Каховский, граф Михаил Васильевич


Каховский, граф Михаил Васильевич

(Коховский) — генерал от инфантерии, из дворян Смоленской губернии, род. в 1734 году, ум. в 1800 г. Воспитывался в Сухопутном шляхетном кадетском корпусе, в службе считался с 8-го мая 1752 года когда был еще кадетом; в 1757 году выпущен подпоручиком в первый полк. "Обсервационного" (Шуваловского) корпуса; при расформировании же этого корпуса переведен в 1-й Фузилерный полк. Принимал участие в Семилетней войне, начиная с 1758 года и был в сражениях при Цорндорфе, при Пальциге и Кунерсдорфе. В 1760 году произведен в поручики; в том же году назначен состоять при австрийском генерале Лаудоне, при котором и находился во время блокады Бреславля, в сражении при Лигнице и при отступлении после сражения, затем находился в корпусе графа Чернышева при взятии Берлина. В июне 1761 года произведен в капитаны с переводом в Петербургский мушкетерский полк. В том же году в сентябре назначен обер-квартермистром при корпусе графа Чернышева, а затем участвовал, в составе австрийского корпуса Лаудона, в штурме и взятии крепости Швейдница 1-го октября. В апреде 1762 года назначен генерал-квартермистр-лейтенантом при корпусе Чернышева, а 21-го июля того же года состоял при прусском короле Фридрихе II в сражении при Буркерсдорфе.

В 1764 году состоял в корпусе князя M. H. Волконского, осматривал по его поручению имения князя Радзивилла, которые были взяты под русское управление и располагал в них войска по квартирам. В 1766 году он был произведен в бригадиры, а в 1768 назначен генерал-квартермистром. Состоя в этой должности и чине, он принял участие в первой турецкой войне в главной квартире армии князя Голицына. В кампанию 1769 года он участвовал в действиях в окрестностях Хотина. В кампанию 1770 года, находясь во 2-й армии под начальством графа П. И. Панина, он участвовал в действиях под Бендерами до взятия этой крепости включительно, а в кампанию 1771 года, в той же армии, в операциях князя Долгорукова в Крыму, в том числе во взятии штурмом Перекопской линии 13—14 июня, во взятии Кафы 29-го июня и в овладении Крымом вообще.

Вследствие повеления Императрицы от 8-го ноября 1771 года, "для заграждения прилегающей к Польской Литве границы нашей, для отвращения от оной всякой от польских возмутителей случится могущей тревоги и для сохранения в самом том виде в лежащих близ помянутой границы нашей польских провинциях спокойствия и тишины", были расположены, в виде кордона, наши войска (24 роты пехоты, 9 эскадронов драгун, 1000 казаков, 9 легких полевых команд) по рекам Западной Двине и Днепру; начальство над большею частью этих войск, расположенных от Друи до Лоева, было вверено переименованному в генерал-майоры Каховскому. Ему же поручено было, по указаниям посла нашего в Варшаве, Сальдерна, и генерал-пор. А. И. Бибикова, производить "экзекуции" над имениями польских магнатов, явно или тайно противодействовавших видам русского правительства в Польше.

В 1772 г., еще до завершения переговоров с Австриею и Пруссиею, Каховский уже был предназначен императрицею на должность губернатора могилевской губернии, которую предположено было образовать из половины присоединяемых земель — другая половина должна была составить псковскую губернию и ее губернатором назначался M. H. Кречетников. Обоим им дано было секретное предписание собирать под рукою сведения, которые должны были понадобиться им на новых постах. 28-го мая 1772 г. дан был им обоим особый наказ для управления вверенными им губерниями. Императрица поручила им прежде всего восстановить полную безопасность для всех жителей, пресечь разбои, устранить всякие несправедливости в решении дел и вместе — "в исследовании дел мерзкие пытки"; Императрица предписывала строго соблюдать полную веротерпимость, дела частные вести по прежним законам и на прежде принятом языке; особому вниманию губернаторов поручено было устройство крестьянского населения в прежних королевских имениях, отходивших в казенную собственность, а также в тех имениях, которые находились временно в пользовании тех или других лиц по их должности, и впоследствии должны были вернуться в казну; предписывалось иметь бдительный надзор за монастырями и духовенством, особенно за иезуитами, но вообще — управлять страною так, чтобы жители действительно видели преимущество и выгоды русского подданства пред прежним польским господством. Вскоре сенат получил от Каховского и Кречетникова их замечания на предположенное в Петербурге разграничение их губерний и уездов и согласился с изменениями, какие они предлагали; в то же время оба губернатора устраивали по новой границе России с Польшею таможни, и внутри своих губернии почты; особенное внимание на пути сообщения и почты обращал Каховский; в 1773 г. он был произведен в генерал-поручики. В феврале 1776 г. Сенат согласился с представленными Каховским соображениями об организации торговли хлебом и вином с польскими областями и вскоре ставил в пример другим губернаторам меры, принятые Каховским для обеспечения своей губернии от недостатка в хлебе. С 1779 г. Каховский занимал должность члена Военной Коллегии, президентом которой был кн. Г. А. Потемкин.

В 1783 году, командуя отдельным корпусом, Каховский участвовал в операциях в Крыму, а затем в присоединении Крыма к России. За отличное исполнение возложенных на него при этом обязанностей он был произведен в генерал-аншефы 24 ноября 1784 года. С началом второй турецкой войны (в 1787 году) он был назначен командующим 2-ю дивизиею Екатеринославской армии, на которую была возложена оборона Крыма. Он выполнил успешно это назначение, управляя вместе с тем и самою Таврическою областью.

В случае высадки неприятеля, согласно с указаниями Потемкина, он полагал, не обороняя побережья, отступить внутрь страны (например от Феодосии к Карасубазару), сосредоточить весь Крымский корпус или, по крайней мере, большую его часть и атаковать турок. Подобный план действий должен быть поставлен неизмеримо выше того плана, который был принят нами при высадке союзников в том же Крыму в 1854 году.

В 1791 году Каховский участвовал в операциях против крепости Анапы, до взятия ее штурмом включительно. Потемкин, посещая Крым, близко узнал Каховского, и с этих пор всегда рекомендовал его Императрице, аттестуя его с самой лучшей стороны. Незадолго до своей смерти, Потемкин особым ордером вызвал Каховского в главную квартиру "для принятия команды", что имело следствием, после смерти фельдмаршала, известный спор между Каховским и (старшим в чине) М. Ф. Каменским за главное начальство. Спор этот (см. выше биографию М. Ф. Каменского) разрешился в пользу Каховского, который и принял начальство как над армиею, так и над Черноморским флотом.

В это время уже велись мирные переговоры, окончившиеся заключением Ясского мира, а потому Каховскому не пришлось вести военных операций; он должен был лишь вывести армию из турецких областей, составлявших театр военных действий, и расположить ее на зимних квартирах в пограничном районе. Вскоре после того, перед началом второй польской войны 1792 года, Каховскому было поручено начальство над украинскою армиею, которая была составлена из войск, находившихся в Молдавии и Бессарабии, и назначена для действий против главных сил польской армии князя Иосифа Понятовского в Подолии, на Украйне и на Волыни.

Украинская армия состояла из 54 батальонов, 109 эскадронов и 13 казачьих полков, т. е. приблизительно из 65000 человек и делилась на четыре отделения или корпуса генерал-поручиков М. И. Голенищева-Кутузова, Дунина, Дерфельдена и Леванидова. По плану Каховского главные силы армии, в составе корпусов Кутузова и Дунина, должны были вторгнуться в Польшу со стороны Днестра и действовать против поляков, стараясь охватить их с правого фланга, тогда как Дерфельден должен был двинуться через Ольвиополь в левый фланг противнику, а Леванидов действовать против его тыла.

К началу кампании, в апреле месяце, были получены сведения о расположении частей польской армии у Тыврова, Немирова, Брацлава и Тульчина. Каховский приказал Дерфельдену привлечь внимание неприятеля к стороне Ольвиополя. Дерфельден в мае перешел границу у этого пункта и, обходя противника, направился к Умани. Дунин и Кутузов, перейдя через Днестр 8 мая, двинулись, делая большие переходы, первый через Томашполь и Шпиков к Рогозне на Буге, а второй, при отряде которого был и сам Каховский, через Шаргород и Брацлав к Виннице, против крайнего правого фланга противника. Поляки уразумели опасность своего положения, а потому, не вдаваясь в сколько-нибудь упорный бой, начали отступать чрезвычайно быстро. 31 мая Понятовский присоединил к своим главным силам у Пикова отряды Виельгорского, Гроховского и Костюшки, но войска его уже несколько пали духом.

В это же время Каховский соединил у Литина корпусы Кутузова и Дунина, выслал к Леванидову (на Чуднов) 2 полка казаков "для обеспечения коммуникации" и двинулся с ними против правого фланга неприятеля к Хмельнику, а Дерфельден направился на Погребище, угрожая левому флангу поляков. Действуя таким образом, Каховский вынудил неприятельскую армию отступить к Любару. Русские продолжали наступление, угрожая полякам обходами. Кутузов, отделившись от главных сил, соединился с Леванидовым, направлявшимся через Чуднов на Мирополье, для действий против тыла неприятеля, а Каховский с остальными войсками двинулся 1 и 2 июня от Хмельника через Старую Синяву и Острополье, с целью, перейти у этого пункта через р. Случь и атаковать поляков. В то же время генералу Маркову с 4 батальонами и 12 эскадронами было приказано "разными движениями показывать себя противу главного их стану, под командою князя Понятовского находящегося при местечке Любаре, дабы тем сокрыть марш к Острополю". Дерфельден был оставлен у Погребища для прикрытия тыла и обеспечения сообщений армии, а также для поддержания Тарговицкой конфедерации.

Переправившись у Острополя, Каховский двинулся 3 июня на Вышнеполь, с целью атаковать поляков у Любара, причем Леванидов должен был преградить им путь в Полонное. Однако Понятовский, отрядив Костюшку к Чарторые с демонстративною целью (для угрозы сообщениям Леванидова), сам двинул быстро свои войска тремя колоннами через Чарторыю, Борышковичи и Деревичи к Полонному, с целью предупредить там русских. Леванидов готовился уже выступать, но, узнав о движении Костюшки, поддался опасению быть атакованным с фронта Понятовским и с тыла Костюшкой, а потому остался у Мирополья. Благодаря этому Понятовский с частью армии прибыл беспрепятственно к Полонному, но остальные колонны не могли уйти совсем от русских.

4-го июня в 3 часа ночи, Каховский двинул свои войска двумя колоннами в обход правого фланга противника. Во время марша выяснилось, что неприятель потянулся вниз по берегу р. Случ к м. Чарторые, отделив до 4000 пехоты, для прикрытия марша и занятия переправ на пути к Подонному, и 10 эскадронов для прикрытия м. Любара и магазинов в лагере — впоследствии при приближении наших легких войск эти магазины были сожжены самим же неприятелем. Тогда Каховский направил обе наши колонны к дд. Диживщизне и Динковцам, где были наскоро устроены два моста через р. Бездонную Криницу и исправлена плотина. Неприятель, ввиду обхода его правого фланга, отступил; наши передовые войска его преследовали и неприятель бежал, потеряв 227 человек. Между тем была замечена пехота его левой колонны, прикрывавшая обоз и другую часть магазинов. Каховский направил против нее генерал-майора Маркова с Екатеринославским егерским корпусом. Большая часть обоза была взята, а другая бросилась к ближайшей колонне Виельгорского. Ее преследовали наша конница и егеря. У деревни Деревичи (близ деревни Борышковицы, упоминаемой польскими источниками) произошло столкновение с колонною Виельгорского. Поляки были оттеснены к д. Деривичи, а когда начинали отступление, то под тяжестью повозок и орудий, сломался мост на гати через длинную запруду. Поляки были разбиты и потеряли 981 человек, 7 пушек, немалое число разного оружия, подвижной магазин с хлебом и часть денежной казны; наши же войска потеряли 98 человек. Потери поляков были бы больше, если бы Леванидов преградил им путь на Полонное. Неприятель укрепил это местечко (в котором находились его магазины) и позицию близ него и предполагал задержать здесь Каховского, но, вследствие падения духа в польских войсках после боя у Деревичей, беспорядочности отступления и других обстоятельств, а также ввиду решительного наступления Каховского, Понятовский отказался от указанного предположения, отправил часть запасов к Заславлю, остальные запасы зажег и 6 июня на рассвете двинулся туда же, под прикрытием арьергарда Костюшки; затем он притянул к Зелинцам (Жилинцам) часть войск Любомирского, а сам расположился у Шепетовки.

6-го Каховский занял Полонное. Для преследования противника был направлен генерал-майор Шереметев, который нагнал его с трудом, так как был задерживаем испорченными мостами; затем был выдвинут отряд генерал-майора Маркова, чтобы обойти поляков через Зелинцы и ударить им во фланг. Марков быстро двинулся на рассвете 7 июня и в 7 часов утра прибыл к Зелинцам, где был встречен 3000 поляков Заиончека, подкрепленными затем самим Понятовским; в 6 часов вечера неприятель начал отступление к Заславлю. Почти в это же время подошел с противоположной стороны Костюшко, который, в свою очередь, завязал нерешительный бой с частью сил Маркова, а затем втянулся в лес и окольными путями присоединился на другой день к Понятовскому. В этом бою, именуемом в реляции Каховского (от 29 июня) боем при Городище, поляки потеряли не менее 800 чел., не считая раненых, и 2 орудия, а русские 730 человек. Между тем Понятовский, сосредоточив у Заславля до 23000 человек, решил продолжать отступление, причем надеялся поставить следующую за ним русскую армию между двух огней, для чего двинулся с 17000 чел. к Острогу, направив Любомирского с 6000 чел. к Куневу; Каховский же следуя за поляками, вступил 9 июня в Заславль. Здесь явились к нему адъютанты Понятовского с предложением заключить перемирие на 4 недели. Каховский отвечал, что "будет продолжать действия свои до тех пор, доколе существовать будет в Польше партия, или какое-либо скопище войск, противное генеральной конфедерации и великодушным намерениям ее Императорского Величества, клонящимся согласно со всеобщим желанием истинных патриотов к возвращению республике вольности и законов ее, похищенных беззаконною конституциею 3 мая; и что присоединиться к конфедерации или положить оружие, суть единые средства, могущие пресечь поражения сих противных войск и отвратить пролитие крови". Тем не менее поляки переговорами выиграли некоторое время, так как Каховский выступил из Заславля лишь 14 июня.

С этих пор Каховский решил угрожать левому флангу поляков, с целью отрезать Понятовского от северных воеводств и, при благоприятных условиях, отбросить его к границе Австрии, к Галиции. Поэтому он не обратил внимания на движение Любомирского к Куневу и двинулся с главными силами к Острогу, направив Дунина к Черняхову, а Леванидова еше правее к Гуще, с целью перейти у этих двух пунктов через Горынь и атаковать польскую армию на ее сильной позиции у Острога или охватить ее с левого фланга.

Войска Понятовского были расположены на неприступных крутизнах и высотах, значение коих усиливалось болотами и протоками; сверх того и половина местечка Острога, удобная для обороны, была укреплена и занята артиллериею и пехотою. По прибытии Каховского с казаками, в 6 часов пополудни, завязался бой с передовыми частями неприятеля, поспешившими отступить в местечко; бой возобновлялся до вечера, но без всякого успеха для поляков; наши войска, участвовавшие в бою, заночевали в боевом порядке, а прочие — на пути, так как подошли еще не все: пройти приходилось 30 верст лесом.

Утром 15-го июня замечены были неприятельские войска, которые построив на высотах 4 батарей, приблизились к Францисканскому монастырю Мензиржичи (на нашем левом фланге), окруженному валом, и намеревались преградить тут нам переправу. Каховский отрядил Маркова с 2 пехотными и 3 конными полками при 10 орудиях, чтобы прогнать врага и сбить его батарей, но действия Маркова должны были иметь значение демонстрации, так как Дунину и Леванидову было подтверждено следовать как можно скорее к указанным пунктам, ускорить и переправу через Горынь и атаковать врага с фланга и тыла. Действия Маркова имели следствием лишь отступление неприятеля к его главному лагерю.

Ночью Понятовский получил известие, что легкие войска Дунина уже перешли через Горынь у Черняхова и что прочие его войска готовятся следовать за ними. Ввиду этого, а также ввиду недостатка боевых припасов, он отказался от дальнейшей обороны позиции у Острога и утром 16-го отступил по пути на Дубно. Каховский тотчас же приказал восстановить мосты на р. Вилии, занял Острог, дал здесь небольшой отдых войскам, а затем всю ночь преследовал противника до д. Урвани, приказав войскам, переправившимся у Черняхова, "следовать поспешнейше" для исполнения того же с левого фланга. Поляков гнали до Варковичей; потери их были довольно значительны; наши же войска потеряли всего 12 чел. и 9 лошадей.

В это время в польской армии возникли неудовольствия и раздоры. Понятовский и Любомирский, поссорившись, не только с приближением русских отступили по разным дорогам, но, продолжая отступление и дойдя до Владимира, расположились отдельно; первый у Владимира, а второй в 4-х верстах севернее, у д. Вербы.

Между тем русские были задержаны преимущественно значительным числом рек, на которых были уничтожены мосты. 17-го Дунин и Леванидов строили мосты через Горынь. Перейдя через эту реку и продолжая охватывать поляков в Дубне, Леванидов был направлен через Ровно и Кивань на Михов, а Дунин, через Варковичи на Дубно, поддерживая связь с Каховским, который, расположившись у д. Урвани, дал отдых войскам 18 и 19, с целью притянуть отставшие обозы. 20 июня Каховский и Дунин подошли к Дубно, после чего предполагалось атаковать неприятеля на следующий день; но 21 июня выяснилось, что противник, "разломав мосты, сам в ночь ретировался, оставив в виду нашем арьергард из конницы". Для преследования его были направлены 2 казачьи, а затем еще 2 легкоконных полка. С 17-го до 21-го было взято в плен 60 поляков, а в Дубне взят магазин и в нем "знатное количество провианту и аммуниции". Наши войска, заняв Дубно, расположились у дд. Хорупани и Ивани.

Каховский дал войскам два дня отдыха и только 23 июня выступил из окрестностей Дубно, с целью настичь неприятеля, через Красное и Локачи на Владимир; Леванидов же шел от Михова через Ковель на Любомль. С 23-го по 25-ое было взято в плен 115 поляков; 25-го захвачен обоз из 40 повозок; 25-го же, в м. Локаче, получено известие, что поляки расположились лагерем на высотах за р. Лугою у Владимира и что они, "находясь в великом страхе, спешат отправлять свои обозы для переправы за Буг при м. Дубенке". Каховский, дав 10-часовой отдых войскам, выступил в 11 час. ночи и в 4 часа утра 26 июня подошел к Владимиру с конницею; по получении донесения о подходе пехоты с артиллериею, он приказал казакам произвести рекогносцировку предместья. Неприятель не дождался атаки и "побежал правым флангом" к мосту через болото по пути на Дубенку, оставив для порчи моста и плотины на р. Луге часть пехоты, которая вскоре была также опрокинута, а необходимые мосты восстановлены. Войска готовились уже следовать к Владимиру для расположения на отдых, как вдруг показались против нашего правого фланга войска Любомирского, которому Понятовский не дал знать о своем отступлении и который пошел на выстрелы. После непродолжительного боя, потеряв до 200 чел., обоз с казною (до 40000 рублей), с палатками и боевыми припасами, Любомирский быстро отступил к Бугу; наши же войска расположились на обоих берегах р. Луги.

Теперь польские войска, отступившие за Буг, должны были оборонять линию этой реки. В видах выполнения этой задачи, они разбросались по всей этой линии в виде кордона, который и был прорван как на севере Кречетниковым, так и Каховским на юге.

Вслед за Каховским во Владимир явились вожди Тарговицкой конфедерации, после чего и здесь была образована конфедерация, приступившая к Тарговицкой. Это замедлило движение Каховского и дало полякам возможность усилить оборону. До 3 июля перед фронтом армии были высланы только небольшие казачьи отряды, а в этот день передовой корпус Каховского перешел в Устилуг, Тормасов находился в Торче (Турчаны), а Леванидов в Любомле. Получены известия, что Понятовский сожигает мосты и паромы, портит броды, укрепляет позиции и т. п. и что он направил Виельгорского к Опалину, Костюшку к Кладневу, а сам, с главными силами, остался у Дорогуска, полагая, что на последний пойдут все силы Каховского.

5 июня подошли к Бугу все наши войска; 6-го войска продолжали движение к переправе при Кладневе, куда направился для производства рекогносцировки сам Каховский. Неприятель, устроивший укрепления на обоих берегах реки, открыл было огонь, но подоспевшие егеря с артиллериею заставили его прекратить перестрелку. Находившийся тут мост был сожжен еще до прибытия Каховского, но два парома на левом берегу обгорели только на половину; егеря бросились вплавь и перетащили их на правый берег, после чего началась переправа; казаки переправились вплавь. Оказавшаяся в версте от переправы неприятельская кавалерия в количестве 6 эскадронов была опрокинута. Между тем был наведен понтонный мост, по которому перешел весь передовой корпус, расположившийся при Дубенке. В то же время Каховский приказал на следующий день атаковать неприятеля. Костюшко с 7000—8000 чел. занял сильную позицию, примыкавшую правым флангом к д. Воля, близ австрийской границы, а левым к д. Уханке на Буге. Позиция эта была еще усилена батареями, флешами и шанцами. 7-го в 5 часов утра Каховский отправился на рекогносцировку этой позиции с легкими войсками Орлова и с Екатеринославскими егерями; сила неприятельской позиции нисколько его не смутила, он вполне полагался на храбрость войск, сосредоточенных, к тому же, в достаточном числе. В 3 часа пополудни Каховский двинул свои передовые войска тремя колоннами, которые были встречены огнем с неприятельских батарей. Главнокомандующий направил Салтыкова с 2 батальонами егерей и Орлова с тремя казачьими полками влево к Воле, чтобы выбить из леса легкие войска, находившиеся впереди правого крыла противника; другие два батальона егерей с двумя казачьими полками направлены вправо к Уханке; Бражникову приказано поставить батарею из 20 орудий под прикрытием гренадер В. Зубова; за ними стать Маркову с кавалериею. Затем, когда подошли войска Дунина, то 12 его орудий стали правее батареи Бражникова, а сам Дунин с 6 батальонами, 24 орудиями и 11 эскадронами пошел вправо, против левого неприятельского крыла.

Двинувшись вперед в таком порядке, наши войска были встречены огнем всей неприятельской артиллерии, которая, однако, была слишком разбросана и потому огонь наших батарей быстро ее подавил. Пользуясь этим, генерал Милашевич, командовавший пехотою левого крыла, послать 5 рот гренадер против шанцев; гренадеры, пробравшись через болото, взяли три шанца, а почти в то же время фанагорийцы одолели левое крыло поляков и овладели всеми их укреплениями у Уханки. Таким образом левое крыло и центр противника были поколеблены. Тогда Каховский приказал полковнику Пальменбаху с елисаветградскими конно-егерями овладеть укреплениями правого крыла противника, прикрывавшими его путь отступления. Конно-егеря овладели двумя шанцами, но в это время Пальменбах был убит; самое занятие шанцев несколько расстроило ряды атакующих, и на них еще ударила свежая польская конница Велевейского; они были опрокинуты; вскоре, однако, они же собрались за встретившими неприятеля легко-конными эскадронами харьковцев и снова бросились вперед. Между тем продолжавшая наступление наша пехота овладела всеми укреплениями и даже лагерем противника, потерявшего более 900 чел. убитыми и ранеными и 7 орудий; наши войска потеряли 500 чел. и 640 лошадей. Дремучий лес, находившийся позади позиции поляков, способствовал их поспешному отступлению; с нашей же стороны преследование производилось версты на две и окончилось уже ночью. Победители расположились на ночлег у Уханки. В этот же день переправились через Буг Леванидов у Опалина и Тормасов у Дорогуска. Неприятель хотя и оказал сильное сопротивление в обоих пунктах, но должен был отступить, так как, ввиду разбития Костюшки Каховским, опасался быть отрезанным.

9-го июня Каховский приказал Леванидову двинуться (с 20-дневным запасом провианта) к Брест-Литовску "для учреждения сообщения" с войсками Кречетникова; 10-го Каховский выступил из Уханки, последовал за армиею Понятовского, отступавшею через Бискупице, Люблин и Куров к Пулавам, и 14-го вступил в Люблин. Здесь ему представился адъютант польского главнокомандующего Хоментовский, привезший ему письмо от нашего посланника Я. И. Булгакова, с извещением, что король польский приступил к Тарговицкой конфедерации, что князю Понятовскому также послано предписание прекратить борьбу против русских войск и что с этим следует сообразовать дальнейшие меры.

Однако поляки, предполагая, что Каховский прекратит военные действия, хотели воспользоваться этим и хоть под конец одержать успех над передовою частью русских войск, чтобы потом раздуть этот успех в большую победу и прокричать о воинственном пыле войск и готовности их к продолжению войны; этим они надеялись произвести такое впечатление, будто все подавало надежду на величайшие успехи в то самое время, когда повеление короля остановило армию среди побед. С этою целью Понятовский произвел нападение на находившиеся впереди армии Каховского у Маркушова два полка казаков; но расчеты его были расстроены прибытием к казакам подкреплений, о которых поляки не знали, а кроме того двигался к Маркушову и сам Каховский с главными силами. В бою у Маркушова Орлов разбил поляков, потерявших до 200 человек убитыми и ранеными и 84 пленными. Каховский разгадал намерения поляков и, когда Понятовский, прибыв к нашим передовым постам, выразил желание переговорить с ним лично, то он послал к нему Валериана Зубова с объявлением, что так как Понятовский продолжал военные действия, невзирая на то, что король уже приступил к конфедерации, то он (Каховский) не может с ним вступать в переговоры, но требует, чтобы Понятовский или положил оружие или принес присягу конфедерации. Но пока Зубов ехал к нему, Понятовский по другой дороге прибыл к нашим постам и, добившись свидания с Каховским, предложил ему заключить перемирие на время, пока он не получит от короля указаний, что делать с войсками. Каховский подтвердил ему то же, что передавал через Зубова, и прибавил, что если поляки останутся так же близко к русским войскам, как до тех пор, то он немедленно возобновит военные действия.

Понятовский попросил полтора часа на размышление, но еще до истечения этого срока возвратился к Каховскому с Костюшкою и в сопровождении более 40 офицеров и объявил, что им получено извещение короля о присоединении к конфедерации, а потому он просит прекратить военные действия. Каховский изъявил на это согласие, но продолжал требовать от Понятовского исполнения всего, что было необходимо в видах полного обеспечения русских войск от вероломных покушений со стороны поляков; сверх того и с своей стороны он принимал необходимые меры предосторожности. 18-го он перешел в Пулавы, где к нему присоединился Кутузов. Отсюда часть войск, вследствие требования нашего посланника, была направлена к Варшаве. С этою частью армии Каховский и занял 5-го августа столицу Польши, где находился до 13-го января 1793 года, причем ему был подчинен и корпус, занимавший Литву.

В кампанию 1792 года Каховский обнаружил далеко не дюжинное стратегическое и тактическое искусство: его план действий отвечал обстановке, равно как замечательно и исполнение этого плана, соединявшее необходимую осторожность с достаточною решительностью; он отлично пользовался превосходством тактической и боевой подготовки своих войск над противником, но вместе с тем всегда держал свои главные силы сосредоточенно, тогда как неприятель, наоборот, нередко разбрасывал свои и без того слабейшие войска; 700—750 верст в неприятельской стране от р. Днестра до р. Вислы пройдены были Каховским в 72 дня, т. е. со среднею скоростью 10 верст в день — о подобном ведении военных операций никто из западноевропейских полководцев в его время даже и не помышлял.

Победоносная кампания Каховского (и Кречетникова) имела следствием второй раздел Польши, возвративший России Подолию, Волынь и остававшуюся еще в руках поляков часть Белоруссии, т. е. обширную территорию, значительно превосходившую приобретения России по первому и третьему разделам Польши.

За эту кампанию Каховский был награжден орденом св. Андрея Первозванного. В конце 1792 года он отнял у Валериана Зубова начальство над вверенными ему войсками за найденные в них беспорядки; но за это и сам был лишен начальства, отозван ко двору и назначен генерал-губернатором пензенским и нижегородским. В 1794 году ему было поручено начальство над войсками, расположенными в Крыму, с сохранением звания генерал-губернатора упомянутых губерний.

В 1796 году Император Павел переименовал его в генералы от инфантерии и назначил начальником Таврической дивизии, а в день коронования пожаловал ему графское достоинство и 2000 душ крестьян (в окрестностях Поречья). Сверх того он был назначен шефом мушкетерского имени своего полка. Но вслед за тем Высочайшим приказом 13 февраля 1800 года Каховский "за старостию лет и неумеренную им отставку нижних чинов полков его инспекции отставлен от службы". Вскоре после того он умер.

Каховский был не только отличным офицером генерального штаба, строевым начальником и администратором, но и хорошим главнокомандующим, хотя и не может быть причислен к особенно выдающимся полководцам. Это был человек дела, выдвинутый на высокое поприще не случайною протекциею, а отличавшим высшую правительственную власть того времени уменьем оценивать людей по заслугам.

Московск. Отдел. Общ. Арх. Главн. Штаба: формулярный список ген. от инф. гр. Каховского (из книги форм. списков, с дополнением); Военно-учен. арх. Главн. штаба, отд. 2-е, дело № 435 (А), 1772 г.; дело № 1214 (реляции Каховского 1792 года) и друг.; "Полное Собрание Законов Российской Империи" №№ 13.808, 13.848, 13.894, 13.911, 14.441, 14.495 и др.; Ф. Смитт, "Суворов и падение Польши"; "Сборн. Импер. Русск. Истор. Общ.", т. XIII и LI, и другие; "Бумаги кн. Потемкина-Таврического", вып. I и II; "Архив Государств. Совета", т. I, ч. II. 207, Глиноецкий, "История русского генерального штаба"; Масловский, "Записки по истории военного искусства в России"; Бантыш-Каменский, "Словарь", "Русский Архив", "Русская Старина". Журналы военных действий. Истории разных полков русской армии. Храповицкий, "Памятные записки"; Петров. а) Война России с Турцией и польскими конфедератами 1769—1774 гг. б) Вторая турецкая война в царств. Импер. Екатерины II 1787—1791 гг.; Gorski. "Historya piechoty polskiej", его же, "Historya jazdy polskiej"; "Korrespondencya krajowa Stanislawa Augusta".

П. A. Гейсман.

{Половцов}



Каховский, граф Михаил Васильевич

(1734—1800) — генерал от инфантерии, воспитывался в сухопутном шляхетском корпусе; в 1773 г. командовал войсками в Крыму; в 1791 г. ему вверено начальство над Украинской армией, с которой он успешно действовал в 1792 г. против поляков. Позже был генерал-губернатором пензенским и нижегородским. Имп. Павел пожаловал К. графское достоинство, но вскоре за тем К. оставил службу.

{Брокгауз}



Каховский, граф Михаил Васильевич

(Коховский) — генерал от инфантерии, один из выдающихся деятелей Екатерин. царствования; род. в 1734 г., воспит-к Сухоп. шляхет. кадетск. корпуса, из которого в 1757 г. был выпущен подпоручиком в 1-й полк Обсервацион. корпуса гр. Шувалова. В 1758 г. К. принял участие в Семилет. войне, сражался при Цорндорфе, Пальциге и Куннерсдорфе и в 1760 г. был произведен в поручики. Назначенный состоять при австр. фельдм. Лаудоне, К. находился с ним при блокаде Бреславля и в бою при Лигнице, а с корпусом гр. Чернышева участвовал во взятии Берлина. В 1761 г. К. был произведен в кап-ны и назн. обер-квартирм-ром при корпусе Чернышева, а затем и генерал-квартирмейстером-лейтенантом того же корпуса. Занимая эти долж-сти, К. был командирован в 1761 г. к Лаудону, с которым участвовал во взятии Швейдница, а в 1762 г. — к Фридриху В., при котором находился в сраж. при Буркерсдорфе. В 1766 г. К. был произведен в бриг-ры и в 1768 г. назначен генерал-квартирм-ром в армию кн. Голицына, с которой и принял участие в кампании 1769 г. против турок (Хотин); в 1770 г. перешел в армию гр. П. И. Панина (Бендеры), а в 1771 г. — в армию кн. Долгорукова, оперировавшую в Крыму. Отлич. способности К. как офицера генерального штаба и админ-ра выдвинули его из ряда других; он был произведен в генерал-майоры, и в том же 1771 г. ему было вверено нач-вание над особым отрядом, назначенным держать кордон по pp. Зап. Двине и Днепру, "для заграждения прилегающей к Польской Литве границы нашей" и произ-ва "экзекуций" в имениях польск. магнатов, замеченных в противодействии видам рус. правительства в Польше. В 1772 г. К. был назначен губернатором Могилев. губ., образованной из половины вновь присоединенных польск, земель, и в устр-ве и управлении ее выказал себя столь дельн. админ-ром, что сенат ставил в пример другим меры, принятые К. по обеспечению населения губерний хлебом, устр-ву путей сообщения, почты и т. п. В 1779 г. К. был назначен чл. воен. коллегии, а в 1783 г., командуя отдел. корпусом, участвовал в операциях в Крыму, закончившихся присоединением его к России. В 1784 г. К. был произведен в генерал-аншефы. С началом 2-й тур. войны К. был назначен командующим 2-й дивизией Екатеринослав. армии и управляющим Таврич. областью. Для противодействия высадко неприятеля в Крыму К. полагал, не обороняя побережье полуо-ва, отступить внутрь страны (напр., от Феодосии к Карасубазару), сосредоточить весь Крым. корпус или большую его часть и атаковать. Подобн. план действий воен. историк и биограф К. профессор генерал П. А. Гейсман ставит неизмеримо выше того, который был принят нами при высадке союзников в Крыму в Вост. войну. В 1791 г. Потемкин, оценивший способ-ти К. по управлению Крымом и усердно рекомендовавший его с тех пор Имп-це, вызвал К. из Крыма в армию, где он принял участие в операциях против Анапы, а по отъезде Потемкина из армии и смерти его на пути в СПб. вступил в командование армией и Черномор. флотом. Однако вести воен. действия ему не довелось, ибо в это время уже велись мирн. переговоры, и ему выпало лишь вывести армию с театра войны и расположить в погранич. районе. Вслед за тем начались приготовления ко 2-й войне с Польшей, и К. было вверено нач-вание над Украин. армией (65 т. чел.), назначенной для действий против глав. сил польск. армии кн. Иосифа Понятовского в Подолии, Волыни и на Украине. К. составил план, по которому глав. силы армии (к-са Голенищева-Кутузова и Дунина) должны были вторгнуться в Польшу со стороны Днестра и действовать в охват прав. фланга поляков; корпус Дерфельдена должен был двинуться через Ольвиополь против лев. фланга прот-ка, а корпус Леванидова — действовать с тыла. Действуя согласно этому плану, К. вынудил непр. армию после ряда частн. боев отступить за Буг, на берегах которого у с. Ду-бенки и нанес полякам столь сильное поражение, что король Станислав Понятовский признал дальнейшее сопр-ние невозможным, присоединился к Тарговицкой конфедерации и послал своему брату Иосифу приказание прекратить воен. действия. Последний, однако, не сразу подчинился и попытался внезап. нападением у Маркушева повернуть воен. счастье в пользу Польши. Однако предусмотрительный и осторожный К. не дал застать себя врасплох, отбил нападение и, преследуя поляков, занял Варшаву. В камп. 1792 г. К., по словам Гейсмана, обнаружил далеко недюжин. стратег. и тактич. иск-во: его план действий отвечал обстановке, а в исполнении его он соединил необходимую осторож-сть с достаточ. решит-стью; он отлично пользовался превосходством тактич. и боев. подготовки своих войск, но вместе с тем всегда держал свои глав. силы соср-ченно, тогда как неприятель их разбрасывал. 700—750 вер. в непр. стране от Днестра до Вислы были пройдены К. в 72 дня, т. е. с такой скоростью, о которой никто из з.-европ. полк-дцев его времени не помышлял. Победоносная камп. 1792 г. повлекла 2-й раздел Польши. К. был награжден за нее орд. св. Андрея Первозванного. Столк-ние его с гр. Вал. Зубовым повлекло вскоре отозвание К. из армии, и он был назначен Пензен. и Нижегород. генерал-губернатором. В 1794 г. ему, однако, снова было вверено нач-вание над войсками в Крыму с сохранением и звания генерал-губернатора названных выше провинций. В 1796 г. Имп. Павел переименовал К. в генералы от инфантерии, назначил начальником Таврич. дивизии, шефом мушк. п., а в день своей коронации (1797) пожаловал К. граф. дост-во. Но благоволение Гос-ря продолжалось недолго. В 1800 г. "за старостью лет и неумеренную им отставку нижн. чинов" К. был отставлен от службы и в том же году умер. (Фр. Смит. Суворов и падение Польши; А. Н. Петров. Война России с Турцией и польск. конф-тами в 1769—74 гг.; Его же. Вторая турец. война в царствование Имп-цы Екатерины II).

{Воен. энц.}


Большая биографическая энциклопедия. 2009.

Смотреть что такое "Каховский, граф Михаил Васильевич" в других словарях:

  • Каховский Михаил Васильевич — Каховский, Михаил Васильевич, граф генерал от инфантерии (1734 1800). Воспитывался в сухопутном шляхетском корпусе; принимал участие в семилетней войне и в первой при Екатерине II войне против турок. В 1783 г. Каховский командовал отдельным… …   Биографический словарь

  • Каховский, Михаил Васильевич — В Википедии есть статьи о других людях с такой фамилией, см. Каховский. Михаил Васильевич Каховский …   Википедия

  • Каховский, Михаил Васильевич, граф — КАХОВСКІЙ (Коховскій), графъ, Михаилъ Васильевичъ, ген. отъ инф., одинъ изъ выдающихся дѣятелей Екатерин. царст нія, род. въ 1734 г., воспит къ Сухоп. шляхет. кад. к са, изъ к раго въ 1757 г. б. выпущенъ подпор комъ въ 1 й полкъ Обсерваціон. к са …   Военная энциклопедия

  • Каменский, граф Михаил Федотович — генерал фельдмаршал, сын гоф юнкера, служившего мундшенком при Петре Великом, род. 8 мая 1738 года, убит 12 августа 1809 г. В 1751 г. записан был в Сухопутный Кадетский корпус, в 1756 г. выпущен из корпуса поручиком в ведомство канцелярии… …   Большая биографическая энциклопедия

  • Каховский — (граф Михаил Васильевич, 1734 1800) генерал от инфантерии, воспитывался в сухопутном шляхетском корпусе; в 1773 г. командовал войсками в Крыму; в 1791 г. ему вверено начальство над Украинскою армиею, с которою он успешно действовал в 1792 г.… …   Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона

  • Кутузов, Михаил Илларионович — князь Михаил Илларионович Кутузов (Голенищев Кутузов Смоленский), 40 й генерал фельдмаршал. Князь Михаил Илларионович Голенищев Кутузов [Голенищевы Кутузовы произошли от выехавшего в Россию к великому князю Александру Невскому из Германии… …   Большая биографическая энциклопедия

  • Милорадович Михаил Андреевич — (1771 1825), граф (1813), генерал от инфантерии (1809), почетный член Российской академии (1823). Командир корпуса в войне с Турцией (1806 12). В Отечественную войну 1812 командовал авангардом при преследовании наполеоновской армии. С 1818… …   Энциклопедический словарь

  • Список графских родов Российской империи — К числу более чем 300 графских родов (включая угасшие) Российской империи относятся: возведённые в графское Российской империи достоинство (к началу XX века  не менее 120), возведённые в графское Царства Польского достоинство… …   Википедия

  • Графский род — К началу XX века в Российской империи было учтено около 320 графских родов, в том числе 120  возведённых в графское достоинство российскими императорами, 150  возведённых иностранными монархами и признанных в своём достоинстве в Российской… …   Википедия

  • Могилёвская губерния — Губерния Российской империи …   Википедия


Поделиться ссылкой на выделенное

Прямая ссылка:
Нажмите правой клавишей мыши и выберите «Копировать ссылку»

We are using cookies for the best presentation of our site. Continuing to use this site, you agree with this.