Карибский кризис


Карибский кризис
Съемки ракет с американского самолета-разведчика
14 октября 1962.
Количество и тип ядерных БЧ США. 1945—2002.
Количество и тип ядерных БЧ СССР. 1949—2002.

Кари́бский кризис — исторический термин, определяющий чрезвычайно напряжённое и политическое, дипломатическое и военное противостояние между Советским Союзом и Соединёнными Штатами в октябре 1962 года, которое было вызвано тайной переброской и размещением на острове Куба военных частей и подразделений Вооруженных Сил СССР, техники и вооружения, включая атомное оружие. Кризис мог привести к глобальной атомной войне. Кубинцы называют его «Октябрьским кризисом» (исп. Crisis de Octubre), в США распространено название «Кубинский ракетный кризис» (англ. Cuban missile crisis).

Содержание

Причины Кризиса

Причины, которые привели к кризису, чрезвычайно сложны, глубоки и многообразны. Согласно официальной советской версии кризис вызвало предшествовавшее данным событиям размещение в 1961 году Соединёнными Штатами в Турции (стране-участнице НАТО) ракет средней дальности «Юпитер», которые могли достигнуть городов в западной части Советского Союза, включая Москву и главные промышленные центры СССР. В качестве ответной меры на эти действия, в непосредственной близости от побережья США, на острове Куба, Советский Союз разместил кадровые военные части и подразделения. На вооружении у которых находилось как обычное, так и атомное оружие, включая баллистические и тактические ракеты наземного базирования. На боевом дежурстве у берегов Кубы были также размещены подводные лодки советских военно-морских сил, оснащенные ракетами и торпедами с атомными боевыми головными частями.

Хронология событий

14 октября 1962 года. Начало Кризиса

Началом кризиса российские историки считают дату 14 октября 1962, когда самолёт-разведчик U-2 ВВС США в ходе одного из регулярных облётов Кубы обнаружил в окрестностях деревни Сан-Кристобаль позиции советских ракет средней дальности Р-12. Наиболее критическим периодом считаются «тринадцать дней» 16—28 октября 1962 года. По решению президента США Джона Кеннеди внутри Совета национальной безопасности был создан специальный Исполнительный комитет, в котором обсуждались возможные пути решения проблемы. Некоторое время заседания Исполкома носили секретный характер, однако 22 октября Кеннеди выступил с «Обращением к американскому народу», объявив о наличии на Кубе советского «наступательного оружия». Был введён «карантин» (блокада) Кубы.

Первоначально советская сторона отрицала наличие на острове советского атомного оружия, затем — уверяла американцев в «сдерживающем характере» размещения ракет на Кубе. 25 октября представитель США продемонстрировал на заседании Совета Безопасности ООН фотографии советских ракет, размещенных на острове. В Белом доме обсуждался «силовой» вариант решения проблемы и его сторонники убедили Кеннеди как можно скорее начать массированную бомбардировку Кубы с последующей высадкой на остров морского и воздушного десантов.

Критическая фаза. Мир на грани атомной войны

Как Главнокомандующий президент Джон Кеннеди под давлением военных отдал приказ «DEFCON-2» о приведении Вооруженных сил США в «Боевую готовность №2». Это означало, что следующим его приказом начинаются полномасштабные боевые действия или война с СССР и его союзниками. Вечером 22 октября президент США выступил по телевидению с «Обращением к американскому народу». Он заявил, что для вторжения на Кубу готовятся 250 тысяч военнослужащих сухопутных войск, 90 тысяч морских пехотинцев и десантников, создана ударная группировка военно-воздушных сил, способная произвести 2 тысячи самолетовылетов в день вторжения, военно-морской флот подтягивает к острову более 100 кораблей различного назначения.

Среди гражданского населения США началась паника: люди срочно скупали продукты и бутилированную воду, уходили в отпуска и покидали с семьями американские города. В сельской местности жители оборудовали подвалы и погреба на случай атомной войны, запасая продукты, воду и предметы первой необходимости. Многие американские семьи покинули жилища и переселились в подвалы, погреба и наскоро сделанные блиндажи и землянки. В школах, колледжах и университетах в плановом порядке проводились учения на тему: «Как себя вести в случае атомного взрыва».

Пентагон создал вокруг острова Куба «кольцо» блокады, которое образовали 25 эсминцев, 2 крейсера, авианосцы, подводные лодки и вспомогательные суда. В воздух постоянно барражировали самолеты, включая бомбардировщики с атомными бомбами на борту. Американские высотные самолеты-разведчики U-2 непрерывно вели фоторазведку острова и прилегающей акватории Атлантического океана. Все советские суда сопровождались надводными кораблями, подводными лодками и подвергались систематическим облетам вертолетами и самолетами военно-воздушных сил.

Такие действия США не остались без внимания советской разведки. Уже 21 октября офицер ГРУ военный атташе в Вашингтоне на совещании у посла Анатолия Добрынина сообщил, что подразделения вооруженных сил США, размещенные в южных и юго-западных штатах приведены в повышенную боевую готовность. Ни атташе, ни посол не были извещены о том, что Генеральный штаб Вооруженных сил СССР разместил на Кубе баллистические и тактические ракеты и атомные боеголовки к ним.

С вечера 22 октября все члены Политбюро Коммунистичекой партии Советского Союза переводились на «казарменное положение» и безвыездно находились в Кремле в Москве.

С санкции Никиты Хрущева и по приказу министра обороны Вооруженные силы СССР также были приведены в полную боевую готовность: военнослужащие подняты по боевой тревоге, выдано штатное оружие и боеприпасы, техника и вооружение выводились на боевые позиции и рассредотачивались, атомные головные части присоединялись к ракетам и торпедам, атомные бомбы подвешивались к самолетам, атомные снаряды вывозились со складов на артиллерийские позиции на Западном направлении. Военно-морской флот СССР приступил к отслеживанию американских подводных лодок и авианосных соединений в акватории Мирового океана, прилегающей к территории СССР. Согласно ранее разработанным планам Генерального штаба Вооруженных Сил СССР к берегам США выдвигались атомные ударные силы — бомбардировщики и подводные лодки с атомным оружием на борту. Все соединения Ракетных войск стратегического назначения были приведены в повышенную боевую готовность к немедленному нанесению атомного удара по заранее определенным целям на территории США, крупным американским военным базам, морским и сухопутным группировкам, расположенным в других странах. Ударные силы бронетанковых войск, мотопехотные подразделения и авиация Группы советских войск в Германии должны были осуществить наступление с территории ГДР на Западный Берлин с целью его оккупации в течение 2-4 часов.

Очередные разведывательные данные, полученные с борта самолета-разведчика U-2, пролетевшего над Кубой, показали американскому президенту и членам Исполнительного комитета в Белом доме, что несколько советских ракет Р-12 уже установлены на боевых позициях и готовы к пуску, и, следовательно, превентивные действия США — бомбардировка и оккупация острова Куба неминуемо приведут к полномасштабной войне, включая использование атомного оружия. Президент Соединенных Штатов Америки Джон Кеннеди отказался принять план военных и отдать приказ о начале боевых действий. Президент обратился за помощью к своему младшему брату Роберту Кеннеди, попросив его срочно установить какой-либо неофициальный канал связи с Никитой Хрущевым.

Инициатива американского президента

Вечером 18 октября Джон Кеннеди принял в Белом доме министра иностранных дел СССР Андрея Громыко. Глава советского внешнеполитического ведомства дважды заявил, что Советский Союз поставляет на Кубу исключительно оборонительное вооружение, которое не представляет угрозы для США. Аналогичную позицию занял протеже Громыко в Вашингтоне посол СССР в США Добрынин. Таким образом обычные дипломатические каналы связи между Вашингтоном и Москвой оказались неэффективны и американская сторона отказалась ими воспользоваться.

Попытки американцев установить связь через советника посольства Г.Н. Большакова, военного разведчика — резидента Главного разведывательного управления Генерального штаба Вооруженных сил СССР в США также оказались несостоятельными. Большаков не располагал информацией о размещении советских атомных баллистических ракет на Кубе; его об этом просто не известили. В этих условиях младший брат президента США министр юстиции Роберт Кеннеди попросил тележурналиста, внешнеполитического обозревателя телекомпании «ABC» (Эй-Би-Си) Джона Скали выйти на связь с «советником советского посольства» Александром Фоминым. Под этим именем в США на разведывательной работе «под прикрытием» находился кадровый офицер Александр Феклисов, с августа 1960 года — резидент внешней разведки КГБ в Вашингтоне.

Первая встреча Скали и «Фомина» состоялась утром 22 октября в ресторане «Occidental», примерно на полпути между Белым домом и зданием советского посольства. Неофициальный контакт между Кеннеди и Хрущевым был, наконец, установлен. В результате нескольких встреч через «канал Скали — Фомин» Джон Кеннеди и Никита Хрущев обменялись первоначальной информацией и высказали мнение о возможном разрешении возникшего кризиса во взаимоотношениях между двумя странами. Позднее был открыт обычный канал дипломатической связи между Москвой и Вашингтоном. Первоначально тексты посланиий шифровались, но, учитывая исключительную напряженность момента, когда любые неосторожные действия военных могли инициировать мировую атомную войну, переговоры между Никитой Хрущевым и Джоном Кеннеди в наиболее критические часы кризиса передавались радиостанциями сторон открытым текстом.

27 октября 1962 года: апогей Кризиса

В пятницу 26 октября командующий «Группой советских войск на Кубе» генерал армии Исса Плиев отдал приказ вывезти атомные боеголовки на ракетные позиции советских баллистических ракет, но не присоединять их к носителям, ожидая приказа Кремля.

Исполнительный комитет СНБ в Белом доме после тщательного анализа пришел к выводу, что в результате первого авиационного удара не существует гарантии того, что все советские атомные ракеты будут уничтожены. Следовательно, можно ожидать ответной атомной атаки СССР по территории США, включая столицу Вашингтон, Нью-Йорк и другие города.

Вечером из Москвы в Вашингтон пришло, наконец, два послания от Никиты Хрущева. Из первого советского послания следовало, что Кремль готов прийти к компромису. Через сорок пять минут за подписью американского президента в Москву было отправлено сообщение, что американская сторона также желает разрешить кризис мирным путем. Исходя из критической ситуации, послание Кеннеди Хрущеву было передано открытым текстом.

В субботу утром 27 октября, когда Исполнительный комитет Совета национальной обороны США проводил совещание в Белом доме, на стол президенту положили сообщение ЦРУ о том, что советской зенитной ракетой над Кубой сбит американский самолет-разведчик U-2. Позднее стало известно, что пилот, майор М.Андерсон погиб. Военные потребовали от Джона Кеннеди отдать приказ о начале бомбардировки Кубы и высадке морской пехоты и воздушного десанта на остров утром следующего дня в воскресенье 28 октября. Президент США отказался отдать такой приказ и вновь обратился к брату Роберту с просьбой немедленно установить связь с Хрущевым, чтобы выяснить намерения Советского Союза и его готовность к немедленному выходу из кризиса, который грозил глобальной атомной войной.

В тот же день Джон Скали попросил Александра Феклисова («Фомина») о встрече. В беседе резидент КГБ сообщил, что в советском посольстве ожидают послания Хрущева американскому президенту.

Брат президента Роберт Кеннеди посетил советское посольство, где имел продолжительную беседу с послом Добрыниным. Вечером по просьбе министра юстиции состоялась вторая встреча. Роберт Кеннеди заявил советскому послу: «Мы должны получить заверение, что не позже завтрашнего дня [советские]ракетные базы будут демонтированы... Москва должна понять, что если эти базы не снесет она, то снесем их мы». Добрынин дословно записал эти слова в рабочий блокнот и по возвращении в советское посольство заявление министра юстиции было немедленно передано сеансом радиосвязи в Москву. По получении радиотелеграммы из Вашингтона в Кремле было созвано экстренное совещание Политбюро с участием военных.

В тот же день поздним вечером Роберт Кеннеди по своей инициативе встретился с резидентом ГРУ Генштаба ВС СССР в Вашингтоне майором Георгием Большаковым, работавшим в советском посольстве «под прикрытием» в должности «советника».

Все три встречи оказались безрезультатными; Москва молчала — в Политбюро в Кремле никак не могли прийти к какому-либо решению.

Разрешение Карибского кризиса

Президент Джон Кеннеди предложил Советскому Союзу демонтировать установленные ракеты и развернуть всё ещё направлявшиеся к Кубе корабли в обмен на гарантии США не нападать на Кубу и не свергать режим Фиделя Кастро. Председатель Совета Министров СССР и первый секретарь ЦК КПСС Никита Хрущёв, в свою очередь, выдвинул дополнительное условие о выводе американских тактических ракет с атомными боеголовками с территории Турции. Кеннеди согласился с предложением Хрущёва, специально оговорив, что информация о выводе американских ракет из Турции не будет обнародована в открытой печати, а демонтаж ракет США начнется несколько позднее.

Ответ Никиты Хрущева Джону Кеннеди поступил в Белый дом в 9 часов утра в воскресенье, 28 октября. Советский Союз согласен с предложением американской стороны.

Предложение Кеннеди и ответ Хрущева были немедленно отправлены Генеральному секретарю ООН У. Тану. Представитель СССР в ООН В.Н. Зорин и представитель США в ООН Эдлай Стивенсон при посредничестве Генерального секретаря немедленно приступили к выработке официального Соглашения. Кризис в отношениях СССР и США был преодолен.

После напряженных переговоров американская и советская стороны пришли к соглашению и, согласно договоренности 28 октября начался демонтаж советских баллистических и тактических ракет на Кубе, их погрузка на суда и отправка морским путем обратно в СССР. Американские военно-морские силы осуществляли в открытом море остановку и «досмотр» советских судов, которые уходили с острова Куба. Зенитные ракетные комплексы, включая боевые зенитные ракеты с обычными боеголовками оставались на острове «в целях самообороны». Подводные лодки советских военно-морских сил, вооруженные атомными торпедами и ракетами снимались с боевого дежурства у берегов Кубы и отводились в места постоянного базирования. Последняя советская ракета покинула Кубу через несколько недель, и 20 ноября американская блокада Кубы была снята. Карибский кризис нашел свое разрешение.

Карибский кризис продолжался 13 дней[1]. Он имел чрезвычайно важное психологическое и историческое значение. Человечество впервые в своей истории оказалось на грани самоуничтожения. Разрешение кризиса стало переломным моментом в Холодной войне и началом разрядки международной напряжённости.

Кубинская революция

В ходе холодной войны противостояние между двумя сверхдержавами, СССР и США, выражалось не только в прямой военной угрозе и гонке вооружений, но и в стремлении к расширению их зон влияния. Советский Союз стремился организовывать и поддерживать так назывемые «освободительные» социалистические революции в различных частях света. В прозападно настроенных странах оказывалась поддержка «народно-освободительных движений» различного толка, часто оружием и посылкой военных специалистов, инструкторов и ограниченных воинских контингентов. В случае победы «революции» страна становилась «членом социалистического лагеря», там строились военные базы, и вкладывались значительные ресурсы. Помощь Советского Союза часто была безвозмездной, что вызывало дополнительные симпатии к нему со стороны беднейших стран Африки и Латинской Америки.

США, в свою очередь, придерживались аналогичной тактики, также стимулировали «революции» для установления демократии и оказывая поддержку проамериканским режимам. Обычно перевес сил был на стороне США — их поддерживала Западная Европа, Турция, некоторые азиатские и африканские страны, например ЮАР.

Первоначально после победы революции на Кубе в 1959 году у её лидера Фиделя Кастро не было тесных отношений с Советским Союзом. Во время своей борьбы с режимом Фульхенсио Батисты в 1950-х Кастро несколько раз обращался к Москве за военной помощью, но получал отказ. Москва скептически относилась к лидеру кубинских революционеров и к самим перспективам революции на Кубе, считая, что там слишком велико влияние США. Первый зарубежный визит после победы революции Фидель совершил в США, однако президент Эйзенхауэр отказался встречаться с ним, сославшись на занятость. После этой демонстрации высокомерного отношения к Кубе Ф. Кастро проводил меры, направленные против засилья американцев. Так, были национализированы телефонная и электрическая компании, нефтеперегонные заводы, 36 крупнейших сахарных заводов, принадлежавших гражданам США; прежним владельцам были предложены соответствующие пакеты ценных бумаг. Все филиалы североамериканских банков, принадлежавших гражданам США, были также национализированы. В ответ на это США прекратили поставлять на Кубу нефть и покупать её сахар. Такие шаги поставили Кубу в очень тяжёлое положение. К тому времени кубинским правительством уже были установлены дипломатические отношения с СССР, и оно обратилось к Москве за помощью. Отвечая на запрос, СССР направил танкеры с нефтью и организовал закупки кубинского сахара и сахара-сырца. На Кубу в длительные командировки выезжали специалисты различных отраслей народного хозяйства СССР для создания аналогичных отраслей, а также делопроизводства на Острове Свободы. Советские специалисты строили различные объекты, например, по спецпроекту делали паровые электростанции с котлами на топливе «отходы сахарного тростника».

В качестве иллюстрации можно напомнить, почему один из видов кубинской минеральной воды называется «Типаборжоми». Перед приездом Л. И. Брежнева была пробурена очередная скважина, и высокому гостю преподнесли новый напиток. Тот попробовал и сказал: «Типа „Боржоми“». То есть похожая на такую воду из Грузии.

Можно считать, что Куба стала первой страной, которая выбрала коммунистический путь без значительного военного или политического вмешательства со стороны СССР. В этом качестве она была глубоко символична для советских лидеров, в особенности для Никиты Сергеевича Хрущёва, — он считал защиту острова критичной для международной репутации СССР и коммунистической идеологии.

Вероятно, Хрущёв полагал, что размещение ракет на Кубе защитит остров от повторного американского вторжения, которое он считал неизбежным после провала попытки десанта в Заливе Свиней. Существенное с военной точки зрения размещение важнейшего вида оружия на Кубе также продемонстрировало бы важность советско-кубинского альянса Фиделю Кастро, который требовал материального подтверждения советской поддержки острова.

Ракетные позиции США в Турции

Ракета средней дальности США PGM-19 «Юпитер»
Общее количество ядерных БЧ США и СССР
Количество ядерных БЧ США и СССР без развёрнутых

К 1960 году США имели значительное преимущество в стратегических ядерных силах. Для сравнения: американцы на вооружении имели примерно 6000 боеголовок, а в СССР было только примерно 300. К 1962 году на вооружении США находилось более 1300 бомбардировщиков, способных доставить на территорию СССР около 3000 ядерных зарядов[2]. Кроме того, на вооружении США стояли 183 МБР «Атлас» и «Титан» (англ.)русск.[3] и 144 ракеты «Поларис» на девяти атомных подводных лодках типа «Джордж Вашингтон» и «Этен Аллен»[4]. Советский Союз имел возможность доставить на территорию США около 300 боезарядов, в основном с помощью стратегической авиации и МБР Р-7 и Р-16, имевших низкую степень боеготовности и высокую стоимость создания стартовых комплексов, что не позволяло произвести масштабное развёртывание этих систем.

В 1961 США начали размещение в Турции, около г. Измир, 15 ракет средней дальности PGM-19 «Юпитер» с радиусом действия 2400 км, которые напрямую угрожали европейской части Советского Союза, доставая до Москвы. Президент Кеннеди считал стратегическое значение этих ракет ограниченным, так как подводные лодки, вооружённые баллистическими ракетами, могли накрывать ту же территорию, имея преимущество в скрытности и огневой мощи. Тем не менее, в конце 1950-х ракеты средней дальности технологически превосходили межконтинентальные баллистические ракеты, которые в то время не могли постоянно находиться на боевом дежурстве. Другим преимуществом ракет средней дальности является малое подлётное время — менее 10 минут.

Советские стратеги осознали, что перед ударом этих ракет они практически беззащитны, но можно достичь некоторого ядерного паритета, пойдя на ответный шаг — разместив ракеты на Кубе. Советские ракеты средней дальности на кубинской территории, имея дальность стрельбы до 4000 км (Р-14), могли держать под прицелом Вашингтон и около половины авиабаз стратегических ядерных бомбардировщиков Стратегических ВВС США, с подлётным временем менее 20 минут.

Глава Советского Союза Н. С. Хрущёв публично высказал своё возмущение фактом размещения ракет в Турции. Он считал эти ракеты личным оскорблением. Размещение ракет на Кубе — первый случай, когда советские ракеты покинули территорию СССР — считается непосредственным ответом Хрущёва на американские ракеты в Турции. В своих мемуарах Хрущёв пишет, что первый раз идея разместить ракеты на Кубе пришла к нему в 1962 году, когда он возглавлял делегацию Советского Союза, посещавшую Болгарию по приглашению болгарских ЦК Компартии и правительства. Там один из его соратников, показывая в сторону Чёрного моря, сказал, что на противоположном берегу, в Турции, находятся ракеты, способные в течение 15 минут нанести удар по основным промышленным центрам СССР.

Размещение ракет

Предложение Хрущёва

20 мая 1962 года Никита Хрущёв, сразу после возвращения из Болгарии, провёл в Кремле беседу с министром иностранных дел Андреем Громыко, Анастасом Микояном и министром обороны Родионом Малиновским, в ходе которой изложил им свою идею: в ответ на постоянные запросы Фиделя Кастро об увеличении советского военного присутствия на Кубе разместить на острове ядерное оружие. 21 мая на заседании Совета обороны поставил этот вопрос на обсуждение. Больше всех был против такого решения Микоян, однако, в конце концов члены Президиума ЦК КПСС, входившие в Совет обороны, поддержали Хрущёва. Министерствам обороны и иностранных дел было поручено организовать скрытное перемещение войск и военной техники по морю на Кубу. Из-за особой спешки план был принят без утверждения — к реализации приступили сразу после получения согласия Кастро.

28 мая из Москвы в Гавану вылетела советская делегация в составе посла СССР Алексеева, главнокомандующего РВСН маршала Сергея Бирюзова, генерал-полковника Семена Павловича Иванова, а также Шарафа Рашидова. 29 мая они встретились с Раулем и Фиделем Кастро и изложили им предложение ЦК КПСС. Фидель попросил сутки на переговоры со своими ближайшими соратниками. Известно, что 30 мая у него состоялся разговор с Эрнесто Че Геварой, однако о сущности этого разговора до сих пор ничего не известно. В тот же день Кастро дал положительный ответ советским делегатам. Было решено, что Рауль Кастро в июле посетит Москву для уточнения всех деталей.

Состав контингента

«Николаев» в порту Касильда. На причале видна тень от RF-101 «Вуду», самолёта-разведчика, сделавшего снимок.

10 июня на заседании Президиума ЦК обсуждались результаты поездки советской делегации на Кубу. После доклада Рашидова Малиновский представил всем предварительный проект операции по переброске ракет, подготовленный в Генеральном штабе. План предполагал размещение на Кубе двух видов баллистических ракет — Р-12 с радиусом действия около 2000 км и Р-14, с дальностью в два раза больше. Оба типа ракет были снабжены ядерными боеголовками мощностью 1 Мт. Малиновский также уточнил, что вооружённые силы разместят 24 ракеты среднего радиуса действия Р-12 и 16 ракет промежуточного радиуса действия Р-14 и оставят в резерве по половине от количества ракет каждого типа. Предполагалось снять 40 ракет с позиций на Украине и в европейской части России. После установки этих ракет на Кубе количество советских ядерных ракет, способных достичь территории США увеличивалось в два раза[5].

Предполагалось направить на Остров Свободы группу советских войск, которая должна сконцентрироваться вокруг пяти подразделений ядерных ракет (трёх Р-12 и двух Р-14). Помимо ракет в состав группы входили также 1 вертолётный полк Ми-4, 4 мотострелковых полка, два танковых батальона, эскадрилья МиГ-21, 42 лёгких бомбардировщика Ил-28, 2 подразделения крылатых ракет с ядерными боеголовками 12 Кт с радиусом действия 160 км, несколько батарей зенитных орудий, а также 12 установок С-75 (144 ракеты). Каждый мотострелковый полк насчитывал 2500 человек, танковые батальоны оснащались новейшими танками Т-55. Стоит отметить, что Группа советских войск на Кубе (ГСВК) стала первой в истории СССР армейской группировкой, в состав которой вошли баллистические ракеты[6].

Кроме того, на Кубу направлялась и внушительная группировка ВМФ: 2 крейсера, 4 эсминца, 12 ракетных катеров «Комар», 11 подводных лодок (из них 7 — с ядерными ракетами). Всего на остров планировалось отправить 50 874 военнослужащих. Позже, 7 июля Хрущёв принял решение назначить командующим группировкой Иссу Плиева[7].

Прослушав доклад Малиновского, Президиум ЦК проголосовал за проведение операции единогласно.

Операция «Анадырь»

К июню 1962 Генеральный штаб уже разработал операцию прикрытия под кодовым названием «Анадырь». Планировал и руководил операцией маршал СССР И. Х. Баграмян[8]. По мнению составителей плана, это должно было ввести американцев в заблуждение в отношении места назначения грузов. Всем советским военнослужащим, техническому персоналу и другим сопровождавшим «груз» также говорили, что они направляются на Чукотку. Для пущей достоверности к портам приходили целые вагоны шуб и дублёнок. Но, несмотря на такое масштабное прикрытие, у операции был один существенный изъян: невозможно было скрыть ракеты от регулярно облетающих Кубу американских самолётов-разведчиков U-2. Таким образом, план заранее разрабатывался с учётом того, что американцы обнаружат советские ракеты до того, как все они будут смонтированы. Единственный выход, который сумели найти военные — разместить несколько зенитных батарей уже на Кубе в местах разгрузки.

Ракеты и прочую технику, а также личный состав доставили в шесть разных портов от Североморска до Севастополя. Для переброски войск выделили 85 кораблей. Ни один капитан перед отплытием не знал о содержимом трюмов, а также о пункте назначения. Каждому капитану вручили запечатанный пакет, который следовало вскрыть в море в присутствии замполита. В конвертах было предписание следовать на Кубу и избегать контакта с кораблями НАТО.

В начале августа на Кубу пришли первые корабли. Ночью 8 сентября в Гаване была разгружена первая партия баллистических ракет средней дальности, вторая партия прибыла 16 сентября. Штаб ГСВК расположился в Гаване. Дивизионы баллистических ракет развернули на западе острова — близ деревеньки Сан-Кристобаль и в центре Кубы — у порта Касильда. Основные войска были сконцентрированы вокруг ракет в западной части острова, однако несколько крылатых ракет и мотострелковый полк были переброшены на восток Кубы — в сотне километров от Гуантанамо и военно-морской базы США в заливе Гуантанамо. К 14 октября 1962 на Кубу доставили все 40 ракет и большую часть оборудования.

Полёты U-2

Самолёт U-2 во время вылета в конце августа сфотографировал ряд строящихся позиций для зенитных ракет, но 4 сентября 1962 Кеннеди заявил перед Конгрессом, что на Кубе нет «наступательных» ракет. На самом же деле советские специалисты в это время уже строили девять позиций — шесть для Р-12 и три для Р-14 с дальностью 4000 км. До сентября 1962 самолеты ВВС США облетали Кубу дважды в месяц. С 5 сентября по 14 октября полёты были прекращены. С одной стороны из-за плохой погоды, с другой — Кеннеди запретил их из опасения эскалации конфликта в случае, если американский самолет будет сбит советской зенитной ракетой. Первый полёт состоялся 14 октября (стоит отметить, что до 5 сентября полеты выполнялись с ведома ЦРУ, теперь же такие полёты перешли под контроль ВВС[9]) — самолет-разведчик U-2 4080-го стратегического разведывательного крыла, пилотируемый майором Ричардом Хейзером, взлетел около 3 часов ночи с авиабазы Эдвардс в Калифорнии. Через час после восхода солнца Хейзер достиг Кубы. Полёт до Мексиканского залива занял у него 5 часов. Хейзер облетел Кубу с запада и пересек береговую линию с юга в 7:31 утра. Самолёт пересёк всю Кубу почти точно с юга на север, пролетая над городами Тако-Тако, Сан-Кристобаль, Бахиа-Хонда. Эти 52 километра Хейзер преодолел за 12 минут[10].

Приземлившись на авиабазе в южной Флориде, Хейзер вручил пленку ЦРУ. 15 октября аналитики ЦРУ установили, что на фотографиях — советские баллистические ракеты средней дальности Р-12 («SS-4» по классификации НАТО). Вечером того же дня эта информация была доведена до сведения высшего военного руководства США. Утром 16 октября в 8:45 фотографии показали президенту. После этого по приказу Кеннеди полёты над Кубой участились в 90 раз: с двух раз в месяц до шести раз в день.

Реакция США

Выработка возможных мер противодействия

Джон Кеннеди на совещании с командующим ВВС США

Получив фотографии, свидетельствующие о советских ракетных базах на Кубе, президент Кеннеди собрал особую группу советников на секретное совещание в Белом Доме. Эта группа из 14 человек, ставшая позднее известной как «Исполнительный комитет» (EXCOMM (англ.)русск.), состояла из членов Совета национальной безопасности США и нескольких специально приглашенных советников. Вскоре комитет предложил президенту три возможных варианта разрешения ситуации: уничтожить ракеты точечными ударами, провести полномасштабную военную операцию на Кубе или ввести морскую блокаду острова.

Немедленный бомбовый удар был отвергнут сразу же, так же как и обещавшее длительную задержку обращение в ООН. Реальными вариантами действий, рассматриваемыми комитетом, были только военные меры. Дипломатические, едва затронутые в первый день работы, были тут же и отвергнуты — ещё до того, как началось основное обсуждение. В итоге выбор свели к военно-морской блокаде и ультиматуму, либо к полномасштабному вторжению.

Начальник Объединённого комитета начальников штабов (ОКНШ) генерал Максвелл Тэйлор и глава Стратегического командования ВВС (SAC) генерал Кёртис Лемей (англ. Curtis LeMay) выступили с предложением начать вторжение. По их мнению, Советский Союз не решился бы на серьёзные контрмеры. В порядке подготовки к вторжению началась переброска войск во Флориду. Военные торопили президента отдать приказ о вторжении, поскольку опасались, что когда СССР установит все ракеты, будет уже поздно. Стоит отметить, однако, что агентурные данные ЦРУ о численности советских войск на Кубе уже к тому моменту были существенно ниже реальных[11]. Американцы также не знали о двенадцати тактических ядерных ракетных комплексах «Луна», уже находящихся на острове, которые могли быть задействованы по приказу генерала Плиева, командующего советскими силами на острове[12]. Вторжение могло повлечь ядерный удар по американскому десанту, причём с катастрофическими последствиями.

Так или иначе, идея вторжения подверглась критике президента. Кеннеди опасался, что «даже в том случае, если на Кубе советские войска не предпримут активных действий, ответ последует в Берлине», что приведет к эскалации конфликта. Поэтому по предложению министра обороны Роберта Макнамары было решено рассмотреть возможность военно-морской блокады Кубы.

Громыко и Добрынин на приеме у Кеннеди уверяют его, что на Кубе нет наступательного оружия СССР

18 октября президента США посетил министр иностранных дел СССР Андрей Громыко вместе с послом СССР в США Анатолием Добрыниным, который ничего не знал[источник не указан 1314 дней] о планах Хрущёва. По некоторым данным, Громыко категорически отрицал наличие любого «наступательного» вооружения на Кубе. В своих мемуарах же он писал, что разговор на той встрече шёл в основном о Берлине и других международных вопросах, а инициатором беседы о Кубе был он сам. Более того, по его словам, президент США не спрашивал Громыко о наличии на острове советских ракет и не строил вслух никаких предположений по этому поводу, пытаясь спровоцировать министра[13]. Наличие «наступательного» вооружения на Кубе отрицал и офицер ГРУ Георгий Большаков, участвовавший в конфиденциальных переговорах с министром юстиции США, братом президента Робертом Кеннеди.[14]

Тем не менее 19 октября очередной полёт U-2 выявил ещё несколько смонтированных ракетных позиций, эскадрилью Ил-28 у северного побережья Кубы и дивизион крылатых ракет, нацеленных на Флориду[15].

Решение о введении блокады было принято на итоговом голосовании вечером 20 октября: за блокаду проголосовали сам президент Кеннеди, госсекретарь Дин Раск, министр обороны Роберт Макнамара и специально вызванный для этого из Нью-Йорка посол США в ООН Эдлай Стивенсон.

Однако согласно международному праву блокада является актом войны. В то время как ни размещение ракет в Турции, ни ответное размещение ракет на Кубе никаких соглашений не нарушало. Таким образом, США оказывались в роли стороны, развязавшей войну. В связи с этим при обсуждении такого варианта возникали опасения по поводу реакции не только Советского Союза, но мирового сообщества. Поэтому решение о введении блокады было вынесено на обсуждение Организации американских государств (ОАГ). Опираясь на Пакт Рио, ОАГ единогласно поддержала введение санкций против Кубы. Акция была названа не «блокадой», а «карантином», что означало не полное прекращение морского сообщения, а лишь препятствие поставкам вооружений. Было решено ввести карантин 24 октября с 10 утра по местному времени.

Между тем, к 19 октября, данные съемок U-2 показали четыре законченные пусковые позиции. Поэтому в дополнение к блокаде военное командование США начало подготовку к возможному вторжению по первому сигналу. На юг страны, в штат Джорджия, была переведена 1-я танковая дивизия и пять общевойсковых дивизий были приведены в состояние повышенной боеготовности.

Стратегическое командование ВВС перебазировало бомбардировщики среднего радиуса действия B-47 Stratojet в гражданские аэропорты и перевело в режим постоянного патрулирования флот стратегических бомбардировщиков B-52 Stratofortress.

Карантин

С военно-морской блокадой было много проблем. Был вопрос законности — как отметил Фидель Кастро, в установке ракет не было ничего незаконного. Они, разумеется, являлись угрозой для США, но в Европе были размещены аналогичные ракеты, нацеленные на СССР: шестьдесят ракет «Тор» в четырёх эскадронах около Ноттингема в Великобритании; тридцать ракет «Юпитер» среднего радиуса в двух эскадронах около Джоя дель Колле в Италии; и пятнадцать ракет «Юпитер» в одном эскадроне около Измира в Турции. Затем была проблема советской реакции на блокаду — не начнётся ли вооружённый конфликт с эскалацией ответных действий?

Images.png Внешние изображения
Image-silk.png Митинг протеста у американского посольства в Москве во время Карибского кризиса.

Президент Кеннеди обратился к американской публике (и советскому правительству) в телевизионном выступлении 22 октября. Он подтвердил присутствие ракет на Кубе и объявил военно-морскую блокаду в виде карантинной зоны в 500 морских миль (926 км) вокруг берегов Кубы, предупредив, что вооружённые силы были «готовы к любому развитию событий», и осудив Советский Союз за «секретность и введение в заблуждение». Кеннеди отметил, что любой ракетный запуск с территории Кубы в сторону любого из американских союзников в западном полушарии будет расценен как акт войны против США.

Американцы обладали твёрдой поддержкой со стороны своих европейских союзников. Организация американских государств также единогласно проголосовала за резолюцию в поддержку карантина. Никита Хрущёв заявил, что блокада незаконна, и что любой корабль под советским флагом будет её игнорировать. Он пригрозил, что если советские корабли будут атакованы американскими, ответный удар последует немедленно.

Тем не менее, блокада вступила в силу 24 октября в 10:00. 180 кораблей ВМС США окружили Кубу с четким приказом ни в коем случае не открывать огонь по советским судам без личного приказа президента. К этому времени на Кубу шли 30 кораблей и судов, в том числе «Александровск» с грузом ядерных боеголовок и 4 корабля[источник не указан 1015 дней], везущие ракеты для двух дивизионов БРСД. Кроме того, к Острову свободы приближались 4 дизельные подводные лодки, сопровождавшие корабли. На борту «Александровска» находились 24 боеголовки для БРСД и 44 для крылатых ракет. Хрущёв решил, что подводным лодкам и четырём судам с ракетами Р-14 — «Артемьевску», «Николаеву», «Дубне» и «Дивногорску» — следует продолжать идти прежним курсом. Стремясь свести к минимуму возможность столкновения советских кораблей с американскими, советское руководство решило развернуть остальные не успевшие добраться до Кубы корабли домой.

Одновременно с этим Президиум ЦК КПСС решил привести вооружённые силы СССР и стран Варшавского договора в состояние повышенной боеготовности. Отменили все увольнения. Срочникам, готовящимся к демобилизации предписано оставаться на местах несения службы до дальнейших распоряжений. Хрущёв отправил Кастро ободряющее письмо, заверив в непоколебимости позиции СССР при любых обстоятельствах. Тем более, он знал, что существенная часть советского оружия уже добралась до Кубы.

Обострение кризиса

Радиус покрытия ракет, дислоцированных на Кубе:
Р-14 — большой радиус
Р-12 — средний радиус

Вечером 23 октября Роберт Кеннеди отправился в советское посольство в Вашингтоне. На встрече с Добрыниным Кеннеди выяснил, что тот понятия не имеет о военных приготовлениях СССР на Кубе.[источник не указан 1314 дней] Однако Добрынин сообщил ему, что знает об инструкциях, полученных капитанами советских кораблей — не выполнять незаконные требования в открытом море. Перед уходом Кеннеди сказал: «Не знаю, чем все это кончится, но мы намерены остановить ваши суда».

24 октября Хрущёв узнал, что «Александровск» благополучно добрался до Кубы. Одновременно с этим ему пришла короткая телеграмма от Кеннеди, в которой тот призвал Хрущёва «проявить благоразумие» и «соблюдать условия блокады». Президиум ЦК КПСС собрался на заседание, чтобы обсудить официальный ответ на введение блокады. В тот же день Хрущёв направил президенту США письмо, в котором обвинил его в том, что тот ставит «ультимативные условия». Хрущёв назвал карантин «актом агрессии, толкающим человечество к пучине мировой ракетно-ядерной войны». В письме Первый секретарь предупредил Кеннеди, что «капитаны советских кораблей не станут соблюдать предписания американских ВМС», а также что «если США не прекратят своих пиратских действий, правительство СССР примет любые меры для обеспечения безопасности судов».

Письмо Хрущева Кеннеди от 24 октября 1962 г.

25 октября на экстренном заседании Совета Безопасности ООН разыгралась одна из самых памятных сцен в истории ООН. Представитель США Адлай Стивенсон попытался заставить советского представителя Валериана Зорина (который, как и большинство советских дипломатов, не подозревал об операции «Анадырь») дать ответ относительно присутствия ракет на Кубе, высказывая известное требование: «Не ждите, пока Вам переведут!» Получив от Зорина отказ, Стивенсон продемонстрировал фотографии, сделанные разведывательными самолётами США и показывающие ракетные позиции на Кубе.

Одновременно с этим, Кеннеди отдал приказ повысить боевую готовность вооружённых сил США до уровня DEFCON-2 (первый и единственный раз в истории США)[16].

Тем временем в ответ на послание Хрущёва в Кремль пришло письмо Кеннеди, в котором он указал, что «советская сторона нарушила свои обещания в отношении Кубы и ввела его в заблуждение». На сей раз Хрущёв решил не идти на конфронтацию и начал искать возможные выходы из сложившейся ситуации. Он объявил членам Президиума, что «невозможно хранить на Кубе ракеты, не вступая в войну с США». На заседании было решено предложить американцам демонтировать ракеты в обмен на гарантии США оставить попытки сменить государственный режим на Кубе. Брежнев, Косыгин, Козлов, Микоян, Пономарёв и Суслов поддержали Хрущёва. Громыко и Малиновский при голосовании воздержались. После заседания Хрущёв неожиданно обратился к членам Президиума: «Товарищи, давайте вечером пойдем в Большой театр. Наши люди и иностранцы увидят нас, может, и это успокоит их»[17].

Второе письмо Хрущёва

26 октября утром Никита Хрущёв принялся за составление нового, менее воинственного послания Кеннеди. В письме он предложил американцам вариант демонтажа установленных ракет и возвращения их в СССР. В обмен он требовал гарантий того, что «Соединенные Штаты не вторгнутся своими войсками на Кубу и не будут поддерживать никакие другие силы, которые намеревались бы совершить вторжение на Кубу». Закончил он письмо знаменитой фразой: «Нам с вами не следует сейчас тянуть за концы верёвки, на которой вы завязали узел войны».

Хрущёв составил это письмо в одиночку, не собирая Президиум. Позднее в Вашингтоне была версия, что второе письмо писал не Хрущёв и что в СССР, возможно, произошёл государственный переворот. Другие считали, что Хрущёв, наоборот, ищет помощи в борьбе против сторонников жёсткой линии в рядах руководства Вооружённых сил СССР. Письмо пришло в Белый дом в 10 часов утра. Ещё одно условие было передано в открытом обращении по радио утром 27 октября - вывести американские ракеты из Турции, в дополнение к требованиям, указанным в письме.

Секретные переговоры

В пятницу, 26 октября, в 13-00 по вашингтонскому времени поступило сообщение от репортера ABC News Джона Скали о том, что к нему обратился с предложением о встрече Александр Фомин — резидент КГБ в Вашингтоне. Встреча состоялась в ресторане Occidental. Фомин выразил озабоченность по поводу нарастания напряженности и предложил Скали обратиться к своим «высокопоставленным друзьям в Госдепартаменте» с предложением поиска дипломатического решения. Фомин передал неофициальное предложение советского руководства убрать ракеты с Кубы в обмен на отказ от вторжения на Кубу.

Американское руководство ответило на это предложение, передав Фиделю Кастро через посольство Бразилии, что в случае вывода наступательных вооружений с Кубы «вторжение будет маловероятно».

Соотношение сил на момент кризиса — США

На момент кризиса США располагали крупнейшим ядерным и обычным арсеналом и многочисленными средствами доставки.

Его основу составляли межконтинентальные баллистические ракеты SM-65 Atlas[18], базирующиеся в США. В наличии на 1962 год было 144 такие МБР, несущие 1-мегатонные и 4-мегатонные боеголовки W38. Ракеты были развернуты в 3-х модификациях (радиокомандный SM-65D, инерциально-наводящиеся SM-65E и SM-65F), на постоянном дежурстве находилось около 129 ракет, из которых половина базировалась в защищенных подземных шахтах (остальные — в заглубленных железобетонных укрытиях). Время подготовки ракет к запуску составляло от 15 до 30 минут.

Также в наличии имелось 62 МБР SM-68 Titan-I[19].

Арсенал МБР дополнялся БРСД PGM-19 Jupiter, радиусом 2400 км. 30 таких ракет было развернуто в Северной Италии и 15 — в Турции. Также 60 ракет PGM-17 Thor были развернуты в Великобритании, имея сходные характеристики.

Основу наступательной мощи ВВС помимо МБР составлял громадный парк стратегических бомбардировщиков — более 800 межконтинентальных бомбардировщиков B-52 и B-36, свыше 2000 стратегических бомбардировщиков B-47 и около 150 сверхзвуковых B-58.

Для оснащения их имелся арсенал из более чем 547 сверхзвуковых ракет AGM-28 Hound Dog радиусом до 1200 км и свободнопадающих ядерных бомб. Позиции ВВС США в Северной Канаде и Гренландии позволяли осуществлять трансполярные атаки против глубоких тылов СССР при минимальном советском противодействии.

ВМС располагали 8 ПЛАРБ с ракетами «Поларис» радиусом 2000 км и 11 ударными авианосцами, включая атомный «Энтерпрайз», способными нести стратегические ядерные бомбардировщики A-3. Также в наличии имелись ПЛАРК с ракетами «Регулус».

Для обороны территории США была развернута совершенная система ПВО, опиравшаяся на три линии радаров раннего предупреждения о воздушном нападении. Крайняя линия — линия DEW (Distant Early Warning) шла по северной границе Канады. Основные промышленные районы, крупные населенные центры и стратегические инсталляции были прикрыты зенитно-ракетными комплексами MIM-14 Nike-Hercules и сверхдальнобойными ЗРК CIM-10 Bomarc, использовавшими ядерные боевые части. Комплексы MIM-14 Nike-Hercules также обладали потенциальной возможностью поражать боеголовки баллистических ракет при помощи атомных боевых зарядов.

Систему ПВО поддерживал флот пилотируемых перехватчиков F-101 Voodoo, F-106 Delta Dart, F-89 Scorpion, насчитывающий более 3000 единиц, и вооруженный различными видами управляемого оружия, включая ядерные ракеты «воздух-воздух» AIR-2 Genie. Управление перехватчиками осуществляла полуавтоматическая система наземного наведения SAGE.

Соотношение сил на момент кризиса — СССР

Ядерный арсенал СССР был гораздо скромнее американского. Его основу составляли ракеты Р-7, межконтинентальные, но весьма несовершенные, с длительным временем подготовки и низкой надежностью. Имелось всего 4 стартовых приспособления в Плесецке, пригодных для боевого запуска.

Также на вооружение поступили около 25 ракет Р-16, более боеспособных. По сути дела, они составляли основу стратегических ударных сил СССР.

В Восточной Европе имелось также около 40 ракет Р-21 и 20 ракет Р-12 средней дальности, наведенных на промышленные центры и порты Великобритании и Франции.

Стратегические ВВС СССР были намного слабее ВВС США. Их основу составляли около 100 межконтинентальных бомбардировщиков и М-4, около 1000 стратегических бомбардировщиков Ту-16. На вооружении имелись крылатые ракеты радиусом до 700 км. ВМФ СССР включал ПЛАРБ проекта 658, вооруженные ракетами радиусом 650 км с надводным стартом, и ПЛРБ проекта 611 и проекта 629, общим числом около 25. Эти субмарины были менее совершенными, чем американские аналоги, были довольно шумны и имели надводный старт ракет, что подвергало их демаскировке.

Система ПВО СССР по структуре была объектовой, основанной на широком развертывании вокруг охраняемых объектов ЗРК С-75. Возможности раннего предупреждения были ограничены ввиду неполноты радарного покрытия Сибири. На вооружении отсутствовали ЗРК, имевшие дальность более 75 км или вооруженные ядерными боевыми частями.

Чёрная суббота

Обломки сбитого U-2 Андерсона.
Музей авиации в Гаване

Тем временем в Гаване политическая обстановка накалилась до предела. Кастро стало известно о новой позиции Советского Союза, и он сразу же направился в советское посольство. Команданте решил написать Хрущёву письмо, чтобы подтолкнуть его к более решительным действиям. Ещё до того, как Кастро закончил письмо и отправил его в Кремль, глава резидентуры КГБ в Гаване известил Первого секретаря о сути послания Команданте: «По мнению Фиделя Кастро, интервенция почти неминуема и произойдёт в ближайшие 24-72 часа». Одновременно Малиновский получил донесение от командующего советскими войсками на Кубе генерала И. А. Плиева об усилившейся активности американской стратегической авиации в районе Карибского бассейна. Оба сообщения доставили в кабинет Хрущёва в Кремль в 12 дня в субботу, 27 октября.

Двигатель самолёта U-2, сбитого в «Чёрную субботу». Музей Революции в Гаване

В Москве было 5 часов вечера, когда на Кубе разбушевался тропический шторм. В одно из подразделений ПВО пришло сообщение, что на подлёте к Гуантанамо замечен американский самолёт-разведчик U-2. Начальник штаба зенитного ракетного дивизиона С-75 капитан Антонец позвонил в штаб Плиеву за инструкциями, но того на месте не оказалось. Заместитель командующего ГСВК по боевой подготовке генерал-майор Леонид Гарбуз приказал капитану ждать появления Плиева. Через несколько минут Антонец вновь позвонил в штаб — никто не взял трубку. Когда U-2 был уже над Кубой, Гарбуз сам прибежал в штаб и, не дождавшись Плиева, отдал приказ уничтожить самолёт. По другим сведениям, приказ об уничтожении самолёта-разведчика мог быть отдан заместителем Плиева по ПВО генерал-лейтенантом авиации Степаном Гречко или командиром 27-й дивизии ПВО полковником Георгием Воронковым[20]. Пуск был осуществлён в 10:22 по местному времени. Пилот U-2 майор Рудольф Андерсон погиб. Примерно в это же время другой U-2 был почти перехвачен над Сибирью, так как генерал Кертис Лемэй (англ.)русск., начальник штаба ВВС США, пренебрёг приказом президента США прекратить все полёты над советской территорией.

Ещё через несколько часов два самолёта фоторазведки ВМС США RF-8A «Крусейдер» были обстреляны зенитными орудиями во время облёта Кубы на малой высоте. Один из них был повреждён, однако пара благополучно вернулась на базу.

Военные советники Кеннеди пытались убедить президента до наступления понедельника отдать приказ о вторжении на Кубу, «пока ещё не поздно». Кеннеди уже не отвергал категорически такое развитие ситуации. Однако не оставлял надежды на мирное разрешение. Принято считать, что «Чёрная суббота» 27 октября 1962 — день, когда мир был ближе всего к глобальной ядерной войне.

Разрешение

В ночь с 27 на 28 октября по заданию президента Роберт Кеннеди вновь встретился с советским послом в здании Министерства юстиции. Кеннеди поделился с Добрыниным опасениями президента о том, что «ситуация вот-вот выйдет из под контроля и грозит породить цепную реакцию». Роберт Кеннеди заявил, что его брат готов дать гарантии ненападения и скорейшего снятия блокады с Кубы. Добрынин спросил Кеннеди о ракетах в Турции. «Если в этом единственное препятствие к достижению упомянутого выше урегулирования, то президент не видит непреодолимых трудностей в решении вопроса», — ответил Кеннеди. По словам тогдашнего министра обороны США Роберта Макнамары[21], с военной точки зрения ракеты Юпитер уже морально устарели (хотя были поставлены на боевое дежурство всего два года назад), однако в ходе приватных переговоров Турция и НАТО выступали резко против включения подобного пункта в официальное соглашение с Советским Союзом, так как это было бы проявлением слабости США и ставило бы под сомнение гарантии США по защите Турции и стран НАТО.

На следующее утро в Кремль пришло сообщение от Кеннеди, где было указано:

1) Вы согласитесь вывести свои системы вооружения с Кубы под соответствующим наблюдением представителей ООН, а также предпринять, с соблюдением соответствующих мер безопасности, шаги по остановке поставок таких же систем вооружения на Кубу.
2) Мы же, со своей стороны, согласимся — при условии создания с помощью ООН системы адекватных мер, обеспечивающих выполнение данных обязательств, — а) быстро отменить введённые в настоящий момент блокадные мероприятия и б) дать гарантии ненападения на Кубу. Я уверен, что и остальные государства Западного полушария будут готовы поступить подобным образом.

В полдень Хрущёв собрал Президиум у себя на даче в Ново-Огарёво. На собрании шло обсуждение письма из Вашингтона, когда в зал вошёл человек и попросил помощника Хрущёва, Олега Трояновского к телефону: звонил Добрынин из Вашингтона. Он передал Трояновскому суть его беседы с Робертом Кеннеди и выразил опасения, что президент США испытывает сильное давление со стороны чиновников из Пентагона. Добрынин передал дословно слова брата президента США: «Мы должны получить ответ из Кремля сегодня же, в воскресенье. Осталось очень мало времени для разрешения проблемы». Трояновский вернулся в зал и зачитал собравшимся то, что успел записать в своем блокноте, пока слушал доклад Добрынина. Хрущёв сразу же пригласил стенографистку и начал диктовать согласие. Он также надиктовал два конфиденциальных письма лично Кеннеди. В одном он подтвердил факт того, что послание Роберта Кеннеди добралось до Москвы. Во втором — что он расценивает это послание как согласие на условие СССР по выводу советских ракет с Кубы — убрать ракеты из Турции.

Опасаясь всяких «неожиданностей» и срыва переговоров, Хрущёв запретил Плиеву использовать зенитное оружие против американских самолётов. Он также приказал вернуть на аэродромы все советские самолёты, патрулирующие Карибское море. Для пущей уверенности первое письмо было решено транслировать по радио, чтобы оно как можно скорее дошло до Вашингтона. За час до начала трансляции послания Никиты Хрущева (16:00 по московскому времени) Малиновский послал Плиеву приказ начать демонтаж стартовых площадок Р-12.

Демонтаж советских ракетных установок, погрузка их на корабли и вывод с территории Кубы заняли 3 недели. Убедившись, что Советский Союз вывел ракеты, президент Кеннеди 20 ноября отдал приказ прекратить блокаду Кубы.
Через несколько месяцев из Турции были выведены и американские ракеты «Юпитер» как «устаревшие» (ВВС США не возражали против списания этих БРСД, так как к этому моменту ВМФ США уже развернул намного более подходящие для передового базирования БРПЛ «Поларис», сделавшие «Юпитер» устаревшим).

Последствия

Мирное разрешение кризиса удовлетворило не всех. Смещение Хрущёва несколькими годами позже можно частично связать с раздражением в Политбюро ЦК КПСС относительно уступок Соединённым Штатам, сделанных Хрущёвым, и его неумелым лидерством, приведшим к кризису.

Коммунистическое руководство Кубы расценило компромисс как предательство со стороны Советского Союза, поскольку решение, положившее конец кризису, было принято исключительно Хрущёвым и Кеннеди.

Некоторые военачальники США также были недовольны результатом. Так командующий ВВС США генерал Лемей (англ.)русск. назвал отказ от атаки Кубы «наихудшим поражением в нашей истории».

По окончании кризиса аналитики советских и американских спецслужб предложили установить между Вашингтоном и Москвой прямую телефонную линию (т. н. «красный телефон»), чтобы в случае кризисных ситуаций у лидеров сверхдержав была возможность немедленно связаться друг с другом, а не пользоваться телеграфом.

Историческое значение

Кризис стал переломным моментом в ядерной гонке и «холодной войне». Было положено начало разрядки международной напряженности. В западных странах началось антивоенное движение, пик которого пришёлся на 1960-е1970-е годы. В СССР также стали раздаваться голоса, призывающие к ограничению гонки ядерных вооружений и усилению роли общества в принятии политических решений[22].

Невозможно однозначно утверждать, стало ли удаление ракет с Кубы победой или поражением Советского Союза. С одной стороны — план, задуманный Хрущёвым в мае 1962 года, не был доведён до конца, и советские ракеты уже не могли обеспечить безопасность Кубы. С другой — Хрущёв добился от руководства США гарантий ненападения на Кубу, которые, несмотря на опасения Кастро, были соблюдены и соблюдаются по сей день. Через несколько месяцев американские ракеты в Турции, по словам Хрущёва спровоцировавшие его на размещение оружия на Кубе, были так же демонтированы. В конце концов, благодаря техническому прогрессу в ракетостроении, отпала необходимость размещения ядерного оружия на Кубе и в Западном полушарии вообще, поскольку через несколько лет Советский Союз уже имел достаточно межконтинентальных ракет, способных достичь любого города и военного объекта в США непосредственно с территории СССР.

Сам Никита Хрущёв в своих мемуарах так оценил итоги кризиса: «Сейчас прошло уже много лет, и это является уже областью истории. И я горд за то, что мы проявили мужество и дальновидность. И я считаю, что мы выиграли»[23].

Мы, товарищи, поставили ракеты, ракеты средней дальности на Кубе. Почему мы их поставили, что нас заставило поставить? Мы рассуждали так, что Кубу американцы терпеть не могут, они это прямо говорят, что могут сожрать Кубу. Я вот с военными говорил, с маршалом Малиновским. Я спросил: если бы мы были на месте Америки, взяли для себя курс сломить такое государство, как Куба, сколько бы нам надо было, зная наши средства? — Максимум три дня, и руки помыли бы. Товарищи, с этим надо считаться, потому что именно Америка эти возможности тоже имеет. Поэтому мы считали, что Кубу можно спасти, только на Кубе поставив ракеты. Тогда тронешь, так ежик клубком свернется, и не сядешь. (Смех.) Видимо, пробовали когда-то. (Смех.) Вот эти ракеты вроде иголок ежика, они обжигают. Когда мы принимали решение, мы долго обсуждали и не сразу приняли решение, раза два откладывали, а потом приняли решение. Мы знали, что, если поставим, а они обязательно узнают, это шок у них вызовет. Шутка ли сказать, у крокодила под брюхом ножик! [...] В результате переписки мы вырвали у президента США заявление о том, что он тоже не думает вторгаться. Тогда мы сочли возможным сделать заявление, что мы тогда тоже считаем возможным удаление наших ракет и Ил-28. Было это уступкой? Было. Мы уступили. Была уступка со стороны Америки? Было дано публичное слово не вторгаться? Было. Так кто же уступил и кто не уступил? Мы никогда не говорили, что мы будем вторгаться в другую страну. Америка говорила, что она не потерпит на Кубе революционного кастровского режима, и потом она отказалась. Значит, ясно, что другая сторона взяла на себя обязательство то, которое оно не признавала до постановки наших ракет на Кубе. Так? ГОЛОСА: Так. (Аплодисменты.) ХРУЩЕВ: Сейчас есть умные, а умных, когда пройдет опасность, всегда больше, чем в момент опасности. (В зале смех.) [...] А если бы мы не уступили, может быть, Америка больше уступила? Может быть, и так. Но это могло быть похоже на детскую сказку, когда два козла встретились на перекладине перед пропастью. Они проявили козлиную мудрость, и оба упали в пропасть. Вот в чем дело.[24]

Эпилог

В 1992 году было подтверждено, что к моменту, когда разразился кризис, советские части на Кубе получили ядерные боеголовки для тактических и стратегических ракет, а также ядерные авиабомбы для бомбардировщиков среднего радиуса Ил-28, общим количеством 162 единицы[25]. Генерал Грибков, участвовавший в работе советского штаба операции, заявил, что командующий советских частей на Кубе генерал Плиев имел полномочия применять их в случае полномасштабного вторжения США на Кубу.

Небольшая продолжительность Карибского кризиса и обширная документация, касающаяся принятия решений обеими сторонами, делают его отличным примером для анализа процессов выработки государственных решений. В книге «Суть решения» (англ.)русск., авторы Грэхам Аллисон и Филипп Зеликов (англ. Philip D. Zelikow) используют кризис для иллюстрации разных подходов к анализу действий государства. Интенсивность и размах кризиса также даёт отличный материал для драмы, что иллюстрируется фильмом «Тринадцать дней» американского режиссёра Р. Доналдсона. Карибский кризис также был одной из основных тем выпущенного в 2003 году документального фильма The Fog of War: Eleven Lessons from the Life of Robert S. McNamara (англ.)русск., получившего премию «Оскар».

В октябре 2002 года Макнамара и Артур Шлезингер вместе с другими почётными гостями, участвовали во встрече с Кастро на Кубе, чтобы продолжить изучение кризиса и выпуск рассекреченных документов. На этой конференции стало ясно, что мир был гораздо ближе к ядерной конфронтации, чем считалось ранее. Так, не исключено, что только здравый смысл старшего на борту советской подводной лодки Б-59 (проекта 641) Василия Архипова предотвратил полномасштабный конфликт[26].

Карибский кризис в искусстве

Интересные факты

  • В свете данных событий в Советском Союзе иногда шутили, что название острова Куба расшифровывается как «Коммунизм у берегов Америки».

См. также

Примечания

  1. Kennedy Robert Thirteen Days: A memoir of the Cuban Missile Crisis. — W.W. Norton & Company, 1971. — P. 14. — ISBN 0-393-09896-6
  2. Table of US Strategic Bomber Forces  (англ.). Archive of Nuclear Data (2002). Архивировано из первоисточника 28 августа 2011. Проверено 17 октября 2007.
  3. Table of US ICBM Forces  (англ.). Archive of Nuclear Data (2002). Архивировано из первоисточника 28 августа 2011. Проверено 15 октября 2007.
  4. Table of US Ballistic Missile Submarine Forces  (англ.). Archive of Nuclear Data (2002). Архивировано из первоисточника 28 августа 2011. Проверено 15 октября 2007.
  5. «Операция „Анадырь“: Цифры и Факты», Зеркало Недели, № 41 (416) 26 октября — 1 ноября 2002
  6. А. Фурсенко. «Безумный риск», с. 255
  7. А. Фурсенко «Безумный риск», с. 256
  8. Маршал Баграмян. Любовь на линии огня
  9. Interview with Sidney Graybeal — 29.1.98 // The National Security Archive of the George Washington University
  10. А. Фурсенко, Безумный риск, стр. 299
  11. Кубинский кризис: историческая перспектива (дискуссия) James Blight, Philip Brenner, Julia Sweig, Svetlana Savranskaya и Graham Allison в качестве ведущего (англ.)
  12. Советский анализ стратегической ситуации на Кубе 22-го октября 1962 (англ.)
  13. А. А. Громыко — «Памятное», книга 1
  14. К.Таривердиев.Карибский кризис
  15. The «Cuban Missile Crisis, October 18-29, 1962» from History and Politics Out Loud
  16. Cuba and the United States: A Chronological History by Jane Franklin, 420 pages, 1997, Ocean Press
  17. Н. С. Хрущёв. Воспоминания. Стр. 490
  18. SM-65 Atlas — United States Nuclear Forces
  19. David K. Stumpf: «Titan II: A History of a Cold War Missile Program», Univ. of Arkansas, 2000
  20. Анатолий Докучаев А Кеннеди подозревал Хрущева... Кто приказал сбить американский самолет-разведчик над Кубой?. «Независимое военное обозрение» (18 августа 2000). Архивировано из первоисточника 28 августа 2011. Проверено 22 февраля 2009.
  21. THIRTEEN DAYS. Robert McNamara responds to your questions (March 2001)
  22. В частности, с таким заявлением выступил один из разработчиков советского ядерного оружия академик А. Д. Сахаров Размышления о прогрессе, мирном сосуществовании и интеллектуальной свободе
  23. Никита Хрущёв — Голос из прошлого. Часть 2.
  24. заключительного слова Н.С. Хрущева на пленуме ЦК КПСС 23 ноября 1962 года.
  25. Статья Макнамары «13 дней — сорок лет спустя» (англ.)
  26. SOVIETS CLOSE TO USING A-BOMB IN 1962 CRISIS, FORUM IS TOLD

Литература

  • Лавренов С.А., Попов И.М. Советский Союз в локальных войнах и конфликтах. — М.: Астрель, 2003. — С. 213-289. — ISBN 5-271-05709-7
  • Манойлин В.И. Базирование Военно-морского флота СССР. Санкт-Петербург: Издательский дом «Нева», 2004. — 320 с. — ISBN 5-7654-3446-0
  • Микоян С. А. Анатомия Карибского кризиса., издательство Academia, 2006. ISBN 5-87444-242-1
  • Окороков А.В. СССР в борьбе за мировое господство. Москва: Яуза: Эксмо, 2009. — 448 с. — ISBN 978-5-699-37381-9
  • Подвиг П.Л. «Стратегическое ядерное вооружение России», М.: ИздАТ, 1998
  • Феклисов А.С. Карибский ракетно-ядерный кризис/Кеннеди и советская агентура. Москва: Эксмо: Алгоритм, 2001. — 304 с. Cc. 234-263. — ISBN 978-5-699-46002-1
  • Фурсенко А., Нафтали Т. Безумный риск, издательство РОССПЭН, 2006
  • Allison, Graham and Zelikow, P. Essence of Decision: Explaining the Cuban Missile Crisis. New York: Longman, 1999.
  • Blight, James G., and David A. Welch. On the Brink: Americans and Soviets Reexamine the Cuban Missile Crisis. New York: Hill and Wang, 1989.
  • Brugioni, Dino A. Eyeball to Eyeball: The Inside Story of the Cuban Missile Crisis. New York: Random House, 1991.
  • Divine, Robert A. The Cuban Missile Crisis. New York: M. Wiener Pub.,1988.
  • Fursenko, Aleksandr, and Naftali, Timothy; One Hell of a Gamble — Khrushchev, Castro and Kennedy 1958—1964; W.W. Norton (New York 1998)
  • Giglio, James N. The Presidency of John F. Kennedy. Lawrence, Kansas, 1991.
  • Gonzalez, Servando The Nuclear Deception: Nikita Khrushchev and the Cuban Missile Crisis; IntelliBooks, 2002 ISBN 0-9711391-5-6
  • Kennedy, Robert F. Thirteen Days: A Memoir of the Cuban Missile Crisis; ISBN 0-393-31834-6
  • May, Ernest R., and Philip D. Zelikow., eds. The Kennedy Tapes: Inside the White House During the Cuban Missile Crisis. Concise Edition. New York: W.W. Norton, 2001.
  • Nuti, Leopoldo (ed.) I «Missili di Ottobre»: La Storiografia Americana e la Crisi Cubana dell’Ottobre 1962 Milano: LED, 1994.
  • Thompson, Robert S. The Missile of October: The Declassified Story of John F. Kennedy and the Cuban Missile Crisis.
  • Diez Acosta, Tombs. October 1962: The 'Missile' Crisis As Seen From Cuba. Pathfinder Press, New York, 2002.

Ссылки

на английском языке:


Wikimedia Foundation. 2010.

Смотреть что такое "Карибский кризис" в других словарях:

  • КАРИБСКИЙ КРИЗИС — в октябре 1962 года, обострение отношений между СССР и США, поставившее мир перед опасностью ядерной войны между сверхдержавами. Кризис возник в обстановке конфронтации из за строительства Берлинской стены (см. БЕРЛИНСКАЯ СТЕНА). Непосредственной …   Энциклопедический словарь

  • КАРИБСКИЙ КРИЗИС — (Cuban Missile Crisis) Международный кризис в октябре 1962 г.; обычно считается самым опасным моментом холодной войны (Cold War), т. к. мир находился на грани ядерного конфликта между сверхдержавами. После революции на Кубе (1959) американцы… …   Политология. Словарь.

  • Карибский кризис — Кар ибский кр изис (1962) …   Русский орфографический словарь

  • Карибский кризис — (1962) …   Орфографический словарь русского языка

  • КАРИБСКИЙ КРИЗИС — 1962 г. резкое обострение международной обстановки, происшедшее осенью 1962 г. из за размещения советских баллистических ракет средней дальности на Кубе. В ответ на это руководство США направило в Карибское море к кубинским берегам 183 боевых… …   Война и мир в терминах и определениях

  • Карибский кризис (игра) — Карибский кризис Разработчик G5 Software Издатель 1С Black Bean Games Дата выпуска 4 февраля 2005 Жанр Стратегия в реальном времени Возрастной рейтинг ESRB: Teen (T) …   Википедия

  • Карибский кризис (компьютерная игра) — Карибский кризис Разработчик G5 Software Издатель 1С Black Bean Games Дата выпуска 4 февраля 2005 Платформа Wi …   Википедия

  • Карибский кризис (значения) — Карибский кризис чрезвычайно напряжённое противостояние между Советским Союзом и Соединёнными Штатами относительно размещения Советским Союзом ядерных ракет на Кубе в октябре 1962. Фильм Участник:Татьяна Ломазина/Песочница/Карибский кризис:… …   Википедия

  • Карибский кризис 1962 года: хроника противостояния — 45 лет назад, 22 октября 1962 года, правительство США объявило об обнаружении советских ракет на Кубе. В отношениях между СССР и США разразился Карибский (Кубинский) кризис. Размещение на Кубе советских баллистических ракет рассматривалось… …   Энциклопедия ньюсмейкеров

  • КАРИБСКИЙ КРИЗИС 1962 — (Кубинский кризис), в отношениях между СССР и США. Возник после размещения на Кубе советских баллистических ракет, рассматривавшегося советским руководством в качестве ответной меры на размещение американских ракет в Турции и Италии, а также на… …   Русская история

Книги

Другие книги по запросу «Карибский кризис» >>


Поделиться ссылкой на выделенное

Прямая ссылка:
Нажмите правой клавишей мыши и выберите «Копировать ссылку»

We are using cookies for the best presentation of our site. Continuing to use this site, you agree with this.