НАКАЗАНИЕ


НАКАЗАНИЕ
НАКАЗАНИЕ
    НАКАЗАНИЕ — вид негативной санкции, применяемой в случае нарушения принятых установлений (правил, законов) и заключающейся в ограничении возможностей и понижении социального статуса (лишение прав, имущества, свободы) виновного в этом. Исключительной юридической мерой наказания является смертная казнь. В сознании человека традиционной культуры проблема справедливости наказания в современном ее смысле невозможна: закон человеческой жизни, соответственно и оценка его нарушения осознавались как факты религиозно-нравственного порядка, в котором справедливость как таковая еще не обособилась от справедливости внешнего строя общежития. Таков мир древнегреческой трагедии. Для платоновского Сократа наказание заключается в справедливо налагаемом на человека страдании за совершенное им преступление и является “благом для того, кто его несет”, т. к. приводит к нравственному исправлению. Хотя Сократ убежден в первичности полисной справедливости, в неотменимости наказания, наложенного властью, и в априорной справедливости государственного закона как такового, однако Отечество платоновского Сократа справедливо не как внешняя власть, но как родовая основа жизни и духа индивида. Нечестие и наказание мыслятся сопряженно, потому не существует особых уголовных кодексов и норм, независимых от богословия и морали. Автономизация права в римской культуре и складывание надполисной государственной жизни в Римской империи впервые создали субъект исполнения уголовной справедливости в современном смысле. Обособление справедливости наказания стало естественным в римском культурном мире и потому, что он отличался религиозным синкретизмом и плюрализмом; поглощая божественные иерархии завоеванных культур, он превращал тем самым религиозный аспект несправедливости в нечто безразличное для римлянина. Римская гражданская добродетель перестала осознаваться как неразрывно связанная с верой отцов, а косвенно и с частной нравственностью.
    Европейское средневековье сделало возможной этику уголовного права, высветив в столкновении римского права с христианской моралью коренную антиномию наказания во всей ее остроте. То или иное разрешение этой антиномии, затрагивающей самую нравственную возможность наказания, придает своеобразие всему уголовно-правовому построению. Согласно тезису антиномии, “наказание проступка необходимо, ибо неоспорим факт нарушения закона”. Закон превыше всякого другого соображения; нарушение его есть безусловное зло, наказание же есть благо. Для приверженцев тезиса смысл наказания есть возмездие за содеянное преступление; так рождается теория “равного воздаяния” (талион). При таком понимании оспаривается возможность отмены наказания за доказанное преступление, право помилования. Напротив, антитезис гласит, что наказание невозможно, потому что преступник — слабый человек, а кроме того, сомнительны компетенции судьи, который, чтобы судить по справедливости, сам должен быть без изъяна воплощением справедливости, т. е. свят. Антитезис гласит, что “наказание невозможно, потому что преступник морально принужден, а судья морально некомпетентен”. Личность преступника осознается здесь в ее достоинстве, но и в ее слабости. Теорию наказания в духе тезиса можно назвать легализмом; теорию наказания в духе антитезиса можно назвать уголовно-правовым гуманизмом. Основательная этическая теория наказания может быть построена только по преодолении этой антиномии, по выяснении соотношения правового и морального законодательства в уголовной области, морального масштаба оценки и правового субъекта такой оценки, что предполагает поставление и морали, и права в более широкий контекст, восстановление цельности морального мира вообще.
    Идея равного воздаяния по типу талиона формулируется в Ветхом Завете. Законы Моисея не знают помилования, и единственный случай освобождения убийцы от наказания есть зашита имущества от посягательства (Исх. 22:2). Законы даны для освящения народа (Исх. 22:31) и для “удаления от неправды”. Однако для этой эпохи неправда есть только беззаконие. Законы Моисея не выдерживают строгости талиона в конкретном применении: убийство по неосторожности избавляет от смертной казни (Исх. 21:13), но целый ряд преступлений помимо убийства наказываются смертью (Исх. 21:15, 29; 22:18—19). Всякое преступление есть для древнееврейской культуры преступление права, моральный грех и религиозная “мерзость” одновременно: весь уголовный закон составляет заповедь Божью, и главное наказание за преступные деяния есть проклятие Божье народу (Лев. 26:28; 30). Смысл наказания есть побуждение к обращению от злых дел и, значит, не одно возмездие злой воле, но и поощрение воли доброй, сохранение божественной справедливости. Эта тема находит развитие у пророков (Пс. 7:12—13, 27:3—4; Иерем. 7:5—7). Восстановление справедливости суда и наказания, а не отмена их есть пафос пророческой эпохи ветхозаветного мира. Но если наказанию подлежит прежде всего беззаконие, то и смыслом наказания является исправление преступника.
    В учении Христа является, казалось бы, радикальный перерыв этой традиции. Нагорная проповедь вместо карающей справедливости талиона предлагает идею милующей любви к врагам (см. Милосердие) и прощения проступков в отношении свободы и имущества; непротивление злому заменяет, как кажется, равное воздаяние. Возникает впечатление, что в контексте этой этики непротивления суд и наказание навсегда изымаются из компетенции человеческой власти, так что христианская власть обязана прощать преступника, осуждение же его и наказание противно духу христианской морали. В частности, такой вывод сделал на первых порах князь Владимир Киевский. Этот же вывод был развит толстовской теорией непротивления злу, с ее протестом против государственности вообще. Осуждать, тем более казнить, вправе только один Бог, человеку же приличествует прощение, ибо судить и казнить человек всегда будет пристрастно, ненавидя ненавистников и любя благодетелей,— такова основная мысль этого анархического гуманизма, доводящего до предела антитезис антиномии наказания. Между тем антитезис в сущности не является христианским. Призывая к непротивлению беззаконнику, Христос нигде не призывал не противиться беззаконию, напротив, он пророчит гибель отступившим от закона фарисеям. Беззаконие есть в моральном богословии христианства прежде всего категория морально-религиозная, поэтому для христианина понятие убийства, блуда, воровства значительно обширнее, чем для ветхозаветного человека. Неосуждение преступника, возможность его оправдать и возможность его исправления совмещается с категорическим осуждением самого преступления и человека, нераскаянно пребывающего в преступном настроении, за что ему полагается мучение и казнь. Однако собственно наказание есть удаление от Бога пли от Церкви. Хотя никто не благ и не милосерд вполне, кроме Бога, и всякий суд по человеческим законам есть проявление гордыни, однако необходимость воздаяния кесарю кесарева не ставится под сомнение (ср. Рим. 13:1—4). Нака
    зание постигает собственно не преступника, как чадо Божье, но преступление, как нарушение заповеди Божьей. Наказание по справедливости за преступление, умеряемое необходимой милостью к преступившему, т. е. милующая справедливость наказатта, руководствующаяся прежде всего нравственной целью исправления образа Божьего в преступном лице,— таков смысл христианской идеи наказания, и он углубляет учение об этом предмете у Моисея и ветхозаветных пророков. В евангельском учении коренная антиномия наказания находит свое синтетическое разрешение, позволяющее поновому принять и истину морального учения античного греческого мира о справедливости.
    И законы Моисея, и заповеди христианские суть законы теономные; законодатель и судья здесь по существу сам Бог, судьи же лишь исполняют Его волю. Как только разрушается этот общий контекст традиционно-теономного законодательства и в сознании расторгается связь законодательства и установления власти с волей Божьей, преступление закона начинает толковаться лишь как нарушение воли мирского законодателя, как нарушение мирской справедливости. Соответственно наказание оказывается тогда только мерой для защиты общественной безопасности и только воздаянием за совершенное преступление. Секулярное понятие справедливости обрекает теорию наказания на легализм: отношение граждан в государстве оказывается сугубо политическим отношением сторон, договорившихся о средствах сохранения своей жизни и собственности. При условности частных определений государственного договора безусловной ценностью обладает сам договор; основание наказания за преступление договора и есть социальная и политическая ценность договора. Наказание заложено в самом изначальном договоре граждан, и преступник есть лицо, добровольно и односторонне расторгшее конституционный договор. Отношение власти к преступнику оказывается тогда возможно вывести за рамки моральной оценки, представив как отношение к человеку, лишившему себя своим преступным деянием статуса полноценного члена общества; законопослушный же гражданин должен укрепиться на примере наказания Преступника в своем умонастроении справедливости, поэтому наказание должно быть публичным.
    Характерным примером легализма является теория наказания, предложенная И. Кантом. Определяя преступление как нарушение публичного закона, лишающее возможности быть гражданином, Кант усматривает смысл наказующей санкции в возмездии за совершенное преступление и отвергает всякую полезную цель наказания, кроме этого возмездия. И. Г. Фихте исходит в своем анализе уголовного наказания из такой антиномии: с одной стороны, строгость закона требует лишения гражданской правоспособности за всякое преступление, с другой же — подобная пунктуальность не отвечает цели государства — сохранению безопасности прав граждан, и должно быть возможно защищать граждан от посягательств иными средствами.
    Теорию уголовного права Фихте можно рассматривать как попытку решить коренную антиномию наказания и преодолеть легализм, не впадая в морализаторство, не выйти за рамки теории права, “где народу приписывается законодательная власть”, но соблюсти требования к теории наказания, предъявляемые идеей человеческого достоинства преступника. Это ему в значительной мере удалось; он убежден: ни частное лицо, ни государство “никогда не вправе убивать” и присуждать к убийству, государство не есть моральный судья своим гражданам. Но противоречие его доктрины состоит здесь в главном: государство не есть моральный судья неправомерному подданному, и, однако же, оно произносит над ним моральный суд и применяет к нему меру крайнего пресечения. На вопрос о том, должно ли право суда, взятое на себя государством, оправдаться суверенитетом народа в уголовном законодательстве, Фихте, по-видимому, отвечал положительно. Оспаривая договорную теорию государства, Гегель считал, что в задачу государства не входит защита жизни и собственности граждан; напротив, государство требует жертвы ими для своих субстанциальных целей. Государство, как конкретное бытие свободы, есть высшая инстанция этики Гегеля. Особенная же воля частного лица, не направленная на субстанциальную цель всеобщей справедливости, есть воля содержательно несправедливая, которая самим своим проявлением, т. е. преступлением, произносит себе приговор и выражает согласие подвергнуться наказанию. Это пограничное положение темы уголовной справедливости у Гегеля (между сферами внешнеформального права лица и сферой морально-совестной оценки) вместе с ясным осознанием моральной антиномии наказания оставляло возможным разрешение антиномии, тем более что правосудие у Гегеля относится к сфере не государства, но гражданского общества, и компетенции государственной власти не могли затронуть разрешения социально-этических антиномий. Между тем в развитии гегельянской школы возобладало иное направление, приблизившее эту систему права к римскому этатизму. Примирение светской этики с социальной этикой христианства не состоялось. Последующее же позитивистическое разложение философской культуры сделало анализ этики уголовной справедливости на классическом уровне вообще невозможным; спор легализма и этатизма лишился поэтому надежды на философское разрешение. См. также Право, Смертная казнь.
    Лит.: Платон. Горгий.— Собр. соч. в 4 т., т. 1. M., 1994; Fichte J. G. Grundlage des Naturrechts nach den Principien der Wissenschaftslehre. Über peinliche Gesetzgebung.— Aterke: Auswahl in 6 Bd., hrsg. v. Fritz Medicus, Bd. 2. Lpz., 1912; HegelG. W. F. Grundlinien der Philosophie des Rechts oder Naturrecht und Staatswissenschaft im Grundrisse, § 82—104. Stuttg., 1981; Kant I. Metaphysische Anfangsgründe der Rechtslehre. m Straf- und Begnadigungsrecht.— Werkausgabe in 12 Bd., hrsg. v. Wilhelm Wiischedel, Bd. 8. Fr./M., 1981.
    А. К. Судаков

Новая философская энциклопедия: В 4 тт. М.: Мысль. . 2001.


.

Синонимы:

Антонимы:

Смотреть что такое "НАКАЗАНИЕ" в других словарях:

  • НАКАЗАНИЕ — НАКАЗАНИЕ, наказания, ср. 1. Взыскание, налагаемое имеющим право, власть или силу, на того, кто совершил преступление или проступок; кара. Тяжкое наказание. Налагать на кого нибудь наказание. Заслужить наказание. Подвергнуться наказанию за что… …   Толковый словарь Ушакова

  • наказание — (телесное, строгое, легкое, исправительное, уголовное), взыскание, кара, казнь, пеня, расправа, штраф, эпитимия. Ср …   Словарь синонимов

  • Наказание — Любая реакция, следующая за определенным событием и уменыпающая вероятность возникновения этого события в будущем. К примеру, если ребенка бранят каждый раз, когда он кормит собаку едой со стола, то в конце концов он прекратит это делать.… …   Большая психологическая энциклопедия

  • НАКАЗАНИЕ — Разберись, кто прав, кто виноват, да обоих и накажи. Александр Пушкин Кто жалеет розги своей, тот ненавидит сына; а кто любит, тот с детства наказывает его. Царь Соломон Притчи, 13, 24 В книге Бытия немало примеров наказания тех, кто ослушался… …   Сводная энциклопедия афоризмов

  • НАКАЗАНИЕ — (punishment) Преднамеренное нанесение ущерба субъекту уполномоченными на то лицами, являющееся результатом нарушения им правил, соблюдение которых от него требуют и за нарушение которых он считается ответственным. Поскольку принудительная власть… …   Политология. Словарь.

  • Наказание — (лат. supplicium; англ. penalty, punishment) в уголовном праве РФ мера гос ного принуждения, назначаемая по приговору суда лицам, признанным виновными в совершении преступления. Н. заключается в предусмотренных УК РФ* лишении или ограничении прав …   Энциклопедия права

  • НАКАЗАНИЕ — мера государственного принуждения, назначаемая по приговору суда (ст. 43 УК РФ). Н. применяется к лицу, признанному виновным в совершении преступления, и заключается в предусмотренных УК РФ лишении или ограничении прав и свобод этого лица. Цели Н …   Юридический словарь

  • Наказание — мера принуждения, заключающаяся в предусмотренных законом лишении или ограничении прав и свобод, применяемая по приговору суда к лицу, признанному виновным в совершении преступления. Словарь бизнес терминов. Академик.ру. 2001 …   Словарь бизнес-терминов

  • НАКАЗАНИЕ — (юридическое), мера государственного принуждения, применяемая по приговору суда к лицам, совершившим преступления. Заключается в лишении или ограничении прав и свобод осужденных. В российском праве основными видами наказания являются штраф,… …   Современная энциклопедия

  • НАКАЗАНИЕ — НАКАЗАНИЕ, я, ср. 1. Мера воздействия на того, кто совершил проступок, преступление. Не пустили гулять в н. за шалость. Заслуженное н. Тяжёлое н. 2. перен. О ком чём н. трудном, тяжёлом, неприятном (разг.). Н. мне с ним. Не ребёнок, а н. Что за н …   Толковый словарь Ожегова

Книги

  • Наказание любовью, Картленд Барбара. В книгу всемирно известной английской писательницы Барбары Картленд вошли два ее новых романа `Наказание любовью` и `Вор и любовь`. В романе `Наказание любовью` строптивая и гордая Серина… Подробнее  Купить за 200 руб
  • Наказание, Виктория Романова. Содержит сцены откровенного секса! Если женщина изменила мужу, это не значит, что он не узнает об этом никогда. Возможно, это всё он и подстроил, для удовлетворения своих извращённых желаний.… Подробнее  Купить за 96 руб электронная книга
  • Наказание, Лилия Викторовна Тимофеева. Люди создают браки по любви, по расчету, по дури. И только я оказалась женой из ненависти. Тот, кого любила всем сердцем, сказал: "Добро пожаловать в ад!" И он не соврал…Мне предстоит… Подробнее  Купить за 79.99 руб электронная книга
Другие книги по запросу «НАКАЗАНИЕ» >>


Поделиться ссылкой на выделенное

Прямая ссылка:
Нажмите правой клавишей мыши и выберите «Копировать ссылку»

We are using cookies for the best presentation of our site. Continuing to use this site, you agree with this.