Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.


КАРНАП

КАРНАП
КАРНАП
(Саrnар) Рудольф (1891—1970) — аналитический философ и логик, один из лидеров Венского кружка, ведущий представитель логического позитивизма. Приват-доцент Венского (1926—1931), проф. Германского (Прага, 1931 — 1935) ун-тов; после эмиграции в США — проф. Чикагского (1935—1952), Принстонского (1952-1954) и Калифорнийского (1954—1961) ун-тов. На формирование взглядов К. наибольшее влияние оказали идеи Г. Фреге, Б. Рассела и «Логико-философский трактат» Л. Витгенштейна. Основные области исследований: философия науки, эпистемология и логика. Одной из центральных тем в творчестве К. был поиск точной экспликации основной идеи эмпиризма, трактуемой им как сведение всех предложений науки к некоторому классу элементарных («протокольных») предложений, образующих неопровержимый и абсолютно достоверный базис знания. В осуществлении этой эмпирической редукции К. отводил принципиальное значение построению формально-логических языков и строгому определению процедур сведения. Первую попытку соединения эмпиризма и логики К. предпринял в кн. «Логическое построение мира» (1928), где им проведен «феноменалистический анализ» знания, предполагающий сведение всех понятий к элементам индивидуального чувственного опыта. Следующим шагом стала разработка физикализма, получившего законченное выражение в концепции «вещного языка». Предикаты наблюдения этого языка образуют, согласно К., тот эмпирический базис, на основе которого могут быть введены все научные термины. В ходе пересмотра процедур сведения К. был разработан метод редукционных предложений для определения диспозициональных предикатов. Др. «сквозной» темой в творчестве К. была разработка верификационной теории значения, согласно которой высказывание имеет значение, если оно может быть верифицировано, т.е. сведено к протокольным предложениям. Те высказывания, для которых верификация невозможна, должны быть устранены из науки как бессмысленные. В дальнейшем К. попытался смягчить чрезмерную жесткость этого критерия, отсекающего от науки предложения, выражающие научные законы и утверждения о прошлом, заменив понятие верификации более слабым понятием подтверждения. К. отводил центральное место критерию познавательного значения в программе «очищения» науки от метафизики, предложения которой объявлялись им «псевдовысказываниями». Взамен прежней метафизики К. предложил новое понимание философии как логического анализа языка науки, который призван выявить единство научного знания, обусловленное эмпирической однородностью языка всех наук. Решению этой задачи была посвящена «Энциклопедия унифицированной науки» (1938—1940), в создании которой К. принимал активное участие. К. достиг значительных результатов в области логического синтаксиса и семантики, в методологии дедуктивных наук, в построении систем индуктивной логики и в исследованиях по теории вероятности.

Философия: Энциклопедический словарь. — М.: Гардарики. . 2004.

КАРНАП
        (Carnap) Рудольф (18.5.1891, Вупперталь, — 16.9.1970, Санта-Мария, Калифорния), нем.амер. философ и логик, ведущий представитель логического позитивизма и философии науки. Опираясь на Витгенштейна и Рассела, К. считал предметом философии науки анализ структуры естеств.-науч. знания с целью уточнения осн. понятий науки с помощью аппарата ма-тематич. логики. В творч. эволюции К. выделяются три этапа. В первый период (до нач. 30-х гг.) К. активно участвует в Венском кружке и в разработке идей логич. эмпиризма. Он выдвигает ряд радикальных неопозитивистских концепций (физикализм идр.) и отрицает мировоззренч. характер философии. Во второй период К. выдвигает тезис о том, что логика науки есть анализ чисто синтаксич. связей между предложениями, понятиями и теориями, отрицая возможность науч. обсуждения вопросов, касающихся природы реальных объектов и их отношения к предложениям языка науки. К. развивает теорию логич. синтаксиса, строит язык расширенного исчисления предикатов с равенством и с правилом бесконечной индукции как аппарат для логич. анализа языка науки. В третий период (после 1936) К., занимаясь построением «унифицированного языка науки», приходит к выводу о недостаточности чисто синтаксич. подхода и о необходимости учитывать и семантику, т. е. отношение между языком и описываемой им областью предметов. На основе своей семантич. теории К. строит, индуктивную логику как вероятностную логику, развивает формализованную теорию индуктивных выводов, разрабатывает теорию семантич. информации. Автор работ по семантич. интерпретации и квантификации модальной логики. Ряд результатов, полученных К., был использован в исследованиях по кибернетике. В последние годы жизни К. отказался от мн. взглядов, характерных для первого этапа, и более решительно высказывал положение о существовании «ненаблюдаемых материальных объектов» как основы для построения логич. систем, близкое к естеств.-науч. материалистической тенденции.
        Der logische Aufbau der Welt, В.— Sehlachtensee, 1928; Schemprobleme in der Philosophie, B.— Schlachtensee, 1928; Abri? der Logistik, W., 1929; Der logische Syntax der Sprache, W., 1934; Studies in semantics, v. 1—2, Camb., 1942—43; Testability and meaning, New Haven, 1954!; Logical foundations of probability, Chi., 19622; в рус. пер.— Значение и необходимость, М., 1959; Филос. основания физики. Введение в философию науки., М., 1971 (библ.).
        Нарский И. С., Совр. позитивизм, М., 1961; Смирнов В. А., О достоинствах и ошибках одной логико-филос. концепции, в кн.: Философия марксизма и неопозитивизм, М., 1963; X и л л Т. И., Совр. теории познания, пер. с англ., М., 1965; The philosophy of R. Carnap, ed. by P. A. Schupp, La Salle (III.) — L., 1963 (библ.).

Философский энциклопедический словарь. — М.: Советская энциклопедия. . 1983.

КАРНАП
(Сагпар)
Рудольф (род. 18 мая 1891, Рондорф, Рейнская обл. – ум. 16 сент. 1970, Санта-Мария, США) нем.-амер. философ и логик; с 1936 – профессор Чикагского ун-та, ведущий представитель логического позитивизма (см. Неопозитивизм). Считал важным уточнение осн. понятий философии и науки с помощью аппарата математической логики (см. Логицизм). Развил формализованную теорию индуктивных выводов, теорию семантической информации и квантификации модальной логики. Осн. работы: «Der logische Aufbau der Welt, Versuch einer Konstitutionstheorie der Begriffe», 1928; «Scheinprobleme in der Philosophie», 1928; «Abriy der Logistik», 1929; «Logische Syntax der Sprache», 1934; «Formalization of logic», 1943; «Meaning and necessity», 1947; «Introduction to semantics», 1948; «Logical foundations of probability», 1950; «The continuum of inclusiv methods», 1952; «Значение и необходимость», 1959; «Философские основания физики. Введение в философию науки», 1971.

Философский энциклопедический словарь. 2010.

КА́РНАП
(Carnap), Рудольф (р. 18 мая 1891) – совр. амер. философ и логик, наиболее видный, наряду с М. Шликом, деятель Венского кружка неопозитивистов, затем один из лидеров направления т.н. "философии науки". Преподаватель философии в Венском ун-те (1926–31), проф. философии Германского ун-та в Праге (1931–35). В 1936 был приглашен для чтения лекций в США, где и остался после захвата Австрии и Чехословакии гитлеровской Германией. Проф. Чикагского (1936–52) и Калифорнийского (с 1954) ун-тов. Член Амер. АН, чл.-корр. Британской академии, член Ассоциации символической логики, Амер. ассоциации философии науки и др.
Логические взгляды. К. считает предметом "философии науки" анализ языка естеств.-науч. теорий с целью уточнения (экспликации, по К.) таких понятий, как истина, смысл, следование, аксиоматизируемость (все применительно к естеств.-науч. теориям), закон науки, науч. объяснение и предсказание, причинность, вероятность, подтверждение и опровержение гипотез и т.д., и на этой основе – исследование науч. рассуждения и структуры науч. знания. К. в духе лейбницевской традиции различает логич. истину (уточнением к-рой служит понятие истины в формализованных языках) и фактич. истину (уточнением к-рой служит понятие степени подтверждения в индуктивной логике). Критерием первой является выводимость по законам логики или непосредств. проверка с помощью семантич. правил, устанавливающих смысл применяемых терминов. При этом "законы логики" понимались К. первоначально в духе выдвинутого им т.н. "принципа терпимости", согласно к-рому в основу естеств.-науч. теории может быть положена любая логич. система, если только ее правила сформулированы содержательно и точно. (Впоследствии К. по существу отошел от этого принципа, признавая, что предпочтение одной логич. системе перед другой может быть отдано на основе оценки результатов их практич. применения). Критерием второй является сопоставление с фактами, сводящееся так или иначе к непосредств. наблюдению. Соответственно, смысл любого высказывания определяется его условием истинности, т.е. возможностью проверки (исчерпывающей либо частичной) его истинности. На этом пути К. считает принципиально возможным построить (на основе языка математики и физики) единый формализованный язык, на к-рый можно было бы перевести любую науч. теорию, выявляя тем самым ее структуру и отношение к др. теориям. Программа построения этого "унифицированного языка науки" и нек-рые результаты работы в этом направлении изложены в "Энциклопедии унифицированной науки" ("International enc. of unified science", изд. 1938–40), одним из редакторов и авторов к-рой был К.
В логич. эволюции К. выделяются три этапа. Первый этап (до нач. 30-х гг.) характеризуется активным участием в Венском кружке и в разработке идей логич. эмпиризма. Его взгляды в этот период, сформировавшиеся под сильным влиянием Витгенштейна, представляют собой своеобразное сочетание рассмотрения филос. проблем в духе традиц. эмпиризма с методами, присущими т.н. рационализму, причем использующему все достижения в развитии логики. Наиболее ярким примером вышеуказанного является его книга "Логическая конструкция мира" ("Der logische Aufbau der Welt", 1928), где, используя новые методы логики (логику отношений), К. пытался раскрыть логич. структуру ("конституционную систему") процесса создания картины мира у отд. познающей личности, исходящей от своих "непосредственных данных", т.е. восприятий. В ряде работ этого периода (особенно в "Очерке логистики" – "Abriss der Logistik", 1929) К. начинает применять аппарат математич. логики к анализу понятий и аксиоматизации отд. теорий в конкретных науках (арифметика, геометрия, физика и лингвистика). Начиная с 1934 К. уделяет осн. внимание разработке специально логич. вопросов. Второй период развития его идей можно назвать "синтаксическим" (до 1936). В 1934 в работе "Логический синтаксис языка" ("Logische Syntax der Sprache", англ. авториз. изд. 1937) К. обстоятельно рассматривает новейшие результаты в области логики, полученные после выхода труда "Principia of mathematica" (v. 1–3, 1910–1913) Б. Рассела и Α. Η. Уайтхеда. К. излагает теорему о неполноте К. Геделя, развивает теорию логич. синтаксиса, являющуюся частью "металогики"; строит логич. язык ("язык II"), представляющий собой язык расширенного исчисления предикатов с равенством и с правилом бесконечной индукции. "Язык II", помимо логич. символов, содержит также постоянные предикаты и функторы, и, по мнению К., в нем могут быть сформулированы не только все предложения классич. математики, но и все предложения теоретич. физики. Т. о., К. строит свой "язык II" как аппарат для логич. анализа языка науки. К. выдвигает тезис о том, что логика науки есть синтаксис языка науки. К. сводит на этом этапе развития своих филос. взглядов филос. анализ науки к анализу чисто синтаксич. связей между предложениями, понятиями и теориями, отрицая возможность науч. обсуждения вопросов, касающихся природы реальных объектов и их отношения к предложениям языка науки. К. также отстаивает тезис экстенсиональности, согласно к-рому язык науки является экстенсиональным, а всякое интенсиональное предложение может быть в него переведено.
В 1936–38 К. разрабатывает проблемы, связанные с построением унифицированного языка науки [в работе "Проверяемость и значение" ("Testability and meaning", 1936–37) он дает первый логич. анализ понятия диспозиции (см. Диспозициональный предикат) и рассматривает вслед за Поппером понятие степени подтверждения ]. В связи с этими исследованиями, а также под влиянием работ А. Тарского и Ч. Морриса К. приходит к выводу о недостаточности чисто синтаксич. подхода и о необходимости учитывать при анализе языка науки семантику, т.е. отношение между языком и описываемой им областью предметов ("Логическое основание единства науки" – "Logical foundations of the unity of science", 1938). Этим начинается третий, "семантический" период в творчестве К. Центр. пунктом исследований К. в области логич. семантики, изложенных в его "Исследованиях по семантике" ("Studies in semantics", 1942–47), является уточнение понятия значения (смысла) и связанных с ним понятий (синонимии, аналитичности и др.). При этом в качестве осн. метода К. использует построение искусств. интерпретированных языков (семантич. систем), в большей или меньшей степени приближающихся к естеств. языку, для к-рых и вводятся строгие определения семантич. понятий. В семантике К. (как и в его индуктивной логике) важнейшую роль играет понятие описания состояния, на основе к-рого вводятся два возможных уточнения понятия значения: экстенсионал (аналогичное "объему понятия" или "значению истинности высказывания") и интенсионал (аналогичное "содержанию понятия" или "смыслу высказывания"). На этом этапе он считает принципиально возможным уже не только перевод любого интенсионального выражения на экстенсиональный язык, но и обратно – перевод с экстенсионального языка на интенсиональный. Хотя конкретные решения логико-семантич. проблем, предложенные К. в упомянутых работах, подвергались (часто обоснованной) критике (Чёрч, Кемени, Куайн и др.), его осн. идеи оказали большое влияние на дальнейшее развитие логич. семантики. На основе своей семантич. теории он в 1945–50 строит индуктивную логику как логику вероятностную (см. Вероятностная логика), причем рассматривает индуктивную вероятность как чисто логич. понятие, т.е. как отношение между предложением-гипотезой и предложением о данных наблюдения. Индуктивная вероятность, по К., является степенью подтверждения гипотезы. Средствами индуктивной логики К. развивает формализованную теорию индуктивных выводов (и, в частности, выводов по аналогии). Дальнейшее развитие индуктивная логика получила в работах Дж. Кемени. В 1953 К. совместно с И. Бар-Хиллелом разрабатывает теорию семантич. информации на базе индуктивной логики. К. принадлежат также работы по семантич. интерпретации и квантификации модельной логики. В своих последних работах К. выдвигает идею формализации прагматики как отдела семиотики. Ряд результатов, полученных К., был использован в исследованиях по кибернетике (работы Мак-Каллока – Питса и Уорена).
И. Добронравов, Д. Лахути, В. Финн. Москва.
Ф и л о с о ф с к и е в з г л я д ы. Как философ К. прошел сложную эволюцию от неопозитивизма Венского кружка к т.н. "либеральному эмпиризму", представляющему собой противоречивое соединение прежнего позитивистского отрицания осмысленности учений об объективной реальности с материалистич. тенденцией. Последняя выразилась в признании независимости вещей и их свойств от логич. систем и зависимости семантич. свойств систем от отношений между вещами.
В период Венского кружка К. отстаивал и развивал главнейшие его принципы, а именно: сведение филос. проблем к вопросам синтаксиса языка (особенно в ст. "Преодоление метафизики посредством логического анализа языка" – "Die Überwindung der Methaphysik durch logische Analyse der Sprache", 1931); истолкование эмпирич. проверки (верификации) как сопоставления предложений с фрагментами "потока переживаний" (см. "Der logische Aufbau der Welt", В., 1928, S. 86), состоящих из ощущений, представлений и эмоций субъекта; конвенционализм как субъективистское истолкование "принципа терпимости" (см., напр., "Erkenntnis", Bd 3, 1932, S. 180) и физикализм в его лингвистич. интерпретации (полемика с О. Нейратом на страницах "Erkenntnis" в 1931–32).
"Конституционная система" картины мира у отд. субъекта, к-рую К. попытался построить в кн. "Логическая конструкция мира", привела К., вследствие непонимания им критерия практики, к субъективно-идеалистич. выводу, что "все физические предметы сводимы к психическим" ("Der logische Aufbau der Welt", S. 78) и что в методологич. отношении вполне приемлем "безличный" солипсизм: "Из cogito не следует sum; из "Я переживаю" не следует, что Я есть, но что есть переживание... "Я" есть класс первоначальных переживаний" (там же, S. 226). Недостижимость интерсубъективности в рамках "конституционной системы" толкнул К. к решению заменить феноменалистский язык языком о вещах: в пятой (философской) части книги "Логический синтаксис языка" (1934) на смену "методич. солипсизму" пришел т.н. "методич. материализм". ".... Нашу точку зрения называли часто „позитивистской“; если угодно, ее можно назвать также „материалистической“" ("Erkenntnis", Bd 2, 1931, S. 461–62). Последняя представляла собой на деле не более как лингвистич. учение о физикалистском языке как универсальном языке науки, позитивистский характер к-рого вновь подчеркивался тезисом о желательности замены содержательного ("материального") варианта физикалистского модуса речи формальным модусом, то есть совокупностью предложений, говорящих лишь о логико-синтаксич. отношениях между терминами. В этой связи критерием осмысленности филос. предложений К. счел их "переводимость в формальный модус" (см. "Logische Syntax der Sprache", W., 1934, S. 241).
Главное значение понятия "анализ языка", к-рым К. оперировал в этот период, заключалось в редукции предложений высоких уровней к предложениям низшего (эмпирического) уровня. Гносеология, аспект проблемы редукции предполагал ответы на вопросы о соотношении предложений низшего, уровня ("протокольных предложений") и фактов, о характере исходного базиса науки и об интерпретации физикализма. Все эти вопросы были разрешены К. сперва в плане лингвистич. конвенционализма, причем в неявной форме его концепция восприняла все метафизич. слабости логич. атомизма. В то же время исследования самого К. существенно помогли прояснению факта несостоятельности метафизич. претензий редукционизма и перенесению центра тяжести на гипотетико-дедуктивные модели строения науки, хотя инициаторами последних был не он, а Гемпель и Поппер. Вместе с тем они способствовали замене первоначальных принципов верификации, конвенционализма и физикализма "ослаблен-ными" их интерпретациями, что в плане эволюции взглядов самого К. до нек-рой степени означало поворот к действит. материализму. Последнее выразилось в отказе от отождествления истинности и проверяемости (а значит, в признании независимости главных гносеологич. предикатов от операций субъекта), в ограничении поля действия когерентной концепции истинности, то есть в отказе от трактовки истинности исключительно как взаимосогласованности предложений, а также в сомнении насчет осуществимости догматич. программы физикализма применительно не только к социальным, но и к естеств. наукам (это открыло путь полезным исследованиям проблемы диспозиц. предикатов). Однако шаг в сторону материализма оказался не свободен от двусмысленности, чем в значит, мере была затушевана объективная науч. значимость построений, а в особенности самих исканий К. как различных вариантов и этапов все более полного фиксирования средствами символич. логики особенностей структуры совр. теоретич. знания. Так, новая трактовка К. конвенционализма оказалась близкой к логич. прагматизму, а замена "позитивизма" "либеральным эмпиризмом" (см. "Testability and Meaning", 1936–37) означала, с т. зр. самого К., лишь замещение крайнего редукционизма "ослабленным" физикализмом: "Как сторонники эмпиризма мы требуем... чтобы описательные предикаты и, следовательно, синтетические предложения не принимались, пока не будет установлена их связь (но не более того! – Ред.) с возможными наблюдениями" (цит. по кн.: "Readings in the Philosophy of Science", p. 84). Позитивистское недоверие К. к материализму, как филос. теории, получило подтверждение в его статье "Эмпиризм, семантика и онтология" ("Empiricism, semantics and ontology", 1950, рус. пер. 1959), хотя в работе "Методологический характер научных понятий" ("The methodological character of theoretical concepts", 1956), где он отбросил многие, характерные для Венского кружка, упрощения в толковании критерия осмысленности (в применении уже к теоретич. терминам, а не к высказываниям), К. опять высказался в пользу существования "ненаблюдаемых сущностей". Непонимание диалектики процесса познания по сей день мешает К. выйти из противоречий эклектич. соединения позитивизма с тенденцией естеств.-науч. материализма, свойственных филос. мышлению К. на протяжении почти трех последних десятилетий.
Соч.: Der Raum, В., 1922; Physikalische Begriffsbildung, Karlsruhe, 1926; Scheinprobleme in der Philosophie. Das Fremdpsychische und der Realismusstreit, B. – Schlachtensee, 1928; Von Gott und Seele. Scheinfragen der Methaphysik und Theologie, W., 1929; Wissenschaftliche Weltauffassung. Der Wiener Kreis, W., 1929 (совм. с О. Neurath и Н. Hahn); Die physikalische Sprache als Universalsprache der Wissenschaft, "Erkenntnis", 1931, Bd 2; Psychologie in physikalischer Sprache, там же, 1932, Bd 3; Die Aufgabe der Wissenschaftslogik, Wien, 1934 (имеется библ.); Philosophy and logical syntax, L., 1935; Foundations of logic and mathematics, в кн.: International encyclopedia of unified science, Chi., [1939 ], v. 1, No 1; Studies in semantics, v. 1 – Introduction to semantic, Camb., 1942, v. 2 – Formalization of logic, Camb., 1943; Logical foundations of probability, [Chi., 1950 ]; Continuum of inductive methods, Chi., 1952; Semantic information, "Brit. J. Philos. Sci.", 1953, v. 4, No 14 (совм. с J. Bar-Hillel); Beobachtungssprache und theoretische Sprache, "Dialectica", 1958, v. 12, No 3–4; Introduction to symbolic logic and its applications, N. Y., 1958; Theoretische Begriffe der Wissenschaft. Eine logische und methodologische Untersuchung, "Z. Philos. Forschung", 1960, Bd 14, H. 4; в рус. пер.: Значение и необходимость, М., 1959.
Лит.: Нарский И. С., Современный позитивизм, М., 1961, гл. 1, [§ 2 ], гл. 3, [§ 5–6 ].
И. Нарский. Москва.

Философская Энциклопедия. В 5-х т. — М.: Советская энциклопедия. . 1960—1970.

КАРНАП
    КАРНАП (Carnap) Рудольф (18 мая 1891, Ронсдорф, Германия — 14 сентября 1970, Санта-Моника, Калифорния, США) — аналитический философ и логик, один из лидеров Венского кружка, ведущий представитель логического позитивизма. Учился во Фрайбургском и Йенском университетах. Ученик Г. Фреге. В 1921 защитил докторскую диссертацию по философским основаниям геометрии. Приват-доцент Венского университета (1926—31), профессор философии Германского университета в Праге (1931—35). После прихода к власти нацистов был вынужден эмигрировать в США, преподавал в Чикагском университете (1935—52), работал в Принстонском институте передовых исследований (1952—54), возглавлял кафедру философии Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе (1954—61). На формирование взглядов Карнапа наибольшее влияние оказали идеи Б. Рассела и Л. Витгенштейна (прежде всего его “Логико-философский трактат”). Основные области исследований Карнапа — эпистемология, философия науки и логика. Изменяя не раз свои взгляды на протяжении долгого творческого пути, Карнап вместе с тем сохранил приверженность определенным идеям и принципам. Одной из центральных сквозных тем в творчестве Карнапа был поиск все более точной экспликации основной идеи эмпиризма, т. е. идеи сведения знания к его эмпирической основе. Однако в отличие от прежних эмпиристов, Карнап наряду с другими логическими позитивистами трактовал базисность эмпирического знания не в генетически-психологическом духе как отправной пункт в формировании знания, а как абсолютный предел его логического анализа. Главный акцент в этой трактовке эмпиризма делается на сведении всех предложений науки к некоторому классу элементарных предложений, выражающих “чистый” опыт и образующих неопровержимый и абсолютно достоверный базис знания. Эти предложения получили название “протокольных”, и сводимость к ним воспринималась как критерий истинности и осмысленности всех других предложений науки. В осуществлении такой эмпирической редукции Карнап отводил принципиальную роль логике, построению формальных языков со строго заданной логической структурой, содержащих строгое определение процедур сведения и пригодных для описания всех эмпирических явлений. Первую попытку соединения эмпиризма и логики Карнап предпринял в книге “Логическое построение мира” (Der logische Aufbau der Welt, 1928), где им проведен “феноменалистический анализ” знания, предполагающий сведение всех понятий к элементам индивидуального чувственного опыта. В качестве процедуры сведения Карнап использовал здесь цепи определения одних понятий через другие. Однако вскоре под влиянием критики со стороны О. Нейрата Карнап был вынужден признать неприемлемость феноменалистского языка для логической реконструкции системы знания, ибо сугубо индивидуальный характер опыта, фиксируемого в предложениях этого языка, противоречит общезначимости научного знания и не обеспечивает возможность коммуникации и верификации. Это противоречие Карнап попытался преодолеть в статье “Физикалистский язык как универсальный язык науки” (Die physikalische Sprache als Universalsprache der Wissenschaft, 1931—32), где, не отказываясь от идеи языка, фиксирующего непосредственный опыт индивида, и называя его “монологическим протокольным языком”, он выдвинул концепцию физикалистского языка как своего рода посредника между монологическими языками. В этой работе Карнап стремится доказать, что психологические термины могут быть введены на базе физического словаря, в связи с чем акты восприятия получают бихевиористское истолкование как описания физиологических состояний. Эта статья положила начало дискуссии о протокольных предложениях, в ходе которой Карнап усовершенствовал свою трактовку физикализма и сформулировал концепцию “вещного языка”, предложения которого описывают “вещи” — наблюдаемые физические объекты и их наблюдаемые свойства. Предикаты наблюдения этого языка образуют, согласно Карнапу, тот эмпирический базис, на основе которого могут быть введены все научные термины. Эта концепция была сформулирована Карнапом в статье “Проверяемость и значение” (Testability and Meaning, 1936—37), где им существенно пересмотрены и процедуры сведения. Как выяснилось в ходе логических исследований, в экстенсиональных языках нельзя определить явным образом в терминах наблюдаемых характеристик даже наиболее близкие к эмпирическому базису понятия — т. н. диспозициональные предикаты, выражающие предрасположенность некоторого объекта реагировать определенным образом при определенных условиях, приобретая некоторый наблюдаемый признак. Для введения таких понятий в язык науки Карнапом был разработан метод редукционных предложений, который фиксирует сводимость диспозициональных понятий к предикатам наблюдения только при определенных условиях, оставляя их “открытыми” для уточнения в других возможных контекстах применения. Концепция вещного языка практически явилась окончательной формулировкой идеи логических позитивистов об эмпирическом базисе знания. В этой концепции достаточно силен элемент конвенционализма, который еще более подчеркнут Карнапом в его статье “Эмпиризм, семантика и онтология” (Empiricism, Semantics and Ontology, 1950), где разработана идея “языковых каркасов”. Другой “сквозной” темой в творчестве Карнапа был поиск им адекватного критерия значения, которое трактовалось членами Венского кружка в эмпиристском духе как нечто непосредственно наблюдаемое. Согласно сформулированной алогическом позитивизме верификационной теории значения, высказывание имеет значение, если оно может быть верифицировано, т. е. сведено к протокольным предложениям. Те высказывания, для которых верификация невозможна, должны быть устранены из науки как бессмысленные. Чрезмерная жесткость этого критерия, отсекающего от науки предложения, выражающие научные законы и утверждения о прошлом, заставила Карнапа в статье “Проверяемость и значение” заменить понятие верификации более слабым понятием подтверждения. Согласно новому критерию, значение высказывания не сводится к фиксации “непосредственно данного”, а раскрывается через бесконечный ряд предложений наблюдения, служащих элементами подтверждения. Следующий шаг в либерализации критерия познавательного значения был сделан Карнапом в статье “Методологический характер теоретических понятий” (The Methodological Character of Theoretical Concepts, 1956), где установление эмпирического значения теоретических терминов представляет собой сложную процедуру, включающую использование постулатов теории и “правил соответствия”, фиксирующих связь теоретических терминов с терминами наблюдения. В результате теоретические термины получают лишь частичную эмпирическую интерпретацию, что отвечает “открытости” научного знания, однако такой критерий не позволяет провести строгое различие между научным рассуждением и метафизикой. Вместе с тем именно критерию познавательного значения Карнап и другие логические позитивисты отводили центральное место в своей программе “очищения” науки от метафизики. Карнап называет лишенные познавательного значения высказывания псевдовысказываниями, ибо, не имея значения, они только “по видимости” являются утверждениями, поэтому формулируемые с их помощью проблемы являются “псевдопроблемами”, не имеющими реального содержания. В целом источник возникновения философских псевдопроблем Карнап видел в особенностях обыденного языка и его неправильном использовании, хотя он неоднократно обращался к вопросу о более точной локализации их причин. Так, в книге “Логический синтаксис языка” (Logische Syntax der Sprache, 1934) он объясняет их возникновение с помощью предложенного им различия между материальным (утверждения об объектах) и формальным (утверждения о словах) модусами речи. Часто утверждения о словах ошибочно формулируются как предложения об объектах, и тогда возникают псевдопроблемы. Взамен прежней метафизики Карнап предложил новое понимание философии как логического анализа языка науки. В “Логическом синтаксисе языка” этот анализ трактуется исключительно как определение синтаксической структуры языка, однако в дальнейшем семантические исследования А. Тарского убедили его в необходимости расширить поле этого анализа, включив в него выявление семантических свойств и отношений. Логический анализ в понимании Карнапа призван был не только “очистить” науку от метафизики, но и выявить единство научного знания, обусловленное эмпирической однородностью языка всех наук. Задаче построения “унифицированного языка науки” была посвящена “Энциклопедия унифицированной науки” (1938—40), одним из редакторов и автором которой он был. Вместе с тем для Карнапа логика была не только средством, но и предметом исследования. Результаты, полученные Карнапом в области логического синтаксиса и семантики, в методологии дедуктивных наук, в построении систем индуктивной логики и в исследованиях по теории вероятности, имели важное значение для развития современной логики. Наиболее важными трудами Карнапа в этой области являются “Исследования по семантике” (Studies in Semantics, 1942—1947) и “Логические основания вероятности” (Logical Foundations of Probability, 1950). Центральную роль в семантике Карнапа играют понятия описания состояния и метод экстенсионала и интенсионала.
    Соч.: Der logische Aufbau der Welt. B.—Sehlachtensee, 1928; Scheinprobleme in der Philosophie: Das Fremdpsychische und der Realismusstreit. B.—Schlachtensee, 1928; Der logische Syntax der Sprache. W, 1934; Die Überwindung der Metaphysik durch logische Analyse der Sprache.— “Erkenntnis”. 1931—32, Bd. 2, S. 219—241; Die physikalische Sprache als Universalsprache der Wissenschaft. Ibid. Bd. 2, S. 432—465; Testability and Meaning,— “The Philosophy of Science”, 1936—37, v. 3,4, p. 419—471, 1—40; Introduction to Semantics. Cambr. (Mass.), 1942; Formalization Of Logic, Cambr. (Mass.), 1943; Meaning and Necessity: A Study in Semantics and Modal Logic. Chi., 1947; Logical Foundations of Probability. Chi., 1950; The Methodological Character of Theoretical Concepts.— Minnesota Studies in the Philosophy of Science. Minneapolis, 1956, v. l, p. 38—76; Значение и необходимость. М., 1959; Философские основания физики. Введение в философию науки. М., 1971.
    Лит.: Хилл Т. И. Современные теории познания. М., 1965; Schlipp P. А. (ed.). The Philosophy of Rudolf Carnap, La Salle (III), 1963; Rudolf Carпар. Logical Empiricist. Materials and Perspectives, ed. J. Hintikka. Dordrecht—Boston, 1975.
    Л. Б. Макеева

Новая философская энциклопедия: В 4 тт. М.: Мысль. . 2001.


.

См. также в других словарях:

  • Карнап — Карнап, Рудольф Рудольф Карнап Дата рождения: 18 мая 1891 Место рождения: Вупперталь, Германия Дата смерти: 16 сентября 1970 Место смерти: Санта Мария, Калифорния, США Школа/тра …   Википедия

  • КАРНАП — (Carnap) Рудольф (1891 1970), немецко американский философ и логик, ведущий представитель логического позитивизма и философии науки. Активный участник Венского кружка. С 1935 в США. Разработал аппарат для логического анализа языка науки. Ряд… …   Современная энциклопедия

  • КАРНАП — (Carnap) Рудольф (1891 1970) немецко американский философ и логик. В 1910 1914 изучал физику и математику в университетах Фрейбурга и Йены. Докторская степень за работу Пространство’ (1921). Преподавал философию в Венском университете (с 1926) и… …   История Философии: Энциклопедия

  • КАРНАП — (Саrnар) Рудольф (1891 1970) немецко американский философ и логик, преподавал философию в Венском и Пражском университетах, профессор Чикагского и Калифорнийского университетов (после эмиграции в США в 1936), ведущий представитель логического… …   Новейший философский словарь

  • Карнап — (Carnap)         Рудольф (18.5.1891), Вупперталь, 16.9.1970, Санта Мария, Калифорния), немецко американский философ и логик, ведущий представитель логического позитивизма (См. Логический позитивизм) и философии науки. Преподавал в Венском… …   Большая советская энциклопедия

  • КАРНАП (Carnap) Рудольф — (1891 1970) немецко американский философ и логик, ведущий представитель логического позитивизма и философии науки. Активный участник Венского кружка. С 1935 в США. Развил теорию логического синтаксиса языка науки, дополненную позднее… …   Большой Энциклопедический словарь

  • Карнап Рудольф — Карнап (Carnap) Рудольф (18.5.1891), Вупперталь, ‒ 16.9.1970, Санта Мария, Калифорния), немецко американский философ и логик, ведущий представитель логического позитивизма и философии науки. Преподавал в Венском университете (1926‒31), профессор… …   Большая советская энциклопедия

  • Карнап, Рудольф — Рудольф Карнап Дата рождения: 18 мая 1891(1891 05 18) Место рождения: Вупперталь, Германия Дата смерти: 16 сентября 1970(1970 09 16 …   Википедия

  • Карнап Р. — Рудольф Карнап Дата и место рождения: 18 мая 1891 (Вупперталь, Германия) Дата и место смерти: 16 сентября 1970 (Санта Мария, Калифорния, США) Школа/традиция …   Википедия

  • Карнап Рудольф — Рудольф Карнап Дата и место рождения: 18 мая 1891 (Вупперталь, Германия) Дата и место смерти: 16 сентября 1970 (Санта Мария, Калифорния, США) Школа/традиция …   Википедия