Иоанн VI Антонович


Иоанн VI Антонович

— император, род. 2 августа 1740 г., умер 4 июля 1764 г. Он был сын принца Антона-Ульриха Брауншвейг-Люнебургского и Анны Леопольдовны, дочери герцога Карла Леопольда Мекленбургского и Екатерины Иоанновны, дочери царя Иоанна Алексеевича. Императрица Анна после долгих колебаний только накануне смерти, 16 октября 1740 г., подписала указ о назначении преемником своим на императорском всероссийском престоле младенца Иоанна, под регентством, до его совершеннолетия, герцога Эрнста Иоанна Бирона. В ночь с 8 на 9 ноября того же года Бирон был свергнут и регентшею стала мать Иоанна, Анна Леопольдовна, а в ночь с 24 на 25 ноября 1741 г. Елизавета Петровна свергла малолетнего императора и была сама провозглашена императрицею. Говорят, что Елизавета, которая лично арестовала правительницу, взяла Иоанна на руки и, целуя его, говорила: "бедное дитя! ты ни в чем не виновато, родители твои виноваты". Вся Брауншвейгская фамилия была помещена под надзором в бывшем дворце Елизаветы. В манифесте от 28 ноября 1741 г. сказано, что вся фамилия будет отпущена за границу и получит приличное содержание. Елизавета сначала, несомненно, имела такие намерения. 12 декабря 1741 г. генерал-лейтенант Вас. Фед. Салтыков с большим конвоем вывез Иоанна с родителями и сестрою из Петербурга; ему было велено ехать по возможности скорее. Но потом на Елизавету подействовали разные внушения и она решилась задержать Иоанна в России до прибытия избранного ею в наследники племянника ее, принца Петра Голштинского (впоследствии император Петр III Феодорович). 9 января 1742 г. привезена была Брауншвейгская фамилия в Ригу и помещена в замке, где жил прежде Бирон; тут Анна Леопольдовна по требованию императрицы подписала присягу ей за себя и за сына; между тем, слухи, быть может даже неосновательные, о враждебном настроении Анны Леопольдовны по отношению к новому правительству и заговор Турчанинова (в июле 1742 г.), заставили Елизавету видеть в Иоанне опасного претендента и потому она решилась не выпускать его из России. 13 декабря 1742 г. Брауншвейгскую фамилию поместили в крепости Динамюнде; когда же в июле 1743 г. открыт был новый заговор, Лопухина, то в январе 1744 г. решено было перевести всю фамилию в Раненбург (ныне Рязанской губернии), причем назначенный доставить туда Анну Леопольдовну с семейством гвардии поручик Вындомский сначала чуть было не направился с ними в Оренбург. 27 июля 1744 г. дан был приказ камергеру Николаю Андреевичу Корфу отвести арестованных в Соловецкий монастырь. Прибыв в Раненбург 10 августа, Корф нашел почти все семейство больным; он спросил в Петербург, что делать, и получил приказание немедленно исполнить поручение; тогда уже Корф распорядился отправкою арестованных. Малолетнего Иоанна Корф должен был отдать везти майору Миллеру, которому строжайше запрещено было показывать кому-либо младенца, приказано было даже называть его не Иоанном, а Григорием. В октябре прибыли в Холмогоры и Корф, остановившись тут, так как из-за льда ехать в Соловки было невозможно, настоял, чтобы заключенных и содержать в Холмогорах, в архиерейском доме, представляя, что в Соловках труднее будет доставлять им пропитание и держать их в тайне. Иоанн был помещен особо от всей семьи и можно думать, что остальные даже не знали, что он находится почти рядом с ними. Корф уехал в Петербург весною 1745 г., сдав надзор за арестантами капитану Измайловского полка Гурьеву, при котором оставались Миллер и Вындомский. Подробностей о пребывании Иоанна Антоновича в Холмогорах мы никаких не имеем; знаем, что его держали и строжайшей тайне; только в случае если бы он был очень опасно болен, к нему было позволено допустить священника; жену Миллера, несмотря даже на ее болезнь, не дозволено было отпустить из Холмогор; все, знавшие о младенце, были обязаны клятвою ничего о нем не говорить; правительство Елизаветы принимало всякие меры, чтобы уничтожить самую память об императорстве Иоанна: приказано было уничтожать присяжные листы с его именем, уничтожать в книгах листы с его титулом, перечеканивать монеты и медали с его изображением. Говорить младенцу, кто он, было, конечно, запрещено, запрещено было также и учить его грамоте; однако Иоанн знал свое имя, знал, что он принц и даже называл себя государем той страны, где он находился и если, быть может, не умел читать — как надо думать из слов указа по поводу его смерти, — то все-таки, был несколько сведущ в Священном Писании, имел некоторые сведения о творениях отцов церкви; факт этот засвидетельствован донесениями офицера, наблюдавшего за ним в Шлиссельбурге и остается необъяснимым.

В 1756 г. в Тайную Канцелярию был доставлен беглый преступник Иван Зубарев, который, между прочим, рассказал, что он был в Берлине, через посредство известного Манштейна видел самого короля Фридриха и что его уговаривали поднимать раскольников в пользу Иоанна Антоновича и обещали самого принца выкрасть из Холмогор. Если даже и не было придано веры этому рассказу целиком, то из него стало, все-таки, очевидно, что местопребывание бывшего императора стало известно многим. Поэтому решено было перевести его в другое, более надежное место, и в 1756 же году, глухою ночью, лейб-кампании сержант Савин увез его в Шлиссельбург. Он был содержим там под непосредственным ведением начальника Тайной Канцелярии, Александра Ивановича Шувалова, под ближайшим надзором сначала гвардии капитана Шубина, а когда он заболел капитана Овцына; помощниками при них были два офицера Власьев и Чекин. Донесения Овцына известны и обрисовывают нам состояние узника с 1757 по 1761 г. Местопребывание его было тщательно скрываемо; офицерам запрещено было в письмах к родным сообщать, где они находятся; письма к ним должно было писать просто на Тайную Канцелярию. Безысходное заключение, не говоря уже о тяжелой в нравственном отношении обстановке, разрушительно подействовало на организм узника. Овцын неоднократно доносил о его совершенно ненормальном поведении и более склонялся к мысли, что он, действительно, помешан, чем что он притворяется. Узник был чрезвычайно раздражителен и подозрителен; ему постоянно казалось, что его портят шептаниями, дурными взглядами; каждое почти движение окружающих он толковал, как направленное к его вреду и вообще чрезвычайно легко раздражался, часто покушался бить окружающих; много разговаривал сам с собою, говоря совершенно непонятные вещи; постоянно выражал он ко всем окружающим глубочайшее презрение, себя называл великим человеком, принцем, говорил, что он бесплотен, что только дух св. Григория принял его вид, временами говорил, что хочет постричься, но отказывался от предлагаемого ему имени Гервасия и желал принять имя Феодосия, думал быть митрополитом и говорил, что тогда испросит у Бога позволения кланяться образам и даже некоторым людям, а что без этого он не должен никому поклоняться. От являвшихся у него временами припадков буйства его удерживали, лишая чаю и лучшей одежды; тяжело было ему присутствие офицеров, которые его часто умышленно дразнили. Иногда думают, что показания о безумии Иоанна Антоновича не вполне достоверны и основанием недоверия указывают то обстоятельство, что наиболее прямое и положительное свидетельство в таком смысле было дано надзиравшими за узником офицерами уже после его смерти. Но и более ранние донесения Овцына дают нам несомненные указания на ненормальность состояния Иоанна Антоновича; что же касается того, что о безумии узника особенно решительно было сказано после его смерти, то это совершенно естественно: тогда именно был поднят этот вопрос прямо, а кроме того совершенно естественно, что надзиратели за узником не считали нужным в своих обычных ежедневных рапортах постоянно повторять о его безумии, а прямо выразили свое убеждение в этом уже после его смерти. Петр III Феодорович по вступлении на престол посетил узника в Шлиссельбурге, в сопровождении H. A. Корфа, Унгерна, Александра Нарышкина и Волкова; со слов Корфа передано это свидание Бюшингом; Иоанн произвел впечатление человека слабого физически и расстроенного умственно; то же сказано и в манифесте по случаю его смерти, причем упоминается, будто и Екатерина его видела; обстоятельства этого свидания совершенно неизвестны; но одна записка Екатерины к H. И. Панину, без обозначения времени, дает основание думать, что Екатерина, действительно ездила в Шлиссельбург (Сбор. Имп. Рус. Ист. Об. VII, 331); по общему отзыву Иоанн был крайне косноязычен, говорил, — хотя и поддерживая рукою нижнюю челюсть, — так что его почти невозможно было понять. Петр III думал улучшить судьбу арестанта и поместить его в особом для него выстроенном здании; но за свержением Петра предположение это не осуществилось. При Екатерине узник находился под непосредственным ведением Н. И. Панина, который в первое время правления Екатерины принимал ближайшее участие во всех важнейших внутренних делах; в первые же дни по воцарении императрицы генерал-майор Силин вывез узника из Шлиссельбурга и направился в Кексгольм, так как в Шлиссельбурге решено было поместить Петра Феодоровича; но буря задержала их на дороге, а после смерти Петра Феодоровича Иоанн был возвращен в Шлиссельбург. Узник остался в прежнем положении; оно становилось даже все тяжелее, потому что офицеры, тяготясь своею обязанностью быть неисходно с арестантом, все враждебнее и враждебнее к нему относились и более его дразнили. В публике об узнике знали так мало, что местопребывание его оставалось неизвестным даже таким людям, как сенатор Ив. Ив. Неплюев, и что временами возникали предположения и пожелания, чтобы Елизавета, а потом Екатерина вступили с ним в брак. — Иоанн погиб насильственной смертью. В ночь с 4 на 5 июля 1764 г. поручик В. Я. Мирович попытался освободить узника, с целью провозгласить его императором, в надежде составить этим себе счастье. Приставленные к Иоанну офицеры Власьев и Чекин со своими сторожами сначала отбивались от Мировича и последовавших за ним солдат, но потом, когда Мирович стал готовить пушку чтобы разбить двери, они, опасаясь, что арестанта у них отнимут, закололи его, согласно инструкции, данной на такой случай им ранее и подтвержденной Н. И. Паниным. Тело бывшего императора похоронено было где то в Шлиссельбургской крепости, по христианскому обряду, но тайно. — Политическая история России за то время пока Иоанн Антонович был императором изложена в биографии Анны Леопольдовны, а подробности покушения Мировича — в биографии этого последнего.

Соловьев, "История России", тт. XXI, XXII, XXIV, XXV, ХХVI; Брикнер, "Император Иоанн Антонович и его родственники", в "Русском Вестнике" за № 1874 г. и отдельно; "Император Иоанн Антонович", в "Русской Старине" 1879 г., №№ 3, 5, 7; М. И. Семевский, "Иоанн Антонович", в "Отечеств. Зап.", 1866, т. VII; Бильбасов, "История Екатерины II", I, 189—197; Ковалевский, "Граф Блудов и его время", 222—230; "Чтения моск. общ. ист. и древн.", 1860, III, 149—154 и 1861, I, 182—185: Пекарский, "Бумаги К. И. Арсеньева", 375—408; Кашпирев, "Памятники новейшей рус. истории", I, 307—312; "Восемнадцатый век", III, 357—387; "Вест. Европы", 1808, ч. 40, 197; "Внутренний быт рус. госуд. с 17 окт. 1740 г. по 25 ноября 1741 г.", ч. І и II; "Сенатский Архив", т. т. II — IV; Полн. Собр. Зак., №№ 9192, 9197, 12228, 12241; Сбор. Имп. Рус. Общ., VII, 331, 364, 365—373.

Н. Чечулин.

{Половцов}



Иоанн VI Антонович

— иногда называемый также И. III (по счету царей), сын племянницы императрицы Анны Иоанновны, принцессы мекленбургской Анны Леопольдовны, и герцога Брауншвейг-Люнебургского Антона-Ульриха, род. 12 августа 1740 г. и манифестом Анны Иоанновны, от 5 октября 1740 г., объявлен был наследником престола. По смерти Анны Иоанновны (17 октября 1740 г.) И. провозглашен был императором, а манифест 18 октября объявил о вручении регентства до совершеннолетия И., т. е. до исполнения ему 17 лет. герцогу курляндскому Бирону. По свержении Бирона Минихом (8 ноября) регентство перешло к Анне Леопольдовне (см. соотв. статью), но уже ночью 25 дек. 1741 правительница с мужем и детьми, в том числе и имп. И., были арестованы в дворце Елизаветой Петровной и последняя провозглашена была императрицей. Сперва она намерена была выслать низверженного императора со всей его семьей за границу, и 12 дек. 1741 г. они были отправлены из Петербурга в Ригу, под присмотром ген.-лейт. В. Ф. Салтыкова; но затем Елизавета переменила свое намерение и, еще не доехав до Риги, Салтыков получил предписание ехать как можно тише, задерживая под разными предлогами путешествие, а в Риге остановиться и ждать новых распоряжений. В Риге арестанты пробыли до 13 дек. 1742 г., когда они были перевезены в крепость Динамюнде. За это время у Елизаветы окончательно созрело решение не выпускать И. и его родителей, как опасных претендентов, из пределов России. В январе 1744 г. последовал указ о новом перевозе бывшей правительницы с семьей, на этот раз в г. Раненбург (нын. у. г. Рязанской губ.), причем исполнитель этого поручения, капитан-поручик Вындомский, едва не завез их в Оренбург. 27 июня 1744 г. камергеру барону Н. А. Корфу предписано было указом императрицы отвезти семью царственных узников в Соловецкий монастырь, причем И. как в течение этого путешествия, так и на время пребывания в Соловках должен был быть совершенно отделен от своей семьи и никто из посторонних не должен был иметь к нему доступа, кроме только специально приставленного к нему надсмотрщика. Корф довез арестантов, однако, только до Холмогор и, представив правительству всю трудность перевоза их на Соловки и содержания там в секрете, убедил оставить их в этом городе. Здесь И. пробыл около 12 лет в полном одиночном заключении, отрезанный от всякого общения с людьми; единственным человеком, с которым он мог видеться, был наблюдавший за ним майор Миллер, в свою очередь почти лишенный возможности сообщения с другими лицами, стерегшими семью бывшего императора. Тем не менее слухи о пребывании И. в Холмогорах распространялись, и правительство решило принять новые меры предосторожности. В начале 1756 г. сержанту лейб-кампании Савину предписано было тайно вывезти И. из Холмогор и секретно доставить в Шлиссельбург, а полковнику Вындомскому, главному приставу при брауншвейгской семье, дан был указ: "Оставшихся арестантов содержать по-прежнему, еще и строже и с прибавкой караула, чтобы не подать вида о вывозе арестанта; в кабинет наш и по отправлении арестанта рапортовать, что он под вашим караулом находится, как и прежде рапортовали". В Шлиссельбурге тайна должна была сохраняться не менее строго: сам комендант крепости не должен был знать, кто содержится в ней под именем "известного арестанта"; видеть И. могли и знали его имя только три офицера стерегшей его команды; им запрещено было говорить И., где он находится; в крепость без указа Тайной Канцелярии нельзя было впустить даже фельдмаршала. С воцарением Петра III положение И. не улучшилось, а скорее еще изменилось к худшему, хотя и были толки о намерении Петра освободить узника. Инструкция, данная гр. А. И. Шуваловым главному приставу И. (князю Чурмантееву), предписывала, между прочим: "Если арестант станет чинить какие непорядки или вам противности или же что станет говорить непристойное, то сажать тогда на цепь, доколе он усмирится, а буде и того не послушает, то бить до вашему рассмотрению палкой и плетью". В указе Петра III Чурмантееву от 1 января 1762 г. повелевалось: "Буде, сверх нашего чаяния, кто б отважился арестанта у вас отнять, в таком случае противиться сколь можно и арестанта живого в руки не давать". В инструкции, данной по восшествии на престол Екатерины Н. И. Паниным, которому доверен был ей главный надзор за содержанием шлиссельбургского узника, этот последний пункт был выражен еще яснее: "Ежели, паче чаяния, случится, чтоб кто пришел с командой или один, хотя б то был и комендант или иной какой офицер, без именного за собственноручным Ее И. В. подписанием повеления или без письменного от меня приказа и захотел арестанта у вас взять, то оного никому не отдавать и почитать все то за подлог или неприятельскую руку. Буде же так оная сильна будет рука, что спастись не можно, то арестанта умертвить, а живого никому его в руки не отдавать". По некоторым известиям, вслед за воцарением Екатерины, Бестужевым составлен был план брака ее с И. Верно то, что Екатерина в это время виделась с И. и, как сама признала позже в манифесте, нашла его поврежденным в уме. Сумасшедшим или, по крайней мере, легко теряющим душевное равновесие изображали И. и рапорты приставленных к нему офицеров. Однако, И. знал свое происхождение, несмотря на окружавшую его таинственность, и называл себя государем. Вопреки строгому запрещению чему бы то ни было его учить, он от кого-то научился грамоте, и тогда ему разрешено было читать Библию. Не сохранилась и тайна пребывания И. в Шлиссельбурге, и это окончательно погубило его. Стоявший в гарнизоне крепости подпоручик смоленского пехотного полка Вас. Як. Мирович вздумал освободить его и провозгласить императором; в ночь с 4 на 5 июля 1764 г. он приступил к исполнению своего замысла и, склонив с помощью подложных манифестов на свою сторону гарнизонных солдат, арестовал коменданта крепости Бередникова и потребовал выдачи И. Пристава сперва сопротивлялись с помощью своей команды, но когда Мирович навел на крепость пушку, сдались, предварительно, по точному смыслу инструкции, убив И. После тщательного следствия, обнаружившего полное отсутствие сообщников у Мировича, последний был казнен. В правление Елизаветы и ее ближайших преемников самое имя И; подвергалось гонению: печати его царствования переделывались, монета переливалась, все деловые бумаги с именем имп. И. предписано было собрать и выслать в сенат; манифесты, присяжные листы, церковные книги, формы поминовения особ Имп. дома в церквах, проповеди и паспорта велено было сжечь, остальные дела хранить за печатью и при справках с ними не употреблять титула и имени И., откуда явилось название этих документов "делами с известным титулом". Лишь высочайше утвержденный 19 авг. 1762 г. доклад сената остановил дальнейшее истребление дел времени И., грозившее нарушением интересов частных лиц. В последнее время сохранившиеся документы были частью изданы целиком, частью обработаны в издании моск. архива мин. юстиции.

Литература: Соловьев, "История России" (тт. 21 и 22); Неrmann, "Geschichte des Russischen Staates"; M. Семевский, "Иван VI Антоновича" ("Отеч. Записки", 1866, т. CLXV); Брикнер, "Имп. Иоанн Антонович и его родственники. 1741—1807" (М., 1874); "Внутренний быт русского государства с 17 октября 1740 г. по 20 ноября 1741 года" (изд. моск. арх. м-ва юстиции, т. I, 1880, т. II, 1886); Бильбасов, "Geschichte Catherine II" (т. II); некоторые мелкие сведения еще в статьях "Русск. Старины": "Судьба семейства правительницы Анны Леопольдовны" (1873 г., т. VII) и "Император Иоанн Антонович" (1879, тт. 24 и 25).

В. Мн.

{Брокгауз}



Иоанн VI Антонович

— Император Всероссийский, сын пр. Антона-Ульриха Брауншвейг-Люнебургского и Анны Леопольдовны — дочери герц. Карла-Леопольда Мекленбургского и Екатерины Иоанновны (дочери царя Иоанна V Алексеевича); род. 2 авг. 1740 г., был имп-ром с 17 окт. того же года до ночи 26 ноябр. 1741 г. За его малолетством правили регенты: сперва герцог Бирон, затем мать его. По свержении с престола Имп-цы Елизаветой Петровной И. был в ссылке, первоначально вместе с матерью и отцом в Риге, Динамюнде, Раненбурге и Холмогорах, хотя помещался отдельно от них, а с 1756 г. — в заключении в Шлиссельбург. крепости до самой смерти, в ночь на 5 июля 1764 г., когда был уб. при попытке пор. Мировича вновь провозгласить его имп-ром. И. не получил почти никакого образования; кажется, не умел даже читать, но знал, что он — принц и государь. Послед. годы жизни И. был сильно расстроен нервами и даже психически ненормален.

{Воен. энц.}


Большая биографическая энциклопедия. 2009.

Смотреть что такое "Иоанн VI Антонович" в других словарях:

  • Иоанн VI Антонович — Иоанн VI Антонович, иногда называемый также Иоанн III (по счету царей) сын племянницы императрицы Анны Иоанновны , принцессы Маклебургской Анны Леопольдовны и герцога Брауншвейг Люнебургского Антона Ульриха, родился 12 августа 1740 г. и… …   Биографический словарь

  • ИОАНН VI АНТОНОВИЧ — (12.08.1740, С. Петербург 5.07.1764, Шлиссельбургская крепость), российский имп. (17 окт. 1740 25. нояб. 1741). Сын принца Брауншвейг Вольфенбюттельского Антона Ульриха и правительницы Российской империи Анны Леопольдовны. Назван в честь прадеда… …   Православная энциклопедия

  • Иоанн VI Антонович — Иван VI (Иоанн III) Антонович Иван VI с матерью регентшей Анной Леопольдовной 5 й …   Википедия

  • Иоанн VI Антонович — Биография императора Иоанна VI Антоновича Император Иоанн VI Антонович, сын племянницы императрицы Анны Иоанновны, принцессы мекленбургской Анны Леопольдовны и герцога Брауншвейг Люнебургского Антона Ульриха, родился 23 (12 по старому стилю)… …   Энциклопедия ньюсмейкеров

  • Иоанн VI Антонович — иногда назыв. также И. III (по счету царей) сын племянницы имп. Анны Иоанновны, принцессы мекленбургской Анны Леопольдовны, и герцога Брауншвейг Люнебургского Антона Ульриха, род. 12 августа 1740 г. и манифестом Анны Иоанновны, от 5 октября 1740… …   Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона

  • Иоанн Антонович — Иван VI (Иоанн III) Антонович Иван VI с матерью регентшей Анной Леопольдовной 5 й …   Википедия

  • Иоанн Антонович Котович — Дата рождения: 1839(1839) Дата смерти: 1911 Место смерти: Вильна Гражданство …   Википедия

  • Иоанн Котович — Иоанн Антонович Котович Дата рождения: 1839(1839) Дата смерти: 1911 Место смерти: Вильна Гражданство …   Википедия

  • Иоанн (Вендланд) — Митрополит Иоанн Митрополит Ярославский и Ростовский 7 октября 1967   26 декабря 1984 …   Википедия

  • Иоанн VI — В Википедии есть статьи о других людях с именем Иоанн. Иоанн VI: Иоанн VI (папа римский) (лат. Johannes PP. VI; ? 705)  папа римский в 701 705 годах. Иоанн VI (Патриарх Константинопольский) (греч. Ιωάννης ΣΤ΄, Iōannēs VI) … …   Википедия

Книги

Другие книги по запросу «Иоанн VI Антонович» >>


Поделиться ссылкой на выделенное

Прямая ссылка:
Нажмите правой клавишей мыши и выберите «Копировать ссылку»

We are using cookies for the best presentation of our site. Continuing to use this site, you agree with this.