Жданов, Владимир Анатольевич


Жданов, Владимир Анатольевич
Владимир Анатольевич Жданов
Жданов В.А. фото,1895 г..jpg
фото: C. Schutz, 1895, Юрьев
Род деятельности:

адвокат, политический деятель

Дата рождения:

1 (14) июля 1869(1869-07-14)

Место рождения:

д. Ивицы, Одоевский уезд, Тульская губерния

Гражданство:

Flag of the Soviet Union.svg СССР

Подданство:

Флаг Российской Империи 1858-1883 Российская империя

Дата смерти:

4 июня 1932(1932-06-04) (62 года)

Место смерти:

Москва

Отец:

Анатолий Николаевич Жданов

Мать:

Наталия Александровна Жданова

Супруга:

Надежда Николаевна Лебедева

Дети:

Наталья 1896, Нина, Андрей, Григорий

Владимир Анатольевич Жданов (1 (14) июля 1869 года, с. Ивицы, Ивицкая волость, Одоевский уезд, Тульская губерния — 4 июня 1932, Москва) — российский судебный оратор, общественный деятель, адвокат.

Содержание

Биография

Семья

  • Отец — мировой посредник Анатолий Николаевич Жданов, 20.07.1840, поручик, помещик с. Новосёлки, Пронский уезд, Рязанская губерния;
  • Мать — помещица Наталия Александровна Жданова.(ур.Ислентьева)р.10.09.1867 (за ней имение с.Новоселки Пронского уезда Рязанской г;
  • Брат Николай р.18.10.1873 кр.20.10.1873 в Московск.Скорбящинской церкви в Ямской Слободе;
  • Брат
  • Сестра Татьяна р.16.05.1897 крещ.19.05.1899 в Воскресенской церкви Рязани, муж: инженер Александр Всеволодович Кастальский;
  • Сестра Софья - муж: врач Сергей Константинович Иванов;
  • Жена: Надежда Николаевна Лебедева;(отец Николай Васильевич Лебедев, сестра Софья Николаевна Лебедева - врач больницы Сабашникова)
  • Дети: Наталья р.9.04.1896, кр.28.04. в Мироносицкой церкви г.Вологда;
  • Григорий р.29.08.1897 кр.12.10.1897 в с.Насилово Пронского уезда
  • Андрей р.6.06.1901 кр.17.09.1901 в Иоанно-Предтеченской церкви г.Вологда - до 1941 г. был адвокатом в Москве;
  • Нина р.27.06.1905 кр.16.08.1905 во Владимирской губернии;
  • Дед(по матери) Ислентьев Александр Михайлович (16.07.1794-23.04.1882гг.)-его мать Дарья Михайловна Камынина;
  • Бабка (по матери) Ислентьева (ур.Жданова) Софья Александровна(1812-1880)-владелица поместья Ивицы.
  • Дядя (по матери) Ислентьев Александр Александрович (1842г.р.)
  • Тетя (по матери) Ислентьева Аглая - ум.,
  • Тетя (по матери) Ислентьева Ольга Александровна (1845-1909)(муж Кирьяков Михаил Михайлович)
  • Дядя (по матери) Иславин Владимир Александрович (1818-1895) (от непризнаного венчаного брака деда Ислентьева А.М. с графиней Козловской Софьей Петровной (урождённой Завадовской)[1]
  • Дядя (по матери) Иславин Михаил Александрович (1819-1905) см.выше
  • Тетя (по матери) Иславина Надежда Александровна см.выше
  • Тетя (по матери) Иславина Вера Александровна (1825-1910) см.выше
  • Тетя (по матери) Иславина Любовь Александровна (1826-1886)(муж Берс Андрей)- мать Софьи Андреевны Толстой(ур.Берс)
  • Дядя (по матери) Иславин Константин Александрович (1827-1903)
  • Дед (по отцу)Николай Михайлович Жданов р.5.05.1812 и кр. с Лабодино Белевского уезда Тульской губернии- за ним состояли 96 душ в с.Никольское Одоевского уезда Тульской губернии; жена Александра Петровна
  • Прадед (по отцу) Михаил Сергеевич Жданов - секунд-майор; за ним состояло в разных губерниях 800 душ; братья Николай и Дмитрий;

Образование и политика

После окончания гимназии в Рязани, поступил на юридический факультет Московского университета. Продолжил образование на юридическом факультете Санкт-Петербургского университета, опять возвратился в Московский университет и окончил в нём весь курс дисциплин, а вот экзамены и диссертацию на кандидата прав по теме:«Система наказаний в русском праве ХVII века и в законодательстве Петра Великого» защитил в Юрьеве в 1895, (ныне Тарту). Ещё в студенческие годы, увлёкся революционно-демократическим движением, стал членом партии «Народного права». Позже, примкнул к большевикам, издавал и редактировал московскую газету «Свободное слово», закрытую по требованию властей (1906). В 1906 в его квартире у «Никитских Ворот» перед московскими социал-демократами выступал В. И. Ульянов-Ленин по вопросу о декабрьском вооружённом восстании. До самой революции он находился под надзором полиции. Впервые его арестовали в ноябре 1895, сразу по получении диплома и выслали в Вологодскую губернию, где началась его юридическая практика. Жданов оказывается значимой фигурой в сообществе ссыльных в Вологду революционеров различного политического толка. А.В. Луначарский вспоминал о том, что ему удаётся остаться в Вологде, который к тому времени являл собою очень крупный эмигрантский центр. Здесь уже жил А. А. Богданов, с которым он и поселился. Здесь кипели споры с идиалистами, во главе которых стоял Бердяев. В них деятельное участие принимали такие люди, как Савинков, Щёголев, Жданов, А. Ремизов и многие другие[2]. Сначала он работал столоначальником в управе Грязовца вместе с В.А. Кудрявым, затем помощником присяжного поверенного в Консультации присяжных и частных поверенных при Вологодском окружном суде, а с 24 апреля 1902 по 1905 — присяжным поверенным в Вологде, а затем до ареста в 1907 в Москве.

Дом в Вологде, где проживал с семьёй В.А. Жданов, находясь в ссылке.

Адвокатская деятельность

Дело о «Кишинёвском погроме»

Во время участия в процессе по делу о Кишинёвском погроме познакомился с адвокатами М. Л. Гольдштейном, О. О. Грузенбергом, А. С. Зарудным, С. Е. Кальмановичем, Н. П. Карабчевским, Л. А. Куперником, П. Н. Переверзевым, М. Б. Ратнером, Н. Д. Соколовым и И. Н. Сахаровым (дедом академика А. Д. Сахарова), но защиту оказывал русским «погромщикам», учинившим насильственные действия над евреями. Участвовал в ряде громких дел и не очень заметных, — в Великом Устюге, Тотьме, Кадникове, Вологде и Грязовце.

Дело Каляева

Иван Каляев после покушения на Сергея Александровича

Всероссийскую известность принесла Жданову защита в 1905 террориста И. П. Каляева[3], бросившего «адскую машину» в карету великого князя Сергея Александровича, дяди императора Николая II. Жданов хорошо знал Каляева по вологодской ссылке, куда тот приезжал из Ярославля к Б. В. Савинкову, недолго трудившемуся секретарём консультации присяжных поверенных при Вологодском окружном суде, и выступил в защиту Каляева с проникновенной речью в Екатерининском (Митрофаньевском)[4] зале Кремля: «Столкнулись два мира, и всё более теряется надежда на мирный исход. На чаше весов, которою будет меряться всё прошлое, не последнее место займёт и ваш приговор. Не отягчайте же им чаши! Крови в ней и без того достаточно». Ещё адвокатами в этом деле были М.Л. Мандельштам и в кассационной инстанции Сената В.В. Беренштам[5].

Дело Савинкова

На всю империю нашумел процесс лидера эсеров Б. В. Савинкова, обвинявшегося в покушении на генерал-лейтенанта В. С. Неплюева. На первом заседании защита заявила несколько ходатайств, и рассмотрение дела было отложено. Этого времени было достаточно, чтобы единомышленникам Савинкова удалось произвести подкуп стражи, и он благополучно избежал участи примерить на себя «столыпинский галстук». Борис Савинков об этом скажет: «Я не могу не вспомнить с чувством глубокой признательности наших защитников: Жданова, Малянтовича, Фалеева и Андроникова. Уже не говоря о Жданове, моём близком знакомом ещё по Вологде, не раз оказывавшем боевой организации услуги в Москве и защищавшем Каляева, все защитники показали много горячего интереса к нашему делу и много отзывчивости».

В громких процессах

6 декабря 1906 Жданов выступал адвокатом по «Делу Пресненского вооруженного восстания», 12 декабря 1906, по «Делу фидлеровцев», по «Делу Минераловодской республики», по «Делу Московской социал-демократической лаборатории бомб», в деле о покушении на Ф. В. Дубасова защищал эсерку М. А. Беневскую вместе с П. Н. Малянтовичем.

Поражение в правах: каторга и ссылка

В 1907 году вместе с другими революционерами Жданов сам оказался под арестом и судом в связи с «открытым похищением» для партийных нужд крупной суммы денег у секретаря Московского сельскохозяйственноого института Э. А. Реша. По версии обвинения конь по кличке «Туз», на котором приехали экспроприаторы, как будто бы принадлежал Жданову. Правда, его защитникам В. А. Маклакову и Н. К. Муравьёву удалось доказать его непричастность к делу, но только в суде первой инстанции. Кассационная инстанция отменила оправдательный вердикт, и 18 октября 1907 года, Московский военно-окружной суд, в здании, которого на Арбате, д.37, и сейчас, находится Московский окружной военный суд, приговорил активного члена РСДРП (б) к четырём годам каторги. Жданов отбыл этот срок в Александровском централе под Иркутском[6]. С 1911 по 1917 он провёл с семьёй на поселении в Чите, где занимался «подпольной адвокатурой».

После февраля 1917

Вернулся из Сибири по амнистии Временного правительства через Вологду и Петроград в Москву. Но ещё до октябрьского переворота Жданов добился пересмотра своего дела в Петрограде и был восстановлен в правах, исполняя обязанности председателя суда в Кронштадте. Жданов был членом Чрезвычайной следственной комиссии по расследованию преступлений царского режима, а также активным участником Политического Красного Креста.

А. В. Луначарский в книге "Великий переворот (Октябрьская революция) в 1919, вспоминал: «Богданов писал мне об очень интенсивной умственной и политической жизни в Вологде; особенно хорошо отзывался он о В. А. Жданове, позднее так печально, но так героически выступившем против нас (после Октябрьского переворота)…»

Говоря об этом, он имел в виду, не участие его, как защитника, в процессе по обвинению А. М. Щастного и докладную записку, поданную Ждановым 11 июля 1918 управляющему делами Совета Народных Комиссаров РСФСР В. Д. Бонч-Бруевичу, в которой Жданов, смело, с правовых позиций осудил беззакония ВЧК, сделав вывод о том, что «деятельность Чрезвычайной комиссии необходимо будет являться сильнейшим дискредитированием Советской власти. Единственное средство уничтожить вредные стороны деятельности Комиссии — это лишить Комиссию права самостоятельно решать дела, обязав её каждое дело в определенный срок представлять в соответствующий трибунал для гласного разбирательства и допускать защиту к участию в дознаниях, производимых Комиссией», а деятельность Жданова на посту военного комиссара[7] при главнокомандующем армиями Западного фронта с 15 июля по 4 ноября 1917, когда минский Военно-революционный комитет, арестовав его, отправил в распоряжение Петроградского ВРК за явно контрреволюционные действия, выразившиеся в вызове войск с фронта для борьбы против Советской власти в Минске и в попытках помочь войскам А. Ф. Керенского. Интересно, что с главнокомандующим Западным фронтом, с 31 мая по 30 июля 1917, генерал-лейтенантом А. И. Деникиным, Жданов проработал всего полмесяца.[8] Не известно, кто из окружения В. И. Ульянова-Ленина, а быть может он сам, вступился за Жданова, вмешавшись в судьбу, отвратя расстрел. Несмотря на такой «политический реверанс» Жданов категорически отмежёвывается от большевиков и их революцию встречает в активной борьбе против «диктатуры пролетариата», усмотрев в ней опасность для основ гражданского общества.

Против «диктатуры пролетариата»

Дело Щастного

Наморси А.М. Щастный

Самые трагично-пророческие предположения Жданова подтвердились в ходе состоявшегося в июне 1918 суда[9] над бывшим начальником морских сил Балтийского флота капитаном I ранга А. М. Щастным. Легендарного морского командира обвинили в государственной измене. Этот талантливый русский военачальник сумел сохранить Балтийский флот, выведя все до единого корабля из Гельсингфорса по замерзающему морю в безопасное место — в Кронштадт, а затем в Ладожское озеро, но его заслуги обернули против него же: «Щастный совершая героический подвиг, тем самым создал себе популярность, намереваясь впоследствии использовать её против Советской власти…». Верховный трибунал вынес смертный приговор[10], вопреки отмене смертной казни II Съездом Советов. Свидетелем и обвинителем Щастного был нарком Л. Д. Троцкий. Интересно, что Троцкий нарушил тайну совещательной комнаты: находясь среди судей, он участвовал в обсуждении приговора.

Возмущенный таким оборотом дела, Жданов направил заявление в Президиум ВЦИК об отмене приговора, но оно было отклонено. Единственный, кто по достоинству оценил труд адвоката, был его подзащитный. В ночь перед расстрелом в тюрьме на территории Кремля Щастный написал письмо Жданову, которое не было передано адресату, но было приобщено к делу: «Дорогой В. А., сегодня на суде я был до глубины души тронут Вашим искренним настойчивым желанием спасти мне жизнь. Я видел, что Вы прилагаете усилия привести процесс к благополучному для меня результату, и душой болел за Ваши переживания. Пусть моя искренняя благодарность будет Вам некоторым утешением в столь безнадежном по переживаемому моменту процессе, каковым оказалось мое дело. Крепко и горячо жму Вашу руку. Сердечное русское Вам спасибо».[11]).

Суд без суда

Очередной конфликт Жданова с новой властью произошел летом 1922, в ходе суда над членами партии правых эсеров. В связи с грубыми нарушениями закона, открытой политизацией дела, защитники подсудимых С. А. Гуревич, Г. Л. Карякин, А. Ф. Липскеров, Н. К. Муравьёв, М. А. Оцеп, Г. Б. Патушинский, Б. Е. Ратнер, А. С. Тагер и Жданов с разрешения своих клиентов демонстративно отказались от участия в процессе. За это все они были подвергнуты аресту и высылке из Москвы, а газета «Правда» заклеймила их «продажными профессионалами-адвокатами» и «прожжёнными судейскими крючками». Именно, по этой причине поданное тогда заявление Жданова о зачислении в образуемую по Декрету ВЦИК коллегию защитников Московской губернии, было удовлетворено лишь в мае 1924, так как 17 августа 1922 он был арестован ГПУ и по постановлению Комиссии НКВД по административным высылкам от 17 октября выслан в Рыбинск на 2 года.[12]

Жизнь после высылки

По возвращении из ссылки возобновляет деятельность в адвокатуре и Всероссийском обществе политкаторжан и ссыльнопоселенцев.[13] 30 мая 1929 Жданов[14] был прикреплён для работы в юридической консультации при редакции «Крестьянской Газеты» по распоряжению заместителя председателя коллегии адвокатов В. Ф. Белякова, а с 13 ноября 1930 он был отчислен из неё вместе с адвокатом Н. К. Муравьёвым. Он умер своей смертью 4 июня 1932. Кремирован и капсула с его прахом находится в колумбарии на Новом Донском кладбище в Москве. По заключению Генеральной прокуратуры РФ от 26 января 2000, гражданин Владимир Анатольевич Жданов был признан необоснованно репрессированным по политическим мотивам «без вменения ему каких-то конкретных антисоветских дейcтвий».[15]

Дом в Москве, Воскресенский переулок д.11, где жил В.А. Жданов с семьёй до 1932 г.

Память

Новое Донское кладбище, Колумбарий 7-8, где хранится урна с прахом Владимира Анатольевича Жданова.

Архивы

  • ГА РФ. Ф. ДП. 5 д-во, 1907, Д. 1694.
  • ГА РФ. Ф.533. Оп.3. Д.1021. Л.10.Л.18.
  • Центральный исторический архив города Москвы. Ф.418. Оп.77. Д.1310.
  • Эстонский исторический архив в Тарту. Ф.384. Оп.1. Д.1273. Л. Д.1284. Л. Д. 4543. .Л.1. (фото), Выражаю благодарность архиву и её работнику Татьяне Шор за предоставление копий с документов из дела В. А. Жданова и за фотографию.
  • Архив Московской городской коллегии адвокатов. Ф.1. Оп.1. Д.345. Л.3 об. Л.8..Л.8 об. (Выражаю искреннюю благодарность Ю. И. Стецовскому за указание на личное дело члена Московской областной коллеги защитников Жданова, находящееся в архиве коллегии и заместителю Председателя Московской городской коллегии адвокатов А. В. Живиной, разрешившей ознакомиться с ним.) Здесь уместно отметить одно обстоятельство. Несмотря на то, что Определением Совета Присяжных Поверенных от 24.04.1902 г. В. А. Жданов был принят в число Присяжных Поверенных округа Московской Судебной Палаты, он был приведён к присяге и внесён в список Присяжных Поверенных округа этой Палаты за № 982—1902 лишь только 8.03.1905 года.
  • Государственный архив Вологодской области.(ГАВО) Ф.18. Оп.2. Д. 490. Л.4 об.
  • ГАВО. Ф.18. Оп.5. Д.367.Л.1-1 об.
  • ГАВО. Ф.108.Оп.1. Д. 224.Л.125. Л.125 об. Л.133. Ф.18. Оп. 2. Д. 482. Л. 5. Л. 5 об. Л.6.
  • Архив Управления Федеральной службы безопасности России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области. Д. № 114032. Л. Л.1-300. Дело А. М. Щаснаго.

Публикации

  • Жданов В. А. Речь в защиту К[аляева] //Молодая адвокатура: Сборник речей по полититическим процессам. СПб., [1908].- Вып. 1. С. 296—297.
  • Жданов В. А. Речь в защиту А. М. Щастного. // Шошков Е. Н. Наморси А. М. Щастный. СПб.,2001. — С.374 — 376.

Библиография

Ссылки

Примечания

  1. Софья Петровна Завадовская (1795—1830) — фрейлина, с 1815 года была замужем за князем В. Н. Козловским (1790—1847), которого оставила ради А.М. Ислентьева (1794—1882), они венчались, но брак не был признан. Их дети получили фамилию Иславины, одна из дочерей, Любовь Александровна Иславина (1826—1886) в замужестве Берс, была матерью С. А. Толстой, жены писателя Л. Н. Толстого.
  2. Луначарский А. В. (автобиография)Луначарский, Анатолий Васильевич//Деятели СССР и революционного движения России: энциклопедический словарь Гранат. М.: Советская энциклопедия, 1989. С.517
  3. Возможно, что М. Л. Мандельштам мог рассказать и об этом случае, который поведал ему присяжный поверенный В. А. Жданов. Я предполагаю, что псевдоним N.N. принадлежит Жданову как в нижеприводимой корреспонденции из журнала "Освобождение за 1903 г. так и в журнале «Былое» за 1906, № 5.- С.186-190, посвящённой последнему дню И. П. Каляева. «Не знаю, сообщали ли Вам о бессмысленных беззаконных деяниях нашего временного администратора графа Муравьёва, запретившего ссыльным встречать и провожать на вокзале и пристанях их товарищей и предпринявшего ряд преследований ослушников этого распоряжения. После разного рода тяжёлых фактов, которые были результатом изданного гр. Муравьевым нового положения ссыльных, разыгрался эпизод, не лишенный комического характера, и вместе с тем очень характерный как для гр. Муравьева, так и для всего нашего вологодского общественного болота. Место действия — сначала театральный буфет. За одним из столиков сидят присяжный поверенный Ж [данов] и двое ссыльных — С [авинков] и Щ [ёгалев]. Туда же является и.д. губернатора и требует себе бутылку шампанского. Присяжный поверенный Жданов одновременно просит подать ему три бутылки шампанского. Мнительный по отношению к поднадзорным, гр. Муравьев усматривает в этом демонстрацию и уходит из театра, отправляясь успокаивать свои взволнованные чувства в дворянский клуб. В театре спектакль вскоре оканчивается и в тот же клуб — вероятно не рассчитывая опять столкнуться с губернатором — направляется и присяжный поверенный Жданов. Как член этого клуба, он вводит в качестве гостей также Савинкова и Щёголева. Савинков приходит в биллиардную комнату; видя, что биллиард занят — он не знал, что занят „самим“ губернатором, — записывает себя, на доске кандидатом. В этот момент в биллиардную возвращается губернатор, но, усматривая там Савинкова, возмущенный бросает игру. Он направляется в буфет, требует себе порцию наваги, но получает ответ, что, последняя порция отдана сидящему в буфете господину, в котором — по иронии судьбы — узнает ссыльного Щёголева. Окончательно взбешенный и совершенно убежденный, что ссыльные сговорились его всячески преследовать, губернатор оставляет клуб. Если бы не последовавшие события, то не стоило бы и рассказывать об этом эпизоде, разыгравшемся на мало привлекательной почве буфетно-биллиардного соперничества губернатора и нескольких ссыльных, образ жизни которых совершенно нехарактерен для жизни остальных ссыльных. А события последовали такие. На другой день после своих неприятных встреч со ссыльными, и.д. губернатора отправил клубной администрации запрос, на каком основании ссыльные появляются в клубе — трудно понять, откуда может следовать, что ссыльные в качестве гостей там не могут бывать. А затем он потребовал исключения из числа членов клуба присяжного поверенного Жданова. Предложение губернатора должно было рассматриваться на общем клубном собрании 22-го ноября и, несмотря на всю его очевидную нелепость, оно имело все шансы на успех — таковы уж у нас „общественные деятели“. Но сердитый губернатор не мог ждать и на основании статьи, узаконяющей всякое проявление произвола, раз оно предпринимается в видах охранения государственного порядка и безопасности(!), закрыл клуб. Предводитель дворянства поехал теперь из-за этого в Петербург». N.N. Помпадур борьбы". (От наших вологодских корреспондентов.). //Освобождение. Штутгарт,1903. Перепечатано через доставку в редакцию тов. Иваном Боговы{{подст:ударение}}м в журнале Север. Орган научного северного краеведения. Вологда,1923. Кн.2.- С.6-7.
  4. Официальный сайт президента России. Резиденция президента: Сенатский дворец. Архивировано из первоисточника 12 марта 2012. Проверено 12 апреля 2008.
  5. * приведём речь, сказанную в его защиту адвокатом В. А. Ждановым из кн.: //Молодая адвокатура: Сборник речей по полититическим процессам. СПб., [1908].- Вып. 1.- С. 296—297.: «В этом тяжелом процессе совершенно не интересна, фактическая сторона деяния. Слишком она очевидна. Я обращаюсь лишь к выяснению нравственной стороны события, его мотивов, ибо для многих они остаются тёмной загадкой, и да простит мне Каляев, вверивший нам, защитникам, честь свою и судьбу, если не хватит у меня ни душевных сил, ни слов, чтобы остаться на высоте своей задачи. В тяжёлые минуты пришлось Вам, господа сенаторы и сословные представители, разбираться в этом тяжёлом деле. Безмерный административный гнёт, полное экономическое разорение, полное банкротство военной системы, этого единственного оправдания современного политического строя, привели в брожение всю Россию. Волнуются все окраины, сотнями гибнут рабочие на улицах столицы, в дыме пожаров помещичьих усадеб ищет разрешения гнетущих вопросов крестьянин, и безумно страдает, мучась и умирая за всех, наша интеллигенция. Столкнулись две великие силы: старый, веками утвержденный строй, и новая, так страстно стремящаяся к свободе Россия. Теряется надежда на мирный исход этой борьбы, и все ближе надвигается чудовищный призрак гражданской войны. И в летописях этой борьбы Боевая Организация социалистов-революционеров пишет страницу самую яркую, самую ужасную, ибо пишет её кровью своей и кровью тех, кого считает врагом народа. Видя в народных массах, в их воле единственных вершителей судьбы страны, они не дожидаются их движения и с безоглядной смелостью бросаются в борьбу с громадной правительственной организацией. Избрав политическое убийство, как средство, револьвер и бомбу, как оружие, они путем террора пытаются ускорить политическое освобождение России. Это не убийство из-за угла. Изменились условия жизни,-изменились и способы борьбы. Они видят невозможность, при современном оружии, народным массам с вилами и дрекольями, этим исконным народным оружием, разрушать современные Бастилии. После 9-го января они уже знают, к чему это приводит; пулемётам и скорострельным ружьям они противопоставили револьверы и бомбы, эти баррикады ХХ века. Они беспощадные враги современного строя, но они не ищут пощады и себе. На смертный приговор они смотрят, как на смерть за свои убеждения с оружием в руках. Они не щадят чужой жизни, но с дикой роскошью расточают и свою. Они губят, но гибнут и сами. Погибнет и он. Но и вы отнесетесь к нему не как к преступнику, но как к врагу после сражения. И, свершая свой суд, помните, что в грядущие дни, кровавая заря которых уже виднеется на небосклоне, на чаше весов, коими будет мериться все прошлое. не последнее место займёт и Ваш приговор. Не отягчайте этой чаши. Крови в ней без того достаточно».
  6. Александровский централ, центральная каторжная тюрьма в с. Александровском в 76 км к С.-З. от Иркутска. Построена в 1873. Первыми политическими заключёнными в 1903—04 были иркутские большевики М. К. Ветошкин, А. А. Ширямов и др., затем участники Революции 1905—07. При А. ц. существовала (с 1889) пересыльная тюрьма, через которую прошли В. К. Курнатовский, А. А. Костюшко-Валюжанич и др., осуждённые за Якутский протест 1904, Ф. Э. Дзержинский (1902), Ф. А. Артем (1910), М. В. Фрунзе (1914), Г. К. Орджоникидзе (1915—16). В 1918—19 в А. ц. помещался колчаковский концлагерь, который в январе 1920 был захвачен партизанами. <БСЭ> Лит.: Кудрявцев Ф., Александровский централ, Иркутск, 1936
  7. Из журнала заседания Временного правительства № 132 об учреждении должностей военных комиссаров при главнокомандующих армиями фронта и их функциях
  8. Помощником комиссара Западного фронта был Б. Н. Моисеенко.
  9. Алексея Щастного судили в Москве, в том же здании и в том же зале, что и Ивана Каляева. Ныне это Екатериненский (Митрофаньевский) зал Кремля.
  10. * Речь защитника В. А. Жданова. «С защитительной речью выступил Жданов. Речь защитника продолжается около двух часов. — Показания Троцкого,- говорил защитник, — можно разделить на две части: на фактические данные, очень ценные для дела, и на выводы, основанные на предположениях. Среди этих материалов обвинения, имеются также записи Щастного. Но ведь эти записи являются лишь изложением мыслей и взглядов автора. Их можно было поставить ему в вину только в том случае, если бы имелись указания, что он пытался осуществить эти мысли. Но на это нет решительно никаких доказательств. Остерегаю вас от чтения мыслей. Вспомните фразу Фуше: „Дайте мне три строчки из любого письма, и я приведу всякого автора к эшафоту“. Защитник переходит к характеристике обстановки, в которой Щастный начал работу. В это время никто не знал ни своих прав, ни обязанностей. Нам говорят, что положение о Балтийском флоте внесло ясность в эти отношения. Но посмотрите, как один параграф положения противоречит другому. При такой противоречивости у подсудимого не оставалось другого выхода, как применять обычную практику, и он обращается за советами к различным органам власти. Щастного обвиняют. Что он смешивал оперативные и политические функции, но ведь за соблюдением этого разграничения должен следить комиссар. Почему же не он, Комиссар, сидит на скамье подсудимых? Щастного обвиняют в том, что он не принял мер к установлению демаркационной линии. Но ведь переговоры об установлении такой линии лежат в области политической, а Щастный обязан был только выполнять технические задачи, установленные этими переговорами. И все стрелы, пущенные Троцким в связи с этим вопросом, по адресу Щастного, должны быть направлены в Блохина. Щастного обвиняют в том, что он противился назначению Флеровского. Но ведь приказ о назначении Флеровского комиссаром не был послан во флот по вине морского комиссариата. За эту оплошность, опять, хотят судить Щастного, а не действительных виновников. Щастного обвиняют в том, что он не принял меры к аресту контрреволюционных офицеров. Но в действительности, был приказ об их увольнении, а не об их аресте. Увольнение же офицеров, согласно правилам, могло последовать только по распоряжению Морской коллегии, но не по приказанию Щастного. — Троцкий,- говорит Жданов, — обвинял Щастного в непринятии мер к взрыву флота в случае необходимости. Но если вчитаться в телеграмму Троцкого к Щастному, то станет ясно, что первая мысль о необходимости ради спасения флота увести его в Ладожское озеро, была подана Щастным. Укорять человека, заговорившего первым о необходимости спасения флота, в том, что он не принял должных мер к его спасению от немцев, является, по меньшей мере, странным. Вопрос о проходе судов через петербургские мосты является для Щастного особенно важным. Это касается его репутации, как моряка. Вспомните, что Щастный провел флот из Гельсинфорса в Кронштадт в самых ужасных условиях, причем ни одно судно не пострадало; немцы же, попытавшись пойти тем же путем, потеряли два человека. Для Щастного было бы слишком оскорбительно, если обвинение, брошенное ему в непринятии мер к уничтожению флота, было бы основано на фактах. Но телеграмма Троцкого по этому вопросу не давала Щастному тех необходимых указаний, начало ее противоречит концу. Да, Щастный противился тому, чтобы морякам были выданы награды за уничтожение кораблей. Но он считал, что это их долг, а за исполнение долга наград не берут. Фразу: „Наш моряк продаваться не будет“, сказал не Щастный, как утверждает обвинитель, а комиссар Блохин. Рекомендую обвинителю,- говорит Жданов,- проявлять большую внимательность при чтении показаний, когда каждое слово может решить судьбу человека. Председатель оглашает соответствующее место показания Блохина, и я удостоверяю, что инкриминируемую фразу сказал Блохин, а не Щастный. Защитник переходит к вопросу об агитации Щастного на съезде. Он доказывает, что агитации не было; происходил лишь обмен мнений между Щастным и Советом съезда, в состав которого входило только 12 человек. Даже в донесении Флеровского нет указаний на то, что Щастный вёл контрреволюционную агитацию и вообще выступал против Совета народных комиссаров». См.: Шошков Е. Н. Наморси А. М. Щастный. СПб.,2001. — С.374 — 376.
  11. Шошков Е.Н. Наморси А. М. Щастный. СПб., 2001, стр. 374—376.
  12. [1] «Дальнейшая судьба адвокатов 1-й группы обвиняемых «блестяще» подтвердила печальную правоту слов Гендельмана. Своими высокопрофессиональными действиями и мужественной гражданской позицией защитники, подкрепляя весьма сильные моральные и политические позиции обвиняемых эсеров грамотной юридической защитой, доставили немало хлопот сценаристам процесса. И власть по достоинству оценила их труды. Ф.Э.Дзержинский в своей докладной записке в ЦК РКП(б) (не позднее 19 июля 1922 г.) просил санкции «на высылку из Москвы, в аналогичные с членами семейств цекистов места, бывших защитников ЦК ПСР Муравьева, Тагера и др.» [2, т. 46, л. 156]. 18 августа по приказу начальника СО ГПУ Самсонова адвокаты Жданов, Муравьев и Тагер были арестованы. С Муравьева и Тагера была взята подписка о прибытии к 8 декабря 1922 г. в Казань, куда они ссылались на три года. Гуревич, которого ГПУ уличило в передаче члену ЦБ ПСР Г.К.Покровскому стенограмм процесса, в августе 1922 г. был выслан в административном порядке в Нижний Новгород сроком на два года. За Карякина на очень интересных условиях заступилась фракция РКП при ВПСО, приславшая в ГПУ выписку из протокола своего заседания. В этом документе коллеги-коммунисты просили « оставить Карякина в Москве, как лучшего защитника рабочих и крестьян на процессах во время царского правительства, причем фракцией одновременно с сим с Карякина взято обязательство о согласовании всех его публичных выступлений с мнением и решением фракции». Характеристика Карякина чекистами была краткой – «антисоветский деятель», и тем не менее такой симбиоз «самоцензуры» известнейшего адвоката Карякина и цензуры со стороны его коллег СО ГПУ вполне устроил, и это ходатайство было удовлетворено. Такого история и практика русской адвокатуры, без сомнения, еще не знала»!
  13. Даёт рекомендацию старшему брату философа И. А. Ильина Алексею: «Я, Владимир Анатольевич Жданов, подтверждаю, что Алексей Александрович Ильин принадлежал к партии большевиков и участвовал в вооружённом восстании в Москве в 1905 году. Член общества политических каторжан. Билет 972 Влад. Жданов». // Ильин И. А. Собрание сочинений: Дневник, письма, документы (1903—1938). М., 1999. — С. 453 .
  14. Известно, что в 1928 году у Жданова появился загородный дом в Малаховке.
  15. Цитата из письма архива ФСБ РФ автору.
  16. Сурмачёв О. Не дожил до расстрела.// Бюллетень адвокатской палаты Вологодской области.-Вологда,2009.-№ 3(23).-С.45-46.(с небольшими уточнениями от публикации в НАГ. М.,2009.-№ 17(58).-С.16.)

Wikimedia Foundation. 2010.

Смотреть что такое "Жданов, Владимир Анатольевич" в других словарях:

  • Жданов, Владимир — В Википедии есть статьи о других людях с такой фамилией, см. Жданов. Жданов, Владимир Анатольевич (1879 1932)  адвокат. Жданов, Владимир Георгиевич (род. 1949)  активист движения за трезвость. Жданов, Владимир Григорьевич (р.… …   Википедия

  • Владимир Анатольевич Яковлев — Владимир Анатольевич Яковлев …   Википедия

  • Яковлев Владимир Анатольевич — Владимир Анатольевич Яковлев …   Википедия

  • Яковлев, Владимир Анатольевич — В Википедии есть статьи о других людях с такой фамилией, см. Яковлев. В Википедии есть статьи о других людях с именем Яковлев, Владимир. Владимир Анатольевич Яковлев …   Википедия

  • Жданов — Жданов: Жданов  русская фамилия. В списке общерусских фамилий занимает 142 место. Ждановы  дворянские роды. «Жданов»  крейсер. Жданов  название города Мариуполь с 1948 по 1989 г. Жданов  село в марзе Армавир, Армения …   Википедия

  • Филиппов, Василий Анатольевич — В Википедии есть статьи о других людях с такой фамилией, см. Филиппов. Василий Анатольевич Филиппов (род. 23 апреля 1955, пос. Лосинка, Свердловская область)  русский поэт. Учился на биологическом факультете Ленинградского университета, на… …   Википедия

  • Новое Донское кладбище — Страна РоссияРоссия …   Википедия

  • Тульская область — Координаты: 53°55′ с. ш. 37°35′ в. д. / 53.916667° с. ш. 37.583333° в. д.  …   Википедия

  • Рыбинск — У этого термина существуют и другие значения, см. Рыбинск (значения). Город Рыбинск …   Википедия

  • Западный фронт (Первая мировая война, Россия) — У этого термина существуют и другие значения, см. Западный фронт. Западный фронт Годы существования …   Википедия


Поделиться ссылкой на выделенное

Прямая ссылка:
Нажмите правой клавишей мыши и выберите «Копировать ссылку»

We are using cookies for the best presentation of our site. Continuing to use this site, you agree with this.