Битва на Курской дуге


Битва на Курской дуге
Курская битва 1943
Великая Отечественная война,
Вторая мировая война
Тягач буксирует повреждённый Т-34
Дата 5 июля 194323 августа 1943
Место Центральная Россия, Восточная Украина
Итог Победа Красной армии
Стороны
Флаг СССР СССР Флаг Третьего рейха Германия
Командующие
Флаг СССР Константин Рокоссовский

Флаг СССР Георгий Жуков
Флаг СССР Николай Ватутин

Эрих фон Манштейн

Гюнтер Ханс фон Клюге
Вальтер Модель

Силы сторон
к началу операции 1,3 млн человек + в резерве 0,6 млн,

3444 танков + 1,5 тыс. в резерве,
19 100 орудий и миномётов + 7,4 тыс. в резерве,
2172 самолётов + 0,5 тыс. в резерве[1]

По советским данным — ок. 900 тыс. человек[2],

По нем. данным — 780 тыс. чел. [3]
2 758 танков и САУ (из них 218 в ремонте)[4],
ок. 10 тыс. орудий,
ок. 2 050 самолётов[1]

Потери
Оборонительная фаза:

Участники: Центральный фронт, Воронежский фронт, Степной фронт (не весь)
Безвозвратные — 70 330
Санитарные — 107 517
Операция «Кутузов»: Участники: Западный фронт (левое крыло), Брянский фронт, Центральный фронт
Безвозвратные — 112 529
Санитарные — 317 361
Операция «Румянцев»: Участники: Воронежский фронт, Степной фронт
Безвозвратные — 71 611
Санитарные — 183 955
Общие в битве за Курский выступ:
Безвозвратные — 189 652
Санитарные — 406 743
В Курской битве в целом
~ 254 470 убитых, пленных, пропавших без вести
608 833 раненых, заболевших
153 тыс. единиц стрелкового оружия
6064 танков и САУ
5245 орудий и миномётов
1626 боевых самолётов[5]

По немецким источникам 103 600 убитых и пропавших без вести на всем Восточном фронте. 433 933 раненых.[6]По советским источникам 500 тыс. общих потерь на Курском выступе.

1000 танков по немецким данным, 1500 — по советским
менее 1696 самолётов[7]


Великая Отечественная война
Вторжение в СССР Карелия Заполярье Ленинград Ростов Москва Севастополь Барвенково-Лозовая Харьков Воронеж-Ворошиловград Ржев Сталинград Кавказ Великие Луки Острогожск-Россошь Воронеж-Касторное Курск Смоленск Донбасс Днепр Правобережная Украина Ленинград-Новгород Крым (1944) Белоруссия Львов-Сандомир Яссы-Кишинёв Восточные Карпаты Прибалтика Курляндия Румыния Болгария Дебрецен Белград Будапешт Польша (1944) Западные Карпаты Восточная Пруссия Нижняя Силезия Восточная Померания Верхняя Силезия Вена Берлин Прага
Курская битва
Прохоровка Орёл • Белгород-Харьков

Ку́рская би́тва (5 июля 1943 — 23 августа 1943, также известна как Битва на Курской дуге, Операция «Цитадель» нем. Unternehmen Zitadelle) по своему размаху, привлекаемым силам и средствам, напряжённости, результатам и военно-политическим последствиям, является одним из ключевых сражений Великой Отечественной войны. Курская битва продолжалась сорок девять дней — с 5 июля по 23 августа 1943 года. В советской и российской историографии принято разделять сражение на три части: Курскую оборонительную операцию (5—23 июля); Орловскую (12 июля — 18 августа) и Белгородско-Харьковскую (3—23 августа) наступательные.

Содержание

Подготовка к сражению

В ходе зимнего наступления Красной армии и последовавшего контрнаступления вермахта на Восточной Украине в центре советско-германского фронта образовался выступ глубиной до 150 и шириной до 200 километров, обращенный в западную сторону (так называемая «Курская дуга»). На протяжении апреля — июня на фронте наступила оперативная пауза, в ходе которой стороны готовились к летней кампании.

Планы и силы сторон

Германское командование приняло решение провести крупную стратегическую операцию на курском выступе лета 1943 г. Планировалось нанести сходящиеся удары из районов городов Орёл (с севера) и Белгород (с юга). Ударные группы должны были соединиться в районе Курска, окружив войска Центрального и Воронежского фронтов Красной армии. Операция получила условное название «Цитадель».

Генерал-полковник Герман Гот и генерал-фельдмаршал Фриц Эрих фон Манштейн за обсуждением, 21 июня 1943 года.

Для проведения операции немцы сосредоточили группировку, насчитывавшую до 50 дивизий (из них 18 танковых и моторизированных), 2 танковые бригады, 3 отдельных танковых батальона и 8 дивизионов штурмовых орудий, общей численностью, согласно советским источникам, около 900 тысяч человек. Руководство войсками осуществляли генерал-фельдмаршал Гюнтер Ханс фон Клюге (группа армий «Центр») и генерал-фельдмаршал Фриц Эрих фон Манштейн (группа армий «Юг»). Организационно ударные силы входили в состав 2-й танковой, 2-й и 9-й армий (командующий — генерал-фельдмаршал Вальтер Модель, группа армий «Центр», район Орла) и 4-й танковой армии, 24-го танкового корпуса и оперативной группы «Кемпф» (командующий — генерал Герман Гот, группа армий «Юг», район Белгорода). Воздушную поддержку немецким войскам оказывали силы 4-го и 6-го воздушных флотов.

Для проведения операции в район Курска были выдвинуты несколько элитных танковых дивизий СС:

Войска получили некоторое количество новой техники:

  • 134 танка Pz.Kpfw.VI «Тигр» (ещё 14 — командирские танки вооружённые пулеметами)
  • 190 Pz.Kpfw.V «Пантера» (ещё 11 — эвакуационные и командирские, без пушек)
  • 48 штурмовых орудия Sd.Kfz. 184 «Фердинанд»
  • всего 348 относительно новых танков и самоходок («Тигр» несколько раз применялся в 1942 г.).

При этом, правда, в составе немецких частей оставалось значительное количество откровенно устаревших танков и самоходок: 384 единицы (Pz.III, Pz.II, даже Pz.I). Также во время Курской битвы впервые были применены немецкие телетанкетки Sd.Kfz.302.

Советское командование приняло решение провести оборонительное сражение, измотать войска неприятеля и нанести им поражение, нанеся в критический момент контрудары по наступающим. С этой целью на обоих фасах курского выступа была создана глубоко эшелонированная оборона. В общей сложности было создано 8 оборонительных рубежей. Средняя плотность минирования на направлении ожидаемых ударов противника составляла 1500 противотанковых и 1700 противопехотных мин на каждый километр фронта.

Войска Центрального фронта (командующий — генерал армии Константин Рокоссовский) обороняли северный фас Курского выступа, а войска Воронежского фронта (командующий — генерал армии Николай Ватутин) — южный фас. Войска, занимавшие выступ, опирались на Степной фронт (командующий генерал-полковник Иван Конев). Координацию действий фронтов осуществляли представители Ставки Маршалы Советского Союза Георгий Жуков и Александр Василевский.

В оценке сил сторон в источниках наблюдаются сильные расхождения, связанные с различным определением масштаба битвы разными историками, а также различием способов учёта и классификации военной техники. При оценке сил Красной Армии основное расхождение связано с включением или исключением из подсчётов резерва — Степного фронта (около 500 тысяч личного состава и 1500 танков). Следующая таблица содержит некоторые оценки:

Оценки сил сторон перед Курской битвой по различным источникам
Источник Личный состав (тыс.) Танки и (иногда) САУ Орудия и (иногда) миномёты Самолёты
СССР Германия СССР Германия СССР Германия СССР Германия
МО РФ [1] 1336 свыше 900 3444 2733 19100 около 10000 2172
2900 (включая
По-2 и дальнюю)
2050
Кривошеев 2001[8] 1272
Гланц, Хауз [9] 1910 780 5040 2696 или 2928
Мюллер-Гилл. [10] 2540 или 2758
Зетт., Франксон [11] 1910 777 5128
+2688 «резерв Ставки»
всего более 8000
2451 31415 7417 3549 1830
KOSAVE [12] 1337 900 3306 2700 20220 10000 2650 2500

Роль разведки

С начала 1943 года в перехватах секретных сообщений Верховного командования гитлеровской армии и секретных директивах Гитлера все чаще упоминалась операция «Цитадель». 12 апреля 1943 года на стол Сталина лёг переведённый с немецкого точный текст директивы № 6 "О плане операции «Цитадель» немецкого верховного командования, завизированный всеми службами вермахта, но еще не подписанный Гитлером, который подпишет его только через три дня [1]. Эти данные были получены разведчиком, работавшим под именем «Вертер». Настоящее имя этого человека до сих пор остается неизвестным, однако предполагается, что он являлся сотрудником Верховного командования вермахта, а полученная им информация попадала в Москву через действовавшего на территории Швейцарии агента «Люци» — Рудольфа Рёсслера.

Однако следует отметить что ещё 8 апреля 1943 г. Г. К. Жуков опираясь на данные разведывательных органов фронтов курского направления весьма точно предсказал силу и направление немецких ударов по Курской дуге:

…я считаю, что главные наступательные операции противник развернёт против этих трех фронтов, с тем чтобы, разгромив наши войска на этом направлении, получить свободу маневра для обхода Москвы по кратчайшему направлению.
2. Видимо, на первом этапе противник, собрав максимум своих сил, в том числе до 13-15 танковых дивизий, при поддержке большого количества авиации нанесёт удар своей орловско-кромской группировкой в обход Курска с северо-востока и белгородско-харьковской группировкой в обход Курска с юго-востока.[13]

Таким образом, хотя точный текст «Цитадели» лёг на стол Сталина за три дня до того как её подписал Гитлер, однако ещё за четыре дня до того немецкий план стал очевиден высшему советскому военному командованию.

Курская оборонительная операция

Немецкая танковая колонна (Pz Kpfw III), июнь 1943 года.

Германское наступление началось утром 5 июля 1943 года. Поскольку советскому командованию было точно известно время начала операции, в 3 часа ночи (немецкая армия воевала по Берлинскому времени — в переводе на московское 5 часов утра), за 30-40 минут до его начала была проведена артиллерийская и авиационная контрподготовка.

Перед началом наземной операции, в 6 часов утра по нашему времени, немцы также нанесли по советским оборонительным рубежам бомбовый и артиллерийский удар. Перешедшие в наступление танки сразу столкнулись с серьезным сопротивлением. Главный удар на северном фасе был нанесен в направлении Ольховатки. Не достигнув успеха, немцы перенесли удар в направлении Понырей, но и здесь не смогли прорвать советскую оборону. Вермахт смог продвинуться лишь на 10—12 км, после чего уже с 10 июля потеряв до двух третей танков, 9-я немецкая армия перешла к обороне. На южном фасе главные удары немцев были направлены в районы Корочи и Обояни.

5 июля 1943 г. День первый. Оборона Черкасского.

Операция «Цитадель» — генеральное наступление Германской армии на Восточном фронте в 1943 г. — имела целью окружение войск Центрального (К. К. Рокоссовский) и Воронежского (Н. Ф. Ватутин) фронтов в районе города Курск путем встречных ударов с севера и юга под основание курского выступа, а также разгром советских оперативных и стратегических резервов восточнее основного направления главного удара (в том числе и в районе ст. Прохоровка). Основной удар с южного направления наносился силами 4-й танковой армии (командующий — Герман Гот, 48 тк и 2 тд СС) при поддержке армейской группы «Кемпф» (В. Кемпф).

Танкисты 2-й танковой дивизии СС «Дас Райх» получают приказ о наступлении, июль 1943.

На начальной стадии наступления 48 танковый корпус (ком.: О. фон Кнобельсдорф, нач. штаба: Ф. фон Меллентин, 527 танков, 147 САУ), являвшийся наиболее сильным соединением 4 танковой армии, в составе: 3 и 11 танковых дивизий, механизированной (танково-гренадёрской) дивизии «Великая Германия», 10 танковой бригады и 911 отд. дивизиона штурмовых орудий, при поддержке 332 и 167 пехотных дивизий, имел задачей прорыв первой, второй и третьей линий обороны частей Воронежского фронта из района Герцовка — Бутово в направлении Черкасское — Яковлево — Обоянь. При этом предполагалось, что в районе Яковлево 48 тк соединится с частями 2 тд СС (окружив тем самым части 52 гв.сд и 67 гв.сд), произведет смену частей 2 тд СС, после чего части дивизии СС предполагалось использовать против оперативных резервов Красной Армии в районе ст. Прохоровка, а 48 тк должен был продолжить действия на основном направлении Обоянь — Курск.

Для выполнения поставленной задачи частям 48 тк в первый день наступления (день «Х») требовалось взломать оборону 6 гв. А (генерал-лейтенант И. М. Чистяков) на участке стыка 71 гв.сд (полковник И. П. Сиваков) и 67 гв.сд (полковник А. И. Баксов), захватить крупное село Черкасское и осуществить прорыв бронетанковыми частями в направлении села Яковлево. Планом наступления 48 тк определялось, что село Черкасское должно было быть захвачено к 10:00 5 июля. А уже 6 июля части 48 тк. должны были достичь города Обоянь.

Однако в результате действий советских частей и соединений, проявленными ими мужеству и стойкости, а также заблаговременно проведённой ими подготовке оборонительных рубежей, на данном направлении планы вермахта были «существенно скорректированы» — 48 тк не дошёл до Обояни вовсе.

Факторами, определившими непозволительно медленный темп продвижения 48 тк в первый день наступления стали хорошая инженерная подготовка местности советскими частями (начиная от противотанковых рвов практически на всём протяжении обороны и заканчивая радиоуправляемыми минными полями), огонь дивизионной артиллерии, гвардейских миномётов и действия штурмовой авиации по скопившимся перед инженерными заграждениями танкам противника, грамотное расположение противотанковых опорных пунктов (№ 6 южнее Коровина в полосе 71 гв.сд, № 7 юго-западнее Черкасского и № 8 юго-восточнее Черкасского в полосе 67 гв.сд), быстрое перестроение боевых порядков батальонов 196 гв.сп (полковник В. И. Бажанов) на направлении главного удара противника южнее Черкасского, своевременный маневр дивизионным (245 отп, 1440 сап) и армейским (493 иптап, а также 27 оиптабр полковника Н. Д. Чеволы) противотанковым резервом, относительно удачные контратаки во фланг вклинившимся частям 3 тд и 11 тд с привлечением сил 245 отп (подполковник М. К. Акопов, 39 танков M3) и 1440 сап (подполковник Шапшинский, 8 СУ-76 и 12 СУ-122), а также не до конца подавленное сопротивление остатков боевого охранения в южной части села Бутово (3 бат. 199 гв.сп, капитан В. Л. Вахидов) и в районе рабочих бараков юго-западнее с. Коровино, которые являлись исходными позициями для наступления 48 тк (захват данных исходных позиций планировалось произвести специально выделенными силами 11 тд и 332 пд до конца дня 4 июля, то есть в день «Х-1», однако сопротивление боевого охранения так и не было полностью подавлено к рассвету 5 июля). Все вышеперечисленные факторы повлияли как на скорость сосредоточения частей на исходных позициях перед основной атакой, так и на их продвижение в ходе самого наступления.

Пулемётный расчёт ведёт огонь по наступающим немецким частям

Также на темпе наступления корпуса сказались недоработки немецкого командования при планировании операции и плохо отработанное взаимодействие танковых и пехотных частей. В частности дивизия «Великая Германия» (В. Хейерляйн, 129 танков (из них 15 танков Pz.VI), 73 САУ) и приданная ей 10 тбр (К. Декер, 192 боевых и 8 командирских танков Pz.V) в сложившихся условиях боя оказались неповоротливыми и несбалансированными соединениями. В результате всю первую половину дня основная масса танков была скучена в узких «коридорах» перед инженерными заграждениями (особенно большие затруднения вызвало преодоление заболоченного противотанкового рва южнее Черкасского), попала под комбинированный удар советской авиации (2-я ВА) и артиллерии — из ПТОП № 6 и № 7, 138 гв.ап (подполковник М. И. Кирдянов) и двух полков 33 отпабр (полковник Штейн), понесла потери (особенно в офицерском составе), и не смогла развернуться в соответствии с графиком наступления на танкодоступной местности на рубеже Коровино — Черкасское для дальнейшего удара в направлении северных окраин Черкасского. При этом, преодолевшим противотанковые заграждения пехотным частям в первой половине дня приходилось полагаться в основном на собственные огневые средства. Так, например, находившаяся на острие удара дивизии «ВГ» боевая группа 3-го батальона фузилёрского полка в момент первой атаки оказалась вообще без танковой поддержки и понесла чувствительные потери. Обладая огромными бронетанковыми силами, дивизия «ВГ» долгое время фактически не могла ввести их в бой.

Результатом образовавшихся заторов на маршрутах выдвижения также явилось несвоевременно проведенное сосредоточение артиллерийских частей 48 танкового корпуса на огневых позициях, что сказалось на результатах артподготовки перед началом атаки.

Необходимо отметить, что командир 48 тк стал заложником ряда ошибочных решений вышестоящего начальства. Особенно негативно сказалось отсутствие у Кнобельсдорфа оперативного резерва — все дивизии корпуса были введены в бой практически одновременно утром 5 июля 1943 г., после чего надолго были втянуты в активные боевые действия.

Развитию наступления 48 тк днём 5 июля в наибольшей степени способствовали: активные действия сапёрно-штурмовых подразделений, поддержка авиации (более 830 самолёто-вылетов) и подавляющее количественное превосходство в бронетехнике. Также необходимо отметить инициативные действия частей 11 тд (И. Микл) и 911 отд. дивизиона штурмовых орудий (преодоление полосы инженерных заграждений и выход к восточным окраинам Черкасского механизированной группой пехоты и сапёров при поддержке штурмовых орудий).

Важным фактором успеха немецких танковых частей явился произошедший к лету 1943 г. качественный скачок в боевых характеристиках немецкой бронетехники. Уже в ходе первого дня оборонительной операции на Курской дуге проявилась недостаточная мощность противотанковых средств, находящихся на вооружении советский частей, при борьбе как с новыми немецкими танками Pz.V и Pz.VI, так и с модернизированными танками более старых марок (около половины советских иптап были вооружены 45-мм орудиями, мощность 76-мм советских полевых и американских танковых орудий позволяла эффективно уничтожать современные или модернизированные танки противника на дистанциях вдвое-втрое меньших эффективной дальности огня последних, тяжёлые танковые и самоходные части на тот момент практически отсутствовали не только в общевойсковой 6 гв. А, но и в занимавшей позади неё второй рубеж обороны 1 танковой армии М. Е. Катукова).

Только после преодоления во второй половине дня основной массой танков противотанковых заграждений южнее Черкасского, отразив ряд контратак советских частей, подразделения дивизии «ВГ» и 11 тд смогли зацепиться за юго-восточные и юго-западные окраины села, после чего бои перешли в фазу уличных. Около 21:00 комдив А. И. Баксов отдал распоряжение о выводе частей 196 гв.сп на новые позиции на север и северо-восток от Черкасского, а также к центру села. При отходе частями 196 гв.сп производилась установка минных полей. Около 21:20 боевая группа гренадёров дивизии «ВГ» при поддержке «Пантер» 10 тбр ворвалась в хутор Ярки (севернее Черкасского). Чуть позже 3 тд вермахта удалось захватить хутор Красный Починок (севернее Коровино). Таким образом, результатом дня для 48 тк вермахта стало вклинивание в первую полосу обороны 6 гв. А на 6 км, что фактически можно признать неудачей, особенно на фоне результатов достигнутых к вечеру 5 июля войсками 2 танкового корпуса СС (действовавшего восточнее параллельно 48 тк), менее насыщенного бронетанковой техникой, который сумел прорвать первый рубеж обороны 6 гв. А.

Организованное сопротивление в селе Черкасское было подавлено около полуночи 5 июля. Однако, установить полный контроль над селом немецкие части смогли только к утру 6 июля, то есть когда по плану наступления корпус уже должен был подходить к Обояни.

Таким образом, 71 гв.сд и 67 гв.сд, не обладая крупными танковыми соединениями (в их распоряжении были только 39 американских танков M3 различных модификаций и 20 САУ из состава 245 отп и 1440 сап) около суток удерживали в районе сел Коровино и Черкасское пять дивизий противника (из них три — танковые). В сражении 5 июля 1943 г. в районе Черкасского особенно отличились бойцы и командиры 196 и 199 гв. стрелковых полков 67 гв. дивизии. Грамотные и поистине героические действия бойцов и командиров 71 гв.сд и 67 гв.сд, позволили командованию 6 гв. А своевременно подтянуть армейские резервы к месту вклинивания частей 48 тк на стыке 71 гв.сд и 67 гв.сд и не допустить на данном участке общего развала обороны советских войск в последующие дни оборонительной операции.

В результате вышеописанных боевых действий село Черкасское фактически перестало существовать (по послевоенным свидетельствам очевидцев: «представляло собой лунный пейзаж»).

Героическая оборона села Черкасское 5 июля 1943 г. — один из наиболее удачных для советских войск моментов Курской битвы — к сожалению, является одним из незаслуженно забытых эпизодов Великой Отечественной войны[14].

6 июля 1943 г. День второй. Первые контрудары.

К концу первого дня наступления 4 ТА вклинилась в оборону 6 гв. А на глубину 5-6 км на участке наступления 48 тк (в районе с. Черкасское) и на 12-13 км на участке 2 тк СС (в районе Быковка — Козьмо-Демьяновка). При этом дивизии 2 танкового корпуса СС (обергруппенфюрер П. Хауссер) сумели прорвать на всю глубину первый рубеж обороны советский войск, оттеснив части 52 гв.сд (полковник И. М. Некрасов), и подошли на фронте 5-6 км непосредственно ко второму рубежу обороны, занимаемому 51 гв.сд (генерал-майор Н. Т. Таварткеладзе), вступив в бой с её передовыми частями.

Однако, правый сосед 2 танкового корпуса СС — АГ «Кемпф» (В. Кемпф) — 5 июля не выполнила задачу дня, столкнувшись с упорным сопротивлением частей 7 гв. А, обнажив тем самым правый фланг продвинувшейся вперёд 4 танковой армии. В результате Хауссер был вынужден с 6 по 8 июля использовать треть сил своего корпуса, а именно мд «Мёртвая голова», для прикрытия своего правого фланга против 375 сд (полковник П. Д. Говоруненко), подразделения которой блестяще проявили себя в боях 5 июля.

На 6 июля задачами дня для частей 2 тк СС (334 танка) были определены: для мд «Мёртвая голова» (бригаденфюрер Г. Прис, 114 танков) — разгром 375 сд и расширение коридора прорыва в направлении р. Липовый Донец, для мд «Лейбштандарт» (бригаденфюрер Т. Виш, 99 танков, 23 САУ) и «Дас Райх» (бригаденфюрер Крюгер, 121 танк, 21 САУ) — скорейший прорыв второго рубежа обороны у с.Яковлево и выход к линии излучина р.Псёл — с. Тетеревино.

Около 9:00 6 июля 1943 г. после мощной артподготовки (проводившейся артполками дивизий «Лейбштандарт», «Дас Райх» и 55 мп шестиствольных миномётов) при непосредственной поддержке 8 авиакорпуса (около 150 самолётов в полосе наступления) дивизии 2 танкового корпуса СС перешли в наступление, нанося основной удар на участке занимаемом 154 и 156 гв.сп. При этом немцам удалось выявить и произвести огневой налёт на пункты управления и связи полков 51 гв.сд, что привело к дезорганизации связи и управления её войсками. Фактически батальоны 51 гв.сд отражали атаки противника без связи с вышестоящим командованием, так как работа офицеров связи из-за высокой динамики боя была не эффективной. Первоначальный успех атаки дивизий «Лейбштандарт» и «Дас Райх» был обеспечен благодаря численному преимуществу на участке прорыва (две немецких дивизии против двух гв. стрелковых полков), а также за счёт хорошего взаимодействия между полками дивизий, артиллерией и авиацией — передовые подразделения дивизий, основной таранной силой которых являлись 13 и 8 тяжёлые роты «Тигров» (7 и 11 Pz.VI соответственно), при поддержке дивизионов штурмовых орудий (23 и 21 StuG) выдвигались к советским позициям ещё до окончания артиллерийского и авиа удара, оказываясь в момент его окончания в нескольких сотнях метров от окопов.

Советские ЗИС-3 на позиции

К 13:00 батальоны на стыке 154 и 156 гв.сп были сбиты со своих позиций и начали беспорядочный отход в направлении сел Яковлево и Лучки; левофланговый 158 гв.сп, загнув свой правый фланг, в целом продолжал удерживать рубеж обороны. Отход подразделений 154 и 156 гв.сп осуществлялся вперемешку с танками и мотопехотой противника и был сопряжён с большими потерями (в частности, в 156 гв.сп из 1685 человек на 7 июля в строю оставалось около 200 человек, то есть полк фактически был уничтожен). Общее руководство отходившими батальонами практически отсутствовало, действия этих подразделений определялись только инициативой младших командиров, однако не все из которых были к этому готовы. Некоторые подразделения 154 и 156 гв.сп выходили в расположения соседних дивизий. Ситуацию отчасти спасали действия артиллерии 51 гв.сд и подходящего из резерва 5 гв. Сталинградского танкового корпуса — гаубичные батареи 122 гв.ап (майор М. Н. Угловский) и артиллерийские подразделения 6 гв.мсбр (полковник А. М. Щекал) вели тяжёлые бои в глубине обороны 51 гв. дивизии, сбивая темп наступления боевых групп мд «Лейбштандарт» и «Дас Райх», с целью дать возможность отходящей пехоте закрепиться на новых рубежах. При этом артиллеристы ухитрились сохранить большую часть своего тяжелого вооружения. Скоротечный, но ожесточённый бой разгорелся за село Лучки, в районе которого успели развернуться 464 гв.арт.дивизион и 460 гв. миномётный батальон 6 гв.мсбр 5 гв. Стк (при этом, из-за недостаточной обеспеченности автотранспортом, мотопехота этой бригады всё ещё находилась на марше в 15 км от места боя).

В 14:20 бронегруппа дивизии «Дас Райх» в целом овладела селом Лучки, а артиллерийские части 6 гв.мсбр начали отход на север к хутору Калинин. После этого вплоть до третьего (тылового) оборонительного рубежа Воронежского фронта перед боевой группой мд «Дас Райх» фактически не осталось частей 6 гв. армии, способных сдерживать её наступление: основные силы истребительно-противотанковой артиллерии армии (а именно 14, 27 и 28 оиптабр) находились западнее — на Обояньском шоссе и в полосе наступления 48 тк, которое по результатам боёв 5 июля было оценено командованием армии как направление главного удара немцев (что было не до конца верным — удары обоих немецких танковых корпусов 4 ТА рассматривались немецким командованием как равнозначные). Для отражения удара мд «Дас Райх» артиллерии у 6 гв. А к этому моменту просто не оставалось.

Наступление мд «Лейбштандарт» на Обояньском направлении в первой половине дня 6 июля развивалось менее успешно, чем у «Дас Райх», что было обусловлено большей насыщенностью советской артиллерией её участка наступления (активно действовали полки 28 оиптабр майора Косачёва), своевременными ударами 1 гв.тбр (полковник В. М. Горелов) и 49 тбр (подполковник А. Ф. Бурда) из состава 3 мех.корпуса 1 ТА М. Е. Катукова, а также наличием в её полосе наступления хорошо укреплённого села Яковлево, в уличных боях в котором на некоторое время увязли главные силы дивизии, включая её танковый полк.

Таким образом, к 14:00 6 июля войска 2 тк СС в основном выполнили первую часть общего плана наступления — левый фланг 6 гв. А был смят, а чуть позже с захватом с.Яковлево со стороны 2 тк СС были подготовлены условия для их смены частями 48 тк. Передовые части 2 тк СС были готовы приступить к выполнению одной из генеральных целей операции «Цитадель» — уничтожению резервов Красной Армии в районе ст. Прохоровка. Однако, полностью выполнить план наступления Герману Готу (командующий 4 ТА) 6 июля не удалось, по причине медленного продвижения войск 48 тк (О. фон Кнобельсдорф), столкнувшегося с умелой обороной вступившей в сражение после полудня армии Катукова. Корпусу Кнобельсдорфа хоть и удалось во второй половине дня окружить некоторые полки 67 и 52 гв.сд 6 гв. А в междуречье Ворсклы и Ворсклицы (общей численностью около стрелковой дивизии), однако, наткнувшись на жёсткую оборону бригад 3 мк (генерал-майор С. М. Кривошеин) на втором рубеже обороны, дивизии корпуса не смогли захватить плацдармы на северном берегу реки Пены, отбросить советский мехкорпус и выйти к с.Яковлево для последующей смены частей 2 тк СС. Более того, на левом фланге корпуса зазевавшаяся при входе в село Завидовка боевая группа танкового полка 3 мд (Ф. Вестховен) была расстреляна танкистами и артиллеристами 22 тбр (полковник Н. Г. Вененичев), входившей в состав 6 тк (генерал-майор А. Д. Гетман) 1 ТА.

Тем не менее успех достигнутый дивизиями «Лейбштандарт» и в особенности «Дас Райх» заставил командование Воронежского фронта в условиях не полной ясности обстановки предпринимать скоропалительные ответные меры по затыканию прорыва, образовавшегося во втором рубеже обороны фронта. После доклада командующего 6 гв. А Чистякова о положении дел на левом фланге армии, Ватутин своим приказом передаёт 5 гв. Сталинградский тк (генерал-майор А. Г. Кравченко, 213 танков, из них 106 — Т-34 и 21 — Mk.IV «Черчилль») и 2 гв. Тацинский танковый корпус (полковник А. С. Бурдейный, 166 боеспособных танков, из них 90 — Т-34 и 17 — Mk.IV «Черчилль») в подчинение командующего 6 гв. А и одобряет его предложение о нанесении контрударов по прорвавшимся через позиции 51 гв.сд танкам немцев силами 5 гв. Стк и под основание всего наступающего клина 2 тк СС силами 2 гв. Ттк (прямо сквозь боевые порядки 375 сд). В частности днём 6 июля И. М. Чистяков ставит командиру 5 гв. Стк генерал-майору А. Г. Кравченко задачу на вывод из занимаемого им оборонительного района (в котором корпус уже был готов встретить противника, используя тактику засад и противотанковых опорных пунктов) основной части корпуса (две из трёх бригад и тяжёлый танковый полк прорыва), и нанесение этими силами контрудара во фланг мд «Лейбштандарт». Получив приказ, командир и штаб 5 гв. Стк, уже зная о захвате с. Лучки танками дивизии «Дас Райх», и правильнее оценивая обстановку, пытались оспорить выполнение данного приказа. Однако, под угрозой арестов и расстрела были вынуждены приступить к его выполнению. Атака бригад корпуса была начата в 15:10.

Достаточными собственными артиллерийскими средствами 5 гв. Стк не располагал, а времени на увязывание действий корпуса с соседями или авиацией приказ не оставлял. Поэтому атака танковых бригад производилась без артиллерийской подготовки, без поддержки авиацией, на ровной местности и с практически открытыми флангами. Удар пришелся прямо в лоб мд «Дас Райх», которая перегруппировалась, выставив танки в качестве противотанкового заслона и, вызвав авиацию, нанесла значительное огневое поражение бригадам Сталинградского корпуса, вынудив их остановить атаку и перейти к обороне. После этого подтянув артиллерию ПТО и организовав фланговые манёвры, части мд «Дас Райх» между 17 и 19 часами сумели выйти на коммуникации оборонявшихся танковых бригад в районе хутора Калинин, который обороняли 1696 зенап (майор Савченко) и отошедшие из села Лучки 464 гв.арт.дивизион и 460 гв. миномётный батальон 6 гв.мсбр. К 19:00 частям мд «Дас Райх» фактически удалось окружить большую часть 5 гв. Стк между с. Лучки и хутором Калинин, после чего, развивая успех, командование немецкой дивизией частью сил, действуя в направлении ст. Прохоровка, попыталось захватить разъезд Беленихино. Однако, благодаря инициативным действиям командира и комбатов оставшейся вне кольца окружения 20 тбр (подполковник П. Ф. Охрименко) 5 гв. Стк, сумевшим быстро создать из различных оказавшихся под рукой частей корпуса жесткую оборону вокруг Беленихино, наступление мд «Дас Райх» удалось остановить, и даже заставить немецкие части вернуться обратно в х. Калинин. Находясь без связи со штабом корпуса, в ночь на 7 июля окружённые части 5 гв. Стк организовали прорыв, в результате которого часть сил сумела вырваться из окружения и соединилась с частями 20 тбр. В течение 6 июля 1943 г. частями 5 гв. Стк по боевым причинам было безвозвратно потеряно 119 танков, ещё 9 танков были потеряны по техническим или не выясненным причинам, а 19 отправлены в ремонт. Столь значительных потерь за один день не имел ни один танковый корпус в течении всей оборонительной операции на Курской дуге (потери 5 гв. Стк 6 июля превысили даже потери 29 тк в ходе атаки 12 июля у свх. Октябрьский).

После окружения 5 гв. Стк, продолжая развитие успеха в северном направлении, другой отряд танкового полка мд «Дас Райх», используя неразбериху при отходе советских частей, сумел выйти к третьему (тыловому) рубежу армейской обороны, занимаемому частями 69А (генерал-лейтенант В. Д. Крюченкин), возле хутора Тетеревино, и на непродолжительное время вклинился в оборону 285 сп 183 сд, однако из-за явной недостаточности сил, потеряв несколько танков, был вынужден отступить. Выход немецких танков к третьему рубежу обороны Воронежского фронта уже на второй день наступления, был расценен советским командованием как чрезвычайное происшествие.

Наступление мд «Мёртвая голова» существенного развития в течении 6 июля не получило по причине упорного сопротивления частей 375 сд, а также проводившегося во второй половине дня на её участке контрудара 2 гв. Тацинского танкового корпуса (полковник А. С. Бурдейный, 166 танков), проходившего одновременно с контрударом 2 гв. Стк, и потребовавшего привлечения всех резервов этой эсесовской дивизии и даже некоторых частей мд «Дас Райх». Однако нанести Тацинскому корпусу потери даже примерно соизмеримые с потерями 5 гв. Стк немцам не удалось, даже несмотря на то, что в процессе контрудара корпусу два раза пришлось форсировать реку Липовый Донец, а некоторые его части в течении непродолжительного времени находились в окружении. Потери 2 гв. Ттк за 6 июля составили: 17 танков сгоревшими и 11 подбитыми, то есть корпус остался полностью боеспособным.

Таким образом, в течение 6 июля соединения 4 ТА сумели прорвать на своём правом фланге второй рубеж обороны Воронежского фронта, нанесли значительные потери войскам 6 гв. А (из шести стрелковых дивизий к утру 7 июля боеспособными оставались лишь три, из двух переданных ей танковых корпусов — один). В результате потери управления частями 51 гв.сд и 5 гв. Стк, на участке стыка 1 ТА и 5 гв. Стк образовался не занятый советскими войсками участок, который в последующие дни ценой неимоверных усилий Катукову пришлось затыкать бригадами 1 ТА, используя свой опыт оборонительных боёв под Орлом в 1941 году. Однако, все успехи 2 тк СС приведшие к прорыву второго оборонительного рубежа опять не могли быть воплощены в мощный прорыв в глубь советской обороны для уничтожения стратегических резервов Красной армии, так как войска АГ «Кемпф» добившись 6 июля некоторых успехов, тем не менее снова не смогли выполнить задачу дня. АГ «Кемпф» по прежнему не могла обеспечить правый фланг 4 ТА, угрозу которому представлял 2 гв. Ттк поддерживаемый всё еще боеспособной 375 сд. Также существенное значение на дальнейших ход событий оказали потери немцев в бронетехнике. Так, например, в танковом полку мд «Великая германия» 48 тк после первых двух дней наступления небоеспособными числились 53 % танков (советские войска вывели из строя 59 из 112 машин, включая 12 «Тигров» из 14 имевшихся), а в 10 тбр к вечеру 6 июля боеспособными числились лишь 40 боевых «Пантер» (из 192). Поэтому на 7 июля перед корпусами 4 ТА ставились менее амбициозные задачи, чем 6 июля — расширение коридора прорыва и обеспечение флангов армии.

Начиная с 6 июля 1943 г. отступить от ранее разработанных планов пришлось не только немецкому командованию (которое сделало это еще 5 июля), но и советскому, которое явно недооценило силу немецкого бронетанкового удара. В связи с потерей боеспособности и выходом из строя материальной части большинства дивизий 6 гв. А, с вечера 6 июля общее оперативное управление войсками, удерживавшими второй и третий рубежи советской обороны в районе прорыва немецкой 4 ТА, фактически было передано от командующего 6 гв. А И. М. Чистякова к командующему 1 ТА М. Е. Катукову. Основной каркас советской обороны в последующие дни создавался вокруг бригад и корпусов 1 танковой армии.[14]

Сражение под Прохоровкой

Основная статья: Сражение под Прохоровкой
Звонница в память о погибших на Прохоровском поле

12 июля в районе Прохоровки произошел крупнейший в истории встречный танковый бой. С немецкой стороны, по мнению В. Замулина, в нем участвовала 2-й танковый корпус СС имевший 494 танка и САУ[15], в том числе 15 «Тигров» и ни одной «Пантеры». Немецкие данные, однако, говорят о том что в сражении участвовала одна танковая дивизия СС, имевшая менее 200 танков. По данным советских источников, в сражении с немецкой стороны участвовало около 700 танков и штурмовых орудий[16]. С советской стороны в сражении участвовала 5-я танковая армия П. Ротмистрова, насчитывавшая около 850 танков. После нанесения массированного авиаудара сражение с обеих сторон перешло в активную его фазу и продолжалось до конца дня. К исходу 12 июля сражение завершилось с неясными результатами, чтобы возобновиться днём 13 и 14 июля. После сражения немецкие войска не смогли продвинуться вперед сколь-нибудь значительно, несмотря на то, что потери советской танковой армии, вызванные тактическими ошибками её командования, были намного больше. Продвинувшись за 5-12 июля на 35 километров, войска Манштейна были вынуждены, протоптавшись на достигнутых рубежах три дня в тщетных попытках взломать советскую оборону, начать отвод войск с захваченного «плацдарма». В ходе сражения наступил перелом. Перешедшие 23 июля в наступление советские войска отбросили немецкие армии на юге Курской дуги на исходные позиции.

Потери

По советским данным, на поле боя в сражении под Прохоровкой осталось около 400 немецких танков, 300 автомашин, свыше 3500 солдат и офицеров[17]. Однако эти числа ставятся под сомнение. Например, по подсчётам Г. А. Олейникова в сражении не могло принимать участие более 300 немецких танков[18]. Согласно исследованиям А.Томзова, ссылающегося на данные немецкого федерального Военного архива[19], в ходе боёв 12-13 июля дивизия «Лейбштандарт Адольф Гитлер» потеряла безвозвратно 2 танка Pz.IV, в долгосрочный ремонт было отправлено 2 танка Pz.IV и 2 Pz.III, в краткосрочный — 15 танков Pz.IV и 1 Pz.III[20]. Общие же потери танков и штурмовых орудий 2 тк СС за 12 июля составили около 80 танков и штурмовых орудий, в том числе не менее 40 единиц потеряла дивизия «Мертвая Голова».

В тоже время, советские 18-й и 29-й танковые корпуса 5-й гвардейской танковой армии потеряли до 70 % своих танков.[21]

Итоги оборонительной фазы сражения

Центральный фронт, задействованный в сражении на севере дуги, за 5-11 июля 1943 г. понёс потери в 33 897 человек, из них 15 336 — безвозвратные[8], его противник — 9-я армия Моделя — потеряла за тот же период 20 720 человек[22], что даёт соотношение потерь в 1,64:1. Воронежский и Степной фронты, участвовавшие в сражении на южном фасе дуги, потеряли за 5-23 июля 1943 г., по современным официальным оценкам (2002 г.[8]), 143 950 человек, из них 54 996 — безвозвратно[8]. В том числе только Воронежский фронт — 73 892 общих потерь. Впрочем, иначе думали начальник штаба Воронежского фронта генерал-лейтенат Иванов и начальник оперативного отдела штаба фронта генерал-майор Тетешкин: потери своего фронта они полагали в 100 932 человека, из них 46 500 — безвозвратными[23]. Если, вопреки советским документам периода войны, считать официальные числа верными, то с учётом немецких потерь на южном фасе в 29 102 человек[22], соотношение потерь советской и немецкой сторон составляет здесь 4,95:1.

За период с 5 по 12 июля 1943 года Центральным фронтом было израсходовано 1079 вагонов боеприпасов, а Воронежским — 417 вагонов, почти в два с половиной раза меньше[24].

Причина того, что потери Воронежского фронта столь резко превзошли потери Центрального — в меньшем массировании сил и средств на направлении немецкого удара, позволившем немцам фактически добиться оперативного прорыва на южном фасе Курской дуги. Хотя прорыв и удалось закрыть силами Степного фронта, однако он позволил наступавшим добиться благоприятных тактических условий для своих войск. Следует отметить, что лишь отсутствие однородных самостоятельных танковых соединений не дало немецкому командованию возможность сконцентрировать свои бронетанковые силы на направлении прорыва и развить его в глубину.

Советские наступательные операции

12 июля Западный (командующий генерал-полковник Василий Соколовский) и Брянский (командующий генерал-полковник Маркиан Попов) фронты начали наступление против 2-й танковой и 9-й армий врага в районе Орла. К исходу дня 13 июля советские войска прорвали оборону противника. 26 июля немцы оставили Орловский плацдарм и начали отход на оборонительную линию «Хаген» (восточнее Брянска). 5 августа в 05-45 советские войска полностью освободили Орёл.

На южном фасе контрнаступление силами Воронежского и Степного фронтов началось 3 августа. 5 августа примерно в 18-00 был освобождён Белгород, 7 августа — Богодухов. Развивая наступление, советские войска 11 августа перерезали железную дорогу Харьков-Полтава, 23 августа овладели Харьковом. Контрудары немцев успеха не имели.

5 августа в Москве был дан первый за всю войну салют — в честь освобождения Орла и Белгорода.

Итоги Курской битвы

Победа под Курском ознаменовала переход стратегической инициативы к Красной Армии. К моменту стабилизации фронта советские войска вышли на исходные позиции для наступления на Днепр.

После окончания сражения на Курской дуге германское командование утратило возможность проводить стратегические наступательные операции. Локальные массированные наступления, такие как «Вахта на Рейне» (1944) или операция на Балатоне (1945) также успеха не имели.

Фельдмаршал Эрих фон Манштейн, разрабатывавший операцию «Цитадель» и проводивший её, впоследствии писал:

Она была последней попыткой сохранить нашу инициативу на Востоке. С её неудачей, равнозначной провалу, инициатива окончательно перешла к советской стороне. Поэтому операция «Цитадель» является решающим, поворотным пунктом в войне на Восточном фронте.

— Манштейн Э. Утерянные победы. Пер. с нем. — М., 1957. — С. 423

По мнению Гудерианa,

В результате провала наступления «Цитадель» мы потерпели решительное поражение. Бронетанковые войска, пополненные с таким большим трудом, из-за больших потерь в людях и технике на долгое время были выведены из строя.

— Гудериан Г. Воспоминания солдата. — Смоленск: Русич, 1999

Расхождения в оценке потерь

Потери сторон в битве остаются неясными. Так, советские историки, в том числе и академик АН СССР А. М. Самсонов, говорят о более чем 500 000 убитых, раненых и пленных, 1 500 танков и свыше 3 700 самолётов[25].

Однако немецкие архивные данные свидетельствуют, что вермахт за июль-август 1943 г. на всём Восточном фронте потерял 537 533 человек. В данные цифры входят убитые, раненые, больные, пропавшие без вести (количество немецких пленных в этой операции было незначительно). И даже несмотря на то, что основные боевые действия в это время проходили в районе Курска, советские цифры немецких потерь в 500 тыс. выглядят несколько преувеличенными.

Кроме того, по немецким документам, на всём Восточном фронте люфтваффе потеряли за июль-август 1943 г. 1 696 самолётов[7].

С другой стороны, верными советские войсковые донесения о немецких потерях не считали даже советские командиры в годы войны. Так, генерал Малинин (начальник штаба фронта) писал в нижестоящие штабы: «Просматривая ежедневно итоги дня о количестве уничтоженной живой силы и техники и захваченных трофеях, я пришел к выводу, что эти данные значительно завышены и, следовательно, не соответствуют действительности.»[26]

Литература

См. также

Ссылки

Примечания

  1. 1 2 3 Министерство обороны РФ. Курская битва. Общее соотношение сил и средств на курском направлении к началу июля 1943 года
  2. Замулин В. Прохоровка — неизвестное сражение великой войны. — М.: АСТ, — М.: Хранитель, 2006. С. 12.
  3. Гланц Д., Хауз Д. Курская битва. Решающий поворотный пункт Второй мировой войны. М., 2007. C. 365. ISBN 978-5-17-039533-0
  4. Мюллер-Гиллебранд Б. Сухопутная армия Германии 1933—1945 гг. — М.: Изографус, Изд-во Эксмо, 2002. С. 405. ISBN 5-94661-041-4
  5. Гриф секретности снят: Потери Вооружённых Сил СССР в войнах, боевых действиях и военных конфликтах: Стат. исслед./ Г. Ф. Кривошеев, В. М. Андроников, П. Д. Буриков. — М.: Воениздат, 1993. С. 370. ISBN 5-203-01400-0
  6. «Военно-исторический журнал», 1960, № 5, стр. 86-87.
  7. 1 2 Подлинная история Люфтваффе. Взлёт и падение детища Геринга. М., 2006. С. 329 ISBN 5-699-18349-3
  8. 1 2 3 4 Россия и СССР в войнах XX века. Потери вооружённых сил. Курская стратегическая оборонительная операция.
  9. David M. Glantz, Jonathan M. House. The battle of Kursk. University press of Kansas, 1999. Стр. 65, 338
  10. Б. Мюллер-Гиллебранд. Сухопутная армия Германии 1933—1945 гг. «Изографус», Москва, 2002. Таблица 54
  11. Niklas Zetterling, Anders Frankson. Kursk 1943: A statistical analysis. Frank Cass Publishers, 2000. Таблицы 2.1, 2.3, а также стр. 140
  12. Результаты исследования KOSAVE, проведённого по заказу армии США Глава 2, илл. 2-1.
  13. Жуков, Г. К. Воспоминания и размышления. В 2 т. — М.: Олма-Пресс, 2002. С. 129.
  14. 1 2 В. Замулин. Курский излом. Решающая битва Отечественной войны. — М.: Яуза, Эксмо, 2007. ISBN 5-699-18411-2
  15. Замулин В. Прохоровка — неизвестное сражение великой войны. — М.: АСТ, — М.: Хранитель, 2006. — С. 323
  16. Прохоровка. Большая советская энциклопедия, 1969—1978
  17. А. М. Самсонов, «Вторая мировая война». АН СССР, отд. истории, ин-т истории СССР; изд. Наука, М., 1985
  18. Олейников, Г. А. Прохоровское сражение (июль 1943). Что действительно произошло под Прохоровкой: (военно-исторический очерк). — СПб.: Нестор, 1998. — 99 с, V. Прохоровское сражение: итоги и некоторые выводы
  19. Ferngesprach mit Fw.Grotzinger/14.30 Uhr am 12.7.1943, Ausfalle H.Gr.sud Stand 12.7.1943, Ausfalle H.Gr.sud Stand 13.7.1943, Heeresgruppe Sud Panzerschaden am 13.7.1943 BA-MA RH 10/64
  20. А.Исаев, В.Гончаров, А.Томзов и др. Танковый удар. Советские танки в боях. 1942—1943. — М.:Яуза, Эксмо, 2007. С. 320 ISBN 978-5-699-22807-2
  21. Исаев А. Антисуворов. Десять мифов Второй мировой.. — Москва: Эксмо, Яуза, 2004. — 416 с.
  22. 1 2 Гланц Д., Хауз Д. Курская битва. Решающий поворотный пункт Второй мировой войны. М., 2007. C. 289. ISBN 978-5-17-039533-0
  23. Гланц Д., Хауз Д. Курская битва. Решающий поворотный пункт Второй мировой войны. М., 2007. C. 358. ISBN 978-5-17-039533-0
  24. Антипенко, Н. А. На главном направлении (Воспоминания заместителя командующего фронтом). — М.: Наука, 1967. Глава «На Курской дуге»
  25. Самсонов, А. М. «Вторая мировая война». АН СССР, отд. истории, ин-т истории СССР; изд. Наука, М., 1985. Стр. 306
  26. Распоряжение начальника штаба Донского фронта начальникам штабов 64, 57, 21, 65, 246, 66, 62-й общевойсковых и 16-й воздушной армий о недопущении завышения данных о трофеях и потерях войск противника в донесениях соединений и частей/Сталинград 1942—1943. М., 1995. С. 327. ISBN 5-7351-0008-4


Wikimedia Foundation. 2010.

Смотреть что такое "Битва на Курской дуге" в других словарях:

  • Битва на Курской Дуге — Курская битва 1943 Великая Отечественная война, Вторая мировая война Тягач буксирует повреждённый Т 34 Дата …   Википедия

  • Битва — «Полтавская битва». Денис Мартен Младший. У этого термина существуют и другие значения, см. Битва (значения). Битва (сражение) широкомасштабные …   Википедия

  • Битва под Ленино — польск. Bitwa pod Lenino Оршанская наступательная операция Великая Отечественная война …   Википедия

  • Курская битва — Великая Отечественная война, Вторая мировая война Дата 5 июля 1943 23 августа 1943 Место …   Википедия

  • Курская битва (1943) — Курская битва 1943 Великая Отечественная война, Вторая мировая война Тягач буксирует повреждённый Т 34 Дата …   Википедия

  • Курская битва 1943 — Великая Отечественная война, Вторая мировая война Тягач буксирует повреждённый Т 34 Дата …   Википедия

  • Орловско-Курская битва — Курская битва 1943 Великая Отечественная война, Вторая мировая война Тягач буксирует повреждённый Т 34 Дата …   Википедия

  • День разгрома немецко-фашистских войск в Курской битве в 1943 году — Курская битва (битва на Курской дуге), длившаяся с 5 июля по 23 августа 1943 года, является одним из ключевых сражений Великой Отечественной войны. В советской и российской историографии принято разделять сражение на три части: Курскую… …   Энциклопедия ньюсмейкеров

  • День разгрома немецко‑фашистских войск в Курской битве — 23 августа в соответствии с Федеральным законом № 32‑ФЗ от 13 марта 1995 года О днях воинской славы (победных днях) России отмечается День воинской славы России День разгрома советскими войсками немецко‑фашистских войск в Курской битве (1943 год) …   Энциклопедия ньюсмейкеров

  • Курская битва Великой Отечественной войны 1941-45 гг — Курская битва (битва на Курской дуге), длившаяся с 5 июля по 23 августа 1943 года, является одним из ключевых сражений Великой Отечественной войны. В советской и российской историографии принято разделять сражение на три части: Курскую… …   Энциклопедия ньюсмейкеров

Книги

Другие книги по запросу «Битва на Курской дуге» >>


Поделиться ссылкой на выделенное

Прямая ссылка:
Нажмите правой клавишей мыши и выберите «Копировать ссылку»

We are using cookies for the best presentation of our site. Continuing to use this site, you agree with this.