Оде-де-Сион, Карл Осипович

Оде-де-Сион, Карл Осипович
Оде-де-Сион, Карл Осипович
Прозвище

Сион
Шевалье дю Форт де Cион

Дата рождения

23 августа 1758(1758-08-23)

Место рождения

Фаверж

Дата смерти

17 (5) января 1837(1837-01-05) (78 лет)

Место смерти

Санкт-Петербург

Принадлежность

Франция Королевство Франция
Chorągiew królewska króla Zygmunta III Wazy.svg Речь Посполитая
Flag of Prussia 1892-1918.svg Пруссия
Flag of Russia.svg Российская империя

Род войск

кавалерия, пехота

Годы службы

1779—1827

Звание

Генерал-майор (при выходе в отставку)

Часть

Régiment d’infanterie de Royal Deux-Ponts
Один из прусских гусарских полков
Один из полков Королевской армии Речи Посполитой
Елизаветградский конноегерский полк
Староингерманландский пехотный полк

Сражения/войны

Восстание Костюшко (1794)

Награды и премии
Орден Святого Георгия IV степени
Орден Святого Владимира IV степени
Орден «Pour le Mérite»
В отставке

военный пенсионер

Карл О́сипович Оде́-де-Сио́н (фр. Charles Audé de Sion, при рождении Шарль-Мари́-Жосе́ф-Жоаше́н Оде́, фр. Charles-Marie-Joseph-Joachim Audé, или кратко Шарль Оде́, 23 августа 1758, Фаверж, Савойское герцогство — 5 (17) января 1837, Санкт-Петербург, Российская Империя) — савойский авантюрист, монах-бенедектинец, офицер, военный педагог и видный масон. Доктор теологии, генерал-майор на русской службе, кавалер российских и иностранных орденов, помещик и основатель русского дворянского рода Оде-де-Сион.

За свою бурную биографию неоднократно cменял монашеский обет на воинскую присягу различным европейским суверенам, отличился в корпусе генерала-аншефа Игельстрёма, когда тот с боями прорывался из восставшей Варшавы в 1794 году, был доверенным лицом великого полководца А. В. Суворова и воспитатилем его сына Аркадия, 25 лет посвятил должности инспектора классов Пажеского корпуса Е. И. В., был мастером стула (фр. maître en chaire) в масонской ложей «Соединенные друзья» (фр. Les amis Réunis) в Санкт-Петербурге.
В монашестве носил имя Дом Жоашен (фр. Dom Joachim), в масонстве — прозвище Шевалье дю Форт де Cион (фр. Chevalier du Fort de Sion, Рыцарь твердыни Сиона), при поступлении на русскую службу принял имя Карл Осипович (или Иосифович) Оде-де-Сион, в частной переписке и некоторых официальных документах его российская фамилия встречается в сокращенной форме — Сион.
Вероисповедание — римско-католическое.

Содержание

Биография

Происхождение

Происходит из ветви савойской буржуазной семьи Оде, обосновавашейся в городе в Анси в 1628 году. Его предки были купцами и промышленниками, разбогатевшими на производстве и продаже оружия и железных изделий. В 1715 году им удалось приобрести патент городского нотариуса в Фаверж, и это исключительно выгодное занятие стало основным источником дохода для нескольких последующих поколений глав семейства. Несмотря на свою принадлежность к третьему сословию, простолюдинам, Оде были достаточно богаты и влиятельны, что бы постепенно нищающие дворянские дома охотно отдавали своих дочерей им в жены. Так его бабушка по отцу, Клодин Коше (фр. Claudine Cochet) была дочерью кастеляна Антуана Коше (фр. Antoine Cochet, 1663—?) и приходилась двоюродной племянницей ректору Сорбонны Жану Коше (фр. Jean Cochet, 1698—1771), известному математику и профессору философии.

Рождение, ранние годы

Согласно савойским источникам[1] Шарль-Мари-Жозеф-Жоашен Оде родился 23 августа 1758 года (в российских встречаются иные даты: по одним сведениям[2] — 12 августа 1753 год, а по другим[3]  — в 1761 годy) в Фаверже в собственном доме[4] нотариуса Жозефа-Филибера Оде. Его крестным отцом был благородный мессир Шарль-Жозеф-Жоашен Мийе (фр. Charles-Joseph-Joachim Millet), маркиз де Фаверж, а крестной матерью его сестра демуазель Мари-Клодин Мийе де Монту дю Барьо (фр. Marie-Claudine Millet de Monthoux du Barrioz). Он был восьмым из 16 (пятеро умерли в младенчестве) детей в семье .
Сведений о его детстве и отрочестве практически не сохранилось. Вероятнее всего, он их провёл в Фаверж и Анси, где у семейства также был собственный дом на улице Филатери (фр. Rue de la Filaterie). Он получил домашнее воспитание и образование, достаточно солидное, что бы позднее продемонстрировать незаурядные успехи в богословских науках.

Отец будущего генерала-майора русской армии, мэтр[5] Жосеф-Филибер Оде (фр. Joseph-Philibert Audé, 1715—1786), буржуа Анси, был последним представителем династии нотариусов Фаверж, и занимал эту должность до самой смерти. Мать демуазель Мари-Терез Фавр (фр. Marie-Thérèse Favre, ок. 1710—?) принадлежала знатному дворянскому роду и была родной сестрой Франсуа Фавр, маркиза де Тон (фр. François Favre marquis de Thônes).

Монах и солдат (1774—1783)

Не достигнув и 16 лет, 12 мая 1774 года был пострижен в монахи в бенедиктинском аббтстве Таллуар близ Анси, приняв имя Дом Жоашен. Произошло это по настоянию отца, который пытался, таким образом, сократить число наследников и избежать дробления семейного капитала: с одной стороны, монах формально терял право претендовать на долю в наследстве, а с другой, монашество считалось сытным и безбедным, а главное, приличным образом жизни для образованного человека, и даже открывало определённые перспективы карьерного роста в церковной иерархии. Подобная практика избавления от заботы о младших сыновьях, сохраняя внешние приличия, была широко распространена в богатых и многодетных семействах того времени[6]. Но, хотя тому имеется нотариальное свидетельство[1], в своём завещании от 12 ноября 1785 года Жозеф-Филибер Оде категорически отрицал причастность к пострижению сына:

Мне не в чем упрекнуть себя по отношению к религиозному обету, данному моим сыном Шарлем, никогда не принуждал, и даже не пытался склонить его к этому запугиванием, лестью, или какой-либо хитростью…

— Dr. Michel Francou «De Faverges à Saint-Pétersbourg»

Первый побег

Некоторое время юный новициат пребывал в Таллуар, а затем был отправлен на обучение в знаменитый итальянский монастырь Монтекассино[7]. Там он блестяще защитил диссертацию по теологии и получил степень доктора в 19 (!) лет.

В феврале 1777 года он внезапно бежал из аббатства, но вскоре одумался и вернулся. Этот побег сперва был расценён монастырским начальством, как отступничество, и на Дома Жоашена была возложена суровая и длительная епитимья. Однако позже, ввиду искреннего раскаяния и примерного поведения из Монтекассино в Рим было отправлено ходатайство о досрочном рукоположении его субдиаконом, на что и было получено разрешение 20 апреля 1778 года.

Второй побег

Между тем, он просился отпустить его в родные края, и эта просьба была удовлетворена — так и не дождавшись рукоположения, Дом Жоашен вернулся в Таллуар. Но здесь ему не удалось обрести духовный покой, поскольку в обители царила обстановка интриг и скандалов, вызванная противостоянием консервативного аббата Флорентина де Вю (фр. Florentin de Vieux) и фракции молодых монахов, возглавляемых суприором Домом Ансельмом Каффэ (фр. Dom Anselme Caffe), стремившихся к секуляризации монастырского уклада. Не выдержав накала противоречий, Дом Жоашен вновь бежал из монастыря верхом на лошади отца-настоятеля, воспользовавшись царившей в Анси в феврале 1779 года суетой традиционного карнавала.

После нескольких недель скитаний Шарль Оде оказался в городе Ландау. Не имея иных средств к существованию, он завербовался солдатом в расквартированный там Королевский пехотный полк Дю-Пон[8] (фр. Deux-Ponts, нем. Zweybrücken) под командованием полковника принца Христиана фон Цвайбрюккена. Доктора теологии в те времена были нечастым явлением среди солдат, поэтому ему удалось быстро обратить на себя внимание принца и даже завести с ним в дружеские отношения, несмотря на колоссальную разницу в сословном и служебном положении. Годом позже принц писал ему:

…Вы знаете, как много удовольствия мне доставляло Ваше присутствие в моем полку. Стоит ли сомневаться в том, внимании, которое я уделял всему, что касалось Вас…

Однако, несмотря на столь явное расположение командира, близкая перспектива оказаться в военной экспедиции за океаном[9], в сочетании с армейской дисциплиной, существенно более жёсткой, чем монашеское послушание, пошатнули его стремление к военной карьере.

Солдат Оде начал активно искать пути возвращения в обитель, что было весьма непросто, поскольку ему необходимо было в короткий срок добиться прощения отца-настоятеля Таллуар и согласия своего командира принца фон Цвайбрюккенана на отмену воинской присяги. Для такой деликатной задачи требовались посредники, и в этой ситуации впервые ярко проявился его талант авантюриста: быстро входить в доверие к мало знакомым, а подчас и вовсе посторонним, людям, чтобы добиваться от них активных действий, направленных на достижение его личных целей. Уже в мае 1779 года его приятель брат Луи (фр. Louis), монах-капуцин из Ландау, а также земляк и дальний знакомый его отца (с которы он сам ни разу не встречался), некий Роже (фр. Rogès), офицер гренадеров Эптингенского полка, расквартированного неподалёку в Висамбуре, начали переписку с аббатом Таллуар, убеждая его в необходимости вернуть Дома Жоашена в лоно церкви. В конце-концов, аббат Флорентин де Вю поддался на уговоры, написал принцу фон Цвайбрюккену, и в августе 1779 года солдат Оде получил отставку. Однако, для обратного путешествия требовались средства, и ему удалось втереться в доверие к своему земляку, некоему Пьеру Делилю, буржуа Ландау, который снабдил его деньгами в дорогу.

Третий побег

В начале осени 1779 года он вернулся в Таллуар, преодолев пешком около 500 км. Там Дом Жоашен покаялся перед аббатом и вновь был подвергнут суровой многомесячной ептимии. В аббатстве он оставался по меньшей мере до конца 1781 года, когда был упомянут в годовом отчёте налогового адвоката Таллуар, как добропорядочный и талантливый священнослужитель. Однако, такое умиротворение было лишь видимостью, поскольку ещё в октябре 1780 года Дом Жоашен вел переписку о намерении вернуться в армию со своим бывшим командиром принцем фон Цвайбрюккеном, находившемся уже к тому времени в составе французского экспедиционного корпуса в Северной Америке:

Если же нынешнее положение не устраивает Вас, друг мой, чтож, постарайтесь выйти из него с достоинством… Решать Вам, но если Вы настаиваете вернуться в мой полк, сделайте это… Я о Вас позабочусь… Но подумайте о том, что Вы делаете, испросите собственные вкусы, дабы не совершить деяние, себе во зло, которое потом будет приносить лишь бесконечные страдания…

— ответ полковника-принца Христиана фон Цвайбрюккена Дому Жоашену в Таллуар 22 октября 1780 года[1].

Почему-то Шарль Оде не воспользовался любезным приглашением принца и вновь бежал из монастыря, чтобы вступить в прусскую армию гусаром. К сожалению, точные мотивы побега и подробности его службы неизвестны.

Четвертый побег

Уже к концу 1782 года он вновь разочаровался в своем выборе. Измученный собственными метаниями, Шарль Оде в отчаянии решил искать героической смерти при Гибралтаре, который к тому времени вот уже несколько лет безуспешно осаждали испанцы и французы, неся при этом серьёзные потери.

Для этого зимой 178283 годов он самовольно оставил свой прусский полк и отправился в Данциг — ближайший порт, где вербовали и отправляли добровольцев в Испанию. Однако, к моменту его прибытия надобность в новобранцах отпала — активные боевые действия осаждавшими Гибралтар уже практически не велись[10]. И Шарль Оде вновь оказался в тяжелой ситуации: в холодной чужой стране, без знания местного языка и без средств к существованию. Он так же хорошо понимал, что обратной дороги нет, поскольку, в прусской армии за дезертирство его ждало суровое наказание. Однако, гусар Оде не растерялся: он обратился на латыни к первому встречному священнику в Данциге, крайне изумив последнего, покаялся и убедил его написать рекомендательное письмо в бенедиктинский монастырь в Люблине и помочь ему добраться туда (около 500 км).

Конец монашества

Уже 27 января 1783 года Флорентин де Вю, бывший отец-настоятель Дома Жоашена в Таллуар, получил из Люблина его покаянное письмо с изложением всех обстоятельств и просьбой разрешить ему проживание в Люблинской обители, а также посвящение в духовный сан, когда местный аббат Дом Станислас Киежковский (польск. Stanisłas Kieszkowski), сочтет его достойным. 20 марта аббат де Вю ответил согласием на проживание Дома Жоашена в Люблине, однако, категорически отказал ему в скором рукоположении. Это окончательно сломило стремление Шарля Оде к карьере священника, и вскоре он покинул монастырь навсегда[11].

Офицер Королевской армии Речи Посполитой (1783—1790)

Расставшись с монашеством, вступил офицером в Королевскую армию Речи Посполитой.

14 июня 1786 года скончался его отец Жозеф-Филибер Оде, общий размер сотояния которого, превышал 40 000 ливров[12][13]. Весной 1787 года Шарль Оде получил отпуск со службы, и поспешил в Савойю, где 2 апреля в доме семейства Оде по улице Филатери в Анси, в присутствии всех наследников было оглашено отцовское завещание, доля в котором причиталась и ему. Однако, остальные наследники — братья Мишель и Франсуа Оде, не желая возвращения Шарля в семью, настояли, что бы он продал им свою долю за 6 000 ливров с обязательством навсегда отказаться от каких-либо претензий[14]. Этот его визит в Савойю и встреча с родными стали последними.

Вернувшись из Анси, он продолжал служить Польской Короне. В 1790 году Шарль Оде женился на Каролине-Софии фон Зиберт (нем. Caroline-Sophie von Ziebert, 5 декабря 1771 — 30 ноября (12 декабря) 1830) родом из Бреслау. За ней в приданое он получил имение в Варшаве. Брак оказался вполне счастливым — супруги практически не расставались до конца жизни.

Тревожные международные события тех лет: Великая французская революция, заключение Польско-прусского договора в 1790 году, а также сложная внутриполитическая ситуация в Польше накануне принятия Конституции 3 мая 1791 года, подтолкнули главу молодой семьи к поиску более стабильного и успешного суверена. И Шарль Оде снова оказался в Прусской королевской армии в чине капитана. Однако, близкая перспектива воевать против бывших соотечественников, а также опасения, что теперь, рано или поздно, всплывет дело о его дезертирстве в 1782 году, подтолкнули Шарля Оде перейти на российскую службу.

Российский подданный

1 января (12 января) 1791 года был принят штаб-офицером в Елисаветградский конноегерский полк Русской императорской армии, сохранив за собой чин капитана. Приняв российское подданство, буржуа Шарль Оде сменил имя на Карл Иосифович (позднее стал именоваться Карлом Осиповичем), объявил себя савойским дворянином и добавил к фамилии Оде приставку «де Сион» (фр. de Sion), чтобы придать ей более аристократическое звучание, а также оградить себя от возможных расспросов о давнем проступке прусского гусара Оде. Его супруга также приняла русское подданство под именем Каролина Ивановна Оде-де-Сион.

Русско-польская война и Второй раздел Речи Посполитой (1792—1793)

Сведений о его непосредственном участии в русско-польской войне 1792 года не сохранилось, хотя Елисаветградский конноегерский полк, в котором он служил, в составе Молдавской армии генерала-майора М. В. Каховского прошел через Подолию и Волынь до Варшавы и принимал участие в крупнейших сраженияхи этой кампании, таких, как бой при Остроге (на Волыни), а в битве под Дубенкой отличился особо:

« Последнее было дело той армии под Дубенкой, где Костюшко взял хорошую позицию между болотистыми дефилеями, укрепив оные флешами. Поляки защищались храбро; решил дело полковник Паленбах с Елисаветградским конноегерским полком; он овладел сими укреплениями, но сам был убит. После сего вся армия безостановочно шла к Варшаве.
Энгельгардт Л. Н. «Записки»
»

По окончании боевых действий в июле 1792 года и подписании Россией и Пруссией Конвенции о втором разделе Польши, 13 января (23 января) 1793 года генерала-майора Каховского сменил новый главнокомадующий русскими войсками в Польше генерал-аншеф барон О. А. Игельстром. А капитан Оде-де-Сион был назначен офицером по особым поручениям при его штаб-квартире в Варшаве, где и поселился в собственном имении вместе с супругой.

Варшавская заутреня и третий раздел Речи Посполитой (1794)

Когда 6 апреля (17 апреля) 1794 года началась Варшавская заутреня, он спрятал Каролину Ивановну, бывшую на крайнем сроке беременности, у знакомых лояльно настроенных поляков. А сам, бросив имение на разграбление восставшим, присоединился к остаткам русского гарнизона, который в течение 2-х дней удерживал штаб-квартиру главнокомандующего барона Игельстрёма на Медовой улице под натиском неприятеля.
На третий день, когда защитников резиденции осталось около 400 человек при 4-х пушках, и подошли к концу боеприпасы, было принято решение пробиваться из охваченного восстанием и мародерством города[15]. Генералу-аншефу Игельстрёму удалось, чудом избежав смерти, вывести из Варшавы на соединение с союзными прусскими войсками лишь около 250 боеспособных солдат и офицеров[16], в числе которых был и капитан Оде-де-Сион.

В лагере прусского короля Фридриха Вильгельма II ему посчастливилось познакомиться с принцем К. Г. Нассау-Зиген, знаменитым авантюристом, дипломатом и адмиралом русского гребного флота. Принц, которого король ценил весьма высоко, был направлен в его свиту лично Екатериной II с секретной миссией, целью которой являлись координация военных действий между союзными войсками, а также негласный сбор сведений о ходе кампании и не слишком надежном союзнике России[17]. Капитан Оде-де-Сион не упустил шанс понравиться принцу, которому опытный русский офицер иностранного происхождения, близко знакомый с польскими и прусскими военными порядками, пришелся весьма к стати. Он охотно «последовал» принцу, выполняя различные поручения связанные с его деликатной миссией, при Главной квартире королевской прусской армии.

24 июля (4 августа) 1794 года Фридрих Вильгельм II, получив в подкрепление русский корпус генерала от инфантерии И. Е. Ферзена, в составе которого находился и Елисаветградский конноегерский полк, начал осаду Варшавы с левого берега Вислы. Но уже 2 сентября (13 сентября), так и не добившись успеха, был вынужден снять ее и отойти к своим границам, поскольку в тылу у него, началось восстание в прусской Польше. Пруссия, тем самым, фактически вышлы из войны. Для продолжения своей миссии принц Нассау-Зиген должен был последовать за королем, однако капитан Оде-де-Сион предпочел остаться со своим полком.

14 октября (25 октября) корпус генерала от инфантерии И. Е. Ферзена присоединился к армии генерала-аншефа А. В. Суворова, которая 24 октября (4 ноября) взяла стремительным штурмом Прагу, укрепленное предместье Варшавы, фактически положив этой победой конец военным действиям, приведшим к третьему разделу Речи Посполитой.

27 октября (7 ноября) русские войска заняли Варшаву, и капитану Оде-де-Сиону наконец довелось вновь обрести семью и увидеть новорожденного сына Карла Карловича, появившегося на свет ещё 15 апреля (26 апреля) 1794 года, в самой гуще варшавских событий.

Военные и дипломатические заслуги капитана Оде-де-Сиона во время событий второго и третьего разделов Польши были по достоинству оценены союзниками: 28 февраля (11 марта) 1795 года он был награжден[18] высшим военным прусским орденом Pour le Mérite (фр. За заслуги), а 28 июля (8 августа) 1795 года произведен в майоры[3].

Доверенное лицо графа Суворова-Рымникского (1796—1798)

Одним из его товарищей по оружию во время «Варшавской заутрени» был генерал-майор граф Н. А. Зубов, брат светлейшего князя П. А. Зубова, последнего фаворита Екатерины II, — вместе они защищали штаб-квартиру главнокомандующего и пробивались c остатками русского гарнизона, через восставший город. Сближение при столь драматических обстоятельствах с пердставителем могущественного клана Зубовых не раз потом сослужило капитану Оде-де-Сиону добрую услугу.
Так в феврале 1795 года, вскоре после окончания военных действий, граф Зубов женился на Н. А. Суворовой, дочери великого полководца фельдмаршала графа А. В. Суворова. А вскоре после этого, не без помощи своего всесильного брата, помог майору Оде-де-Сиону с назначением в штаб-офицеры своему именитому тестю[19].

Начало педагогической карьеры

В начале 1796 года стал воспитателем Аркадия Суврова — одинадцатилетнего сына фельдмаршала, который прежде проживал в Москве с матерью, княжной Варварой Ивановной (в девичестве Прозоровской). Сам великий полководец еще за несколько месяцев до его рождения навсегда покинул супругу, подозревая ее в измене[20], и не признавал себя отцом этого ребенка.
Тем не менее, в конце 1795 года Императрица, желая облагодетельствовать своего победоносного фельдмаршала, призвала мальчика ко двору и пожаловала в камер-юнкеры к великому князю Константину Павловичу. Теперь полководцу, жизнь которого, проходила в походах и дальних гарнизонах, ни чего не оставалось, как с благодарностью принять этот знак монаршего благоволения и связанные с отцовством хлопоты. Поэтому, сразу по прибытии сына в Санкт-Петербург, он поселил Аркадия у его старшей сестры — графини Зубовой, и постарался подобрать ему в наставники надежного боевого офицера, образованного, благонравного и, главное — носителя французского языка[19]. Выбор фельдмаршала, вероятно, не без подсказки Зубовых, пал на офицера собственного штаба — майора К. О. Оде-де-Сиона.

После отъезда в марте 1796 года фельдмаршала в войска, граф Зубов, регулярно докладывая тестю о том, как проходят занятия его сына, писал, между прочим:

« Сион, со своей стороны, довольно попечителен и, не притупляя в нем врожденного живого характера, преподает ему добрые правила; по желанию брата, князя Платона, Аркадий нередко у него бывает и, одним словом, много предвещает доброго. »

В ноябре 1796 года Суворов заметил в письме зятю, что занятиями своего сына «весьма доволен»[19].

Помещик Оде-де-Сион

3 декабря (14 декабря) 1796 года, Вскоре после смерти Екатерины II и восшествия на престол Павла I, майор Оде-де-Сион по просьбе фельдмаршала А. В. Суворова уволился с военной службы, а 22 апреля (3 мая) 1797 года в качестве компенсации за это получил в дар деревню. Так дальновидный полководец, предвосхищая свою неизбежную опалу, пытался увести из поля зрения новых властей наиболее опасных потенциальных свидетелей обвинения — офицеров своего штаба, обещая каждому вольную и сытную жизнь в Кобринском ключе и по 25—100 крепостных крестьян, с землей и угодьями в вечное владение[19].
А обвинения против него, при новом Императоре, «задавшимся мыслию — уничтожить с корнем злоупотребления предшествовавшего царствования»[19], могли быть (и от части были) выдвинуты весьма серьезные: с одной стороны, фельдмаршал Суворов фактически уклонялся от выполнения приказов о реформировании подчиненных ему войск по новому «прусскому» образцу, открыто и резко критикуя его, а, с другой стороны, как и большинство деятелей екатерининской эпохи, отнюдь не брезговал использовать своих подчиненных в личных целях, чему имелось множество примеров[21], да и состояние финансовой отчетности его армейской казны было далеким от идеала[19], хотя, сам о себе он замечал: «я не денежник, счет в них мало знаю, кроме казенных…»

Предложение фельдмаршала было принято единодушно, и к марту 1797 года граф А. В. Суворов (который 6 февраля (17 февраля) был отправлен в отставку с лишением всех воинских званий) и 18 его бывших сослуживцев, включая майора Оде-де-Сиона, собрались в Кобринском ключе. И, хотя, гражданский статус, последовавших за графом, отставных офицеров оставался весьма шатким — у них не было иных документов, кроме временных паспортов, выписанных при увольнении, он не спешил укрепить их положение и ни каких бумаг, подтверждающих выделение обещанных деревень не выдавал[19].

Тем временем, Павел I, сразу после коронации, которая состоялась 5 апреля (16 апреля) 1797 года, получил через своего преданного сторонника фельдмаршала князя Н. В. Репнина донос генерала-лейтенанта М. П. Румянцева (сына фельдмаршала П. А. Румянцева-Задунайского), о том, что граф Суворов «волнует умы и готовит бунт». Генерал Румянцев пытался выместить, таким образом, какую-то личную обиду на своего бывшего командира, а, князь, давний недруг и завистник графа, не упустил случая разделаться с соперником, а заодно отблагодарить императора за многочисленные милости[22].
Павел I, и сам имевший успешный опыт создания личной армии в Гатчине, сразу оценил всю серьезность ситуации. Действительно, обиженный им популярный полководец, побеждавший всегда «не числом, а умением», в окружении преданных боевых офицеров удаляется с неясными намерениям в свое богатое имение, расположенное вблизи западных границ, на только что завоеванной польской территории[23]. В нем числится более 8 000 крепостных крестьян — потенциальных рекрутов. Очевидно, что поставить их под ружье и обучить, превратив в небольшое, но эффективное воинство, для бывшего фельдмаршала не составит большого труда. Далее, взбунтовать окрестную шляхту (в большинстве своем, потомственных военных), не забывшую еще своих вольностей и горевшую жаждой мести за недавние унижения Польши, встав со своим отрядом в авангарде вооруженного мятежа, было бы еще проще. И хотя, как выяснилось позднее, угроза эта, скорее всего, не имела под собой реальных оснований, реакция властей последовала незамедлительно — 22 апреля (3 мая), всего через 17 дней после доноса генерала Румянцева, граф Суворов был увезен из Кобринского ключа в родовое село Кончанское под строгий надзор местного городничего.

Отъезд графа состоялся с такой поспешностью, что ему даже не дали как следует собраться и забрать с собой наградные бриллианты и другие ценности. Однако, бывшим соратникам удалось в последний момент подписать у него бумаги, закрепляющие за ними «пожизненное владение» обещанными землями и крепостными крестьянами. Впрочем, почти все дарованные деревни оказались так плохи, что новые владельцы постоянно жаловались графу и просили об их замене. Так отставной майор Оде-де-Сион трижды писал ему об этом в Кончанское[19]. В то же время, слух о подобных щедростях вызвал появление всевозможных проходимцев, доискивавшихся графских милостей, весьма докучавших ему своими требованиями. Все это заставило графа А. В. Суворова пожалеть о своем решении и даже начать тяжбу по возвращению подаренных деревень, закончившуюся, впрочем, почти безрезультатно.[19]. 18 января (29 января) 1799 года он сокрушался в письме светлейшему князю П. В. Лопухину:

« Я только военный человек, иных дарованиев чужд. В краткую мою бытность в Кобрине, тогда разные отставные штаб и обер-офицеры выманили там у меня деревни! И я родил неблагодарных… »

Так сын савойского буржуа, бывший монах-бенедектинец стал русским помещиком, а род его был внесен в Родословную книгу Дворянского Депутатского собрания Псковской губернии, где к 1838 году Оде-де-Сионы владели уже 75 крестьянами в Великолуцком, Холмском и Торопецком уездах[24]. Единственное упоминание об их хозяствовании на этих землях встречается в письме Карла Осиповича от 14 августа (25 августа) 1826 года своему племяннику Бенуа-Жаку Оде (фр. Benoit-Jacques Audé) в Савойю[1]:

…урожай был настолько плох, что я вынужден кормить крестьян вместо того, чтобы самому получить хоть что-то…

Временный управляющий Кобринским ключом

Сразу же после отъезда графа Суворова в Кончанское, вернулся из Кобринского ключа в Санкт-Петербург к своему воспитаннику, благодаря чему счастливо избежал серьёзных неприятностей, которые произошли с его товарищами, оставшимися в имении — 20 мая (31 мая) 1787 года все они были арестованы, перевезены в Киев, посажены в крепость и подвергнуты дознанию, которое, впрочем, показало, что они ничего не знают и никаких особенных намерений, не имеют. Поэтому, через 2 месяца большинство из них было отпущено и многие вернулось в Кобринский ключ.

Тем временем, правительство дало ход множеству, лежавших ранее «под сукном», исковых дел против графа Суворова, как от гражданских лиц, так и по службе. Всего претензий накопилось более чем на 100 000 рублей и сумма их продолжала расти, по мере открытия новых обстоятельств, кроме того, у графа имелись существенные финансовые обязательства перед родственниками и знакомыми. В то же время доходы графа составляли лишь 40 000 рублей в год[19] и продолжали неуклонно падать, хотя, некогда один только Кобринский ключ приносил до 50 000 рублей годовых. Граф Суворов подозревал в лихоимстве главного управляющего имения — своего старого сослуживца подполковника П. Г. Корицкого. Но, поскольку, в ссылке переписка его прелюстрировалась, а визитеры допускались исключительно редко, не имел возможности ни выяснить состояние дел, ни повлиять на них[25]. Кроме того, существенную лепту в разорение вносили живущие без дела в Кобринским ключе отставные офицеры, проводившие время на широкую ногу, пируя в усадьбе, или охотясь в хозяйских угодьях. Единственный ликвидный актив графа — наградные бриллианты[26] на сумму более 300 000 рублей так же находился под угрозой, поскольку остался в руках подполковника Корицкого.

14 июля (25 июля) того же, 1797 года графиня Зубова, выхлопотав у Государя разрешение, приехала навестить отца в ссылке вместе с Аркадием и «воспитателем брата — майором Сионом и его женой»[19]. А уже 20 июля (31 июля) граф Суворов, освободил майора Оде-де-Сиона от обязанностей воспитателя и, под предлогом необходимости привезти бриллианты, отправил в Кобринский ключ с поручением все подробно выяснить, навести порядок и назначить нового главного управляющего. Узнав 28 августа (8 сентября) об этой командировке, Павел I наложил на донесение резолюцию[27]:

« Сиону быть при графе Суворове, яко воспитателю его сына, не возбранять, но другим никому к графу приезд не дозволять »

По прибытии в Кобринский ключ, он, прежде всего, отправил графские бриллианты c Тимофем Красовским, шляхтичем, служившим в имении юрист-консультом и адвокатом[28], тот благополучно прибыл с ними в Кончанское 21 сентября (1 октября). К остальным же поручениям графа отнесся довольно небрежно, поскольку был совершенно не в восторге от этого назначения: расставаться на неопределенный срок с семьей[29], столичной жизнью и не слишком обременительными обязанностями воспитателя ради хлопот и склок вокруг имения престарелого опального полководца, известного своими чудачествами, в его планы не входило. Однако, не смея прямо отказать своему благодетелю, он решил провести время в командировке с наибольшим удовольствием и наименьшим обременением для себя. Поэтому, за почти полгода его управления в делах имения какого-либо исправления замечено не было. Зато, проживавшие в Кобрине бывшие сослуживцы, не упускали случая донести Суворову, на нового управляющего о том, что он частенько собирает застолья по 130 человек окрестной шляхты, не имеет никакого понятия о ведении хозяйства и подозревается в намерении сбежать за границу со всей кассой имения[19].

Как бы нелепо ни звучали подобные обвинения, но, когда в январе 1798 года К. О. Оде-де-Сион выехал из Кобринского ключа на доклад к графу Суворову в Кончанское, за ним остался долг 500 рублей и опустошенный погреб, где хранились вина на сумму 300 рублей[19]. По прибытии, он течение нескольких дней докладывал графу Суворову о состоянии дел в имении. Тот, убедившись в своей ошибке, 6 февраля (17 февраля) вернул его в Санкт-Петербург к обязанностям воспитателя, окончательно утвердив Тимофея Красовского в должности главного управляющего Кобринским ключом.

Разрыв с графом Суворовым

Будучи весьма небреженым в вопросах финансов, он и после возвращения к своему воспитаннику, то и дело умудрялся выходить за рамки оговоренного бюджета в то время, как пребывающий в стесненных финансовых обстоятельствах, граф А. В. Суворов был вынужден урезать и без того скромное содержание Аркадия с 2 500 до 2 000 рублей в год. Он часто жаловался в письмах из Кончанского своему родственнику и другу графу Д. И. Хвостову на воспитателя своего сына, называя последнего «гайдамаком»[19].

Зимой 1798 года семейство графа и графини Зубовых, в котором проживал Аркадий, вынуждено было переехать в Москву. Граф А. В. Суворов написал графу Хвостову с просьбой приютить сына у себя в Санкт-Петербурге, но письмо из Кончанского пришло слишком поздно. К. О. Оде-де-Сион успел, к большому неудовольствию опального полководца, снять за его счет квартиру, в которой послелился вместе с воспианником и всей своей семьей. Он предполагал начать с Аркадием, которому уже исполнилось 14 лет, визиты, с целью преподать ему наглядное представление о светских устоях и нравах, а также завязать полезные знакомства, но отец категорически не одобрли и этого:

« Сие письмо Карда Осиповича Сиона оказует его похвальную благовидность: но несходно с российскими обычиями, особливо моими… Аркадию потребны непорочные нравы, а не визиты и контр-визиты; не обращение с младоумными, где оные терпят кораблекрушение…
граф А. В. Суворов — графу Д. И. Хвостову 29 октября (9 ноября) 1798 года
»

Вскоре он прислал очередной счет, который, показался графу Суворову «разбойничьим» — не помогло даже затупничество графа Н. А. Зубова, и ему пришлось окончательно расстаться со своим воспитанником.

Продолжение педагогической карьеры

Не слишком блестящее завершение карьеры воспитателя Аркадия Суворова поначалу пагубно отразилось на его профессиональной репутации, некоторое время после этого он не занимал каких-либо официальных должностей. Покровительствовавшие ему Зубовы при Павле I утратили былое влияние, были удалены из Санкт-Петербурга и ни чем не могли ему помочь.

Но в ноябре 1800 года генерал от инфантерии светлейший князь П. А. Зубов был возвращен ко двору и назначен директором 1-го Кадетского корпуса. 25 февраля (9 марта) 1801 года князь стал шефом корпуса, а его директором — служивший там же инспектором классов[30] генерал-майор Ф. И. Клингер, весьма известный на Западе саксонский литератор Фридрих Максимилиан фон Клингер, перешедший в российское подданство еще при Екатерине II.

Вскоре после убийства Павла I , в котором участвовали и сам светлейший князь, и его брат граф Н. А. Зубов, они до некоторой степни вернули себе былое влияние при дворе и вспомнили своего давнего протеже. 29 марта (10 апреля) 1801 года высочайшим приказом по Елисаветградскому гусарскому полку, отданном в присутствии нового императора Александра I, отставной майор Оде-де-Сион был восстановлен по службе и определен учителем в подшефный князю Зубову Кадетский корпус.

Инспектор классов Пажеского корпуса (1802—1827)

В самом начале своего царствования Александр I задумал реформировать Пажеский корпус с целью превратить его в элитное учебное заведение, дающее своим воспитанникам первоклассное военное образование, достойное придворной и (в будущем) гвардейской службы. Опытному педагогу-практику генералу-майору Ф. И. Клингеру было поручено разработать новое «Положение» о корпусе совместно с его шефом графом Н. П. Шереметьевым. В начале сентября 1802 года «Положение» было представлено государю, а 10 октября (22 октября) 1802 года императорским рескриптом было введено в действие и 13 октября (25 октября) зачитано пажам в здании Корпуса на набережной Фонтанки:

Пажеский корпус есть училище для образования нравов и характера, в котором имеют быть преподаваемые нужные офицеру познания. Корпус есть такое совокупное воинское установление, где благородное юношество через воспитание придет к воинской службе. Готовить дворян к офицерскому званию и средство для этого — дисциплина и нужные офицеру познания для удовлетворения требованиям военного искусства. Дисциплину вперять по заветам Суворова — показом.

— «Положение о Пажеском Его Императорского Величества корпусе»

Несмотря на то, что майор Оде-де-Сион к тому времени прослужил в Кадетском корпусе учителем только год с небольшим, ему удалось зарекомендовать себя достаточно основательно, чтобы генерал-майор Ф. И. Клингер счел возможным предложить свому подчиненному более высокую и ответствунную должность инспектора классов в Пажеском корпусе, реформира которого была поручена ему . 22 октября (3 ноября) 1802 года он приступил к новым обязанностям, предварительно, 19 августа (31 августа) того же года передясь из Елисаветградского гусарского полка в Староингермландский мушкетерский полк.

В круг его обязанностей входили на новой должности: заведование учебной частью, управление преподавательскими кадрами, составление учебной программы, контроль успеваемости учеников. Тогда же в 1802 году в Пажеский корпус был зачислен его сын Карл Карлович, который он закончил в 1811 году.

Путь в масонстве (1786—1822)

Впервые его пути пересеклись с масонством во время последнего визита в Савойю в 1786 году. Именно там в Анси он вступил в ложу «Тройной наугольник» (фр. La Triple Equerre) и получил прозвище «Рыцарь твердыни Сиона» (фр. Chevalier du Fort de Sion). Следует заметить, что с 1738 года в католическом мире действовал интердикт масонству, объявленный Папой Климентом XII, что означало автоматическое отлучение католиков от церкви в случае вступления их в масонскую ложу. Таким образом, учитывая, что в ходе этой поездки он фактически был изгнан из семьи, данный поступок со стороны бывшего монаха-бенедектинца следует трактовать, как окончательный разрыв с прежней жизнью и ценностями.

В ложе «Тройной наугольник» в Анси офицер на службе польского короля Шарль Оде числился в качестве «отсутсвующего члена» по меньшей мере до 1791 года. Каких либо сведений о его связях с масонством в течение последующих 11 лет не сохранилось. Впрочем это и не удивительно, поскольку в России, чье подданство тогда он принял, после бурного расцвета масонских лож в предшествующие годы, власти по прямому указанию Екатерины II стали активно преследовать масонов: деятельность лож была запрещена, некоторые оказались в заточении, многие были сосланы или находились под надзором. При Павле I репрессии в отношении масонов прекратились, многие из них были помилованны. Однако запрет на их открытую деятельность император оставил в силе, а кроме того майор Оде-де-Сион тогда уже служил у графа Суворова, известного своим резко критическим отношением к масонству. Таким образом, афишировать свою принадлежность к братству в те годы новоиспеченному русскому подданному было бы весьма неосмотрительно.

В 1802 году Санкт-Петербурге генерал-лейтенант граф А. А. Жеребцов (, сын графини О. А. Жеребцовой (дев. Зубовой), сестры упомянутых выше братьев Зубовых, создал масонскую ложу «Соединенных друзей» (а по некоторым свидетелем был одним из основателей).

Конец жизни, смерть

(Описание последних лет. Дата, место, если есть данные — причина смерти. Обстоятельства похорон, место захоронения.)

Достижения

Владение языками

  • Французский язык — родной
  • Латинский язык — свободно[1]
  • Немецкий язык — свободно
  • Польский язык — (предположительно) разговорный и письменный
  • Русский язык — разговорный и письменный. В статье «Русского биографического словаря»[2] о нем утверждается, что при назначении в 1802 году в Пажеский корпус, несмотря на 11 летнюю русскую службу, он «вступил в отправление должности, будучи совершенно не знаком с русским языком, и даже рапорты начальству писал на французском языке», однако из его Формулярного списка, составленного в 1817 году[3] следует, что «по-российски, по-немецки и по-французски читать и писать умеет».

Оценки

…во все время, в которое он последовал ему, принцу Нассау-Зиген, к прусской армии, при отличном поведении оказывал крайнюю старательность, рвение и точность во всех на него возложенных должностях

— принц К. Г. Нассау-Зиген «Аттестат в Военную коллегию» от 10 сентября (21 сентября) 1794 года[3].

…находясь во все времена командования его, барон Игельстрома, войсками в Польше и Литве при Главной его квартире у особо порученной ему по делам службы должности, вел себя так, как доброму и исправному офицеру надлежит, и в случившееся там прошлого 794-го года возмущение оказывал особую храбрость и решительность к службе, вышед из Варшавы потерял все свое имение, доставшееся в руки мятежников

— барон А. О. Игельстрём «Аттестат в Военную коллегию» от 3 декабря (14 декабря) 1795 года[3].

Библиография

Dr. Michel Francou De Faverges à Saint-Pétersbourg // Revue savoisienne / Aimé Constantin. — Annecy, France: Académie florimontane, 1988. — Vol. 128-130. — P. 55-67.

Marie-Christine Bailly-Maître, Alain Ploquin, Nadège Garioud Histoire de la Savoie // Le fer dans les Alpes du moyen-âge au XIXe siècle: actes du colloque international de Saint-Georges-d'Hurtières, 22-25 octobre 1998. — France: M. Mergoil, 2001. — Vol. 4 of Temps modernes. — P. 55-67. — ISBN 2907303481, 9782907303484

Karl Friedrich Hildebrand, Christian Zweng Die Ritter des Ordens Pour le mérite. — Biblio, 1998. — Vol. 1. — P. 171. — 601 p. — ISBN 3764824735, 9783764824730

Энгельгардт Л. Н. Записки Льва Николаевича Энгельгардта. — Москва: Русский Архив, 1868. — P. 238.

Петрушевский А. Ф. Генералиссимус князь Суворов.. — СПб.: Русская симфония, 2005. — 720 p.

Мартьянов П. Суворов в ссылке. // Исторический Вестник, октябрь 1884 г.. — 1884. — Vol. XVIII. — P. 144—161.

Канцлер князь Александр Андреевич Безбородко в связи с событиями его времени. Том 2 // Сборник Императорского Русского Исторического Общества / Председатель Общества, Сенатор А. А. Поленцов. — СПб: Императорское Русское Историческое Общество, 1881. — Vol. 29. — P. 257, 286. — 736 p.

Хазин О. А. Пажи, кадеты, юнкера: исторический очерк // Библиотека Российского Офицера. — Москва: Социально-политическая мысль, 2002. — 162 p. — ISBN 5902168058, 9785902168058

Примечания

  1. 1 2 3 4 5 Dr. Michel Francou, 1988
  2. 1 2 Русский биографический словарь, т. 12 — СПб., 1905, с. 109—111
  3. 1 2 3 4 5 РГВИА, ф. 318, оп. 1, д. 9713, лл. 21 об.-23
  4. Владение № 1163 по улице rue Tendante du Couchant (ныне владение № 2377 по улице Виктора Гюго, фр. rue Victor Hugo) сохранилось до наших дней, хотя в 1783 году находилось в эпицентре большого пожара (см. статью: Incendie de la Rue tendante du Couchant, Bernard Marie Pajani)
  5. Когда в семье буржуа рождался первый ребёнок от супруги дворянского происхождения, отец-простолюдин получал право на почтительное обращение «мэтр» (фр. Maître).
  6. К примеру, аналогичная судьба постигла в 1745 году дядю Шарля Оде — Жана-Франсуа Оде (фр. Jean-François Audé, 1727—?), который в 18 лет был пострижен в том же самом аббатстве под именем Дом Феофил(фр. Dom Théophile) и служившего там в сане диакона.
    Таким же образом, позднее младший брат Шарля, Мишель Оде (фр. Michel Audé, 1764—1840) был отправлен изучать теологию в коллеж Святого Николая д’Анси в Авиньоне, и стал затем пастором в Пренжи.
  7. В 16721675 годах по соглашению между герцогом Савойским Шарлем-Эммануэлем и Папой Клементом X был заключён монастырский союз Таллуар и Монтекассино.
  8. У М. Франкоу этот полк именуется «Эльзасcкий» (фр. Régiment d'Alsace), что ошибочно, поскольку, такое наименование официально относилось к другому подразделению.
  9. Годом позже Королевский пехотный полк Дю-Пон вошёл в состав экспедиционного корпуса генерала-лейтенанта де Рошамбо, направленного французским правительством в поддержку американских войск Дж. Вашингтона против англичан в Войне за независимость США. Там полк отличился во многих сражениях, включая финальный эпизод войны — осаду Йорктауна в 1781 году. Hа момент появления солдата Оде весной 1779 года, в полку уже шла активная подготовка к экспедиции.
  10. 13 сентября 1782 года испанцы и французы с большими потерями провалили генеральный штурма Гибралтара. В октябре 1782 года англичане прорвали морскую блокаду крепости, а 7 февраля 1783 года осада и вовсе была снята.
  11. Официально освобожден от монашеского обета Шарль Оде был только 13 июня 1785 года Буллой Апостольской пенитенциарии, легализованной 16 июня 1785 года магистром Гуровским, епископом Гнезно.
  12. Voir A.S., B 04032 (1771) (Références sus-dites)
  13. Эту сумму на 2012 год можно оценить приблизительно в 770 000 Евро, поскольку к 1790 г. один ливр составлял около 1/18 фунта серебра, а текущая цена за тройскую унцию металла составляет около 26 Евро.
  14. Tab. Annecy 1787 f° 117 2e livre.
  15. Энгельгардт Л. Н., 1868
  16. В целом, во время Варшавского мятежа из 8 000 расквартированного в Варшаве русского войска, было убито, по разным оценкам, от 2 000 до 4 000 военнослужащих и членов их семей.
  17. Сборник ИРИО. Tом 29, 1881
  18. Hildebrand-Zweng, 1998
  19. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 Петрушевский А.Ф., 2005
  20. Впрочем, этот брак, несмотря на все усилия полководца, так и не был официально расторгнут Синодом по причине отсутствия свидетелей и «иных крепких доводов».
  21. Начиная с использования младших офицеров в качестве курьеров для частной почты, или майора К. О. Оде-де-Сиона в качестве воспитателя, и заканчивая личностью подполковника П. Г. Корицкого, который, по свидетельству А. Ф. Петрушевского, числясь адъютантом, ни разу не принимал участия в боевых походах, но в действительности многие годы заправлял обширным хозяйством полководца и его родственников, в том числе и самым крупным его имением Кобринский ключ. При этом, они продолжали получать полное казенное довольствие, соответствующее воинскому чину и должности каждого.
  22. Данный эпизод подробно описан в воспоминаниях графини В. Н. Головиной.
  23. Кобринский ключ был лишь в 1795 году был присоединен к Российской Империи в результате кровопролитной войны и Третьего раздела Польши и подарен Екатериной II фельдмаршалу Суворову за взятие Варшавы.
  24. РГВИА, ф. 1, оп. 1, д. 11583, лл. 61-75
  25. Эти подозрения позднее полностью подтвердились.
  26. «В несчастном случае — бриллианты», писал он: «я их заслужил, Бог дал, Бог и возьмет и опять дать может».
  27. Мартьянов П., 1884
  28. Впоследствии, сменив на посту главного управляющего Кобринского ключа, проворовавшегося подполковника П. Г. Корицкого, оставался на этой должности до конца жизни графа А. В. Суворова, а после его смерти получил занчительную долю имения в собственность.
  29. Каролина Ивановна Оде-де-Сион осталась вместе с Н. А. Зубовой и Аркадием Суворовым гостить в Кончанском, а 21 сентября (1 октября) отбыла с ними в Санкт-Петербург.
  30. Заведующий учебной частью в военно-учебных заведениях.

Ссылки


Wikimedia Foundation. 2010.

Смотреть что такое "Оде-де-Сион, Карл Осипович" в других словарях:

  • Оде-де-Сионы — (фр. Audé de Sion)  русский нетиулованный дворянский род. Основан представителем старинной савойской буржуазной фамилии Оде (фр. Audé), перешедшим в российское подданство в конце XVIII века. Внесён в Родословную книгу Дворянского… …   Википедия

  • Кавалеры ордена Святого Георгия IV класса О — Кавалеры ордена Святого Георгия IV класса на букву «О» Список составлен по алфавиту персоналий. Приводятся фамилия, имя, отчество; звание на момент награждения; номер по списку Григоровича  Степанова (в скобках номер по списку Судравского);… …   Википедия

  • Список выпускников Царскосельского лицея — Эта страница информационный список. В этом списке собраны сведения о выпускниках Царскосельского лицея. В разное время выходили Памятные книжки Лицея, в которых приводились сведения о судьбах выпускников. Информация дана по годам выпуска и… …   Википедия

  • Денисов, Николай Михайлович — В Википедии есть статьи о других людях с такой фамилией, см. Денисов. Николай Денисов …   Википедия


Поделиться ссылкой на выделенное

Прямая ссылка:
Нажмите правой клавишей мыши и выберите «Копировать ссылку»