с традиционными формами национальной архитектуры народов СССР, так и с новыми творческими приёмами.
         В ходе социалистической индустриализации страны в годы 1-й пятилетки (1929—32) развернулось интенсивное строительство многочисленных промышленных предприятий, шахт, крупных ГЭС и др. Среди них были такие индустриальные гиганты, как Магнитогорский и Кузнецкий металлургические комбинаты, Волгоградский, Челябинский и Харьковский тракторные заводы, Московский шарикоподшипниковый завод, Уральский завод тяжёлого машиностроения и мн. др. Уже в эти годы определился качественно новый характер архитектуры промышленных зданий: большое внимание уделялось бытовым помещениям (столовым, душевым и пр.), улучшающим условия работы трудящихся. значительным достижением архитектуры и строительной техники стало строительство Днепрогэса им. В. И. Ленина (1927—32, А. А., К. А. и Л. А. Веснины, С. Г. Андриевский, Н. Я. Колли, Г. М. Орлов и др., инженер И. Г. Александров). Лаконичная, функционально оправданная архитектура станции определила выразительный образ мощного гидротехнического сооружения. В связи с массовым промышленным строительством был создан ряд крупных специализированных проектных организаций, в том числе институт по проектированию машиностроительных заводов (Гипромаш), институт по проектированию металлургических заводов (Гипромез), институт по проектированию гидростанций (Гидропроект и др.), что способствовало быстрому профессиональному росту кадров инженеров и архитекторов, работающих в области промышленного строительства (И. С. Николаев, Е. М. Попов, А. С. Фисенко и мн. др.).
         Индустриализация вызвала быстрый рост небольших старых городов, часто почти полностью изменивших свой прежний облик [напр., Дзержинск (арх. О. А. Сергеев), Запорожье (арх. И. И. Малозёмов), Караганда (арх. А. И. Кузнецов), Новокузнецк (арх. Б. Е. Светличный) и др.], а также строительство новых городов [Комсомольск-на-Амуре (Б. И. Данчич)и др.]. Наряду с Москвой и Ленинградом большие работы по реконструкции развернулись в Свердловске (по генеральному плану 1926—1927, арх. С. В. Домбровский и др.), Ереване (по генеральному плану 1924, арх. А. И. Таманян). Реконструкция старых и строительство новых городов проводились на основе генеральных планов перспективного развития населённых пунктов, рассчитанных на 20—25 лет. Для их разработки были созданы крупные институты по проектированию городов — Гипрогор в Москве и Ленинграде, Гипроград в Харькове, архитектурно-планировочные управления в ряде крупных городов. Под новую застройку отводились наиболее благоприятные в санитарно-гигиеническом отношении территории. Эти требования учитывались и при планировке городов на основе составленных норм плотности застройки, озеленения минимальных разрывов между жилыми массивами и промышленными предприятиями. Наряду с жилищами строились школы, детские сады, магазины, клубы и другие учреждения культурно-бытового обслуживания, создавались парки и скверы, сооружались системы водоснабжения и канализации. За годы 1-й пятилетки были построены жилые дома общей площадью 56,9 млн. м2. Строились и крупные общественные здания, в том числе Дворец культуры им. М. Горького (1925—1927, арх. Гегелло, Д. Л. Кричевский) и Кировский райсовет (1930—35, арх. Н. А. Троцкий) в Ленинграде, институт В. И. Ленина (ныне институт марксизма-ленинизма; 1924—27, арх. С. Е. Чернышев), дом газеты «Известия» (1925—27, арх. Г. Б. Бархин) и комбинат газеты «Правда» (1929—35, арх. П. А. Голосов), 1-я очередь Дворца культуры Пролетарского района (ныне Дворец культуры автомобильного завода им. И. А. Лихачева; 1930—1934, арх. братья Веснины) в Москве; Дом Госпрома (1925—29, арх. С. С. Серафимов и др.) и Дворец культуры железнодорожников (завершен в 1952, арх. А. И. Дмитриев) в Харькове. Много внимания уделялось строительству заводских и сельских клубов; большую изобретательность в их проектировании проявили арх. К. С. Мельников [например, клубы им. Русакова (1927—29) и завода «Каучук» (1927)], И. А. Голосов [клуб им. Зуева (1928) — все в Москве] и др. В архитектуре многих из этих зданий в контрастном и порой несколько схематичном сопоставлении геометризованных лаконичных объёмов больших глухих плоскостей стен и остеклённых поверхностей, в асимметричном, функционально обоснованном расположении помещений проявились черты Конструктивизма, одного из направлений в советской архитектуре тех лет. Выдающимся произведением советской архитектуры стал Мавзолей В. И. Ленина (выстроен в 1924 из дерева и в 1929—30 заменен каменным, арх. Щусев); здание органично вписано в исторически сложившийся архитектурный ансамбль Красной площади и определило её новое идейно-художественное содержание.
         На новом пути советской архитектуры наряду с достижениями проявились и недостатки (однообразная строчная застройка ряда новых жилых районов, отставание городского хозяйства старых городов от быстро выросших потребностей населения и др.). В 1931 Пленум ЦК ВКП(б) принял широкую программу мероприятий по реконструкции городского хозяйства Москвы и других городов. Его решения оказали положит. влияние на развитие градостроительства. Становление советской архитектуры проходило в острой борьбе творческих архитектурных группировок, наиболее активными из которых были Аснова (Ассоциация новых архитекторов; основана в 1923) и ОСА (Общество современных архитекторов; основано в 1925). Член АСНОВА (Н. А. Ладовский, В. Ф. Кринский и др.) провозглашали необходимость полного изменения образного строя архитектуры на основе новых стройматериалов и конструкций и синтеза искусств (См. Синтез искусств), но практически многие из них придерживались формалистических взглядов. Члены ОСА предлагали т. н. функциональный метод, основанный на всестороннем учёте функционального назначения зданий, на использовании новых строит. конструкций и материалов. В своей практической деятельности ведущие члены ОСА (братья Веснины, М. Я. Гинзбург и др.) придавали важное значение идейно-художественной стороне зодчества, но многие др. последователи конструктивизма её недооценивали и игнорировали архитектурное наследие, национальное своеобразие архитектуры, порой не считались с требованиями экономической и технической целесообразности строительства. Часть архитекторов старшего поколения (Жолтовский, И. А. Фомин, В. А. Щуко и др.) стремились творчески использовать наследие классической архитектуры, что, как правило, приводило к архаизации архитектурного образа, к противоречиям между обликом и новым содержанием зданий. Постановление ЦК ВКП(б) «О перестройке литературно-художественных организаций» (1932) положило конец групповой изолированности архитекторов, сплотив их в едином Союзе советских архитекторов (см. в разделе Творческие союзы). Важную роль в определении творческой направленности советской архитектуры сыграл конкурс (1931—33) на проект Дворца Советов в Москве. Постановление Совета строительства Дворца Советов по 2-му туру конкурса призывало к творческому применению лучших приёмов классической и новой архитектуры и достижений современной строительной техники. В одобренном затем для строительства проекте дворца арх. Б. М. Иофана, В. Г. Гельфрейха и Щуко широко использовалось наследие мировой архитектуры. Эти черты проекта оказали большое влияние на формирование советской архитектуры 2-й половины 30 — начала 50-х гг.
         В 30-е гг. интенсивно развернулось строительство новых и реконструкция старых городов. Возникли города Электросталь в Московской области (ген. план — 1938, арх. Кузнецов и А. Н. Карнаухов), Мончегорск в Мурманской области (ген. план — 1937, арх. С. Е. Бровцев и др.) и мн. др. Характерный пример нового градостроительства — столица Таджикской ССР г. Душанбе, который быстро превратился из кишлака в большой современный красивый, хорошо озеленённый город (ген. план — 1937, арх. Н. В. Баранов, В. А. Гайкович и др.). Огромную роль в развитии градостроительства сыграло постановление ЦК ВКП(б) и СНК СССР от 10 июля 1935 «О генеральном плане реконструкции Москвы», которое определило основные принципы социалистического переустройства городов. Генеральный план (арх. В. Н. Семенов, Чернышев и др.) предусматривал ограничение роста города, разуплотнение интенсивно застроенных районов и новую планировочную организацию жилых кварталов с яслями, садами, школами и др. учреждениями обслуживания населения. Сохраняя исторически сложившуюся радиально-кольцевую систему улиц, план наметил их значительную реконструкцию, создание новых магистралей, озеленение и благоустройство города. Вокруг Москвы проектировалось создание лесопаркового пояса. Почти полностью перестраивались водоснабжение и канализация. Благодаря строительству (1932—37) канала Москва — Волга (ныне им. Москвы; архитектурная часть — А. М. Рухлядев, Кринский, В. Я. Мовчан и др.) была решена проблема водоснабжения столицы, а р. Москва стала судоходной. В 1936—39 были построены мосты — Крымский (арх. А. В. Власов, инж. Б. П. Константинов), Большой Каменный (арх. Щуко, Гельфрейх, инж. Н. Я. Калмыков), Москворецкий (арх. Щусев, инж. В. С. Кириллов) и др. Старая Москва с её хаотич. застройкой узких улиц превращалась в город просторных проспектов, площадей и набережных. Была создана Манежная площадь (ныне им. 50-летия Октября), полностью перестроен Охотный ряд (ныне часть проспекта Маркса), где были возведены гостиница «Москва» (1932—38, арх. Щусев, О. А. Стапран, Л. И. Савельев) и дом СНК СССР (ныне Госплана СССР; 1932—36, арх. А. Я. Лангман), перестроена ул. Горького (арх. А. Г. Мордвинов и др.), реконструированы Б. Калужская ул. (ныне часть Ленинского проспекта; 1939—40, арх. Г. П. Гольц, Мордвинов, Д. Н. Чечулин и др.), 1-я Мещанская ул. (ныне часть проспекта Мира) и др. В 1935—41 в Москве было построено жилых домов общей площадью 5,2 млн. м; детских садов и яслей почти на 50 тыс. мест, свыше 400 школ. Среди крупных зданий, построенных в эти годы, — новые корпуса Библиотеки СССР им. В. И. Ленина (строительство начато в 1928, завершено в 1958; арх. Щуко, Гельфрейх), Военная академия им. М. В. Фрунзе (1937, арх. Л. В. Руднев, В. О. Мунц), Театр Советской Армии (1934—40, арх. К. С. Алабян, В. Н. Симбирцев) и др. Большим достижением явилось строительство Московского метрополитена [первый участок вступил в строй в 1935; в числе лучших станций — «Красные ворота» (ныне «Лермонтовская»; 1935) и «Площадь Свердлова» (1938) — обе арх. И. А. Фомин и др.; «Дворец Советов» (ныне «Кропоткинская»; 1935, арх. А. Н. Душкин, Я. Г. Лихтенберг) и «Маяковская» (1938—39, арх. Душкин)]; был построен комплекс Всесоюзной сельскохозяйственной выставки.
         Вслед за генеральным планом реконструкции Москвы был разработан генерального план развития Ленинграда (1935—36, арх. Л. А. Ильин, В. А. Витман и др.; 1938—1940, арх. Баранов, А. И. Наумов и др.). Здесь не было неотложной необходимости в коренной реконструкции центра — новое строительство развернулось на свободных территориях в южных и восточных районах: на Московском проспекте (арх. Гегелло, Г. А. Симонов, Троцкий и др.), на Малой Охте (арх. Симонов, Б. Р. Рубаненко и др.), на Щемиловке (арх. Е. А. Левинсон, И. И. Фомин и др.) и в Автово (арх. А. А. Оль, С. М. Бровцев и др.). В 1933—41 было построено 1,6 млн. м2 жилой площади, 221 школа, дет. садов и яслей почти на 30 тыс. мест, Дом Советов (1936—40, арх. Троцкий и др.), здания Московского (1930—35) и Невского (1937—40) райсоветов (оба — арх. И. И. Фомин и др.).
         Реконструкция охватила сотни городов, в том числе столицы союзных республик и промышленные центры. Осуществлялись генеральные планы развития Харькова (1934, арх. А. М. Касьянов и др.), Тбилиси (1934, арх. Малоземов, Э. Курдиани, Г. Гогава), Баку (1937, арх. Баранов, В. А. Гайкович, Ильин и др.), Еревана (1936, арх. Малоземов, Н. Заргарян, С. Клевицкий), Горького (1937, арх. Н. А. Солофненко и др.), Ярославля (1936—37, арх. Баранов, В. А. Гайкович), Казани (1936—37, арх. И. С. Носов), Челябинска (1937, арх. Витман и др.), Минска (утвержден в 1938; арх. Витман, Ю. М. Киловатов и др.), Ташкента (1938, арх. Кузнецов и др.) и многих других городов. Началось активное преобразование курортов Кавказа и Южного берега Крыма.
         Увеличились объёмы жилищного строительства: во 2-й пятилетке построены жилые дома общей площадью 67,3 млн. м2. В 1936 было принято постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) «Об улучшении строительного дела и об удешевлении строительства». Развивались индустриальные методы возведения здании, основанные на заводском изготовлении стандартизированных строит. элементов (лестничных маршей, частей перекрытий и др.), применении поточно-скоростного метода строительства, концентрации жилых домов в крупных массивах, что позволило уменьшить сроки строительства и снизить его стоимость. Увеличились количество квартир на одну лестничную площадку (с 2 до 4—6 квартир) и глубина жилых корпусов, улучшились оборудование и отделка квартир. В годы 2-й и 3-й пятилеток в Москве и Ленинграде началось строительство жилых домов из крупных блоков. В 1933—40 большой размах получило строительство массовых общественных зданий (построены 24 103 школы на 7169 тыс. учащихся, детские сады и ясли на 420 тыс. мест). Среди многих крупных общественных построек — здания Верховного Совета УССР (1936—39, арх. В. И. Заболотный) и СНК УССР (1934—38, арх. И. А. Фомин и П. В. Абросимов) в Киеве, Грузинского филиала института марксизма-ленинизма в Тбилиси (1938, арх. Щусев), административное здание в Сочи (1934—36, арх. Жолтовский), Дом правительства Армянской ССР в Ереване (1926—41, арх. А. И. и Г. А. Таманян), Музей им. Низами в Баку (завершен в 40-е гг., арх. С. А. Дадашев и М. А. Усейнов), Дом правительства БССР в Минске (1930—33, арх. И. Г. Лангбард), Дом правительства Таджикской ССР в Душанбе (полностью завершен в 1948—49, арх. С. Л. Анисимов и др.). Архитектура Советского павильона на Всемирной выставке 1937 в Париже впечатляюще отразила величие первой страны социализма (арх. Иофан, скульптор Мухина). В облике общественных зданий наиболее полно проявилось характерное для этого времени стремление к идейно-художественной выразительности архитектурных образов, основанных на использовании классического наследия и традиций национального зодчества. Однако некритическое обращение к архитектурным формам прошлого нередко приводило к архаизму, чрезмерной монументализации, механическому применению многочисленных декоративных элементов, перегружающих фасады, к схематизации функциональных решений общественных зданий и, как следствие, к эксплуатационным неудобствам, к увеличению стоимости строительства.
         Во 2-й и 3-й пятилетках в нарастающем объёме строились новые крупные промышленные предприятия, транспортные и гидротехнические сооружения: продолжались коренная реконструкция Московского автомобильного завода (архитектурная часть — Е. М. Попов и др.), строительство Горьковского автомобильного завода (руководитель архитектурной части А. С. Фисенко), Сталинградского тракторного завода (рук. архитектурной части И. С. Николаев), сооружен Беломорско-Балтийский канал, ряд ГЭС и др. Значительно расширилось применение металлических конструкций и сборного железобетона, улучшилось благоустройство и озеленение заводских территорий, совершенней стали градостроительные решения, определяющие сочетание планировки и застройки предприятий с окружающими их городскими районами.
         В 30-е гг. в сельской местности формировались новые типы жилых, общественных и хозяйственных построек; проектные организации приступили к созданию типовых проектов животноводческих помещений и др. Зерносовхоз «Гигант» (проект — 1928, арх. Е. И. Ермишанцев, Голосов и др.) — один из первых комплексов, включающих сооружения для крупного сельскохозяйственного производства с благоустроенным посёлком.
         В начальный период Великой Отечеств. войны 1941—45 основной задачей архитектуры стало ускоренное строительство производственных зданий для размещения перебазировавшихся на Восток промышленных предприятий и жилищ для рабочих. Архитекторы осваивали местные строительные материалы, разрабатывали экономичные типовые жилые секции, облегчённые деревянные и каменные конструкции зданий; развивалось деревянное домостроение. В Москве, несмотря на трудности военного времени, в 1943—44 были введены в эксплуатацию 2 новые линии метрополитена. В годы войны фашистские захватчики разрушили сотни городов и свыше 70 тыс. сёл и деревень. Около 25 млн. чел. осталось без крова, были превращены в руины такие крупные города, как Сталинград, Минск, Севастополь, Новгород, Витебск, Псков, Великие Луки и мн. др.; тяжелейшим разрушениям подверглись Ленинград, Харьков, Ростов-на-Дону, Киев. Были уничтожены 82 тыс. школ, 40 тыс. больниц, поликлиник и др. медицинских учреждений, 44 тыс. зданий театров, клубов, домов культуры и др., разрушены многие памятники архитектуры, в том числе в Ленинграде и его пригородах, Московской области, в Новгороде, Пскове, Киеве, Чернигове, Смоленске, Риге, Вильнюсе и др. городах.
         Восстановление городов и посёлков началось ещё до окончания войны и стало одним из ярких этапов советской архитектуры и градостроительства. В 1944, после снятия блокады Ленинграда, ГКО вынес решение о первоочередных мерах по восстановлению города. Для более качественного выполнения и организации строительных работ в 1944 был создан Государственный комитет по делам архитектуры при СНК СССР. В 1945 СНК СССР принял постановление о неотложных мероприятиях по восстановлению 15 крупнейших и старейших русских городов, разработка генеральных планов которых была поручена ведущим советским архитекторам Алабяну, Баранову, Власову, Г. П. Гольцу, Иофану, Колли, Рудневу, В. Н. Семенову, Щусеву и др. Развернулась разработка генеральных планов и 250 других городов. Разрушенные постройки и ансамбли воссоздавались не механически. Это был творческий процесс, в результате которого города становились более красивыми и удобными для населения, увеличивались озеленённые площади, совершенствовались организация городского движения и транспорта, инженерное оборудование и благоустройство. Уже со 2-й половины 1942 ленинградские архитекторы разрабатывали проект восстановления и дальнейшего развития своего города (руководитель Баранов), который в 1944 был в основном завершен. На местах разрушений создавались новые архитектурные ансамбли, улучшающие облик города; центр Ленинграда получил развитие вдоль Малой Невы к берегам Финского залива и вверх по реке до бывшей Александро-Невской лавры. В соответствии с этим замыслом был перестроен район Финляндского вокзала и на берегу Невы создан ансамбль площади Ленина, перестроена площадь Революции (обе — арх. Баранов, Н. Г. Агеева, О. И. Гурьев и др.), реконструированы район Смольного (арх. Д. С. Гольдгор, М. К. Бенуа, И. И. Фомин), район Инженерного замка и ансамбль площади Искусств (арх. Баранов, Е. И. Катонин, В. Д. Кирхоглани), район ипподрома (арх. Гегелло) и др. Выросли новые районы жилищного строительства, где сооружены проспекты Приморский (арх. Баранов, Гурьев, Агеева и др.) и Энгельса (арх. А. К. Барутчев, В. Ф. Белов и др.), завершена застройка проспекта Стачек (арх. В. А. Каменский и др.). Созданы крупные парки Победы — Приморский (арх. Никольский и др.) и Московский (арх. Катонин, Кирхоглани). К 1955 была завершена 1-я очередь метрополитена. Уже в 1944—45 в Ленинграде было восстановлено 1 млн. 568 тыс. м2 жилой площади, а в 1946—55 построены и восстановлены дома общей площадью 5,4 млн. м2.
         В соответствии с генеральным планом восстановления Волгоград, ранее отрезанный промышленными предприятиями и пристанями от реки, получил широкий выход к Волге (ген. план 1945 — арх. Алабян, Симбирцев, Н. Х. Поляков и др.), украсился выразительным, хорошо озеленённым ансамблем площади Павших борцов и главной набережной с парадным спуском к Волге (арх. Симбирцев, И. Е. Фиалко и др.); центральный район города был застроен комплексом многоэтажных жилых домов и общественных зданий. В Севастополе, как и в Волгограде, отстроенном почти заново, были созданы новые, удачно сочетающиеся с рельефом местности архитектурные ансамбли площадей и улиц, хорошо воспринимающиеся со стороны моря (проект детальной планировки центра — арх. Л. М. Поляков и др.; генеральный план 1946 — арх. В. М. Артюхов, Ю. А. Траутман). В Минске новая планировка и застройка центра, где вдоль проспекта Ленина была создана система впечатляющих архитектурных ансамблей и большой парк (в долине р. Свислочь), а также новая привокзальная площадь полностью преобразили город (арх. М. П. Парусников, В. А. Король, Б. Р. Рубаненко и др.).
         Были осуществлены крупные работы по восстановлению Киева и полной реконструкции его разрушенной главной улицы — Крещатика. Новый Крещатик (1947—54, арх. Власов, А. В. Добровольский, В. Д. Елизаров, Б. И. Приймак, А. И. Малиновский) украсил город, сделал его центр более выразительным; проведены крупные работы по озеленению, создан, в частности, большой Ботаническим сад (арх. Власов и др.).
         В Москве комплексное жилищное строительство (т. е. одновременно жилых домов и зданий культурно-бытового обслуживания) в основном концентрировалось на крупных свободных площадках, в районе Песчаных улиц (арх. З. М. Розенфельд и др.) и на Юго-Западе (арх. Власов, Б. С. Мезенцев и др.). Впервые в СССР в столице началось строительство высотных зданий [административное здание на Смоленской площади (1948—52, арх. Гельфрейх, М. А. Минкус), жилые здания на Котельнической набережной (1948—52, арх. Д. Н. Чечулин, А. К. Ростковский), площади Восстания (1950—54, арх. М. В. Посохин, А. А. Мидоянц и др.) и административно-жилое здание на Лермонтовской площади (1948—53, арх. Душкин, Мезенцев); здание Московского университета (1949—53, арх. Руднев, Чернышев, Абросимов, А. Ф. Хряков), гостиница «Украина» (1957, арх. А. Г. Мордвинов)]. Размещенные в ключевых точках города, эти здания органично вошли в планировочную структуру столицы, подчеркнув её радиально-кольцевой характер, и сыграли большую градоформирующую роль; возведение высотных зданий способствовало скорейшему прогрессу строительной техники. Однако в функциональном и экономическом отношении некоторые из них имеют существенные недостатки.
         С 1948 по мере восстановления кирпичных заводов и других предприятий промышленности стройматериалов увеличивались масштабы строительства многоэтажных жилых домов и развивалось начатое ещё в довоенные годы крупноблочное строительство в Москве (арх. А. К. Буров, Б. Н. Блохин) и в Ленинграде (арх. С. В. Васильковский, И. М. Чайко). В середине 50-х гг. в Магнитогорске и Москве впервые были смонтированы многоэтажные крупнопанельные дома (инж. Г. Ф. Кузнецов, арх. Л. М. Врангель и др.), положившие начало последующей индустриализации жилищного строительства. В 1946—55 в стране были восстановлены и построены жилые дома общей площадью 441 млн. м2. В это время нашёл широкое применение принцип серийного типового проектирования, на основе которого были разработаны комплексные серии типовых проектов малоэтажных (1-, 2-,3-этажных) домов (арх. Д. С. Меерсон, С. П. Тургенев и др.). Внедрение типовых проектов позволило ускорить восстановление разрушенных городов и строительство новых. В 4-й и 5-й пятилетках были построены 10 164 школы на 3093 тыс. учащихся, детские сады и ясли на 518 тыс. мест, больницы и поликлиники на 140 тыс. коек.
         В послевоенное десятилетие завершено строительство ряда крупных общественных зданий и сооружений и построены новые: стадион им. С. М. Кирова (около 100 тыс. зрителей; 1932—50, арх. Никольский и др.) в Ленинграде, Театр оперы и балета им. А. Навои на 1200 мест (1938—47, арх. Щусев) в Ташкенте, Дом правительства Грузинской ССР в Тбилиси (1938—53, арх. В. Д. Кокорин, Г. Лежава) и Дом правительства Азербайджанской ССР в Баку (1952, арх. Руднев, В. О. Мунц), большой крытый Центральный рынок (1952, арх. Г. Г. Агабабян) в Ереване, здание Театра оперы и балета им. С. Айни (1939—46, арх. Д. И. Билибин, В. Д. Голли, А. А. Юнгер) в Душанбе, и др. В короткие сроки были сооружены Волго-Донской судоходный канал им. В. И. Ленина и Цимлянский гидроузел (1948—52, архитектурная часть проекта Л. М. Поляков и др.), началось строительство крупнейшей Волжской ГЭС им. В. И. Ленина около Куйбышева (с 1951, архитектурная часть проекта Р. А. Якубов и др.).
         Восстановление сельских населённых мест было в основном закончено к 1950; первоначально строились преимущественно рубленые одноэтажные индивидуальные дома. Постепенно в колхозах и особенно в совхозах вводилась застройка по специально разработанным генеральным планам. В отдельных сёлах [напр., Некрасове Калининской области (арх. В. С. Рязанов), совхоз «Караваево» Костромской области (1945, арх. В. А. Остроумов и др.)] жилые, общественные и производственные здания возводились по индивидуальным проектам. Удачно в функциональном и архитектурно-художественном отношении были решены производственные зоны Адлерского, Гагринского и Хостинского совхозов (1948—51, арх. Т. И. Макарычев и др.). Увеличилось строительство школ и клубов (преимущественно по типовым проектам), которые заметно повлияли на общий облик сельских населённых мест.
         Уже к 1950 на уровне достигнутого технического прогресса была завершена 1-я очередь восстановления крупных промышленных предприятий (6200), транспортных сооружений, основной части разрушенных жилых домов и общественных зданий. Начали строиться новые города — Рустави в Грузинской ССР (с 1944, арх. М. Н. Непринцев и др.), Кохтла-Ярве в Эстонской ССР (с 1946) и Ангарск в Иркутской области (с 1948; оба арх. Е. Я. Витенберг и др.), Сумгаит в Азербайджанской ССР (с 1949, арх. О. М. Исаев и др.), Новая Каховка в Украинской ССР (1952, арх. А. Д. Моторин и др.). Большой размах в послевоенное десятилетие приобрела реставрация памятников архитектуры (были реставрированы также ансамбли кремлей).
         Громадные по масштабам работы по восстановлению населённых мест стали новым, более зрелым этапом развития советского градостроительства и архитектуры, в котором ярко воплотились принципы социалистической планировки и застройки городов. Однако, несмотря на эти достижения, общая художественная направленность архитектуры всё более вступала в противоречие с реальными социально-экономическими потребностями, достижениями технического прогресса в области строительства. Повсеместное, часто механическое использование архитектурного наследия, пышных архитектурных форм прошлого было чуждо назначению современных зданий и сооружений, затрудняло внедрение типизации жилых, общественных и производств. зданий, тормозило развитие крупнопанельного домостроения. Назрела неотложная потребность решит. перестройки стилистической направленности архитектуры, создания необходимых предпосылок для перевода строительства на индустриальную основу. Всесоюзное совещание архитекторов и строителей (декабрь 1954), постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР «Об устранении излишеств в проектировании и строительстве» (1955), 2-й Всесоюзный съезд архитекторов (1955) были посвящены вопросам перестройки творчества зодчих и наметили пути дальнейшего развития архитектуры на основе широкой индустриализации строительства. Важную роль в теории и практике архитектуры сыграло Всесоюзное совещание по градостроительству, проведённое в 1960 по инициативе ЦК КПСС и Совета Министров СССР, обсудившее насущные задачи планировки и застройки городов и определившее прогрессивные пути их решения.
         Наступил новый период развития градостроительства и архитектуры, основанный на широком внедрении достижений научно-технической революции. Наиболее существ. успехи достигнуты в 60—70-х гг. В это время были составлены долговременные прогнозы развития градостроительства, разработана основа районной планировки в масштабе всей территории страны, началось внедрение приёмов т. н. группового расселения (особенно в районах строительства крупных производственно-энергетических комплексов), теоретически осмыслены и практически применены новые принципы планировочной и пространственной структуры городов: создание производственно-жилых районов, ступенчатая система организации жилой застройки (жилой район — микрорайон), учёт динамического долговременного развития городов в ходе крупномасштабных работ по реконструкции старых и созданию новых их центров, более эффективные мероприятия по сохранению ценной архитектурной и природной среды и др. Большое внимание уделяется проблеме оздоровления и сохранения чистоты городской атмосферы, особенно в крупных городах (например, Москва занимает одно из первых мест среди столиц мира по благоустройству и чистоте атмосферы).
         Бурное развитие производит. сил страны вызвало интенсивное строительство новых городов (в 1971—76 образовано 99 городов), где развернулось промышленное и массовое жилищно-гражданское строительство. Были построены Братск (арх. Х. А. Бутусов, Я. Г. Грозовский и др.), Зеленоград под Москвой (арх. И. Е. Рожин, И. А. Покровский и др.), научный городок Сибирского отделения АН СССР в Новосибирске (арх. М. А. Белый, А. С. Михайлов и др.), Навои в Узбекской ССР (арх. А. В. Коротков, И. Б. Орлов, Н. И. Симонов и др.), Шевченко в Казахской ССР (арх. И. Б. Орлов, Н. И. Симонов, Г. М. Вылегжанин и др.), Тольятти в Куйбышевской области (арх. Б. Р. Рубаненко, В. А. Шквариков, Е. И. Кутырёв и др.), Набережные Челны в Татарской АССР (арх. Рубаненко, Кутырёв и др.), Усть-Илимск в Иркутской области (арх. В. И. Смирнов и др.), Нижневартовск (арх. Е. В. Чапкин и др.) и Надым (арх. Э. С. Кунцман, В. И. Лапоногов и др.) в Тюменской области и мн. др. Внимательнее, чем ранее, учитывались местные природно-климатические условия. Например, в Навои и Шевченко, расположенных в районах с жарким, засушливым климатом на границе с пустынями Средней Азии, озеленены и обводнены городские территории. В г. Шевченко построены крупнейшие установки по опреснению морской воды. Различные новые приёмы уплотнённой застройки, предохраняющей от сильных ветров и снежных заносов, применены в условиях сурового холодного климата в городах Сургуте, Нижневартовске и Надыме на С. Тюменской области, на берегах Ангары в Усть-Илимске и др. городах Севера. В градостроительстве утвердились принципы микрорайонирования, т. е. создания первичных жилых образований, учитывающих наиболее удобные условия для повседневной жизни населения, его быта, воспитания детей дошкольного и школьного возраста. Их размеры рассчитываются в зависимости от размеров городов, плотности расселения, этажности жилых зданий на 6—12 (в малых и средних городах) или 20 тыс. жит. (в крупных городах), что позволяет разместить близко к жилищам дошкольные учреждения, школы, магазины и др. объекты повседневного обслуживания, а также изолировать территорию микрорайона от потоков городского транспорта. Возросла художественная выразительность новой застройки. Механическую привязку типовых проектов и штучную разработку индивидуальных проектов постепенно вытесняет формирование архитектурных ансамблей, в которых наряду с крупными общественными зданиями важную роль играют жилые дома, производств. здания.
         Обширные градостроит. работы проводились в Москве, где ежегодный объём жилищного строительства достигал в 1961—75 5 млн. м2 (113 тыс. квартир). С 1960-х гг. быстрыми темпами велось жилищно-гражданское строительство в районах Северное Измайлово (арх. Иофан и др.), в Фили-Мазилово (арх. Гельфрейх и др.), Химки-Ховрино (арх. Алабян, Н. Н. Селиванов и др.), Юго-Запад (арх. Мезенцев, Е. Н. Стамо и др.). В 1971 утвержден новый генеральный план развития Москвы (арх. Посохин, Н. Н. Уллас и др.) в границах кольцевой автомобильной дороги на территории около 80 тыс. га. С этого времени почти всё новое жилищное строительство ведётся на свободных территориях. Наиболее удачные в архитектурном отношении районы — Давыдково (арх. Гельфрейх, А. В. Афанасьев, Е. А. Раевская и др.), Вешняки-Владычино (арх. В. В. Лебедев и др.), Матвеевское (арх. Стамо, Уллас и др.), районы Дмитревского шоссе (арх. И. И. Ловейко и др.), Тёплого Стана (арх. Я. Б. Белопольский и др.). В центре города проложен проспект Калинина, где создан крупный ансамбль (арх. Посохин, Мидоянц и др.), застроен Комсомольский проспект (арх. Мордвинов, Е. Г. Вулых и др.), завершена застройка Ленинского проспекта в Юго-Зап. районе (арх. Власов, Мезенцев, Стамо, Белопольский и др.). Сооружены Кремлёвский Дворец съездов (1959—61, арх. Посохин, Мндоянц, Стамо и др.); спортивный комплекс Центрального стадиона им. В. И. Ленина в Лужниках (1955—56, арх. Власов, Рожин, Уллас, Хряков и др.), аэровокзалы «Шереметьево» (1964) и «Домодедово» (1965; оба — арх. Г. А. Елькин, Г. В. Крюков и др.); завершены архитектурный ансамбль Смоленской площади (арх. Гельфрейх, Минкус, В. П. Соколов) и реконструкция района Зарядья, где построена крупнейшая в Европе гостиница «Россия» (1970, арх. Чечулин, П. П. Штеллер и др.); построены крупный телевизионный центр, железобетонная башня которого (высота 533 м) является выдающимся достижением строит. техники (арх. Д. И. Бурдин и др., инж. Н. В. Никитин и др.), новые линии метрополитена, мосты и путепроводы.
         Новый генеральный план Ленинграда (1966, арх. В. А. Каменский, А. И. Наумов, Г. Н. Булдаков и др.) творчески развивает основные положения предыдущего генерального плана восстановления и развития города.
         В связи с большим объёмом массового жилищно-гражданского строительства выросли новые жилые районы на Выборгской стороне и Малой Охте (арх. А. В. Васильев и др.), на правом берегу Невы (арх. Д. С. Гольдгор и др.), в Московском районе, где продолжен Измайловский проспект (арх. Сперанский и др.), и др. Важнейшим этапом в градостроительной истории Ленинграда явился выход застройки города к берегу моря на Васильевском острове, где после намыва большой территории создаётся приморский район и система новых архитектурных ансамблей морской набережной (арх. Баранов, С. И. Евдокимов, Каменский, Наумов, И. И. Фомин и др.). Построен ряд крупных общественных зданий, в том числе Финляндский вокзал (1960, арх. П. А. Ашастин, Баранов, Я. Н. Лукин и др.), киноконцертный зал «Октябрьский» (1967, арх. А. В. Жук, Каменский и др.), гостиница «Ленинград» (1970, арх. Сперанский и др.), аэровокзал (1974, арх. Жук и др.), застроена площадь Победы с мемориалом защитникам Ленинграда (арх. Сперанский и др.), введена в строй линия 3-й очереди метрополитена.
         В 1969 утвержден новый генеральный план Киева (арх. Приймак и др.); город, столетиями строившийся на правом берегу Днепра, получил дальнейшее развитие на левобережье — в Дарнице; центр ныне формируется на обоих берегах реки, где создан крупный гидропарк и обширные пляжи — место массового отдыха киевлян. Город украсили новые общественные здания — Дворец пионеров (1965, арх. А. М. Милецкий, Э. А. Бильский), Дворец культуры «Украина» (1970, арх. Е. А. Маринченко и др.), аэровокзал в Борисполе (1966, арх. А. В. Добровольский и др.). В 1960—71 вступили в строй новые линии метрополитена.
         В Минске возникло много новых жилых районов, в том числе своеобразные по характеру застройки жилой комплекс на ул. Толбухина (1966, арх. Ю. В. Шпит и др.) и жилой массив по Московскому шоссе; центр Минска развивается вдоль р. Свислочь, где расширяется парк и сооружен Дворец спорта (1966, арх. С. Д. Филимонов, В. Н. Малышев).
         Сильное землетрясение разрушило в 1966 значительная часть Ташкента. На помощь столице Узбекской ССР пришла вся страна, и в течение нескольких лет последствия землетрясения были устранены. Генеральный план восстановления и развития Ташкента, утвержденный Совета Министров Узбекской ССР в 1970, получил наиболее яркое воплощение в планировке и застройке центра (1966—74, арх. Л. Т. Адамов, С. Р. Адылов, Е. Г. Розанов и др.), который теперь имеет новую планировку и современный, характерный для южного города архитектурный облик. Ташкент обогатился новыми жилыми кварталами и крупными общественными сооружениями (здания Совета Министров Узбекской ССР, 1965—67, арх. Мезенцев, Розанов и др.; Ташкентского филиала Центрального музея В. И. Ленина, 1970, арх. Розанов, В. Н. Шестопалов и др.; ЦК КП Узбекистана, 1964, арх. В. Е. Березин и др.), строится 1-я линия метрополитена. Крупные градостроительные работы осуществлены в Алма-Ате (реконструирован проспект Ленина и сооружен ансамбль площади у Дворца культуры им. В. И. Ленина, 1970, арх. В. Н. Ким, Ю. Г. Ратушный, Н. И. Рипинский, Л. Л. Ухоботов и др.), Ашхабаде [ансамбль площади Карла Маркса со зданием Республиканской библиотеки им. К. Маркса (1965—1976, арх. А. Ахмедов и др.)], Баку, Тбилиси, Ереване.
         Проведены крупные, имеющие большое идейно-художественное значение работы по реконструкции Ульяновска: преобразован городской центр и в ознаменование 100-летия со дня рождения В. И. Ленина построен ансамбль Ленинского мемориала (См. Ленинский мемориал) (арх. Мезенцев, М. П. Константинов и др.). Большое промышленное и жилищно-гражд. строительство ведётся в Горьком: реконструирована значительная часть заокских районов, где создаётся архитектурный ансамбль площади Ленина (арх. В. В. Воронков и др.). Завершается ансамбль главной площади и построен Дом Советов в Перми (1975, арх. Мезенцев, А. И. Пилихин и др.).
         Преобразился облик Владивостока: создан новый обширный жилой район. Второй Северной речки (арх. Т. Н. Дружинина и др.) и перестроены районы Корейской слободы (арх. Е. Л. Иохелес и др.), Минной гавани (арх. В. С. Дубов и др.), создаётся ансамбль главной площади на берегу бухты Золотой Рог (арх. Розанов и др.). Также интенсивно застраиваются Хабаровск, Красноярск, Новосибирск, Омск, Свердловск, Челябинск, Уфа, Волгоград, Куйбышев, Ярославль, Псков, Новгород, Архангельск, Мурманск и многие др. города.
         Объёмы жилищно-гражданского строительства из года в год возрастают (с 1966 ежегодно вводится свыше 100 млн. м2 полезной жилой площади; в 1966—75 улучшили жилищные условия более 111 млн. чел.; ежегодно около 11 млн. чел. получали квартиры в новых домах или расширяли занимаемую площадь в существующих домах (при этом уровень бытовых удобств был значительно повышен). По общим объёмам жилищного строительства СССР занял одно из ведущих мест в мире. Увеличение объёмов жилищно-гражданского строительства основано на постоянном росте крупнопанельного полносборного домостроения, удельный вес которого к 1975 по стране достиг 50%, а в отдельных городах и более высокого уровня (в Москве — 83% , в Ленинграде — около 80%, в Тольятти — 84%, в Братске — 97%).
         Наряду с достижениями в массовом; жилищно-гражданском строительстве проявились и отрицат. явления: однообразие застройки, наличие многих примеров невысокого качества строительства, в ряде городов — отставание инженерного оборудования и благоустройства жилых территорий и строительства зданий культурно-бытового обслуживания. Для преодоления этих недостатков в 1969 ЦК КПСС и Совет Министров СССР приняли постановление «О мерах по улучшению качества жилищно-гражданского строительства». В соответствии с этим постановлением проводится перестройка оборудования домостроительных комбинатов, которая даёт возможность производить различные типы жилых зданий, типовые блок-секции или отдельные инженерные конструкции; изменена методика типового проектирования, позволившая создавать многообразные сочетания разнотипных блок-секций, различные по этажности и протяжённости жилые дома; расширены возможности разработки индивидуальных проектов и т. д. Разработаны и с 1973 внедряются улучшенные типы жилых домов, в которых увеличена общая площадь квартир, размеры комнат, кухонь, ванных. Всё это помогает преодолеть однообразие застройки, не сглаживая, а выявляя индивидуальные архитектурно-художественные, исторически сложившиеся особенности, своеобразие внешнего облика городов. Больших успехов добились зодчие Вильнюса, по проектам которых созданы в 60—70-е гг. новые жилые районы, наиболее значительным из которых является Лаздинай (арх. В. Чеканаускас, В. К. Бальчюнас, В. Бредикис, Г. Валюшкис и др.); застройка здесь отличается выразительностью объёмно-пространственных решений, хорошо сочетающихся с рельефом местности и зелёными насаждениями. На высоком уровне благоустройства и комплексного обслуживания созданы жилые районы в г. Тольятти (арх. Б. Р. Рубаненко, Е. Л. Иохелес, Г. А. Градов и др.).
         Разработаны прогрессивные типы лечебно-оздоровительных зданий: выразительнее стал их архитектурный облик, улучшилось сочетание застройки с природной средой [санаторий «Сочи» в Сочи (1965, арх. Ю. Л. Шварцбрейм), пансионат в Пицунде (1959—67, арх. Посохин, Мндоянц и др.), новые комплексы Всесоюзного пионерского лагеря «Артек» им. В. И. Ленина (1960 —70-е гг., арх. А. Т. Полянский, Д. С. Битухин и др.)].
         С середины 60-х гг. быстро растет капитальное строительство в сельской местности. Повсеместно разрабатываются проекты районной планировки сельскохозяйственных районов и генпланы переустройства и перспективного развития отдельных сёл, учитывающие перспективы постепенного укрупнения сёл и деревень, преобразования их в посёлки городского типа с благоустроенными жилищами, культурно-бытовым обслуживанием и инженерным оборудованием (водоснабжение, канализация, центральное отопление). Важную роль в развитии переустройства сельских населённых мест сыграло принятое в 1968 постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР «Об упорядочении строительства на селе». Значительно расширилось строительство благоустроенных посёлков с удобными квартирами в 1-, 2-, 4-этажных домах, школами, клубами, поликлиниками, магазинами. Таковы посёлки Кузнецовский (1970, арх. А. М. Каминский, С. К. Капский, Ю.Ф.Стефанчук и др.), Вороново (1970, Г. Г. Гоциридзе, С. К. Исмаилов, Ю. В. Лопаткин) в Московской области, в которых функционально оправданно сочетаются жилые кварталы, общественная центр и производств. зона. Многие сельские посёлки городского типа построены на Украине, в Молдавии и Белоруссии, в прибалтийских республиках. Пример переустройства старого села — с. Кодаки в УССР (1966—70, арх. В. Я. Крючков, М. М. Мельников, Б. А. Прицкер, Л. Л. Семенюк и др.), где создана главная площадь с торговым центром и клубом; пример строительства новых сельских посёлков — с. Вертилишки в БССР (начало 1970-х гг., арх. В. Н. Емельянов, Г. В. Заборский и др.). В пос. Саку Эстонской ССР (строится с 1958, арх. В. А. Херкель и др.), где располагается республиканская Научно-исследовательский институт земледелия и мелиорации, зона жилых двухэтажных и одноэтажных усадебных домов органично сочетается с научно-исследовательскими и производственно-экспериментальными корпусами, образуя выразительную архитектурно-пространственную среду. Рациональность планировки, предусматривающей удобную взаимосвязь жилой и производственной зон, привлекательность облика жилых и других зданий характерны для посёлка Дайнава в Литовской ССР (строится с 1965, арх. Р. Камайтис, В. К. Шимкус и др.). Большой объём работ по переустройству сельских населённых мест вызвал необходимость создания специализированных строительных организаций, входящих в состав Министерства сельского строительства СССР.
         В архитектуре промышленных зданий и сооружений произошла значительная творческая перестройка: созданы новые типы производств. зданий (в т. ч. универсальные и блокированные производств. корпуса), комплексы промышленных узлов; сооружены новые городские промышленные районы; разработаны унифицированные типовые секции цехов и административно-бытовых зданий. Повсеместно применяется сборный железобетон, внедрены большепролётные конструкции 24×12 м и 40×40 м (например, на шёлкоткацкой фабрике им. Я. М. Свердлова в Москве, 1960—61, арх. С. И. Бурдо, инж. С. Н. Добрынин, А. С. Шевелев). Улучшаются озеленение и благоустройство промышленных территорий и их сочетание с окружающей застройкой. Архитектура многих объектов отличается простотой композиционных приёмов, логичностью применения конструкций и отделочных материалов, индивидуализирующих внешний облик и интерьеры зданий и сооружений [Волжский автомобильный завод им. 50-летия СССР (1967—72, архитектурная часть М. М. Меламед, И. О. Куркчи и др.) в Тольятти, комплекс заводов большегрузных автомобилей (1970—75, архитектурная часть Л. К. Дятлов, Меламед, А. П. Степанец и др.) в Набережных Челнах; архитектурное решение ГЭС: Волжской им. 22-го съезда КПСС в Волгограде (1951—1962, архитектурная часть Р. А. Якубов, А. Ф. Белов и др.) и Братской им. 50-летия Великого Октября (архитектурная часть проекта, осуществленная в 1960—68, Орлов, К. Н. Гумбург и др.), Красноярской (завершена в 1972, архитектурная часть — М. И. Брусиловский, А. И. Горицкий и др.)].
         Проведены крупные работы по восстановлению и реставрации памятников архитектуры, сохранению их градоформирующей роли и обеспечению их эффективного использования. В городах с исторически сложившимися центрами или отдельными ансамблями (например, в Москве, Риге, Таллине, Баку и др.) сохраняются не только отдельные здания и ансамбли, но и комплексы застройки старых кварталов, улиц, определяющих архитектурное своеобразие городов. Ведутся поиски органичного сочетания новой застройки с памятниками архитектуры. Проведена не имеющая по объёму и сложности аналогий в мировой практике реставрация Зимнего дворца, Адмиралтейства, Исаакиевского и Казанского соборов, Смольного монастыря, Петропавловской крепости, Елагина дворца и многих др. зданий и ансамблей в Ленинграде (арх. Бенуа, Н. Н. Белехов и др.), дворцово-парковых комплексов в Павловске, Петродворце и Пушкине (И. И. Варекина, А. Э. Гессен, А. И. Земнова, Е. В. Казанская, А. А. Кедринский, Л. П. Либединский, С. В. Попова-Гунич, В. М. Савков и др.), где восстановлены парки, фонтаны, дворцы и павильоны с их интерьерами, созданными выдающимися архитекторами и мастерами декоративно-прикладного искусства. Яркие примеры комплексной реставрации памятников архитектуры — Суздаль (А. Д. Варганов, И. А. Столетов и др.), Троице-Сергиева лавра в Загорске (В. И. Балдин) и Регистан в Самарканде (А. Зайнутдинов, П. Захидов, К. С. Крюков и др.). Крупные реставрац. работы проведены в Москве (П. Д. Барановский, Л. А. Давид, Е. А. Дейстфельд, Е. П. Жаворонкова, В. Я. Либсон и др.), Пскове, Новгороде, Владимире, Горьком, Туле, Астрахани, Бухаре, Киеве, Чернигове, Риге, Таллине, Вильнюсе и др. городах, а также в Грузии, Армении и Азербайджане. В 1976 принят закон СССР «Об охране и использовании памятников истории и культуры», призванный обеспечить наилучшие условия для сохранения исторического и художественного (в т. ч. архитектурного) наследия народов СССР.
         Для успешного осуществления огромного по масштабам строительства создана необходимая производственная база строительных организаций: построено более 415 больших домостроительных предприятий, многочисленные заводы и полигоны сборного железобетона. В крупных городах были сформированы мощные строительные организаций (Главмосстрой — в Москве, Главленинградстрой — в Ленинграде, Главкиевстрой — в Киеве и др.) и система других крупных организаций, входящих в состав общесоюзных и республиканских строит. министерств. Совершенствуются крупные проектные организаций городского значения (Моспроект, Ленпроект, Киевпроект, Донецкгражданпроект и др.), областного (облгражданпроект), республиканского (Гипрогоры, Гипроград) и союзного значения (Центральный научно-исследовательский и проектный институт градостроительства, Центральный научно-исследовательский институт типового и экспериментального проектирования жилища и др.). Создан ряд новых крупных промышленных проектных институтов различного производств. профиля.
         Для государственного руководства промышленным строительством, градостроительством и архитектурой учреждены Государственный комитет Совета Министров СССР по делам строительства (Госстрой СССР) и Комитет по гражданской строительству и архитектуре при Госстрое СССР (Госгражданстрой), а также госстрои союзных республик, областные управления по строительству и архитектуре и управления и отделы главных архитекторов городов. Плодотворно развиваются международные связи советских архитекторов (участие советских зодчих в международных конгрессах и конкурсах и т. д.).
         См. Архитектура, Градостроительство, Жилище, Планировка сельских населённых мест, Промышленные здания, а также раздел Архитектура и изобразительное искусство в статьях о союзных республиках.
         Н. В. Баранов.
         Музыка
         Советская музыка отличается разнообразием национальных форм, жанров и средств выражения. В своём развитии она опирается на богатейшее наследие народного творчества и классической музыки народов СССР. Многие виды народной музыки, сохранившиеся на территории Советского Союза, имеют глубокие корни. С течением времени народная музыка развивалась, частично изменялась под влиянием новых исторических условий. Древними являются многие русские, армянские, грузинские, узбекские и другие обрядовые, трудовые, эпические песни. Исключительно богат музыкальный инструментарий народов СССР. В области народного творчества постепенно формировались черты своеобразного национального склада, присущего музыкальной культуре каждого народа в отдельности. При всём различии форм и типов многонационального искусства СССР в нём существуют и сходные элементы, обусловленные общностью исторических судеб народов СССР. Их длительная борьба за независимость, против иноземного угнетения нашла отражение в героическом эпосе, исторических песнях, проникнутых горячим патриотическим чувством и пафосом свободолюбия.
         Давние традиции имеет и профессиональная музыка многих народов СССР. В Грузии и Армении в 4 в. зародились формы церковного пения, а с 8—9 вв. вырабатывалась особая система их нотации. О формах светского музицирования имеются сведения в армянском героическом эпосе «Давид Сасунский» (10 в.) и поэме грузинского поэта Ш. Руставели «Витязь в тигровой шкуре» (12 в.). Высоко развито было музыкальное искусство в эпоху Киевской Руси (9—12 вв.), к которой восходит культура трёх братских славянских народов: русского, украинского, белорусского. К этому же времени относится появление наиболее ранних образцов русской музыкальной письменности, применявшейся для записи церковных напевов, т. н. знаменное письмо (см. Крюки). Носителями светской музыкальной традиции в Древней Руси были певцы-сказители, а также скоморохи, искусство которых, несмотря на преследования церкви, пользовалось большой популярностью и было любимо народом. Многие народы СССР вплоть до Октябрьской революции 1917 не имели музыкальной письменности, и развитие их музыкального искусства опиралось только на устную традицию. В профессиональной музыке ряда народов, передающейся в устной традиции, возникли многочастные вокально-инструментальные произведения: у таджиков и узбеков — маком, у азербайджанцев — Мугам. В 16 в. сложился среднеазиатский шашмаком — цикл из шести макомов. На рубеже 17—18 вв. в Армении и Азербайджане наблюдался подъём творчества профессиональных народных музыкантов — Ашугов.
         Формирование русской национальной композиторской школы относится к последней трети 18 в., когда профессиональное музыкальное искусство высвободилось из-под власти церкви и приобрело большое общественное значение. Творчество композиторов: М. С. Березовского, Д. С. Бортнянского, Е. И. Фомина, И. Е. Хандошкина, В. А. Пашкевича и др. развивалось в тесной связи с передовой отечеств. культурой того времени. В своих операх, инструментальных и хоровых произведений они правдиво воплощали сюжеты из жизни народа, разрабатывали мелодии народных песен. Существ. роль в культурной жизни играли крепостные театры Шереметевых, Воронцовых и др., где ставились оперы и балеты. В 1776 князь П. В. Урусов и антрепренёр М. Г. Медокс сформировали труппу российского театра; в 1780 в Москве открылся Петровский театр, в котором шли драматические, оперные и балетные спектакли; ещё не было разделения трупп (см. Большой театр СССР). В Петербурге музыкальные спектакли проходили с 1783 в здании Каменного (Большого) театра (см. Ленинградский театр оперы и балета). Русская музыка 19 в., отразившая рост освободительного движения в стране, отличалась яркой демократической направленностью, реалистической глубиной и многогранностью содержания, народностью образов и музыкального языка, высоким художественным совершенством формы. Основоположник классической русской музыки М. И. Глинка создал в области оперной, симфонической и камерной вокальной музыки произведения, глубоко национальные по духу и вместе с тем стоящие на уровне высочайших достижений мирового музыкального искусства. Его оперы «Иван Сусанин» и «Руслан и Людмила», оркестровая фантазия «Камаринская» и другие сочинения стали высокими образцами реализма и глубины содержания, художественного мастерства. А. С. Даргомыжский в опере «Русалка» (по Пушкину) выдвинул тему социального неравенства, показав драму людей из народа. Глубины и силы реалистического отображения действительности, богатства форм и средств художественной выразительности достигла русская музыка во 2-й половине 19 в. в творчестве П. И. Чайковского и участников «Могучей кучки» (См. Могучая кучка)М. П. Мусоргского, А. П. Бородина, Н. А. Римского-Корсакова и др. В их произведениях звучал страстный протест против общественного бесправия, угнетения народа, насилия над человеческой личностью, вера в народные силы, в светлое будущее. Свободолюбие русского народа отражено в операх на исторические сюжеты — «Борис Годунов» Мусоргского, «Князь Игорь» Бородина. Поэзию русской народной сказки тонко передал Римский-Корсаков в опере «Снегурочка». Огромной силы драматизма в воспроизведении душевных переживаний человека достиг Чайковский в опере «Пиковая дама» и 6-й симфонии. Композиторы начала 20 в. А. Н. Скрябин и С. В. Рахманинов ярко отразили в своём творчестве бурные настроения предреволюционных лет.
         В конце 19 и начале 20 вв. у ряда народов складываются национальные музыкальные школы, на формирование и развитие которых оказала воздействие русская классическая музыка. Общим для всех этих школ было стремление к правдивому отображению жизни своего народа и развитию самобытных начал его музыкального творчества. В украинской музыке велика была роль Н. В. Лысенко — автора опер («Тарас Бульба» по Н. В. Гоголю и др.), хоровых и других произведениях, выдающегося исследователя и пропагандиста народного творчества, педагога и музыкально-общественного деятеля. М. А. Баланчивадзе и З. П. Палиашвили создали первые грузинские оперы на национальные историко-легендарные сюжеты, в которых широко использованы интонации и формы грузинской народной музыки. Классическое значение приобрела опера «Абесалом и Этери» Палиашвили. В Армении Комитас (С. Г. Согомонян) заложил основы армянской композиторской школы своими обработками народных песен, А. Т. Тигранян создал первую армянскую оперу «Ануш». В Азербайджане были поставлены первые азербайджанские оперы У. Гаджибекова, основанные на традиционных формах народной музыки. Группу видных мастеров, способствовавших формированию национальных композиторских школ, выдвинуло музыкальное искусство Латвии (А. Юрьян, Я. Витол, Э. Дарзинь), Эстонии (Р. Тобиас, А. Капп), Литвы (М. Петраускас, М. Чюрлёнис). Многие из этих композиторов были учениками, а впоследствии друзьями и соратниками выдающихся мастеров русской музыки. В свою очередь русские композиторы-классики, обращаясь к музыкальному фольклору братских народов, обогатили тем самым своё творчество. Они отражали темы из жизни различных народов, а также пользовались мелодиями, ритмами и интонациями народной музыки. Высокохудожественно и правдиво воплощены образы украинского народного творчества в произведениях Глинки, Чайковского, Мусоргского, Римского-Корсакова. Глинка, М. А. Балакирев, Римский-Корсаков, Бородин, А. Г. Рубинштейн глубоко проникли в интонационный строй музыки народов Закавказья и Средней Азии, развили её элементы в формах оперного и симфонического искусства. Большое значение имела также практическая деятельность видных передовых русских музыкантов в центрах национальной культуры. Так, М. М. Ипполитов-Иванов, работавший в Тбилиси в 1882—93, способствовал развитию музыкальной культуры Грузии и укреплению дружественных связей между русской и грузинскими музыкантами.
         Высокого расцвета достигло в 19 — начале 20 вв. музыкально-исполнительское искусство. Русская фортепьянная (А. Г. Рубинштейн, А. Н. Есипова, Рахманинов и др.), виолончельная (К. Ю. Давыдов, А. А. Брандуков, А. В. Вержбилович и др.), скрипичная (Н. Д. Дмитриев-Свечин, Л. С. Ауэр, И. В. Гржимали, В. В. Безекирский и др.), а также оперная (О. А. Петров, Ф. И. Стравинский, Ф. И. Шаляпин, Л. В. Собинов, А. В. Нежданова и др.) школы завоевали мировое признание. Однако в условиях тяжёлого национального гнёта, отличавшего политический строй дореволюционной России, музыкальное искусство большинства народов не могло получить свободного развития.
         Советская музыка. Октябрьская революция 1917, установившая равноправие наций, открыла перед народами СССР возможность проявления творческих сил во всех видах искусства. Советское музыкальное искусство — качественно новый этап развития мирового музыкального творчества и музыки народов СССР, преемственно связанный с классическими традициями и вместе с тем принципиально отличный от всех предшествовавших этапов. Советская музыка продолжает и развивает наиболее прогрессивные черты наследия прошлого: демократизм, гуманизм, гражданственность, верность жизненной правде, национальное своеобразие, внимание и уважение к культурам других народов. В то же время она вдохновляется новыми идеями — сознательного революционного преобразования мира и построения коммунистического общества, руководствуется эстетическими принципами социалистического реализма, партийностью, народностью, интернационализмом. Советское музыкальное искусство активно участвует в духовной жизни общества, в формировании идейных убеждений, нравственных качеств и эстетических вкусов советских людей, в воспитании нового человека. Советская музыка многонациональна, в её развитии участвуют представители всех советских республик, всех наций и народностей. Входящие в неё национальные культуры всё полнее реализуют свои внутренние возможности, активно между собой взаимодействуют, обогащают друг друга и сближаются на базе общих идейно-эстетических принципов, лежащих в основе единой социалистической музыкальной культуры.
         Важнейшим условием успешного формирования социалистической музыкальной культуры стало государственное музыкальное строительство. Этот тезис впервые был выдвинут в подписанном В. И. Лениным Декрете СНК о Московской и Петроградской консерваториях (12 июля 1918). В ведение государства перешли крупнейшие музыкальные учреждения (консерватории, Большой и бывший Мариинский театры) нотные издательства, фабрики музыкальных инструментов и др.). Были созданы новые концертные и музыкально-просветительских организации (Русский народный оркестр, 1919, с 1946 им. Н. П. Осипова, Петроградская филармония, 1921, и др.), музыкально-учебные заведения. В первые послереволюционные годы в области музыкального искусства решались главным образом задачи просвещения трудящихся, их приобщения к основам музыкальной культуры. При участии квалифицированных музыкантов проводились многочисленные популярные концерты и лекции о музыке, были организованы самодеятельные хоры, оркестры, учебные студии, в том числе в частях Красной Армии. Важную роль в сохранении и распространении ценностей музыкальной классики сыграла деятельность композиторов А. К. Глазунова, Ипполитова-Иванова и Р. М. Глиэра, возглавлявших соответственно Петроградскую, Московскую и Киевскую консерватории, А. Д. Кастальского, руководившего Народной хоровой академией в Москве, и мн. др. В годы Гражданской войны 1918—20 появились первые советские музыкальные произведения — главным образом песни. Они были созданы как самодеятельными авторами (с оригинальной музыкой — «По долинам и по взгорьям», слова политработника Красной Армии П. С. Парфенова; на измененные народные и бытовые напевы — «Гулял по Уралу Чапаев-герой», «Смело мы в бой пойдём», «Расстрел коммунаров»), так и композиторами, связанными с красноармейской средой («Марш коммунаров» Д. С. Васильева-Буглая, его же «Проводы» на напев украинские народные песни с новыми словами Демьяна Бедного, «Песня Коммуны» А. С. Митюшина, «Марш Буденного» Дм. Я. Покрасса, «Красная Армия всех сильней» С. Я. Покрасса, «Всё выше» Ю. А. Хайта). Среди произведений других жанров — 5-я симфония Н. Я. Мясковского (1918), хоры Кастальского и мастеров украинской музыки Н. Д. Леонтовича, Я. С. Стенового, К. Г. Стеценко.
         С окончанием Гражданской войны и переходом к мирному строительству музыкальное искусство вступило в новую полосу развития. В 20-х и начале 30-х гг. происходила интенсивная перестройка музыкального быта, деятельности всех музыкальных учреждений и организаций. Возникли тысячи кружков и коллективов самодеятельности (хоры, оркестры народных инструментов). Развивалось самодеятельное песенное творчество, особенно в комсомольской среде («Наш паровоз», «Там, вдали за рекой» на мелодии зарубежных и русских песен). Обновился театральный и концертный репертуар, в который вошли многочисленные произведения советских и зарубежных композиторов. Активно пропагандировались классические оперы на сюжеты, связанные с народно-освободительной борьбой. Впервые была поставлена опера «Борис Годунов» Мусоргского в подлинной авторской редакции (1928, Ленинградский театр оперы и балета). Открылись новые музыкальные театры и консерватории, в том числе в Азербайджане (1921), Армении (1923) и др. Большую творческую и музыкально-просветит. работу вели композиторы У. Гаджибеков (Азербайджан), А. А. Спендиаров (Армения), Д. И. Аракишвили, М. А. Баланчивадзе, З. П. Палиашвили (Грузия). В частности, вклад в национальную музыкальную культуры внесли оперы «Даиси» З. П. Палиашвили (1923) и «Алмаст» Спендиарова (1928). Большую помощь в развитии музыкальных культур народов СССР оказали русские советские музыканты — Глиэр (Азербайджан, позднее Узбекистан), А. В. Затаевич (Казахстан), В. А. Успенский (Узбекистан, Туркменистан); в 30-х гг. также — Е. Г. Брусиловский (Казахстан), С. Н. Василенко (Узбекистан), В. А. Власов и В. Г. Фере (Киргизия), В. А. Золотарев (Белоруссия).
         Продолжали плодотворно трудиться мастера старшего поколения: оперные и симфонические дирижёры — Н. А. Малько, К. С. Сараджев, В. И. Сук; хоровые дирижёры — Н. М. Данилин, М. Г. Климов, П. Г. Чесноков; пианисты — Ф. М. Блуменфельд, А. Б. Гольденвейзер, К. Н. Игумнов, Л. В. Николаев; певцы — П. З. Андреев, И. В. Ершов, Нежданова, Собинов. Наряду с ними проявили себя исполнители и педагоги, выдвинувшиеся уже после Октябрьской революции: оперные и симфонические дирижёры — А. В. Гаук, Н. С. Голованов, А. М. Пазовский, С. А. Самосуд, В. А. Дранишников; хоровой дирижёр А. В. Свешников; пианисты — Г. Г. Нейгауз, Л. Н. Оборин, Е. В. Софроницкий, С. Е. Фейнберг, М. В. Юдина; скрипачи — К. Г. Мострас, М. Б. Полякин, Л. М. Цейтлин, А. И. Ямпольский; виолончелисты — С. М. Козолупов, А. Я. Штример; арфисты — Н. И. Амосов, К. А. Эрдели; певцы — В. В. Барсова, Бюль-Бюль (Мамедов), З. М. Гайдай, А. Б. Даниэлян, К. Г. Держинская, Е. К. Катульская, И. С. Козловский, С. Я. Лемешев, М. И. Литвиненко-Вольгемут, М. П. Максакова, Ш. Г. Мамедова, С. И. Мигай, Н. А. Обухова, И. С. Паторжинский, О. А. Петрусенко, А. С. и Г. С. Пироговы, С. П. Преображенская, М. О. Рейзен, Е. А. Степанова. Активно действовали исполнительские коллективы, созданные за годы Советской власти: Персимфанс («Первый симфонический ансамбль» — оркестр без дирижёра), украинская хоровая капелла «Думка», струнные квартеты им. Глазунова, им. Бетховена, им. Комитаса, им. Вильома, им. Страдивари.
         Советское музыкальное творчество в 20-х и начале 30-х гг. в ряде жанров уже накопило ценный опыт. К решению главной задачи — отразить в музыке дух революционной эпохи — в большей мере удалось приблизиться на первых порах в произведениях, связанных со словом и сценическим действием. Рельефные (хотя и лишённые пока что психологической конкретизации) музыкальные образы новых коллективных героев — революционных масс, созданные на интонационно-жанровой основе народных солдатских, крестьянских, пролетарских песен, предстали в хоровых сценах и фресках А. А. Давиденко («Улица волнуется», «Море яростно стонало», «На десятой версте от столицы»), в песнях Давиденко («Конная Буденного», «Первая Конная», «Нас побить, побить хотели»), В. А. Белого («Пролетарии всех стран, соединяйтесь!»), М. В. Коваля («Юность»), Б. С. Шехтера («Железными резервами»). В области музыкального театра примечательным фактом (несмотря на неровность, а то и явную слабость музыки) было появление первых произведениях на современные темы: оперы «За Красный Петроград» А. П. Гладконского и Е. В. Пруссака (1925), балета «Красный вихрь» («Большевики») В. М. Дешевова (1924), оперетт «Женихи» (1927) и «Ножи» (1928) И. О. Дунаевского. Вместе с тем в этих сочинениях наметились противоположные творческие тенденции. Часть композиторов стремилась отойти от привычных форм, что порой приводило к утрате контакта с публикой. В частности, не удержались в репертуаре театров оперы о Гражданской войне — «Лёд и сталь» Дешевова (1930) и «Северный ветер» Л. К. Книппера (1930), балеты на современные темы — «Золотой век» (1930) и «Болт» (1931) Д. Д. Шостаковича. Из произведений этой группы выделилась сатирическая опера «Нос» Шостаковича (по Гоголю, 1930), возрожденная вновь на советской сцене в 1970-х гг. В других же произведениях на историко-революционные и современные сюжеты были воспроизведены (б. ч. пассивно) старые приёмы оперной и балетной драматургии и средства музыкального языка, облегчавшие восприятие, но нередко противоречившие новому содержанию. Таковы оперы «Орлиный бунт» А. Ф. Пащенко (1925) о восстании Пугачева, «Прорыв» С. И. Потоцкого (1930) о Гражданской войне. В 1927 был создан балет «Красный мак» Глиэра — первое произведение советского балета, надолго вошедшее в репертуар многих театров (2-я редакция 1949; с 1957 под названием «Красный цветок»). Популярность приобрела оперетта «Холопка» Н. М. Стрельникова (1929), в которой сочетались традиции русской бытовой музыки и неовенской оперетты.
         Процесс сближения с современностью рельефно обозначился в симфоническом творчестве. Драматические события и конфликтные переживания революционных лет глубоко отразились в трагедийной 6-й симфонии Мясковского (1923); дух строительства новой жизни ощутим в 1-й симфонии Шостаковича (1925). Эти произведения уже в 20-х гг. получили большую известность. Были предприняты первые попытки создания программных симфонических произведений на темы революции и современности (2-я симфония с хором Шостаковича — «Посвящение Октябрю», 1927; его же 3-я симфония с хором — «Первомайская», 1929; симфонический монумент «1905—1917» М. Ф. Гнесина, 1925), воплощения ленинской темы («Траурная ода» А. А. Крейна, 1927; симфония «Ленин» В. Я. Шебалина по Маяковскому, 1931). Частично продолжилась линия лирико-драматического и лирико-эпического симфонизма предреволюционного периода (2-я «Блоковская» симфония В. В. Щербачёва, 1925; 2-я симфония Л. Н. Ревуцкого, 1927).
         В 20-е гг. исполнялось много новых произведений С. С. Прокофьева (в 1918—32 жил за границей, в 1927 и 1929 приезжал в СССР с концертами), в том числе опера «Любовь к трём апельсинам» (1919, постановлена в Ленинграде — 1926, в Москве — 1927), 3-й фортепьянный концерт (1921), балет «Сказка про шута, семерых шутов перешутившего» (1920, постановлен 1928 в Киеве). В этот же период Прокофьев написал оперу «Огненный ангел» (1927), симфонии — 2-ю (1924), 3-ю (1928) и 4-ю (1930) и другие произведения
         В музыкальном творчестве 20-х — начала 30-х гг. шли активные поиски методов отражения новой действительности, преобразования интонационного строя и других сторон музыкального языка, обновления музыкальных жанров и форм на основе освоения и переработки самых разных стилевых источников, в том числе революционных и советских песен, творчества русских и зарубежных композиторов конца 19 — начала 20 вв. Новизна содержания советской музыки обусловила обострённый, порой односторонний интерес ряда композиторов к экспериментаторству, к поискам необычных, нетрадиционных средств выразительности. Однако в целом преемственность в развитии отечественной музыкальной культуры не прерывалась, в частности, благодаря педагогической и творческой деятельности композиторов старшего поколения (Василенко, А. Ф. Гедике, Глиэр, Гнесин, Ипполитов-Иванов, А. А. Касьянов, Рязанов, В. Н. Трамбицкий, М. О. Штейнберг; основоположники композиторских школ — Мясковский и Щербачёв). В спорах о задачах и путях советской музыки сталкивались различные творческие группировки. В 1925 возникло Объединение революционных композиторов и музыкальных деятелей (ОРКИМД), участники которого (Д. С. Васильев-Буглай, М. И. Красен, К. Л. Корчмарёв, Г. Г. Лобачёв и др.) тяготели к агитационной актуальности тематики, но, как правило, не могли преодолеть эпигонства. В 1924 была организована Ассоциация современной музыки — АСМ (Москва), имевшая отделение в Ленинграде. В неё входили А. Н. Александров, Асафьев, Мясковский, Л. А. Половинкин, Фейнберг, Ю. А. Шапорин, Щербачёв, композиторы молодого поколения А. Е. Мосолов, Г. Н. Попов, Шебалин, Шостакович и др. АСМ не имела чёткой эстетической программы. Аполитичность, идейный индиферентизм, свойственные этой организации, не удовлетворяли многих её членов, и в 1931 АСМ фактически распалась. В 1925 был основан производственный коллектив студентов Московской консерватории (Проколл) во главе с Давиденко (включал Белого, Коваля, Н. К. Чемберджи, Шехтера и др., позднее также Д. Б. Кабалевского, А. И. Хачатуряна), стремившийся главным образом к созданию массовой музыки революционного содержания на интонационной основе русской народной песни и пролетарских гимнов. Зародившаяся в 1923 Российская ассоциация пролетарских музыкантов (РАПМ; аналогичные организации АПМ возникли и в ряде других республик, в том числе на Украине), творческое ядро которой с 1929 составили композиторы Проколла, боролась за идейную перестройку советской музыки, но при этом допускала грубую вульгаризацию в духе пролеткультовских догм (см. Пролеткульт). Сектантская узость АПМ стала тормозом для дальнейшего роста музыкальной культуры.
         Общие перемены, связанные с решающими победами социализма, требовали новых форм организации творческой работы в области литературы и искусства. 23 апреля 1932 было принято постановление ЦК ВКП(б) «О перестройке литературно-художественных организаций». Вместо ранее существовавших разрозненных объединений были созданы творческие союзы (в 1932—40 в Москве, Ленинграде, Армении, Белоруссии, Грузии, на Украине и в других республиках), призванные соединить всех деятелей искусства, стремившихся участвовать в строительстве социализма. Создание союзов советских композиторов способствовало сплочению творческих сил советской музыки на основе принципов социалистического реализма. Рамки содержания музыкального творчества намного раздвинулись, охватив наряду с современной и историко-революционной темами также национальные историко-патриотические. Произошла консолидация основных творческих тенденций, кристаллизация национальных школ и индивидуальных стилей. Новаторство советских композиторов стало более разносторонним и целеустремлённым. Упрочилась и расширилась связь композиторского творчества с классическими традициями и с народной музыкой. В результате появились выдающиеся реалистические произведения, ставшие первыми образцами советской музыкальной классики, — 5-я симфония и другие произведения Шостаковича, балет «Ромео и Джульетта», кантата «Александр Невский» Прокофьева, фортепьянные и скрипичный концерты Хачатуряна. Усилилось взаимодействие национальных культур. Оперы, балеты, симфонические произведения появились и в тех республиках, которые не знали ранее профессионального музыкального искусства письменной традиции (Узбекистан, Казахстан, Киргизия, Башкирия, Татария и др.).
         В 30-е гг. советская музыкальная культура достигла высокого подъёма. Её перестройка в основном завершилась. Во всех союзных и некоторых автономных республиках работали национальные музыкальные театры. Во многих республиках впервые возникли симфонические оркестры, камерно-инструментальные ансамбли. Были организованы симфонический оркестр СССР (1936), ансамбль народного танца СССР (1937), открыты новые консерватории (Минск, 1932; Свердловск, 1934; Ташкент, 1936; Кишинев, 1940), многочисленные музыкальные училища и школы. Одновременно получили ещё больший размах собирание и популяризация образцов народного музыкального творчества. Обмену достижениями между национальными культурами содействовали проводившиеся с 1936 декады искусств советских республик (см. Декады и дни искусства и литературы народов СССР). С 1933 началось проведение всесоюзных конкурсов музыкантов-исполнителей, на которых выдвинулись воспитанники советской исполнит. школы, получившие в дальнейшем международное признание: дирижёры — К. К. Иванов, Е. А. Мравинский, А. Ш. Мелик-Пашаев, Н. Г. Рахлин, Ю. Ф. Файер, Б. Э. Хайкин; пианисты — Э. Г. Гилельс, Я. И. Зак, П. А. Серебряков, Р. В. Тамаркина, Я. В. Флиер; органист И. А. Браудо; скрипачи — Г. В. Баринова, Е. Г. Гилельс, Д. Ф. Ойстрах, М. И. Фихтенгольц; виолончелисты — С. Н. Кнушевицкий, Д. Б. Шафран; арфистка В. Г. Дулова. Ведущее положение в оперных театрах заняли певцы Л. П. Александровская, П. В. Амиранашвили, К. Байсеитова, З. М. Гайдай, А. Б. Даниэлян, М. Д. Михайлов, Х. Насырова, Г. М. Нэлепп, Н. К. Печковский, Т. Т. Сазандарян, Н. С. Ханаев.
         Советская песня стала подлинно массовой, всенародной по содержанию и общедоступной по форме, сообщив широчайший круг демократических интонаций: от русской старинной крестьянской песни и частушки до революционной рабочей песни, бытового романса, эстрадной музыки, советского песенного творчества. Полнее и ярче всего новые качества проявились в гимнах и песнях-маршах Дунаевского на слова В. И. Лебедева-Кумача, передававших любовь к родной стране и оптимизм советской молодёжи: «Песня о Родине» (из кинофильма «Цирк»), «Марш весёлых ребят» (из фильма «Весёлые ребята»), «Спортивный марш» (из фильма «Вратарь»). Популярность приобрели песни о Родине, партии, труде, Красной Армии и лирические песни А. В. Александрова («Гимн партии большевиков»; его музыка легла в основу Государственного гимна СССР), М. И. Блантера («Партизан Железняк», «Песня о Щорсе», «Катюша»), В. Г. Захарова («Вдоль деревни», «Провожанье», «И кто его знает»), Книппера («Полюшко»), К. Я. Листова («Тачанка»), Дм. Я. и Дан. Я. Покрасс («Москва майская», «Прощанье», «Три танкиста»), Шостаковича («Песня о встречном»). Советская песня оказала значительное воздействие на другие жанры музыкального творчества этого периода (опера, оперетта, симфония, романс), она глубоко вошла в быт народа. Большую роль в её пропаганде сыграли такие коллективы, как Ансамбль песни и пляски Советской Армии под рук. А. В. Александрова (основан в 1928), Русский народный хор им. М. Е. Пятницкого (основан в 1910), эстрадный оркестр под рук. Л. О. Утесова (основан в 1929), отдельные исполнители (К. И. Шульженко). Их выступления передавались по радио, были записаны на грампластинки. Многие песни были написаны для кино. Вклад в киномузыку внесли не только композиторы-песенники, но также композиторы-симфонисты — Кабалевский, Б. Н. Лятошинский, Прокофьев, Хачатурян, Шостакович, Щербачёв.
         Решительный перелом произошёл в советском оперном творчестве, где впервые удалось создать полнокровные реалистические образы не только коллективных, но и индивидуальных героев; появились произведения, органически сочетающие опору на традиции с воплощением нового содержания, поисками новых форм. При этом обозначились различные творческие течения, активно взаимодействующие между собой. С одной стороны, были созданы оперы, в которых использованы язык современной симфонической музыки, развитые музыкальные формы и разнообразные средства музыкальной драматургии, включая речитатив и ансамбли — среди них выдающиеся произведения, вошедшие в советскую оперную классику: «Леди Макбет Мценского уезда» («Катерина Измайлова») Шостаковича (1932; 2-я редакция 1962), «Кола Брюньон» Кабалевского (1938; 2-я редакция 1968), «Щорс» Лятошинского (1938), «Семен Котко» Прокофьева (1939). С другой стороны, сформировалась т. н. песенная опера, опиравшаяся на интонации и формы, типичные для советской массовой песни. Один из её первых и ярких образцов — «Тихий Дон» И. И. Дзержинского (1935). Сильные стороны песенной оперы (демократичность языка, мелодическая насыщенность), а также слабые (фрагментарность музыкальной драматургии, нередко — интонационный натурализм) проявились в последующих произведениях такого рода, в их числе «Поднятая целина» Дзержинского (1937), «Броненосец “Потемкин”» О. С. Чишко (1937), «Мать» В. В. Желобинского (1938). Высшим достижением в этом жанре стала опера «В бурю» Т. Н. Хренникова (1939). В ряде республик (главным образом Средней Азии и др.) популярностью пользовался особый жанр музыкального спектакля — музыкальная драма (драматическая пьеса с большим количеством вокальных и танцевальных номеров на фольклорном материале). Среди музыкальных драм — «Кыз-Жибек» Е. Г. Брусиловского (1934, Казахстан), «Фархад и Ширин» В. А. Успенского и Г. А. Мушеля (1937, Узбекистан), «Гюльсара» Глиэра и Т. Садыкова (1937, Узбекистан), «Алтын кыз» В. А. Власова и В. Г. Фере (1937, Киргизия). Частично в результате последующей переработки музыкальных драм, частично независимо от них в республиках были созданы разнообразные оперные произведения на основе фольклорного материала, в том числе в Азербайджане — «Кёроглы»Гаджибекова (1937), в Казахстане — «Ёр-Таргын» Брусиловского (1936), в Белоруссии — «В пущах Полесья» А. В. Богатырева (1939) и «Михась Подгорный» Е. К. Тикоцкого (1939), в Армении — «Лусабацин» А. Л. Степаняна (1938), в Киргизии — «Айчурек» Власова, Фере и А. Малдыбаева (1939), в Таджикистане — «Восстание Восе» С. А. Баласаняна (1939), в Узбекистане — «Лейли и Меджнун» Глиэра и Т. Садыкова (1940), в Татарии — «Алтынчач» Н. Г. Жиганова (1940). В балетной музыке важными завоеваниями реалистического метода явились претворение идей, образов, сюжетов из истории и литературы, социальная, историческая и национальная конкретизация характеров и ситуаций, проведение в партитуре единой линии драматического действия. Инициатором обновления жанра выступил Асафьев, создавший музыку балетов «Пламя Парижа» (1932), «Бахчисарайский фонтан» по поэме Пушкина (1934), «Партизанские дни» о Гражданской войне (1937) и др. Заметными вехами на том же пути явились балеты «Сердце гор» А. М. Баланчивадзе (1936) и «Лауренсия» Крейна по драме Лопе де Веги (1939). Вершина реализма в советской и мировой балетной музыке — «Ромео и Джульетта» Прокофьева по трагедии У. Шекспира (1936, постановка 1940). Поставленные в 1937 оперетты «Золотая долина» Дунаевского и «Свадьба в Малиновке» Б. А. Александрова обозначили начало расцвета этого жанра на основе народной и советской массовой песни.
         В области ораториально-кантатного творчества появились монументальные полотна, посвященные особо актуальной в предвоенный период теме борьбы русского народа против иноземных захватчиков и ознаменовавшие собой становление героико-эпического направления в советской вокально-симфонической музыке: кантата «Александр Невский» Прокофьева (1939; создана на основе музыки к одноименному фильму) и симфония-кантата «На поле Куликовом» Ю. А. Шапорина (по А. А. Блоку, 1939). Историко-революционную линию в этом жанре продолжила оратория «Емельян Пугачев» Коваля (1939), приближающаяся по драматургическим особенностям к опере (в 1942 на её основе автор создал оперу). Оригинальный опыт воплощения революционной темы — «Кантата к 20-летию Октября» Прокофьева (1937) на подлинные тексты из работ К. Маркса, Ф. Энгельса и В. И. Ленина. В симфоническом творчестве вслед за недолгим увлечением т. н. песенным симфонизмом (соединение симфонии с песней или другими вокальными жанрами) утвердилась симфония серьёзного философского содержания, с развитой музыкальной драматургией, героического, драматического или лирико-драматического характера. Крупнейшим достижением советской музыки стала 5-я симфония Шостаковича (1937). Выдающимися произведениями этого жанра явились его же 6-я симфония (1939), а также 16-я (1936) и 21-я (1940) Мясковского. В Грузии успешно развивалась симфоническая поэма (Г. В. Киладзе, Ш. М. Мшвелидзе). Расцвета достиг жанр инструментального концерта, представленный фортепьянным (1936) и скрипичным (1940) концертами А. И. Хачатуряна, 2-м скрипичным концертом Прокофьева (1935) и др. Характерное для советской музыки 30-х гг. внимание к классическим традициям благотворно сказалось на развитии камерных жанров, о чём свидетельствовали инструментальные ансамбли Шостаковича — соната для виолончели и фортепьяно (1934), 1-й квартет (1938), фортепьянный квинтет (1940), а также 5-й (1939) и 6-й (1940) квартеты Мясковского, трио для кларнета, скрипки и фортепьяно Хачатуряна (1932) и др. Яркие образцы появились в области романса — пушкинские циклы Ю. А. Шапорина (1935), Г. В. Свиридова (1935), Ю. В. Кочурова (1938), цикл Шапорина «Далёкая юность» на слова Блока (1940).
         В годы Великой Отечеств. войны 1941—1945 деятели советской музыки, как и других видов искусств, активно включились в борьбу с врагом. Многие музыканты ушли в армию и ополчение. Композиторы и исполнители вели постоянную творческую деятельность в армии. Продолжали действовать крупнейшие музыкальные учреждения, были созданы новые исполнительские коллективы (Государственный русский хор СССР под рук. А. В. Свешникова, 1942; Новосибирский театр оперы и балета, 1945). Работа ряда русских, украинских, белорусских композиторов в республиках Северного Кавказа, Закавказья и Средней Азии активизировала процессы сближения национальных музыкальных культур народов СССР. В музыкальном творчестве главное место заняла тема Родины и всенародной борьбы с врагом, впервые претворённая преимущественно на современном, нередко конкретном, документальном материале того периода. На 1-й план выступили героические образы. Ещё более усилился интерес к отечественной истории, к патриотическим традициям народов. Получили раскрытие в музыке философско-этический смысл войны как гигантского столкновения света и мрака, человечности и фашистского варварства, утверждение высоких идеалов социалистического гуманизма. Наряду с драмой и эпосом развивалась лирика (особенно в песне). Песня сохранила ведущее положение в народном быту как самый действенный и быстро откликающийся на события жанр. Символом всенародной борьбы, её «музыкальной эмблемой» стала созданная в первые же дни войны песня «Священная война» А. В. Александрова. Патриотическое значение приобрели также другие боевые гимны и марши («Святое ленинское знамя» А. В. Александрова, «Песня о Днепре» М. Г. Фрадкина, «Песня артиллеристов» Хренникова), песни-повествования о героях войны («Ой, туманы мои» Захарова, «Шумел сурово Брянский лес» С. А. Каца, «Заветный камень» Б. А. Мокроусова), многочисленные лирические и шуточные песни («В лесу прифронтовом», «Моя любимая» Блантера, «Тёмная ночь» Н. В. Богословского, «В землянке» Листова, «Смуглянка» А. Г. Новикова). Всенародное признание получили песни В. П. Соловьева-Седого — «Вечер на рейде», «Играй, мой баян», «Соловьи», «На солнечной поляночке». Композиторы широко обращались к жанру симфонии. Уже в июле 1941, в Ленинграде, Шостакович приступил к созданию 7-й (Ленинградской) симфонии, ставшей одним из бессмертных памятников эпохи. Исполнение её во время войны в городах СССР (в т. ч. в Ленинграде, август 1942) и за рубежом (Великобритания, США) стало впечатляющей демонстрацией патриотизма и мужества советского народа, сплочения антифашистских сил. Достижениями стали насыщенная глубоким философским содержанием 8-я симфония Шостаковича (1943), эпическая симфония — 2-я («Симфония с колоколом») Хачатуряна (1943), 2-я симфония («Родина») Г. Н. Попова (1943), 5-я Прокофьева (1944), которую автор задумал как «симфонию величия человеческого духа». Первые грузинские симфонии создали Ш. М. Мшвелидзе (1943) и А. М. Баланчивадзе (1944). Событиям войны посвящена героическая опера «Вэтэн» («Родина») Дж. Гаджиева и К. А. Караева (1945). Патриотизм и жизнелюбие советских людей нашли красочное воплощение в музыке балета «Гаянэ» Хачатуряна (1942), благородные нравственные идеи классической литературы — в музыке балета «Золушка» Прокофьева (1941). Яркие примеры развития эпических традиций русской музыки — опера «Война и мир» Прокофьева (1944), его же музыка к 1-й серии фильма «Иван Грозный» (1942), 7-я соната для фортепьяно (1942). Эпические тенденции, характерные для этого периода, воплотились и в оратории «Сказание о битве за Русскую землю» Шапорина, кантате-симфонии «Украина моя» А. Я. Штогаренко. Дальнейший рост интереса к музыке народов СССР и братских славянских стран дал значительные творческие результаты в таких произведениях, как 2-й квартет (на кабардино-балкарские темы) Прокофьева (1941), 5-й («Славянский») квартет Шебалина (1942), Украинский квинтет Лятошинского (1942; 2-я редакция 1945). Среди других камерно-инструментальных ансамблей — остродраматичные фортепьянные трио Шостаковича (1944) и Свиридова (1945), 2-й квартет (1944) и 2-я соната для фортепьяно (1942) Шостаковича, 9-й квартет Мясковского (1943). Велась активная творческая работа в области духовой музыки (марши Н. П. Иванова-Радкевича, В. И. Мурадели, В. С. Рунова, М. Л. Старокадомского, Хайта, Хачатуряна, С. А. Чернецкого, Шостаковича).
         В первое послевоенное десятилетие была восстановлена и расширена довоенная сеть музыкальных театров, концертных учреждений, учебных заведений. С 1950 возобновилось проведение в Москве декад национального искусства. Больших успехов достигло музыкальное исполнительство. Развернулась творческая работа хоровых деятелей Г. Р. Ширмы, Г. Г. Эрнесакса. Выдвинулось новое поколение талантливых артистов: дирижёры — К. П. Кондрашин, Г. Н. Рождественский, Е. Ф. Светланов, Ниязи; хоровой дирижёр В. Г. Соколов; пианисты — С. Т. Рихтер, Т. П. Николаева; скрипачи — И. С. Безродный, Л. Б. Коган, Ю. Г. Ситковецкий; певцы — И. К. Архипова, Г. М. Гаспарян, Ж. Гейне-Вагнер, Б. Р. Гмыря, З. А. Долуханова, Т. Куузик, Л. Л. Линховоин, П. Г. Лисициан, А. П. Огнивцев, Г. К. Отс, И. И. Петров, Л. А. Руденко, А. Фринберг, Е. И. Чавдар.
         Были созданы значительные произведения на актуальные темы современности. Среди них — посвященные советской Родине: «Кантата о Родине» А. Г. Арутюняна (1948), кантата «Сердце Картли» А. И. Чимакадзе (1952), 6-я «Латгальская» симфония Я. А. Иванова (1949). События войны предстали в операх «Семья Тараса» Кабалевского (1950), «Молодая гвардия» Ю. С. Мейтуса (1950), «Певец свободы» Э. А. Каппа (1950). Картины труда показаны в оратории «Песнь о лесах» Шостаковича (1949), хоровой сюите «Река-богатырь» В. А. Макарова (1950), опереттах «Трембита» Ю. С. Милютина (1949), «Самое заветное» Соловьева-Седого (1951), «Белая акация» Дунаевского (1955). О борьбе за мир повествуют оратория «На страже мира» Прокофьева (1950), симфоническая поэма «За мир» Дж. Гаджиева (1951), оперетта «Вольный ветер» Дунаевского (1947), многие песни (в т. ч. «Гимн демократической молодёжи» А. Г. Новикова, 1947). По-прежнему привлекали внимание композиторов сюжеты из классической литературы (опера «Укрощение строптивой» Шебалина, 1955; балеты «Медный всадник» Глиэра, 1949; «Семь красавиц» К. А. Караева, 1952; симфоническая поэма «Миндия» Мшвелидзе, 1950; вок. цикл «Песни на слова Р. Бёрнса» Свиридова, 1955). Историко-революционную тематику воплотили «Десять хоровых поэм» Шостаковича (1951), оперы «Великая дружба» Мурадели (1947), «Декабристы» Шапорина (1953) и «Севиль» Ф. М. Амирова (1953), балет «Спартак» А. И. Хачатуряна (1955); историко-патриотическую — оперы «Сказание о Тариэле» Мшвелидзе (1946), «Богдан Хмельницкий» К. Ф. Данькевича (1953), 5-я «Русская героическая» симфония Щербачёва (1948); народно-эпическую и сказочную — оперы «Биржан и Сара» М. Тулебаева (1946), «Берег бурь» Эрнесакса (1949), балеты «Калевипоэг» Э. А. Каппа (1948), «Каменный цветок» Прокофьева (1950), «Сакта свободы» А. П. Скулте (1950). В жанре симфонии особо выделились произведения русских советских композиторов — 27-я Мясковского (1949), 6-я (1946) и 7-я (1952) Прокофьева, 9-я (1945) и 10-я (1953) Шостаковича, на Украине — 3-я Лятошинского (1951; 2-я редакция 1954), в Грузии — 1-я и 2-я О. В. Тактакишвили (1949 и 1953). Среди инструментальных концертов приобрели известность скрипичный Б. Д. Дварионаса (1948), скрипичный Кабалевского (1948), фортепьянный Г. А. Гасанова (1948), «Героическая баллада» для фортепьяно с оркестром А. А. Бабаджаняна (1950), фортепьянный концерт О. В. Тактакишвили (1951), симфония-концерт для виолончели с оркестром Прокофьева (1952). Среди оркестровых поэм на народные темы — «Эпическая поэма» Г. Г. Галынина (1950), «Симфонические мугамы» Ф. М. Амирова (1948) и Ниязи (1949). Появились значительные камерно-инструментальные ансамбли, в том числе 13-й квартет Мясковского (1949), 5-й квартет Шостаковича (1952), 2-й квартет (1948) и квартетные миниатюры (1950) С. Ф. Цинцадзе, а также фортепьянные произведения (24 прелюдии и фуги Шостаковича, 1951). В области хоров а капелла успешно работали М. Бурханов, Коваль, Попов, Шебалин, Эрнесакс. В жанре песни, наряду с русскими композиторами, азербайджанские — Т. А. Кулиев, С. А. Рустамов, грузинские — Р. К. Габичвадзе, Р. И. Лагидзе, татарские — С. З. Сайдашев, украинские — А. И. Кос-Анатольский, П. И. Майборода. Музыку для детей создавали Прокофьев (сюита «Зимний костёр», 1949), А. Н. Александров, Кабалевский, М. И. Красев, Н. Н. Леви, З. А. Левина, М. Р. Раухвергер, Старокадомский, А. Д. Филиппенко. В конце 40-х и в 50-е гг. были написаны (исполненные позднее) опера «Повесть о настоящем человеке» Прокофьева (1948), 1-й скрипичный концерт (1948) и вокальный цикл «Из еврейской народной поэзии» (1948) Шостаковича, вокальная поэма «Страна отцов» Свиридова на слова А. С. Исаакяна (1950).
         В конце 40-х и начале 50-х гг. получили некоторое распространение упрощённые, суженные представления о реализме, народности, новаторстве. В отдельных произведениях, особенно кантатно-ораториальных и программных симфонических, отрицательно сказывались поверхностность в отражении действительности, схематизм образов и выразит. средств. В оценке творчества ряда композиторов были допущены субъективистские ошибки, впоследствии исправленные постановлением ЦК КПСС от 28 мая 1958 «Об исправлении ошибок в оценке опер “Великая дружба”, “Богдан Хмельницкий”, “От всего сердца”». Этот документ партии, подтвердив незыблемость принципов идейности, партийности и народности советского искусства, сформулированных в постановлении ЦК ВКП(б) «Об опере “Великая дружба” В. Мурадели» (от 10 февраля 1948), помог музыкальным деятелям преодолеть суженное понимание ряда эстетических проблем, неверные представления о реализме, народности, новаторстве.
         С конца 1950-х гг., в 60—70-е гг. советская музыка развивалась на основе интенсивных творческих исканий, ведущих к многообразию стилей, жанров, форм при единстве идейных позиций, общности художественного метода — социалистического реализма. Музыкальная жизнь стала ещё более оживлённой. Резко усилился процесс взаимного обогащения и сближения национальных музыкальных культур. Активизировался обмен гастролями советских и зарубежных музыкантов. Советские исполнители завоевали высокий международный авторитет. Выдвинулись исполнители, среди которых оперные и симфонические дирижёры — Ю. И. Симонов, Ю. Х. Темирканов, В. И. Федосеев; хоровой дирижёр А. А. Юрлов; пианисты — Д. А. Башкиров, Э. К. Вирсаладзе, В. В. Крайнев, Е. Т. Могилевский, Н. А. Петров; скрипачи — М. И. Вайман, Б. Л. Гутников, В. А. Климов, Г. М. Кремер, И. Д. Ойстрах, В. А. Пикайзен, В. Т. Спиваков, В. В. Третьяков; виолончелисты — К. А. Георгиан, Н. Г. Гутман, Н.-Н. Шаховская; певцы — В. А. Атлантов, М. Л. Биешу, А. Ф. Ведерников, Ю. А. Гуляев, Г. А. Ковалева, Ю. А. Мазурок, Т. А. Милашкина, Л. В. Мясникова, Е. Е. Нестеренко, В. Норейка, Т. Н. Нижникова, Е. В. Образцова, Б. А. Руденко, Е. В. Серкебаев, А. Б. Соловьяненко, А. А. Эйзен.
         В разных жанрах успешно решалась задача воплощения ленинской темы: 12-я симфония «1917» Шостаковича (1961), 4-я (1956) и 5-я (1971) симфонии Дж. Гаджиева, кантата «Ленин с нами» А. Я. Эшпая (1969), 13-я симфония Я. А. Иванова (1969), оратория «Ленин в сердце народном» К. Щедрина (1970). Оригинальное воплощение получили темы революции и Гражданской войны в операх «Мать» Хренникова (1957), «Октябрь» Мурадели (1964), «Оптимистическая трагедия» Холминова (1965), «Виринея» С. М. Слонимского (1967), «Гибель эскадры» В. С. Губаренко (1967), «Огненное кольцо» А. Р. Тертеряна (1967), «Конец кровавого водораздела» В. Мухатова (1967). События Великой Отечественной войны многосторонне отразились в операх разного типа, нередко своеобразных по жанровому решению. Среди них «Джалиль» Н. Г. Жиганова (1956), «Кружевница Настя» В. Н. Трамбицкого (1963), «Ценою жизни» А. А. Николаева (1964), опера-оратория «Июльское воскресенье» В. И. Рубина (1969), «Неизвестный солдат» (1967) и «Зори здесь тихие» (1975) К. В. Молчанова. Созданы также оперы на героико-революционные, героико-романтические, лирико-эпические, лирические, драматические и другие сюжеты, в том числе «Овод» А. Э. Спадавеккиа (1957), «Сердце Домники» А. Г. Стырчи (1960; 2-я редакция под названием «Героическая баллада», 1970), «Не только любовь» Щедрина (1961), «Миндия» (1960), «Похищение луны» (1974) О. В. Тактакишвили, «Заблудившиеся птицы» В. А. Лаурушаса (1967), «Алпамыс» Е. Рахмадиева (1972). Обновление традиций происходит и в балетной музыке. Наряду с произведениями, продолжающими линию народно-героических балетов («Жанна д'Арк» Н. И. Пейко, 1956; «Тропою грома» Караева, 1958) или балетов на литературные сюжеты «Отелло» А. Д. Мачавариани, 1957; «Легенда о любви» А. Д. Меликова, 1961; «Шакунтала» С. А. Баласаняна, 1963; «Анна Каренина» Щедрина, 1972), написаны балеты нетрадиционной формы («Берег надежды» А. П. Петрова, 1959; «Вечный идол» Э. С. Оганесяна, 1966; «Легенда о белой птице» Г. А. Жубановой, 1966; «Икар» Слонимского, 1969; «Ярославна» Б. И. Тищенко, 1974).
         На основе главным образом современной тематики развивалась оперетта (А.П. Долуханян, Милютин, Мурадели, А. Г. Новиков, Соловьев-Седой). Композиторы, имеющие большой опыт работы в области оперы, симфонической и камерной музыки, создали также произведения для театра оперетты, среди них Кабалевский («Весна поёт», 1957) и Шостакович («Москва, Черемушки», 1959), В. Е. Баснер («Полярная звезда», 1966), Р. С. Гаджиев («Куба — любовь моя», 1963), А. П. Петров («Мы хотим танцевать», 1967), Хренников («Сто чертей и одна девушка», 1962), А. Я. Эшпай («Внимание, съёмка», 1969). Это способствовало дальнейшему подъёму профессиональной культуры жанра оперетты.
         Одно из ведущих мест в советской музыке заняло вокально-симфоническое творчество, основанное на обобщающей эпической и философско-эпической тематике. Начало новому этапу его развития положили сочинения Свиридова: «Поэма памяти Сергея Есенина» (1956), «Патетическая оратория» на слова В. В. Маяковского (1959). Среди других значительных произведений — оратория-поэма «Двенадцать» В. Н. Салманова (1957), «Реквием» Кабалевского (1963), вокально-симф. поэма «Казнь Степана Разина» Шостаковича (1964), оратории «Сны революции» Рубина (1963), «По следам Руставели» О. В. Тактакишвили (1964), «Махагони» Зариня (1965), «Слово о полку Игореве» Л. А. Пригожина (1966), «Не трогайте голубой глобус» Э. К. Бальсиса (1970). Появилось многие произведения, опирающихся на народную песню: т. н. фольклорная кантата («Курские песни» Свиридова, «Свадебные песни» Ю. М. Буцко, «Белорусские песни» А. В. Богатырева, «Гурийские песни» О. В. Тактакишвили), т. н. фольклорный хоровой концерт («Лебедушка» Салманова), хоровой цикл («Мужские песни» В. Р. Тормиса). Аналогичные яркие явления возникли в камерно-вокальном жанре: «Русская тетрадь» В. А. Гаврилина, «Песни вольницы» Слонимского, «Лакские песни» Ш. Р. Чапаева, «Курземская тетрадь» П. Е. Дамбиса. В числе других образцов этого жанра, наряду с новыми вокальными циклами Свиридова (на слова Есенина, Блока) и Шостаковича (на слова Блока), — произведения В. Ф. Веселова, Н. К. Габуния, Т. Е. Мансуряна, А. А. Николаева. Человеческий голос, поэтическое слово заняли важное место в ряде симфоний, что сблизило их с ораторией (13-я Шостаковича, 1962; 8-я «Цветы Польши» М. С. Вайнберга, 1964; «Лира человека» Ю. А. Юзелюнаса) или с камерно-вокальным циклом (14-я Шостаковича, 1969). Новый выдающийся образец программной симфонии — 11-я («1905 год») Шостаковича (1957). Многие композиторы (Вайнберг, Г. А. Канчели, К. А. Караев, Э. М. Мирзоян, А. А. Пярт, Тищенко, Б. А. Чайковский и др.) создали симфонии, имеющие общие черты с инструментальным концертом или камерно-инструментальным ансамблем. В этом сказалась характерная для современного периода тенденция сближения и взаимопроникновения жанров. Вместе с тем по-новому трактуется и традиционный симфонический цикл (15-я Шостаковича, 1971). Столь же разнообразны жанровые и стилевые решения в области инструментального концерта. Приобрели известность фортепьянные концерты Б. А. Квернадзе, Тищенко, Хренникова (2-й — 1971), скрипичные — Щедрина, К. А. Караева, М. М. Скорика, виолончельные — Пярта, Б. А. Чайковского, рапсодии для солирующих инструментов с оркестром А. И. Хачатуряна, концерты для симфонического оркестра Б. А. Арапова, С. Гаджибекова, Щедрина («Озорные частушки», 1963), А. Я. Эшпая. Большое внимание композиторов привлек камерный оркестр (соч. Р. С. Бунина, Я. П. Ряэтса, Свиридова). Среди камерно-инструм. ансамблей — квартеты Шостаковича (6-й — 15-й), Вайнберга, Б. А. Чайковского, 8-й Шебалина, скрипичные сонаты Пригожина, К. С. Хачатуряна, рапсодия В. Г. Загорского.
         Большое развитие получила сольная эстрадная и бытовая песня гражданского и лирического содержания; были созданы и хоровые песни. Здесь вместе с опытными мастерами, завоевавшими признание в предшествующие периоды, в том числе Мурадели («Бухенвальдский набат»), А. Г. Новиковым («Марш коммунистических бригад»), А. И. Островским («Пусть всегда будет солнце»), Соловьёвым-Седым («Подмосковные вечера», «Если бы парни всей земли» и др.), Туликовым («Родина»), Фрадкиным («Течёт Волга», «За того парня»), выдвинулась большая группа композиторов, среди которых Л. В. Афанасьев, А. А. Бабаджанян, В. Е. Баснер, В. А. Гаврилин, О. Зульфугаров, М. М. Кажлаев, Э. С. Колмановский, И. М. Лученок, А. Н. Пахмутова, А. П. Петров, Г. Г. Раман, М. Л. Таривердиев, О. Б. Фельцман, А. Г. Флярковский, А. Я. Эшпай.
         Многие музыкальные театры СССР, коллективы, а также исполнители с успехом выступают за рубежом. Лучшие зарубежные коллективы и артисты гастролируют в СССР. Композиторов, а также исполнителей разных специальностей готовят консерватории, институты искусств, музыкальные училища союзных и автономных республик. Советские композиторы и музыковеды объединены в Союз композиторов СССР (см. в разделе Творческие союзы). В СССР работают (1975) 42 театра оперы и балета, 29 театров музыкальной комедии и миниатюр, 135 филармоний, 44 симфонических оркестра, 61 камерный оркестр и ансамбль, 20 консерваторий, 6 институтов искусств, 3 музыкально-педагогических института, 48 музыкальных факультетов при педагогических институтах, 243 музыкальных училища и училища искусств, около 5,5 тыс. детских музыкальных школ.
         См. Музыка, Музыкальное образование, Музыковедение, а также раздел Музыка в статьях о союзных и автономных республиках.
         Ю. В. Келдыш (до 1917), А. Н. Сохор (после 1917).
         Танец, балет
         Танец
         В СССР танец — один из наиболее массовых видов народного искусства, его подлинное национальное богатство. Каждый народ, населяющий территорию СССР, имеет свои танцевальные традиции, хореографический язык, особые координации движений, музыкально-танцевальные формы, приёмы соотношения движения с музыкой. Танец издавна отражает уклад жизни, обычаи и традиции народов и связан с другими видами искусства, главным образом с музыкой. Он — неотъемлемая часть народных представлений на праздниках, ярмарках и др.; в нём нашли отражение и разнообразные стороны трудовой деятельности. Народы, занятые охотой, животноводством, в танце образно запечатлели повадки и характер зверей, птиц, домашних животных (у якутов — танец медведя, литовцев — козлика, русских— «журавль», «гусачок» и др.). У народов-земледельцев сложились танцы, изображающие труд. процессы [латв. танец жнецов, белорусский — «лянок», молдавский — «поама» (виноград), узбекские — «шелкопряд», «пахта» (хлопок)]. С возникновением ремёсел формировались новые танцы (украинский — «бондарь», карельский — «так ткут сукно», эстонский — «сапожник» и др.). Воинская доблесть, героизм также выражаются в танце (грузинские — хоруми, парикаоба; казачьи пляски и др.). Большое место в танцевальном творчестве занимают тема любви, почтительное отношение к женщине (грузинский — картули, русский — байновская кадриль и др.), во многих танцах присутствует народный юмор (белорусский — «Юрочка», узбекский — ракс бозы, таджикский — «аист и лягушка» и др.). Многие танцы исполняются под аккомпанемент народных инструментов, с бытовыми аксессуарами (платками, шляпами, чашами и др.). Характер танца связан также и с национальной одеждой.
         За годы Советской власти танцевальная культура получила всестороннее развитие. У народов, где давние танцевальные традиции забыты или утеряны, создавались новые — на основе изучения игр, пластических обрядов и смежных искусств (художественных ремёсел, музыки, песен и др.). Так, вновь возник народный танец в Казахской ССР, Киргизской ССР, Туркменской ССР. Бурно развиваются танцы народов Севера и Сибири (эвенков, коряков, якутов), которые отличаются неповторимой самобытностью (например, якутский «Асуохай»). Во всех республиках танцевальная культура представлена массовой художественной самодеятельностью и многочисленными профессиональными ансамблями. Такие ансамбли танца, созданные во всех республиках, по существу стали театрами народного танца, где по всем законам сценического действия создаются сценические хореографические произведения. Среди ведущих коллективов: Ансамбль народного танца СССР (1937), Хореографический ансамбль «Берёзка» (1948), Ансамбль танца Азербайджанской ССР (1971), Ансамбль танца Армянской ССР (1958), Ансамбль танца БССР (1959), Ансамбль народного танца Грузинской ССР (1945), Ансамбль песни и танца Казахской ССР (1955), Ансамбль народного танца Киргизской ССР (1966), Ансамбль танца Латвийской ССР «Дайле» (1968), Ансамбль народного песни и танца Литовской ССР «Летува» (1940), Ансамбль народного танца Молдавской ССР «Жок» (1945), Ансамбль танца Таджикской ССР «Лола» (1965), Ансамбль народного танца Туркменской ССР (1941), Ансамбль танца УССР (1937), Ансамбль танца Узбекской ССР «Бахор» (1957).
         В сценических танцах балетмейстеры и исполнители повествуют о радостной жизни, о труде, праздниках, обычаях и мечтах народа. Характерные черты таких хореографических спектаклей — взаимовлияние профессионального и самодеятельного искусств, их связь с фольклором и бережное сохранение его редчайших образцов.
         В золотой фонд советской сценической народной хореографии вписали яркие страницы такие мастера, как И. А. Моисеев, Н. С. Надеждина, Т. А. Устинова, М. С. Годенко (РСФСР), П. П. Вирский (УССР), И. И. Сухишвили и Н. Ш. Рамишвили (Грузинская ССР), М. Тургунбаева, Тамара Ханум (Узбекская ССР), Ю. И. Лингис (Литовская ССР), В. К. Курбет (Молдавская ССР) и др. См. Танец, а также раздел Танец. Балет в статьях о союзных республиках и раздел Музыка в статьях об автономных республиках.
         В. И. Уральская.
         Балет
         Советский балет прочно завоевал мировое признание. Его искусство многонационально, оно доступно миллионам. Восприняв лучшие традиции русской и мировой хореографии, советский балетный театр обрёл собственные неповторимые качества. В многообразии жанров и форм утвердилась форма многоактного сюжетного спектакля, отражающего жизнь, проникнутого гуманизмом. Постоянно расширяя тематику, советский балет особое внимание уделяет темам героическим, близким современности. Классический танец, оставаясь основным выразительным средством, постоянно обогащается народной хореографией. Советская школа классического танца воспитала артистов балета, которые сочетают высокое техническое мастерство с глубокой эмоциональностью, правдиво показывают развитие характеров и судеб героев.
         Первые балетные представления состоялись в Москве при дворе Алексея Михайловича в 1672—76. Исполнителями были иностранцы и русские ученики пастора Грегори («Балет об Орфее и Евридике», 1673). Систематический показ музыкальных представлений начался в 30-е гг. 18 в. В 1738 француз Ж. Ланде организовал в Петербурге танцевальную школу, что позволило перейти от эпизодических спектаклей гастролёров — труппы Фоссано (А. Ринальди) и др. — к регулярным представлениям. В 1773 были открыты танцевальные классы при Московском воспитательном доме, а в 1776 — оперно-балетная антреприза князя П. В. Урусова и М. Г. Медокса, явившаяся основой при создании Большого театра (см. Большой театр СССР).
         На протяжении 18 в. репертуар московских и петербургских трупп составляли мифологические анакреонтические балеты, действенные пантомимные трагедии, созданные балетмейстерами Г. Анджолини, Ф. Хильфердингом, Д. Канциани, Ж. Ж. Новером, Ш. Ле Пиком, Д. Соломони и др. Русский балет воспринял новаторство западноевропейских реформаторов, обогативших балетное искусство просветит. идеями, развивал традиции русской народной хореографии, постепенно утверждаясь как явление национальной культуры. Русская музыка и танцы использовались в комических операх, интермедиях, дивертисментах, написанных русскими композиторами. Так во время Отечественной войны 1812 особое значение имели патриотические дивертисменты с музыкой С. И. Давыдова, К. А. Кавоса и др. в постановке И. И. Вальберха, И. М. Аблеца, И. К. Лобанова. На рубеже 18—19 вв. в Петербурге и Москве создавались спектакли, близкие по стилю сентиментализму: балеты Вальберха «Новый Вертер» с музыкой А. Н. Титова (1799), «Поль и Виргиния» (1810) и др. Известность приобрели артисты балета Е. И. Колосова, Н. П. Берилова и др. В танцевальных драмах Ш. Дидло и А. П. Глушковского (20-е гг. 19 в.), в постановках Ф. Гюллень-Сор (30-е гг.) стали выявляться черты складывавшегося романтизма. Балетмейстеры обращались к сюжетам произведений А. С. Пушкина: Дидло поставил балет «Кавказский пленник, или Тень невесты» Кавоса (1823), Глушковский — «Руслан и Людмила, или Ниспровержение Черномора, злого волшебника» Ф. Е. Шольца (1821) и «Чёрная шаль» на сборную музыку (1831). В этих спектаклях выдвинулись А. И. Истомина, Е. А. Телешова, А. А. Лихутина, Н. О. Гольц, Т. И. Глушковская и др. В России, как и в других европейских странах, к середине 30-х гг. утвердился репертуар романтического балета. Постановки Ф. Тальони («Сильфида» Ж. Шнейцгоффера, «Дева Дуная» А. Адана) в фантастических образах отражали противоречие между мечтой и действительностью. Образы неземных существ — сильфид, пери, ундин, — олицетворявшие недосягаемость идеала, потребовали обновления танцевального языка главным образом за счёт пальцевой и прыжковой техники. Танцы кордебалета служили аккомпанементом солистке и носили обобщённый характер. Балеты Ж. Перро были романтическими драмами с живописными образами, бурными страстями («Эсмеральда» и «Катарина, дочь разбойника» Ч. Пуньи, «Корсар» Адана). Основными выразительными средствами для них стали действенный танец и танцевальная Пантомима. В 30—40-х гг. 19 в. в России гастролировали танцовщицы романтического направления М. Тальони и Ф. Эльслер. В 40-х гг. на петербургской и московской сценах в романтических балетах выступали русские артисты Е. А. Санковская, Е. И. Андреянова и И. Н. Никитин, в 50—60-х гг. — П. П. Лебедева, М. Н. Муравьева. В этот период балетный театр занял важное место в русском искусстве, развиваясь в общем русле национальной культуры. В 60—70-е гг. в спектаклях балетм. А. Сен-Леона («Конёк-горбунок» Пуньи), С. П. Соколова («Папоротник, или Ночь на Ивана Купалу» Ю. Г. Гербера) и в ранних балетах М. И. Петипа («Дочь фараона» Пуньи) начался распад романтической драмы, постепенно терявшей драматургическую цельность и содержательность. В то же время интенсивно накапливались средства танцевальной выразительности, особенно в классическом танце. Формировался новый тип балетного спектакля — «большой балет» (или академический балет). Балетмейстеры, и прежде всего Петипа, разрабатывали сложные танцевальные композиции, где обобщённый образ рождался в развитии и сопоставлении пластических тем, возникающих благодаря сочетаниям движений в сольных и ансамблевых танцах, комбинациям их рисунков, разнообразию ритмов. Танцевальная драматургия «большого балета» находила воплощение в структурных формах, постепенно вырабатываемых и закрепляемых балетмейстерами. С приходом композиторов-симфонистов эти поиски получили опору в развитой музыкальной драматургии. Высшим достижением балета конца 19 в. стали петербургские спектакли Петипа и Л. И. Иванова — «Спящая красавица» (1890), «Щелкунчик» (1892), «Лебединое озеро» (1895) П. И. Чайковского и «Раймонда» А. К. Глазунова (1898). Ведущие артисты балета в 70— 90-х гг. — Е. О. Вазем, М. Ф. Кшесинская, О. И. Преображенская, П. А. Гердт, Н, Г. Легат, итальянские гастролёры К. Брианца, П. Леньяни, Э. Чекетти. Несмотря на достижения балетного искусства 90-х гг., эстетика «большого балета» к концу 19 в. исчерпала себя, возникла потребность реформы хореографического театра.
         В 1-е десятилетие 20 в. балетный театр, отражая общие тенденции всей русской культуры, обновил и содержание и форму. Расширился круг идей и образов. Балетмейстер М. М. Фокин, тонко проникавший в особенности искусства разных эпох, талантливо воплощал их через мироощущение современного ему человека («Шопениана» на музыку Ф. Шопена, 1908; «Шехеразада» на музыку Н. А. Римского-Корсакова, 1910; «Петрушка» И. Ф. Стравинского, 1911). В балетах Фокина все компоненты спектакля были подчинены единому замыслу. Иной стала и музыкально-хореографическая драматургия: в качестве основы одноактных балетов нередко использовались произведения инструментальной музыки. Наряду с классическим танцем вводились пластический и стилизованный этнографический. Налеты шли в оформлении крупнейших русских художников А. Н. Бенуа, А. Я. Головина, Л. С. Бакста. Одновременно с Фокиным к новаторским преобразованиям обратился балетмейстер А. А. Горский. Он переделывал и обновлял балеты 19 в. («Дон Кихот» Л. Минкуса, «Конёк-горбунок», «Лебединое озеро» и др.), добиваясь цельности спектакля, логики развития действия, создавая жизненно мотивированные мизансцены. Иногда это приводило к отходу от стиля подлинника. Наиболее последовательно идеи Горского были выражены в его собственных балетах («Дочь Гудулы» А. Ю. Симона, 1902; «Саламбо» А. Ф. Арендса, 1910), отличавшихся драматизмом, достоверностью характеров действующих лиц. Постоянным сотрудником Горского был художник К. А. Коровин. Среди танцовщиц выделялась А. П. Павлова, проявлявшая интерес к работам реформаторов, но выступавшая преимущественно в балетах старого репертуара (её лучшие партии: Жизель — «Жизель» Адана, балетмейстеры Перро, Ж. Каролли и Петипа; Никия — «Баядерка» Минкуса, балетм. Петипа, и др.). Фокин привлекал к участию в своих спектаклях петербургских танцовщиков Т. П. Карсавину и В. Ф. Нижинского. В Москве знамениты были Е. В. Гельцер, В. Д. Тихомиров и близкие искусству Фокина С. В. Федорова, М. М. Мордкин.
         В начале 20 в. русский балет завоевал мировое признание. Обновленное реформами Фокина, русское балетное искусство оказало огромное влияние на зарубежный балет, вызвало коренные перемены в западноевропейской хореографии, способствовало возрождению балетного искусства во многих странах Европы и Америки (гастроли Павловой, Русские сезоны, труппа С. П. Дягилева).
         Советский балет. После Октябрьской революции 1917 балет стал развиваться как часть новой культуры, многонациональной и единой по художественным принципам. Если ранее постоянные труппы были только в Москве и Петербурге, то Советская власть дала возможность создать национальный профессиональный балет во всех республиках. В первые послереволюционные годы балетному театру пришлось преодолевать серьёзные трудности. Возникли проблемы воспитания новых кадров (многие артисты и балетмейстеры оказались за пределами Родины), сохранения и обновления репертуара, 20-е гг. характеризовались борьбой направлений. Сторонники идей Пролеткульта утверждали, что классический танец и балет в том виде, какими они были до революции, уже отжили. Мастера балета отстаивали ценность классического наследия. Поиски нового содержания вызвали к жизни и новую хореографическую лексику. В многочисленных студиях культивировались «свободный танец», ритмопластические, физкультурные, «танцы машин». Балетмейстеры академических театров также включились в поиски, стремясь выразить в постановках грандиозные события эпохи. В экспериментаторских поисках родились значительные произведения балетного искусства. Используя приёмы массового театра, революционного плаката, балетмейстер Ф. В. Лопухов поставил в Ленинградском театре оперы и балета (См. Ленинградский театр оперы и балета) балет «Красный вихрь» («Большевики») В. М. Дешевова (1924), где впервые на большой сцене языком аллегорий и символов был воссоздан образ революции. Балет «Величие мироздания» на музыку 4-й симфонии Л. Бетховена (1923) был первой танцевальной симфонией, где наметились новые связи танца и музыки. Обращаясь к традициям народных театральных жанров, всегда действенных и окрашенных сатирически, балетмейстер поставил балеты И. Ф. Стравинского «Пульчинелла» (1926) и «Байка про Лису...» (1927). Принципы «большого балета» 19 в. развивались в спектакле Лопухова «Ледяная дева» на музыку Э. Грига (1927). В миниатюрах балетм. К. Я. Голейзовского, поставленных в студии «Камерный балет» (1922—24) на музыку К. Дебюсси («Фавн»), С. С. Прокофьева («Мимолётности»), Л. Н. Скрябина, Н. К. Метнера и др., передавалось эмоциональное ощущение современной действительности, раскрывался внутренний мир человека. Наиболее значительной постановкой Голейзовского был балет «Иосиф Прекрасный» С. Н. Василенко (1925, Большой театр), где на материале библейской легенды утверждалась тема победы духовного начала над тупой деспотической силой. Новизна постановок Голейзовского проявилась и в их танцевальной лексике. Усложнённая сценическая площадка в спектаклях «Фавн» и «Иосиф Прекрасный» позволяла интересно группировать танцовщиков, лексика танца обогащалась за счёт необычных ракурсов, поддержек, сочетаний движений, форм свободного, физкультурно-акробатического танца. В 1927 был поставлен первый советский многоактный балет «Красный мак» (с 1957 — «Красный цветок») Р. М. Глиэра (балетмейстеры Л. А. Лащилин и В. Д. Тихомиров), посвященный революционным событиям в Китае. На балетной сцене впервые появился современный положит. герой. Авторы балета, сохранив форму спектакля 19 в. с танцевальным дивертисментом, пантомимными сценами и феерией (сцена сна), модернизировали отдельные её части, использовав находки смежных искусств и эстрадного танца. Матросский танец «Яблочко» — первый опыт создания массовых героических плясок, которые стали одним из завоеваний балетного театра 30-х гг. Тенденция к психологизации, проявившаяся в образе Тао Хоа (Гельцер), сближала балет с хореографической драмой, ставшей основным жанром балетного спектакля последующих годов.
         В 30—40-е гг. балетмейстеры, стремясь к содержательности, обращались к литературе, драматическому искусству. В спектаклях, созданных по мотивам произведений Пушкина, У. Шекспира, Н. В. Гоголя, Л. де Веги, Ж. Санд, О. де Бальзака, обязательным было наличие сквозного действия, четко очерченных характеров. Интерес к индивидуализации образов, к их психологическому раскрытию предопределил характер лучших драматических балетов. Программным спектаклем 30-х гг. стал «Бахчисарайский фонтан» Б. В. Асафьева, балетмейстер Р. В. Захаров (1934). Высшее достижение этого периода — « Ромео и Джульетта» С. С. Прокофьева, балетмейстер Л. М. Лавровский (1940). Драматический сюжет становился основой спектакля, иногда более существенной, чем музыка. Постановщики не обращались к большим классическим ансамблям, но широко пользовались игровым драматизированным танцем, пантомимой. Обогащение лексики шло главным образом за счёт использования фольклора. Одно из крупных достижений 30—40-х гг.— создание героических народно-танцевальных образов, преимущественно массовых, основанных на национальном материале: танец басков — «Пламя Парижа» Асафьева, балетмейстер В. И. Вайнонен (1932), грузинский танец хоруми — «Сердце гор» А. М. Баланчивадзе, балетмейстер В. М. Чабукиани (1938).
         В 20—30-х гг. шёл процесс становления нового исполнительского стиля советского балета. М. Т. Семенова выявляла в классическом танце гармонию, насыщая её энергией, придавала образам благородную величественность. В бравурности танца А. Н. Ермолаева и Чабукиани проявилось новое действенное восприятие жизни. Г. С. Уланова — одна из величайших танцовщиц-актрис — по-новому трактовала партии в старых балетах («Жизель» Адана, «Лебединое озеро» Чайковского), создала образы большой трагической глубины: Мария («Бахчисарайский фонтан» Асафьева), Джульетта («Ромео и Джульетта» Прокофьева). Её героини были наделены стойкостью, искренностью, скрытой силой чувств. Представителем лирико-романтического направления был К. М. Сергеев. Мастерство О. В. Лепешинской утверждало активное жизнерадостное мироощущение. Значительное место в хореографическом искусстве заняли Т. М. Вечеслова, Н. М. Дудинская, А. М. Мессерер, М. М. Габович.
         Балетные коллективы были созданы в Свердловске (1922), Баку (1922), Ташкенте (Русский оперный театр, 1925), Саратове (1928), Куйбышеве (1931), Горьком (1935) и др. В конце 20 — начале 30-х гг. сформировались новые коллективы в Москве — Художественный балет под руководством В. В. Кригер (с 1941 влился в Театр им. Станиславского и Немировича-Данченко) и Ленинграде — балетная труппа Малого оперного театра (с 1964 Малый театр оперы и балета). К концу 30-х гг. балетные труппы были почти во всех союзных и во многих автономных республиках. Там, где до Октябрьской революции имелись русские оперные театры и своя национальная танцевальная культура (иногда и сценический танец), балет формировался быстрее, опираясь на эти традиции. В УССР в 1919—25 работали постоянные балетные коллективы при оперных театрах Харькова и Киева, с 1926 — Одессы (позднее были открыты театры в Донецке, 1939, и Львове, 1941). В Грузинской ССР профессиональный балет начал формироваться в 1921. В БССР в 20-х гг. работала студия, театр открылся в 1933. В республиках Средней Азии наметился особый путь развития балетного искусства — создание театрального (сценического) танца, основанного на народном творчестве. В Узбекской ССР в 20-х гг. формировались музыкально-этнографические коллективы, из которых был образован Узбекский музыкально-драматический театр (1929); из музыкально-хореографических кружков и коллективов возникли музыкально-драматические театры в Казахской ССР (1934), Таджикской ССР (1936) и Киргизской ССР (1937), в Туркменской ССР (на основе оперной студии, 1937). На их базе открылись оперные театры и при них балетные труппы: в Ташкенте (1939), Алма-Ате (1937), Душанбе (1940), Ашхабаде (1941), Фрунзе (1942). Начали работать оперно-балетные театры и в автономных республиках: в Татарской АССР (1939), Бурятской АССР (1932, музыкально-драматический, с 1948 оперы и балета), в Башкирской АССР (1941).
         В 30—40-х гг. были созданы многие национальные балеты, в том числе: в УССР — первый национальный балет «Пан Каневский» М. И. Вериковского (1931), «Лилея» К. Ф. Данькевича (1940), «Лесная песня» М. А. Скорульского (1946); в Грузинской ССР — «Мзечабуки» А. М. Баланчивадзе (2-я редакция «Сердце гор», 1938); в Азербайджанской ССР — «Девичья башня» А. Б. Бадалбейли (1940); в Армянской ССР — «Счастье» А. И. Хачатуряна (1939, 2-я редакция «Гаянэ», 1942), «Хандут» на музыку А. А. Спендиарова (1945); в БССР — «Соловей» М. Е. Крошнера (1939); в Узбекской ССР — «Шахида» Ф. Таля (1939), «Гуляндом» Е. Г. Брусиловского (1940); в Казахской ССР — «Калкаман и Мамыр» В. В. Великанова (1938); в Киргизской ССР — «Анар» В. А. Власова и В. Г. Фере (1940); в Таджикской ССР — «Ду Гуль» («Две розы») А. С. Ленского (1941); в Туркменской ССР — «Алдар-Косе» («Весёлый обманщик») К. А. Корчмарёва (1942); в Башкирской АССР — «Журавлиная песня» Л. Б. Степанова (1944); в Татарской АССР — «Шурале» Ф. З. Яруллина (1945). В этих постановках осваивалась, прежде всего, наиболее типичная для 30—40-х гг. форма многоактного драматического балета, сочетался классический танец с национальным, широко использовались народные пляски, обряды. Их тематика — национальную легенды, освободит. борьба народа, события колхозной жизни. Формированию национальных балетных кадров способствовало то, что одарённые дети из разных республик обучались в хореографических училищах Ленинграда и Москвы. К концу 30-х гг. и в 40-е гг. известность получили Г. Г. Алмасзаде (Азерб. ССР), Е. Л. Гварамадзе (Груз. ССР), Б. Бейшеналиева и Н. С. Тугелов (Кирг. ССР), К. Джапаров (Туркм. ССР), М. Тургунбаева (Узб. ССР), А. И. Гаврилова (УССР), З. А. Насретдинова и Х. Г. Сафиуллин (Башк. АССР). Во многих республиках работали русские балетмейстеры (Голейзовский, Лопухов, Ермолаев, Л. В. Якобсон, Н. С. Холфин и др.), особенно в период подготовки декад, которые проводились в Москве с 1936 (см. Декады и дни искусства и литературы народов СССР), в этой работе участвовали также русские композиторы, художники, педагоги. Опыт русских мастеров перенимали молодые балетмейстеры из республик. Позднее многие из них учились на балетмейстерском факультете Государственный института театрального искусства им. А. В. Луначарского в Москве.
         В годы Великой Отечественной войны 1941—45 балетные коллективы страны и хореографические училища не прекращали работы. Были созданы новые спектакли: в Ленинградском театре оперы и балета им. Кирова (эвакуировался в Пермь) — «Гаянэ» Хачатуряна, балетмейстер Н. А. Анисимова (1942), в Музыкальном театре им. Станиславского и Немировича-Данченко «Лола» В. А. Оранского, балетм. В. П. Бурмейстер (1943), в Большом театре (эвакуировался в Куйбышев) — «Алые паруса» В. М. Юровского, балетм. А. И. Радунский, Н. М. Попко, Л. А. Поспехин (1943).
         Во 2-й половине 40-х и в 50-х гг. выдвинулись новые исполнители. Сформировался талант драматической танцовщицы А. Я. Шелест. Начала выступать М. М. Плисецкая, чей танец всегда полон экспрессии и патетики. Большую популярность завоевали: в РСФСР — Р. С. Стручкова, В. Т. Бовт, Л. И. Крупенина, Б. Я. Брегвадзе, Н. Б. Фадеечев, на Украине — Л. П. Герасимчук, Е. М. Потапова, Н. А. Апухтин, А. А. Белов, в Белоруссии — А. В. Николаева и С. В. Дречин, в Грузии — И. А. Алексидзе, В. В. Цигнадзе, З. М. Кикалейшвили, в Армении — Л. П. Воинова-Шиканян, Р. Л. Тавризиан, Т. Г. Григорян, А. Т. Гарибян, в Азербайджане — Л. М. Векилова, М. Д. Мамедов, в Узбекистане — Г. Б. Измайлова, в Таджикистане — Л. Захидова, в Бурятии — Л. П. Сахьянова, в Латвии — А. А. Приеде, Я. Д. Панкрае, А. Я. Лемберг, В. Э. Вилцинь, в Литве — Г. К. Сабаляускайте, Т. М. Свентискайте, в Эстонии — В. А. Хагус, А. Койт, Э. К. Йоасоб. Было поставлено много новых спектаклей, в их числе «Золушка» Прокофьева (1945, Большой театр), «Юность» (1946, Ленинградский Малый оперный театр) и « Мнимый жених» (1949, там же) М. И. Чулаки, «Медный всадник» Глиэра (1949, Ленинградский театр оперы и балета им. Кирова). Обогатился репертуар в театрах Грузинской ССР, были поставлены балеты «Синатле» Г. В. Киладзе (1947), «Горда» Д. А. Торадзе (1949), «Отелло» А. Д. Мачавариани (1957); в Азербайджанской ССР — «Семь красавиц» (1952) и «Тропою грома» (1958) К. А. Караева; в Армянской ССР — «Севан» Г. Е. Егизарян (1956), «Мармар» Э. С. Оганесяна (1957); в Узбекской ССР — «Мечта» И. И. Акбарова (1959); в Казахской ССР — «Камбар и Назым» В. В. Великанова (1950); в Киргизской ССР — «Чолпон» М. Р. Раухвергера (1944); в Таджикской ССР — «Лейли и Меджнун» С. А. Баласаняна (1947); в Туркменской ССР — «Акпамык» А. Заборовского и В. Мухатова (1945). Значительных успехов достигли балетные театры Литвы, Латвии, Эстонии, где со 2-й половины 40-х гг. начался процесс освоения опыта советского хореографического искусства. Первые советские балеты были созданы в Латвийской ССР — «Лайма» А. Я. Ленина (1947) и «Сакта свободы» А. П. Скулте (1950); в Литовской ССР — «На берегу моря» Ю. А. Юзелюнаса (1953); в Эстонской ССР — «Калевипоэг» (1948) и «Золотопряхи» (1956) Э. А. Каппа. В Молдавской ССР, где балетная труппа в оперном театре начала работать в 1957, были поставлены национальные балеты — «Сестры» Л. Л. Когана (1959), «Рассвет» В. Г. Загорского и «Сломанный меч» Э. Л. Лазарева (оба в 1960). Новые спектакли появились в Бурятской АССР («Красавица Ангара» Л. К. Книппера и Б. Б. Ямпилова, 1959) и в музыкально-драматических театрах Якутской ЛССР, Карельской АССР, Удмуртской АССР, Коми АССР и др. В РСФСР возникли новые оперно-балетные театры в Новосибирске (1945), в Челябинске (1956) и других городах.
         В 60—70-х гг. советский балет, развивая лучшие достижения предшествующего периода, преодолел тенденции к односторонней драматизации и подмене содержательного танца феерией и дивертисментами. Возросла роль музыки в балетных спектаклях. Танец стал основным выразительным средством. Начало этому направлению положили работы советских балетмейстеров уже в конце 50-х гг. В спектаклях Ю. Н. Григоровича «Каменный цветок» С. С. Прокофьева (1957) и И. Д. Бельского «Берег надежды» А. П. Петрова (1959) содержание раскрывалось в развитии музыкально-хореографических образов. Наряду со старыми мастерами (Голейзовский, Якобсон) появились молодые балетмейстеры, упорно искавшие новое содержание и новые формы. Возродились забытые жанры и формы (одноактный балет, балет-симфония, балет-плакат), обогатилась танцевальная лексика. Наиболее значительные работы 60— 70-х гг.: постановки Якобсона — «Клоп» Ф. Отказова и Г. И. Фиртича (1962) и «Двенадцать» Б. И. Тищенко (1964) — обе в Ленинграде; Н. Д. Касаткиной и В. Ю. Василева — «Героическая поэма» Н. Н. Каретникова (1964, Москва), «Весна священная» Стравинского (1965, там же), «Сотворение мира» Петрова (1971, Ленинград); О. М. Виноградова — «Ромео и Джульетта» Прокофьева (1965, Новосибирск; 1976, Ленинград), «Асель» Власова (1967, Москва), «Горянка» М. М. Кажлаева (1968, Ленинград), «Ярославна» Тищенко (1974, там же); Бельского — «Конёк-горбунок» Р. К. Щедрина (1963, там же); Е. Я. Чанги — «Прометей» Э. А. Аристакесяна (1967, Ереван); Григоровича — «Легенда о любви» А. Д. Меликова (1961, Ленинград), «Спартак» Хачатуряна (1968, Москва), «Иван Грозный» на музыку Прокофьева, аранжированную М. И. Чулаки (1975, там же), и новые редакции балетов Чайковского. Во всех этих балетах любая тема трактовалась с позиций современности, человек раскрывался во всей сложности, в непростых взаимоотношениях с действительностью. Не ограничиваясь изложением сюжета, балетмейстеры создавали образы ёмкие, многозначные, нередко прибегали к поэтической метафоре. Был осуществлен ряд постановок новых балетов в Большом театре — «Икар» С. М. Слонимского (1971, балетмейстер В. В. Васильев; 2-я редакция 1976), «Кармен-сюита» на музыку Бизе — Щедрина (1967, балетмейстер А. Алонсо) и «Анна Каренина» Щедрина (1972, балетмейстеры М. М. Плисецкая, Н. И. Рыженко, В. В. Смирнов-Голованов), «Ангара» А. Я. Эшпая (1976). Всё чаще в театрах национальных республик и на периферии осуществлялись новаторские постановки. Это работы Р. Г. Ахундовой и М. Д. Мамедова в Баку («Тени Кобыстана» Ф. К. Караева, 1969), А. Ф. Шикеро в Киеве («Каменный властелин» В. С. Губаренко, 1970), М. О. Мурдмаа в Таллине («Иоанна Тентата»Э. М. Тамберга, 1971), Г. Д. Алексидзе в Тбилиси, Н. Н. Боярчикова в Перми, М. С. Мартиросяна в Ереване, Г. А. Майорова в Киеве, И. А. Чернышева в Одессе, В. Н. Елизарьева в Минске. Примечателен вновь возродившийся интерес к шекспировской тематике. Балет «Ромео и Джульетта» Прокофьева обрёл новую жизнь в театрах Новосибирска, Перми, Киева, Таллина. Несколько балетмейстеров обратились к сюжету «Гамлета»: балеты поставили Н. А. Долгушин (под названием «Размышление», на музыку Чайковского, Ленинградский Малый театр оперы и балета, 1970), (Сергеев (композитор Н. П. Червинский, Ленинградский театр оперы и балета им. Кирова, 1971), В. М. Чабукиани (композитор Р. К. Габичвадзе, Грузинский театр оперы и балета им. З. П. Палиашвили, 1971), М. М. Мнацаканян (на музыку Д. Д. Шостаковича, Петрозаводский музыкальный театр, 1971). В 60—70-х гг. популярность приобрели артисты: И. А. Колпакова, Е. С. Максимова, Н. И. Бессмертнова, Н. В. Тимофеева, А. И. Сизова, А. Е. Осипенко, Н. А. Кургапкина, Г. Т. Комлева, В. В. Васильев, М. Э. Лиспа, М. Л. Лавровский, Ю. В. Соловьев, Ю. К. Владимиров, Н. А. Долгушин, В. В. Тихонов, А. Б. Годунов, В. М. Гордеев, В. Ш. Галстян, В. П. Ковтун, М. А. Сабирова, Х. А. Пуур, Т. Рандвийр, Б. Р. Кариева, В. Ф. Калиновская, И. В. Меновщикова, Л. В. Гершунова, Н. В. Павлова, Л. И. Семеняка и др.
         Балетные коллективы часто выезжают за рубеж, утверждая мировую славу советского хореографического искусства; хореографы осуществили ряд постановок в социалистических странах, во Франции, Швеции, Австрии, Финляндии и др. Советские специалисты явились организаторами хореографических училищ в Японии, на Кубе, в АРЕ, Алжире и многих других странах. С 1969 в Москве проводится Международный конкурс артистов балета. Молодые артисты советского балета не раз завоёвывали первые места на конкурсах в Болгарии (Варна), Японии и других странах.
         В СССР (1975) 42 театра оперы и балета; балеты ставятся также в музыкальных театрах, иногда в театрах оперетты и музыкальной комедии. Работают 17 хореографических училищ. См. Балет, а также раздел Танец, Балет в статьях о союзных республиках и раздел Музыка в статьях об автономных республиках.
         Е. Я. Суриц.
        
         Драматический театр
         Многонациональный советский театр отличает разнообразие направлений, форм и жанров, развивающихся в едином русле метода социалистического реализма. При этом он плодотворно использует традиции народного творчества, классическое наследие прошлого, опыт современного сценического искусства всех народов СССР и братских социалистических стран, достижения прогрессивной зарубежной театральной культуры.
         Истоки театра у народов СССР относятся к разным векам и историческим эпохам. Они восходят к играм, обрядам, имеющим культовый или трудовой характер. Существовали также народные театры (скоморохов у славян, берикаоба в Грузии, кызыкчи и масхарабозов у узбеков и таджиков). В древние времена возник профессиональный театр у грузин, свыше 2 тыс. лет существует театр у армян. Но иноземные нашествия прерывали развитие этих национальных культур. В 17—18 вв. у русских, армян, украинцев, грузин и других народов в духовных семинариях появился школьный театр; были созданы придворные театры в России, Грузии. С первых десятилетий 18 в. в городах формировались любительские коллективы. Из них особую известность получила ярославская труппа Ф. Г. Волкова, лучшие актёры которой вошли в состав первого постоянного профессионального общедоступного русского театра в Петербурге (1756). Репертуар состоял главным образом из пьес основоположника русской классицистской драмы А. П. Сумарокова. С 1757 на основе театра, созданного при Московском университете, стала складываться московская профессиональная труппа. В конце 18 — начале 19 вв. получили распространение крепостные театры (Россия, Украина, Белоруссия, Грузия).
         До начала 19 в. труппы, как правило, не имели чёткого жанрового деления: одни и те же актёры играли в драмах и операх (преимущественно комических), иногда танцевали в балетах. Затем произошло постепенное разделение трупп на драматические и оперно-балетные. С 1824 московская драматическая труппа давала спектакли в доме купца Варгина и, в отличие от Большого театра (новое здание построено в 1824), этот театр стал именоваться Малым. В Петербурге для драматической труппы в 1832 был сооружен Александрийский театр. Согласно официально узаконенной в 1856 монополии императорских театров, частные театры открывать в обеих столицах запрещалось. В провинции антрепренёры частных театров обычно главное внимание уделяли коммерческой стороне дела. В целях привлечения публики они подчас ставили по 5—6 новых спектаклей в неделю, не заботясь об их художественном качестве. Основное место в репертуаре императорских театров, как и театров провинции, занимали пьесы официозного содержания, мелодрамы, построенные на внешних эффектах, легковесные водевили. Против такого репертуара выступала передовая критика. На театр оказывали активное влияние просветит. и революционные круги: Н. И. Новиков и его окружение, декабристы, позже А. И. Герцен, В. Г. Белинский и др. Вопросы реалистической театральной эстетики разрабатывали А. С. Пушкин, Н. В. Гоголь, революционно-демократическая критика, возглавляемая Н. Г. Чернышевским и Н. А. Добролюбовым. Статьи о театре писали Н. А. Некрасов, М. Е. Салтыков-Щедрин, И. А. Гончаров и др. Преодолевая сопротивление цензуры и реакционно-бюрократических кругов, театры включали в репертуар прогрессивную русскую драматургию (пьесы Д. И. Фонвизина, А. С. Грибоедова, Гоголя, А. Н. Островского, А. К. Толстого, Л. Н. Толстого и др.), сыгравшую определяющую роль в формировании и развитии русского сценического реализма, западную классику (произведения У. Шекспира, Ф. Шиллера, Г. Э. Лессинга, Мольера, Лопе де Веги).
         Выступая в водевилях и мелодрамах, крупные актёры обогащали образы, создавали социально значительные характеры. В лучших произведениях русской драматургии освещались проблемы истории и современности. В «Борисе Годунове» (1825, пьеса была запрещена для представления до 1866) Пушкин впервые показал народ как главную движущую силу истории. В «Горе от ума» Грибоедова (1824), в комедиях Гоголя («Ревизор», 1836, и др.) резкой критике был подвергнут самодержавно-крепостнический строй. С 1850-х гг. начали ставиться пьесы Островского, открывшие новый этап в развитии русского театра. В них были выведены почти все слои русского общества, но основное внимание уделялось купечеству, мещанству. В пьесах Островского действовали герои, отстаивавшие своё человеческое достоинство, противостоявшие обществу, построенному на насилии, эксплуатации. Русский театр, располагая сильной драматургией, утверждался как реалистический, отражавший жизнь в типических характерах. Ему были присущи также революционная романтика, стремление видеть жизнь в развитии, в борьбе против реакционных сил.
         Крупнейшими актёрами 1-й половины 19 в. были М. С. Щепкин и П. С. Мочалов в Москве и А. Е. Мартынов в Петербурге. Щепкин, добиваясь широких сатирических обобщений, создавал образы, обличающие крепостничество и произвол (Фамусов — «Горе от ума» Грибоедова, Городничий — «Ревизор» Гоголя). При изображении простых, честных людей он поднимался до настоящей патетики. Деятельность Щепкина утвердила критический реализм в русском театре. Герои Мочалова отстаивали великие идеи свободы («Гамлет» Шекспира и др.). Мартынов воплощал глубоко человечные образы «маленьких людей» своего времени (роли мелких чиновников, ремесленников, торговцев в водевилях, Тихон в «Грозе» Островского). Традиции лучших русских актёров получили развитие во 2-й половине 19 в. Образы купцов-самодуров в пьесах Островского создавал П. М. Садовский, игравший также роли людей, ставших жертвами социального уклада жизни, но верящих в добро и справедливость (Любим Торцов — «Бедность не порок»). Целиком сливаясь с образом, добиваясь умения «жить в роли», Садовский вслед за Островским основное внимание обращал на речевые характеристики персонажей. Традиции П. М. Садовского были продолжены его сыном М. П. Садовским и другими членами этой артистические семьи — О. О. Садовской, П. М. Садовским. Героини М. Н. Ермоловой (в пьесах Лопе де Веги, Шиллера, Островского) несли веру в победу добра над злом, горячо отстаивали высокие жизненные принципы. Романтической наполненностью отличалась игра А. И. Южина. Замечательной исполнительницей классического репертуара была М. Г. Савина (пьесы Гоголя, Островского, Тургенева), пользовавшаяся также большим успехом в салонных пьесах современных ей драматургов (галерея сатирических портретов светских дам). Образы простых русских женщин, пытающихся отстаивать своё право на любовь, но сломленных жизнью, создавала П. А. Стрепетова (Катерина — «Гроза» Островского, Лизавета — «Горькая судьбина» А. Ф. Писемского). К. А. Варламов и В. Н. Давыдов раскрывали богатство жизни в её трагическом и смешном, трогательном и жестоком. В искусстве В. Ф. Комиссаржевской, проникнутом поисками нравственного идеала, активным утверждением человеческого достоинства женщины, отразились настроения предреволюционных лет. В 1904—10 в созданном ею в Петербурге театре ставилась передовая современная драматургия (М. Горький, А. П. Чехов, Г. Ибсен и др.).
         Несмотря на то, что в конце 19 — начале 20 вв. в театре работали замечательные художники, в целом сценическое искусство переживало кризис. В то время, когда в общественной жизни происходили значительные изменения, назревала революционная ситуация, на сцене господствовал развлекательный репертуар, ставились далёкие от проблем современности пьесы; художественно-постановочный уровень спектаклей был невысок. Отдельные попытки реформировать театральное искусство (например, деятельность актёра и режиссёра московского Малого театра А. П. Ленского) не встречали поддержки чиновничье-бюрократического театрального руководства.
         В этих условиях особенно большую роль сыграл открытый в 1898 Московский Художественный Театр (МХТ, см. Московский Художественный академический театр), возглавлявшийся К. С. Станиславским и В. И. Немировичем-Данченко. Используя достижения мирового, в том числе русского театра, МХТ утверждал искусство нового типа. В театре складывался подлинный ансамбль всех участников спектакля, утверждались новые принципы режиссуры, актерской игры. Режиссер становился идейным и художественным руководителем труппы. МХТ сделался центром, объединявшим демократическую интеллигенцию. В его репертуаре определяющее значение приобрели пьесы А. П. Чехова и М. Горького. В чеховских спектаклях звучала тема тоски по лучшей жизни, невозможность примириться с мещанским укладом, мечта о счастливом будущем. Постановки горьковских пьес были проникнуты протестом против мира, построенного на эксплуатации человека человеком, утверждали мысль, что хозяином жизни должен стать тот, кто трудится. В МХТ Станиславский разработал систему актёрской игры и режиссуры (см. Станиславского система). Решительно выступая против художественного дилетантизма, Станиславский особое внимание обращал на воспитание актёра-гражданина. Высшей формой сценического творчества он считал искусство переживания, при котором игра актёров сводится не к демонстрации законченного результата, а к созданию заново на каждом спектакле живого органического процесса по заранее продуманной логике жизни образа. В то же время Московский Камерный театр, основан в 1914 А. Я. Таировым, утверждал примат актёра-мастера, выступал против бытового и психологического театра, подчинения его литературе. Противоречивый характер носила деятельность В. Э. Мейерхольда (постановки в театре В. Ф. Комиссаржевской, Александрийском театре в Петербурге, и др.), связанная с поэтикой символизма, стилизацией, но намечавшая новые пути сценической выразительности.
         В начале 19 в. возникли профессиональные театры на Украине (к концу века имелось уже несколько передвижных трупп). В 1850 был создан профессиональный грузинский театр, в 1860—1870-е гг. — армянский и латышский, в 1870-е гг. — эстонский и азербайджанский, в начале 20 в.— белорусский и татарский. Развитие театрального искусства было обусловлено ростом национальной драматургии. И. К. Карпенко-Карый (Тобилевич), М. Л. Кропивницкий, М. П. Старицкий — на Украине, Г. Д. Эристави, А. А. Цагарели — в Грузии, Г. М. Сундукян и М. Ф. Ахундов — в Армении и Азербайджане, В. И. Дунин-Марцинкевич — в Белоруссии заложили основы реалистического направления в национальной сценической культуре. Развитие драматургии в начале 20 в. связано с творчеством писателей — И. Я. Франко и Леси Украинки (Украина), Дж. Мамедкулизаде, Н. Везирова, А. Ахвердова (Азербайджан), А. Ширванзаде (Армения) и др. На формирование театрального искусства народов России плодотворное воздействие оказали традиции русского реалистического искусства. Организаторы и участники первых трупп (актёрских товариществ) выходили обычно из среды прогрессивной интеллигенции. Протест против общественного неравенства, обличение буржуазного строя ярко выражены в творчестве выдающихся актёров — армянского трагика П. Адамяна, основоположника романтического направления на грузинской сцене В. Алекси-Месхишвили, украинские актрисы М. Заньковецкой, претворявшей принципы народного национального искусства, актёров-реалистов Г. Чмышкяна в Армении, Д. Зейналова в Азербайджане, П. Саксаганского и М. Кропивницкого на Украине, А. Алунана в Латвии, Т. Альтермана в Эстонии.
         Развитие сценической культуры народов России протекало в обстановке острой борьбы искусства господствующего класса и искусства демократического. Гнёт царской администрации и реакционной буржуазии не мог заглушить демократических и социалистических устремлений и в годы тяжёлого творческого кризиса, наступившего после поражения Революции 1905—07, передовые деятели национальной культуры стремились выражать в искусстве освободит. идеи.
         Советский театр. Октябрьская революция 1917 открыла новый этап в развитии театрального искусства народов СССР. Развиваясь на основе метода социалистического реализма (См. Социалистический реализм), советский театр продолжил лучшие традиции дореволюционного реалистического искусства. 9(22) ноября 1917 Декретом СНК театры были переданы в ведение отдела искусств Государственной комиссии по просвещению (впоследствии Народный комиссариат просвещения). В Декрете определялось значение театрального искусства как одного из важнейших факторов коммунистического воспитания и просвещения народа. В театр пришли новые зрители: рабочие, крестьяне, красноармейцы. Целые коллективы и отдельные крупнейшие актёры выезжали в рабочие клубы, в деревни, на фронты Гражданской войны. 26 августа 1919 В. И. Ленин подписал Декрет СНК об объединении театрального дела, провозгласивший национализацию театров. Старейшие театры были выделены в группу академических (Малый театр, МХАТ, б. Александрийский театр — ныне Ленинградский академический театр драмы им. Пушкина, и др.). Они подчинялись непосредственно народному комиссару просвещения и пользовались обширными художественными правами. В условиях труднейшего экономического и политического положения страны создавались новые театры: в Москве — Театр РСФСР 1-й (1920, позднее театр им. Вс. Мейерхольда), 3-я студия МХТ (1921, впоследствии Театр им. Евг. Вахтангова), Театр Революции (1922, ныне Театр им. Вл. Маяковского), Театр им. МГСПС (1923, ныне Театр им. Моссовета); в Петрограде — Большой драматический театр (1919); в Одессе — передвижной театр «Красный факел» (1920; с 1932 — в Новосибирске) и др. Были открыты театры для детей — Детский театр им. Моссовета (Москва, 1918), Московский театр для детей (1921, ныне Центральный детский театр), Театр юных зрителей в Петрограде (1922, ныне Ленинградский театр юных зрителей) и др.
         Вовлечение в строительство новой жизни широких масс трудящихся вызвало раскрытие талантов народов, расцвет самодеятельного искусства, на основе которого возникали и профессиональные театры. В первые годы после установления Советской власти на Украине, в Грузии, Армении, Азербайджане, Татарии были объединены и укреплены профессиональные труппы, театры приняты на государственный бюджет, получили постоянные помещения. В 1919 создан Киевский драматический театр им. Т. Шевченко. В 1920 основаны Белорусский государственного театра Минске (ныне им. Я. Купалы), украинский театр им. И. Франко в Виннице (затем переведён в Киев), Азербайджанский драматический театр в Баку (ныне им. М. Азизбекова), в 1921 — Армянский драматический театр в Ереване (ныне им. Г. Сундукяна) и Грузинский театр им. Ш. Руставели в Тбилиси, в 1922 — украинский театр «Березiль» в Киеве (ныне Харьковский театр им. Т. Шевченко) и театр им. Заньковецкой там же (ныне во Львове). В 20-х гг. были заложены основы театрального искусства у народов, не имевших прежде профессионального театра. Кружки художественной самодеятельности послужили базой для создания узбекского (в 1919, ныне Театр им. Хамзы, Ташкент), казахского (в 1925 в Кзыл-Орде, с 1928 в Алма-Ате, ныне Театр им. Ауэзова) и других театров.
         В Москве, Петрограде, Воронеже, Иркутске и других городах ставились массовые театрализованные зрелища (см. Театрализованные праздники). В развитии агитационного театра определённую роль сыграли коллективы, входившие в систему Пролеткульта. Вопреки ошибочным взглядам его руководителей (недооценка значения культурного наследия, эпигонское использование приёмов футуризма и символизма и т.д.), во многих коллективах формировались элементы нового революционного театра. С опытом массового агиттеатра первых лет Советской власти связано возникновение в 20-х гг. коллективов «Синяя блуза», театров рабочей молодёжи (См. Театр рабочей молодёжи) (ТРАМов). В конце 20 — начале 30-х гг. начали работать театры Красной Армии, колхозно-совхозные театры. Возросло число театров для детей, театров кукол (в 1936 было около 150 дет. театров, в том числе и кукольных).
         Коммунистическая партия уделяла большое внимание театру как проводнику коммунистических идей. 12-й съезд РКП(б) (1923) указал на необходимость «...усилить работу по созданию и подбору соответствующего революционного репертуара, используя при этом в первую очередь героические моменты борьбы рабочего класса» («КПСС в резолюциях...», 8 изд., т. 2, 1970, с. 466). Становление нового в искусстве театра проходило в условиях творческого соревнования различных течений. В резолюции ЦК РКП(б) «О политике партии в области художественной литературы» (1925) подчёркивалась важность такого соревнования и вместе с тем говорилось о необходимости решительного преодоления буржуазных влияний, вульгарно-социологических и пролеткультовских тенденций. В середине и конца 20-х гг. отчётливо определился подъём советской драматургии (пьесы К. А. Тренева, В. Н. Билль-Белоцерковского, В. В. Маяковского, Вс. Иванова, Б. А. Лавренева, В. В. Вишневского и др.), ставшей основой роста театрального искусства.
         Большое значение имела деятельность Е. Б. Вахтангова, возглавившего в 1919 Театральную секцию (ТЕО) Наркомпроса. Ученик и последователь Станиславского, руководитель 3-й студии МХТ, он выступал за народность искусства, утверждал идею ответственности художника перед народом, творящим революцию. Его спектакль «Чудо святого Антония» М. Метерлинка (2-я редакция 1921) был направлен против пошлости мещанского мира, утверждал высокое чувство любви к простым людям. Программным для будущего Театра им. Вахтангова стал спектакль «Принцесса Турандот» К. Гоцци (1922) — остросовременный по своему оптимистическому звучанию, открыто театральный, полный ярких красок. С середины 20-х гг. Театр им. Вахтангова стал уделять основное внимание созданию современных сценических образов — «Виринея» Л. Н. Сейфуллиной и В. П. Правдухина (1925), «Разлом» Лавренева (1927) (режиссёр обоих спектаклей А. Д. Попов), «Барсуки» Л. М. Леонова (1927).
         Новый характер стало приобретать искусство Мейерхольда. Режиссёр активно участвовал в строительстве советского театра, ярко зрелищного, политически острого, агитационного. Пропагандируя идеи революции, он поставил в своём театре публицистически острые спектакли: «Зори» Э. Верхарна (1920), «Мистерию-Буфф» Маяковского (1918, 1921). Затем, продолжая тесное сотрудничество с Маяковским, осуществил постановки его пьес «Клоп» (1929) и «Баня» (1930), резко осудивших мещанство, бюрократизм, политическое приспособленчество.
         Героический подъём масс, типические образы современников были воссозданы в ярко публицистических спектаклях Театра им. МГСПС: «Шторм» Билль-Белоцерковского (1925), «Мятеж» Д. А. Фурманова и Д. Поливанова (1927) (режиссёр обоих спектаклей Е. О. Любимов-Ланской). Воздействие революционной действительности сказалось на творчестве МХАТа, Малого театра. Наряду со спектаклями, глубоко и многогранно раскрывавшими идейную сущность и художественные особенности произведений классической драматургии («Горячее сердце» Островского, 1926, и «Женитьба Фигаро» П. Бомарше, 1927, МХАТ; «Растеряева улица» по Г. И. Успенскому, 1929, Малый театр), ими были созданы выдающиеся постановки пьес советских авторов. Стремясь к философски обобщённому, психологически углублённому раскрытию образов, МХАТ создал проникнутые революционной героикой реалистические спектакли, посвященные историческому прошлому и Гражданской войне, — «Пугачёвщина» Тренева (1925, режиссёр Немирович-Данченко), «Бронепоезд 14-69» Иванова (1927, руководитель Станиславский, режиссёр И. Я. Судаков). Сплотив вокруг себя молодых авторов, театр поставил также пьесы М. А. Булгакова («Дни Турбиных», 1926), В. П. Катаева («Квадратура круга», 1928), Л. М. Леонова («Унтиловск», 1928) и др. Развивая свои традиции, неразрывно связанные с героико-романтической устремлённостью, Малый театр поставил пьесы, показавшие торжество идей социалистической революции в условиях вооружённой борьбы за Советскую власть и в годы мирного строительства, — «Любовь Яровая» Тренева (1926), «Огненный мост» Б. С. Ромашова (1929). Московский Камерный театр ставил произведения, далёкие от современной жизни («Саломея» О. Уайльда, «Принцесса Брамбилла» Э. Т. А. Гофмана). Театром были созданы и выдающиеся трагедийные спектакли с участием актрисы А. Г. Коонен («Адриенна Лекуврер» Э. Скриба, 1919, «Федра» Ж. Расина, 1921, и др.). Событием театральной жизни стала постановка Таировым «Оптимистической трагедии» Вишневского (1933), утверждавшая революционный героизм.
         Значительные спектакли были поставлены и в других республиках: «97» М. Кулиша (1924, украинский Театр им. Франко), «Любовь Яровая» Тренева (1927, армянский Театр им. Сундукяна), «Мятеж» Фурманова и Поливанова (1928, украинский Театр им. Франко), «Разлом» Лавренева (1928, грузинский Театр им. Руставели). В конце 20 — начале 30-х гг. были созданы постоянные русские театры почти во всех столицах союзных республик, организованы новые театры в городах РСФСР (Владивосток, Ростов-на-Дону и др.) и других республик. В 1926 в Витебске открылся Белорусский театр (ныне Театр им. Коласа), в 1928 — Грузинский театр в Кутаиси (ныне Театр им. Марджанишвили в Тбилиси). В 1929 основаны Таджикский драматический театр в Душанбе (ныне Театр драмы им. Лахути), Туркменский театр драмы в Ашхабаде (ныне Театр им. Молланепеса), в 1941 Киргизский драматический театр. Начали работать театры народов автономных республик РСФСР (осетинский, коми, якутский, бурятский, кабардино-балкарский и др.). Становлению театральной культуры у народов, не имевших в прошлом сценического искусства, способствовала творческая помощь других народов и, прежде всего русского.
         Постановление ЦК ВКП(б) от 23 апреля 1932 «О перестройке литературно-художественных организаций» содействовало дальнейшему расширению творческого соревнования, направленного на подъём реалистического сценического искусства. Началась теоретическая разработка проблем, связанных с методом социалистического реализма. Выдающиеся произведения советской драматургии конца 20 — начала 40-х гг. определили развитие театрального искусства республик, утвердили принципы реализма и народности в сценическом искусстве (пьесы Н. Ф. Погодина, Леонова, К. М. Симонова, А. Н. Афиногенова, А. Е. Корнейчука, И. Кочерги, М. Кулиша, К. Крапивы, Я. Колоса, Д. Джабарлы, М. Ауэзова, К. Яшена и др.). Гражданская война, жизнь страны, строительство социалистического общества нашли отражение во многих спектаклях. Были поставлены: «Гибель эскадры» Корнейчука (1933, украинский Театр им. Франко; 1934, украинский Театр им. Шевченко, Центральный театр Красной Армии), «Интервенция» Л. И. Славина (1933, Театр им. Вахтангова), «В кольце» В. Б. Вагаршяна (1930, армянский Театр им. Сундукяна), «Два коммуниста» Яшена (1930, 2-й вариант — «Разгром», 1934, узбекский Театр им. Хамзы), «Ночные раскаты» Ауэзова (1935, Казахский театр драмы), «Арсен» Шаншиашвили (1936, грузинский Театр им. Руставели), «Партизаны» Крапивы (1938, белорусский Театр им. Купалы), «Краснопалочники» Улугзода (1941, таджикский Театр драмы им. Лахути). Социалистическая перестройка деревни показана в постановках «Хлеб» В. М. Киршона (1931, МХАТ), «После бала» Погодина (1934, Московский театр Революции), «Алмас» Джабарлы (1931, азербайджанский Театр им. Азизбекова), «Честь и любовь» Яшена (1936, узбекский Театр им. Хамзы). Тема социалистической индустриализации отразилась в постановках пьес «Темп» (1930, Театр им. Вахтангова), «Поэма о топоре» и «Мой друг» (1931 и 1932, обе в Московском театре Революции) Погодина. Формированию мировоззрения советской интеллигенции, её идейному росту посвящены спектакли: «Страх» Афиногенова (1931, Ленинградский академический театр драмы, МХАТ), «Платон Кречет» Корнейчука (1934, украинский Театр им. Франко; 1935, МХАТ), «Скутаревский» Леонова (1934, Малый театр, Центральный театр Красной Армии). Образ нового героя раскрывался в постановках: «Слава» В. М. Гусева (1936, Малый театр), «Парень из нашего города» Симонова (1941, Московский театр им. Ленинского комсомола). Проблемы современности получили также отражение в постановках: «Девушки нашей страны» И. Микитенко (1932, украинский Театр им. Франко), «Яшар» Джабарлы (1932, азербайджанский Театр им. Азизбекова). Получил развитие комедийно-сатирический жанр: «В степях Украины» Корнейчука (1940, украинский Театр им. Франко; 1941, Малый театр), «Чужой ребёнок» В. В. Шкваркина (1933, Московский театр Сатиры, Ленинградский театр Комедии), «Свадьба колхозника» П. Какабадзе (1938, грузинский Театр им. Марджанишвили), «Кто смеется последним» Крапивы (1939, белорусский Театр им. Купалы) и др. Наряду с тематическим богатством в драматургии и театре утверждалось разнообразие жанровых форм. Ставились эпико-героические пьесы, психологические бытовые драмы, комедии — публицистически заострённые, сатирические, лирические и др.
         Выдающимся достижением советского театра стало воплощение образа В. И. Ленина: «Человек с ружьем» Погодина (1937, Театр им. Вахтангова, в роли Ленина — Б. В. Щукин; Воронежский театр; 1938, белорусский Театр им. Коласа), «Правда» Корнейчука (1937, Московский театр Революции, в роли Ленина — М. М. Штраух; Театр им. Франко) и др. Среди первых исполнителей роли Ленина: А. М. Бучма и М. М. Крушельницкий (Украина), П. С. Молчанов (Белоруссия), В. Б. Вагаршян (Армения).
         Глубокое воздействие на развитие советского театра оказали идейно-художественные принципы основоположника социалистической литературы М. Горького. К выдающимся горьковским спектаклям 30—40-х гг. принадлежат: «Егор Булычев и другие» (1932, Театр им. Вахтангова; 1933, армянский Театр им. Сундукяна), «Враги» (1935, МХАТ), «Мещане» (1935, Центральный театр Красной Армии), «Дачники» (1939, Ленинградский Большой драматический театр им. Горького), «Варвары» (1941, Малый театр; 1943, Горьковский театр), а также «На дне» (1932, Ленинаканский театр), «Последние» (1937, украинский Театр им. Франко, белорусский Театр им. Купалы) и др. Сочетание глубокой психологической правды с острой социальной характеристикой, искусство типизации, раскрытие социально-философской сущности образов, отличавшие лучшие горьковские спектакли, способствовали утверждению метода социалистического реализма, росту режиссёрского и актёрского мастерства.
         Развитие принципов социалистической эстетики и их практическое претворение в работе театров плодотворно сказалось в 30-е гг. в творчестве актёров разных поколений. Во МХАТе наряду с такими мастерами, как О. Л. Книппер-Чехова, В. И. Качалов, Л. М. Леонидов, И. М. Москвин, М. М. Тарханов выросло второе поколение артистов — О. Н. Андровская, А. Н. Грибов, Б. Г. Добронравов, К. Н. Еланская, Б. Н. Ливанов, В. А. Орлов, А. О. Степанова, А. К. Тарасова, В. О. Топорков, Н. П. Хмелев, М. М. Яншин и др. В Малом театре представители старшего поколения — М. М. Климов, С. Л. Кузнецов, В. О. Массалитинова, А. А. Остужев, В. Н. Рыжова, Е. Д. Турчанинова, П. М. Садовский, А. А. Яблочкина — сотрудничали с актёрами, чьё дарование в полную силу раскрылось уже в советское время, — Н. А. Анненковым, Е. Н. Гоголевой, В. Н. Пашенной и др. В 30-е гг. в труппу вступили М. И. Жаров, А. И. Зражевский, К. А. Зубов, И. В. Ильинский, Н. М. Радин, М. И. Царёв, Е. М. Шатрова. Коллектив Ленинградского академического театра драмы, в котором работали крупнейшие мастера — Е. П. Корчагина-Александровская, В. А. Мичурина-Самойлова, И. Н. Певцов, Ю. М. Юрьев, пополнился талантливыми представителями более молодого поколения (Б. А. Бабочкин, А. Ф. Борисов, Н. К. Симонов, Н. К. Черкасов и др.).
         В 30-е гг. советский театр, всесторонне развиваясь, всё активнее утверждался на позициях социалистического реализма. Глубокий психологизм спектаклей МХАТа соседствовал с блестящими бытовыми постановками Малого театра. Шли спектакли, отличавшиеся яркой театральной условностью (например, «Укрощение строптивой» Шекспира, Центральный театр Красной Армии, 1937). Все работы советского театра были отмечены стремлением к социальной типизации, раскрытию идейного содержания образа. Это сказалось в творчестве мастеров русской сцены — М. Ф. Астангова, М. И. Бабановой, Ю. С. Глизер, А. И. Горюнова, Б. Ф. Ильина, А. Г. Коонен, А. Г. Крамова, Ц. Л. Мансуровой, В. П. Марецкой, С. А. Мартинсона, Н. Д. Мордвинова, С. М. Муратова, Д. Н. Орлова, Р. Я. Плятта, А. В. Полякова, М. Ф. Романова, С. Д. Ромоданова, И. А. Слонова, М. А. Токаревой, А. Д. Чудиновой, Б. В. Щукина и мн. др. Глубокая эмоциональность, поэтическая проникновенность, характерные для украинской актёрской школы, с новой силой проявились в искусстве А. М. Бучмы, И. А. Марьяненко, Н. М. Ужвий, Ю. В. Шумского, Г. П. Юры. Лучшие демократические традиции реализма белорусской сцены были развиты Г. П. Глебовым, И. Ф. Жданович, А. К. Ильинским, П. С. Молчановым, Б. В. Платоновым. Героико-романтической патетикой проникнуты образы грузинских актёров В. И. Анджапаридзе, А. А. Хоравы, А. А. Васадзе, В. А. Годзиашвили, С. А. Закариадзе. Многогранностью психологической характеристики, пластической выразительностью было отмечено искусство мастеров армянской сцены — А. М. Аветисяна, Асмик, В. Б. Вагаршяна, А. Т. Восканян, Г. Д. Джанибекяна, Р. Н. Нерсесяна, В. К. Папазяна. Романтическая и реалистическая образность национального театра развивали в Азербайджане Ульви Раджаб, А. Шарифзаде, М. Алиев, М. Давудова. Высокий уровень сценической культуры, достигнутый театральным искусством, получил выражение в творчестве крупнейших актёров Узбекистана — А. Хидоятова, С. Ишантураевой, Ш.Бурханова, А.Ходжаева; Туркменистана — А. Кульмамедова, С. Мурадовой, А.Дурдыева, Б. Аманова; Казахстана — К. Куанышпаева, С. Кожамкулова, Ш. Айманова, Х. Букеевой; Таджикистана — А. Бурханова, М. Касымова; Киргизии — М. Рыскулова, Б. Кадыкеевой.
         Идейная глубина, художественная зрелость советского театра, многообразие его форм и решений неразрывно связаны с достижениями режиссёрского искусства, представленного творчеством Станиславского и Немировича-Данченко, Мейерхольда, Таирова, Любимова-Ланского, Попова, Ю. А. Завадского, Н. В. Петрова, А. М. Лобанова, Ф. Н. Каверина, С. М. Михоэлса, Р. Н. Симонова, А. Д. Дикого, И. Н. Берсенева, Н. П. Охлопкова, Н. П. Акимова и др. Различные искания находили глубокое оригинальное преломление в спектаклях К. А. Марджанишвили, в проникнутых духом романтики темпераментных постановках С. Ахметели в Грузии, в экспериментальных работах Л. Курбаса, в яркой реалистической образности спектаклей Г. П. Юры на Украине. Развитие театральной культуры 30-х гг. определили также постановки украинского режиссёра М. М. Крушельницкого, армянского режиссёра В. М. Аджемяна, белорусская режиссёра Е. А. Мировича и др.
         Принципы социалистического реализма нашли выражение и в постановках произведений классической драматургии. Выдающимися образцами раскрытия классики стали спектакли «Воскресение» (1930), «Анна Каренина» (1937) по Л. Н. Толстому и «Три сестры» Чехова (1940), осуществленные во МХАТе Немировичем-Данченко, «Отелло» Шекспира в Малом театре (1935, в главной роли Остужев). Русская, а также западноевропейская классика имела большое значение для театров всех народов СССР. В работе над нею театры овладевали богатым опытом мирового искусства. Новое, социально углублённое истолкование получила на сценах театров СССР драматургия Островского: «Гроза» (1935, армянский Театр им. Сундукяна; 1938, украинский Театр им. Шевченко), «На всякого мудреца довольно простоты» (1935, Малый театр), «Лес» (1937, Малый театр),«Без вины виноватые» (1938, грузинский Театр им. Руставели), «Последняя жертва» (1939, украинский Театр им. Франко), «Правда — хорошо, а счастье лучше», «Волки и овцы» (оба в 1941, Малый театр). Среди постановок классической драматургии: пьесы Шекспира — «Отелло» (в театрах Армении, Грузии, Узбекистана, Таджикистана, Туркменистана и других союзных, а также автономных республик), «Много шума из ничего» (1936, Театр им. Вахтангова; 1940, Театр им. Франке), «Гамлет» (1935, Театр им. Хамзы), «Король Лир» (1935, Государственный еврейский театр), «Ромео и Джульетта» (1935, Московский театр Революции), «Как вам это понравится» (1940, Московский театр им. Ермоловой); «Разбойники» Шиллера (1933, грузинский Театр им. Руставели), «Уриэль Акоста» Гуцкова (1940, Малый театр), «Тартюф» Мольера (1939, МХАТ), «Школа злословия» Шеридана (1940, МХАТ), «Собака на сене» Лопе де Веги (1937, Московский театр Революции), «Трактирщица» Гольдони (1940, Театр им. Моссовета), «Мадам Бовари» по Г. Флоберу (1940, Камерный театр, в главной роли А. Г. Коонен). Современным прочтением классической драматургии отмечены также постановки: «Овечий источник» Лопе де Веги (1922, грузинский Театр им. Руставели, режиссёр К. А. Марджанишвили), «Гайдамаки» по Шевченко (1924, украинский Театр им. Шевченко, режиссёр Л.Курбас). Новое раскрытие получила и классическая драматургия народов СССР: «Украденное счастье» Франке (1940, украинский Театр им. Франке), «Из-за чести» А. М. Ширванзаде (1939, армянский Театр им. Сундукяна), «Бай и батрак» Хамзы (1939, узбекский Театр им. Хамзы) и др. С 1936 в Москве систематически проходили Декады искусства и литературы народов СССР (см. Декады и дни искусства и литературы народов СССР, о других смотрах, конкурсах, фестивалях см. в ст. Театральный фестиваль).
         В 1939—40 количество театров СССР увеличилось, к ним присоединились театральные коллективы Западной Украины, Западной Белоруссии, Латвии, Литвы, Эстонии.
         Крупнейшие художественные коллективы достигли больших успехов, внесли значительный вклад в развитие многонационального советского театра: Латвийский театр драмы, Художественный театр Латвийской ССР (Рига), Эстонский театр драмы (Таллин) и театр «Ванемуйне» (Тарту), Театр драмы Литовской ССР (Вильнюс), Молдавский музыкально-драматический театр им. Пушкина (Кишинев) и др. Режиссура Э. Я. Смильгиса, А. Ф. Амтман-Бриедит (Латвия), Б. Ф. Даугуветиса (Литва), К. Ирда, А. М. Лаутера (Эстония), мастерство актёров А. Филипсона, Л. Берзинь, Я. Осиса, В. Лине (Латвия), А. Тальви, К. Карма (Эстония), К. Штирбул, Д. Дариенко (Молдавия) способствовали подъёму советской сценической культуры.
         В годы Великой Отечественной войны 1941—45 многонациональный советский театр направил творческие силы на борьбу против фашистских захватчиков. Были созданы Фронтовые театры и бригады, выступавшие со спектаклями и концертами в действующей армии. В постановках военного времени с особой силой проявились свойственные советскому театру героический пафос, патриотический дух, глубокая связь с народом: «Нашествие» Леонова (1943, Малый театр, Театр им. Моссовета, белорусский Театр им. Купалы), «Русские люди» Симонова (1943, МХАТ, армянский Театр им. Сундукяна, Свердловский и Ярославский театры), «Фронт» Корнейчука (1942—43, Малый театр, Театр им. Вахтангова, украинский Театр им. Франко, Ленинградский академический театр драмы им. Пушкина). героическая борьба на фронте, труд советских людей в тылу нашли отражение и в таких спектаклях, как: «Гвардия чести »Ауэзова и А. Абишева (Казахский театр драмы), «Монастырское ущелье» Вагаршяна (армянский Театр им. Сундукяна), «Махаббат» К. Ибрагимова (азербайджанский Театр им. Азизбекова) и др. В предвоенные годы и во время войны создавались спектакли о героическом прошлом страны: «Богдан Хмельницкий» Корнейчука (1939, украинский Театр им. Франко), «Страна родная» Д. М. Демирчяна (1940, армянский Театр им. Сундукяна), «Кеймир Кёр» Б. Аманова и К. Бурунова (1940, Туркменский театр драмы), «Муканна» Х. Алимджана (1943, узбекский Театр им. Хамзы).
         Во 2-й половине 40-х и в 50-е гг. продолжалась работа над спектаклями, посвященные современности. Однако в деятельности театров обозначились некоторые ошибочные тенденции, которым была дана критическая оценка в постановлении ЦК ВКП(б) от 26 августа 1946 «О репертуаре драматических театров и мерах по его улучшению». В постановлении отмечалось проникновение в репертуар слабых пьес, схематично рисовавших облик современника, а также идеологически чуждых буржуазных пьес и пьес псевдоисторических, искажённо, идеализированно показывавших прошлое. Подобным тенденциям противостояла героическая направленность лучших произведений театрального искусства этого времени. Образы участников Великой Отечественной войны были созданы в спектаклях: «Молодая гвардия» по А. А. Фадееву (1947, Московский театр драмы, ныне Театр им. Маяковского, армянский Театр им. Сундукяна, украинский Театр им. Франко, азербайджанский Театр им. Азизбекова), «За тех, кто в море!» Лавренева (1947, Малый театр), «Константин Заслонов» А. Мовзона (1947, белорусский Театр им. Купалы), «Начальник станции» И. О. Мосашвили (1947, грузинский Театр им. Руставели). Проблемам современности были посвящены постановки: «В одном городе» Софронова (1947, Театр им. Моссовета), «Макар Дубрава» (1948, Театр им. Вахтангова, украинский Театр им. Франко), «Крылья» (1954, Малый театр, украинский Театр им. Франко) Корнейчука. О советском человеке, его преданности Родине рассказывалось в спектаклях «Старые друзья» Л. А. Малюгина (1946, Московский театр им. Ермоловой), «Любовь на рассвете» Я. Галана (1952, украинский Театр им. Заньковецкой), «Шёлковое сюзане» А. Каххара (1952, узбекский Театр им. Хамзы), «Семья Алана» Г. Мухтарова (1946, Туркменский театр драмы), «Правда кузнеца Игнотаса» А. Гудайтиса-Гузявичюса (1950, Литовский театр драмы). Ставились комедии: «Калиновая роща» Корнейчука (1950, Малый театр), «Свадьба с приданым» Н. М. Дьяконова (1950, Московский театр Сатиры), «Поют жаворонки» Крапивы (1950, белорусский Театр им. Купалы), «Женихи» А. И. Токаева (1949, Североосетинский театр). Были поставлены исторические и историко-революционные пьесы: «Ярослав Мудрый» Кочерги (1947, украинский Театр им. Шевченко), «Абай» по Ауэзову (1949, Казах, театр), «Алишер Навои» Уйгуна и А. И. Султанова (1948, узбекский Театр им. Хамзы) и др. Большим достижением советского театра стали новые постановки пьес «Баня», «Клоп», «Мистерия-Буфф» Маяковского (1953, 1955, 1957, Московский театр Сатиры), «Оптимистическая трагедия» Вишневского (1955, Ленинградский академический театр драмы).
         Новым современным прочтением классики отмечены спектакли: «Дело» А. В. Сухово-Кобылина (1953, Ленинградский театр им. Ленсовета), «Тени» М. Е. Салтыкова-Щедрина (1955, Ленинградский театр им. Ленсовета), «Иванов» (1955, Московский драматический театр им. Пушкина; 1960, Малый театр), «Чайка» (1952, Новосибирский театр «Красный факел»), «Вишнёвый сад» (1951, армянский Театр им. Сундукяна, 1965, Центральный театр Советской Армии), «Три сестры» (1951, Художественный театр Латвийской ССР) Чехова, «Живой труп» (1950, Ленинградский театр драмы им. Пушкина, азербайджанский Театр им. Азизбекова), «Плоды просвещения» (1951, МХАТ) и «Власть тьмы» (1956, Малый театр) Л. Н. Толстого, «Маскарад» Лермонтова (1952, Московский театр им. Моссовета), «Царь Эдин» Софокла (1956, грузинский Театр им. Руставели), пьесы Шекспира — «Гамлет» (1954, Театр им. Маяковского), «Юлий Цезарь» (1958, узбекский Театр им. Хамзы), «Антоний и Клеопатра» (1955, эстонский Театр им. Кингисеппа), «Ричард III» (1957, грузинский Театр им. Марджанишвили).
         Стремлением к философски углублённому гуманистическому толкованию образа, к широким социально-ист. и социально-психологическим обобщениям отмечены постановки пьес Горького — «Враги» (1946, Литовский театр драмы), «Васса Железнова» (1952, Малый театр), «Мещане» (1951, Рязанский театр), «Егор Булычев и другие» (1952, украинский Театр им. Франко; 1953, Киргизский театр драмы), «На дне» (1956, Ленинградский академический театр драмы им. Пушкина), «Варвары» (1959, Ленинградский Большой драматический театр). Большое место в репертуаре заняли пьесы, воплощающие образы современника — строителя коммунизма, посвященные проблемам формирования характера советского человека, утверждающие высокие коммунистические морально-этические нормы. Эта тенденция ярко проявилась в разнообразных по жанрам и стилям спектаклях: «В добрый час!» В. С. Розова (1954, Центральный детский театр), «Золотая карета» Леонова (1957, МХАТ), «Иркутская история» А. Н. Арбузова (1959, Театр им. Вахтангова, 1960, Театр им. Маяковского, Ленинградский Большой драматический театр), «Стряпуха» Софронова (1959, Театр им. Вахтангова), «Всё остаётся людям» С. И. Алешина (1959, Ленинградский академический театр драмы им. Пушкина), «Моя старшая сестра» А. М. Володина (1961, Ленинградский Большой драматический театр). Образ В. И. Ленина воссоздан в спектаклях МХАТ (в роли Ленина — Б. А. Смирнов) — «Кремлёвские куранты» (1956, новая сценическая редакция), «Третья патетическая» (1958) Погодина; «Вечный источник» Д. И. Зорина (1957, Малый театр).
         Подъём театрального искусства народов СССР в 60—70-х гг. связан с важнейшими событиями в истории Советского государства — 50-летием Октябрьской революции 1917, 100-летием со дня рождения В. И. Ленина, 50-летием образования СССР. Были поставлены спектакли: «Океан» (1961, Театр им. Маяковского, Ленинградский Большой драматический театр) и «Между ливнями» (1964, Театр им. Маяковского) А. П. Штейна, «Совесть» по Д. Г. Павловой (1963, Театр им. Моссовета), «Материнское поле» по Ч. Айтматову (1964, Казах, театр драмы), «Чти отца своего» В. В. Лаврентьева (1964, МХАТ), «Шестое июля» М. Ф. Шатрова (1965, МХАТ), историко-революционная трилогия — «Декабристы» Л. Г. Зорина, «Народовольцы» А. П.Свободина и «Большевики» Шатрова (1967, Московский театр «Современник»), «Оптимистическая трагедия» Вишневского (1967, Малый театр), «Шторм» Билль-Белоцерковского (1967, Театр им. Моссовета), «Интервенция» Славина (1967, Московский театр Сатиры), «Миндаугас» Марцинкявичюса (1969, Литовский театр драмы), «Трибунал» А. Е. Макаёнка (1971, Белорусский Театр им. Купалы, Московский драматический театр на М. Бронной), «Человек со стороны» И. М. Дворецкого (1971, Московский драматический театр на М. Бронной, Ленинградский театр им. Ленсовета), «А зори здесь тихие...» Б. Л. Васильева (1971, Московский театр драмы и комедии на Таганке), «Птицы нашей молодости» И. Друцэ (1972, Малый театр, молдавский Театр им. Пушкина), «Сталевары» Г. К. Бокарёва (1972, МХАТ), «Заседание парткома» А. И. Гельмана (1975, МХАТ; «Протокол одного заседания», Ленинградский Большой драматический театр), «Погода на завтра» Шатрова (1975, Московский театр «Современник») и др.
         Осуществлены значительные постановки произведений классической драматургии: «Медея» Еврипида (1962, грузинский Театр им. Марджанишвили), «Царь Эдип» Софокла (1969, узбекский Театр им. Хамзы), «Женитьба Фигаро» Бомарше (1969, Московский театр Сатиры), пьесы Шекспира — «Макбет» (1961, литовский Паневежский театр), «Антоний и Клеопатра» (1962, азербайджанский Театр им. Азизбекова), «Кориолан» (1964, эстонский театр «Ванемуйне»), «Юлий Цезарь» (1973, грузинский Театр им. Руставели). С 60-х гг. на сцене советских театров широко ставятся пьесы Б. Брехта: «Мамаша Кураж и её дети» (1960, Театр им. Маяковского), «Карьера Артуро Уи» (1963, Ленинградский Большой драматический театр), «Добрый человек из Сезуана» (1964, Московский театр драмы и комедии на Таганке), «Кавказский меловой круг» (1975, грузинский Театр им. Руставели). В этот период создали свои лучшие работы режиссёры — Г. А. Товстоногов, Б. И. Равенских, В. Н. Плучек, О. Н. Ефремов, А. А. Гончаров, Е. Р. Симонов, Ю. П. Любимов, А. В. Эфрос (РСФСР); К. Ирд, Э. Кайду, В. Пансо (Эстония); А. Яунушан, А. Лининьш (Латвия); Г. Ванцявичюс, Ю. Мильтинис (Литва); Т. Кязимов, М. Мамедов (Азербайджан); В. Аджемян, Р. Капланян (Армения); Р. Стуруа, Н. Чхеидзе (Грузия); Б. Хучаев (Северная Осетия); С. В. Данченко, С. Смеян (Украина); В. Н. Раевский, Б. И. Луценко (Белоруссия); А. Мамбетов (Казахстан); актёры — Ю. К. Борисова, И. О. Горбачев, Н. О. Гриценко, А. С. Демидова, Т. В. Доронина, Л. К. Дуров, Е. А. Евстигнеев, К. Ю. Лавров, Е. А. Лебедев, В. В. Меркурьев, И. М. Смоктуновский, О. П. Табаков, Ю. В. Толубеев, М. А. Ульянов, Б. А. Фрейндлих, А. Б. Фрейндлих, С. Ю. Юрский, Ю. В. Яковлев, О. М. Яковлева, А. Д. Папанов (РСФСР); Х. Абрамян, Б. Нерсесян (Армения); Р. Чхиквадзе (Грузия); В. М. Дальский, П. В. Куманченко, Е. П. Пономаренко, Б. В. Романицкий (УССР); М. Вахидов (Таджикистан); В. Артмане, Х. Лиепинь, Л. Фреймане, Э. Радзинь, Э. Бурфан, Г. Яковлев, Ю. Думпис (Латвия); Д. Банионис, Р. Адомайтис, Г. Кураускас (Литва); Ф. Шарипова, А. Ашимов (Казахстан); Г. С. Овсянников, Г. К. Макарова (Белоруссия) и др.
         Основополагающим принципом советского театра, как и всего советского искусства, является ленинский принцип партийности. Театр — помощник партии в борьбе за воплощение в жизнь коммунистических идей. Лучшие театральные произведения глубоко народны, в них народ рассматривается как движущая сила истории, раскрывается духовное богатство советского человека, его преданность Родине. В развитии театра большую роль играет обмен творческим опытом. Характерная черта советского искусства, в том числе и театрального, — взаимовлияние и взаимообогащение национальных культур. Единство идейного содержания произведений сочетается с многообразием и богатством национальных форм. Мировое признание получила система Станиславского, являющаяся основой метода работы актёров над ролью, создания спектакля. Советский театр оказывает большое влияние на театральные культуры всего мира. Многие театры СССР с успехом выступают за рубежом, участвуют в фестивалях пьес драматургов стран социалистического содружества, имеют плодотворные творческие связи с театрами этих стран, практикуют обмен с ними режиссёрами-постановщиками. Лучшие зарубежные театральные коллективы гастролируют в Советском Союзе. Укреплению международных контактов в области театра способствует участие СССР в деятельности Международный института театра (МИТ). В него с 1959 входит Советский национальный центр МИТ.
         Кадры актёров и режиссёров готовят Государственный институт театрального искусства им. А. В. Луначарского, театр, училища им. М. С. Щепкина и Б. В. Щукина, Школа-студия им. Немировича-Данченко — в Москве, Ленинградский институт театра, музыки и кинематографии, Тбилисский, Ереванский, Ташкентский, Бакинский, Киевский, Минский и другие театральные институты, институты культуры и училища. Деятели театра объединены в театральные общества (см. в разделе Творческие союзы).
         В 1975 в СССР работало 570 театров, в том числе 344 драматических, 155 детских и юного зрителя. Спектакли даются более чем на 40 языках народов СССР.
         См. Театр, Театроведение, Режиссёрское искусство, Актёрское искусство, Театральное образование, а также раздел Драматический театр в статьях о союзных и автономных республиках.
         Ю. А. Дмитриев, О. Н. Кайдалова.
         Цирк
         Советский цирк имеет многовековую историю. Уже в 11 в. представления скоморохов содержали в зачатке некоторые последующие формы циркового искусства. Остроумие шутов, рядившихся в маску глупости, стало впоследствии одним из основных элементов цирковой клоунады. У народов Средней Азии были популярны площадные комедианты: канатоходцы и комики — дорбозы и масхарабозы. У народов Кавказа издавна славились мастера хождения по высоко натянутому канату и джигитовки (фигурная езда на лошадях). Большим успехом пользовались народные гуляния с балаганами, школы верховой езды с показом достижений наездников и дрессировщиков лошадей.
         Профессиональные цирки появились в России в 18 в. Сначала это были группы иностранных гастролёров. Постепенно в состав иностранных трупп включались русские ученики и сотрудники. Так формировалось первое поколение русских цирковых артистов. Обосновавшись в России, некоторые гастролёры стали основоположниками цирковых династий, существующих и ныне. В 1873 бывшие балаганные артисты братья Д. А., А. А., П. А. Никитины открыли в Пензе первый русский цирк. К началу 20 в. они стали крупнейшими предпринимателями, открывшими цирки во многих городах (в т. ч. в Москве в 1886 и 1911), а также педагогами и воспитателями национальных кадров. Рассматривая цирк только как просто народную форму развлечений, царское правительство до начала 20 в. не подвергало его цензурным запретам. Но благодаря массовой демократической аудитории цирка на рубеже 19—20 вв. развилась злободневная сатирическая клоунада — А. Л. и В. Л. Дуровы, Бим-Бом (И. С. Радунский и М. А. Станевский), В. Е. Лазаренко и др., которая стала подвергаться преследованиям полиции и цензуры.
         В конце 19 — начале 20 вв. мировое признание получили русские артисты: наездники — П. И. Орлов, В. Т. Соболевский, Н. Л. Сычев, П. А. Федосеевский; гимнасты — М. М. Егоров, Ковригины (Каврелис), П. А. Никитин, П. К. Руденко; акробаты — В. П., А. П., Н. П. и А. П. Винкины; канатоходец — Ф. Ф. Молодцов; велофигуристы — М. О. и С. О. Баранские, И. К. Подрезов (Ян Польди); дрессировщики — Дуровы, Жеребиловы (Вояни), И. Л. Филатов; клоуны — С. С. и Д. С. Альперовы, Д. И. Бабушкин, М. И. Бекетов, П. А. Брыкин, Ю. К. и В. К. Костанди; борцы и атлеты — И. М. Заикин, П. Ф. Крылов, И. В. Лебедев («дядя Ваня»), И. М. Поддубный и др. В Средней Азии пользовались популярностью канатоходцы Ташкенбаевы, цирковые труппы Джумабай-ака, Зариповых, Авзамат-аксакала, М. Мансурова и др.; на Кавказе — мастера джигитовки А. К. Гудцев, А. Т. Кантемиров и др. Талантливые артисты цирка выдвинулись в Прибалтике, на Украине, в Белоруссии.
         Ставились большие представления-пантомимы на исторические и современные темы, использовались технические достижения. Несмотря на наличие первоклассных исполнителей и значительные технические достижения, к началу 20 в. в цирке наметились кризисные явления, которые отчётливо проявились в бессодержательных и нередко пошлых номерах и программах.
         Октябрьская революция 1917 имела определяющее значение для перестройки и развития цирка, признанного настоящим искусством. В Декрете СНК об объединении театрального дела от 26 августа 1919 утверждалась демократическая сущность цирка, ставилась задача очистить его репертуар от буржуазной пошлости. А. В. Луначарский в ст. «Задачи обновленного цирка» (1919) подчёркивал, что цирк должен стать местом демонстрации физической красоты человека, злободневной клоунады и пантомимы, призывал расширить его воспитательные функции. Цирки были переданы в ведение Народного комиссариата просвещения, в системе которого была организована специальная секция, позже переименованная в Центральное управление государственными цирками (ЦУГЦ). В годы Гражданской войны 1918—20 артисты выступали на фронте, на фабриках и заводах. В 1921— 1928 государство, не располагая достаточными средствами на обновление оборудования номеров, костюмов, ремонт помещений и т. д., сдавало в аренду цирковые здания частным владельцам и коллективам артистов, сохраняя за собой идейно-художественный и финансовый контроль. В 1927 были организованы передвижные деревенские цирки.
         В 20—30-х гг. объединения цирков сложились в РСФСР, на Украине, в Белоруссии, Средней Азии. К концу 30-х гг. было создано единое для всей страны Объединение государственных цирков, входившее в систему Комитета по делам искусств при СНК СССР (с 1953 — Министерства культуры СССР). Уже в середине 20-х гг. для создания цирковых программ привлекались писатели и поэты В. В. Маяковский, Д. Бедный, В. И. Лебедев-Кумач, В. З. Масс и др., а также ведущие режиссёры театра и кино, художники и балетмейстеры, композиторы. С середины 30-х гг. в крупнейших цирковых коллективах была введена система художественных руководителей. Представления и отдельные номера ставились режиссёрами, оформлялись художниками, музыку сочиняли или подбирали композиторы. Большое внимание уделялось постановкам сюжетных спектаклей (пантомим на исторические и современные темы), тематическим цирковым номерам. Начала активно перестраиваться клоунада; её мастера отказались от грубых и абстрактных масок, стали создавать образы бытовые, обычные, более обаятельные (П. А. Алексеев, Карандаш, К. А. Берман, Б. П. Вяткин и др.). Значительный вклад внесли в развитие циркового искусства артисты и руководители номеров — дрессировщики А. Н. Буслаев, И. Н. Бугримова, В. Г. и Ю. В. Дуровы, Н. П. Гладильщиков, Б. А. Эдер, иллюзионист Э. Т. Кио, наездница Л. М. Ходжаева, эквилибристки на проволоке сестры З. Б., К. Б. и М. Б. Кох; режиссёры А. Г. Арнольд, Г. С. Венецианов, Н. Н. Зиновьев, А. А. Федорович, Б. А. Шахет и др., а также историк и теоретик циркового и эстрадного искусства Е. М. Кузнецов.
         В годы Великой Отечеств. войны 1941—1945 многие деятели цирка вступили в ряды Красной Армии, были созданы фронтовые бригады и фронтовой цирк, выступавшие в воинских частях. Деятельность в стационарах не прекращалась, проводились смотры новых произведений циркового искусства. Советский цирк продолжал развиваться как искусство многонациональное. Начавшееся до войны формирование национальных цирковых коллективов продолжилось и в послевоенные годы. Были созданы коллективы: цыганский (1939), литовский (1940), узбекский(1942), азербайджанский (1945), армянский (1956), украинский (1956), грузинский (1957), белорусский (1959), казахский (1976) и др. Всесоюзное и международное признание получили номера, созданные в союзных и автономных республиках, — Киргизский акробатический ансамбль под руководством Е. А. Джанибекова, Русский акробатический коллектив под руководством В. Н. Белякова, дагестанские канатоходцы «Цовкра» под руководством Р. Г. Абакарова, тувинские эквилибристы на проволоке и жонглёры под руководством В. Оскал-Оола, осетинские джигиты «Иристон» под руководством Д. М. Тугановой, туркменские наездники под руководством Д. Г. Ходжабаева, узбекские джигиты Зариповы и др.
         В 50—60-е гг. сложились новаторские коллективы, номера и аттракционы — «Медвежий цирк», «Цирк на льду», «Цирк на воде» и др. В 60—70-е гг. мировую известность приобрели ведущие мастера советского цирка: воздушные гимнасты Бубновы, В. М. Лисин и Е. Л. Синьковская, Р. М. и И. Б. Немчинские, С. А. Разумов и П. С. Чернега и др.; канатоходцы — Абакаровы, Волжанские, Гаджикурбановы, Ташкенбаевы и др.; клоуны — Л. Г. Енгибаров, Г. Т. Маковский и Г. А. Ротман, А. Н. Николаев, Ю. В. Никулин и М. Н. Шуйдин, О. К. Попов; дрессировщики — И. Н. Бугримова, В. Ф. и В. К. Ивановы, С. И. Исаакян, Р. Р. Касеев, А. Н. Корнилов, И. Ф. Кудрявцев, М. П. Назарова, Тихоновы, Филатовы; эквилибристы — под рук. Е. Т. Милаева и под рук. Л. Л. Костюка, эквилибристка на проволоке — В. И. Сербина; эквилибристы-жонглёры — Кисе, Черняускас, Ширай, О. А. Ратиани; иллюзионисты — Кио, Ю. К. Авьерино и мн. др. Ведущие режиссёры цирка: Н. Э. Бауман, В. В. Головко, Р. А. Грилье, Е. М. Зискинд, В. М. Лисин, М. С. Местечкин, А. А. Сонин, А. Н. Ширай и др.
         В 1926 в Москве была создана Мастерская циркового искусства (с 1961 — Государственное училище циркового и эстрадного искусства), в 1928 — ленинградский Музей циркового искусства, в 1930 — Мастерская по подготовке новых цирковых номеров в Ленинграде. В СССР работают (1975) 94 цирковых предприятия, в том числе 58 стационарных цирков.
         См. Цирк, а также раздел Цирк в статьях о союзных республиках.
         Ю. А. Дмитриев.
         Эстрада
         Истоки эстрадного искусства народов СССР — в деятельности народных музыкантов, певцов, острословов, кукольников, жонглёров, дрессировщиков, акробатов (скоморохи у славян, берикаоба у грузин, масхарабозы у узбеков и таджиков, балаганные деды-раёшники; см. Раёшник). С 17 — начала 18 вв. в дивертисментах оперно-балетных и драматических театров участвовали исполнители певческих (в начале 19 в. Е. С. Сандунова, А. О. Бантышев и др.) и танцевальных номеров, впоследствии — музыканты, драматические артисты с чтением стихов, рассказов (П. С. Мочалов, М. С. Щепкин, В. А. Каратыгин, П. М. Садовский, позже М. Н. Ермолова, В. Н. Давыдов), куплетисты (И. И. Монахов и др.). С ними на сцену пришли сатирические произведения Н. В. Гоголя, М. Е. Салтыкова-Щедрина, стихи А. С. Пушкина, А. В. Кольцова, Н. А. Некрасова, И. С. Никитина. В формировании эстрадного искусства значительную роль сыграли народные хоры — русские, украинские, цыганские. Большой успех с 60-х гг. 19 в. имела «Славянская капелла» под рук. Д. А. Агренева-Славянского, выступавшая и за рубежом. В хорах выдвинулись певцы — П. И. Богатырев, В. В. Панина, Н. В. Плевицкая, куплетисты — П. Ф. Жуков и Н. Ф. Монахов, гармонист и частушечник П. Е. Невский, музыканты, танцовщики. В начале 20 в. утвердились театры миниатюр («Летучая мышь» в Москве, «Кривое зеркало» в Петербурге). Появились талантливые исполнители. Среди них — чтец И. Ф. Горбунов, куплетист Г. В. Молодцов, певцы — А. Д. Вяльцева, А. Н. Вертинский, конферансье — Н. Ф. Балиев, А. Г. Алексеев, К. Э. Гибшман и др.
         Новый этап в развитии эстрадного искусства начался после Октябрьской революции 1917. В годы Гражданской войны 1918—20 многие артисты выезжали на фронт, выступали в рабочих клубах. Происходило обновление эстрадного репертуара, создавались новые жанры. Злободневный политический фельетон утверждали Н. П. Смирнов-Сокольский, Г. И. Афонин. С куплетами газетчика выступал Л. О. Утёсов. В 20-е гг. возникли коллективы «Синяя блуза», соединявшие газетную публицистику с театральной выразительностью. К работе над эстрадным репертуаром были привлечены В. В. Маяковский, Демьян Бедный, В. Е. Ардов и др. В литературном монтажах А. Я. Закушняк (основоположник жанра), В. Н. Яхонтов поднимались до высокой политической публицистики, философских обобщений. Широкое признание получил Государственный эстрадный оркестр под рук. Утесова (1929). В жанре лирической эстрадной песни выступали Т. С. Церетели, И. Юрьева. Рождение в 30-е гг. массовой и лирической песни (И. О. Дунаевский, М. И. Блантер, братья Дм. Я. и Дан. Я. Покрасс и др.) способствовало формированию творчества многих певцов и целых коллективов. Выдвинулись эстрадные певицы К. И. Шульженко, Л. А. Русланова; исполнители народных песен различных национальностей — А. И. Загорская, И. П. Яунзем, Р. Бейбутов; артисты сатирических жанров — рассказчик В. Я. Хенкин, куплетисты Б. С. Борисов, И. С. Набатов, оригинального жанра — Р. В. Зелёная; конферансье М. Н. Гаркави, «дуэты» — Л. Б. Миров и Е. П. Дарский (затем М. В. Новицкий), М. В. Миронова и А. С. Менакер, с 40-х гг.— Ю. Т. Тимошенко и Е. И. Березин и др. Значительных успехов достигло искусство эстрадного танца в творчестве балетм. К. Я. Голейзовского, артистов Л. А. Редель и М. М. Хрусталёва, культивировался народный танец (русский, украинский, белорусский, грузинский, армянский, узбекский — певица и танцовщица Тамара Ханум и др.). В 1939 создан Ленинградский театр миниатюр (художественный руководитель и ведущий исполнитель А. И. Райкин).
         В годы Великой Отечественной войны 1941—1945 многие эстрадные артисты в составе фронтовых бригад выступали в действующей армии, в госпиталях, на оборонных предприятиях, в колхозах. В послевоенные годы всё более утверждается многонациональный характер эстрадного искусства СССР.
         В 50—60-е гг. возникли новые эстрадные коллективы — в Грузии, Армении, республиках Прибалтики и др., Саратовский театр миниатюр, Московский театр миниатюр, Московский мюзик-холл, Ленинградский мюзик-холл, Театр миниатюр в Одессе. Созданы вокальные ансамбли «Дружба» (1955), «Песняры» (1969), «Орэра» и мн. др. Популярность приобрели певцы Л. Г. Зыкина, М. Н. Бернес, М. М. Магомаев, Г. М. Великанова, О. И. Воронец, Р. Т. Багланова, М. Кодряну, М. В. Кристалинская, Э. С. Пьеха, Э. А. Хиль, И. Д. Кобзон, балалаечник П. И. Нечипоренко, исполнитель танцев народов мира М. Эсамбаев, баянист А. В. Беляев и мн. др.
         В 60—70-е гг. развивались различные жанры эстрадного искусства. Наряду с концертными номерами кукольников — С. В. Образцова, «дуэта» И. Н. Дивова и С. Я. Мей (ныне И. Н. Дивова и Н. А. Степановой) и др., появились новые, например игра с куклами; возрождается искусство пантомимы (А. А. Елизаров и др.). Произведения для эстрады создали писатели В. А. Дыховичный, М. Р. Слободской, В. З. Масс, М. А. Червинский, Ф. А. Липскеров и др., композиторы Т. Н. Хренников, А. И. Островский, О. Б. Фельцман, А. Н. Пахмутова, Н. В. Богословский и др. В СССР систематически устраиваются концерты артистов зарубежной эстрады. Многие советские артисты с большим успехом гастролируют, участвуют в конкурсах, фестивальных смотрах в различных странах. В СССР работают студии, училища (в Москве, Ленинграде, Киеве, Свердловске), готовящие артистов эстрады, ставящие для них номера. Отделение для режиссёров эстрады имеется в ГИТИСе им. А. В. Луначарского в Москве. См. также Эстрада.
         Ю. А. Дмитриев.
         Художественная самодеятельность
         Самодеятельные коллективы возникли сразу после Октябрьской революции 1917. Только на фронтах Гражданской войны 1918—20 выступало около тысячи драматических кружков. При Театральном отделе (ТЕО) Наркомпроса в 1919 был создан подотдел рабоче-крестьянского театра, занимавшийся развитием театральной самодеятельности. В 20-х гг. выступления самодеятельных коллективов носили преимущественно агитационный характер. Распространились коллективы «Живая газета», «Синяя блуза» (в городе), «Красная рубаха» (в деревне), показывавшие различные обозрения, литературные монтажи, отдельные концертные номера, посвященные международным, производственным и другим острозлободневным вопросам, часто связанным с жизнью данного предприятия, учреждения и т. п. Тексты и постановки этих представлений принадлежали обычно самим участникам кружков. Большое значение для становления самодеятельности имело трамовское движение (см. Театр рабочей молодёжи, ТРАМ). На основе коллективов художественной самодеятельности, в том числе и ТРАМов, возникли некоторые профессиональные театры (им. Ленинского комсомола в Москве, Ленинграде и других городах, а также драматические и музыкально-драматические театры в Узбекистане, Казахстане и других республиках). В 1930 было опубликовано постановление СНК РСФСР «Об улучшении театрального дела», направленное на усиление взаимодействия профессионального и самодеятельного театра. В 1936 в Москве для руководства и помощи художественной самодеятельности был создан Дом народного творчества им. Н. К. Крупской. С 1940 дома народного творчества начали создаваться во всех республиках и областях. Были образованы отдел художественной самодеятельности в составе Комитета по делам искусств при СНК СССР и сектор художественной самодеятельности ВЦСПС (1940). В конце 30-х гг. в самодеятельность пришли мастера профессионального искусства, стремившиеся передать творческий опыт начинающим артистам (И. М. Москвин взял шефство над Домом культуры Автозавода им. Лихачева в Москве, М. М. Тарханов — над Домом культуры им. Горбунова, там же, и др.). В репертуар коллективов стали входить лучшие пьесы советской, а также классической драматургии. Появились музыкальные самодеятельные театры.
         В период Великой Отечественной войны 1941—45 коллективы художественной самодеятельности выступали на фронте, в военных госпиталях, на оборонных предприятиях. На Всесоюзных смотрах художественной самодеятельности профсоюзов в 1948, 1951 и 1954 были показаны значительные работы: «Ревизор» Н. В. Гоголя (Ленингр. университет), «Калиновая роща» А. Е. Корнейчука и «Шторм» В. Н. Билль-Белоцерковского (Дом культуры им. Горбунова, Москва), «Егор Булычев и другие» М. Горького (Выборгский дом культуры, Ленинград; Дворец культуры автозавода в г. Горьком), «Аттестат зрелости» Л. Б. Гераскиной (Дом культуры Автозавода им. Лихачева, Москва), оперы «Иван Сусанин» М. И. Глинки (Уржумский Дом культуры), «Царская невеста» Н. А. Римского-Корсакова (оперный коллектив Дома культуры им. Кирова в Ленинграде) и др.
         В СССР проводятся всесоюзные фестивали самодеятельного художественного творчества трудящихся (один раз в 5 лет). В их рамках организуются всесоюзные, республиканские, краевые, областные, городские и районные выставки изобразительного и прикладного искусства, фотоискусства, конкурсы и смотры любительских фильмов, хоров, духовых и эстрадных оркестров, вокально-инструментальных ансамблей, драматических коллективов и народных театров, агитбригад, оркестров народных инструментов, ансамблей народного танца, солистов — вокалистов, чтецов и др. Лучшие коллективы художественной самодеятельности участвуют в творческих отчётах и смотрах на ВДНХ СССР. Самодеятельные коллективы с большим успехом выступают на фестивалях и конкурсах (см. Смотр художественной самодеятельности), в том числе международных. В коллективах самодеятельности началась деятельность многих известных артистов — И. С. Козловского, С. Я. Лемешева, И. И. Петрова, А. П. Огнивцева (Большой театр), И. О. Горбачева (Ленинградский академический театр драмы им. Пушкина), С. Ю. Юрского (Ленинградский Большой драматический театр), В. К. Васильевой (Московский театр Сатиры), В. С. Ланового (Театр им. Вахтангова), И. С. Саввиной (Московский театр им. Моссовета, МХАТ), С. Ишантураевой, А. Хидоятова (Узбекский театр драмы им. Хамзы) и мн. др.
         Художественная самодеятельности СССР свойственны стабильность работы коллективов, повсеместность распространения и массовость, жанровое разнообразие.
         В конце 50-х гг. в результате тщательной подготовки спектаклей, концертных номеров, всесторонне поставленной учебно-воспитательной работы лучшие коллективы стали приближаться по своему уровню к профессиональному театру (постоянная труппа, сложившийся репертуар, систематические выступления перед зрителями), ансамблю, хору и др. С 1959 лучшим из них стали присваивать звание «народный» (театр. ансамбль и др.; их более 4,5 тыс. на 1975).
         Наиболее популярные и массовые коллективы — хоровые, вокальные и хореографические. При многих дворцах культуры существуют ансамбли народного танца (Челябинского металлургического завода; «Днiпро», г. Днепродзержинск; «Лявониха», Минск; «Мэрцишор», Кишинев; Дома культуры им. Ф. Э. Дзержинского МВД Грузинской ССР и др.), песни и танца (Вильнюсского университета; ансамбль «Арира» Абашского районного дома культуры Грузинской ССР и др.), хоры (русский народный хор Дворца культуры металлургов Липецка; «Двентус» и «Дзинтарс» в Латвийской ССР и др.).
         В 60—70-е гг. ряд интересных спектаклей показали народные театры при дворцах культуры: Автозавода им. Лихачева в Москве («Синяя тетрадь» по Э. Г. Казакевичу), «Большевик» в Киеве («Мать» К. Чапека), Текстильщиков в Ташкенте («А зори здесь тихие...» Б. Л. Васильева), Ангарских нефтехимиков («Разбитое окно» А. Ю. Кузнецова), Омских нефтехимиков («Варшавский набат» В. Н. Коростылёва), Железнодорожника в Тбилиси («Генерал Леселидзе» Г. Д. Нахуцришвили), Минских автомобилестроителей («Сталевары» Г. К. Бокарёва); при Доме офицеров в Харькове («Барабанщица» А. Д. Салынского), при Доме учителя во Львове (играет на польском языке, поставлена «Свадьба» С. Выспянского, и др.); народные театры — им. Эд. Вильдев Тарту («Хозяин Кыррбоя» А. Таммсааре), им. Пауля Пинна в Таллине («Верю в тебя» Коростылёва), Енисейский народный театр («Человек, здравствуй!» по А. С. Макаренко). Распространение получили студенческие театры, существующие при Домах культуры высших учебных заведений (народные театры Московского и Ленинградского университетов, Московского энергетического института, Челябинского политехнического института и др.), молодёжные театры, работающие над созданием собственного репертуара. Среди постановок: «Хорошо» Маяковского (Пермский народный театр молодёжи), «Университетский двор» (т. н. Дворовый театр Вильнюсского университета) и др.
         Помимо драматических, имеются и музыкальные народные театры: оперные — Центрального дома культуры железнодорожников в Москве («Зори здесь тихие» К. В. Молчанова), Дома культуры им. Кирова в Ленинграде («Борис Годунов» М. П. Мусоргского), Клайпедский («Любовный напиток» Г. Доницетти), Ташкентского завода транспортного машиностроения («Молодая гвардия» Ю. С. Мейтуса); балетные — Дома культуры им. Горького в Ленинграде («Жизель» А. Адана) и др.
         См. раздел Клубные учреждения и парки культуры и отдыха, статьи Художественная самодеятельность, Клубные учреждения, а также раздел Художественная самодеятельность в статьях о союзных республиках.
         Кино
         Рожденное социалистической эпохой, советское киноискусство стало важнейшей составной частью многонациональной культуры Советского Союза. Его путь тесно связан с жизнью советского народа, отражает многообразие явлений и процессов развития советского общества. Оно вносит большой вклад в сокровищницу мировой культуры. По своим социальным функциям, коммунистической идейности, гуманистической направленности и художественным достоинствам советское киноискусство — самое передовое в мире.
         Вскоре после изобретения кинематографа (1895) в Петербурге и Москве, а затем во многих городах России состоялись первые киносеансы, ставшие популярными зрелищными аттракционами. В 1896—1897 харьковский фотограф-профессионал А. К. Федецкий, московский кинолюбитель В. А. Сашин и др. сняли несколько документальных лент. С 1903 появились стационарные «электротеатры», или т. н. иллюзионы, где демонстрировались первые фильмы. Активную деятельность наряду о французскими кинокомпаниями «Пате» и «Гомон» вели русские кинопредприниматели, в т.ч. А. О. Дранков и особенно А. А. Ханжонков, который открыл в 1906 торговую контору по продаже заграничных кинолент и аппаратуры, а в 1912 построил в Москве крупнейшее для того времени киноателье. В Тбилиси, Ереване, Баку, ряде городов Украины с 1907 местные кинооператоры-любители снимали хронику, с 1916 ставились художественные (т. н. игровые) фильмы.
         Начало профессиональному кинематографу в России положил игровой фильм «Стенька Разин и княжна» («Понизовая вольница», 1908, режиссёр В. Ф. Ромашков). В 1911 снят фильм «Оборона Севастополя» (режиссеры В. М. Гончаров и Ханжонков) — первая полнометражная кинолента. Режиссёр и оператор В. А. Старевич разработал технику трюковой съёмки и создал в 1911—13 первые в мире объёмные мультипликационные фильмы. Ведущие дореволюционные кинорежиссёры Е. Ф. Бауэр, В. Р. Гардин, Я. А. Протазанов, П. И. Чардынин и др., операторы А. А. Левицкий, Е. И. Славинский, Л. П. Форестье и др. ставили фильмы (главным образом экранизации), часть из которых обладала значительными художественными достоинствами («Пиковая дама», 1916, «Отец Сергий», 1918). Подавляющая часть кинопродукции состояла из салонных мелодрам, примитивных комедий-фарсов; официально поощрялись кинокартины с псевдопатриотическими сюжетами.
         Советское кино. Победа Октябрьской революции 1917 положила начало развитию многонациональной советской кинематографии. Могучее средство политического и культурного воспитания народа — кино сразу получило всестороннюю поддержку Советского государства. В. И. Ленин, высоко оценивая возможности кинематографа как одного из наиболее действенных видов агитации и средства популяризации знаний, отмечал, что «...из всех искусств для нас важнейшим является кино» (см. «Самое важное из всех искусств». Сб., 1963, с. 124). Одной из первых встала задача творческой и технической перестройки кинопроизводства. От дореволюционного времени осталось несколько полуразрушенных киноателье, менее 1 тыс. кинотеатров и небольшой фонд старых фильмов.
         В 1917 начала работать первая государственная советская киноорганизация — Киноподотдел Наркомпроса, в 1918 — Московский и Петроградский кинокомитеты. 27 августа 1919 Декретом СНК РСФСР, подписанным В. И. Лениным, фотографическая и кинематографическая промышленность и торговля были переданы в ведение Наркомата просвещения. Работу национализированных кинофабрик, прокатных контор и кинотеатров возглавил Всероссийский фотокиноотдел (ВФКО), преобразованный в «Госкино» (1923; с 1926 — «Совкино»). Аналогичный процесс проходил в других республиках, где сформировались государственные киноорганизации: ВУФКУ (Всеукраинское фотокиноуправление) на Украине, АФКУ (Азерб. фотокиноуправление) в Азербайджане, «Госкино» в Армении, «Госкинопром Грузии» в Грузии — все в 1920—23, «Белгоскино» в Белоруссии (первоначально из-за отсутствия технических базы фильмы снимались в Ленинграде), «Бухкино» (в Узбекистане) — оба в 1924 и др. Коммунистическая партия целеустремлённо направляла развитие советской кинематографии, что нашло отражение в решениях 12-го и 13-го съездов ВКП(б), материалах Всесоюзного парт совещания по кино (1928). Вопросам кино уделяли много внимания партийные и государственные деятели (Н. К. Крупская, А. В. Луначарский и др.), помогая творческим работникам осмыслить революционную действительность, поставить мастерство и опыт на службу народу. В годы Гражданской войны 1918—20 агитпоезда и агитпароходы обслуживали красноармейцев, рабочих и крестьян; лекции, доклады, митинги сопровождались показом кинохроники о событиях на фронтах, о начале мирного строительства. Возглавлявшаяся Д. Вертовым группа документалистов (И. И. Беляков, М. А. Кауфман, И. П. Копалин, Е. И. Свилова) прокладывала путь от хроники к «образной кинопублицистике», составившей основу советского документального кино. Для 20-х гг. характерны тематический журнал «Киноправда», документальные фильмы «Шагай, Совет!», «Шестая часть мира» (оба в 1926) режиссёра Вертова (опыты и достижения которого в этой области оказали большое влияние на развитие советского и мирового кино), новаторские историко-революционные ленты «Падение династии Романовых» (1927) и «Россия Николая П и Лев Толстой» (1928), созданные режиссёром Э. И. Шуб на основе архивных материалов, а также кинопоэма В. А. Турина «Турксиб» (1929). Фильм «Гидроторф» (1920, режиссёр Ю. А. Желябужский), получивший одобрение В. И. Ленина, положил начало учебно-производственному и научно-популярному кино. В Москве, Петрограде, Киеве и Одессе в 1918—21 выпускались игровые агитфильмы, имевшие большое значение для становления художественной кинематографии. Среди них — «Уплотнение» (1918, сценарий Луначарского, режиссёр А. П. Пантелеев), «За Красное знамя» (1919, режиссёр В. П. Касьянов), «На Красном фронте» (1920, режиссёр Л. В. Кулешов), а также антирелигиозный фильм «Чудотворец» (1922, режиссёр Пантелеев), высоко оцененный В. И. Лениным. В 20-е гг. развивалось художественное кино в Грузии, Армении, Узбекистане, Белоруссии; первые фильмы (часто экранизации) посвящались борьбе с пережитками прошлого, строительству новой жизни: «Арсен Джорджиашвили» (1921, режиссёр И. Н. Перестиани), «Намус» (1925, по А. М. Ширванзаде, режиссёр А. И. Бек-Назаров), «Лесная быль» (1927, по М. Чароту, режиссёр Ю. В. Тарич) и др. Революционно-приключенческая картина «Красные дьяволята» (1923, по П. А. Бляхину, режиссёр Перестиани), поставленная в Грузии, стала заметным явлением киноискусства. Для подготовки творческих кадров в 1919 в Москве было создано первое в мире государственное учебное заведение в области кино — 1-я Госкиношкола (с 1925 Государственный техникум кинематографии, ГТК), которой руководил Гардин. Вместе с учениками он поставил фильм «Серп и Молот» (1921) — первую полнометражную художественную картину на революционную тему. Большой вклад в развитие молодой кинематографии внёс режиссёр и один из первых советских кинотеоретиков Кулешов, снявший с учениками возглавлявшейся им мастерской фильмы «Необычайные приключения мистера Веста в стране большевиков» (1924), «По закону» (1926) и др.; в них были применены новые методы постановки, продолжены поиски в области киномонтажа и актёрского творчества.
         С наибольшей полнотой и силой новаторская сущность советского киноискусства проявилась в творчестве режиссёра С. М. Эйзенштейна. Он создал историко-революционный фильм «Броненосец “Потемкин”» (1925), в котором вооружённое восстание моряков вырастало в обобщённый образ русской Революции 1905—07. Идею непобедимости народа режиссёр воплотил в монументально-патетической , документально-достоверной, целостной художественной форме. Новизна монтажных построений, метафоричность киноязыка, классическая стройность композиции отличали этот фильм. Он получил мировую известность и на референдуме Всемирной выставки в Брюсселе (1958) был назван первым в числе 12 лучших фильмов всех времён. В картине «Октябрь» (1927) Эйзенштейн развивал принципы революционно-героические эпопеи. Смелыми поисками были отмечены его фильмы «Стачка» (1925), «Старое и новое» (1929).
         Режиссёр-новатор В. И. Пудовкин создал экранизацию повести М. Горького «Мать» (1926) — одно из лучших произведений мирового экрана, свидетельствующее о высоких достижениях актёрской и изобразительной культуры советского киноискусства. Разработку историко-революционной темы Пудовкин продолжил в фильмах «Конец Санкт-Петербурга» (1927) и «Потомок Чингисхана» (1929). Заметный след в истории «немого» кино оставили фильм Г. М. Козинцева и Л. З. Трауберга — «Новый Вавилон» (1929), киноленты энтузиастов современной темы С. И. Юткевича — «Кружева» (1928), Б. В. Барнета — «Дом на Трубной» (1928), Е. В. Червякова — «Девушка с далёкой реки» (1928), Ф. М. Эрмлера — «Обломок империи» (1929), Ю. Я. Райзмана — «Земля жаждет» (1930), А. М. Роома — «Привидение, которое не возвращается» (1930) и др. Революционной борьбе и становлению нового быта посвящались картины режиссёра старшего поколения Протазанова — «Его призыв» (1925), «Сорок первый» (1927, по Б. А. Лавреневу), «Дон Диего и Пелагея» (1928) и др. Становление советской кинематографической школы неотделимо от творчества первых советских кинодраматургов — Н. Ф. Агаджановой, О. М. Брик, К. Н. Виноградской, Г. Э. Гребнера, Д. Джабарлы, С. А. Ермолинского, Н. А. Зархи, Б. Л. и О. Л. Леонидовых, В. В. Маяковского, В. К. Туркина, В. Б. Шкловского, операторов — А. Д. Головни, А. Н. Москвина, Э. К. Тиссэ, актёров — Н. П. Баталова, О. А. Жизневой, И. В. Ильинского, Е. А. Кузьминой, В. П. Марецкой, Ф. М. Никитина, Н. К. Симонова, В. П. Фогеля, И. П. Чувелёва, М. М. Штрауха.
         Крупнейший украинский режиссёр А. П. Довженко создал революционную киноэпопею «3венигора» (1928) и «Арсенал» (1929), поэтическую кинодраму «Земля» (1930) о борьбе за новую социалистическую деревню. В фильмах Довженко совершенствовалось мастерство оператора Д. П. Демуцкого. На студиях Киева и Одессы снимались украинские актёры — И. Э. Замычковский («Два дня», 1927, режиссёр Г. М. Стабовой), А. М. Бучма («Ночной извозчик», 1929, режиссёр Г. Н. Тасин) и др. Начавший работу в русском дореволюц. кино Бек-Назаров в 20-е гг. активно выступал как организатор и режиссёр грузинского, азербайджанского и армянского кино (его имя в 1966 присвоено киностудии «Арменфильм»). Одним из зачинателей грузинского кино стал актёр и режиссёр Перестиани. Грузинские режиссёры Н. М. Шенгелая и М. Э. Чиаурели соединили опыт революционного кинематографа с колоритным, эмоционально насыщенным наследием национального искусства. Шенгелая поставил историческую драму «Элисо» (1928), Чиаурели — драму «Саба» (1929) и памфлет «Хабарда» («Посторонись», 1931). С 1923 начался выпуск мультипликационных фильмов, первыми режиссёрами и художниками которых были В.С. и З. С. Брумберг, А. И. Бушкин, А. В. Иванов, И. П. Иванов-Вано, Ю. А. Меркулов, Н. П. Ходатаев, М. М. Цехановский и др.
         В 20-е гг. заметно укрепилась производств. база советского кино. Были реконструированы крупнейшие киностудии страны — «Мосфильм» (основана в 1924, с 1935 современное название), «Ленфильм» (основана в 1918, с 1935 современное название). В 1928 была создана Киевская киностудия ВУФКУ (с 1957 Киевская киностудия им. А. П. Довженко), в 1930 — «Таджиккино» в Душанбе и др. Одновременно со строительством крупных киностудий вводились в строй предприятия по производству киноаппаратуры, химических материалов и др. К начале 30-х гг. советская кинематография представляла собой многонациональное и самобытное искусство. К этому времени было поставлено около 1000 «немых» художественных и более 100 мультипликационных фильмов. Киносеть обслуживала ежегодно около 300 млн. зрителей.
         Введение звука в кино потребовало коренной технической, а затем и творческой перестройки кинематографии. В 1926—27 лаборатории под рук. П. Г. Тагера в Москве и А. Ф. Шорина в Ленинграде разработали советскую систему звукового кино: в 1929 в Ленинграде открылся первый кинотеатр, где демонстрировались экспериментальные звуковые фильмы. Для подготовки кадров в Ленинграде в 1930 был создан институт киноинженеров звукового кино (ЛИКИ); в этом же году — Государственный техникум кинематографии преобразован в институт (ГИК, с 1938 — ВГИК). Появились специализированные киностудии: «Союзкинохроника» (в 1931, с 1944 Центральная студия документальных фильмов), «Мостехфильм» (1933, с 1966 «Центрнаучфильм»), «Союзмультфильм» (1936), «Союздетфильм» (1936, с 1948 Центральная киностудия детских и юношеских фильмов им. Горького) и др.
         В 1932 было принято постановление ЦК ВКП(б) «О перестройке литературно-художественных организаций», имевшее большое значение и для подъёма советской кинематографии. Для работников кино боевой программой стало овладение методом социалистического реализма. С наибольшей полнотой творческая зрелость советского художественного кино проявилась в выдающемся фильме Г. Н. и С. Д. Васильевых «Чапаев» (1934). В романе Д. А. Фурманова режиссёры нашли богатый источник для создания народно-героической драмы, где в классически завершенной форме была раскрыта красота и могучая сила русских революционных характеров, показаны роль народа — творца истории, становление полководца революционной эпохи (в главной роли Б. А. Бабочкин). Историко-революционная тема получила всестороннее развитие в лучших фильмах 30 — начала 40-х гг.: «Златые горы» (1931), «Яков Свердлов» (1940) (режиссер обоих фильмов Юткевич), «Окраина» (1933, режиссёр Барнет), «Первый взвод» (1933, режиссёр В. В. Корш-Саблин), «Последний маскарад» (1934, режиссёр Чиаурели), трилогия о Максиме — «Юность Максима» (1935), «Возвращение Максима» (1937), «Выборгская сторона» (1939) режиссёров Козинцева и Трауберга (в роли Максима — Б. П. Чирков), «Мы из Кронштадта» (1936, режиссёр Е. Л. Дзиган), «Депутат Балтики» (1937, режиссёры А. Г. Зархи и И. Е. Хейфиц), «Последняя ночь» (1937, режиссёр Райзман), «3ангезур»(1938, режиссёр Бек-Назаров), «Щорс» (1939, режиссёр Довженко), «Всадники» (1939, режиссёр И. А. Савченко). Опыт постановки историко-революционных фильмов подготовил почву для создания особо важных по своему идейно-художеств. воздействию произведений о В. И. Ленине: «Ленин в Октябре» (1937) и «Ленин в 1918 году» (1939), режиссёр М. И. Ромм (в роли В. И. Ленина — Б. В. Щукин), «Человек с ружьем» (1938), режиссёр Юткевич (в роли В. И. Ленина — М. М. Штраух). Авторы этих фильмов показали монументальный, глубоко человечный образ вождя революции В. И. Ленина.
         Жизнь страны, её герои-труженики, быт и характеры строителей социализма были представлены в картинах разных жанров. Формирование нового человека стало определяющей темой многих кинокартин того времени: «Путёвка в жизнь» (1931, режиссёр Н. В. Экк) — первый советский звуковой фильм; «Встречный» (1932, режиссёры Эрмлер и Юткевич), «Иван» (1932, режиссёр Довженко), «Семеро смелых» (1936), «Комсомольск» (1938), «Учитель» (1939) (режиссер всех фильмов С. А. Герасимов), «Великий гражданин» (1938—39, режиссёр Эрмлер), «Член правительства» (1940, режиссёры Зархи и Хейфиц), «Большая жизнь» (1-я серия, 1940, режиссёр Л. Д. Луков), «Валерий Чкалов» (1941, режиссёр М. К. Калатозов). Новые черты в психологии советского человека, его трудовой энтузиазм, нетерпимость к пережиткам прошлого отражены в жизнерадостных комедиях Г. В. Александрова — «Весёлые ребята» (1934), «Волга-Волга» (1938), «Светлый путь» (1940), Барнета — «У самого синего моря» (1936), А. И. Медведкина — «Чудесница» (1937), И. А. Пырьева — «Богатая невеста» (1938), «Трактористы» (1939), «Свинарка и пастух» (1941), К. К. Юдина — «Девушка с характером» (1939), Корш-Саблина — «Моя любовь» (1940), А. В. Ивановского — «Музыкальная история» (1940), «Антон Иванович сердится» (1941) и др. В предвоенные годы создавались картины, показывавшие героическое прошлое советского народа, его борьбу против чужеземных захватчиков, — «Петр I» (1937—39, режиссёр В. М. Петров), «Александр Невский» (1938, режиссёр Эйзенштейн), «Минин и Пожарский» (1939), «Суворов» (1941) (режиссер обоих фильмов Пудовкин), «Амангельды» (1939, режиссёр М. З. Левин), «Богдан Хмельницкий» (1941, режиссёр Савченко) и др. Широкое политическое звучание приобрели антифашистские фильмы: «Профессор Мамлок» (1938, по Ф. Вольфу, режиссёры Г. М. Раппапорт, А. И. Минкин), «Болотные солдаты» (1938, режиссёр А. В. Мачерет), «Семья Оппенгейм» (1939, по Л. Фейхтвангеру, режиссёр Г. Л. Рошаль).
         Большие возможности для развития звукового кино открыло обращение к экранизации классической литературы. Были поставлены фильмы: «Иудушка Головлёв» (1934, по М. Е. Салтыкову-Щедрину, режиссёр Ивановский), «Гроза» (1934, по А. Н. Островскому, режиссёр Петров), «Пышка» (1934, по Г. Мопассану, режиссёр Ромм), «Пэпо» (1935, по Г. М. Сундукяну, режиссёр Бек-Назаров), «Бесприданница» (1937, по Островскому, режиссёр Протазанов), трилогия М. С. Донского «Детство Горького» (1938), «В людях» (1939), «Мои университеты» (1940), «Медведь» (1938) и «Человек в футляре» (1939) (по А. П. Чехову, режиссёр обоих фильмов И. М. Анненский), «Маскарад» (1941, по М. Ю. Лермонтову, режиссёр Герасимов) и др.
         Успехи детского кино наиболее полно проявились в фильмах: «Рваные башмаки» (1933, режиссёр М. А. Барская), «Белеет парус одинокий» (1937, по В. П. Катаеву, режиссёр В. Г. Легошин), «Дума про казака Голоту» (1937, по А. П. Гайдару, режиссёр Савченко), «Тимур и его команда» (1940, по Гайдару, режиссёр А. Е. Разумный), киносказках «По щучьему велению» (1938, режиссёр А. А. Роу), «Золотой ключик» (1939, по А. Н. Толстому, режиссёр А. Л. Птушко). Для детей выпускались многочисленные мультипликационные киноленты («В Африке жарко», 1937, режиссёр Д. Н. Бабиченко; «Колобок», 1937, режиссёр В. Г. Сутеев; «Дядя Степа», 1938, режиссёр Сутеев; «Мойдодыр», 1939, режиссёр Иванов-Вано, и др.). Был создан полнометражный объёмный мультфильм «Новый Гулливер» (1935, режиссёр Птушко). Первую цветную кинокартину «Груня Корнакова» (1936) поставил режиссёр Экк.
         Значительный вклад в киноискусство наряду с режиссёрами внесли: кинодраматурги — М. Ю. Блейман, М. В. Большинцов, В. В. Вишневский, Е. И. Габрилович, А. Я. Каплер, А. Е. Корнейчук, Н. Ф. Погодин, Е. М. Помещиков, Л. Н. Рахманов, А. Н. Толстой; операторы — Б. И. Волчек, А. В. Гальперин, М. Е. Гиндин, А. Н. Гинцбург, В. В. Горданов, Ю. И. Екельчик, А. Н. Кольцатый, Л. В. Косматов, М. П. Магидсон, Ж. К. Мартов, В. Е. Павлов, Б. А. Петров, Ф. Ф. Проворов, В. А. Рапопорт, В. Т. Яковлев; художники — Б. В. Дубровский-Эшке, В. Е. Егоров, Е. Е. Еней, В. П. Каплуновский, И. А. Махлис, В. В. Сидамон-Эристави, Н. Г. Суворов, М. Б. Уманский, И. А. Шпинель; композиторы — И. О. Дунаевский, Д. Б. Кабалевский, Г. Н. Попов, С. С. Прокофьев, Л. И. Хачатурян, В. В. Шербачёв, Д. Д. Шостакович и др. Заметных успехов в этот период достигла советская многонациональная реалистическая актёрская школа. Искусство актёра стало основным средством воплощения идейно-художественного замысла кинодраматурга и режиссёра. Яркие образы-характеры в фильмах 30—40-х гг. создали П. М. Алейников, Б. Ф. Андреев, Бабочкин, М. Н. Бернес, Н. И. Боголюбов, В. В. Ванин, Н. Вачнадзе, Э. П. Гарин, О. П. Жаков, М. И. Жаров, Я. Б. Жеймо, А. Карлиев, Н. А. Крючков, М. А. Ладынина, Т. Ф. Макарова, Н. Д. Мордвинов, Г. Н. Нерсесян, Л. П. Орлова, Н. П. Охлопков, Е. В. Самойлов, Л. Н. Свердлин, С. Д. Столяров, А. К. Тарасова, Н. М. Ужвий, З. А. Федорова, Н. К. Черкасов, Чирков, Штраух, Щукин и др. В лучших произведениях киноискусства утвердился метод социалистического реализма.
         Крупным достижением советского документального кино были кинопоэмы Вертова «Симфония Донбасса» (1930), «Три песни о Ленине» (1934), фильмы «Челюскин-1» (1934, режиссёр Я. М. Посольский, авторы-операторы А. М. Шафран и М. А. Трояновский), «Испания» (1939, режиссёр Шуб), научно-популярного кино — картины «Рукописи Пушкина» (1937, режиссёр С. И. Владимирский совместно с А. Егоровым), «В глубинах моря» (1938, режиссёр А. М. Згуриди совместно с Б. Г. Долиным) и др.
         С 1931 до начала 40-х гг. кинематография СССР выпустила около 500 звуковых художественных фильмов, в том числе свыше 120 мультипликационных. Количество киноустановок в 1940 составило 28 тыс., число кинозрителей 900 млн.
         В годы Великой Отечеств. войны 1941—1945 советская кинематография сыграла большую роль в воспитании боевого духа и высокого патриотизма. Были созданы фронтовые киногруппы, куда входили ветераны-документалисты и молодёжь — выпускники ВГИКа, операторы художественной кинематографии; регулярно выходили киножурналы и специальные выпуски. Киностудия «Воентехфильм» (организована на базе «Мостехфильма») в 1941—44 создавала военно-инструктивные и учебные фильмы. Наиболее оперативной формой киноискусства стали «Боевые киносборники», состоявшие из короткометражных игровых киноновелл, документально-хроникальных очерков, посвященных борьбе народа против немецко-фашистских захватчиков. В их создании участвовали ведущие мастера художественного кино — Пудовкин, Юткевич, Савченко, Донской, Герасимов, Козинцев и др. Фронтовые операторы самоотверженно снимали боевые действия (Н. В. Быков, Б. В. Вакар, М. И. Сухова, В. А. Сущинский, А. П. Эльберт и другие погибли при исполнении служебных обязанностей) от первых дней войны до взятия Берлина и капитуляции Японии. Документальная «Летопись Великой Отечественной войны» составила более 3,5 млн. м отснятой плёнки. За годы войны было выпущено около 100 документальных фильмов, около 490 киножурналов. Среди произведений боевой кинопублицистики, посвященных событиям войны: «Разгром немецких войск под Москвой» (1942, режиссёры Копалин, Л. В. Варламов), «Ленинград в борьбе» (1942, режиссёры В. М. Соловцов Е. Ю. Учитель, Н. Г. Комаревцев, Р. Л. Кармен), «Черноморцы» (1942, режиссёр В. Н. Беляев), «День войны» (1942, режиссёр М. Я. Слуцкий; снимали 160 операторов), «Сталинград» (1943, режиссёр Варламов), «Орловская битва» (1943, режиссёры Р. Б. Гиков, Л. Н. Степанова), «Битва за нашу Советскую Украину» (1943, режиссёры Довженко, Ю. И. Солнцева), «Народные мстители» (1943, режиссёр Беляев), «Урал кует победу» (1943, режиссёры Ф. И. Киселев, В. Н. Бойков), «Освобожденная Франция» (1944, режиссёр Юткевич), «Берлин» (1945, режиссер Райзман), «Разгром Японии» (1945, режиссёры Зархи, Хейфиц), «Суд народов» (1946, режиссёр Кармен).
         Продолжался выпуск художественных фильмов. Киностудии западных и центральных районов страны эвакуировались в Среднюю Азию и Казахстан: «Мосфильм» и «Ленфильм» перебазировались (до 1944) в Алма-Ату, где была организована Центральная объединённая киностудия; «Союздетфильм» стал работать на основе местной студии в Душанбе; Киевская киностудия работала в Ашхабаде. В 1942 был выпущен первый полнометражный художественный фильм о войне — «Секретарь райкома» (режиссер Пырьев). С большой страстностью решаемая здесь тема народных мстителей-партизан продолжена и развита в фильмах: «Она защищает Родину» (1943, режиссёр Эрмлер), «Радуга» (1944, по В. Л. Василевской, режиссёр Донской), «Зоя» (1944, режиссёр Л. О. Арнштам), «Человек № 217» (1945, режиссёр Ромм), «Нашествие» (1945, по Л. М. Леонову, режиссёр Роом) и др. Высокой патриотической и нравственной силой отличались фильмы о бойцах и командирах Советской Армии, снятые по сценариям и пьесам К. М. Симонова, — «Парень из нашего города» (1942), «Жди меня» (1943) (режиссеры обоих фильмав А. Б. Столпер, Б. Г. Иванов), «Во имя Родины» (1943, по пьесе «Русские люди», режиссёры Пудовкин, Д. И. Васильев), а также «Фронт» (1943, по Корнейчуку, режиссёры Г. Н. и С. Д. Васильевы), «Подводная лодка Т-9» (1943, режиссёр А. Г. Иванов), «Два бойца» (1943, режиссёр Луков), «Март — апрель» (1944, режиссёр В. М. Пронин), «Подвиг разведчика» (1947, режиссёр Барнет), «Повесть о настоящем человеке» (1948, по Б. Н. Полевому, режиссёр Столпер). О преимуществе советской военной стратегии над авантюристическими планами немецко-фашистских захватчиков рассказывал фильм «Великий перелом» (1945, режиссёр Эрмлер). Трудовому героизму, неразрывной связи фронта и тыла, стойкости советских людей посвящены кинокартины: «Машенька» (1942, режиссёр Райзман), «В 6 часов вечера после войны» (1944, режиссёр Пырьев), «Большая земля» (1944, режиссёр Герасимов), «Жила-была девочка» (1944, режиссёр В. В. Эйсымонт), «Родные поля» (1945, режиссёры Бабочкин, А. Ф. Босулаев). Традиции довоенных историко-биографических фильмов продолжили постановки фильмов: «Георгий Саакадзе» (1942—43, режиссёр Чиаурели), «Кутузов» (1944, режиссёр Петров), «Давид-Бек» (1944, режиссёр Бек-Назаров), «Иван Грозный» (1945, 1-я серия, режиссёр Эйзенштейн). Историко-революционным событиям были посвящены киноленты о Гражданской войне 1918—1920: «Оборона Царицына» (1942, режиссёры братья Васильевы), «Александр Пархоменко» (1942, режиссёр Луков), «Котовский» (1943, режиссёр А. М. Файнциммер), а также фильм о национально-освободительной борьбе в Монголии «Его зовут Сухэ-Батор» (1942, режиссёры Зархи, Хейфиц). Успехом на фронте и в тылу пользовались сатирические кинокомедии: «Антоша Рыбкин» (1942, режиссёр К. К. Юдин), «Новые похождения Швейка» (1943, режиссёр Юткевич) и др.
         Победоносное окончание войны выдвинуло перед киноискусством новые задачи творческого отражения всенар. подвига в битве против фашизма, жизни советских людей, вернувшихся к мирному труду. В конце 40 — начале 50-х гг. были созданы картины: «Молодая гвардия» (1948, по А. А. Фадееву, режиссёр Герасимов), «Сказание о земле Сибирской» (1948, режиссёр Пырьев), «Далёкая невеста» (1948, режиссёр Е. А. Иванов-Барков), «Константин Заслонов» (1949, режиссёры Корш-Саблин, Файнциммер), «Возвращение Василия Бортникова» (1953, режиссёр Пудовкин). О подъёме советского киноискусства конца 50-х гг., притоке новых творческих сил, более углублённом решении военной темы свидетельствовали фильмы «Летят журавли» (режиссёр Калатозов), «Дом, в котором я живу» (режиссёры Л. А. Кулиджанов и Я. А. Сегель) — оба в 1957, «Судьба человека» по М. А. Шолохову (режиссёр С. Ф. Бондарчук), «Баллада о солдате» (режиссёр Г. Н. Чухрай) — оба в 1959, получившие мировое признание. В лучших фильмах о войне нашли развитие творческие завоевания киноискусства военных лет — документализм, стремление максимально точно и полнокровно воссоздать реальные события. Рост интереса к историческому прошлому и его выдающимся деятелям и достижениям, к военным подвигам отразился в биографических фильмах: «Алишер Навои» (1947, режиссёр К. Я. Ярматов), «Мичурин» (1947, режиссёр Довженко), «Адмирал Нахимов» (1947, режиссёр Пудовкин), «Райнис» (1949, режиссёр Райзман), «Академик Иван Павлов» (1949), «Мусоргский» (1950) (режиссёр обоих фильмов Рошаль) и др. Актуальной теме борьбы за мир посвящены фильмы: «Русский вопрос» (1948, режиссёр Ромм), «Встреча на Эльбе» (1949, режиссёр Александров ).
         Психологическое раскрытие человеческих характеров нового послевоен. поколения нашло отражение в фильмах «Чужая родня» (1956, режиссёр М. А. Швейцер), «Высота» (1957, режиссёр Зархи), «Дело было в Пенькове» (режиссёр С. И. Ростоцкий), «Поэма о море» (по Довженко, режиссёр Солнцева) — оба в 1958, и др. В эти же годы поставлены комедии, которые отличались яркой музыкальностью, мастерством актёров разных поколений: «Стрекоза» (1954, режиссёр С. В. Долидзе), «Карнавальная ночь» (1956, режиссёр Э. А. Рязанов). События Гражданской войны и первых послереволюционных лет были воссозданы в фильмах «Дохунда» (1957, по С. Айни, режиссёр Б. М. Кимягаров), «Коммунист» (режиссёр Райзман), «По путёвке Ленина» (режиссёр Л. Файзиев) — оба в 1958. Многожанровость, характерная для картин 50-х гг., раскрылась и в фильмах-экранизациях: «Сорок первый» по Лавреневу (1956, режиссёр Чухрай), «Отелло» по Шекспиру (1956, режиссёр Юткевич), «Тихий Дон» по Шолохову (1957—58, режиссёр Герасимов), «Хождение по мукам» по А. Н. Толстому («Сестры», 1957, «Восемнадцатый год», 1958, «Хмурое утро», 1959; режиссёр Рошаль).
         Начатая в 30-е гг. кинолениниана была продолжена документальным фильмом «Владимир Ильич Ленин» (1949, режиссёры Ромм и В. Н. Беляев), включившим все сохранившиеся съёмки Ленина, и художественным фильмом «Рассказы о Ленине» (1957, режиссёр Юткевич).
         Наряду с московской и ленинградской студиями научно-популярных фильмов активизировали также работу киностудии в Киеве и Свердловске. В числе значительных кинолент: «Они видят вновь» (1947, режиссёр Н. В. Грачев), «История одного кольца» (1948, режиссёр Долин), «Первые крылья» (1949, режиссёр А. А. Гендельштейн), «Лесная быль» (1950, режиссёр Згуриди). Совершенствовалось мастерство мультипликаторов: «Лиса и дрозд» (1946, режиссёр А. В. Иванов), «Конёк-Горбунок» (1948, по П. П. Ершову, режиссёр Иванов-Вано), «Цветик-семицветик» (1949, режиссёр М. М. Цехановский), «Федя Зайцев» (1949, режиссёры В. С. и З. С. Брумберг), «Олень и волк» (1951, режиссёр Бабиченко), «Аленький цветочек» (1952, режиссёр Л. К. Атаманов).
         В 50-е гг. стал увеличиваться выпуск художественных, документальных, научно-популярных фильмов, началась реконструкция киностудий в РСФСР и других союзных республиках. Были построены киностудии в Литве, Латвии, Эстонии, а также в Молдавии, Киргизии, ранее не имевших собственного кинопроизводства. Более разнообразными по тематике и жанрам стали кинопроизведения Украины, Белоруссии, Грузии, значительные кинокартины созданы в Узбекистане. Процесс роста национальных кинематографий происходил и в Армении, Азербайджане, Туркменистане, Таджикистане, Киргизии, Казахстане.
         Вместе с мастерами старшего поколения с конца 50-х гг. на различных студиях страны к творческой работе обратились молодые кинематографисты, главным образом выпускники ВГИКа, Высших сценарных (с 1960) и режиссёрских (с 1966) курсов: режиссёры — Т. Е. Абуладзе, Ш. К. Айманов, А. А. Алов, В. П. Басов, Бондарчук, Р. А. Быков, В. Я. Венгеров, Л. И. Гайдай, Г. Н. Данелия, Ю. П. Егоров, В. П. Жалакявичюс, В. И. Ивченко, Ю. Ю. Карасик, Э. Г. Климов, А. С. Кончалочский, Кулиджанов, Т. М. Лиознова, А. Н. Митта, В. Н. Наумов, А. М. Неретниек, Ю. Н. Озеров, Г. И. Панфилов, Ростоцкий, Рязанов, С. И. Самсонов, А. А. Салтыков, Сегель, В. Н. Скуйбин, И. В. Таланкин, А. А. Тарковский, Л. А. Файзиев, Д. Я. Храбровицкий, М. М. Хуциев, Ю. С. Чулюкин, Чухрай, Р. Д. Чхеидзе, Швейцер, Э. М. и Г. Н. Шенгелая, В. М. Шукшин; сценаристы — О. А. Агишев, Ю. Т. Дунский, В. И. Ежов, Б. А. Метальников, Ю. М. Нагибин, И. Г. Ольшанский, Т. Г. Сытина, Н. Н. Фигуровский, В. С. Фрид; операторы — И. А. Грицюс, В. К. Дербенев, Л. И. Калашников, Г. Н. Лавров, В. В. Монахов, М. М. Пилихина, С. П. Урусевский, В. М. Шумский, В. И. Юсов. Строгий отбор выразительных средств, интеллектуальность, разносторонность, глубокий психологизм, яркая характерность стали важнейшими чертами исполнительской манеры наиболее видных представителей актёрской школы. Среди них — Л. М. Абашидзе, Ш. К. Айманов, Н. У. Аринбасарова, В. Ф. Артмане, Д. Ю. Банионис, А. В. Баталов, Бондарчук, М. Г. Булгакова, Быков, М. В. Володина, М. А. Глузский, Л. М. Гурченко, А. С. Демидова, Т. В. Доронина, Е. А. Евстигнеев, О. Н. Ефремов, С. Л. Закариадзе, З. М. Кириенко, М. М. Козаков, Л. В. Куравлев, К. Ю. Лавров, И. Г. Лапиков, Е. П. Леонов, И. В. Макарова, Н. В. Мордюкова, Г. А. Польских, Н. Н. Рыбников, М. Р. Рыскулов, И. С. Саввина, Т. Е. Самойлова, И. М. Смоктуновский, О. А. Стриженов, В. В. Тихонов, М. А. Ульянов, Е. Я. Урбанский, С. М. Чиаурели, И. М. Чурикова, Л. А. Чурсина, Шукшин и др.
         К началу 60-х гг. производилось в среднем 120—140 полнометражных художественных фильмов в год. На крупнейших киностудиях были созданы творческие объединения. Увеличился выпуск цветных кинокартин, внедрялись широкий экран, кинопанорама и стереозвук. В 1961 выпущен первый советский широкоформатный фильм «Повесть пламенных лет» (по Довженко, режиссёр Солнцева).
         В 60—70-е гг. советское киноискусство становится всё более многоплановым и углублённым в исследовании разнообразных сторон жизни общества; обогащаются выразит. средства, совершенствуется киноязык. По-прежнему одной из ведущих остаётся тема Великой Отечественной войны. Лучшие картины с большой эмоциональной силой повествуют о бессмертных подвигах, моральной чистоте, гуманизме советского народа. К наиболее значительным работам относятся: «Мир входящему» (1961, режиссёры Алов и Наумов), «Иванове детство» (1962, режиссёр Тарковский), «Вступление» (1963, режиссёр Таланкин), «Живые и мёртвые» (по Симонову, 1964, режиссёр Столпер), «Сказ о матери» (1964, режиссёр А. А. Карпов), «Отец солдата» (1965, режиссёр Чхеидзе), «Никто не хотел умирать» (1966, режиссёр Жалакявичюс), «Яблоки сорок первого года» (1969, режиссёр Б. Батыров), «А зори здесь тихие...» (1972, режиссёр Ростоцкий), четырёхсерийная киноэпопея «Освобождение» (1970—71, режиссёр Озеров).
         Центральное место занимают фильмы, посвященные современной действительности. Их отличает широкий показ жизни страны, интересно и многогранно раскрытые образы современников — рабочих, колхозников, интеллигенции. В лучших из них проявилось многообразие тем, художественных манер, жанрово-стилистических исканий: «Простая история» (1960, режиссёр Ю. П. Егоров), «Сережа» (1960, режиссёры Данелия и Таланкин), «Девять дней одного года» (1962, режиссёр Ромм), «Мне 20 лет» (1964, режиссёр Хуциев), «Председатель» (1965, режиссёр Салтыков), «Листопад» (1967, режиссёр О. Ш. Иоселиани), «Твой современник» (1968, режиссёр Райзман), «Доживём до понедельника» (1968, режиссёр Ростоцкий), «Влюблённые» (1969, режиссёр Э. Ишмухамедов), «У озера» (1969) и «Любить человека» (1972) — режиссёр обоих фильмов Герасимов; «Обвиняются в убийстве» (1970, режиссёр Б. И. Волчек), «Невестка» (1971, режиссёр Х. К. Нарлиев), «Белая птица с чёрной отметиной» (1971, режиссёр Ю. Г. Ильенко), «Укрощение огня» (1972, режиссёр Д. Я. Храбровицкий), «Это сладкое слово — свобода» (1973, режиссёр Жалакявичюс), «Калина красная» (1974, режиссёр Шукшин), «Любовь земная» (1974, режиссёр Е. С. Матвеев), «Романс о влюблённых» (1974, режиссёр Кончаловский), «Красное яблоко» (1975, режиссёр Т. Океев), «Премия» (1975, режиссёр С. Микаэлян), «Прошу слова» (1976, режиссёр Панфилов) и др. О творческой зрелости советского кино 60—70-х гг. свидетельствуют фильмы о революции и Гражданской войне. Важным вкладом в кинолениниану явились фильмы «Синяя тетрадь» (1963, режиссёр Кулиджанов), «Ленин в Польше» (1966, режиссёр Юткевич), дилогия Донского «Сердце матери» и «Верность матери» (1966—67), «Шестое июля» (1968, режиссёр Карасик). Эпическая широта мысли, достоверность, основанная на документах, характерны для историко-революционных фильмов этого периода; пафос революционной героики объединяет такие творчески различные картины, как «Первый учитель» (1965, режиссёр А. С. Кончаловский), «В огне брода нет» (1968, режиссёр Панфилов), «Белое солнце пустыни» (1970, режиссёр В. Я. Мотыль). Литературным первоисточником многих историко-революционных кинокартин явились известные произведения советской литературы: «Оптимистическая трагедия» (по Вишневскому, 1963, режиссёр Самсонов), «Железный поток» (по А. С. Серафимовичу, 1967, режиссёр Дзиган), «Комиссары» (по Ю. Н. Либединскому, 1970, режиссёр Н. П. Мащенко), «Бег» (по М. А. Булгакову, 1971, режиссёры Алов и Наумов)и др. Экранизировалась также русская и зарубежная классика: «Дама с собачкой» (по Чехову, 1960, режиссёр Хейфиц), «Гамлет» (1964) и «Король Лир» (1971) (оба по Шекспиру, режиссёр Козинцев), четырёхсерийный фильм «Война и мир» (по Л. Н. Толстому, 1966—1967, режиссёр Бондарчук), «Дон Кихот» (по М. Сервантесу, 1967, режиссёр Козинцев), «Братья Карамазовы» (по Ф. М. Достоевскому, 1968, 1—3-я серии, режиссёр Пырьев) и др. Лучшие традиции советской кинокомедии продолжены и в значительной мере обогащены в картинах: «Берегись автомобиля» (1966) и «Ирония судьбы, или С лёгким паром» (1976) (режиссёр обоих фильмов Рязанов), «Кавказская пленница» (1967, режиссёр Гайдай), в эксцентрической комедии Быкова «Айболит-66» (1966), лирическом детском фильме режиссёра Митты «Звонят, откройте дверь» (1966) и др.
         Совершенствуется искусство мультипликации. Киностудии Москвы, Киева, Тбилиси, Таллина и др. ежегодно выпускали свыше 30 мультфильмов. Среди наиболее популярных — «Каникулы Бонифация» (1965, режиссёр Ф. С. Хитрук), «Бременские музыканты» (1969, режиссёр И. Ковалевская), «Крокодил Гена» (1969, режиссёр Р. А. Качанов), «Ну, погоди!» (1969—74, вып. 1—8, режиссёр В. М. Котёночкин), «О, мода, : мода!» (1969, режиссёр В. Д. Бахтадзе), «Остров» (1973, режиссёр Хитрук).
         Заметных успехов достигло документальное кино, характерными особенностями которого стали высокая эмоциональность и художественность в изображении событий. Достижение на этом пути — трилогия «Рукопись Ленина», «Знамя партии» и «Ленин. Последние страницы» (1960—63, режиссёр Ф. А. Тяпкин). В числе наиболее значительных лент — «Разноэтажная : Америка» (1961, режиссёр Г. И. Асатиани), «Катюша» (1964, режиссёр В. П. Лисакович), «Обыкновенный фашизм» (1965, режиссёр Ромм), «Великая Отечественная» (1965, режиссёры Кармен, И. В. Венжер), «Если дорог тебе твой дом» (1967, режиссёр В. С. Ордынский), «Гренада, Гренада, Гренада моя...» (1967, авторы Кармен, Симонов), «Товарищ Хо Ши Мин» (1969, режиссёр Е. И. Вермишева), «Нарынский дневник» (1971, режиссёр А. Видугирис), «Трудные дороги мира» (1974, режиссёр А. А. Колошин), «Сердце Корвалана» (1975, режиссёр Кармен).
         Всё чаще центральные и республиканские киностудии создают киноленты по заказу телевидения: «Операция “Трест”» (1970, режиссёр С. И. Колосов), «Адъютант его превосходительства» (1971, режиссёр Е. И. Ташков), «Семнадцать мгновений весны» (1972, режиссёр Лиознова), «Красное и чёрное» по Стендалю (1976, режиссёр Герасимов) и др. Широкое признание получил украинский телефильм «Как закалялась сталь» по роману Н. А. Островского (1973, режиссёр Р. Н. Мащенко).
         Значительные идейные процессы в киноискусстве проходят под плодотворным воздействием постановления ЦК КПСС «О мерах по дальнейшему развитию советской кинематографии» (1972) и вдохновляющих на новые свершения решений съездов КПСС. Всё это открывает новые пути подъёма киноискусства, взаимообогащения кинематографий братских советских республик, усиления роли кино в коммунистическом строительстве, в духовной жизни народа.
         Советское киноискусство, являясь массовым и действенным в острой идеологической борьбе с империалистической пропагандой, убедительно показывает людям всего мира преимущества социалистического строя, гуманизм и интернационализм советского общества. Оно оказывает положительное воздействие на развитие мирового кинематографического процесса, вносит принципиальный вклад в обогащение киноязыка. Достижения советского киноискусства непосредственно повлияли на формирование итальянского неореализма, на становление национальных кинематографий социалистических, а также развивающихся стран, способствовали утверждению социальной проблематики в киноискусстве развитых капиталистических стран. Мировое признание получило теоретическое наследие классиков советского кино — Эйзенштейна, Пудовкина, Довженко, Вертова. Опираясь на их традиции, продолжает успешно и всесторонне развиваться советское киноведение (см. раздел Киноведение). Деятели советского кино объединены в Союз кинематографистов СССР (см. в разделе Творческие союзы).
         Лучшие советские фильмы, подтверждающие высокий авторитет кинематографии СССР за рубежом, отмечаются премиями и наградами на Международных Кинофестивалях стран Европы, Америки, Азии, Африки. В Советском Союзе проводятся представительные смотры киноискусства: Всесоюзный кинофестиваль (с 1958), Международный кинофестиваль в Москве (1935, с 1959 регулярно 1 раз в 2 года), Всесоюзный фестиваль спортивных фильмов (с 1966), Международный кинофестиваль стран Азии, Африки (с 1968) и Латинской Америки (с 1976) в Ташкенте и др. О развитии международных связей свидетельствуют совместные постановки советских киностудий с киностудиями стран социалистического содружества — Болгарии, Польши, Румынии, Чехословакии, Венгрии, Монголии, Югославии, ГДР, Кубы, а также киностудиями Индии, Италии, Франции, Японии, Швеции, США и др.
         Производство художественных документальных фильмов и кинопериодики осуществляется во всех союзных республиках. В 1975 выпущено 282 полнометражных фильма, в том числе 143 художественных, 30 документальных и 11 научно-популярных, 98 телевизионных и 1376 короткометражных. За год выходит свыше 50 названий периодических киножурналов, в том числе «Новости дня», «Пионерия» (для детей), Всесоюзный сатирический журнал «Фитиль», «Новости сельского хозяйства», «Наука и техника». На интенсивное развитие научно-популярного и учебного кино в решающей степени повлияла научно-техническая революция. Советская кинематография за годы своего существования выпустила (по 1975 включительно) около 5000 художественных фильмов, в том числе до 900 мультипликационных.
         Подготовка кинематографических творческих, руководящих и технических кадров осуществляется Всесоюзным государственным институтом кинематографии (ВГИК, Москва), Ленинградским институтом театра, музыки и кинематографии, Ленинградским институтом киноинженеров (ЛИКИ), отделениями кино в театральных институтах союзных и автономных республик, а также кинотехникумами.
         В СССР работали (1975) 39 киностудий художественных, хроникально-документальных, научно-популярных фильмов. Насчитывалось свыше 154 тыс. киноустановок (из них 25 628 в городах и 128 468 в сельской местности), в том числе свыше 100 тыс. широкоэкранных. Кроме того, функционировали 71 298 киноустановок без продажи билетов (в школах, на предприятиях и др.).
         О. В. Якубович-Ясный.
         Международные культурные связи СССР
         Советский Союз поддерживает культурные связи со 120 странами (1976). История международных культурных связей СССР показывает, что политика их развития, проводимая Коммунистической партией и Советским государством, обусловлена сущностью социалистического строя. Строительство коммунистического общества предполагает освоение и использование всего лучшего, прогрессивного, имеющегося в мировой культуре. СССР рассматривает международное культурное сотрудничество как равноправный и взаимовыгодный обмен ценностями материальной и духовной культуры в целях укрепления взаимопонимания между народами, обогащения национальных культур. Культурные связи СССР с зарубежными странами проводятся на основе уважения и строгого соблюдения принципов суверенитета, невмешательства во внутренние дела, законов и обычаев каждой страны.
         Культурные связи в 1917—39. В первые же месяцы после Великой Октябрьской социалистической революции были сделаны шаги по установлению международных культурных связей. Советского правительство 30 декабря 1917 опубликовало обращение к народам и правительствам других стран, в котором говорилось, что оно «... имеет своей задачей создание таких условий, при которых... все народы могли бы быть объединены в экономическом и культурном сотрудничестве» (Документы внешней политики СССР, т. 1, 1957, с. 68). Провозглашенная В. И. Лениным политика бережного отношения к культурному наследию прошлого, использования богатств мировой культуры в интересах строительства нового общества привлекла к себе внимание международной общественности. Советское правительство уделяло внимание установлению связей как со странами Европы и Северной Америки, так и со странами Азии, Африки и Латинской Америки, особенно с Афганистаном, Ираном, Индией, Китаем, Монголией и Турцией. Многие выдающиеся деятели культуры Запада выступили в поддержку Октябрьской революции и участвовали в установлении первых культурных контактов с рабоче-крестьянским государством. Яркий пример международной поддержки Страны Советов — опубликованный в газете «Юманите» 26 октября 1919 манифест «Против блокады» группы видных писателей, учёных и общественных деятелей (А. Барбюс, Ж. Р. Блок, П. Вайян-Кутюрье, П. Ланжевен, Г. Манн, Р. Тагор, А. Франс, Б. Шоу и др.). Этот документ был высоко оценен Лениным.
         Важную роль в становлении культурных связей сыграли международные пролетарские организации солидарности с новой Россией. В 20-х гг. возникли организации: Международная рабочая помощь (Межрабпом), Международное объединение революционных писателей (МОРП), Международное бюро революционных художников и др. Большое значение для развития культурных связей СССР имело создание в 1925 Всесоюзного общества культурной связи с заграницей (См. Всесоюзное общество культурной связи с заграницей) (ВОКС). В 20—30-х гг. во многих странах возникли общества культурных связей с СССР и союзы друзей СССР.
         Литература и книгообмен. Многие выдающиеся писатели мира горячо приветствовали Октябрьскую революцию (Р. Роллан, А. Франс, Т. Драйзер, З. Неедлы, М. Андерсен-Нексё, И. Бехер, Шон О'Кейси и др.). Важную роль сыграла деятельность Дж. Рида, написавшего книгу «Десять дней, которые потрясли мир», и А. Р. Уильямса — автора книг «Ленин — человек и его дело», «Сквозь русскую революцию», «76 вопросов и ответов о Советах». Эти книги — результат пребывания их авторов в Советской России. В 1920 в Советскую Россию приезжал Г. Уэллс, который был принят Лениным. В 20—30-х гг. СССР посетили многие видные писатели: И. Ольбрахт, Андерсен-Нексё, М. Майорова, Барбюс, Вайян-Кутюрье, Бехер, А. Зегерс, Л. Фейхтвангер, Драйзер, Л. Арагон, Шоу, Роллан, Н. Хикмет, Тагор и др.
         В 1927 на празднование 10-летнего юбилея Октябрьской революции в СССР приехало около 1500 иностранных гостей, среди них было немало деятелей культуры. В это же время был проведён конгресс друзей СССР, президиум которого включал представителей 38 стран.
         Советские писатели с первых лет установления Советской власти совершали зарубежные поездки и использовали их для популяризации достижений литературы социалистического реализма. Важное значение имела деятельность М. Горького, жившего несколько лет за границей. Неоднократно был за рубежом В. Маяковский, революционная поэзия которого служила укреплению авторитета советской культуры. Его произведения переводили Бехер, Арагон, Э. Триоде, Дж. Линдсей, П. Неруда и др. За границу выезжали также С. Есенин, Л. Сейфуллина, И. Эренбург, В. Лидин, М. Слонимский, О. Форш, Л. Никулин, Г. Серебрякова, А. Безыменский и др.
         В 1918 по инициативе М. Горького было создано издательство «Всемирная литература», которому удалось наладить сотрудничество с более чем 350 учёными, переводчиками и зарубежными писателями. К 1924 издательство опубликовало 213 книг, 11 номеров журналов «Восток» и «Современный Запад» и 57 произведений в сборниках «Новости иностранной литературы». Созданием издательства «Всемирная литература» были заложены основы переводческого дела в СССР. В 1930—32 было издано 11 тт. собрание сочинений Роллана. В 1931 издательство художественной литературы выпустило книги 20 иностранных писателей тиражом около 1,5 млн. экз., 16 авторов в серии «Новинки иностранной революционной литературы» (около 1.3 млн. экз.) и 3 выпуска массовой библиотеки (свыше 3,1 млн. экз.), включавшей произведения Уэллса, Э. Синклера, Арагона, Драйзера, Бехера, М. Залки, Б. Иллеша, Б. Ясенского и др.
         Переводы произведений советских писателей издавались за рубежом. Вначале это были в основном произведения М. Горького, переведённые на 12 языков. В 1923—25 во Франции и Италии вышли сборники стихов и поэм Есенина. В 1921—24 в Чехословакии на долю советских писателей приходилось около 10% всей переведённой художественной литературы, в 1926 — более 30%. В 1930—32 в США, Великобритании и Канаде было опубликовано более 20 отдельных изданий советской художественной литературы. В странах Центральной и Юго-Восточной Европы были опубликованы «Тихий Дон» М. Шолохова, «Цемент» Ф. Гладкова, «Чапаев» Д. Фурманова, «Бронепоезд 14-69» Вс. Иванова, «Железный поток» А. Серафимовича и мн. др. В январе 1930 ВОКС создал Комитет по изданию за границей советской литературы.
         В 20—30-е гг. начал развиваться книгообмен. В 1921 по инициативе Ленина при СНК была создана Центральная межведомственная комиссия по приобретению и распространению иностранной литературы (Коминолит). В начале 1920 создано Бюро по международному книгообмену АН СССР. В 1921 в Финляндию впервые было послано 150 изданий. В 1923—25 за рубеж было направлено более 74 тыс. экз. изданий АН СССР и получено свыше 50 тыс. Советские книги направлялись в 48 стран, в СССР поступала литература из 24 стран.
         Издания Советского Союза экспонировались на международных выставках: в 1922 — в Праге на выставке современных изданий и во Флоренции на книжной выставке. В 1925 в Лондоне была организована выставка советского плаката, книг, периодических изданий и стенных газет, в 1934 в Варшаве — выставка советские книги и т. д.
         Советские литераторы участвовали в международных конгрессах писателей в Париже (1935) и Мадриде (1937). Зарубежные писатели приняли участие в работе 1-го Всесоюзного съезда советских писателей (1934) и в мероприятиях в связи со 100-летием со дня смерти А. С. Пушкина (1937).
         Кино. Международные контакты начались с обмена хроникально-документальными фильмами. Важную роль в создании и распространении за рубежом советских фильмов сыграл Межрабпом («5 лет Советской России», «1 мая 1922 г. в Москве», фильмы о 3-м, 4-м и 5-м конгрессах Коминтерна, «Похороны Ленина», «Мать и дитя в России» и др.). Всего за 1924—32 Межрабпом выпустил 241 кинокартину, из них 34% было продано 26 странам. Межрабпом занимался также ввозом зарубежных фильмов в СССР (около 200 фильмов).
         В начале 30-х гг. советские кинофильмы демонстрировались в 52 странах. При этом показ ряда фильмов запрещался (например, Вс. Пудовкина «Мать» в Великобритании, Д. Вертова «Энтузиазм» в Германии). Грандиозный успех выпал на долю фильма С. Эйзенштейна «Броненосец “Потемкин”», привлекли внимание фильмы «Мать» и «Конец Санкт-Петербурга» Пудовкина, «Мы из Кронштадта» Е. Дзигана, «Депутат Балтики» А. Зархи и И. Хейфица, трилогия о Максиме Г. Козинцева и Л. Трауберга.
         Советское кино стало участником международных киносмотров. Один из первых советских художественных фильмов «Поликушка» А. Санина на традиционном киноконкурсе в США (1922) был включен в число 10 лучших фильмов, выпущенных за год на экраны мира. На выставке декоративных искусств в Париже (1925) советские фильмы завоевали 2 золотые медали («Стачка» Эйзенштейна и «Из искры пламя» Д. Бассалыго), а также серебряную медаль и почётный диплом. На международной киновыставке в Гааге (1928) СССР занял 1-е место по количеству экспонатов и разнообразию выставленных материалов. В Нью-Йорке (1930) среди 5 премированных лучших кинофильмов мира было 3 советских («Потомок Чингис-хана» Пудовкина, «Земля» А. Довженко, «Генеральная линия» Эйзенштейна и Г. Александрова). С 1932 СССР стал участвовать в Венецианском кинофестивале. На международных кинофестивалях 1932—37 ряд призов был присужден фильмам «Путёвка в жизнь» Н. Экка, «Весёлые ребята» Александрова, «Петербургская ночь» Г. Рошаля, «Гроза» и «Петр Первый» В. Петрова, и др.
         В конце 20-х — начале 30-х гг. за рубеж направлялись советские киноэкспедиции: в Афганистан (1928), Йемен (1929), Монголию (1930). Большое значение для развития мексиканской кинематографии имела поездка Эйзенштейна в эту страну (1930—1931). В 1936 в Монголии И. Траубергом был снят звуковой художественный фильм «Сын Монголии».
         В 1935 в Москве состоялся 1-й Московский международный кинофестиваль. Первые премии получили советские фильмы «Чапаев» Г. и С. Васильевых, «Крестьяне» Ф. Эрмлера и «Юность Максима».
         Изобразительное искусство. В 1918 при Отделе изобразит. искусств Наркомпроса было создано международное бюро. С начала 20-х гг. Советская Россия стала организовывать за рубежом художественные выставки. При активной поддержке Ленина первая выставка открылась в Берлине в 1922 (экспонировалось 600 произведений). Вторая была проведена в США (1924), на ней были представлены работы 100 художников, в том числе А. Н. Бенуа, А. М. Васнецова, И. И. Бродского, И. Э. Грабаря, С. Т. Коненкова и др.
         В 20—30-е гг. начался обмен художественными выставками. Советские выставки прошли почти во всех европейских странах, США, Канаде, Японии, странах Азии и Латинской Америки. В 1930 передвижная выставка «Искусство Советского Союза» (150 картин, около 100 гравюр, а также скульптура и фаянс) была показана в Швеции, Норвегии и Германии. В 1934 были организованы советские выставки: искусства в США, графики в Финляндии, художественная выставка в Турции; в 1936 — выставка графики в Китае и др.
         В 1926 в Москве состоялась 1-я выставка произведений революционных художников Запада. В начале 30-х гг. в Москве дважды экспонировались произведения художников — членов клуба Дж. Рида. В 1928 организована выставка французского искусства, в 1932 в Москве и Ленинграде — персональная выставка произведений Кете Кольвиц, в 1934 — выставка финляндского искусства, в 1937 — выставка бельгийской живописи и т. д.
         С середины 20-х гг. СССР стал участвовать в международных художественных выставках. Советские художники представили произведения на традиционную 24-ю международную Выставку искусства в Венеции (1924). В 1925 СССР участвовал в международной выставке декоративных искусств (Париж), на которой советские экспонаты получили 185 наград (в т. ч. 9 Гран при и 58 золотых медалей). СССР участвовал в международных выставках «Социалистическое искусство сегодня» (Амстердам, 1930), 1-й международный выставке гравюр на дереве (Варшава, 1931), графики (Варшава, 1933) и т. д.
         Театр и музыка. В 20—30-е гг. важной формой международных связей стал выезд за рубеж театральных и музыкальных коллективов. В 1921 в Швеции, Норвегии и Финляндии прошли гастроли Государственного квартета домр под управлением Г. П. Любимова. В 1922—24 Московский художественный театр (режиссёры К. С. Станиславский и Вл. И. Немирович-Данченко) показал зрителям Германии, Югославии, Франции и США 561 спектакль русской и иностранной классики. В 1925 совершил турне по Европе Московский Камерный театр (режиссёр А. Я. Таиров), которому на международной выставке в Париже был присужден Гран при. В 1928 в Германии, Латвии, Швейцарии, Италии состоялись концерты Ленинградской академической капеллы. Событием в культурной жизни Парижа в 1928 стало выступление театра им. Е. Вахтангова. В 1930 совершил поездку в Германию Театр им. Вс. Мейерхольда. В 1930 состоялась 7-месячная поездка Камерного театра (Европа и Южная Америка). В 1935 группа артистов Большого театра дала 23 концерта в Турции и т. д.
         С интересом встречали в Советском Союзе зарубежные творческие коллективы. Начало этому было положено в 1928 японским классическим театром «Кабуки» (выступил в Москве и Ленинграде).
         Во 2-й половине 20-х гг. начался обмен самодеятельными рабочими коллективами. В 1927 московский коллектив «Синяя блуза» выехал на гастроли в Германию. Под влиянием советской художественной самодеятельности создавались рабочие самодеятельные коллективы и в ряде стран Запада. В 1929—32 в СССР выступили самодеятельные рабочие коллективы из Германии («Красный рупор», «Тревога», «Театр молодых актёров»). В Москве было создано Международное рабочее театральное объединение (МРТО), учредителями которого были представители рабочих театров СССР, Германии, Чехословакии, Франции, Бельгии, Швейцарии, США. По решению МРТО 15 февраля 1931 в СССР и в ряде стран Запада впервые был проведён Международный день рабочего театра. В 1933 в Москве состоялась Международная олимпиада революционных театров (выступили 26 советских и зарубежных коллективов).
         Вскоре после Октябрьской революции 1917 начал развиваться обмен отдельными исполнителями. В начале 20-х гг. в Москве выступили немецкий дирижёр О. Фрид и венгерский скрипач И. Сигети; в 1923—25 — немецкие дирижёры Г. Брехер, Б. Вальтер, О. Клемперер, Г. Абендрот и др. В 1928 в Москву приезжал автор музыки «Интернационала» П. Дегейтер. В довоен. годы в СССР побывали дирижёр Л. Стоковский (США), пианисты Б. Барток (Венгрия), А. Рубинштейн (Польша), Э. Петри и А. Шнабель (Германия) и др. С начала 30-х гг. советские режиссёры стали получать приглашения на постановку спектаклей в зарубежных театрах. В 1931 Н. Сац в содружестве с О. Клемперером поставила на сцене Берлинского театра оперу «Фальстаф» Дж. Верди, а в театре «Колон» в Буэнос-Айресе — «Свадьбу Фигаро» В. Моцарта.
         Со 2-й половины 20-х гг. деятели советского театра и музыки начали участвовать в международных конкурсах и конгрессах: 1-м конкурсе пианистов им. Ф. Шопена (Варшава, 1927), музыкальном фестивале (Зальцбург, 1928), театральных конгрессах (Париж, 1928, и Рим, 1930), конкурсе скрипачей (Брюссель, 1937) и др.
         Представители культуры СССР участвовали в работе международных организаций. В середине 20-х гг. Советский Союз вступил в Международное общество современной музыки, Всемирную лигу артистических организаций и др.
         Участие СССР во всемирных выставках. На Всемирной выставке в Париже (1937) советский павильон посетило 20 млн. чел. В зале, посвященном искусству, экспонировались картины, гравюры, скульптуры, макеты театральных постановок, образцы народного художественного творчества, в кинотеатре демонстрировались советские художественные и документальные фильмы. На сцене парижских театров выступили артисты МХАТ и Краснознамённого ансамбля песни и пляски Советской Армии. Советскому павильону было присуждено около 270 наград (95 Гран при, 70 золотых, 40 серебряных и 6 бронзовых медалей, более 50 почётных дипломов). Высших наград были удостоены статуя В. Мухиной «Рабочий и колхозница», картины художников И. Бродского, С. Герасимова и Б. Иогансона.
         На Всемирной выставке в Нью-Йорке (1939) были представлены произведения советской живописи, графики и скульптуры, изделия народных умельцев, макеты и эскизы театральных постановок, художественная литература и периодика, образцы детского творчества и др. С советской экспозицией ознакомились 16,5 млн. чел.
         Международные культурные связи СССР существенно нарушила 2-я мировая война 1939—45. В тяжёлых условиях войны, в ходе которой ещё более возрос интерес к СССР, во многих странах (Франция, Дания, Бельгия и др.), оккупированных немецко-фашистскими войсками, в подполье продолжалась деятельность организаций друзей Советского Союза. Например, Бельгийское общество друзей СССР регулярно издавало тиражом 25 тыс. экз. бюллетень «Радио Москвы» (за время оккупации было распространено 198 номеров).
         Культурные связи в 1945—76. Победа Советского Союза в Великой Отечеств. войне 1941—45 ещё более укрепила международный авторитет первого социалистического государства и открыла новые перспективы для всестороннего сотрудничества между странами.
         В первые послевоенные годы на развитие культурных связей СССР с зарубежными странами существенно влияли два фактора: с одной стороны, проводимая империалистическими державами политика «холодной войны», а с другой — необходимость сосредоточить все силы и средства на быстрейшем восстановлении народного хозяйства.
         Важным фактором духовной жизни человечества стало растущее культурное сотрудничество социалистических стран. Масштабы международного культурного сотрудничества СССР значительно возросли с выходом на мировую арену с начала 60-х гг. большой группы независимых государств Африки и Азии. Широкое развитие получили многосторонние формы культурных связей. В 50-х гг. СССР вступил в различные международные организации. С 21 апреля 1954 Советский Союз — член ЮНЕСКО. Курс на значительное расширение связей потребовал создания общегосударственного координирующего и планирующего органа. В 1957—67 функционировал Государственный комитет по культурным связям с зарубежными странами при Совете Министров СССР, сыгравший важную роль в развитии культурного сотрудничества. В 1958 на базе ВОКС был создан Союз советских обществ дружбы и культурной связи с зарубежными странами (ССОД).
         С 50-х гг. начался процесс заключения долгосрочных соглашений о культурном и научном сотрудничестве. В 1976 Советский Союз имел межправительственные соглашения по культурным обменам с 81 страной.
         Культурные связи со странами социалистического содружества составляют более половины общего объёма международных культурных связей СССР. Наряду с общими соглашениями, в которых определены основы регулирования культурных взаимоотношений, имеется также свыше 100 соглашений по отдельным вопросам культурного сотрудничества: об обмене теле- и радиопрограммами, о совместном производстве кинофильмов, об обмене студентами, аспирантами и стажерами. Осуществляется (с 1975) переход на 5-летнее планирование культурного сотрудничества. Только по линии министерства культуры СССР в социалистические страны выезжало в 1961—1965 около 15 тыс. представителей советской культуры, в 1966—70 — около 25 тыс. и в 1971—1975 — свыше 35 тыс.
         В послевоенные десятилетия в СССР было издано 8 тыс. названий книг 1200 авторов из стран социализма, в том числе 1400 болгарских и 900 польских книг. В социалистических странах переводится значительное число советских книг.
         В 1971—75 из СССР выезжало 495 художественных коллективов, а приезжало в СССР — 411. За это же время Советский Союз экспонировал 413 выставок, а в Советском Союзе было проведено 243. В социалистических странах состоялось около 200 фестивалей и недель советских фильмов и около 150 — в СССР. В 1974 демонстрировалось более 450 советских фильмов (160 млн. зрителей).
         Развитию культурных связей способствовало празднование 50-летия Великой Октябрьской революции (1967), 100-летия со дня рождения В. И. Ленина (1970), 50-летия образования СССР (1972), 30-летия Победы над фашизмом (1975) и др.
         Одна из традиционных форм культурных связей между социалистическими странами — обмен художественными коллективами и отдельными исполнителями. В социалистических странах выступали Большой театр Союза ССР, балетная труппа Ленинградского театра оперы и балета имени С. М. Кирова, МХАТ, Малый театр, Ленинградский Большой драматический театр им. А. М. Горького, Театр им. Е. Вахтангова, Украинский театр оперы и балета им. Т. Г. Шевченко, Центральный театр кукол, Государственный ансамбль народного танца СССР, Государственный хореографический ансамбль «Берёзка», танцевальные коллективы союзных республик, например Молдавский ансамбль народного танца «Жок», Узбекский ансамбль «Бахор» и др., Государственный русский народный хор им. Пятницкого, Омский русский народный хор и др.
         В Советский Союз приезжали Болгарский народный театр им. И. Вазова, Государственный ансамбль песни и танца ДРВ, Будапештский оперный театр, Государственный ансамбль песни и танца КНДР, Кубинский ансамбль народной музыки, Национальный балет Кубы, Государственный ансамбль песни и танца МНР, Монгольский драматический театр им. Д. Нацагдоржа, польские ансамбли «Мазовше» и «Шлёнск», Румынский драматический театр им. И. Караджале, Словацкий национальный театр, Люблянская опера, Сербский национальный театр и др.
         Устанавливаются прямые контакты между различными учреждениями культуры. Например, между театром драмы Литовской ССР и Веймарским национальным театром (ГДР); руководитель Веймарского театра О. Ланг и главной художник Ф. Хавеман поставили в Вильнюсском театре драму Ф. Шиллера «Коварство и любовь». Обменялись выставками Государственный Эрмитаж и Дрезденская галерея. Советские учреждения культуры поддерживают (сер. 70-х гг.) прямые связи с 227 театрами, музеями, библиотеками.
         Традицией стало взаимное проведение дней культуры, для участия в которых, привлекаются выдающиеся деятели культуры, известные художественные коллективы и отдельными исполнители. Например, в 1970—75 советские писатели участвовали более чем в 70 днях культуры, декадах, неделях литературы в странах социализма.
         Проводятся фестивали музыки и драматургии. Всё чаще создаются совместные произведения — постановка спектаклей, производство кинофильмов и др. В сотрудничестве с чехословацкими кинематографистами созданы фильмы «Соколове», «Завтра будет поздно», польскими — «Помни имя своё», болгарскими — «Украденный поезд», югославскими — «Единственная дорога» и т. д. Проводятся художественные выставки социалистических стран (Москва, 1959; Варшава, 1970; Москва, 1975), выставки «Интерпресс-фото», фестивали фильмов кинолюбителей и т. д.
         Развиваются связи творческих союзов, проводятся совместные заседания секретариатов, двусторонние симпозиумы по вопросам творчества и т. д. Организуются ежегодные встречи руководителей кинематографии, издательского дела, союзов писателей, художников, композиторов, архитекторов, журналистов. Проводятся встречи министров культуры социалистических стран, например в Будапеште (1971), Берлине (1972), Варшаве (1973), Гаване (1974), Бухаресте (1975), Улан-Баторе (1976).
         Культурные связи с развивающимися странами приобретают всё больший размах, разнообразные и устойчивые формы. Развивая дружеств. связи с этими странами, Советский Союз исходит из ленинского положения о необходимости оказания бескорыстной культурной помощи отсталым и угнетённым народам (см. В. И. Ленин, Полн. собр. соч., 5 изд., т. 30, с. 120). Главное содержание культурного обмена СССР с развивающимися странами — оказание практического содействия в подготовке национальных кадров, в возрождении и развитии их культур, в создании научных и культурных учреждений.
         В учебных заведениях культуры и искусства, в театрах и балетных труппах этих стран работает более 100 советских деятелей культуры (1976).
         Большую роль в культурных связях играет обмен художественными коллективами и выставками. В СССР выступили Афганский драматический театр «Ды Кабул нындаре», ансамбли танца Алжира, Бирмы, Ганы, Гвинеи, Замбии, Индии, Ирака, Лаоса, Ливии, Марокко, Пакистана, Руанды, Сомали, Уганды, Шри-Ланки, Эфиопии и др., Национальный балет Сенегала, Национальный фольклорный ансамбль Мали, Аргентинский фольклорный ансамбль «Багуала», Венесуэльский фортепьянный квартет, Колумбийский национальный балет, Парагвайский ансамбль «Лос Парагвайос» и др.
         В СССР были проведены Индийская национальная выставка, выставки современного изобразит. искусства Афганистана, искусства Непала, шедевров искусства Ирана, египетская выставка «Сокровища гробницы Тутанхамона», Иракская выставка «Сокровища Древнего Двуречья», современной живописи Эфиопии, прикладного искусства Алжира, Гвинеи и Марокко, изобразительного и прикладного искусства Заира, Конго и Того, выставка современной уругвайской гравюры и др.
         Культурные связи с капиталистическими странами СССР всегда рассматривал как важный фактор мирного сосуществования государств с различным социально-экономическим строем.
         С середины 50-х гг. на гастроли в капиталистические страны выезжали все известные художественные коллективы СССР. В свою очередь, в Советском Союзе за эти годы побывали многие известные артистические коллективы: балетная труппа французской Национальной оперы «Гранд-Опера», Королев. балет Великобритании, «Нью-Йорк сити балле», Датский Королевский балет, Национальный балет Нидерландов, Миланский театр «Ла Скала», Венская государственная опера, Шведская Королевская опера, Финляндский национальный оперный театр, французский театр «Комеди Франсез», Шекспировский мемориальный театр, Стратфордский драматический театр из Канады, Греческий театр трагедии, Финляндский национальный театр, Норвежский драматический театр, Сицилийский театр «Театро Стабиле», японский театр «Кабуки», итальянский театр марионеток «Пикколи ди Подрекка», японский традиционный театр кукол«Авадзи», американский балет на льду «Холидей он айс», Венский балет на льду «Айс ревю», Датский Королевский симфонический оркестр, Бостонский, Венский, Лондонский, Монреальский, Нью-Йоркский и Филадельфийский симфонические оркестры, Амстердамский, Мюнхенский, Страсбургский филармонические оркестры, Рейнский, Цюрихский и Штутгартский камерные оркестры, Нью-Йоркские джаз-оркестр и квартет духовых инструментов, Венский камерный ансамбль старинной музыки и др.
         В странах Запада был проведён ряд крупных культурных мероприятий СССР. Во Франции — гастроли (1970) всей оперной труппы Большого театра, впервые за его 200-летнюю историю (было показано 33 спектакля, присутствовало 75 тыс. зрителей); фестиваль искусств народов СССР (1972) под девизом «Широка страна моя родная», посвященный 50-летию образования СССР. 250 певцов, танцоров и музыкантов 15 советских союзных республик представили многонациональное искусство СССР.
         В США — демонстрация (1972) в течение 10 месяцев выставки «Творчество народов СССР» (1500 произведений прикладного искусства всех союзных республик), её посетило 540 тыс. чел.; выставке было посвящено более 50 телепередач американских станций и свыше 800 статей в газетах и журналах США; на гастролях (1975) Большого театра присутствовало свыше 500 тыс. зрителей.
         В Великобритании — фестиваль русской и советской музыки (1972), в котором участвовали мастера советского искусства Д. Шостакович, Т. Хренников, Е. Светланов и 6 английских симфонических оркестров (прозвучало около 310 произведений русской классики и советских композиторов); выставка русского и советского пейзажа (1975).
         В Японии — первый фестиваль русской и советской музыки (1975), в котором участвовало около 350 советских мастеров музыкального искусства в составе таких коллективов, как Государственный симфонический оркестр Ленинградской филармонии под управлением Е. Мравинского, Московский камерный оркестр под рук. Р. Баршая, Государственный академический русский народный оркестр им. Н. Осипова под управлением В. Дубровского, Государственная академическая русская хоровая капелла им. А. Юрлова под управлением Ю. Ухова, и выставка шедевров русской и советской живописи (1975).
         Советские дирижёры (А. Ш. Мелик-Пашаеви др.) и режиссёры (И. М. Туманов и др.) ставили русские и советские оперы во многих странах.
         Участие СССР в многосторонних культурных мероприятиях. Советский Союз придаёт важное значение развитию культурного сотрудничества на многосторонней основе. В 1958 СССР был участником Всемирной выставки в Брюсселе (советский павильон посетило свыше 30 млн. чел.). СССР получил более 520 призов и медалей выставки, в том числе 100 по разделу «Культура». На Всемирной выставке 1967 в Монреале павильон СССР посетило 13 млн. чел. Художественные коллективы и артистические ансамбли СССР дали около 400 концертов, на которых побывало свыше 900 тыс. чел., а в кинотеатре советского павильона — около 750 тыс. чел. Советский павильон на Всемирной выставке в Осаке (1970), одну треть которого занимала экспозиция по культуре, посетило 28 млн. чел.
         Советские кинематографисты участвовали во многих международных кинофестивалях: художественных фильмов (Акапулько, Бейрут, Западный Берлин, Ванкувер, Уэллингтон, Венеция, Дели, Канн, Карачи, Карлови-Вари, Карфаген, Коломбо, Локарно, Лондон, Мангейм, Мельбурн, Мар-дель-Плата, Нион, Окленд, Париж, Пномпень, Сан-Себастьян, Сан-Франциско, Сидней, Стратфорд, Тегеран, Чикаго, Эдинбург), короткометражных и документальных (Буэнос-Айрес, Гренобль, Краков, Лейпциг, Монтевидео, Оберхаузен, Тампере, Тур), телевизионных (Александрия, Западный Берлин, Канн, Монте-Карло, Прага), научно-технических (Белград, Будапешт, Падуя, Пардубице), научно-популярных (Падуя, Рим), авторских (Бергамо, Сан-Ремо), детских и юношеских (Венеция, Палермо, Тегеран), мультипликационных (Аннеси, Бухарест, Загреб, Мамая), фантастических (Триест), медицинских (Брюссель), военных (Версаль, Веспрем, Вроцлав), спортивных (Кортина-д'Ампеццо, Крап), туристских (Белград, Нант). В 1971—75 советские фильмы завоевали на международных кинофестивалях 227 золотых, серебряных, бронзовых наград и почётных дипломов.
         Деятели советской музыки участвовали в международных музыкальных конкурсах и неоднократно удостаивались высоких наград, в том числе в крупнейших конкурсах им. Жака Тибо и Маргариты Лонг (Париж), королевы Елизаветы (Брюссель), Ф. Шопена (Варшава). Среди других фестивалей и конкурсов — международные музыкальные фестивали «Пражская весна», «Варшавская осень», музыкальные конкурсы (Женева, Будапешт, Вена, Лос-Анджелес), конкурсы вокалистов (Барселона, Монреаль, Рио-де-Жанейро, Тулуза, Хертогенбос), пианистов (Будапешт, Лидс, Монтевидео, Париж, Рио-де-Жанейро, Терни, Форт-Уэрт), скрипачей (Генуя, Монреаль, Познань, Хельсинки), дирижёров (Западный Берлин, Рим), виолончелистов (Флоренция), исполнителей на духовых инструментах (Будапешт), полифонической и народной музыки (Ареццо), струнных квартетов (Прага), самодеятельных хоровых коллективов (Дебрецен), молодых дирижёров (Западный Берлин), молодых исполнителей (Будапешт), молодых певцов (Тулуза), молодых оперных певцов (София), молодых скрипачей (Познань), юных пианистов (Париж), молодёжных симфонических оркестров (Западный Берлин).
         СССР принял участие в международных фестивалях искусств (Авиньон, Мехико, Ницца, Токио, Шираз), фестивалях балетного искусства (Варна, Хельсинки), драматических театров (Венеция), телевизионных театров (София), камерной музыки (Пловдив) и др.
         Советские художники участвовали в международных художественных выставках (Венеция, Сан-Паулу), выставках графики (Краков), плаката (Варшава) и др.
         Советские деятели культуры участвовали в создании Ассоциации писателей стран Азии и Африки (1958), Международной ассоциации художников-карикатуристов (1958), Международной ассоциации мультипликационного кино (1961), Международной ассоциации преподавателей русского языка и литературы (1967), Международной ассоциации по изучению цивилизации Центральной Азии (1973), Международной ассоциации по изучению и распространению славянских культур (1976) и др.
         Советский Союз участвует (1975) в работе более 550 различных международных организаций.
         Яркий показатель повышения роли советской культуры — проведение на территории СССР международных мероприятий. Некоторые из них стали традиционными. Например, с 1958 в Москве проводится Международный музыкальный конкурс им. П. И. Чайковского (1 раз в 4 года), в 5-м конкурсе (1974) участвовало 204 музыканта из 30 стран.
         С 1959 в Москве проводится Международный кино фестиваль (1 раз в 2 года). В 9-м фестивале (1975) приняло участие свыше 1 тыс. кинематографистов почти из 100 стран.
         С 1968 в Ташкенте проводится Международный кинофестиваль стран Азии и Африки (1 раз в 2 года), на 3-м фестивале (1974) были показаны 31 художественный фильм из 29 стран и 70 документальных — из 22 стран. С 1976 этот киносмотр стал Международным кинофестивалем стран Азии, Африки и Латинской Америки.
         С 1969 в Москве проводится Международный конкурс артистов балета (1 раз в 4 года), во 2-м конкурсе (1973) — 75 чел. из 23 стран.
         В 1967, 1970 и 1975 в Москве проведены крупные международные выставки книг. На выставке 1975 было представлено более 25 тыс. книг на 88 языках, выпущенных 500 издательствами и фирмами 44 стран, а также ООН, ЮНЕСКО и ВОЗ. В 1969 и 1973 в Москве проводилась международная выставка «Сатира в борьбе за мир». Проведены также международный конкурс-фестиваль современной эстрадной песни, международный фестиваль молодёжной политической песни, конгресс Международного союза кукольников (УНИМА), фестиваль кукольных театров и др.
         Цель этих международных форумов — консолидация мирового прогрессивного искусства, утверждение средствами культуры идей мира и гуманизма.
         В течение многих лет СССР занимает первое место в мире по выпуску переводной литературы. В Советском Союзе издаётся переводных книг в 9 раз больше, чем в Великобритании, и в 4 раза больше, чем в США. За годы Советской власти было издано 28 тыс. произведений иностранных авторов на 76 языках народов СССР. Ежемесячный журнал «Иностранная литература» издаётся тиражом 600 тыс. экз., в нём публикуются лучшие произведения современных зарубежных писателей. Этой же цели служат литературно-художественный и общественно-политический журнал «Всесвiт» («Весь мир») и «Лооминг» («Творчество»). Выпущено уникальное издание — «Библиотека всемирной литературы» в 200 тт., в которую входят лучшие творения художественной литературы (тираж каждого тома — 300 тыс. экз.). Общий тираж изданных в СССР произведений иностранной литературы приближается к 1,5 млрд. экз.
         В советских театрах идут (1976) спектакли по 129 произведениям современных западных писателей, в том числе 35 пьес американских, 21 пьеса французских, 15 — итальянских авторов. По данным ЮНЕСКО, по телевидению социалистических стран программ, подготовленных на студиях Запада, показывается в 3 раза больше, чем программ социалистических стран по телевидению западных стран.
         В 1966—75 СССР приобрёл 61 американский фильм (американские фирмы купили за это же время 25 советских фильмов). Советский Союз ежегодно закупает в капиталистических странах 50—60 фильмов. В 1974—75 было выпущено в массовый прокат 14 новых французских фильмов, 10 — американских, 7 — итальянских, 3 — английских, не считая показа ранее купленных картин.
         Советский Союз последовательно проводит курс на расширение и укрепление культурных связей со всеми странами и народами.
         Г. А. Можаев.
        С. В. Чехонин. Блюдо «РСФСР». Петроградский фарфоровый завод. 1918. Музей Ленинградского фарфорового завода имени М. В. Ломоносова.
        С. В. Чехонин. Блюдо «РСФСР». Петроградский фарфоровый завод. 1918. Музей Ленинградского фарфорового завода имени М. В. Ломоносова.
        Советская живопись 1940—60-х гг. О. М. Зардарян. «Весна». 1956. Третьяковская галерея. Москва.
        Советская живопись 1940—60-х гг. О. М. Зардарян. «Весна». 1956. Третьяковская галерея. Москва.
        И. Э. Грабарь. «На озере». 1926. Русский музей. Ленинград.
        И. Э. Грабарь. «На озере». 1926. Русский музей. Ленинград.
        «Луноход-2».
        «Луноход-2».
        Советская скульптура. Г. Йокубонис. «Мать». Фрагмент памятника жертвам фашизма в деревне Пирчюпис. Литовская ССР. Гранит. 1960.
        Советская скульптура. Г. Йокубонис. «Мать». Фрагмент памятника жертвам фашизма в деревне Пирчюпис. Литовская ССР. Гранит. 1960.
        Советская скульптура. И. Д. Шадр (архитектор С. Е. Чернышёв). Памятник В. И. Ленину на Земо-Авчальской ГЭС в Грузинской ССР. Бронза, камень. 1927.
        Советская скульптура. И. Д. Шадр (архитектор С. Е. Чернышёв). Памятник В. И. Ленину на Земо-Авчальской ГЭС в Грузинской ССР. Бронза, камень. 1927.
        Советская скульптура. К. С. Кобизева. «На освобождённой земле». Гипс. 1967. Художественный музей Молдавской ССР. Кишинёв.
        Советская скульптура. К. С. Кобизева. «На освобождённой земле». Гипс. 1967. Художественный музей Молдавской ССР. Кишинёв.
        Советская скульптура. Я. Николадзе. «И. Чавчавадзе». Мрамор. 1927. Музей искусств Грузинской ССР. Тбилиси.
        Советская скульптура. Я. Николадзе. «И. Чавчавадзе». Мрамор. 1927. Музей искусств Грузинской ССР. Тбилиси.
        Советская скульптура. Л. Давыдова-Медене. «Артистка Лилия Эрика». Мрамор. 1968. Художественный музей Латвийской ССР. Рига.
        Советская скульптура. Л. Давыдова-Медене. «Артистка Лилия Эрика». Мрамор. 1968. Художественный музей Латвийской ССР. Рига.
        Советская скульптура. Д. М. Шаховской. «Камчатские рыбаки». Кованая медь. 1959. Дирекция художественных выставок Художественного фонда РСФСР. Москва.
        Советская скульптура. Д. М. Шаховской. «Камчатские рыбаки». Кованая медь. 1959. Дирекция художественных выставок Художественного фонда РСФСР. Москва.
        Советская скульптура. С. Д. Лебедева. «А. Д. Цюрупа». Бронза. 1927. Русский музей. Ленинград.
        Советская скульптура. С. Д. Лебедева. «А. Д. Цюрупа». Бронза. 1927. Русский музей. Ленинград.
        Советская скульптура. Е. В. Вучетич и др. «Стоять насмерть». Фрагмент памятника-ансамбля на Мамаевом кургане в Волгограде. Бетон. 1963—67.
        Советская скульптура. Е. В. Вучетич и др. «Стоять насмерть». Фрагмент памятника-ансамбля на Мамаевом кургане в Волгограде. Бетон. 1963—67.
        Советская скульптура. Л. В. Шервуд. «Часовой». Гипс. 1933. Третьяковская галерея. Москва.
        Советская скульптура. Л. В. Шервуд. «Часовой». Гипс. 1933. Третьяковская галерея. Москва.
        И. И. Шишкин. «Среди долины ровныя…». 1883. Киевский музей русского искусства.
        И. И. Шишкин. «Среди долины ровныя…». 1883. Киевский музей русского искусства.
        Кадр из фильма «Осенний марафон».
        Кадр из фильма «Осенний марафон».
        Кадр из фильма «Пять вечеров».
        Кадр из фильма «Пять вечеров».
        Кадр из фильма «Берегись автомобиля». Реж. Э. Рязанов. 1966.
        Кадр из фильма «Берегись автомобиля». Реж. Э. Рязанов. 1966.
        Кадр из фильма «Иваново детство». Реж. А. Тарковский. 1962.
        Кадр из фильма «Иваново детство». Реж. А. Тарковский. 1962.
        Кадр из фильма «Освобождение». Реж. Ю. Н. Озеров. 1970—71.
        Кадр из фильма «Освобождение». Реж. Ю. Н. Озеров. 1970—71.
        СССР. Литература и искусство. Кадр из фильма «Бег». Реж. А. А. Алов и В. Н. Наумов. 1971.
        СССР. Литература и искусство. Кадр из фильма «Бег». Реж. А. А. Алов и В. Н. Наумов. 1971.
        Кадр из фильма «Красное яблоко». Реж. Т. Океев. 1975.
        Кадр из фильма «Красное яблоко». Реж. Т. Океев. 1975.
        Кадр из фильма «Белая птица с черной отметиной». Реж. Ю. Г. Ильенко. 1971.
        Кадр из фильма «Белая птица с черной отметиной». Реж. Ю. Г. Ильенко. 1971.
        Кадр из фильма «Доживем до понедельника». Реж. С. И. Ростоцкий.
        Кадр из фильма «Доживем до понедельника». Реж. С. И. Ростоцкий.
        Кадр из фильма «Твой современник». Реж. Ю. Я. Райзман. 1968.
        Кадр из фильма «Твой современник». Реж. Ю. Я. Райзман. 1968.
        Кадр из фильма «Ленин в Польше». Реж. С. И. Юткевич. 1966.
        Кадр из фильма «Ленин в Польше». Реж. С. И. Юткевич. 1966.
        Кадр из фильма «Председатель». Реж. А. А. Салтыков. 1965.
        Кадр из фильма «Председатель». Реж. А. А. Салтыков. 1965.
        Кадр из фильма «Никто не хотел умирать». Реж. В. П. Жалакявичюс.
        Кадр из фильма «Никто не хотел умирать». Реж. В. П. Жалакявичюс.
        Н. А. Островский. «Как закалялась сталь». (Москва, 1958). Фронтиспис Е. А. Кибрика.
        Н. А. Островский. «Как закалялась сталь». (Москва, 1958). Фронтиспис Е. А. Кибрика.
        И. Э. Бабель. «Конармия». Илл. М. П. Клячко. 1967.
        И. Э. Бабель. «Конармия». Илл. М. П. Клячко. 1967.
        А. Твардовский. «Василий Тёркин» (Москва, 1959). Илл. О. Г. Верейского.
        А. Твардовский. «Василий Тёркин» (Москва, 1959). Илл. О. Г. Верейского.
        Я. Колас. «Новая земля» (Москва, 1969). Илл. А. Кашкуревича.
        Я. Колас. «Новая земля» (Москва, 1969). Илл. А. Кашкуревича.
        М. Рыльский. «Радуга над миром» (Москва, 1962). Рисунок на обложке А. Сапожникова.
        М. Рыльский. «Радуга над миром» (Москва, 1962). Рисунок на обложке А. Сапожникова.
        А. А. Фадеев. «Разгром». Художник П. П. Соколов-Скаля. 1932.
        А. А. Фадеев. «Разгром». Художник П. П. Соколов-Скаля. 1932.
        В. В. Маяковский. «Хорошо!». Обложка. Художник Л. М. Лисицкий. (Первая публикация).
        В. В. Маяковский. «Хорошо!». Обложка. Художник Л. М. Лисицкий. (Первая публикация).
        М. Горький. «Дело Артамоновых». Обложка. Художник Б. М. Кустодиев.
        М. Горький. «Дело Артамоновых». Обложка. Художник Б. М. Кустодиев.
        А. А. Блок. «Двенадцать». Илл. Ю. П. Анненкова. 1918.
        А. А. Блок. «Двенадцать». Илл. Ю. П. Анненкова. 1918.
        М. Ауэзов. «Путь Абая» (Алма-Ата, 1960). Илл. Е. М. Сидоркина.
        М. Ауэзов. «Путь Абая» (Алма-Ата, 1960). Илл. Е. М. Сидоркина.
        Е. Чаренц. «Книга пути» (Ереван, 1933). Титульный лист А. К. Коджояна.
        Е. Чаренц. «Книга пути» (Ереван, 1933). Титульный лист А. К. Коджояна.
        Общий вид Псковского кремля. Основное строительство — 14—16 вв. Реставрация — 1950—60-е гг. (архитектор А. А. Воробьёв и др.).
        Общий вид Псковского кремля. Основное строительство — 14—16 вв. Реставрация — 1950—60-е гг. (архитектор А. А. Воробьёв и др.).
        Г. М. Орлов, Ю. Н. Гамбург и др., главный инженер Г. К. Суханов. Братская ГЭС им. 50-летия Великого Октября. Архитектурная часть — 1960—68.
        Г. М. Орлов, Ю. Н. Гамбург и др., главный инженер Г. К. Суханов. Братская ГЭС им. 50-летия Великого Октября. Архитектурная часть — 1960—68.
        М. Порт и др. Здание ЦК КП Эстонии в Таллине. 1968.
        М. Порт и др. Здание ЦК КП Эстонии в Таллине. 1968.
        Б. С. Мезенцев, А. И. Пилихин. Дом Советов в Перми. 1975.
        Б. С. Мезенцев, А. И. Пилихин. Дом Советов в Перми. 1975.
        Б. Г. Бархин и др. Музей истории космонавтики имени К. Э. Циолковского в Калуге. 1967.
        Б. Г. Бархин и др. Музей истории космонавтики имени К. Э. Циолковского в Калуге. 1967.
        Е. Г. Розанов, В. Н. Шестопалов, Ю. А. Болдычев. Ташкентский филиал Центрального музея В. И. Ленина. 1970.
        Е. Г. Розанов, В. Н. Шестопалов, Ю. А. Болдычев. Ташкентский филиал Центрального музея В. И. Ленина. 1970.
        А. Т. Полянский, Д. С. Витухин. Один из комплексов Артека. 1960—70-е гг.
        А. Т. Полянский, Д. С. Витухин. Один из комплексов Артека. 1960—70-е гг.
        М. Н. Ермолова в роли Олёны («Воевода» А. Н. Островского). Малый театр. 1886.
        М. Н. Ермолова в роли Олёны («Воевода» А. Н. Островского). Малый театр. 1886.
        Концерт Государственного симфонического оркестра СССР под руководством Е. Ф. Светланова в локомотивном депо Москва-Сортировочная.
        Концерт Государственного симфонического оркестра СССР под руководством Е. Ф. Светланова в локомотивном депо Москва-Сортировочная.
        Ф. И. Шаляпин в партии Кончака (опера «Князь Игорь» А. П. Бородина).
        Ф. И. Шаляпин в партии Кончака (опера «Князь Игорь» А. П. Бородина).
        С. Д. Ковнир и др. Ковнировский корпус Киево-Печерской лавры (Украинская ССР). 1969—1773.
        С. Д. Ковнир и др. Ковнировский корпус Киево-Печерской лавры (Украинская ССР). 1969—1773.
        К. Гурули. «Руставели». Латунь, дерево. 1965. Музей искусства народов Востока. Москва.
        К. Гурули. «Руставели». Латунь, дерево. 1965. Музей искусства народов Востока. Москва.
        М. В. Посохин, А. А. Мндоянц, В. А. Свирский. Здание Совета экономической взаимопомощи. Москва. 1969.
        М. В. Посохин, А. А. Мндоянц, В. А. Свирский. Здание Совета экономической взаимопомощи. Москва. 1969.
        А. Аламаа. «Пусть всегда будет солнце!». Шамот. 1963. Художественный музей Эстонской ССР. Таллин.
        А. Аламаа. «Пусть всегда будет солнце!». Шамот. 1963. Художественный музей Эстонской ССР. Таллин.
        П. А. Голосов. Комбинат газеты «Правда» в Москве. 1929—35.
        П. А. Голосов. Комбинат газеты «Правда» в Москве. 1929—35.
        Церковь Онос в Вильнюсе. 16 в.
        Церковь Онос в Вильнюсе. 16 в.
        Женские статуэтки из стоянки Выхватинцы (на территории Украинской ССР). Трипольская культура. Глина. Начало 2-го тыс. до н. э. Эрмитаж. Ленинград.
        Женские статуэтки из стоянки Выхватинцы (на территории Украинской ССР). Трипольская культура. Глина. Начало 2-го тыс. до н. э. Эрмитаж. Ленинград.
        Замок в Тракае. Литовская ССР. 2-я пол. 14 — нач. 15 вв. Реставрация — 1960.
        Замок в Тракае. Литовская ССР. 2-я пол. 14 — нач. 15 вв. Реставрация — 1960.
        Скульптура народов ССР дореволюционного периода. В. П. Демут-Малиновский. Группа «Похищение Прозерпины» у Горного института в Ленинграде. Камень. 1809—11.
        Скульптура народов ССР дореволюционного периода. В. П. Демут-Малиновский. Группа «Похищение Прозерпины» у Горного института в Ленинграде. Камень. 1809—11.
        Скульптура народов ССР дореволюционного периода. Фигурка крылатого льва с человеческим торсом. Деталь трона из Топраккале. Государство Урарту. Бронза и другие материалы. 7 в. до н. э. Эрмитаж. Ленинград.
        Скульптура народов ССР дореволюционного периода. Фигурка крылатого льва с человеческим торсом. Деталь трона из Топраккале. Государство Урарту. Бронза и другие материалы. 7 в. до н. э. Эрмитаж. Ленинград.
        Скульптура народов ССР дореволюционного периода. А. Т. Матвеев. Горельеф «Спящие мальчики». Гипс. 1907. Русский музей. Ленинград.
        Скульптура народов ССР дореволюционного периода. А. Т. Матвеев. Горельеф «Спящие мальчики». Гипс. 1907. Русский музей. Ленинград.
        Скульптура народов ССР дореволюционного периода. Скульптурный карниз из Айртама. Узбекистан. Известняк. 1—2 вв. н. э. Эрмитаж. Ленинград.
        Скульптура народов ССР дореволюционного периода. Скульптурный карниз из Айртама. Узбекистан. Известняк. 1—2 вв. н. э. Эрмитаж. Ленинград.
        Вид на минарет Калян в Бухаре. 1127.
        Вид на минарет Калян в Бухаре. 1127.
        А. Таманян. Ансамбль площади Ленина в Ереване с Домом правительства Армянской ССР. 1926—41.
        А. Таманян. Ансамбль площади Ленина в Ереване с Домом правительства Армянской ССР. 1926—41.
        А. Т. Твардовский. «Василий Тёркин». Стихи и поэмы (Москва, 1951). Илл. О. Г. Верейского.
        А. Т. Твардовский. «Василий Тёркин». Стихи и поэмы (Москва, 1951). Илл. О. Г. Верейского.
        Графика народов СССР. Г. Ф. Захаров. «Пейзаж со всадником». Линогравюра. 1964
        Графика народов СССР. Г. Ф. Захаров. «Пейзаж со всадником». Линогравюра. 1964
        Графика народов СССР. А. Ф. Зубов. «Пётр Великий». Гравюра резцом на меди. После 1725.
        Графика народов СССР. А. Ф. Зубов. «Пётр Великий». Гравюра резцом на меди. После 1725.
        Графика народов СССР. Р. Тархан-Моурави. «Игра в лахти» (из серии «Грузинские народные игры»). Линогравюра. 1959.
        Графика народов СССР. Р. Тархан-Моурави. «Игра в лахти» (из серии «Грузинские народные игры»). Линогравюра. 1959.
        Советская живопись 1940—60-х гг. П. Д. Корин. «Р. Н. Симонов». 1956.
        Советская живопись 1940—60-х гг. П. Д. Корин. «Р. Н. Симонов». 1956.
        Кадр из фильма «Волга-Волга». Реж. Г. В. Александров. 1938.
        Кадр из фильма «Волга-Волга». Реж. Г. В. Александров. 1938.
        Кадр из фильма «Возвращение Максима». Реж. Г. М. Козинцев и Л. З. Трауберг. 1937.
        Кадр из фильма «Возвращение Максима». Реж. Г. М. Козинцев и Л. З. Трауберг. 1937.
        Кадр из фильма «Обломок империи». Реж. Ф. М. Эрмлер. 1929.
        Кадр из фильма «Обломок империи». Реж. Ф. М. Эрмлер. 1929.
        Кадр из фильма «Пэпо». Реж. А. И. Бек-Назаров. 1935.
        Кадр из фильма «Пэпо». Реж. А. И. Бек-Назаров. 1935.
        Кадр из фильма «Мы из Кронштадта». Реж. Е. И. Дзиган. 1936.
        Кадр из фильма «Мы из Кронштадта». Реж. Е. И. Дзиган. 1936.
        Кадр из фильма «Трактористы». Реж. И. А. Пырьев. 1939.
        Кадр из фильма «Трактористы». Реж. И. А. Пырьев. 1939.
        Кадр из фильма «Чапаев». Реж. Г. Н. и С. Д. Васильевы. 1934.
        Кадр из фильма «Чапаев». Реж. Г. Н. и С. Д. Васильевы. 1934.
        Кадр из фильма «Ленин в Октябре». Реж. М. И. Ромм. 1937.
        Кадр из фильма «Ленин в Октябре». Реж. М. И. Ромм. 1937.
        Кадр из фильма «Потомок Чингисхана». Реж. В. И. Пудовкин. 1929.
        Кадр из фильма «Потомок Чингисхана». Реж. В. И. Пудовкин. 1929.
        Кадр из фильма «Арсенал». Реж. А. П. Довженко. 1929.
        Кадр из фильма «Арсенал». Реж. А. П. Довженко. 1929.
        Кадр из фильма «Броненосец “Потёмкин”». Реж. С. М. Эйзенштейн. 1925.
        Кадр из фильма «Броненосец “Потёмкин”». Реж. С. М. Эйзенштейн. 1925.
        Выступление Оркестра молдавских народных инструментов Каларашского дома культуры. Молдавская ССР.
        Выступление Оркестра молдавских народных инструментов Каларашского дома культуры. Молдавская ССР.
        Выступление хора Поронайского дома культуры. Сахалинская область.
        Выступление хора Поронайского дома культуры. Сахалинская область.
        Выступление танцевального коллектива Трудовых резервов. Грузинская ССР.
        Выступление танцевального коллектива Трудовых резервов. Грузинская ССР.
        Сцена из балета «Лебединое озеро» П. И.Чайковского. Танцевальный коллектив Дома культуры им. Чкалова. Москва.
        Сцена из балета «Лебединое озеро» П. И.Чайковского. Танцевальный коллектив Дома культуры им. Чкалова. Москва.
        Сцена из спектакля «Время в пути» Лкнинградского театра миниатюр под руководством и при участии А. И. Райкина.
        Сцена из спектакля «Время в пути» Лкнинградского театра миниатюр под руководством и при участии А. И. Райкина.
        Выступает К. И. Шульженко.
        Выступает К. И. Шульженко.
        Сцена из программы «Сегодня в цирке фестиваль» в постановке и при участии О. К. Попова.
        Сцена из программы «Сегодня в цирке фестиваль» в постановке и при участии О. К. Попова.
        Атракцион «Медвежий цирк» под руководством В. И. Филатова.
        Атракцион «Медвежий цирк» под руководством В. И. Филатова.
        В. Э. Мейерхольд и В. В. Маяковский на репетиции «Бани» В. В. Маяковского. Театр имени Вс. Мейерхольда. 1930.
        В. Э. Мейерхольд и В. В. Маяковский на репетиции «Бани» В. В. Маяковского. Театр имени Вс. Мейерхольда. 1930.
        В. И. Качалов, М. Горький, К. С. Станиславский. 1928.
        В. И. Качалов, М. Горький, К. С. Станиславский. 1928.
        Сцена из спектакля «Царь Фёдор Иоаннович» А. К. Толстого. Первый спектакль Московского Художественного театра. 1898.
        Сцена из спектакля «Царь Фёдор Иоаннович» А. К. Толстого. Первый спектакль Московского Художественного театра. 1898.
        Сцена из спектакля «Вишнёвый сад» А. П. Чехова. Московский Художественный театр. 1904.
        Сцена из спектакля «Вишнёвый сад» А. П. Чехова. Московский Художественный театр. 1904.
        А. Н. Островский (второй слева) с артистами Малого театра.
        А. Н. Островский (второй слева) с артистами Малого театра.
        СССР. Сцена из спектакля «Борис Годунов» А. С. Пушкина. Александринский театр. 1870. Рис. М. А. Шишкова.
        СССР. Сцена из спектакля «Борис Годунов» А. С. Пушкина. Александринский театр. 1870. Рис. М. А. Шишкова.
        Берикаоба. Грузинский народный театр масок. Рисунок.
        Берикаоба. Грузинский народный театр масок. Рисунок.
        Скоморохи. Со старинной гравюры.
        Скоморохи. Со старинной гравюры.
        Сцена из балета «Спящая красавица» П. И. Чайковского в постановке М. И. Петипа. Мариинский театр. Петербург. 1890.
        Сцена из балета «Спящая красавица» П. И. Чайковского в постановке М. И. Петипа. Мариинский театр. Петербург. 1890.
        А. П. Павлова и Н. Г. Легат в балете «Тщетная предосторожность» П. Гертеля в постановке Ж. Доберваля, в редакции М. И. Петипа и Л. И. Иванова. Мариинский театр. Петербург. 1901.
        А. П. Павлова и Н. Г. Легат в балете «Тщетная предосторожность» П. Гертеля в постановке Ж. Доберваля, в редакции М. И. Петипа и Л. И. Иванова. Мариинский театр. Петербург. 1901.
        Русский танец «Полянка» в исполнении артистов Ансамбля народного танца СССР под руководством И. А. Моисеева.
        Русский танец «Полянка» в исполнении артистов Ансамбля народного танца СССР под руководством И. А. Моисеева.
        Государственный академический мужской хор Эстонской ССР под руководством Г. Г. Эрнесакса.
        Государственный академический мужской хор Эстонской ССР под руководством Г. Г. Эрнесакса.
        Выступление Ансамбля песни и пляски Советской Армии имени А. В. Александрова.
        Выступление Ансамбля песни и пляски Советской Армии имени А. В. Александрова.
        Выступление Государственного академического русского хора Союза ССР под руководством А. В. Свешникова в Большом зале Московской консерватории.
        Выступление Государственного академического русского хора Союза ССР под руководством А. В. Свешникова в Большом зале Московской консерватории.
        Сцена из оперы «Садко» Н. А. Римского-Корсакова. Московская частная русская опера. 1897—98.
        Сцена из оперы «Садко» Н. А. Римского-Корсакова. Московская частная русская опера. 1897—98.
        Ю. Л. Шварцбрейм, В. Э. Эдельская и др. Цирк в Сочи. 1974.
        Ю. Л. Шварцбрейм, В. Э. Эдельская и др. Цирк в Сочи. 1974.
        Л. К. Адлер, Ю. И. Карпушин и др. Дворец спорта в Тольятти. 1975.
        Л. К. Адлер, Ю. И. Карпушин и др. Дворец спорта в Тольятти. 1975.
        Д. И. Бурдин и др., инженер Н. В. Никитин и др. Башня телевизионного центра в Останкине. Москва. 1964—67.
        Д. И. Бурдин и др., инженер Н. В. Никитин и др. Башня телевизионного центра в Останкине. Москва. 1964—67.
        М. В. Посохин, А. А. Мндоянц и др. Кремлёвский Дворец съездов. Москва. 1959—61.
        М. В. Посохин, А. А. Мндоянц и др. Кремлёвский Дворец съездов. Москва. 1959—61.
        В. Д. Кокорин, Г. Лежава и др. Дом правительства Грузинской ССР в Тбилиси. 1938—53.
        В. Д. Кокорин, Г. Лежава и др. Дом правительства Грузинской ССР в Тбилиси. 1938—53.
        В. Г. Гельфрейх, М. А. Минкус. Административное здание на Смоленской площади в Москве. 1948—52.
        В. Г. Гельфрейх, М. А. Минкус. Административное здание на Смоленской площади в Москве. 1948—52.
        А. Н. Душкин, Я. Г. Лихтенберг. Станция метро «Кропоткинская». Москва. 1935.
        А. Н. Душкин, Я. Г. Лихтенберг. Станция метро «Кропоткинская». Москва. 1935.
        А. И. Гегелло, Д. Л. Кричевский. Дворец культуры имени М. Горького в Ленинграде. 1925—27.
        А. И. Гегелло, Д. Л. Кричевский. Дворец культуры имени М. Горького в Ленинграде. 1925—27.
        Братья Веснины, С. Г. Андриевский, Н. Я. Колли, Г. М. Орлов и др., инженер И. Г. Александров. Днепрогэс имени В. И. Ленина. 1927—32. Восстановлен в 1947—50.
        Братья Веснины, С. Г. Андриевский, Н. Я. Колли, Г. М. Орлов и др., инженер И. Г. Александров. Днепрогэс имени В. И. Ленина. 1927—32. Восстановлен в 1947—50.
        В. А. Щуко, В. Г. Гельфрейх. Театр имени М. Горького в Ростове-на-Дону. 1930—35. Восстановлен и частично перестроен в 1962—63.
        В. А. Щуко, В. Г. Гельфрейх. Театр имени М. Горького в Ростове-на-Дону. 1930—35. Восстановлен и частично перестроен в 1962—63.
        А. Стошкус. «Песня жизни». Витраж. 1963—65. Галерея витража и скульптуры. Каунас.
        А. Стошкус. «Песня жизни». Витраж. 1963—65. Галерея витража и скульптуры. Каунас.
        В. С. Мурахвер. Декоративный комплект «Ярило». Стекло. 1967.
        В. С. Мурахвер. Декоративный комплект «Ярило». Стекло. 1967.
        Д. Уметов. Ковёр «Хозяин гор». Войлок. 1969—70.
        Д. Уметов. Ковёр «Хозяин гор». Войлок. 1969—70.
        П. В. Леонов. Сервиз «Суздаль». Фарфор. 1967. Музей керамики и «Усадьба Кусково XVIII века». Москва.
        П. В. Леонов. Сервиз «Суздаль». Фарфор. 1967. Музей керамики и «Усадьба Кусково XVIII века». Москва.
        О. К. Комов. «Космос. Ю. А. Гагарин и С. П. Королёв». Бронза. 1975.
        О. К. Комов. «Космос. Ю. А. Гагарин и С. П. Королёв». Бронза. 1975.
        Скульпторы Л. В. Буковский, Я. Заринь и др., архитекторы О. Н. Закаменный и др. Мемориал в Саласпилсе. 1961—67.
        Скульпторы Л. В. Буковский, Я. Заринь и др., архитекторы О. Н. Закаменный и др. Мемориал в Саласпилсе. 1961—67.
        Кукрыниксы. Иллюстрация к сказу Н. Лескова «Левша». Акварель. 1974.
        Кукрыниксы. Иллюстрация к сказу Н. Лескова «Левша». Акварель. 1974.
        Х. Я. Якупов. «Челнинские красавицы (КамАЗ)». 1975.
        Х. Я. Якупов. «Челнинские красавицы (КамАЗ)». 1975.
        В. И. Иванов. «В кафе
        В. И. Иванов. «В кафе "Греко"». 1974.
        Е. Е. Моисеенко. «9 мая». 1973—1975.
        Е. Е. Моисеенко. «9 мая». 1973—1975.
        В. Е. Попков. «А. С. Пушкин». 1974.
        В. Е. Попков. «А. С. Пушкин». 1974.
        Осис М. «Знамя Октября мы пронесем через века!». Плакат. 1965.
        Осис М. «Знамя Октября мы пронесем через века!». Плакат. 1965.
        Д. Керимов. К. Кязимзаде. Ковёр по мотивам поэм Низами (Азербайджанская ССР). 1940-е гг.
        Д. Керимов. К. Кязимзаде. Ковёр по мотивам поэм Низами (Азербайджанская ССР). 1940-е гг.
        Г. Кишев. Сахарница в форме средневекового кубачинского котла (пос. Кубачи, Дагестанская АССР). Серебро. 1947.
        Г. Кишев. Сахарница в форме средневекового кубачинского котла (пос. Кубачи, Дагестанская АССР). Серебро. 1947.
        Л. Ф. Голованов. «Дойдём до Берлина!». Плакат. 1944.
        Л. Ф. Голованов. «Дойдём до Берлина!». Плакат. 1944.
        В. Д. Лотонина. Декоративная ткань «Морской флот». Ситец. 1933.
        В. Д. Лотонина. Декоративная ткань «Морской флот». Ситец. 1933.
        Л. М. Лисинский. Оформление вводного зала советского павильона на международной выставке «Пресса» в Кёльне. 1928.
        Л. М. Лисинский. Оформление вводного зала советского павильона на международной выставке «Пресса» в Кёльне. 1928.
        В. Д. Ермилов. Эскиз оформления вагона агитпоезда «Красная Украина». Акварель. 1921. Фрагмент.
        В. Д. Ермилов. Эскиз оформления вагона агитпоезда «Красная Украина». Акварель. 1921. Фрагмент.
        Л. М. Лисицкий. Оформление вводного зала советского павильона на международной выставке «Пресса» в Кёльне. 1928.
        Л. М. Лисицкий. Оформление вводного зала советского павильона на международной выставке «Пресса» в Кёльне. 1928.
        Д. С. Моор. «Ты записался добровольцем?». Плакат. 1920.
        Д. С. Моор. «Ты записался добровольцем?». Плакат. 1920.
        Витраж в особняке Рябушинского (ныне — Музей-квартира М. Горького) в Москве. 1902—06.
        Витраж в особняке Рябушинского (ныне — Музей-квартира М. Горького) в Москве. 1902—06.
        Чороны (якутские деревянные сосуды для кумыса). 19 в.
        Чороны (якутские деревянные сосуды для кумыса). 19 в.
        Церковь Воздвиженья в Дрогобыче (Украинская ССР). До 1631.
        Церковь Воздвиженья в Дрогобыче (Украинская ССР). До 1631.
        Крепость в Сороках (Молдавская ССР). 1543.
        Крепость в Сороках (Молдавская ССР). 1543.
        Дмитриевский собор во Владимире. 1194—97.
        Дмитриевский собор во Владимире. 1194—97.
        Софийский собор в Новгороде. 1045—50.
        Софийский собор в Новгороде. 1045—50.
        Укреплённые жилища в селе Шатили (Хевсуретия, Грузинская ССР). Позднее средневековье.
        Укреплённые жилища в селе Шатили (Хевсуретия, Грузинская ССР). Позднее средневековье.
        Дворец Ширваншахов в Баку. Основное строительство — 15 в.
        Дворец Ширваншахов в Баку. Основное строительство — 15 в.
        Стуковая панель из дворца Саманидов в Афрасиабе. 9—10 вв. Самаркандский музей истории культуры и искусства народов Узбекской ССР.
        Стуковая панель из дворца Саманидов в Афрасиабе. 9—10 вв. Самаркандский музей истории культуры и искусства народов Узбекской ССР.
        Мавзолей Гур-Эмир в Самарканде. 1404.
        Мавзолей Гур-Эмир в Самарканде. 1404.
        Торговое сооружение Таки-Заргаран в Бухаре. 16 в.
        Торговое сооружение Таки-Заргаран в Бухаре. 16 в.
        «Пантера» из Келермесского кургана (на территории Адыгейской АО). Золото. 6 в. до н. э. Эрмитаж. Ленинград.
        «Пантера» из Келермесского кургана (на территории Адыгейской АО). Золото. 6 в. до н. э. Эрмитаж. Ленинград.
        Фрагмент росписей Каповой пещеры (Башкирская АССР). Палеолит.
        Фрагмент росписей Каповой пещеры (Башкирская АССР). Палеолит.
        Дольмен близ Каменномостского поселка (Краснодарский край). 2-е тыс. до н. э.
        Дольмен близ Каменномостского поселка (Краснодарский край). 2-е тыс. до н. э.
        Э. Межелайтис. «Человек» (Москва, 1963). Илл. С. Красаускаса.
        Э. Межелайтис. «Человек» (Москва, 1963). Илл. С. Красаускаса.
        В. Шукшин. «Земляки» (Москва, 1970). Илл. А. А. Васина к рассказу «Как помирал старик».
        В. Шукшин. «Земляки» (Москва, 1970). Илл. А. А. Васина к рассказу «Как помирал старик».
        Ч. Айтматов. «Джамиля» (Москва, 1965). Илл. Л. А. Ильиной.
        Ч. Айтматов. «Джамиля» (Москва, 1965). Илл. Л. А. Ильиной.
        Р. Гамзатов. «Чётки лет» (Москва, 1973). Илл. А. Добрицына.
        Р. Гамзатов. «Чётки лет» (Москва, 1973). Илл. А. Добрицына.
        К. М. Симонов. «Живые и мертвые» (Москва, 1964). Илл. А. А. Васина.
        К. М. Симонов. «Живые и мертвые» (Москва, 1964). Илл. А. А. Васина.
        К. И. Чуковский. «Бармалей». Обложка М. В. Добужинского.
        К. И. Чуковский. «Бармалей». Обложка М. В. Добужинского.
        Графика народов СССР. «Евангелист Иоанн». Гравюра на дереве. Из «Четвероевангелия» П. Мстиславца. Белоруссия. 1575.
        Графика народов СССР. «Евангелист Иоанн». Гравюра на дереве. Из «Четвероевангелия» П. Мстиславца. Белоруссия. 1575.
        О. И. Бове, А. А. Михайлов. Большой театр в Москве. 1821—24. Перестроен в 1855—56 А. К. Кавосом.
        О. И. Бове, А. А. Михайлов. Большой театр в Москве. 1821—24. Перестроен в 1855—56 А. К. Кавосом.
        Советская живопись 1940—60-х гг. Ф. С. Богородский. «Слава павшим героям». 1945. Третьяковская галерея, Москва.
        Советская живопись 1940—60-х гг. Ф. С. Богородский. «Слава павшим героям». 1945. Третьяковская галерея, Москва.
        Советская живопись 1940—60-х гг. Кукрыниксы. «Конец». 1947—48. Третьяковская галерея, Москва.
        Советская живопись 1940—60-х гг. Кукрыниксы. «Конец». 1947—48. Третьяковская галерея, Москва.
        Советская живопись 1940—60-х гг. А. И. Лактионов. «Письмо с фронта». 1947. Третьяковская галерея, Москва.
        Советская живопись 1940—60-х гг. А. И. Лактионов. «Письмо с фронта». 1947. Третьяковская галерея, Москва.
        Советская живопись 1940—60-х гг. Г. Г. Нисский. «Колхоз
        Советская живопись 1940—60-х гг. Г. Г. Нисский. «Колхоз "Загорье"». 1959. Русский музей, Ленинград.
        Советская живопись 1940—60-х гг. Т. Салахов. «Ремонтники». 1961. Азербайджанский музей искусств им. Р. Мустафаева. Баку.
        Советская живопись 1940—60-х гг. Т. Салахов. «Ремонтники». 1961. Азербайджанский музей искусств им. Р. Мустафаева. Баку.
        Советская живопись 1940—60-х гг. Л. Мууга. «Оркестр». 1962. Художественный музей Эстонской ССР. Таллин.
        Советская живопись 1940—60-х гг. Л. Мууга. «Оркестр». 1962. Художественный музей Эстонской ССР. Таллин.
        Советская живопись 1920—30-х гг. Б. В. Иогансон. «Допрос коммунистов». 1933. Третьяковская галерея, Москва.
        Советская живопись 1920—30-х гг. Б. В. Иогансон. «Допрос коммунистов». 1933. Третьяковская галерея, Москва.
        Советская живопись 1920—30-х гг. Ф. Г. Кричевский. «Семья» (центральная часть триптиха «Жизнь»). Темпера. 1925—27. Музей украинского изобразительного искусства УССР. Киев.
        Советская живопись 1920—30-х гг. Ф. Г. Кричевский. «Семья» (центральная часть триптиха «Жизнь»). Темпера. 1925—27. Музей украинского изобразительного искусства УССР. Киев.
        Советская живопись 1920—30-х гг. А. А. Шовкуненко. «В доке» (из серии «Днепрострой»). Акварель. 1930—32. Музей украинского изобразительного искусства УССР. Киев.
        Советская живопись 1920—30-х гг. А. А. Шовкуненко. «В доке» (из серии «Днепрострой»). Акварель. 1930—32. Музей украинского изобразительного искусства УССР. Киев.
        Советская живопись 1920—30-х гг. Ю. М. Пэн. «Сапожник-комсомолец». 1925. Художественный музей БССР. Минск.
        Советская живопись 1920—30-х гг. Ю. М. Пэн. «Сапожник-комсомолец». 1925. Художественный музей БССР. Минск.
        Советская живопись 1920—30-х гг. А. А. Дейнека. «Будущие летчики». 1938. Третьяковская галерея, Москва.
        Советская живопись 1920—30-х гг. А. А. Дейнека. «Будущие летчики». 1938. Третьяковская галерея, Москва.
        Советская живопись 1920—30-х гг. Д. Какабадзе. «Рионгэс». 1934. Музей искусств Грузинской ССР. Тбилиси.
        Советская живопись 1920—30-х гг. Д. Какабадзе. «Рионгэс». 1934. Музей искусств Грузинской ССР. Тбилиси.
        Советская живопись 1920—30-х гг. А. И. Волков. «Фергана. Кишлак». Темпера, лак. 1926. Музей искусства народов Востока. Москва.
        Советская живопись 1920—30-х гг. А. И. Волков. «Фергана. Кишлак». Темпера, лак. 1926. Музей искусства народов Востока. Москва.
        Советская живопись 1920—30-х гг. К. Ф. Юон. «Новая планета». 1921. Третьяковская галерея, Москва.
        Советская живопись 1920—30-х гг. К. Ф. Юон. «Новая планета». 1921. Третьяковская галерея, Москва.
        Живопись народов СССР 11 — нач. 20 вв. В. А. Серов. «М. Горький». 1904. Музей А. М. Горького, Москва.
        Живопись народов СССР 11 — нач. 20 вв. В. А. Серов. «М. Горький». 1904. Музей А. М. Горького, Москва.
        Живопись народов СССР 11 — нач. 20 вв. И. Е. Репин. «Не ждали». 1884—88. Третьяковская галерея, Москва.
        Живопись народов СССР 11 — нач. 20 вв. И. Е. Репин. «Не ждали». 1884—88. Третьяковская галерея, Москва.
        Живопись народов СССР 11 — нач. 20 вв. Ю. Феддер. «Кладбище». 1880-е гг. Художественный музей Латвийской ССР. Рига.
        Живопись народов СССР 11 — нач. 20 вв. Ю. Феддер. «Кладбище». 1880-е гг. Художественный музей Латвийской ССР. Рига.
        Живопись народов СССР 11 — нач. 20 вв. М. К. Чюрлёнис. «Сказка». Центральная часть триптиха «Путешествие королевы». Темпера. 1907. Каунасский художественный музей им. М. К. Чюрлёниса.
        Живопись народов СССР 11 — нач. 20 вв. М. К. Чюрлёнис. «Сказка». Центральная часть триптиха «Путешествие королевы». Темпера. 1907. Каунасский художественный музей им. М. К. Чюрлёниса.
        Живопись народов СССР 11 — нач. 20 вв. Н. Пиросманашвили. «Олень». 1909. Музей искусств Грузинской ССР. Тбилиси.
        Живопись народов СССР 11 — нач. 20 вв. Н. Пиросманашвили. «Олень». 1909. Музей искусств Грузинской ССР. Тбилиси.
        Живопись народов СССР 11 — нач. 20 вв. Мухаммед Мурад Самарканди. «Испытание Сиявуша огнём» (миниатюра рукописи «Шахнаме»). 1556. Институт востоковедения АН Узбекской ССР. Ташкент. Фрагмент.
        Живопись народов СССР 11 — нач. 20 вв. Мухаммед Мурад Самарканди. «Испытание Сиявуша огнём» (миниатюра рукописи «Шахнаме»). 1556. Институт востоковедения АН Узбекской ССР. Ташкент. Фрагмент.
        Живопись народов СССР 11 — нач. 20 вв. А. А. Иванов. «Явление Христа народу». 1837—57.
        Живопись народов СССР 11 — нач. 20 вв. А. А. Иванов. «Явление Христа народу». 1837—57.
        Живопись народов СССР 11 — нач. 20 вв. «Богоматерь из Дросыни» (икона с Волыни). Нач. 16 в. Харьковский художественный музей.
        Живопись народов СССР 11 — нач. 20 вв. «Богоматерь из Дросыни» (икона с Волыни). Нач. 16 в. Харьковский художественный музей.
        Живопись народов СССР 11 — нач. 20 вв. Андрей Рублёв. «Иоанн Предтеча». Икона из иконостаса Успенского собора во Владимире. 1408. Третьяковская галерея, Москва.
        Живопись народов СССР 11 — нач. 20 вв. Андрей Рублёв. «Иоанн Предтеча». Икона из иконостаса Успенского собора во Владимире. 1408. Третьяковская галерея, Москва.
        Живопись народов СССР 11 — нач. 20 вв. «Христос перед Пилатом». Роспись храма Ахтала (близ одноименного поселка, Грузинская ССР). 11—12 вв. Фрагмент.
        Живопись народов СССР 11 — нач. 20 вв. «Христос перед Пилатом». Роспись храма Ахтала (близ одноименного поселка, Грузинская ССР). 11—12 вв. Фрагмент.
        Сцена из спектакля «В степях Украины» А. Е. Корнейчука. Украинский театр им. И. Франко. 1940.
        Сцена из спектакля «В степях Украины» А. Е. Корнейчука. Украинский театр им. И. Франко. 1940.
        Сцена из спектакля «Бай и батрак» Хамзы. Узбекский театр им. Хамзы. 1939.
        Сцена из спектакля «Бай и батрак» Хамзы. Узбекский театр им. Хамзы. 1939.
        Сцена из спектакля «Анна Каренина» по Л. Н. Толстому. МХАТ. 1937.
        Сцена из спектакля «Анна Каренина» по Л. Н. Толстому. МХАТ. 1937.
        Сцена из спектакля «Волки и овцы» А. Н. Островского. Малый театр. 1941.
        Сцена из спектакля «Волки и овцы» А. Н. Островского. Малый театр. 1941.
        Сцена из спектакля «Нашествие» Л. М. Леонова. Малый театр. 1943.
        Сцена из спектакля «Нашествие» Л. М. Леонова. Малый театр. 1943.
        Сцена из спектакля «Человек с ружьём» Н. Ф. Погодина. Театр им. Евг. Вахтангова. 1937.
        Сцена из спектакля «Человек с ружьём» Н. Ф. Погодина. Театр им. Евг. Вахтангова. 1937.
        Сцена из спектакля «Арсен» С. Шаншиашвили. Грузинский театр им. Ш. Руставели. 1936.
        Сцена из спектакля «Арсен» С. Шаншиашвили. Грузинский театр им. Ш. Руставели. 1936.
        Сцена из спектакля «Страх» А. Н. Афиногенова. Ленинградский академический театр драмы им. А. М. Пушкина. 1931.
        Сцена из спектакля «Страх» А. Н. Афиногенова. Ленинградский академический театр драмы им. А. М. Пушкина. 1931.
        Сцена из спектакля «Мадам Бовари» по Г. Флоберу. Камерный театр. 1940.
        Сцена из спектакля «Мадам Бовари» по Г. Флоберу. Камерный театр. 1940.
        Сцена из балета «Сакта свободы» А. П. Скулте. Латвийский театр оперы и балета. 1950.
        Сцена из балета «Сакта свободы» А. П. Скулте. Латвийский театр оперы и балета. 1950.
        Сцена из балета «Любовь и меч» М. А. Ашрафи. Узбекский театр оперы и балета им. А. Навои. 1974.
        Сцена из балета «Любовь и меч» М. А. Ашрафи. Узбекский театр оперы и балета им. А. Навои. 1974.
        Сцена из балета «Антоний и Клеопатра» Э. Л. Лазарева. Молдавский театр оперы и балета. 1965.
        Сцена из балета «Антоний и Клеопатра» Э. Л. Лазарева. Молдавский театр оперы и балета. 1965.
        Сцена из балета «Отелло». А. Д. Мачавариани. Грузинский театр оперы и балета им. З. П. Палиашвили. 1957.
        Сцена из балета «Отелло». А. Д. Мачавариани. Грузинский театр оперы и балета им. З. П. Палиашвили. 1957.
        Сцена из балета «Легенда о любви» А. Д. Меликова. Ленинградский театр оперы и балета им. С. М. Кирова. 1961.
        Сцена из балета «Легенда о любви» А. Д. Меликова. Ленинградский театр оперы и балета им. С. М. Кирова. 1961.
        Сцена из балета «Лесная песня» М. А. Скорульского. Украинский театр оперы и балета им. Т. Г. Шевченко. 1946.
        Сцена из балета «Лесная песня» М. А. Скорульского. Украинский театр оперы и балета им. Т. Г. Шевченко. 1946.
        Сцена из балета «Сотворение мира» А. П. Петрова. Пермский театр оперы и балета им. П. И. Чайковского. 1974.
        Сцена из балета «Сотворение мира» А. П. Петрова. Пермский театр оперы и балета им. П. И. Чайковского. 1974.
        Сцена из балета «Раймонда» А. К. Глазунова. Ленинградский театр оперы и балета им. С. М. Кирова. 1938.
        Сцена из балета «Раймонда» А. К. Глазунова. Ленинградский театр оперы и балета им. С. М. Кирова. 1938.
        Сцена из балета «Анна Каренина» Р. К. Щедрина. Большой театр. 1972.
        Сцена из балета «Анна Каренина» Р. К. Щедрина. Большой театр. 1972.
        Сцена из балета «Спартак» А. И. Хачатуряна. Большой театр. 1968.
        Сцена из балета «Спартак» А. И. Хачатуряна. Большой театр. 1968.
        Сцена из балета «Ромео и Джульетта» С. С. Прокофьева. Большой театр. 1946.
        Сцена из балета «Ромео и Джульетта» С. С. Прокофьева. Большой театр. 1946.
        Сцена из балета «Красный мак» Р. М. Глиэра. Большой театр. 1927.
        Сцена из балета «Красный мак» Р. М. Глиэра. Большой театр. 1927.
        Графика народов СССР. Е. М. Сидоркин. «Чабаны» (из серии «Читая Сакена Сейфулина»). Автолитография. 1964.
        Графика народов СССР. Е. М. Сидоркин. «Чабаны» (из серии «Читая Сакена Сейфулина»). Автолитография. 1964.
        Графика народов СССР. Г. И. Нарбут. «Буква З» (из серии «Украинская азбука»). Тушь, акварель. 1917—18.
        Графика народов СССР. Г. И. Нарбут. «Буква З» (из серии «Украинская азбука»). Тушь, акварель. 1917—18.
        Графика народов СССР. А. Макунайте. «Плач Эгле». Линогравюра. 1962.
        Графика народов СССР. А. Макунайте. «Плач Эгле». Линогравюра. 1962.
        Графика народов СССР. В. А. Фаворский. Иллюстрация к «Слову о полку Игореве» (издано в 1954). Гравюра на дереве.
        Графика народов СССР. В. А. Фаворский. Иллюстрация к «Слову о полку Игореве» (издано в 1954). Гравюра на дереве.
        Сцена из оперы «Иван Сусанин» М. И. Глинки. Большой театр. 1945.
        Сцена из оперы «Иван Сусанин» М. И. Глинки. Большой театр. 1945.
        Сцена из оперы «Борис Годунов» М. П. Мусоргского. Большой театр. 1948.
        Сцена из оперы «Борис Годунов» М. П. Мусоргского. Большой театр. 1948.
        Сцена из оперы «Катерина Измайлова» Д. Д. Шостаковича. Музыкальный театр им. К. С. Станиславского и Вл. И. Немировича-Данченко. 1963.
        Сцена из оперы «Катерина Измайлова» Д. Д. Шостаковича. Музыкальный театр им. К. С. Станиславского и Вл. И. Немировича-Данченко. 1963.
        Сцена из оперы «Конец кровавого водораздела» В. Мухажибекова. Туркменский театр оперы и балета им. Махтумкули. 1967.
        Сцена из оперы «Конец кровавого водораздела» В. Мухажибекова. Туркменский театр оперы и балета им. Махтумкули. 1967.
        Сцена из оперы «В бурю» Т. Н. Хренникова. Ленинградский театр оперы и балета им. С. М. Кирова. 1976.
        Сцена из оперы «В бурю» Т. Н. Хренникова. Ленинградский театр оперы и балета им. С. М. Кирова. 1976.
        Сцена из оперы «Виринея» С. М. Слонимского. Ленинградский Малый театр оперы и балета. 1967.
        Сцена из оперы «Виринея» С. М. Слонимского. Ленинградский Малый театр оперы и балета. 1967.
        Сцена из оперы «Огни мщения» Э. Каппа. Театр оперы и балета «Эстония». 1956.
        Сцена из оперы «Огни мщения» Э. Каппа. Театр оперы и балета «Эстония». 1956.
        Сцена из спектакля «Мещане» М. Горького. Ленинградский Большой драматический театр им. М. Горького. 1967.
        Сцена из спектакля «Мещане» М. Горького. Ленинградский Большой драматический театр им. М. Горького. 1967.
        Сцена из оперы «Алеся» Е. К. Тикоцкого. Белорусский театр оперы и балета. 1944.
        Сцена из оперы «Алеся» Е. К. Тикоцкого. Белорусский театр оперы и балета. 1944.
        Сцена из спектакля «Всё остаётся людям» С. И. Алёшина. Ленинградский академический театр драмы им. А. С. Пушкина. 1959.
        Сцена из спектакля «Всё остаётся людям» С. И. Алёшина. Ленинградский академический театр драмы им. А. С. Пушкина. 1959.
        Сцена из спектакля «Дикий капитан» Ю. Смуула. Эстонский театр им. В. Кингисеппа. 1964.
        Сцена из спектакля «Дикий капитан» Ю. Смуула. Эстонский театр им. В. Кингисеппа. 1964.
        Сцена из спектакля «Пот и кровь» А. Нурпеисова. Казахский театр им. А. Ауэзова. 1974.
        Сцена из спектакля «Пот и кровь» А. Нурпеисова. Казахский театр им. А. Ауэзова. 1974.
        Сцена из спектакля «А зори здесь тихие» Б. Л. Васильева. Московский театр драмы и комедии на Таганке. 1971.
        Сцена из спектакля «А зори здесь тихие» Б. Л. Васильева. Московский театр драмы и комедии на Таганке. 1971.
        Сцена из спектакля «Погода на завтра» М. Ф. Шатрова. Московский театр «Современник». 1975.
        Сцена из спектакля «Погода на завтра» М. Ф. Шатрова. Московский театр «Современник». 1975.
        Сцена из спектакля «Трибунал» А. Е. Макаёнка. Белорусский театр им. Я. Купалы. 1971.
        Сцена из спектакля «Трибунал» А. Е. Макаёнка. Белорусский театр им. Я. Купалы. 1971.
        Сцена из спектакля «Заседание парткома» А. И. Гельмана. МХАТ. 1975.
        Сцена из спектакля «Заседание парткома» А. И. Гельмана. МХАТ. 1975.
        Сцена из спектакля «Клоп» В. В. Маяковского. Московский театр Сатиры. 1955.
        Сцена из спектакля «Клоп» В. В. Маяковского. Московский театр Сатиры. 1955.
        Сцена из спектакля «Молодая гвардия» А. А. Фадеева. Московский театр драмы. 1947.
        Сцена из спектакля «Молодая гвардия» А. А. Фадеева. Московский театр драмы. 1947.
        Сцена из спектакля «Иркутская история» А. Н. Арбузова. театр им. Евг. Вахтангова. 1959.
        Сцена из спектакля «Иркутская история» А. Н. Арбузова. театр им. Евг. Вахтангова. 1959.
        Сцена из спектакля «Маскарад» М. Ю. Лермонтова. Московский театр им. Моссовета. 1952.
        Сцена из спектакля «Маскарад» М. Ю. Лермонтова. Московский театр им. Моссовета. 1952.
        Сцена из спектакля «В поисках радости» В. С. Розова. Центральный детский театр. 1957.
        Сцена из спектакля «В поисках радости» В. С. Розова. Центральный детский театр. 1957.
        Сцена из спектакля «Огненный мост» Б. С. Ромашова. Малый театр. 1929.
        Сцена из спектакля «Огненный мост» Б. С. Ромашова. Малый театр. 1929.
        М. В. Посохин, А. А. Мндоянц и др. Проспект Калинина в Москве. 1964—69.
        М. В. Посохин, А. А. Мндоянц и др. Проспект Калинина в Москве. 1964—69.
        Скульптура народов СССР дореволюционного периода. Фрагмент скульптурного убранства Дмитриевского собора во Владимире. 1193—97. Камень.
        Скульптура народов СССР дореволюционного периода. Фрагмент скульптурного убранства Дмитриевского собора во Владимире. 1193—97. Камень.
        Скульптура народов СССР дореволюционного периода. Пинзель. Модель статуи св. Георгия для фасада собора св. Юры во Львове. Дерево. 1759—61.
        Скульптура народов СССР дореволюционного периода. Пинзель. Модель статуи св. Георгия для фасада собора св. Юры во Львове. Дерево. 1759—61.
        Скульптура народов СССР дореволюционного периода. Н. А. Андреев. Памятник Н. В. Гоголю в Москве. Бронза, гранит. 1904—09.
        Скульптура народов СССР дореволюционного периода. Н. А. Андреев. Памятник Н. В. Гоголю в Москве. Бронза, гранит. 1904—09.
        Скульптура народов СССР дореволюционного периода. «Мадонна с младенцем». Дерево. 2-я пол. 15 в. Каунасский художественный музей им. М. К. Чюрлёниса.
        Скульптура народов СССР дореволюционного периода. «Мадонна с младенцем». Дерево. 2-я пол. 15 в. Каунасский художественный музей им. М. К. Чюрлёниса.
        Стрелка Васильевского острова в Ленинграде. Справа — здание Биржи (1805—10, арх. Ж. Тома де Томон).
        Стрелка Васильевского острова в Ленинграде. Справа — здание Биржи (1805—10, арх. Ж. Тома де Томон).
        Скульптура народов СССР дореволюционного периода. И. П. Мартос. Памятник Кузьме Минину и Дмитрию Пожарскому в Москве. Бронза, гранит. 1804—18.
        Скульптура народов СССР дореволюционного периода. И. П. Мартос. Памятник Кузьме Минину и Дмитрию Пожарскому в Москве. Бронза, гранит. 1804—18.
        С. Б. Сперанский, А. Д. Кац и др. Ансамбль площади Победы в Ленинграде. 1970-е гг. На переднем плане — мемориальный комплекс «Защитникам Ленинграда» (1975, скульптур М. К. Аникушин).
        С. Б. Сперанский, А. Д. Кац и др. Ансамбль площади Победы в Ленинграде. 1970-е гг. На переднем плане — мемориальный комплекс «Защитникам Ленинграда» (1975, скульптур М. К. Аникушин).
        Н. В. Баранов, Н. Г. Агеева и др. Ансамбль площади Ленина на Арсенальной набережной в Ленинграде. 1943—70.
        Н. В. Баранов, Н. Г. Агеева и др. Ансамбль площади Ленина на Арсенальной набережной в Ленинграде. 1943—70.
        Б. Н. Гладков и др. Студенческий городок в Москве. 1929—30.
        Б. Н. Гладков и др. Студенческий городок в Москве. 1929—30.
        А. С. Никольский, А. И. Гегелло, Г. А. Симонов. Жилой комплекс на Тракторной улице в Ленинграде. 1925—27.
        А. С. Никольский, А. И. Гегелло, Г. А. Симонов. Жилой комплекс на Тракторной улице в Ленинграде. 1925—27.
        Киево-Печерская лавра. Ансамбль Ближних и Дальних пещер. Кон. 17 — сер. 18 вв.
        Киево-Печерская лавра. Ансамбль Ближних и Дальних пещер. Кон. 17 — сер. 18 вв.
        А. И. Мешков. Комплекс жилых домов в районе улицы Усачёва в Москве. 1924—30.
        А. И. Мешков. Комплекс жилых домов в районе улицы Усачёва в Москве. 1924—30.
        Преображенская церковь в Кижах. Карельская АССР. 1714.
        Преображенская церковь в Кижах. Карельская АССР. 1714.
        К. С. Алябян, В. И. Симбирцев и др. Застройка набережной в центре Волгограда. Основное строительство — 1943—53.
        К. С. Алябян, В. И. Симбирцев и др. Застройка набережной в центре Волгограда. Основное строительство — 1943—53.
        М. Г. Земцов, В. В. Растрелли и др. Большой дворец в Петродворце. 1714—52.
        М. Г. Земцов, В. В. Растрелли и др. Большой дворец в Петродворце. 1714—52.
        А. Г. Мордвинов и др. Улица Горького в Москве. Основное строительство —1937—39.
        А. Г. Мордвинов и др. Улица Горького в Москве. Основное строительство —1937—39.
        Б. С. Мезенцев и др. Ленинский проспект в Москве. Основное строительство — 1955—57.
        Б. С. Мезенцев и др. Ленинский проспект в Москве. Основное строительство — 1955—57.
        Ю. В. Шпит и др. Жилой комплекс на бульваре Толбухина в Минске. 1965.
        Ю. В. Шпит и др. Жилой комплекс на бульваре Толбухина в Минске. 1965.
        А. В. Власов, А. В. Добровольский, В. Д. Елизаров, Б. И. Приймак, А. И. Малиновский и др. Крещатик в Киеве. 1947—54.
        А. В. Власов, А. В. Добровольский, В. Д. Елизаров, Б. И. Приймак, А. И. Малиновский и др. Крещатик в Киеве. 1947—54.
        Е. А. Левенсон, С. И. Евдокимов. Жилые дома на Ивановской улице в Ленинграде. 1936—40.
        Е. А. Левенсон, С. И. Евдокимов. Жилые дома на Ивановской улице в Ленинграде. 1936—40.
        Б. Р. Рубаненко, Е. М. Кутырев и др. Центр Тольятти. 1960—70-е гг.
        Б. Р. Рубаненко, Е. М. Кутырев и др. Центр Тольятти. 1960—70-е гг.
        Т. Н. Дружинина и др. Жилой район Вторая Речка во Владивостоке. 1965—67.
        Т. Н. Дружинина и др. Жилой район Вторая Речка во Владивостоке. 1965—67.
        В. Г. Гельфрейх, М. А. Минкус и др. Ансамбль Смоленской площади в Москве. 1948—72.
        В. Г. Гельфрейх, М. А. Минкус и др. Ансамбль Смоленской площади в Москве. 1948—72.
        В. Е. Емельянов, Г. В. Заборский. Посёлок Вертелишки. Белорусская ССР. 1960-е гг.
        В. Е. Емельянов, Г. В. Заборский. Посёлок Вертелишки. Белорусская ССР. 1960-е гг.
        А. В. Коротков, И. Б. Орлов, Н. И. Симонов и др. 4-й микрорайон г. Навои. Узбекская ССР. 1960-е гг.
        А. В. Коротков, И. Б. Орлов, Н. И. Симонов и др. 4-й микрорайон г. Навои. Узбекская ССР. 1960-е гг.
        В. Чеканаускас, В. Бредикис. Жилой район Лаздинай в Вильнюсе. 1967—70.
        В. Чеканаускас, В. Бредикис. Жилой район Лаздинай в Вильнюсе. 1967—70.
        Б. С. Мезенцев, М. П. Константинов, Г. Г. Исакович. Ленинский мемориал в Ульяновске. 1967—70.
        Б. С. Мезенцев, М. П. Константинов, Г. Г. Исакович. Ленинский мемориал в Ульяновске. 1967—70.

Большая советская энциклопедия. — М.: Советская энциклопедия. 1969—1978.

См. также в других словарях:

  • СССР. Радиовещание и телевидение —         Советское телевидение и радиовещание, так же, как и другие средства массовой информации и пропаганды, оказывают большое влияние на всю общественную жизнь страны, играют существенную роль в формировании коммунистического мировоззрения… …   Большая советская энциклопедия

  • СССР —         Союз Советских Социалистических Республик.          Содержание:         Введение (См. СССР. Введение)         Население (См. СССР. Население)          Численность населения          Возрастная и половая структура населения         … …   Большая советская энциклопедия

  • СССР. Библиография —         Население          Государственный строй. Конституции и конституционные акты Союза ССР (1922 1936). Сб. документов, М., 1940; Конституции и конституционные акты РСФСР (1918 1937). Сб. документов, М., 1940; История Советской Конституции.… …   Большая советская энциклопедия

  • Искусство — I Искусство         одна из форм общественного сознания, составная часть духовной культуры человечества, специфический род практически духовного освоения мира. В этом плане к И. относят группу разновидностей человеческой деятельности живопись,… …   Большая советская энциклопедия

  • СССР. Эпоха социализма —         Великая Октябрьская социалистическая революция 1917. Образование Советского социалистического государства          Февральская буржуазно демократическая революция послужила прологом Октябрьской революции. Только социалистическая революция …   Большая советская энциклопедия

  • СССР. Народное образование —         Развитие культуры и просвещения народов СССР имеет многовековую историю. Ещё в 4 5 вв. в Грузии и Армении при церквах и монастырях появились первые школы. В Фасисе (близ современного г. Поти) в 4 в. существовала «Высшая риторическая… …   Большая советская энциклопедия

  • СССР. Капиталистический строй —         Падение крепостного права. Падение крепостного права, оформленное правительственными актами 19 февраля 1861 рубеж смены в России феодально крепостнической формации капиталистической. Главным фактором, сделавшим отмену крепостного права… …   Большая советская энциклопедия

  • Литература — Содержание и объем понятия. Критика домарксистских и антимарксистских воззрений на Л. Проблема личного начала в Л. Зависимость Л. от социальной «среды». Критика сравнительно исторического подхода к Л. Критика формалистической трактовки Л.… …   Литературная энциклопедия

  • ИСКУССТВО — форма творчества, способ духовной самореализации человека посредством чувственно выразительных средств (звука, пластики тела, рисунка, слова, цвета, света, природного материала и т.д.). Особенность творческого процесса в И. в нерасчлененности его …   Философская энциклопедия

  • Литература Великого княжества Литовского — ― литература, сложившаяся в XIV XVII веках на землях Великого княжества Литовского (нынешняя Белоруссия, Литва, частично Украина, Россия и Польша. Многоязычная литература Великого княжества Литовском развивалась на западнорусском,… …   Википедия

Книги

Другие книги по запросу «СССР. Литература и искусство» >>

Фильмы

Поделиться ссылкой на выделенное

Прямая ссылка:
Нажмите правой клавишей мыши и выберите «Копировать ссылку»