Грановский


Грановский
Грановский (Тимофей Николаевич) - знаменитый профессор, род. в Орле 9марта 1813 г., в помещичьей семье среднего достатка. Выдвинулась этасемья благодаря деду Г., который пришел в Орел неизвестно откуда спятнадцатью копейками в кармане и нажил состояние, как искусныйповеренный по делам. Мать Г., происходившая из богатой малороссийскойсемьи, имела благотворное влияние на сына. Домашнее воспитание Г. былонаправлено, главным образом, к изучению языков (французского ианглийского). В связи с этим стояло беспорядочное чтение путешествий,романов, исторических книг. 13 лет Г. был отдан в московский пансионКистера, но пробыл там всего два года, а затем до 18 лет оставался дома,без всякого правильного руководства и дела. В это время он подружился с.воспитательницей своих сестер, француженкой Герито, которая многосодействовала развитию в юноше вкуса к литературным занятиям и желаниябыть полезным. В 1831 г. Г. поступил на службу в Петербурге, вдепартамент министерства иностранных дел. Чиновничья работа имела длянего мало привлекательного, и он в несколько месяцев приготовился кпоступлению в университет. Поступил Г. на юридически факультет) потомучто недостаточно знал древние языки, чтобы пойти на словесный. Всущности он продолжал заниматься самостоятельно, притом не юридическимипредметами, а литературой, историей, отчасти философией. В это времяодним из любимых писателей его стал Пушкин; стихотворные переводы сфранцузского и английского и собственные попытки в стихотворствесодействовали выработке русского слога, которым впоследствии был такизвестен Г. В течение всего университетского курса Г. бедствовал вматериальном отношении, благодаря, главным образом, беспечности отца,который по целым месяцам не высылал ему обещанного содержания. В 1835 г.Г. окончил курс и поступил на службу секретарем гидрографическогодепартамента морского министерства. Уже в университете литературноедарование Г. обратило на него внимание знатоков (между прочим Плетнева).По окончании курса он стал понемногу втягиваться в журнальную работу. В.К. Ржевский, служивший при графе С. Г. Строгонове, сделался посредникоммежду своим начальником и Г. Благодаря этому знакомству, последнийполучил предложение отправиться за границу для приготовления кпрофессуре по всеобщей истории. Большую часть двухлетней командировки (с 1837 г.) Г. пробыл в Берлинеи только на короткое время ездил в Дрезден, Прагу и Вену. Первый годпрошел в усердном посещении лекций и практических занятий и в связанныхс ними работах. Наибольшее значение для начинающего историка имелилекции Ранке, Раттера, Савиньи и Вердера. У Ранке он знакомился систорической критикой, удивлялся мастерству характеристик, верномупониманию событий. Риттер положил начало изучению географическихопределений в истории, которые с тех пор всегда оставались для Г. однимиз важнейших факторов в развитии человечества. Влияние школы Савиньисказалось на занятиях первой половиной средних веков, которой Г. частопосвящал впоследствии свои курсы: могучая сила историческойпреемственности и органическое развитие учреждений были признаны Г.,хотя он научился у французов противополагать им сознательное стремлениек улучшению. Вердер излагал и объяснял философию Гегеля. Более, впрочем,чем какие либо университетские лекции содействовало ознакомлению Г. сфилософией общение с Н. В. Станкевичем, который стал другом его еще вРоссии, а в 1837 г. провел с ним часть зимы в Берлине. Выше всехспециальных знаний стала для него идея общей философской связи явлений.При живом понимании отдельных эпох, лиц и событий это философскоеобъединение не могло выродиться в отвлеченную схему, наложенную наявления со стороны и потому искажающую их смысл. Изучение Гегеля вовсяком случае много содействовало постоянному стремлению Г.рассматривать культурную историю, как целое, и намечать в нейпрогрессивное развитие. Осенью 1839 г. Г. приехал в Москву и начал читать лекции филологам июристам. В это время составлена им для "Библ. для чтения" статья:"Судьбы еврейского народа" (сочин. 1, 149). Скоро он приобрел внимание и симпатии студентов; с каждой лекцией егоуспех возрастал и упрочивался. У него, как лектора, были некоторыенедостатки - тихий голос, пришепётывание; но эти недоборы с избыткомуравновешивались поэтической силой и сердечной теплотой изложения;говорил он свободно и его импровизация увлекала непосредственным иполным соответствием между содержанием и формой. Слушатели находилисьпод обаянием благородной, изящной личности мыслителя и художника. Можносмело сказать, что ни один русский профессор не производил на аудиториютакого неотразимого и глубокого впечатления. В самом содержали еголекций особенно привлекала способность лектора к художественному синтезуявлений: наблюдения над различными сторонами исторической жизнискладывались у него всегда в единую картину, передававшую характерцелого. Кроме университетских курсов, Г. прославили публичные лекции,которые собирали все, что было лучшего в тогдашнем московском обществе.Читал он их три раза: в 1843 - 44 г. курс по истории средних веков; в1845 - 46 г. - сравнительную ист. Англии и Франции; в 1851 - четырехарактеристики (Тамерлан, Александр Великий, Людовик IX, Бекон).Последние изданы в "Собрании Сочинений"; кроме того профессор Бабстнапеч. в журн. "Время" за 1862 г. несколько лекции из университетскихкурсов (введение в историю средних веков; характеристики несколькихримских императоров); его текст, однако, не может считаться точнымвоспроизведением слов Г. Затем сохранились неизданными собственно ручныеконспекты средневекового курса (вероятно 1839 г.) и несколько записейслушателей, кот. отличаются обычными в таких случаях пробелами инедоразумениями. Этот материал во всяком случае показывает, что Г. никакнельзя было упрекнуть в заискивании перед аудиторией: он строго держалсянаучных требований, избегал всяких намеков на современные ему порядки,не боялся говорить об отдаленных эпохах и трудных исторических вопросах.Писал он неохотно и уже потому не имел возможности оставить потомствустолько же, сколько дал современникам. В 1845 году вышла магистерскаяего диссертация (Волин, Иомсбург и Винета), в которой автор критикуетпредание о блестящей столице вендского Поморья - Винете. В 1849 г.исследование об аббате Сугерии осветило с точки зрения, установленной О.Тьерри и Гизо, историю образования государства во Франции; при этомвыдвинулась церковь, как сила, наиболее содействовавшая этомуобразованию. В 1852 г. была произнесена Г. замечательная актовая речь "Осовременном состоянии и значении всеобщей истории": она резюмируетвзгляды историка на его науку в период полной умственной зрелости.Влияние Гегеля уже значительно ослабело; автор отмечает односторонностьи произвольность его построений, указывает на могущественное воздействиесо стороны естественных наук и пытается определить, в какой мере историяимеет право на самостоятельный метод. В 1865 г. в Архиве Калачевапоявилась статья "О родовом быте у древних германцев", котораяпоказывала влияние и вырождение германской родовой общины и косвенносодействовала формулированию теории родового быта, выставленнойСоловьевым и Кавелиным против Беляева. Помимо этих главных работ,появился ряд статей, вызванных новостями заграничной и русскойлитературы, за которыми Г. всегда внимательно следил. Наиболеезамечательны: начало биографии Нибура, составленное по поводу егопереписки; отчеты о лекциях Нибура по древней истории; о книге Нича(Гракхи); о культурном движении времен Римской империи (по поводу сочин.Шмидта); о "Судьбах Италии" Кудрявцева, о "Латинской империи"Медовикова, о "Проклятых племенах" Мишеля. Несоразмерность между тем,что. напечатал Г., и тем, что он мог бы сделать, становится особенночувствительной, если обратить внимание на разнообразные планы работ,которые он составлял и для которых подготовлялся в течение своей жизни.Еще за границей его занимала мысль написать монографию о городе вдревней, средневековой и новой истории. В связи с географическими иэтнографическими интересами явился план сочинения о галлах, котороепоказало бы роль племенного фактора. В последние годы жизни Г. стал сособенной охотой заниматься "переходными" эпохами, отыскивая в нихвыражение той смены руководящих идей, которая особенно знаменательна вкультурной истории. Наконец, помимо чисто ученых работ, он предпринялтрудную и капитальную работу по составлению учебника всеобщей истории,но успел составить только первые главы, которые дают прекрасныехарактеристики и на родов эпох и намечают обще историческую связьразвития. Не одни личные свойства мешали Г. достигнуть всех тех результатов, накоторые он мог бы рассчитывать по своему таланту и знаниям. Многоеобъясняется условиями времени и особенностями положения Г. В известномсмысле это было положение исключительное и завидное. Семейные отношениясложились счастливо: в 1841 г. Г. женился на Елизавете БогдановнеМюльгаузен, которая стала для него товарищем, способным понять, оценить,поддержать нравственно. Г. был окружен многочисленными и искреннимидрузьями, был одним из главных деятелей в том духовном движении, котороеознаменовало "сороковые годы". Но эта жизнь в постоянном обмене мыслей имнений с лучшими представителями русского общества поглощала время иэнергию; участвуя в плодотворной коллективной работе московских кружков,Г. терял возможность уединиться и сосредоточиться для своей личнойработы. С самого прибытия из заграницы он занял выдающееся положениесреди молодых профессоров "западников" московского университета. Никтоболее его не выражал самостоятельного авторитета науки и культуры, впротивоположность "казенному" духу и самомнению полуобразованногообщества. Ему пришлось сразу выступить и против некоторых направлений впередовой среде: пришлось бороться с преклонением переддействительностью, за ее успех и силу, которому на некоторое времяподпал Белинский и гегелианская правая; пришлось спорить и противидеализации древне-народной культуры, которую проводили славянофилы.Убежденный поклонник Петра Великого, Грановский не считал его делозаконченным, хотя бы в главных чертах, и вполне сочувствовал либеральнымидеям, которые охватили зап. Европу в тридцатых и сороковых годах. Приисторическом складе его мысли, он не рассчитывал на быструю победу ипредостерегал против не обдуманных порывов: мало помалу обозначились егоразноглася в этом отношении с одним из самых близких ему людей - сГерценом. Личная дружба сохранилась до смерти Г.; но еще в серединесороковых годов один из них, более резкий и односторонний, примкнул кантирелигиозному материализму, другой отстаивал право на существование"романтических" идеалов, без которых личная и народная жизнь казалисьему неполной. Заграничной деятельности Герцена Г. не сочувствовал, хотякрайне тяготился условиями тогдашней русской жизни. Своею благородною,истинно просветительною деятельностью Г. не только завоевал себесовершенно исключительное положение в университете и своих личныхпоклонников делал представителями гуманности в обществе, не тольковнушил уважение своим принципиальным противникам, но даже сумелприобрести авторитет в глазах правительства, хотя оно в конце 40-х иначале 50-х годов весьма недружелюбно относилось ко всякому проявлениюлиберальных взглядов. Г. избег личных неприятностей по службе; но егодуховное состояние во время реакции, последовавшей за 1848 г., былотяжкое. Он не находил более удовлетворения в профессорстве и не имел нисклонности, ни возможности уйти в чисто научную работу; издавна егопреследовали приливы меланхолии и апатии; в эпоху Крымской войны этонастроение становилось невыносимым и Г. все чаще искал развлечения вазартной и всегда почти неудачной карточной игре. Организм Г. никогда неотличался крепостью и не мог долго выносить тяжелой жизненной борьбы. 4октября 1855 г. Г. скончался, 42 лет от роду, после кратковременнойболезни. Помимо славы блестящего профессора, Г. оставил своими печатнымиработами и лекциями постоянный вклад в духовное достояние русскогообщества. Никто не сделал более него для проведения в сознание обществаидеи всеобщей истории, как прогрессивного движения к гуманности. Печатные работы Г. собраны в 2 томах (3-е изд., М., 1892). Прекраснаябиография А. В. Станкевича живо рисует личность Г. Кроме того, см.Анненков, "Замечательное десятилетие" (в "Воспоминаниях и очерках", т.III); П. Кудрявцев, "Детство и юность Грановского" (в "Русском Вестнике"за 1858 г.); Григорьев, "Т. Н. Грановский до его профессорства в Москве"(в "Русской Беседе" за 1856 г.); П. Виноградов, "Т. Н. Грановский" (в"Русской Мысли" за 1893 г.). П. Виноградов.

Энциклопедия Брокгауза и Ефрона. — С.-Пб.: Брокгауз-Ефрон. 1890—1907.

Смотреть что такое "Грановский" в других словарях:

  • ГРАНОВСКИЙ — Тимофей Николаевич (род. 9 марта 1813, Орел – ум. 4 окт. 1855, Москва) – рус. историк, знаменитый профессор Московского ун та, глава московских западников. Первоначально в своих воззрениях был приверженцем учения т. н. органической школы нем.… …   Философская энциклопедия

  • ГРАНОВСКИЙ — Тимофей Николаевич (1813 1855), историк, общественный деятель, один из идеологов западников; заложил основы русской медиевистики. Обладал ораторским талантом, в лекциях по средневековью выступал против деспотизма и крепостничества …   Современная энциклопедия

  • ГРАНОВСКИЙ — Тимофей Николаевич (1813 1855) русский историк, философ, общественный деятель. В 1832 1835 учился на юридическом факультете Петербургского университета, получил степень магистра. В 1836 1839 в Германии, в Берлинском университете слушал лекции Л.… …   Новейший философский словарь

  • Грановский — Гранов село около Умани (Украина). Может быть, и семинарского происхождения: от латинского гранум зерно. (Ф). (Источник: «Словарь русских фамилий». («Ономастикон»)) …   Русские фамилии

  • ГРАНОВСКИЙ — Тимофей Николаевич (1813 55), историк, общественный деятель. С 1839 читал в Московском университете курсы истории средних веков, древней истории, истории нового времени; первый российский медиевист. С 1845 экстраординарный, с 1849 ординарный… …   Русская история

  • Грановский — Грановский  русская, польская, украинская и еврейская фамилия. Грановские  русские дворянские роды. Один из них происходит от Леонтия Грановского, бывшего в 1734 г. полковником нежинским, и внесен в VI и II части родословной книги… …   Википедия

  • Грановский Т. — Тимофей Николаевич Грановский Тимофей Николаевич Грановский (9 (21) марта 1813, Орёл  4 (16) октября 1855, Москва)  русский медиевист, заложил основы научной разработки западноевропейского Средневековья. Профессор всеобщей истории Московского… …   Википедия

  • Грановский Т. Н. — Тимофей Николаевич Грановский Тимофей Николаевич Грановский (9 (21) марта 1813, Орёл  4 (16) октября 1855, Москва)  русский медиевист, заложил основы научной разработки западноевропейского Средневековья. Профессор всеобщей истории Московского… …   Википедия

  • Грановский —         Тимофей Николаевич [9(21).3.1813, Орёл, 4(16).10.1855, Москва], русский историк и общественный деятель, представитель левого крыла буржуазно либерального направления. Из дворян. Окончил юридический факультет Петербургского университета… …   Большая советская энциклопедия

  • ГРАНОВСКИЙ — Тимофей Николаевич (9.III.1813 4.Х.1855) рус. ученый и обществ. деятель. Проф. всеобщей истории Моск. ун та (1839 55). Род. в Орле в дворянской семье. Окончил юридич. ф т Петерб. ун та (1835). Изучал труды Гиббона, Тьерри, Гизо и др.; сблизился с …   Советская историческая энциклопедия

Книги

Другие книги по запросу «Грановский» >>


Поделиться ссылкой на выделенное

Прямая ссылка:
Нажмите правой клавишей мыши и выберите «Копировать ссылку»

We are using cookies for the best presentation of our site. Continuing to use this site, you agree with this.