Кокорев, Василий Александрович


Кокорев, Василий Александрович
Василий Александрович Кокорев
В. А. Кокорев.jpg
Портрет В. А. Кокорева. 1860-е.
Литография Василия Тимма.
Род деятельности:

русский предприниматель и меценат

Дата рождения:

23 апреля (5 мая) 1817(1817-05-05)

Место рождения:

Солигалич

Подданство:

Российская империя

Дата смерти:

22 апреля (4 мая) 1889(1889-05-04) (71 год)

Место смерти:

Санкт-Петербург

Награды и премии:

почётный член Академии художеств (1889)

Васи́лий Алекса́ндрович Ко́корев (23 апреля [5 мая1817, Солигалич — 22 апреля [4 мая1889, Санкт-Петербург) — русский предприниматель и меценат, почётный член Академии художеств (1889).

Содержание

Биография

Из старообрядческой семьи. Семья его владела небольшой солеварней на севере Костромской губернии. После смерти родителей, вместе со своими дядьями Василий стал совладельцем семейного бизнеса. Однако в 1839 году, из-за поспешного введения правительством в обращение серебряного рубля, жизнь пришлось начинать заново. Юноша отправился в Санкт-Петербург и устроился помощником к одному из многочисленной братии винных откупщиков.

Не будь у Кокорева смекалки, деловой хватки и энергии, никакие связи не помогли бы ему к началу 60-х годов сколотить состояние в 8 миллионов рублей (да и то кое-кто поговаривал, будто Кокорев нарочно уменьшил общую сумму своего богатства). А в среде русских купцов он получил титул «Откупщицкого царя».[1]

Разбогател на винных откупах («кокоревская водка» в русской литературе XIX в. обозначает водку дешёвую, крепкую и весьма недоброкачественную).

Стоял у истоков нефтяной промышленности в России. Создав «Закаспийское торговое товарищество», он развернул обширную торговлю со Средней Азией и Персией.

В Персии с 1850 года работал созданный Кокоревым Московский торговый дом, получивший право приобретать казенное железо и медь с уральских заводов по себестоимости.[2]

В 1859 году по проекту Либиха построил в Сураханах под Баку первый в России керосиновый завод. Пригласил для работ Д. И. Менделеева.

Впоследствии Дмитрий Иванович вспоминал:

"… В 1863 г. известный тогда деятель В. А. Кокорев пригласил меня съездить в Баку, где у него тогда велось дело с переделкой нефти и в год убытков менее 200 тыс. не бывало. «Либо помогите устранить убытки, либо закройте завод», — говорил он и дал мне при всем готовом проезде целую тысячу рублей за то, чтобы выяснить ему дело и, если можно, в короткий срок, у меня бывший в распоряжении, поправить его. Охотно взялся не потому только, что тысяча рублей тогда мне уже семейному, получавшему всего 1,5 тысячи жалованья, была очень на руку, но особенно потому, что самое дело меня очень интересовало.

На месте, что можно было, старался поправить и направить, и вышло так, что через год получился чистый доход более чем в 200 тыс. рублей. Приезжает ко мне тогда В. А. Кокорев и предлагает поехать править его дело в Баку, в год получать по 10 тыс. рублей, до 5 % с чистого дохода, разочтенного как в этот год. Ни минуты не думая, отказался, чего, конечно, не сделал бы на моем месте ни англичанин, ни француз, ни немец. Стал меня умница В. А. Кокорев допрашивать о причинах отказа, опроверг все мои доводы (о пенсии, о возможности работать для науки и т. п.) или отговорки и очень верно заключил, что все это барские затеи, от которых России очень плохо двигаться вперед.[3]

Менделеев предложил ввести круглосуточную перегонку нефти, освоить производство эмалированных бочек, организовать нефтеналивную морскую перевозку и проложить нефтепровод от завода к берегу моря. То есть, по сути, сформулировал в виде идей (а Кокорев тут же реализовал их на практике) модель современной нефтяной промышленности. Да, многие до сих пор считают, что первое машинное бурение было осуществлено в Америке в штате Оклахома полковником Дрейком в 1859 году, и что первая нефть была получена из его скважины «Эмпайр» в 1861-м. Полно, господа! В это время завод Кокорева уже несколько лет вовсю перегонял добываемое из скважин чёрное золото![1]

Более того, на все ключевые посты в своем новом бизнесе он назначил (а до этого обучил нефтяному делу) рабочих-мастеров только из России.[2]

Вскоре Кокоревым было учреждено акционерное общество — Волжско-Каспийское пароходство «Кавказ и Меркурий».

В 1870 году стал инициатором создания нового Волжско-Камского коммерческого банка, который до 1917 года оставался крупнейшим по размерам капитала банком в России.

В 1883 году Кокорев писал о своих заслугах императору Александру III: «В настоящее время существует в Баку более 200 заводов, ежегодно по Каспийскому морю и Волге развозится 35 миллионов пудов нефти, почти каждая изба крестьянская пользуется более удобным освещением, и множество волжских пароходов, вместо лесоистребления, отапливается нефтью, а снижение цен на нефть дало ежегодную многомиллионную экономию промышленности и казне»[1]

Вместе с П. И. Губониным построил уральскую горнозаводскую дорогу. Принимал участие в создании Русского общества пароходства и торговли (1856); Волго-Донской железной дороги (1858); Товарищества Московско-Курской железной дороги (1871); Общества Уральской железной дороги (1874).

А в 1862-1865 годах Кокорев построил в Москве крупный гостинично-складской комплекс, получивший в народе название «Кокоревское подворье». Комплекс, в который было вложено 2,5 миллиона рублей, был новшеством не только для Москвы, но и для Европы, поскольку предвосхитил появление «гранд-отелей». Тут тебе и торговые склады, и шикарные апартаменты с русским убранством, и трактир-ресторан с разнообразной русской кухней, а с 1883 года — электрический свет![4]

Купцы заключали здесь сделки, а в соседнюю Софийскую церковь ходили молиться за успех дела. Это место привлекало и представителей русской культуры, таких как художники Крамской, Верещагин, Репин, Поленов, Васнецов, композиторы — Чайковский, Аренский, писатели — Мельников-Печерский, Мамин-Сибиряк. После революции на гостинице Кокоревского подворья было надстроено несколько этажей, и её передали под общежитие военнослужащим.[5]

В 1862 г. на средства Кокорева был разбит липово-вязовый бульвар. Бульвар тянулся от Лубочного переулка до Болотной площади. Скромный и тихий, он украшал всю Болотную набережную.

Салтыков-Щедрин писал:

в недавнее время устроен бульвар в таком месте, где со времен Олега сваливался навоз («куда же мы теперича навоз валить будем?» — спрашивают друг друга смущённые обыватели — не литераторы); там имеет быть выстроен, стараниями откупщика, каменный театр, и носятся даже слухи об устройстве водопровода…[6]

Это был один из немногих общественных бульваров и скверов Москвы, устроенных за частный счет. Бульвар носил имя своего устроителя вплоть до ликвидации в 1930-е гг., а ныне — тут автостоянка.

Кокоревское подворье простояло в Москве более 100 лет и было разрушено совсем недавно — на Софийской набережной на месте подворья находился разобранный ныне недостроенный бизнес-центр «Царёв сад».[7]

Стоял у истоков Московского купеческого банка.

Учредил «Северное общество страхования и склада товаров с выдачей варрантов» и сумел довести начатое дело до конца.

В 1870-х годах создал Северное телеграфное агентство, став, таким образом, первым «медиамагнатом» в России.[1]

Он стал главным инициатором проведения конки — конно-железной дороги, связавшей центр через Мясницкую с тремя вокзалами на Каланчёвской площади.[4]

В 1867 году во время голода, постигшего Россию, Кокорев стал членом образованного под председательством наследника престола (будущего императора Александра III) Комитета по оказанию помощи голодающим. Перед русско-турецкой войной 1877—1878 годов Кокорев вместе с текстильными фабрикантами братьями Хлудовыми сыграл решающую роль в финансировании и экипировке военной миссии генерала Черняева на Балканах. Он потряс Россию размером своего участия в «военном займе» (организован правительством для нужд действующей армии), который составил 45 миллионов рублей — фантастическая по тем временам сумма.
Он отправил 100 саней с провизией из Москвы в Севастополь. В Москву обоз привез раненых.[8]

По окончании Крымской войны он обратил на себя внимание торжественной встречей организованной черноморским морякам, приехавшим в Москву. Представители московского купечества в ноги кланялись защитникам Севастополя, а откуп разрешил героям три дня пить безданно и беспошлинно.[9]

От имени московского купечества Кокоревым был устроен торжественный обед, на котором русский историк М. П. Погодин в своей речи так сказал о купечестве: «…наши купцы не охотники до истории: они не считают своих пожертвований и лишают народную летопись прекрасных страниц. Если бы счесть все их пожертвования за только нынешнее столетие, то они составили бы такую цифру, которой должна бы поклониться Европа».[5]

Кокорев вообще славился устройством банкетов и разного рода чествований. Это он стал во главе лиц, оказавших в Москве гомерическое по размеру гостеприимство американскому посольству Фокса.
Общее оживление и пробуждение общественного мнения после Крымской войны встретили в нём горячего сторонника. Над его либерализмом подсмеивались и в шутку называли его «русским Лафитом».
Поэт Н. Ф. Щербина находил, что на Кокорева нет и рифмы на русском языке, чтобы достойно воспеть его деяния.[9]

На рождественском банкете 27 декабря 1857 г. Кокорев своей зажигательной речью против крепостнического рабства — «тормоза прогресса» столь напугал московского генерал-губернатора Закревского, что тот, по циркулирующим слухам, заставил новоявленного Цицерона дать расписку, что более крамольных речей произносить не будет. Но та знаменитая рождественская речь долго ходила в списках, дошла и до крестьян. Когда освобождение от крепостной зависимости свершилось, в крестьянской среде ходили слухи, что император Александр II тут ни при чём, а выкупили их у царя и дворян Кокорев с друзьями — купцами Алексеевыми, Солдатенковым и другими.[4]

В своих публицистических работах, печатавшихся, главным образом, в «Русском Вестнике» 50-х и 60-х гг., а позднее в «Русском Архиве» 1880-х гг., настаивал на губительности для России механического заимствования западноевропейских финансовых и хозяйственных форм.

Кокорев печатает в периодической прессе множество статей, где выдвигает свои проекты реформ. В самой известной из них, она называлась «Миллиард в тумане», он предложил план выкупа крестьян на волю с помощью капитала специально созданного частного банка. Идеи Кокорева вызвали колоссальный интерес.

Знаменитый историк Константин Кавелин писал о Кокореве: «Вот человек рождённый оратором! У него есть мысли, от которых не отказались бы и древние. И сколько свежести, глубины и силы!».

Михаил Погодин: «Русский купец Василий Кокорев, которого имя сделалось у нас народным, и пронеслось теперь с его речью по всей стране».

Поэт Александр Струговщиков: «Кокорев — величайший гений русской земли».

Сергей Аксаков: «Это русское чудо!».[10]

В народе про него сложили такое четверостишие: Кокорев! Вот имя славное. С дней откупов известно оно у нас, весь край в свидетели зову; в те дни и петухи кричали повсеместно: «Ко-ко-ре-ву!!!»[2]

Причины разорения

Все чаще и чаще Кокорев высказывался о государственном социализме, о политике гласности, о перестройке государственного аппарата. И сильнее всего эти речи досаждали московской администрации. Закревский отсылал в Петербург депешу за депешей — с просьбой «унять вредного честолюбца», устраивающего «митинги» и вмешивающегося «в дела, его сословию не подлежащие». Послания генерал-губернатора начинались, как детектив. «В Москве завелось осиное гнездо… — писал он. — Гнездо это есть откупщик Кокорев».
Предупреждения московского градоначальника не остались без внимания. Василия Александровича Кокорева стали постепенно оттирать от государственной кормушки. Сначала осторожно, а когда убедились, что купец «не понимает», то и явно. В 1863 году у него отняли все откупы, потом два года мурыжили с утверждением устава Купеческого банка, в 1870 году не дали права монопольно распоряжаться пермской солью, запретили судам созданного им пароходства ходить за границу. В результате уже к середине 1860-х годов расходы Кокорева начали превышать его доходы. К началу 1870-х ему пришлось распродать всю художественную коллекцию и бол́ьшую часть своих акций. В 1876 году его сместили с поста председателя совета директоров Волжско-Камского банка.[11]

Труды

На закате жизни, в 1887 году, Кокорев пишет книгу «Экономические провалы», в которой даёт оценку экономическим событиям за полвека. Анализируя экономические неудачи России, Кокорев доказывает, что они являются, как правило, результатом слепого копирования зарубежного опыта.

"Известный коммерсант К., водворяющий в Россию несколько десятков лет американский хлопок и устроивший с пособием своих средств для разных лиц более 40 бумагопрядильных и ткацких фабрик, — пишет Кокорев (имея в виду немца Л. К. Кнопа с сыновьями), — праздновал какой-то юбилей… Многочисленное русское общество пировало на этом юбилее, а правительство возвело его в какой-то чин. Таким образом, отпраздновали пир, так сказать, на хребте русского народа, лишившегося льняных посевов и насильственно облеченного в линючий ситец. Распространение которого, увлекая нашу монету за границу, увеличило внешние займы и усилило финансовое расстройство. Вспоминая этот юбилей, нельзя не воскликнуть: «О невинность, это ты».[4]

Другими известными работами Кокорева являются «Путь севастопольцев», «Взгляд на европейскую торговлю», «Мысли о русской внутренней торговле», «Об откупах» и пр.

Кокорев преисполнен самого глубокого пессимизма и видит будущее в черных красках: «Печалование о расстройстве русских финансов, — пишет он, — объемлет в настоящее время все сословия; все чувствуют, как в наших карманах тают денежные средства и как неуклонно мы приближаемся к самому мрачному времени нужд и лишений».[9]

Интересные факты

Однажды в 1859 году Кокорев приехал в Киев. Визит никак не был связан с бизнесом. Сюда Кокорев, как и большинство знатных лиц, приехал за новыми впечатлениями — на отдых. И был настолько тронут красотой города, что пожелал приобрести участок земли неподалеку от Андреевской церкви. Свободных имений не было, и дело покупки казалось уже невозможным.

Однако о желании купца-миллионера узнал Михай Грабовский, писатель, владевший усадьбой на Андреевском спуске. Именно тогда киевские власти пыталась взыскать с Грабовского штраф за то, что за два года он так и не построил двухэтажный каменный дом, задекларированный в договоре о покупке земли. Поэтому писатель предложил богачу Кокореву откупить часть своего участка.

В киевских архивах сохранился рапорт киевского общественного головы об обустройстве павильона и садика вокруг него на Андреевской горе возле церкви Св. Апостола Андрея (18611862 годы). Василий Кокорев выделил пять тысяч рублей серебром.

Согласно смете архитектора Самонова на дело необходимо было 3185 рублей, садовник Христиани должен был развести сад в русском стиле за 800 рублей, а на работы с землей и водой пошло бы 300 рублей. Однако, как рассказывает киевовед Михаил Кальницкий, деньги купца попали не по назначению.

Спустя почти тридцать лет давним делом заинтересовалась одна из киевских газет. Волю уже покойного Василия Кокорева (он умер в 1889 году) исполнили после 1896 года, однако построили не павильон, а легкую беседку, кованую из чугуна. За столько лет сумма пожертвования выросла в несколько раз, и денег хватило ещё на одну беседку, которую поставили на Владимирский горке. Чудесным пейзажем, открывающимся с террасы Андреевской горки, любовался купец Кокорев, а через годы с Кокоревского места любовались другие гости города.[12][13]

  • Золотой лапоть

На одном из аукционов он увидел вещь, совершенно его поразившую. Это был большой золотой лапоть. Кокорев купил его по стартовой цене и установил в кабинете на письменном столе. Своим друзьям Василий Александрович, смеясь, объяснял, что этот лапоть — как бы он сам: был ведь когда-то лапоть лаптем, да озолотился, из низов вышел в миллионеры.
Золотой лапоть неожиданно всплыл в середине 1930-х годов на одном из брюссельских аукционов. Но никто за кокоревский символ не дал даже стартовой цены.[11]

Кокоревская галерея. Академия Художеств

Интерьер картинной галереи В. А. Кокорева. Зал № 7. 1864 год. А. Н. Гребнев (1842—?)[14]

В 1840-х годах приобрёл участок в Трёхсвятительском переулке в Москве.Поначалу там была гостиница, которую он сдавал. Но затем в конце 1850-х годов (открытие состоялось 26 января 1862) — им была специально построена первая Московская публичная картинная галерея, названная Кокоревской (арх. И. Д. Черник)[15]

22 июля 1884 года, в день тезоименитства Государыни Императрицы Её Императорского Высочества Марии Александровны, герцогини Эдинбургской, и супруги августейшего Президента Академии художеств, Её Императорского Высочества Великой Княгини Марии Павловны, с одобрения Президента Академии художеств Великого князя Владимира Александровича «на сорока десятинах, прилегающих к землям крестьян деревни Малый Городок», под Вышним Волочком, на живописном полуострове, образованном истоком реки Мсты и озером Мстино, владелец имения В. А. Кокорев открывает приют[16], названный впоследствии «Академической дачей», которая была и остаётся любимым местом творчества русских художников.

Первоначально Владимиро-Марьинский приют служил малоимущим студентам Академии художеств во время летней практики. В распоряжение молодых художников были предоставлены дом со столовой и библиотекой, хорошо оборудованная мастерская, помещения для занятий пением и музыкой. Здесь жили и работали И. Е. Репин, А. И. Куинджи, В. А. Серов, П. П. Чистяков, И. И. Бродский, А. М. Васнецов, Н. К. Рерих, И. И. Левитан, Н. П. Богданов-Бельский и др.

«Дабы украшать местность» и для пребывания высокопоставленных персон в 1885 г. основатель и попечитель дачи В. А. Кокорев возвел здесь восьмигранный павильон (арх. В. А. Кенель). Нарядная постройка, обильно украшенная пропильной и глухой резьбой, является художественным центром скромного по размерам ансамбля. Особенно заметна её превалирующая роль в панораме, открывающейся со стороны озера Мстино.[17][18]

После революции дача была отдана детям, здесь был пионерский лагерь, а в 1948 г. она была возвращена Академии, для нужд которой в 19701980-е гг. выстроили современные мастерские и вспомогательные служебные здания.

В 1964 г. Академической даче было присвоено имя выдающегося русского живописца И. Е. Репина. Через десятилетие, рядом с павильоном в честь 130-летия со дня рождения художника был установлен памятник (скульптор Олег Комов)

В 2004 году на праздновании 120-летия Академической дачи была открыта мемориальная доска В. А. Кокореву[19]

В 1898 году Василий Александрович Кокорев был избран почётным членом Академии художеств.

Семья

Мать - Прасковья Васильевна (17941888)

Супруга - Вера Ивановна. Жила с дочерью в Санкт-Петербурге на Тверской улице (современный адрес — дом 8).[20] Пожертвовала этот участок Поморскому храму Знамения Пресвятой Богородицы. Освящение состоялось 6 августа 1906 года.[21]

Дети:

  • Александр Васильевич (18481908) — жил в Царском Селе в собственном особняке (арх. Данини).

Газеты писали в 1909 году:

После смерти известного миллионера Кокорева осталось огромное наследство, в числе которого находится в Царском Селе роскошный дворец необыкновенной ценности, как по оригинальности постройки, так и по внутренней обстановке. Так как содержание дома обходится очень дорого, а покупателя на него найти положительно невозможно, то наследники Кокорева решили разыграть этот дом со всей обстановкой в лотерею, устроив три миллиона билетов, ценою каждый билет по рублю. Говорят, что билеты раскупаются нарасхват, причем берут их не только десятками, но даже и тысячами, в надежде заполучить крупный выигрыш. — Петербургский Листок. 3 июля 1909 года.[22]

Доброе имя В. А. Кокорева захотел увековечить его сын. И потому летом 1911 г. Санкт-Петербургский женский медицинский институт получил от Кокоревых значительное пожертвование — родовую дачу (усадьбу) в Царском Селе с полной обстановкой. Пожертвование должно было пойти на устройство клиники по внутренним болезням им. В. А. Кокорева, отца дарителя. От продажи обстановки было выручено 300 тыс. руб., которые пошли на обустройство и оборудование клиники на 80 кроватей для больных. Проценты же с суммы, получаемой от продажи самой дачи (порядка 250 тыс. руб.), — на полное обеспечение клиники.
Но тем не менее, после смерти владельца дом очень долго пустовал. С начала Первой мировой войны в особняке был организован лазарет. На верхнем этаже устроены были раненые офицеры, в нижнем — с большими комнатами — нижние чины.[23][24]


Среди друзей В. А. Кокорева были Д. И. Менделеев, М. П. Погодин, С. И. Мамонтов.

До самой смерти Кокорев оставался старообрядцем поморского толка. Немало помогал единоверцам. Благодаря его заступничеству в 1886 г. в доме рубашечника Никифорова на Лиговке начал действовать новый поморский молитвенный дом.[28]

Умер 23 апреля 1889 года от сердечного приступа. Похоронен на Малоохтинском кладбище в Санкт-Петербурге. Когда его хоронили, поморцы в старорусском одеянии вынесли тело своего благодетеля из шикарного особняка и несли его дубовый гроб, сделанный без единого гвоздя, на полотенцах до самого кладбища.[29] Фамильное захоронение Кокоревых до сих пор сохранилось в восточном углу кладбища.[30]

Когда в 1906 г. был принят закон, позволявший беспрепятственно регистрировать старообрядческие общины, именно петербургские поморцы воспользовались им первыми в России. Не исключено, что это было связано с поддержкой зятя Кокорева, крупного чиновника В. П. Верховского. В августе 1906 г., в день Преображения, на Тверской улице была заложена пятиглавая церковь в новгородском стиле. Участок для неё пожертвовала вдова В. А. Кокорева, проект выполнил архитектор Д. А. Крыжановский. Храм был построен на пожертвования петербургских поморцев, причем львиную долю средств — четверть миллиона — внесла семья Кокоревых.[28]

На общественные поминки кто-то принес самодельные плакатики с цитатами из Библии: «Видел ли ты человека проворного в своем деле? Он будет стоять перед царями… (Прит. 22,29)» и «…Как хорошо слово во время! (Прит. 15,23)». Вместо речей в качестве своеобразного завещания прочитали отрывки из знаменитой книги Кокорева, одного из самых успешных деловых людей России, со странным названием «Экономические провалы»: «Пора государственной мысли перестать блуждать вне своей земли, пора прекратить поиски экономических основ за пределами Отечества, засорять насильными пересадками на родную почву; пора, давно пора возвратиться домой и познать в своих людях свою силу».[2]

Ссылки

Примечания

  1. 1 2 3 4 Дмитрий Румянцев. Русские миллионеры. Василий Кокорев
  2. 1 2 3 4 Александр Корин. Сказ о первом русском нефтепромышленнике.
  3. Менделеев Д. И. Заветные мысли. — М.: Мысль, 1995. — С. 388 — ISBN 5-244-00766-1
  4. 1 2 3 4 Жуковы Л. и О. Василий Кокорев — «кандидат в министры финансов»
  5. 1 2 Замоскворечье и купцы-благотворители
  6. М. Е. Салтыков-Щедрин. Сатиры в прозе.
  7. «Царёв сад»: сколько стоит «отмыть» стройку века
  8. Благотворительность в России.
  9. 1 2 3 Бурышкин П. А. Москва купеческая
  10. Невское время № 75(2198) 25 апреля 2000
  11. 1 2 Валерий Чумаков. Русский капитал. От Демидовых до Нобелей. — М.: ЭНАС, 2008. — ISBN 978-5-93196-811-7
  12. Малороссийские великороссы. Меценаты, купцы и ремесленники
  13. Киев. Владимирская горка
  14. Татьяна Панова. Судьба анонимной картины // Дикое поле, 2006, № 9
  15. Наталья Семёнова. Русский Рокфеллер // Артхроника
  16. Вече Твери
  17. Чудеса России
  18. Наталья Бондарева. Академическая дача
  19. .120-летие академической дачи имени И. Репина // Художник
  20. «Весь Петербург на 1905 г.»: Адресная и справочная книга г. С.-Петербурга.- [СПб] : Изд. А. С. Суворина, 1905.
  21. К 100-летию освящения Поморского храма Знамения Пресвятой Богородицы в Санкт-Петербурге
  22. Розыгрыш в лотерею миллионного дома. Петербургский Листок,1909 год
  23. Царское Село. Московская 55. Усадьба Кокорева
  24. Архитектор С. Данини. Фото особняка Кокорева сразу после постройки, 1902 год.
  25. Лизунов В. С. Минувшее проходит предо мною…
  26. Усадьба Мухалатка
  27. Боханов А. Деловая элита России. 1914.
  28. 1 2 История Малоохтинского кладбища // Л. Я. Лурье, А. В. Кобак. «Исторические кладбища Петербурга»
  29. кладбище
  30. Могилы Василия Александровича Кокорева, его матери, Прасковьи Васильевны, и сыновей — Алексея, Георгия и Ивана на Мало-Охтинском кладбище

См. также

Морозовский сад


Wikimedia Foundation. 2010.

Смотреть что такое "Кокорев, Василий Александрович" в других словарях:

  • Кокорев Василий Александрович — финансист (1817 1889). Происходил из мещан города Солигалича. Выучившись кое как читать и считать и помогая отцу, бывшему сидельцем в питейных домах, Кокорев приобрел опытность по винному делу. В конце 1840 х годов он перебрался в Петербург и… …   Биографический словарь

  • КОКОРЕВ Василий Александрович — (1817 89) российский предприниматель, меценат, публицист, почетный член АХ (1889). Разбогател на винных откупах. Вел торговлю с Персией. Основал первый нефтеперегонный завод в Баку, Волжско Камский банк; акционер железнодорожного и других обществ …   Большой Энциклопедический словарь

  • Кокорев Василий Александрович — (1817 1889), российский предприниматель, меценат, публицист, почётный член АХ (1889). Разбогател на винных откупах. Вёл торговлю с Персией. Основал первый нефтеперегонный завод в Баку, Волжско Камский банк; акционер железнодорожного и других… …   Энциклопедический словарь

  • Кокорев Василий Александрович — Василий Александрович Кокорев (23 апреля (5 мая) 1817, Солигалич 22 апреля (4 мая) 1889, Санкт Петербург) русский предприниматель и меценат, почётный член Академии художеств (1889). Разбогател на винных откупах («кокоревская водка» в русской… …   Википедия

  • Кокорев, Василий Александрович — (1817 1889) откупщик, происходил из мещан города Солигалича (Костромской губернии). Выучившись кое как читать и считать, К., помогая отцу, бывшему сидельцем в питейных домах, приобрел опытность по винному делу. В конце 40 х гг. он перебрался в… …   Большая биографическая энциклопедия

  • Кокорев Василий Александрович — (1817 1889) откупщик, происходил из мещан города Солигалича (Костромской губернии). Выучившись кое как читать и считать, К., помогая отцу, бывшему сидельцем в питейных домах, приобрел опытность по винному делу. В конце 40 х гг. он перебрался в… …   Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона

  • Кокорев, Василий Александрович — (1817 1889) откупщик, происходил из мещан города Солигалича (Костромской губернии). Выучившись кое как читать и считать, К., помогая отцу, бывшему сидельцем в питейных домах, приобрел опытность по винному делу. В конце 40 х гг. он перебрался в… …   Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона

  • Кокорев Василий Александрович — (1817 1889) выходец из мещан Костромской губернии, старообрядец; стал миллионером, разбогатев на винных откупах …   Словарь литературных типов

  • Василий Александрович Кокорев — (23 апреля (5 мая) 1817, Солигалич 22 апреля (4 мая) 1889, Санкт Петербург) русский предприниматель и меценат, почётный член Академии художеств (1889). Разбогател на винных откупах («кокоревская водка» в русской литературе XIX в. обозначает водку …   Википедия

  • Кокорев, Василий — Василий Александрович Кокорев (23 апреля (5 мая) 1817, Солигалич 22 апреля (4 мая) 1889, Санкт Петербург) русский предприниматель и меценат, почётный член Академии художеств (1889). Разбогател на винных откупах («кокоревская водка» в русской… …   Википедия

Книги

Другие книги по запросу «Кокорев, Василий Александрович» >>