Базалья


Базалья

Базалья, Франко

Франко Базалья
Franco Basaglia
1979 - BasagliaFoto800.jpg
Дата рождения:

11 марта 1924(1924-03-11)

Место рождения:

Венеция

Дата смерти:

29 августа 1980(1980-08-29) (56 лет)

Место смерти:

Венеция

Гражданство:

Италия Италия

Научная сфера:

Психиатрия

Место работы:

Университет Падуи/
психиатрические больницы в Падуе/
Гориции/
Парме/
Триесте/
Ареццо/
психиатрическая служба в Лацио

Альма-матер:

Университет Падуи

Научный руководитель:

Джованни Беллони

Известен как:

реформатор, разработчик и инициатор Закона 180

Сайт:

Franco Basaglia.it (Франко Базалья)
Legge 180.it (Закон 180)

Фра́нко База́лья (итал. Franco Basaglia) (11 марта 1924, Венеция29 августа 1980, Венеция) — итальянский психиатр. Прилагал усилия к реформированию системы психиатрии в Италии, её деинституционализации.

Содержание

Биография

Базалья получил широкую известность по всей Европе в качестве харизматичного лидера движения «Демократичная психиатрия» и положил начало широким изменениям, результатом которых было полное упразднение в Италии системы психиатрических учреждений.

Рождение и ранние годы

Родился Франко Базалья в Венеции 11 марта 1924 года вторым из троих детей в состоятельной семье, имевшей также двух дочерей[1]. Безмятежные дни его детства и юности прошли в Сан-Поло — живописном районе Венеции. По окончании школы в 1943 году поступил на факультет медицины и хирургии в Университете Падуи. Сблизившись здесь с группой студентов-антифашистов, принимал участие в войне как партизан антифашистского подпольного движения, но из-за того, что его предал один из товарищей, был арестован и находился в тюрьме в течение шести месяцев до конца войны[2][3][4].

Становление

Шаг, благодаря которому Базалья получил широкую известность и остаётся в истории, заключался в его переходе в другое, закрытое учреждение — психиатрическую больницу. В 1949 году получил диплом с квалификацией в области медицины и хирургии и начал практиковаться в клинике нервных и психических заболеваний в Падуе, где проработал в качестве ассистента до 1961 года. На протяжении этого периода, а также в дальнейшем Базалья ведет интенсивную интеллектуальную деятельность, в результате которой друг за другом появляются работы, научные публикации и написанные для конференций доклады о самых различных состояниях при психических заболеваниях, встречавшихся в его клинической практике: шизофрении, навязчивых состояниях, ипохондрии, соматопсихической деперсонализации, депрессии, параноидном синдроме, анорексии, расстройствах, связанных со злоупотреблением алкоголем, и многих других.

Это годы, когда он начинает также увлекаться философией, изучая, в частности, феноменологию и экзистенциализм и стремясь объединить традиционную психопатологию с антропофеноменологической психиатрией[2]. Занимаясь интенсивной научной деятельностью в эти отданные университету годы, он изучает и использует работы Бинсвангера, Минковского, Штрауса, Гуссерля, Хайдеггера, Ясперса, а также Мерло-Понти и Сартра, по большей части авторов, необычных для нейропсихиатра и явно не вписывающихся в традиции итальянского университета той эпохи[1], анализирует работы критиков психиатрии, в том числе Фуко и Гоффмана[5]. Директором клиники был профессор Джованни Баттиста Беллони, академический учёный старого закала, который специализировался на неврологической и органической патологии и с которым Базалья поддерживал официальные уважительные отношения. Несколько лет спустя именно Беллони уговорил «философа» Базалью — как иронически называл его — не оставлять университетскую карьеру, которую Базалья всё же продолжит, потому что она откроет определённые перспективы. Близкие дружеские отношения возникли у Базальи с его коллегой Грайаром Терцианом, впоследствии сделавшим блестящую карьеру профессора неврологии и разделявшим его многочисленные культурные и научные интересы, а также интерес к книгам, главным образом на французском языке[2].

Впоследствии знание французского языка откроет Базалье возможность для сближения и тесных контактов с другими значительными фигурами антипсихиатрического движения — Дэвидом Купером и Мишелем Фуко. В частности, в 1971 году Фуко примкнёт к группе итальянских психиатров, сделавших психиатрические больницы предметом критики и полемики, и напишет статью для сборника «Беспорядки»[6] с целью поддержать Базалью, которого привлекут к судебной ответственности за несанкционированное освобождение психически больных из психиатрической больницы в Гориции[7][8].

Начало профессиональной деятельности

В 1952 году Базалья получил специализацию по нервным и психическим заболеваниям и через год женился на Франке Онгаро, которая позже родит ему двух детей, станет депутатом итальянского парламента, единомышленницей и соратницей в последующих реформах[2][5]. Образовав с ней необычный интеллектуальный тандем, при её участии написал многие свои книги.

В 1958 году Базалья получил звание приват-доцента психиатрии, а в 1961 году принял участие и одержал победу в конкурсе на должность директора психиатрической больницы в Гориции, куда переехал со всей семьёй. Столкновение с жестокой реальностью, которую представляла собой психиатрическая больница, оказалось по-настоящему драматичным событием в его жизни: Базалья внезапно пришёл к выводу, что с этим жутким положением необходимо что-то делать, предприняв радикальные меры по преобразованию учреждения[2]. Эти впечатления, как Базалья не раз скажет о них, — это нечто шокирующее и показательное. Засовы, ключи, крики, запах напоминают ему тюрьму, где он провёл последние шесть месяцев войны, будучи студентом, обвинённым в антифашистской деятельности. Больных Базалья неоднократно будет описывать словами Примо Леви, сказанными о заключённых концлагеря:

Представьте себе сейчас человека, которого вместе с любимыми людьми лишают своего дома, своих привычек, своей одежды, в конечном счёте всего, буквально всего, что он имеет: он будет обезличенным человеком, низведённым до страдания и нужды, забывшим о достоинстве и разумности, ибо такое легко происходит с теми, кто потерял всё перед тем, как потерять самого себя[1].

Леви П. Человек ли это?[9][10]

Как отмечает профессор Шеффилдского университета, специалист по истории психиатрии С. С. Джохл[3][4], состояние психиатрии в то время было, по современным стандартам, отвратительным. Психически больные и инвалиды содержались вместе в крупных лечебницах, где число стационарных больных выросло с 32000 в 1904 году до 150000 в 1965 году. Закон о психиатрической помощи 1904 года в известном смысле узаконил психиатрию, отведя ей в большей мере функцию правоохранительной системы, чем службы здравоохранения. Психически больные в этом законе определялись как социально опасные или проявляющие неприличное поведение. Функцией психиатрических служб являлся контроль поведения с тем, чтобы оно не причиняло беспокойство обществу. Врачу было легко заявить, что человек проблемен или опасен, в связи с чем его могли удерживать против воли в течение тридцати суток в наблюдательной палате, откуда спустя тридцать дней, если он всё еще был «нездоров», его переводили в палату для хронически больных, где он, возможно, был обречён оставаться всю жизнь. Если его выпускали, он не мог работать в государственных учреждениях, и его имя включалось в специальный полицейский список — на нём пожизненно оставалось несмываемое клеймо.

Столкнувшись с плачевными условиями содержания душевнобольных, Базалья решительно отверг идею возможной реформы лечебницы по принципу «секторизации», или «терапевтических общин», и обратился к практике, порывавшей со всеми институциональными механизмами, которые угрожали бы восстановлением отторжения, отрыва от социальной жизни тех, кто имеет дело с психиатрией.

Наше дело, — говорил Базалья, — может быть продолжено только в негативном направлении, подразумевающем деструкцию и преодоление, которые, не ограничиваясь рамками принудительно-пенитенциарной системы психиатрических институтов…, распространялись бы также на насилие и исключение, свойственные всей социально-политической системе…[11] Чистая власть врача возрастает столь же головокружительно, сколь ослабевает власть больного, который в силу одного того, что он госпитализирован, становится бесправным гражданином, отданным на откуп врачу и его санитарам, которые могут делать с ним всё, что хотят, без опасений быть призванными к ответу[11].

Базалья был психиатром-революционером в Италии и наиболее успешно способствовал переменам. Он постепенно вводил элементы терапевтической общины, способствуя свободному общению персонала и пациентов, их освобождению из изоляции и созданию для них более свободных условий. Наряду с экзистенциалистами он подчеркивал, что не стóит обращаться с человеком как с объектом и что медицинская модель соматического заболевания в отношении психического расстройства неприемлема. Через несколько лет в прямом смысле были открыты двери, пациенты начали сами заботиться о себе и друг о друге. Они работали в небольших группах, как в пределах больницы, так и за ее пределами, и получали обычную заработную плату[3][4].

Врачебный опыт и выводы Базальи

В 60-х годах XX века психиатрическую помощь в Италии оказывали главным образом в психиатрических больницах, которые тогда назывались лечебницами, как указывалось в первом базовом Законе, принятом в 1904 году. Ликвидация психиатрических больниц формально началась с принятием Закона 180, вступившего в действие 13 мая 1978 года. В этом Законе принудительное лечение рассматривалось лишь как исключительная мера, что привело к созданию по всей стране сети общественных центров психиатрической помощи, способствующих развитию альтернативных способов работы с людьми, имеющими инвалидность по психическому заболеванию, внутри общества. Фактически процесс деинституционализации начался ранее 1978 года в итальянских психиатрических больницах, директором которых был Франко Базалья, а именно в Триесте, Гориции и Ареццо.

Опыт, полученный в этих различных больницах, показал, что:

  1. психиатрические отделения могут функционировать в режиме открытых дверей;
  2. организационные меры, не допускающие насилия, — даже если они действуют в рамках учреждения — могут приносить весьма положительные результаты[12];
  3. можно закрыть психиатрические больницы и проводить лечение людей, имеющих проблемы с психическим здоровьем, внутри общества. Непосредственные практические результаты выражались как в сокращении принудительных госпитализаций, так и в тенденции к сокращению у пациентов рецидивов болезни.

Режим «открытых дверей» Базальи поразительно повлиял на чувства и отношения пациентов с окружающей социальной средой и теми, кому надлежало оказывать им помощь. Другими словами, стационарный больной, проведший в больнице долгое время, начал «открывать для себя свое право жить человеческой жизнью»[13]. Закрытие психиатрических больниц в Италии явилось основой для создания внутри общества современных служб по оказанию людям с тяжелым психическим расстройством помощи, не предусматривающей их изоляцию в перепрофилированных психиатрических учреждениях.

Базалья и его последователи рассматривали психиатрию как сферу медицинской помощи, оказываемой с целью социального контроля в интересах действующей власти. Полученные в результате стандарты нормальности и ненормальности де-факто обусловили отношение к отдельным социальным группам с позиции силы. Данный подход был, безусловно, немедицинским и указывал на роль психиатрических учреждений в контроле и сведении социальных проблем и девиантных форм поведения к медицинским вопросам.

Результатом работы Базальи в психиатрической лечебнице в Гориции, при которой он вначале руководствовался идеями Джонса Максвелла о терапевтической общине, стал вывод о том, что сутью проблемы является сама институция, где строгие организационные меры, механизмы контроля и жесткие правила в конечном счете приводят к утрате осознания себя как личности и нивелированию человеческого достоинства. Работа, которая вначале продвигалась усилиями Базальи, была сосредоточена на ликвидации психиатрической институции и стремлении физически устранить традиционные барьеры между людьми и психически больными и в то же самое время добиться развития общественных служб, необходимых для проживания за пределами больницы. В пределах больницы начались реальные действия по устранению барьеров между персоналом и пациентами: символом данной инициативы была отмена форменной одежды медицинского персонала и прекращение пользования ключами. В результате возникла больница с открытыми дверями, куда можно было свободно войти снаружи[14][15].

В ходе клинической практики у Базальи сложилось представление о безумии как о выражении неосознанных человеческих потребностей и косвенном акте протеста, адресованном обществу, расценивающему индивидуальное отличие в качестве психического отклонения[16]. По мнению Марио Колюччи[17], смелый шаг Базальи и его сторонников — это шаг к тому, чтобы попытаться уйти от клинической концепции дефицитарности, обосновывающейся неполноценностью безумного подопечного и его речевой деятельности. Базалья неизменно остается феноменологом и практикует феноменологический метод эпохе, воздержание от вынесения заключения и от оперирования используемыми в позитивистской психиатрии категориями органической и соматической патологии. Основным способом уйти от них является феноменология, поскольку она позволяет преодолеть бесперспективность и пессимизм, порождаемые крепелиновской клинической концепцией, представляющей собой концепцию дефицитарности и сводящей безумие, психическое заболевание к соматическим проявлениям, когнитивному и эмоциональному обеднению, деградации, дегенерации и исходу, не поддающемуся объяснению, исправлению, излечению и в конечном счете прогнозу, а значит, опасному. Безумие не заключается в дефицитарности, деградации, обеднении и неполноценности. На выраженность безумия влияет прежде всего больница, и именно это беспокоит Базалью. В стенах больницы выраженность безумия сходит на нет. Оно видоизменяется, слабеет, совершенно лишается энергии. Приехав в Горицию, Базалья видит и описывает типичного стационарного пациента: «Он тот, кто кажется абсолютно дисциплинированным, покорным воле санитаров и врача, безропотно позволяет себя одеть, вымыть, накормить, позволяет или соглашается привести в порядок свою комнату утром, тот больной, который не осложняет собственными действиями работу персонала, а покорно, пассивно приспосабливается к власти администрации, опекающей его»[18]. Образ типичного стационарного пациента в конце его институционального пути — это образ опустошенного человека. Человека, лишенного силы, энергии, прав, способности к решительным действиям. Лишенного своего безумия.

По мнению Базальи, личность каждого пациента психиатрической больницы можно восстановить только при сочетании двух процессов: ликвидации учреждения, в которое помещен пациент, и освобождения «силы безумия». Базалья рассматривал безумие как освобождающую силу, позволяющую индивиду реорганизовать содержание своей жизни. Таким образом, понятие «психическое заболевание» обращается в вопрос о том, что люди с психическими расстройствами могут вновь обрести свободу путем освобождения из психиатрической больницы[19].

В эти годы Базалья продолжает заниматься научной и интеллектуальной деятельностью и по-прежнему активно принимает участие в итальянских и международных конгрессах по неврологии и психиатрии, в том числе в международном конгрессе по психотерапии, проводившемся на немецком языке в Висбадене в 1962 году, и седьмом конгрессе по психотерапии в Лондоне в 1964 году. В том же году в составе итальянской делегации принимает участие в первом международном конгрессе по социальной психиатрии в Лондоне, где выступает с докладом «Ликвидация психиатрической больницы как места изоляции: Соображения, продиктованные личным опытом введения режима открытых дверей и дневного стационара»[20], содержащим план работы, который был реализован сначала в психиатрической больнице в Гориции, а затем в Триесте. С 1965 года становится редактором отдела писем «Журнала по экзистенциализму», выходившего в Нью-Йорке.

В 1969 году по приглашению Муниципального центра психиатрической помощи в больнице Маймонида, расположенной в Бруклине, одном из районов города Нью-Йорк, Базалья проводит шесть месяцев в Соединённых Штатах в качестве профессора-эксперта: этот опыт дачи экспертного заключения отражен в «Письме из Нью-Йорка. Фиктивный больной»[21][2].

Вернувшись и проведя некоторое время в сомнениях, покидает Горицию — где попытка преобразовать психиатрическую больницу, к сожалению, не удалась из-за противоположного стремления местной администрации ограничить психиатрическую помощь пределами больницы — и принимает от Марио Томмазини, руководителя службы здравоохранения в провинции Парма, отличавшегося большей смелостью, предложение занять должность директора психиатрической больницы в Колорно. В Колорно начинается первый этап процесса преобразований, который в скором времени и здесь оказывается крайне сложным, поскольку Базалье пришлось столкнуться с многочисленными препятствиями административного характера со стороны сформировавшейся в провинции Парма джунты левых, которая хотя и одобряла, но на практике не поддерживала этот процесс, чтобы не пострадали ее местные экономические интересы и соотношение политических сил.

С 1971 по 1972 год работает внештатным преподавателем психической гигиены при педагогическом факультете Университета Пармы. Переломным моментом было лето 1971 года, когда Базалья выиграл конкурс на должность директора психиатрической больницы в Триесте и незамедлительно занял ее, поскольку она обеспечивала возможность принимать любые решения, какие он считал необходимыми[2].

Теоретические работы

Как отмечает исследователь антипсихиатрического движения О. Власова, все теоретические работы Базальи направлены на реализацию единственной практической цели — свержения психиатрии как института изоляции[22][23]. Среди работ Базальи — «Ликвидация психиатрической больницы как места изоляции»[20], «Учреждение, подлежащее ликвидации»[13], «Закрытие психиатрической больницы»[24], «Что такое психиатрия?»[25], «Гибель класса»[26], «Девиантное большинство»[27], «Беспорядки»[6] и другие.

В 1964 году в своей работе «Ликвидация психиатрической больницы как места изоляции» Базалья пишет о нивелировании человеческих качеств пациентов психиатрических больниц, находящихся в изоляции, а также о ее крайне негативном влиянии на их социальную и психическую жизнь:

С тех пор как вокруг него вырастает стена в связи с помещением в психиатрическую больницу, больной переходит в новое измерение эмоциональной пустоты…; его помещают, таким образом, в пространство, которое, будучи изначально предназначенным для его усмирения и одновременно излечения, в действительности выступает как место, созданное, как ни парадоксально, для полного стирания его личности, как место его превращения в безликий предмет. Если психическое заболевание представляет собой, в самой своей сущности, утрату личности и свободы, то в психиатрической больнице больной не находит для себя ничего иного, кроме места, где он будет совершенно забыт, превращённый в воплощение болезни и монотонного ритма больничной жизни. Полное отсутствие планов, утрата будущего, постоянное нахождение под чужой опекой без малейшей личной инициативы, придание его дню размеренности и почасового распорядка, диктуемых исключительно организационными требованиями, которые как таковые не могут полностью подходить для отдельного индивида и учитывать личные потребности каждого, — вот тот механизм изоляции, на основе которого движется жизнь в психиатрической больнице[20].

Как пишет Базалья в 1967 году в своей работе «Что такое психиатрия?», в том абсурдном и бесчеловечном учреждении, каковым является психиатрическая больница, «больной не существует (даже когда его лечение заявляется в качестве цели всего учреждения), надолго оставшись в пассивной роли, как создающей, так и разрушающей его». Помещение в психиатрическую больницу лишает его гражданских и политических прав, лишает свободы и жизненных сил, а также возможности участвовать в социальной деятельности, связей и статуса, поскольку с утратой всех индивидуальных особенностей, неотделимых от заболевания, он остается объектом надзора и насилия[28][29].

В 1968 году выходит работа «Учреждение, подлежащее ликвидации». Данный доклад о психиатрической больнице, благодаря которому международное сообщество познакомилось с новаторским опытом, полученным в Гориции, и возникло антиинституциональное движение, вскоре стал одной из знаковых книг итальянской оппозиции, и в течение первых четырех лет после её выхода в печать было продано шестьдесят тысяч экземпляров этой книги[2].

В 1968 году Базалья приходит (и начинает приводить других) к твердому пониманию, что любые реформы психиатрических учреждений, вложенные в них средства и усилия никогда не принесут тех результатов, которые отвечали бы ожиданиям и потребностям находящихся в психиатрических больницах людей и способствовали бы улучшению их психического состояния и жизни. Таким образом, вместо того чтобы реформировать психиатрические учреждения, целесообразнее их полностью ликвидировать. Целью его политической и социальной программы было добиться того, чтобы психическое заболевание не служило основанием для изоляции, и показать, что заключение психиатрической экспертизы фактически представляет собой приговор к лишению свободы. Этот радикальный взгляд привел к тому, что Базалья принял позицию сторонников упразднения психиатрических учреждений и настойчиво предлагал социальные и экономические альтернативы, которые отвечали бы потребностям институционализированного контингента[16].

В 1968 году в фильме Серджо Дзаволи «Сады Авеля», посвящённом Базалье и его эксперименту в психиатрической больнице Гориции, на замечание, что критика психиатрической больницы скорее представляет собой гражданский иск, чем предложение, связанное с психиатрией, Базалья ответил:

Я не мог бы предложить абсолютно ничего связанного с психиатрией для традиционной психиатрической больницы. В больнице, где пациенты связаны, полагаю, никакой вид терапии, будь то медикаментозная терапия или психотерапия, неспособен принести пользу этим людям, которые поставлены в положение подчинения и заточения теми, кто должен заботиться о них[1].

В 1969 году выходит работа «Гибель класса», написанная в соавторстве с Франкой Онгаро. Наряду условиями жизни в психиатрических клиниках, запечатленными на фотографиях Карлы Черати и Джанни Беренго Гардина, она познакомила читателей с работами «Узилища» Эрвинга Гоффмана и «Идеология и практика социальной психиатрии» Максвелла Джонса[2].

В 1970 году Базалья переехал в Триест, где руководил созданием общественных центров психиатрической помощи, оборудованных койками, и дневных центров, вскоре пришедших на смену психиатрической больнице.

Демократичная психиатрия

В 1973 году Базалья и его соратники создали «Демократичную психиатрию» — движение, в рамках которого объединился обширный опыт альтернативной психиатрии, продолжавшей крепнуть в Италии.[2] Союз «Демократичная психиатрии» создавался с целью консолидации общественных и политических сил, способных оказать поддержку реформам. Наиболее активно союз действовал и продолжает действовать в Триесте[30]. Он дал начало радикальным изменениям, которые распространились на другие регионы, такие как Ареццо, Перуджа, Феррара, Парма, Генуя, Турин и Бари[3][4]. Его членами, как правило, становились психиатры, выступавшие за ликвидацию психиатрических больниц с тем, чтобы преодолеть связанные с ними социальную сегрегацию и изоляцию. В основу устава «Демократичной психиатрии» были положены следующие принципы:

  1. продолжение борьбы против социального отвержения и исключения в психиатрии, работа над восприятием безумия в контексте культуры;
  2. борьба с психиатрической больницей как с наиболее мощной парадигмой исключения;
  3. противостояние репродукции подобных механизмов в обществе;
  4. установление четкой связи между здоровьем и его поддержанием через реформирование системы психического здоровья в Италии[31][22].
Марко Кавалло, символ итальянской реформы

Одной из наиболее памятных политических акций «Демократичной психиатрии» стало уличное шествие в марте 1973 года, приуроченное к открытию дверей психиатрической больницы Триеста и сносу стен, отделявших ее от города. Перед колонной, насчитывавшей около четырехсот человек, представлявших собой интеллектуальную элиту, артистов, художников, персонал и пациентов психиатрической больницы, под звуки музыкальных инструментов двигалась голубая лошадь из папье-маше и дерева, которая получила имя Марко Кавалло и стала символом итальянской реформы, ныне неизменно фигурирующим на страницах изданий, фирменных бланках и сайте департамента психиатрической помощи Триеста. Несмотря на то, что психиатрическую больницу в Триесте окончательно закрыли лишь 21 апреля 1980 года, появившаяся в ней свобода пришла в другие итальянские психиатрические клиники гораздо раньше.[22]

В 1974 году в Гориции прошла первая конференция, получившая название «Практика безумия» и наметившая связь антиинституционального движения с политическими и профсоюзными организациями левых.

В 1976 году усилиями персонала психиатрической больницы была проведена третья конференция Международной сети по поиску альтернативы психиатрии. В этой конференции, названной «Система контроля», приняли участие около четырех тысяч человек.[2]

В январе 1977 года Базалья объявляет о закрытии психиатрической клиники в Триесте с переходом к новой терапевтической модели, направленной на возвращение больных в лоно общества.[5]

В 1978 году совместно с Джулио Маккакаро, директором института биометрии в Миланском университете, Базалья начинает первое исследование психиатрических служб в рамках Целевой программы по профилактической медицине, разработанной Национальным советом по научным исследованиям под руководством Рафаэло Мизити. Также принимает участие в работе и организации международных конференций по всей Европе, включая конференции ВОЗ по развитию научных исследований. Его приглашают в Мексику и Мозамбик.

Конец жизни и смерть

В том же году, когда был принят Закон 180, Франко Базалья впервые приехал в Бразилию по приглашению Бразильского института психоанализа, социальных групп и институтов под руководством Грегорио Баремблитта, Хаима Каца и Луиса Фернандо де Мелло Кампоса. Базалья принял участие в Международном симпозиуме по психоанализу, социальным группам и институтам, проходившем в известной и со вкусом обставленной гостинице «Копакабана Пэлас» (Рио-де-Жанейро) с 19 по 22 октября 1978 года. Это мероприятие также было отмечено участием Эрвинга Гоффмана, Говарда Беккера, Томаса Саса, Робера Кастеля, Шир Хайт, Феликса Гваттари и Эмилио Родрига. Они составляли влиятельную группу международных деятелей, пожелавших обсудить и подвергнуть анализу социальные институты, а также возможные пути к их преобразованию и обретению независимости от них[32].

В 1979 году Базалья решается ещё на две важных поездки по Бразилии, из Сан-Паулу в Белу-Оризонти через Рио-де-Жанейро. Перед аудиторией, представленной не только психиатрами, психологами, социальными работниками, медсестрами, но и политиками, профсоюзными деятелями, преподавателями, студентами, простыми людьми, делает ряд докладов, которые впоследствии были собраны в книгу «Бразильские доклады»[33][2]. В дебатах, состоявшихся в Рио-де-Жанейро 28 июня 1979 года, Франко Базалья ответил на вопрос о смысле своей работы следующим образом: «Как видите, невозможное становится возможным, и важно то, что мы это продемонстрировали. Десять, пятнадцать, двадцать лет назад нельзя было и представить себе, что психиатрические больницы могут быть ликвидированы. Не исключено, что психиатрические больницы с их закрытостью и с ещё большей закрытостью, чем прежде, появятся вновь — этого я не знаю. Но в любом случае мы продемонстрировали, что психически больному человеку можно оказывать помощь иным образом, и это самое веское доказательство. Я не думаю, что возможность делать общие выводы на основе нашей работы означает, что одержана победа. Важно другое — теперь известно, что можно сделать»[1]. Кульминационным моментом пребывания Базальи в Бразилии стал III Минас-жерайский конгресс по психиатрии, прошедший в ноябре 1979 года в городе Белу-Оризонти, штат Минас-Жерайс. В этот момент Базалья и Закон 180 стали главным ориентиром в начинающихся реформах психиатрии в Бразилии[32].

Также в 1979 году представляет свои работы и принимает участие в научном сборнике под редакцией Эрнесто Вентурини «Тутовый сад». В ноябре того же года передаёт Франко Ротелли руководство психиатрической службой в Триесте и переезжает в Рим, где занимает должность координатора психиатрической службы в регионе Лацио. Базалья представляет сразу три программы широкомасштабной деинституционализации, для которых просит карт-бланш у региональной администрации.

В мае 1980 года его приглашают в Германию. 15 мая 1980 года в Берлине, после дебатов в переполненном актовом зале университета, Базалье становится плохо. В действительности это — первые признаки болезни, которая вскоре приведёт его к смерти, наступившей 29 августа 1980 года, когда он находился в своём доме в Венеции[1]. Причина смерти: прогрессирование рака головного мозга[34][5]. В 19811982 году под редакцией Франки Онгаро вышли два тома его работ[18][35].

Достижения

13 мая 1978 года, благодаря неустанным усилиям Базальи и его команды, которые собрали полмиллиона подписей в поддержку изменений, итальянский парламент принял законодательный акт о психиатрической помощи, также называемый Законом 180, в соответствии с которым создавались общественные центры психиатрической помощи и упразднялись психиатрические больницы и недобровольная психиатрическая помощь. На каждые 200000 человек всего населения страны должно было быть не более 15 коек. Подчеркивалось, что профилактика, лечение и реабилитация должны проводиться во внебольничных условиях[3][4].

Плоды работы Базальи, первоначально рассматривавшиеся как техническое нововведение в медицине, были результатом анализа репрессивной роли психиатрии в обществе. Этот анализ затронул некоторые социальные и политические вопросы, оказавшие серьезное влияние на медицину. Закон 180 явился точкой пересечения, в которой сошлись медицинские, социальные и политические вопросы. Следовательно, он может рассматриваться как отправная точка для создания почти революционного законодательства (по крайней мере для страны), то есть нового Закона о национальном здравоохранении, вступившего в действие в том же году и открывшего широкие перспективы для итальянского общества в целом.

Конечно, психиатрические больницы были ликвидированы в контексте характерных социальных и политических событий, отразившихся на различных областях общественной жизни и медицины (например, помощь престарелым, людям с ограниченными физическими возможностями и детям). Основной принцип итальянской системы национального здравоохранения состоял в том, что помощь при всех видах заболеваний и инвалидности следует оказывать без отрыва пациента от естественной для него среды (дома, работы и отдыха). Эта цель была достигнута главным образом благодаря отказу от практик сегрегации и созданию амбулаторных служб, особенностью которых являлось многофункциональное назначение. Проект был реализован путем коренного изменения организации труда работников здравоохранения и при активном участии пациентов, семей, младшего и среднего медперсонала психиатрических больниц, студентов, рабочих, психиатров, психологов, журналистов и местных представителей государственной администрации в новых программах медицинской помощи[14][15].

Важно отметить, что этот процесс от деинституционализации к дегоспитализации не был связан с действиями администрации или чиновников. Как отмечает доктор Джованна Дел Джудиче из департамента психиатрической помощи Триеста, «администрация и руководство в Триесте всегда следовали за реальными изменениями, и закрытие психиатрической больницы было связано не с действиями чиновников, а с совместными усилиями пациентов, психиатров, среднего и младшего медперсонала и общественности. Все они сообща добивались эмансипации и воспроизводства этих изменений в обществе, пользуясь большими или меньшими возможностями, насколько им позволял трудовой договор. Именно в этом заключалось различие между деинституционализацией в рамках экономической политики Рейгана и практикой и проектами деинституционализации, направленной на либерализацию человеческих ресурсов, рабочей силы, личности и независимости».

Деинституционализация и дегоспитализация. Значение и смысл данных этапов заключались в том, что деинституционализация предшествовала процессу дегоспитализации, и между двумя этими процессами установилась возникшая по мере развития событий взаимосвязь. Как выразился основоположник реформ Франко Базалья, «Гуманизация жизни в психиатрической больнице рассматривалась не как цель сама по себе, а как лишь первый шаг: конечной целью была ликвидация самой психиатрической больницы. Данный проект был направлен на не то, чтобы просто „улучшить функционирование“ психиатрической больницы, а на то, чтобы заложить основу для ее ликвидации». В этом Базалья по существу отвергает реформистский подход движения за терапевтические общины, предложенный Максвеллом Джонсом, с которым он работал в Великобритании. В то время как в терапевтической общине подвергалось анализу и изменению сотрудничество старшего и среднего медицинского персонала с «больными», институциональный барьер сохранился и, как утверждал Базалья, стал менее жестким, что прекрасно подтверждал факт более активного участия пациентов в жизни. Базалья продолжил свою политику упразднения, когда увидел центральную проблему психиатрии в социальном институте, в том, что стоит между излечением/исправлением и изоляцией/надзором. Он увидел диалектическую взаимосвязь между двумя своими выводами — о ликвидации этого института и возвращении индивида в общество — и, несмотря на то, что в действительности это было постепенным процессом, теория и язык Базальи временами становились такими же жесткими, как и институт, который он намеревался упразднить. В этой связи на обеде, устроенном для специалистов и политиков вскоре по его прибытии в Триест, он заявил, как говорили, что

именно наряду с присутствием “безумных” на улицах Триеста моей целью является повергнуть сами психиатрические учреждения в кризис[36].

Ход реформ

Триест, город, где начались реформы

Деинституционализация психиатрии в Италии началась в Триесте и затем была проведена в государственном масштабе. Особенно показательны ее начальные этапы.

В августе 1971 года Франко Базалья становится директором провинциальной психиатрической больницы Святого Иоанна в Триесте. С группой молодых врачей, еще не подвергшихся негативному влиянию традиционной психиатрии, а также психологов, студентов и волонтёров он начинает резкую критику теорий и практик института психиатрической больницы[28][29]. В день его первого появления в психиатрической больнице численность её стационарных пациентов составляла 1182 человека, и для 840 из них лечение было принудительным. Больница находилась в ведении администрации провинции, представленной джунтой левоцентристов во главе с Микеле Дзанетти. Дзанетти предложил и начал оказывать всестороннюю поддержку выдвинутому Базальей проекту ликвидации больницы и организации амбулаторной психиатрической помощи.

Просто придя к Дзанетти, Базалья попросил дать ему возможность сформировать свою команду и представил план реорганизации местной психиатрической помощи в сочетании со значительным разукрупнением больницы посредством того, чтобы сделать её открытой и переустроить отделения. Он стремился покончить с её отделенным от города замкнутым миром, стараясь расширить его за счёт окружающей территории. Получив серьёзный опыт в Гориции и Парме, Базалья понял, что эксперимента по образцу терапевтических общин недостаточно: необходимо продвигать политический проект, который не ограничился бы гуманизацией среды в психиатрической больнице и простым изменением процесса её внутреннего функционирования, а поставил бы под вопрос само существование этой тотальной институции. Больницу в Триесте следовало закрыть. Также необходимо было создать сеть амбулаторных служб, которые предотвратили бы поток новых госпитализаций и обеспечили бы людям, отпущенным из психиатрической больницы, доступ к психиатрической помощи в соответствии с их потребностью в ней.[2]

С 1971 по 1974 год усилия Франко Базальи и его группы направлены на то, чтобы изменить принципы и правила, по которым осуществляется руководство учреждением, выразить сомнение в целесообразности иерархии, изменить отношения между персоналом и пациентами, наладить новые связи, создать помещения с новыми возможностями, а также вернуть свободу и права пациентам стационара. По мере того как в больнице происходят изменения, надзор сменяется уходом, институциональное отторжение — полным принятием на себя ответственности за пациента и его состояние, а пренебрежительное отношение к личности, связанное с представлением о заболевании как об опасности, сменяется отношением, при котором личной судьбе каждого начинает придаваться ценность и значимость.

Запрещаются шоковая терапия и все формы физического стеснения, убираются сетки и барьеры в палатах, открываются ворота и двери, вместо недобровольных госпитализаций остаются добровольные, отменяются пожизненные помещения в больницу и таким образом пациентам возвращаются гражданские и политические права.

Работа ведётся в двух направлениях: с одной стороны, действия в её рамках направлены на восстановление пациента, находящегося в стационаре длительное время, в правах как человека и как личности; с другой — на прерывание спирали хронического развития заболевания, приводящей к новым госпитализациям, путём максимально быстрых дегоспитализаций, а также на кризисное вмешательство с целью избежать отрыва человека от своей семьи, работы и социального окружения.

Для тех, кто был отпущен из больницы, но всё ещё был неспособен найти себе место для самостоятельной жизни в городе или ещё нуждался в опеке либо только в жилье перед возвращением в своё социальное окружение, была создана новая административная роль — «посетителя».

Приоритетом становится изменение и улучшение жилых помещений пациентов (с домашней мебелью, интерьерами, созданными по индивидуальному вкусу и т. д.) и помещений общего пользования (гостиные, бар, клубы); отдельные комнаты, косметика и стремление подчеркнуть свою индивидуальность отражают веяние времени. Предметы повседневного обихода, такие как зеркала, режущие предметы, шнурки и расчёски, вновь становятся привычным явлением, и больничная одежда заменяется на обычную.

Восстанавливаются трудовые книжки посетителей, чтобы они могли получать трудовые пенсии, предпринимаются шаги для оформления социальных пенсий и пенсий по инвалидности, расширяется и улучшается выделение финансовых средств отпущенным из психиатрической больницы пациентам, чтобы «предотвратить новые госпитализации или неблагоприятное развитие заболевания» (Резолюция Местной администрации 1972 года).

С целью преодолеть половую сегрегацию для пациентов организуют мероприятия и встречи, с целью сломать барьер отчуждения и вызвать у широкой публики желание посетить больницу на её территории организуют вечеринки, концерты и выступления широко известных деятелей культуры. Начинаются периодические собрания пациентов, а также ежедневные встречи больничного персонала и общие встречи всей группы с Франко Базальей.

Поощряются прогулки пациентов в городе, в то время как среди местного населения начинаются нередко содержащие критику дискуссии по поводу идеи «открытой» больницы. С целью обеспечить поддержку и предотвратить новые госпитализации возобновляются отношения с семьями пациентов и организуются визиты домой к тем, кто был отпущен из психиатрической больницы.

Для пациентов, находившихся в больнице длительное время и отпущенных из нее, организуются в соответствии с их местом жительства первые группы (в бывших кабинетах директора, главного управляющего, главного врача психиатрической больницы, а также в городе). За ними ухаживают персонал и медсестры, которые в результате также «освободились» из больничных палат.

Постоянно подвергается критике трудотерапия, олицетворяемая ею практика, и в целом переход к использованию труда постоянных работников завершается в декабре 1972 года созданием трудового кооперативного объединения, где около 60 рабочих мест. Пациенты, которые теперь являются членами кооперативного объединения, продолжают заниматься уборкой палат, работой на кухне, в прачечной, в транспортных службах по постоянному коллективному договору, а уже не ради терапии, при которой «они были заняты» как пациенты стационара без каких-либо прав[28][29]. Став шагом к прекращению использования труда пациентов в виде «трудотерапии», трудовой кооператив — первое трудовое объединение, в которое входили вначале стационарные пациенты психиатрической больницы, в дальнейшем потребители психиатрических услуг и многие другие, в 1973 году наконец получил юридическое признание. В том же году Триест был признан лучшим районом Италии по результатам мониторинга психиатрических служб в Европе, проведенного Всемирной организацией здравоохранения[2].

В целом процесс преобразования института является сложным и тяжёлым и проходит среди многочисленных трудностей. В пределах больницы имеются проблемы, особенно с профсоюзами и медсестрами, которые не чувствуют себя на рабочем месте достаточно защищёнными и испытывают значительные затруднения при отказе от традиционной роли «надзирателей», необходимом для того, чтобы приобрести и проявить профессиональные качества. За пределами больницы имеют место конфликты с организациями защиты пациентов и с прокуратурой в связи с выходом пациентов из больницы, видоизменение принудительных госпитализаций и отмена пожизненных помещений в больницу. Также имеются конфликты с местным населением, которое впервые вынуждено контактировать со страданием, несчастьем, отличием и отклонением, ранее скрытыми посредством психиатрической больницы и внутри неё. Но в Триесте наряду с конфронтацией начался процесс, который больше не может быть проигнорирован или прерван.

С 1975 по 1980 год, в то время как в больнице продолжалась работа по внедрению изменений и освобождению пациентов, персонал начал проявлять потребность «выходить за стены» и осуществлять социальное сопровождение пациента, проведшего в больнице длительное время, чтобы поддержать его в ежедневных заботах, посодействовать его возвращению в город, семью, социальную структуру и учреждения и облегчить его связанное с заболеванием страдание в социуме, где оно формируется и проявляется.

С 1975 по 1977 год персонал избрал и оборудовал в провинции Триеста 7 «наблюдательных пунктов», центров психиатрической помощи. Они размещались в различных районах города и были рассчитаны на район охвата обслуживанием, составляющий около 40000 человек. Будучи наблюдательными пунктами в обществе, созданными, чтобы отвечать потребностям пациентов, отпущенных из больницы, они представляли собой места, являющиеся альтернативой больнице при «несении бремени» и оказании помощи всем людям с психическими проблемами[28][29].

В 1975 году были проведены выборы в местные органы самоуправления, в которых левоцентристский блок потерпел поражение. В 1976 году политическая обстановка явно ухудшилась, и эксперимент по ликвидации психиатрической больницы подвергался всё более резкой критике. Ухудшение было связано с административно-политическим кризисом, приведшим к смещению джунты Дзанетти, который, оказавшись в меньшинстве, был вынужден подать в отставку. На совместной пресс-конференции в январе 1977 года Дзанетти и Базалья объявляют о том, что психиатрическая больница будет закрыта к концу 1977 года[2]. Несмотря на то, что в момент этого заявления 32 пациента и 433 посетителя всё ещё остаются в больнице и отделение приема и госпитализации острых пациентов по-прежнему функционирует, теперь у всех укрепляется уверенность в необходимости ликвидации больницы. Этим заявлением санкционирован процесс, который уже не мог быть повернут вспять.

В феврале того же года при отделении экстренной медицинской помощи в больнице общего профиля налаживается работа круглосуточно принимающей вызовы службы в составе одного врача и двух медсестер. Её цель — снизить количество недобровольных госпитализаций, улучшить кризисное и экстренное вмешательство и направить постоянно увеличивающееся количество людей, нуждающихся в помощи, непосредственно в центры психиатрической помощи, минуя психиатрическую больницу[28][29].

13 мая 1978 года Парламентом был принят Закон 180 о психиатрической реформе, начало которой положили эксперименты по ликвидации психиатрических больниц, проводившиеся в Италии с начала 60-х годов XX века. Он был принят практически единогласно, однако у него был трудный путь к реализации[2]. Переход от закона «О психиатрической помощи» 1904 года — в котором лицо с психическим заболеванием определялось через понятия «опасность для себя и окружающих» и «общественный скандал» и предусматривалось создание социального института психиатрических больниц с целью устранить, локализовать данную опасность — к реформистскому Закону 180 1978 года, которым утверждалось право лица, страдающего психическим заболеванием, на добровольную помощь в обществе, знаменуется не только изменением в законодательстве, но изменением теории и практики. И знаменуется отказом от приравнивания психического заболевания к социальной опасности, предоставлением лицу с психическим заболеванием возможности занять социальное положение полноправного гражданина и запретом на строительство новых психиатрических больниц[28][29]. Закон 180, или Закон Базальи, — главное достижение его жизни, по мнению многих, — принятый 13 мая 1978 года, воплощал в масштабах страны меры по изменению подхода к лечению, испытанные Базальей с его соратниками в Триесте[5].

В ноябре 1979 года руководство службами в Триесте принимает на себя Франко Ротелли. В марте 1980 года начинают постоянно — 24 часа в день, 7 дней в неделю — функционировать центры психиатрической помощи (ЦПП). В каждом центре имеется 8 коек, позволяющих круглосуточно вести прием и обслуживание находящихся здесь пациентов и приезжающих жителей соответствующих районов. Они функционируют в контакте с диагностическо-терапевтическим психиатрическим отделением, открытым в соответствии с Законом 180 в больнице общего профиля. Однако впервые появилось оно в Триесте — в виде консультативной службы больницы, а также отделения экстренной медицинской помощи, где было 8 коек для непродолжительного или ночного пребывания.

В апреле 1980 года резолюцией местной администрации официально признаётся и санкционируется прекращение функционирования психиатрической больницы и вместе с тем санкционируется организация новых общественных служб (центров психиатрической помощи), диагностическо-терапевтического психиатрического отделения в больнице общего профиля, а в бывшей психиатрической больнице — службы для длительного пребывания пожилых пациентов. В то время менее 400 посетителей находятся в бывшей психиатрической больнице, где продолжается их реабилитация и освобождение.

В центрах психиатрической помощи группа врачей, психологов, социальных работников и медсестёр при сотрудничестве с другими общественными службами ведёт интенсивную работу по амбулаторному и домашнему обслуживанию людей с психическими проблемами и их семей. В каждом центре психиатрической помощи имеется столовая для госпитализированных пациентов и пациентов дневного стационара, служба социальной поддержки, аптека, место для встреч и общения, а также для проведения мероприятий по реабилитации и интеграции в общество.

Днём центры психиатрической помощи открыты с 8 часов утра до 8 часов вечера, и любой человек может войти туда, не выполняя никаких бюрократических процедур или требований. Ночью центры обеспечивают прием ночных посетителей и обслуживаются двумя медсестрами.

Лица, нуждающиеся в психиатрической помощи ночью, направляются в психиатрическую службу в больнице общего профиля. На следующий день их история болезни направляется, если необходимо, в их местный центр психиатрической помощи.

С 1980 года по настоящий день цели работы группы в Триесте заключались в следующем: достичь большего и лучшего соответствия потребностям местного населения в медицинской помощи; укрепить связи со всеми существующими в регионе службами, как общественными, так и частными; улучшить предлагаемые услуги и проекты; увеличить число контактов с местными учреждениями и создать объединённые с ними сети.

При содействии деятелей культуры, преподавателей гуманитарных дисциплин и специалистов были созданы также отделения по реабилитации, обучению и демонстрации работы. Когда в городе создали новые социальные кооперативные объединения для людей, обращающихся в центры психиатрической помощи, и молодёжи, также стало проявляться растущее внимание к обучению профессии и трудоустройству.

При реабилитации и освобождении посетителей из бывшей психиатрической больницы Святого Иоанна продолжали использоваться помещения для отдельного и совместного проживания, и первоначальная территория была обустроена и возвращена городу для использования в других целях.

В Триесте процесс деинституционализации привел к полному восстановлению прав лица с психическим заболеванием, предоставлению ему возможности занять социальное положение полноправного гражданина и открыл дополнительные возможности для него, для тех, кто работает с ним, и, в конечном счёте, для всего общества.

В сфере государственного здравоохранения результатом этого стал переход от надзора и изоляции — психиатрической больницы — к поддержке, помогающей нести бремя страдания и заболевания и восстановить здоровье в обществе.

Свойственные психиатрической больнице практики насилия и принуждения были заменены практиками, основанными на согласии, разделении ответственности и совместном существовании — всех элементах, составляющих основу психиатрической помощи. Равнодушие, безучастность и отсутствие межличностных отношений сменились близостью и участием.

Объектом работы тех, кто занят в сфере охраны психического здоровья, является уже не заболевание, а человек, который переживает и выражает психотравмирующую ситуацию в своем социальном окружении. Социальная опасность больше не связывается автоматически с заболеванием; вместо этого в качестве представляющих угрозу психическому благополучию рассматриваются социальное окружение и отсутствие ответных действий служб. Хронизация больше не является неотъемлемым признаком пациента с психическим заболеванием, она является историческим артефактом, связанным с неприемлемыми методами работы служб и заведенным порядком помещать человека в психиатрическую больницу.

В психиатрической практике ценность всё больше и больше придается индивидуальным отличиям, расширению взаимоотношений и возможностей участвовать в деятельности, а также программ социальных объединений.

Сегодня в департамент психиатрической помощи (ДПП) входит сеть следующих служб:

  • 4 круглосуточно действующих центра психиатрической помощи, каждый их которых обслуживает около 60000 человек. В каждом центре психиатрической помощи имеются в среднем 4 врача, 1 психолог, 20 медсестер, 2 социальных работника и 8 кроватей для круглосуточного пребывания. Одно действующее отделение отведено под женский центр психиатрической помощи, который с 1992 года занимается отдельными вопросами, связанными со здоровьем женщин, и экспериментальными исследованиями с применением различных методов терапии и эмансипации. Каждый центр выполняет работу по профилактике, обслуживанию и реабилитации, осуществляя свои социальные функции посредством амбулаторного и домашнего обслуживания, социальной поддержки, трудоустройства, поддержки семьи, предоставления жилья и налаживания связей.
  • Диагностическо-терапевтическое психиатрическое отделение, выполняющее преимущественно консультативные функции для отделений экстренной медицинской помощи в больницах общего профиля и других их отделений. В нем имеются 8 коек для ночного обслуживания и госпитализации пациентов, которые нуждаются также в других видах медицинской помощи.
  • Реабилитационная и жилищная служба координирует структуры, специально предназначенные для проведения обучения, реабилитации и социальной интеграции. В частности, она осуществляет руководство и координацию по жилищным структурам департамента, мероприятиям и работе отделений дневного центра и взаимодействию департамента и социальных кооперативных объединений.

В службу психиатрической помощи входит 29 жилищных структур. В них размещается около 140 посетителей. Это бывшие пациенты, находившиеся длительное время в психиатрической больнице, и люди, обращающиеся в центры психиатрической помощи и нуждающиеся в поддержке в своей повседневной деятельности, в лечении и реабилитации по индивидуально разработанному плану.

Имеющиеся в дневном центре отделения для занятий ручным трудом, обучения, развития навыков самостоятельной жизни и демонстрации работы являются комплексными структурами, предназначенными для культурных мероприятий, общения, образования, обучения и развития навыков самостоятельности. Принимая участие в небольших групповых мероприятиях, проводимых здесь, люди приобретают умения, навыки работы, навыки общения и частично восстанавливают здоровье и умение строить взаимоотношения с другими.

В тесном контакте с департаментом и в различных сферах деятельности работают 4 социальных кооперативных объединения. В них насчитывается более 200 работающих членов, более 50% из которых относятся к категории риска и обучаются профессии в центре психиатрической помощи. Обучение профессии и мероприятия по трудоустройству являются существенной частью развития навыков самостоятельности. В настоящее время в социальных кооперативных объединениях и на частных предприятиях в городе обучается профессии 110 человек. С января по октябрь 1997 года 29 человек, обучавшихся профессии, были приняты на постоянную работу.

С начала 80-х годов XX века служба, в состав которой входят сотрудники центра психиатрической помощи, действует в местной тюрьме. Ее цель — обеспечивать непрерывность терапевтического процесса для нуждающихся в нём пациентов, отвечать на новые иски, поданные заключёнными гражданами, оспаривать и отменять направления в психиатрические больницы, где проводятся судебно-психиатрические экспертизы, и способствовать появлению мер, выступающих альтернативой тюрьме.

С департаментом психиатрической помощи сотрудничают три ассоциации — ассоциации волонтёров, родственников и взаимопомощи, проводящие специальную работу в сфере борьбы с развитием социального отторжения и в целях утверждения людей, страдающих психическими расстройствами, в гражданских правах[28][29].

Полная и успешно завершившаяся деинституционализация позволяет вспомнить слова Базальи:

То, что остается, — это бушующее море, перед котором мы должны стоять, не здоровье и заболевание, а сама жизнь… Нашей текущей проблемой является та же самая проблема, перед которой стоял Кортес после того, как сжёг свои корабли: позади нас не осталось мостов, которые позволили бы нам снова отправиться в плавание по морям, не подвергаясь опасности[31][37].

Результаты реформ

Реформы Базальи привели к следующим конкретным результатам:

Оценки и память

В Италии идеи Базальи оказали значительное влияние на работу ведущих деятелей в области медицинской антропологии и этнопсихиатрии. В период, который получил название философско-медицинского, Базалья занимался развитием феноменологической психиатрии, уникальность которой заключалась в ее возможности способствовать восстановлению разрушенной жизни страдающего человека благодаря разработке плана лечения, учитывающего этические аспекты. Молодые, прогрессивно мыслящие коллеги Базальи обнаруживали в его воззрениях этический и общечеловеческий аспект, который послужил основой для их социальных и политических взглядов. В последующие годы социальная и демократичная психиатрия обрела ясный путь со «строгой» политической эпистемологией, который привел от социальной психиатрии к кросскультурной и культурной психиатрии и, наконец, к этнопсихиатрии. Врачи, психиатры и психоаналитики вносили изменения в свои теории и практику для того, чтобы способствовать развитию медицины, всё больше и больше учитывающей политические факторы и потребности коренных итальянцев, которые переселялись из деревень на юг. Позже движение проявляло всё больший интерес к иностранным иммигрантам, которые приезжали в Италию с 80-х годов XX века. Когда идеи Базальи имели основное значение для феноменологического движения в психиатрии, к этому движению также присоединялись исследователи и практикующие специалисты других научных школ. Феноменологические подходы к психиатрической практике пользуются в Италии широкой популярностью, особенно в сравнении с философскими и психологическими подходами, которые преобладают в Германии. Основными деятелями данного феноменологического движения являются Альберто Гастон, который прилагал усилия к развитию диалога между психоанализом и феноменологией, Бруно Каллиери и Серджо Меллина. Луиджи Фриги и Гоффредо Барточчи способствовали развитию кросскультурного подхода к психическим расстройствам. Джузеппе Кардамоне, Сальваторе Инглезе и Нино Лози дали взглядам Базальи новую интерпретацию на основе идей Де Мартино, Тоби Натана и Дакарской школы наряду с другими.

«Проклятых земли» Франца Фанона (1961) и проклятых «Учреждения, подлежащего ликвидации»[13] Франко Базальи (1968) объединял один и тот же радикализм, который вновь утверждал права личности и осуждал насилие власти, оказывающей негативное действие и скрытой во всех институтах. Базалья предвидел опасность, которую могут повлечь его убеждения, слишком далекие от реальности. Несомненно, многие идеи работы «Учреждение, подлежащее ликвидации» трансформировались в новую идеологию, формулу власти, лишенную своего радикализма, вероятно исключительно по воле ее создателя. После смерти Базальи в 1980 году его антиинституциональная философия и ее воплощение в Триесте позволили следующим поколениям начать серьезную работу и чётко выделить политическое пространство для своей клинической практики. Среди заслуживающей внимания исследовательской деятельности в этой области выделяется работа Роберто Бенедуче и других, работавших в среде иммигрантов и беженцев, которые проживают в Италии.

В области итальянской психиатрии и медицинской антропологии можно отметить трех других основных деятелей, непосредственно занимающих независимое и неповторимое место в науке. Первым из этих деятелей является психиатр и психоаналитик Джованни Джервис, работавший вместе с Де Мартино. Джервис был связан с движением «Демократичная психиатрия», основанным Базальей. Вторым деятелем является философ и психоаналитик Умберто Галимберти, открывший своими исследованиями о телесности новые перспективы для критических направлений в медицинской антропологии и этнопсихиатрии. В лице Галимберти, ученика Ясперса, антропология тела обрела своего теоретика, расширившего рамки мышления в этой области. Такой же вклад в антропологию тела параллельно внесли антропологи Лаура Фаранда, Клаудиа Матталуччи и Иво Куаранта. Третьим деятелем является психоаналитик Микеле Риссо, занимавшийся развитием психопатологии иммиграции, основанной на кросскультурных исследованиях.

Другой поворотный пункт в работе Базальи был охарактеризован Марио Колюччи и Пиеранджело Ди Витторио как практическо-политический сдвиг, когда Базалья сосредоточил свое внимание на пагубных последствиях, возникающих у людей с психическими расстройствами в результате выставления диагноза и усиливающихся под влиянием помещения в специализированные учреждения.

Реформа итальянской психиатрии, радикальная критика государственных институтов, новый взгляд на итальянское общество, которые стали результатом деятельности Базальи, сделали его ведущим деятелем второй половины XX века и одним из наиболее крупных и прогрессивных интеллектуалов Италии. Деятельность Базальи в Триесте, где он начал работать в 1971 году, способствовала развитию движения за деинституционализацию, получившему название «Демократичная психиатрия». Под его влиянием в нескольких странах сформировалось мнение о необходимости принять новую модель работы с людьми, страдающими психическими расстройствами, и при его содействии воспитывалось чувство социальной ответственности за их психологические страдания. Вслед за реформой психиатрических больниц Базалья предложил новую институциональную модель, направленную на то, чтобы предотвратить разрушение жизней людей, живущих на периферии потребительского капиталистического общества послевоенного периода в условиях свободного рынка. Он подготовил почву для формирования нового представления о государственных институтах в целом (1971, 1974, 19811982).

На протяжении своей жизни Базалья стремился объединить в области психиатрии психопатологию и феноменологию и успешно привносил политические акценты в сферу, занятую психическим заболеванием, выражая критический взгляд на государственные институты, который был одним из наиболее радикальных. При поддержке своих коллег Базалья совершил удивительный подвиг, обеспечив принятие Закона 180, которым санкционировалась радикальная реформа итальянских психиатрических учреждений. Закон оказал широкое влияние на мир, когда итальянская модель широко прививалась в других странах. Начиная с Мишеля Фуко и заканчивая Робером Кастелем, от Бразилии и Мозамбика до Соединённых Штатов реформы Базальи привели к громадному сдвигу в умах и политике[19].

О жизни и деятельности Франко Базальи снято множество фильмов. Одним из первых фильмов о нём стал фильм Серджо Дзаволи (ит.) «Сады Авеля», сохранивший образ Базальи при его жизни, снятый и впервые показанный по итальянскому телеканалу «TV7» в 1968 году[1]. В 1975 году другой итальянский режиссёр, Сильвано Агости (ит.), снял под руководством Франко Базальи документальный фильм «Полёт»[40]. В 2000 году Сильвано Агости снял свой второй посвящённый Франко Базалье фильм «Вторая тень»[41][42]. 23 февраля 2006 года по итальянскому телеканалу «Rai Edu 2» был показан снятый итальянской телекомпанией «Explora — La TV delle scienze» [43] фильм «Деятели науки: Франко Базалья»[1], в который были включены фрагменты некоторых предыдущих фильмов и отзывы Франки Онгаро и Риты Леви-Монтальчини о реформе психиатрии. В 2010 году по итальянскому телеканалу «Raiuno» был показан фильм режиссёра Марко Турко «Однажды был город безумных…», который снимался в Риме, Имоле, Гориции и Триесте[44]. Этот фильм был снят по мотивам опубликованного в июле 2007 года рассказа Пьера Альдо Роватти «Однажды был город безумных: История и повествование о больнице Святого Иоанна»[45].

Тема реформ Базальи нашла своё отражение и в художественных фильмах, сюжеты которых далеки от психиатрии. Например, в 2003 году итальянский режиссёр Марко Туллио Джордана снял фильм «Лучшие годы молодости». По его сюжету, в основе которого лежит история итальянской семьи Карати, полицейский Маттео Карати и его брат врач-психиатр Никола встречаются в психиатрической больнице, где между ними происходит следующий диалог. Маттео находит на полке фотографию и спрашивает: «Кто это?» — «Это мой учитель, Франко Базалья». — «Который хочет освободить всех сумасшедших?» — «У него странная убеждённость, что больные — не заключённые, а люди, и что психическое заболевание — не вина, которую нужно искупать»… — «И как вы их лечите?» — «Открываем двери больничных отделений»[46].

Симоне Кристикки, победивший на 57-м фестивале Сан-Ремо (2007) со своей песней «Подарю тебе розу»

Реформы Базальи повлияли на творчество музыкантов. В 2007 году итальянский певец и композитор Симоне Кристикки представил на 57-й музыкальный фестиваль Сан-Ремо (фестиваль итальянской песни) свою песню «Подарю тебе розу»[47], в которой отразились впечатления, полученные Кристикки во время работы волонтёром в психиатрических больницах, и история жизни одного из их пациентов. В этой песне содержался призыв осмыслить культурное значение реформ Базальи, осуждались ранее существовавшая система психиатрических больниц и периодически появляющиеся в обществе идеи восстановить её. Песня «Подарю тебе розу» получила самую высокую оценку и принесла Кристикки победу на фестивале[48]. Впоследствии эта песня стала музыкальным логотипом различных общественных организаций, осуществляющих гражданский контроль в сфере психиатрической помощи. Они выпустили ролик, использовав для его видеомонтажа фотографии психиатрических больниц и их пациентов, сделанные до реформ Базальи[49].

Очень удачно охарактеризовал влияние Базальи на итальянскую психиатрию руководитель миланского психосоциального центра Денис Гайта:

Сегодня как никогда психиатры делятся на базальянцев и небазальянцев. Первые существуют ради контакта с пациентом, вторые — ради таблетки, первые начинают с больного, другие — с болезни[50].

В честь Базальи названы

Имя Франко Базальи носит научно-реабилитационный центр «Каза Базалья»[51], расположенный в итальянском городе Мерано, Центр популяризации здорового образа жизни[52], созданный в августе 2000 года в итальянской провинции Ареццо, и институт[53], учреждённый в 1989 году в бразильском городе Рио-де-Жанейро с целью анализа и координации реформ психиатрии в Бразилии[32].

Работы Базальи

Избранные работы

  • Psychiatry Inside Out: Selected Writings of Franco Basaglia / Edited by Nancy Scheper-Hughes and Anne M. Lovell; translated from the Italian by Anne M. Lovell and Teresu Shtob. — New York: Colombia University Press, 1987. — 318 p. — (European Perspectives: A Series in Social Thought and Cultural Criticism). — ISBN 0231057180
  • Basaglia F. Scritti,1953—1968. Dalla psichiatria fenomenologica all’esperienza di Gorizia / A cura di Franca Ongaro Basaglia. — Torino: Einaudi, 1981. — Т. I. — 526 p. — ISBN 8806526626
  • Basaglia F. Scritti, 1968—1980. Dall’apertura del manicomio alla nuova legge sull’assistenza psichiatrica / A cura di Franca Ongaro Basaglia. — Torino: Einaudi, 1982. — Т. II. — ISBN 8806176692
  • Basaglia F. L’utopia della realtà (raccolta di saggi scritti tra il 1963 e il 1979) / A cura di Franca Ongaro Basaglia. — Torino: Einaudi, 2005. — LVII-327 p. — ISBN 8806176692

Первые публикации

Примечания

  1. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 I protagonisti della scienza: Franco Basaglia (documentario) (итал.). — Деятели науки: Франко Базалья (д/ф). Проверено 13 июня 2009.
  2. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 Colucci М., Di Vittorio P. Franco Basaglia. — Milano: Edizioni Bruno Mondadori, 2001. — P. 1—7. — 328 p. — ISBN 8842495174
  3. 1 2 3 4 5 Johl S.S. (September 1985). «Italian Psychiatry». Psychiatric Bulletin of the Royal College of Psychiatrists 9: 73—74.
  4. 1 2 3 4 5 Джохл С.С. Итальянская психиатрия. / Пер. с англ. (рус.). Психиатрический бюллетень Королевского колледжа психиатров (1985). Проверено 13 июня 2009.
  5. 1 2 3 4 5 De Girolamo et al. (August 2008). «Franco Basaglia, 1924–1980». American Journal of Psychiatry 165 (8): 968. DOI:10.1176/appi.ajp.2008.07111761.
  6. 1 2 Basaglia F., Foucault M., Laing R., Chomsky N. Crimini di pace. — Torino: Einaudi, 1971.
  7. Эрибон Д. Мишель Фуко / Пер. с фр. Е.Э. Бабаевой. — Москва: Молодая гвардия, 2008. — С. 159. — 382 с. — ISBN 9785235031203
  8. Di Vittorio P. Foucault e Basaglia: l'incontro tra genealogie e movimenti di base. — Verona: Ombre corte, 1999. — 170 p. — ISBN 8887009120
  9. Levi P. Se questo è un uomo; La tregua. — Torino: Einaudi, 1989. — P. 43. — 362 p. — ISBN 8806116053
  10. Леви П. Человек ли это? / Пер. с итал. Е. Дмитриевой. — Москва: Текст, 2001. — 208 с. — ISBN 5751602145
  11. 1 2 Basaglia F. L’istituzione negata: Rapporto da un ospedale psichiatrico. — Torino: Einaudi, 1968. Цит. по: Фуко М. Психиатрическая власть: Курс лекций, прочитанных в Коллеж де Франс в 1973—1974 учебном году / Пер. с фр. А.В. Шестакова. — Санкт-Петербург: Наука, 2007. — С. 408, 427. — 450 с. — ISBN 9785020269200
  12. Pirella A. Il Problema Psichiatrico; Italy: Centro di Documentazione di Pistoia, 1999.
  13. 1 2 3 Basaglia F. L’istituzione negata: Rapporto da un ospedale psichiatrico. — Torino: Einaudi, 1968.
  14. 1 2 Sapouna L., Herrmann P. Knowledge in Mental Health: Reclaiming the Social. — Hauppauge: Nova Publishers, 2006. — P. 69—73. — 155 p. — ISBN 1594548129
  15. 1 2 Сапауна Л., Херрманн П. Опыт, накопленный в области психиатрической помощи: Возврат в общество. / Пер. с англ. (рус.). Хопподж: Нова Паблишерс (2006). Проверено 13 июня 2009.
  16. 1 2 Logos library
  17. Colucci M. Franco Basaglia e la clinica della psichiatria (итал.). Trieste: Dipartimento di salute mentale (2003). Проверено 16 июля 2009.
  18. 1 2 Basaglia F. Scritti,1953—1968. Dalla psichiatria fenomenologica all’esperienza di Gorizia / A cura di Franca Ongaro Basaglia. — Torino: Einaudi, 1981. — Т. I. — 526 p. — ISBN 8806526626
  19. 1 2 Saillant F., Genest S. Medical Anthropology: Regional Perspectives and Shared Concerns. — Oxford: Wiley-Blackwell, 2007. — P. 125—127. — 305 p. — ISBN 1405152494
  20. 1 2 3 4 Basaglia F. La distruzione dell’ospedale psichiatrico come luogo di istituzionalizzazione (итал.). Trieste: Dipartimento di salute mentale (1964). — Базалья Ф. Ликвидация психиатрической больницы как места изоляции. Проверено 31 января 2010. Та же работа на английском: Basaglia F. The destruction of the mental hospital as a place of institutionalisation: Thoughts caused by personal experience with the open door system and part time service (англ.). London: First international congress of social psychiatry (1964). — Базалья Ф. Ликвидация психиатрической больницы как места изоляции: Соображения, продиктованные личным опытом введения режима открытых дверей и дневного стационара. Проверено 31 января 2010.
  21. Basaglia F. Il malato artificiale. — Torino: Einaudi, 1969.
  22. 1 2 3 Власова О.А. Философия и психиатрия в XX веке: Пути взаимодействия. — Москва, Нью-Йорк, Санкт-Петербург: Northern Cross Publishing, 2008. — С. 178. — 261 с. — ISBN 1435736230
  23. Власова О.А. Антипсихиатрия: становление и развитие (Монография). — Москва: Изд–во РГСУ «Союз», 2006. — 221 с. — ISBN 571390346X
  24. Basaglia F., Gallio G. La chiusura dell’ospedale psichiatrico (итал.). Trieste: Dipartimento di salute mentale (1976). — Базалья Ф., Галлио Дж. Закрытие психиатрической больницы. Проверено 1 февраля 2010.
  25. Basaglia F. Che cos'è la psichiatria?. — Parma: Amministrazione provinciale di Parma, 1967.
  26. Basaglia F., Ongaro F. Morire di classe. — Torino: Einaudi, 1969. — ISBN 8806036815
  27. Basaglia F., Ongaro F. La maggioranza deviante. — Torino: Einaudi, 1971.
  28. 1 2 3 4 5 6 7 Del Giudice G. Psychiatric Reform in Italy (англ.). Trieste: Mental Health Department (1998). Проверено 13 июня 2009.
  29. 1 2 3 4 5 6 7 Дел Джудиче Дж. Психиатрическая реформа в Италии. / Пер. с англ. (рус.). Триест: Департамент психиатрической помощи (1998). Проверено 13 июня 2009.
  30. Società Italiana di Psichiatria Democratica: Sito Ufficiale (итал.). — Итальянский союз «Демократичная психиатрия»: Официальный сайт. Проверено 13 июня 2009.
  31. 1 2 Psychiatry Inside Out: Selected Writings of Franco Basaglia / Edited by Nancy Scheper-Hughes and Anne M. Lovell; translated from the Italian by Anne M. Lovell and Teresu Shtob. — New York: Colombia University Press, 1987. — P. 32, 167. — 318 p. — (European Perspectives: A Series in Social Thought and Cultural Criticism). — ISBN 0231057180
  32. 1 2 3 Goulart M.S.B. (giugno 2008). «La legge 180 e la reforma psichiatrica brasiliana: L’anniversario della lotta». Panorama internazionale: Fogli d’informazione 3 (5—6): 236—241.
  33. Basaglia F. A psiquiatria alternativa: contra o pessimismo da razão, o otimismo da prática: conferências no Brasil (in portoghese). — San Paolo del Brasile: Brasil Debates, 1979. — 158 p. Тот же источник на итальянском: Basaglia F. Conferenze brasiliane / A cura di Franca Ongaro Basaglia. — Milano: Raffaello Cortina, 2000. — 261 p. — ISBN 8870786145
  34. Proietti G. Franco Basaglia psichiatra (la biografia) (итал.). psicolinea.it. — Психиатр Франко Базалья (биография). Проверено 31 января 2010.
  35. Basaglia F. Scritti, 1968—1980. Dall’apertura del manicomio alla nuova legge sull’assistenza psichiatrica / A cura di Franca Ongaro Basaglia. — Torino: Einaudi, 1982. — Т. II. — ISBN 8806176692
  36. Tudor K. Mental Health Promotion: Paradigms and Practice. — London: Routledge, 1996. — P. 99—101. — 308 p. — ISBN 0415101069
  37. Skott-Myhre H. Anti-Psychiatry: Re-turning the field of Child and Youth Care (англ.) (2007). Проверено 13 июня 2009.
  38. Boffey P. (January 17 1984). «Treating mentally ill: Trieste’s lesson». The New York Times (USA).
  39. 1 2 Brown P. The transfer of care: Psychiatric deinstitutionalization and its aftermath. — London: Routledge, 1988. — P. 227. — 275 p. — ISBN 0415001889
  40. Gregori M.G. Al Mittelfest anche lo storico film del 75 Il Volo di Agosti nel cielo di Basaglia per liberare i matti (итал.). di Silvano Agosti. l’Unità (2008-07-22). — Документальный фильм 1975 года «Полёт», снятый Агости под руководством Базальи с целью освобождения психически больных, также на Миттефесте. Проверено 13 декабря 2009.
  41. La seconda ombra: Un film dedicato a Franco Basaglia (итал.). di Silvano Agosti. Corriere della Sera (2000). — Вторая тень: Фильм, посвящённый Франко Базалье. Проверено 13 декабря 2009.
  42. Seminario Nazionale “Salute mentale e stigma sociale”: Percorsi interdisciplinare per il superamento del pregiudizio. Atti del Convegno, Roma (итал.). Ministero della Salute, Ministero dell’Istrizuone dell’Università e della Ricerca (5 maggio 2004). — Национальный семинар «Психиатрическая помощь и социальная стигматизация»: Междисциплинарные пути к преодолению предрассудка. Материалы семинара, Рим, 5 мая 2004 года (Выступление Сильвано Агости: С. 71—76.). Проверено 13 декабря 2009.
  43. «Explora — La TV delle scienze» (итал.). «Explora — La TV delle scienze» (2006-02-20). — Программа телепередач «Explora — La TV delle scienze» с 20 по 24 февраля 2006 года. Проверено 13 декабря 2009.
  44. Gifuni sarа l'uomo che chiuse i manicomi. Si gira la fiction su Basaglia (итал.). Adnkronos (02 giugno 2009). — О фильме Марко Турко «Однажды был город безумных». Проверено 13 декабря 2009.
  45. Pier Aldo Rovatti C’era una volta la cittа dei matti. Storia e favola di San Giovanni di Pier Aldo Rovatti (итал.). Forum Salute Mentale (luglio 2007). — Рассказ Пьера Альдо Роватти «Однажды был город безумных: История и повествование о больнице Святого Иоанна». Проверено 13 декабря 2009.
  46. La meglio gioventù (il frammento del film a soggetto) (итал.) (2008-03-21). — Лучшие годы молодости (фрагмент художественного фильма на итальянском языке; субтитры — на английском). Проверено 21 декабря 2009.
  47. “Ti regalerò una rosa” — Song Lyrics Translated to English (англ.). italylogue.com (March 19th, 2007). — Текст песни «Подарю тебе розу» на английском и итальянском языках. Проверено 28 января 2010.
  48. Барашев Н. Победителем музыкального фестиваля в Сан-Ремо стал Симоне Кристикки. РИА Новости (4 марта 2007). Проверено 28 января 2010.
  49. Cristicchi S. Ti regalerò una rosa (итал.). — Ролик с песней «Подарю тебе розу» и её текстом на итальянском и русском языках (к 30-летию Закона 180). Проверено 28 января 2010.
  50. 1 2 Provvedini С. La seconda ombra (итал.). di Silvano Agosti. Il Corriere della Sera (17 maggio 2000). — Критическая статья Клаудии Провведини о фильме «Вторая тень» в «Коррьере делла Сера» от 17 мая 2000 года. Проверено 13 декабря 2009.
  51. Торесини Л. (декабрь 2008). «Деинституционализация психиатрической помощи в Европе / Предисловие С.Ф. Глузмана». Нейроnews: Психоневрология и нейропсихиатрия (№ 6 (11)).
  52. Centro di promozione della salute della provincia di Arezzo. Regolamento (итал.). — Центр популяризации здорового образа жизни, расположенный в провинции Ареццо: сайт. Проверено 13 декабря 2009.
  53. IFB — Instituto Franco Basaglia (порт.). IFB (1989). — Официальный сайт ИФБ — Института Франко Базальи. Проверено 12 марта 2010.

Ссылки

На русском языке
На английском языке
На итальянском языке
  • Del Giudice G. La riforma psichiatrica in Italia (итал.). Trieste: Dipartimento di salute mentale (1998). Проверено 13 июня 2009.
  • Colucci М., Di Vittorio P. Franco Basaglia. — Milano: Edizioni Bruno Mondadori, 2001. — P. 1—7. — 328 p. — ISBN 8842495174
  • Di Vittorio P. Foucault e Basaglia: l'incontro tra genealogie e movimenti di base. — Verona: Ombre corte, 1999. — 170 p. — ISBN 8887009120
  • Proietti G. Franco Basaglia psichiatra (la biografia) (итал.). psicolinea.it. — Психиатр Франко Базалья (биография). Проверено 31 января 2010.
  • Scritti (итал.). Trieste: Dipartimento di salute mentale. — Работы (в архиве департамента психиатрической помощи Триеста). Проверено 13 июня 2009.
  • Documenti (итал.). Trieste: Dipartimento di salute mentale. — Документы (в архиве департамента психиатрической помощи Триеста). Проверено 13 июня 2009.
  • Speciale trent’anni di 180: Indice dei documenti (итал.). POL.it: The Italian on line psychiatric magazine (2008-05-13). — Спецвыпуск к тридцатилетию Закона 180: Пакет документов. Проверено 12 ноября 2009.
  • Speciale «Vent’anni di 180»: Indice generale (итал.). POL.it: The Italian on line psychiatric magazine (2007-02-03). — Спецвыпуск к двадцатилетию Закона 180: Общий пакет. Проверено 12 ноября 2009.
  • Società Italiana di Psichiatria Democratica: Sito Ufficiale (итал.). — Итальянский союз «Демократичная психиатрия»: Официальный сайт. Проверено 13 июня 2009.
  • I protagonisti della scienza: Franco Basaglia (documentario) (итал.). — Деятели науки: Франко Базалья (д/ф). Проверено 13 июня 2009.
  • Franco Basaglia.it (итал.). — Сайт, посвященный Франко Базалье. Проверено 13 июня 2009.
  • Legge 180.it (итал.). — Сайт, посвященный Закону 180. Проверено 13 июня 2009.
  • Legge 13 maggio 1978, n. 180: Testo di legge (итал.). — Текст Закона 180. Проверено 13 июня 2009.

См. также

Эта статья выставлена на рецензию

Эта статья выставлена на рецензию. Пожалуйста, выскажите своё мнение о ней на подстранице рецензии.

Wikimedia Foundation. 2010.

Смотреть что такое "Базалья" в других словарях:

  • Базалья, Франко — Франко Базалья Franco Basaglia …   Википедия

  • Франко Базалья — Franco Basaglia Дата рождения: 11 марта 1924 Место рождения …   Википедия

  • Деинституционализация психиатрии — Деинституционализация процесс реформирования психиатрической службы, начавшийся в ряде западных стран в 50 х годах XX века. Заключается в широкомасштабном сокращении числа психиатрических коек и психиатрических больниц с параллельным развитием… …   Википедия

  • Психиатрическая реформа в Италии — реформа психиатрии, начавшаяся в Италии с принятием Закона Базальи в 1978 году и завершившаяся в 1998 году полной ликвидацией системы государственных психиатрических больниц[1]. Содержание 1 Цель 2 Ход реформы …   Википедия

  • Онгаро — Онгаро, Франка Франка Онгаро Франка Онгаро (итал. Franca Ongaro) (15 сентября 1928, Венеция, 13 января 2005, Венеция) итальянская женщина психиатр. Один из лидеров движения «Де …   Википедия

  • Закон Базальи — См. также: Базалья, Франко Франко Базалья (1924 1980), разработчик и инициатор Закона 180 Закон Базальи (Закон 180 …   Википедия

  • Онгаро, Франка — Франка Онгаро Franca Ongaro Дата рождения: 15 сентября 1928(1928 09 15) …   Википедия

  • Закон 180 — Основная статья: Базалья, Франко Закон 180 (Закон Базальи), закон о психиатрической помощи и реформе психиатрии, лежащий в основе законодательства Италии в области психиатрии. Разработан и пролоббирован по инициативе итальянского психиатра Франко …   Википедия

  • Демократичная психиатрия — (итал. Psichiatria Democratica) итальянский союз[1] и продвигавшее итальянскую психиатрическую реформу[2]:95 движение за освобождение больных от сегрегации в психиатрических больницах[3]:61. По своему характеру было политическим, а не… …   Википедия

  • Вторая тень (фильм — Вторая тень (фильм, 2000) Вторая тень La seconda ombra Жанр драма, фильм биография, исторический фильм …   Википедия


Поделиться ссылкой на выделенное

Прямая ссылка:
Нажмите правой клавишей мыши и выберите «Копировать ссылку»

We are using cookies for the best presentation of our site. Continuing to use this site, you agree with this.