Хелминско-Добжинские говоры польского языка


Хелминско-Добжинские говоры польского языка
Хелминско-Добжинские говоры на карте Великопольского диалекта
На основе данных[1][2][3]

Хе́лминско-До́бжинские го́воры по́льского языка́ (польск. gwary chełmińsko-dobrzyńskie) — группа говоров Великопольского диалекта[4], распространённых в исторических Хелминской и Добжинской землях (включая Михаловскую землю) с центрами в Хелмно и Добжине на восточной части территории Куявско-Поморского воеводства (Хелминско-Добжинское Поозёрье)[5][6]. К. Нич относил эти говоры к одному из четырёх крупных польских диалектных массивов — Хелминско-Кочевско-Варминскому диалекту — включавшему в себя некашубское Поморье, Вармию и Хелминско-Добжинскую землю[3]. Следствием исторических процессов формирования данных говоров является их переходный характер — Хелминско-Добжинские говоры генетически являются великопольскими, но при этом испытавшими значительное мазовецкое влияние. В разной степени эти говоры сочетают в себе особенности двух диалектных групп польского языка — Великопольской и Мазовецкой[7].

Содержание

Вопросы классификации

В ранних работах польского лингвиста К. Нича Хелминско-Добжинские говоры рассматривались как часть Куявско-Хелминско-Кочевского наречия, которое вместе с Хелминско-Мазовецким переходным наречием составляло в его классификации одно из четырёх основных польских диалектных объединений[8]. Позднее он включил южную часть Хелминско-Добжинских говоров в Куявскую группу Великопольского диалекта, а северную часть выделил как Грудзёндзко-Вомбжеские говоры и объединил их с Кочевскими в подгруппу ранних переселенческих говоров Поморья также в составе Куявской группы[9]. К великопольским Хелминско-Добжинские говоры относятся также в наиболее известных классификациях польских диалектов С. Урбанчика[1][10] и К. Дейны[3][11][12]. Основные классифицирующие признаки польских диалектов, выделенные К. Ничем: изоглоссы наличия или отсутствия мазурения, звонкого или глухого типа межсловной фонетики и другие, объединяют Хелминско-Добжинские говоры с Куявскими говорами и с Великопольской диалектной группой в целом[4].

Хелминско-Добжинские говоры включают в свой состав Хелминские говоры[13] в северо-западной части территории и Добжинские говоры[14] в юго-восточной части, последние отличаются распространением большего числа мазовецких диалектных черт. Вместе с тем большие отличия проявляются не в разделении территории распространения Хелминско-Добжинских говоров на северо-западные (Хелминские) и юго-восточные (Добжинские), а в разделении их на крайне юго-западные по правому берегу Вислы и все остальные к северо-востоку. Так, для юго-западных говоров характерны: звонкий тип сандхи; произношение континуанта ā как o; отсутствие перехода ar в er в формах глаголов прошедшего времени и др.[4] Существуют местные языковые особенности, касающиеся прежде всего лексического состава, в региональных говорах: большое число заимствований из немецкого языка в Вомбжеском говоре[15] и пр.

Область распространения

Хелминско-Добжинские говоры занимают территорию ограниченную с северо-запада и юго-запада Вислой в пределах восточной части Куявско-Поморского воеводства. С северо-запада они граничат с территорией распространения Кочевских говоров, с юго-запада — Куявских говоров, а с запада незначительно граничат с Боровяцкими говорами Великопольского диалекта, с востока к ним примыкают Ближнемазовецкие говоры, с северо-востока Любавские говоры Мазовецкого диалекта, на севере небольшой участок границы отделяет Хелминско-Добжинские говоры от новых смешанных говоров[16][17].

История

Формирование Хелминско-Добжинских говоров происходило в результате колонизации прусских земель носителями диалекта племени полян, расселявшихся с IX века на север от реки Нотець и на северо-восток и восток на правый берег Вислы[3][11]. Сложившиеся говоры переселенцев из Великой Польши и Куяв с великопольскими языковыми чертами оказались под властью Мазовии до XIII века, что привело к усилению влияния соседних говоров Мазовецкого диалекта на Хелминско-Добжинские говоры. Длительное господство в Хелминской и Добжинской землях Тевтонского ордена (позже Пруссии) привело к обособленному развитию Хелминско-Добжинских говоров от остальных говоров польского языка как материнских говоров Куявии, так и говоров Мазовии, что стало причиной появления своеобразных диалектных черт этого региона[4][18].

Особенности говоров

Часть языковых явлений, такие, как отсутствие мазурения, исторически присущий тип межсловной фонетики (в современных говорах подвергающийся мазовецкому влиянию), произношение ą и др., связывает Хелминско-Добжинские говоры с Куявскими (шире — с Великопольским диалектом), часть явлений объединяет только с Куявскими говорами (сужение исторически долгих гласных ā, ō ,произношение континуанта ē). Вместе с тем в Хелминско-Добжинских говорах широко распространены черты Мазовецкого диалекта (смешение y и i, kie / gie и ke / ge и др.)[4].

Западнопольские и севернопольские диалектные черты

В Хелминско-Добжинских говорах распространены языковые черты западных польских диалектов: отсутствие мазурения и др., но при этом не распространены такие западнопольские черты, как дифтонгизация континуантов долгих ā и ō, переход начального vo в ło. К северным чертам польских диалектов, известным в Хелминско-Добжинских говорах, относятся: смешение y и i, асинхронное произношение мягких губных согласных, нарушения оппозиции kie / gie и ke / ge, словообразование с суффиксом -ak, отсутствие перехода k в ch, обобщение слова dwa во всех родах и др.

Фонетика

Общие черты с Великопольским диалектом

  1. Отсутствие мазурения.
  2. Узкое произношение континуанта носового заднего ряда как ų перед фрикативными и uN перед смычными и аффрикатами, отсутствие призвука m в конце слова: siedzu (siedzą), za granicu (za granicą), wchodzu (wchodzą), ni maju (nie mają), zump (ząb), ksiundz (ksiądz) и т. п. Также при полном отсутствии носового призвука в конце слова возможно произношение o: majo (mają) и т. п. Подобное произношение континуанта носового заднего ряда характерно для Куявских и Собственно Великопольских говоров, в мазовецких говорах произношение менее узкое.
  3. Распространение звонкого типа сандхи в прошлом: звонкий тип межсловной фонетики был характерен для всех Хелминско-Добжинских говоров, о чём свидетельствуют исторически сложившиеся формы: mógem (mogłem), а не mókem, как в говорах с исконным глухим типом. В настоящее время звонкий тип встречается изредка в крайне юго-западной части территории распространения Хелминско-Добжинских говоров, большая же часть территории, прежде всего восточная, охвачена ареалом глухого типа сандхи, что является следствием влияния говоров Мазовецкого диалекта.

Общие черты с Куявскими говорами

Узкое образование континуантов исторически долгих гласных ā, ō, отсутствие на их месте дифтонгов (отмечаемых в Собственно Великопольских говорах), а также произношение континуанта ē как i / y:

  1. Континуант ā произносится как o: pamientom (pamiętam), ptok (ptak) и т. п. В современных говорах распространяется и преобладает произношение как в литературном польском a: białemy ͥ, а не biołemy (białymi).
  2. Континуант ō произносится как u: do mucenia (do młócenia), kuń (koń) и т. п. Подобное произношение также характерно для говоров Мазовецкого диалекта.
  3. Континуант ē произносится как i: chlib (chleb), kobita (kobieta), в том числе часто в окончаниях глаголов: kosztuji (kosztuje), в сочетании ir: zbirali (zbierali); или как y: rzyka (rzeka); при смешении y и i возможны формы śny ͥ k наряду с śnik (śnieg) и т. п.

Общие черты с Мазовецким диалектом

  1. Широкое произношение носового переднего ряда (как a носового и, соответственно e в группе ěN как a: an, am): ta smoła (tę smołę), na maszynka (na maszynkę), śidam (siedem) и т. п. Данное явление характерно для Кочевских и большей части Боровяцких и Крайняцких говоров. Также возможно произношение ę как и в литературном польском языке: dziesieńć (dziesięć), или неширокое произношение e в группе eN как iN / yN: ziymniaki (ziemniaki), jedyn (jeden) и т. п.
  2. Смешение y и i в одном варианте y ͥ, yi или i: na biku (na byku), zeszity (zeszyty), włożyiło (włożyło) и т. п.
  3. Отсутствие явления стяжения и ассимиляции гласных в сочетаниях с интервокальным j в глаголах: stojić (stać).
  4. Распространение глухого типа сандхи на большей части территории: ras_mielim (raz mieliśmy), jusz_mieli (już mieli) и т. п.
  5. Глухость губного в группе sv, kv, tv: произношение sf, kf, tf. Подобное произношение характерно для Малопольского и Силезского диалектов при звонком типе сандхи.
  6. Асинхронное произношение мягких губных согласных с выделением дополнительной артикуляции в самостоятельную, в качестве призвука выступает j: mjeli (mieli); фрикативные согласные (ś, ź и др.): śpsiewali (śpiewali); звук m в качестве призвука выделяет мягкий n’: nie pamnientam (nie pamiętam), do mniasta (do miasta) и т. п.
  7. Отсутствие мягкости в группе śv́.
  8. Отвердение звука l’ в сочетании li: lypów (lip) и т. п. Данное явление также отмечается в говорах кашубского языка.
  9. Переход ar в er в формах глаголов прошедшего времени: rozposterła (rozpostarła) и т. п.
  10. Отвердение звука m’: takemy rządkamy (takimi rządkami) и т. п.
  11. Смешение kie / gie и ke / ge в одном варианте c твёрдым произношением: kedy ͥ (kiedy), mlekem (mlekiem) и т. п.

Другие диалектные черты фонетики

  1. Отсутствие дифтонгизации континуанта краткого o как в Боровяцких говорах.
  2. Случаи отсутствия чередования e и o.
  3. Лабиализованное произношение начального o, реже u: łojciec (ojciec), łodstawiałem (odstawiałem), łupiekła (upiekła).
  4. Наличие j перед i (перед звуком n изменение i в e): dla jendyków (dla indyków), swojich (swoich) и т. п.

Морфология и синтаксис

  1. Окончание -em прилагательных и местоименных прилагательных в творительном пад.: w niemieckiem (w niemieckim), w takem kraju (w takim kraju) и т. п.
  2. Наличие y / i вместо e в окончании -ego в родительном пад. прилагательных, местоименных прилагательных и числительных: piontygo roku (piątego roku), tygo owocu (tego owocu) и т. п.
  3. Окончание -m в глаголах прошедшего времени 1-го лица мн. числа: mielim (mieliśmy); настоящего времени 1-го лица мн. числа: możym (możemy); окончание -ta в глаголах настоящего времени 2-го лица мн. числа (оставшееся от категории двойственного числа): zobaczyta (zobaczycie), boita sie (boicie się). Черта, объединяющая Хелминско-Добжинские говоры с Куявскими, Северновеликопольскими, Боровяцкими, Кашубскими и другими говорами севера Польши.
  4. Наличие дополнительного окончания -ów у существительных в родительном пад.: drzewów (drzew) и т. п.
  5. Формы с отсутствием ł: koo (koło), do mócenia (do młócenia) и т. п.
  6. Переход -ił (-ył) в -uł: buł (był). Переход -ej в ij (yj) или -i (-y): pszennyj (pszennej), wiency (więcej) и т. п.
  7. Наличие севернопольской формы dwa для всех родов: dwa żony (dwie żony).
  8. Непоследовательные случаи употребления категории мужского лица.
  9. Употребление предлога bez вместо przez: bez wioske chodzili (przez wioskę chodzili).
  10. Формы мн. числа: Polaki (Polacy), łojcy (ojcowie) и т. п.
  11. Словообразование по севернопольскому типу с суффиксом -ak: dzieciaka, świniaka и др.

Лексика

Распространение слов: bania (dynia), gapy (wrony), guły (indyczki), kirzanka (masielnica), kośnik (kosiarz), kurzejki (grzyby kurki), rzeszoto (sito do ziarna), statki (naczynia), wrzodziony (wrzody), wyględniejszy (lepiej wyglądający), graberki (grabki) и др.

Примечания

  1. 1 2 Urbańczyk S. Zarys dialektologii polskiej. Wydanie trzecie. Warszawa, 1968
  2. Карта польских диалектов С. Урбанчика
  3. 1 2 3 4 Gwary polskie. Przewodnik multimedialny pod redakcją Haliny Karaś. Zasięg i podziały dialektu wielkopolskiego
  4. 1 2 3 4 5 Gwary polskie. Przewodnik multimedialny pod redakcją Haliny Karaś. Ziemia chełmińsko-dobrzyńska. Gwara regionu
  5. Gwary polskie. Przewodnik multimedialny pod redakcją Haliny Karaś. Ziemia chełmińsko-dobrzyńska. Geografia regionu
  6. Nasze. Kujawsko-pomorski. Mapa regionów etnograficznych 1850—1950
  7. Gwary polskie. Przewodnik multimedialny pod redakcją Haliny Karaś. Ziemia chełmińsko-dobrzyńska
  8. Территория Куявско-Хелминско-Кочевского наречия на Карте польских наречий К. Нича (1919)
  9. Территория и классификация великопольских говоров К. Нича
  10. Территория и классификация великопольских говоров С. Урбанчика
  11. 1 2 Dejna K. Dialekty polskie. Wrocław, 1973
  12. Польские диалекты в классификации К. Дейны
  13. Nasze. Kujawsko-pomorski. Gwara chełmińska
  14. Nasze. Kujawsko-pomorski. Gwara dobrzyńska
  15. Gwara wąbrzeska — Urząd Miejski Wąbrzeźno
  16. Gwary polskie. Przewodnik multimedialny pod redakcją Haliny Karaś. Dialekt wielkopolski
  17. Диалектологическая карта польского языка
  18. Gwary polskie. Przewodnik multimedialny pod redakcją Haliny Karaś. Ziemia chełmińsko-dobrzyńska. Historia regionu

См. также

Ссылки

Фрагменты речи:

Литература



Wikimedia Foundation. 2010.

Смотреть что такое "Хелминско-Добжинские говоры польского языка" в других словарях:


Поделиться ссылкой на выделенное

Прямая ссылка:
Нажмите правой клавишей мыши и выберите «Копировать ссылку»

We are using cookies for the best presentation of our site. Continuing to use this site, you agree with this.