Грамматика это:

Грамматика
Грамматика

       
ГРАММАТИКА (от греческого grammata — «письмена», «писания»). В первоначальном понимании слова Г. совпадает с наукой о языковых формах вообще, включая и изучение элементов звуковой формы — звуков или, как выражаются вплоть до начала XIX в., «букв»; это включение менее ошибочно, чем обычно принято думать, поскольку в языковом общении коллектива элемент звучания становится отличительным знаком значений, т. е. до известной степени грамматическим явлением (см. Фонетика). Это употребление термина Г. обычно не только у создавших его античных грамматиков и унаследовавших его от них грамматиков христианского средневековья и эпохи Возрождения, но и у арабских и еврейских грамматиков, менее зависящих от античной традиции. Исключение составляют только лингвистические учения древней Индии, с самого начала четко противопоставляющие учение о формах слов — Г. — учению о звуках — фонетике. На почве старого широкого понимания термина остаются: философская грамматика рационализма XVII—XVIII вв., стремящаяся свести грамматические категории яз. к логическим; сравнительная Г. XIX в., ставящая своей целью первоначально более отчетливое выявление «индивидуальности» каждого языка (Гумбольдт), а позднее — под влиянием натуралистической концепции яз. — восстановление древнейших, уже «вымерших» форм яз. (Шлейхер); историческая Г., изучающая «изменение языковых обычаев во времени» (Гримм) и тем самым устраняющая из Г. элемент нормативности, присутствующий в ней с самого начала благодаря ее генетической связи с филологией и стилистикой (см.). Более того: именно в исторической и сравнительной Г. второй половины XIX в., выдвигающей на первый план изменения языковой системы во времени и объяснения этих изменений действием фонетических законов и аналогии (см. Язык), чисто грамматические исследования, — в особенности, после отказа от проблемы генезиса грамматических форм, — занимают очень скромное место; и в этом отношении особенно показательны труды младограмматиков (Бругман, Дельбрюк, Пауль), совсем не критически усваивающих старую грамматическую терминологию. Выделение фонетики из Г., проводимое в XIX в., связано не столько с углублением грамматической проблемы, сколько с развитием первой дисциплины, приобретающей (благодаря отсутствию социальной концепции языкового знака) характер естественно-научной дисциплины. Впрочем и в новейшее время широкое употребление термина Г. встречается не только в педагогической и методической литературе, но довольно обычно и в лингвистике, в применении к описанию конкретных языков или групп яз. Чаще однако в лингвистической лит-ре термин Г. употребляется в более узком смысле — для обозначения отдела лингвистики, посвященного изучению совокупности тех смысловых отношений между элементами целого высказывания (словосочетаниями, отдельными словами, частями слова), которые воспринимаются как видоизменения основного реального значения этих элементов и, благодаря постоянству соответствующих изменений звуковой стороны высказывания, выделяются в систему грамматических форм. В этом значении Г. противопоставляется, с одной стороны, фонетике (см.) — учению о звуковой системе языка, с другой — семасиологии (см.) — учению о реальных значениях слов. Далее, как дисциплины не грамматические выделяются этимология (см.) и лексикология (см.), изучающие, наряду со значениями «корней» слов, формы образования новых слов. В пределах же собственно Г. обычно противопоставляют друг другу морфологию как «учение о значении отдельных слов в зависимости от их состава и, следовательно, о значении частей слова» и синтаксис как учение о «значениях соединения слов», или (согласно другому не менее распространенному определению) морфологию как «учение о формах отдельного слова» и синтаксис как учение о «функциях этих форм в словосочетании и как учение о формах и функциях словосочетаний» (см. Морфология, Синтаксис). Это деление грамматических дисциплин в значительной степени условно. Еще более условна классификация грамматических форм: в общем, до самого последнего времени лингвистика совершенно не критически пользовалась здесь старой терминологией, унаследованной еще от античных грамматиков и объединяющей группы грамматических единиц (выделяемых по общности тех или иных частичных звукозначений) в определенные категории (части речи, члены предложения, парадигмы склонения и спряжения и т. д.) по комплексу меняющихся и различных признаков. Именно в традиционности и условности обозначений заключается удобство этой грамматической терминологии, позволяющей подводить наблюдаемые новые явления под уже известные категории без предварительного точного их определения; ибо, как мы увидим ниже, логически точное определение грамматических значений представляет часто значительные трудности. Анализ отдельных установленных традицией грамматических категорий и новейших попыток их более научного определения — см. Части речи, Предложение.
       Пересмотр грамматической проблемы в целом, классификации грамматических дисциплин и грамматических форм — достижения преимущественно новейшей лингвистики. Эти достижения связаны прежде всего с работами философов и психологов над материалами яз. (Вундт, Дитрих, Марти, Гиннекен и др.), далее — с усилением социологической концепции яз. (реабилитация статической Г. у де Соссюра и Сэшеэ, доказательства автономности грамматического развития у Мейэ и т. д.) и наконец со сближением лингвистики с историей материальной культуры, этнологией и родственными дисциплинами (возрождение проблемы генезиса грамматических форм у В. Шмидта и Н. Я. Марра). Важнейшими моментами пересмотра грамматической проблемы являются: раскрытие механизма грамматического анализа; признание взаимной обусловленности грамматических форм как элементов единой системы; вытекающий отсюда пересмотр понятия грамматической формы (в частности, указание на тот факт, что при наличии в системе языка грамматических форм самое отсутствие звуковой модификации может быть использовано для образования грамматической формы путем соотнесения с остальными звуковыми модификациями — факт, впервые отмеченный Ф. Фортунатовым в учении об отрицательной формальной принадлежности и в настоящее время осознанный большинством лингвистов (де Соссюр, Сэпир, Вандриес)); признание необходимости новой классификации грамматических дисциплин (де Соссюр) и в особенности грамматических форм, свободной от гнета античной традиции (Сэпир, Нареен, Гиннекен); и — что особенно важно — осознание специфического характера грамматических значений, лишь частично совпадающих с логическими категориями. Благодаря более глубокому ознакомлению с формами мышления народов первобытной культуры (так наз. «дологическим мышлением») и более детальному анализу грамматических значений современная лингвистика начинает осознавать, что в грамматических формах, помимо логических значений, обычно находят выражение смысловые различия, несущественные с точки зрения логики, но зато теснейшим образом связанные с социальной оценкой соответствующих явлений и фактов, благодаря традиционному характеру лингвистического знака (см. Язык), часто отражающие глубоко архаичные формы общественного быта и психологии (Марр, В. Шмидт). Сюда относятся не только такие поздние явления, как дифференциация спряжения на формы почтительного, безразличного и пренебрежительного обращения (достаточно напомнить, что немецкий яз. прусского абсолютизма знал четыре формы второго лица: «Du», «Jhr», «Er» и «Sie»), как существование уничижительных, ласкательных и т. п. форм словообразования, но и такие архаические черты языковой структуры, как деление имен на классы или роды, ясно отражающее социальную неравноценность называемого, хотя и получающее в дальнейшем развитии языка грамматическое значение. Действительно: многие из грамматических форм, представляющиеся нам выражением чисто логических отношений, в палеонтологическом анализе раскрываются как выражение примитивного «дологического» мышления и лежащих в его основе первобытных форм общественности. Так, по мнению В. Шмидта, «богатство форм числа для личных местоимений и имен объясняется слабым развитием системы счисления, бессистемным счетом или счетом парами. Локальная экзогамия влечет за собой образование инклузивной и эксклузивной форм местоимения первого лица множественного (двойственного и тройственного) числа». По мнению акад. Марра, выделение (или точнее противоставление) единственного числа множественному, развитие притяжательных и личных местоимений отражают определенные стадии развития примитивного общества, противоставление индивида коллективу, появление собственности. И если справедливы указания Леви-Брюля на качественное, а не количественное различение времени и пространства в первобытном «дологическом» мышлении, то и, казалось бы, чисто релятивные значения падежа и времени приобретают иное содержание, подлежат истолкованию в освещении коллективной психологии, а не логики (указания на это можно найти у Марти и Гиннекена). В направлении культурно-исторического истолкования грамматических форм наиболее полной, хотя и методологически спорной, представляется попытка В. Шмидта («Die Sprachfamilien und die Sprachenkreise der Erde»), наиболее близкими к марксизму, хотя и не приведенными еще в систему, — построения акад. Марра (Опыт систематического изложения его учения — «Введение в яфетидологию» И. И. Мещанинова не достаточно освещает именно грамматическую проблему). Однако и в настоящее время пересмотр грамматической традиции в целом только еще намечается.
       Вырастая из филологического анализа труднопонятного текста на яз., пользующемся особым уважением, часто «священном» (так александрийская Г. связана с изучением Гомера, древнеиндийская — Вед, арабская — Корана, еврейская — Библии), Г., естественно, приобретает характер нормативности, поскольку только формы выражения, засвидетельствованные в соответствующих текстах, представляются допустимыми в системе лит-ого яз. Этому противопоставлению «правильного» и «неправильного» выражения сильно способствует классовый характер художественного и научного творчества соответствующих эпох, отражающего пренебрежительное или враждебное отношение господствующих классов к «грубым», «вульгарным» и «ошибочным» формам выражения широких народных масс (см. Диалектология). Устранению этого нормативного элемента из Г. способствует развитие историзма в лингвистике и освобождение ее от авторитарного оценочного подхода к явлениям языка и социальной диалектологии в частности. Однако потребность коллектива в однотипных формах выражения, в «клише» (см. Стилистика, Язык) способствует сохранению элемента нормативности в так наз. «школьной грамматике».
       Рассмотрение Г. лит-ого памятника яз. не как творческого оформления известного определенного смысла, не как конкретного и цельного высказывания, социально-исторически обусловленного и эстетически неповторимого, а как совокупности возможных форм выражения, приводит к стиранию границ между нормативной Г. и нормативной стилистикой. Одинаково возможные стилистически (т. е. одинаково засвидетельствованные в лит-ых памятниках) формы выражения одного и того же логически смысла признаются равными грамматически; отголоски этих учений, получающих особое развитие в эпоху расцвета философской Г. рационализма, можно отметить в современном «школьном» синтаксисе (учение о членах предложения, учение о сокращении придаточных предложений).
       Вместе с тем этот характерный для нормативной Г. подход к лит-ому произведению препятствует изучению индивидуальных модификаций грамматической формы как одного из компонентов художественного слова, их роли в структуре поэтического произведения как единого и цельного эстетического факта — социально-исторически обусловленного высказывания. Только XIX и XX вв. с их историзмом и психологизмом, а позднее и эстетизмом, выдвигают возможность изучения модификаций грамматических форм в их соотнесенности со структурой определенного поэтического произведения (подробнее о стилистическом значении отдельных грамматических форм см. Морфология, Синтаксис, Части речи). Характерный перегиб в сторону эстетической концепции грамматического факта — как индивидуального высказывания — с упущением его важнейшей коммуникативной функции (см. Язык) — дают труды так наз. неофилологической школы (Фосслер, Шпитцер, Лорх, Лерх, Волошинов и другие).

Библиография:

I. Ввиду невозможности дать исчерпывающую лит-ру предмета, мы ограничимся лишь указанием важнейших библиографических пособий. Обзор старых грамматических учений: Benfey, Geschichte der Sprachwissenschaft, 1869. Грамматические учения античного мира: Steinthal H., Die Sprachwissenschaft bei den Griechen und Romern. Грамматические учения древней Индии: Liebich, Zur Einfuhrung in die indische einheimische Sprachwissenschaft (Sitz. d. Heidelberg. Akad., 1919—1920) и Panini. Обзор грамматических учений XIX в.: Delbruck В., Einleitung in das Studium der indogermanischen Sprachen, 1919; Schrijnen-Fischer, Einfuhrung in das Studium der indogermanischen Sprachen, Heidelberg, 1921; Булич, Очерк истории языкознания в России (XVIII в. — 1825), СПБ., 1904; Краткий обзор важнейших грамматических направлений в русской лингвистике XIX в.: Петерсон М. Н., Очерк синтаксиса русск. яз., 1923. Библиография важнейших новых зап.-европейских работ по теории грамматики: Vendryes, Le langage, 1925. Хорошая библиография важнейших работ неофилологической школы: Проблемы литературной формы, Л., 1928; Волошинов, Марксизм и философия яз., Л., 1928. Библиография по яфетидологии: Mapp Н. Я., акад., Классифицированный перечень работ по яфетидологии, М. — Л., 1926. Грамматическая библиография ведется в «Bulletin de la societe linguistique de Paris», «Anzeiger der indogermanischen Forschungen», «Indogermanisches Jahrbuch» и др. Хороший обзор грамматической лит-ры по отдельным яз. и группам яз.: Schmidt W., Die Sprachfamilien und die Sprachenkreise der Erde, Heidelberg, 1925. См. также труды перечисленных в тексте авторов и лит-ру по статьям, на к-рые даны ссылки в тексте.
       

II. Работы по грамматикам русских поэтов: Щерба А. В., Опыт лингвистического толкования стих. «Воспоминание» Пушкина, «Русская речь», П., 1923; Виноградов В., Стиль петербургской поэмы «Двойник». Опыт лингвистического анализа «Достоевский», сб. Под редакцией Долинина, «Мысль», П., 1922; Гроссман Л., Заметки о языке Достоевского, «Семинарий по Достоевскому», Гиз, М., 1923; Виноградов В., О символике А. Ахматовой, «Лит-ая мысль», I, П., 1922; Арватов Б., Синтаксис Маяковского, «Печать и революция», 1923, I (перепеч. в сб. «Социологическая поэтика», М., 1928); Истомин В., Главнейшие особенности языка и слога произведений Лермонтова, Варшава, 1894 (из «Русск. филологич. вестн.»); Стефановский И., Язык произведений Пушкина и Лермонтова, Фил. зап., 1899, 3—4, Статьи о языке и стиле Лермонтова в V т. Акад. издания; Будде Е., Опыт грамматики языка Пушкина, Сб. отд. русск. яз. и словесности Акад. наук, LXXVII, 1904; Карский Е., О влиянии творческой деятельности Пушкина на развитие русского литературного языка, Варшава, 1899 (РФВ); Истомин Н., Главнейшие особенности языка и слога произведений Гоголя, Фонвизина и Озерова, Варшава, 1897; Мандельштам И., О характере гоголевского стиля, Главы из истории русского лит-ого яз., Гельсингфорс, 1902; Будде Е., Значение Гоголя в истории русского литературного языка, Журн. МНП, 1902, № 7; Карский Е., Значение Гоголя в истории русского языка, «Русск. филологич. вестн.», 1909, № 2.

Литературная энциклопедия. — В 11 т.; М.: издательство Коммунистической академии, Советская энциклопедия, Художественная литература. 1929—1939.

грамма́тика
1) часть языковой системы, обеспечивающая строение слова и предложения; представляет собой совокупность законов и правил (образцов), действие которых обязательно, регулярно и имеет формальное проявление. По современным представлениям, грамматику составляют морфемика, словообразование, морфология и синтаксис.
2) Лингвистическая дисциплина, изучающая эту часть языковой системы. Первоначально грамматика имела в виду описание языка в письменной форме, о чём говорит термин (gramma – по-греч. написанное). Однако в ходе развития лингвистики представления о языке усложнялись, и от грамматики отделились фонетика, лексика, оставив за ней те дисциплины, которые связаны с устройством слова и предложения. Грамматика выявляет и описывает образцы их строения. В последнее время складывается грамматика текста.
3) Жанр лингвистического описания языка. Рус. грамматики известны с 18 в. (В. Е. Адодуров, М. В. Ломоносов, А. А. Барсов). Грамматики 20 в. созданы под руководством В. В. Виноградова, Н. Ю. Шведовой.

Литература и язык. Современная иллюстрированная энциклопедия. — М.: Росмэн. 2006.

Грамматика
ГРАММАТИКА — отдел языковедения, заключающий в себе учение о формах слов и словосочетаний, хотя нужно заметить, что такое значение этого термина отнюдь не является общепризнанным. «Грамматики» отдельных языков (и при том не только практические, но и научные, следовательно и сравнительно-исторические грамматики отдельных ветвей и семейств) обыкновенно включают в себе и фонетику (учение о звуках), а некоторые теоретики (см., например, Ries, „Was ist Syntax?“ Marburg 1894) причисляют сюда и семасиологию (учение о значениях слов независимо от их формального членения). Таким образом в грамматике объединяется нередко, в сущности, все языковедение. Правда, грамматика и в таком расширенном понимании противополагается обычно словарю, но сам словарь представляется приэтом, конечно, не как отдел науки, а как собрание научного материала. С другой стороны, de-Saussure в своем посмертном труде (Cours de linguistique générale, 1916) оставляет название «грамматики» только за статическим, изучением языка, т.-е. изучением состояния того или иного языка, как системы звуков, форм, значений в одну определенную эпоху, выдвигая такое изучение на степень научного в противовес русско-немецкой школе, придающей ему лишь практическое значение. Возможность же «исторической грамматики», как таковой, de-Saussure отрицает. Деление языковедения на отделы сильно затрудняется внутренним единством самого языка. В самом деле, огромное большинство фонетических изменений обусловлено положением данного звука в слове, т.-е. связано с делением речи на слова. А «слово» есть прежде всего факт грамматический (см. «слово» и «отдельное слово»). С другой стороны, ни один звуковой факт не существует отдельно от значения его, так как даже отдельные звуки и слоги есть организованные частичные носители того значения, которым обладает та или иная сумма их. Противоположность «остановившегося» языка, как предмета «синхронического языковедения» и языка в его истории, как предмета «диахронического языковедения», тоже сильно преувеличена de-Saussur'ом (он видит тут 2 отдельных науки): ни один исторический факт не может быть понят без предварительной квалификации его в статическом разрезе (нельзя, напр., говорить об истории какого-либо звука, не установивши предварительно, что такой звук существовал в ту или иную эпоху), и обратно, многие статические факты языка, хотя и не большинство (ибо в большинстве они представляют действительно систему, самоё собой объясняющуюся), не могут быть поняты без исторического объяснения. Однако эта цельность предмета не должна препятствовать делению на отделы, поскольку возможны отдельные точки зрения на каждый языковый факт. Ведь и мироздание цельно, но это не помешало науке разбиться на отдельные «науки», которые в сущности так же беспомощны друг без друга, при истолковании каждого отдельного факта, как и отделы языковедения при истолковании фактов языка. Наиболее целесообразным представляется предложенное Фортунатовым деление на 4 отдела: фонетику, грамматику, семасиологию и лексикологию, соответственно 4-м возможным точкам зрения на каждый языковой факт: точке зрения звучания и физиологического воспроизведения звука (фонетика), точке зрения членения речи в соответствии с членением языковой мысли (грамматика), точке зрения соотношения языковых представлений с миром реальным (учение о так наз. «реальных» значениях, семасиология) и точке зрения самого объединения фактов звучания с фактами значения (учение о словах — лексикология). С другой стороны, деление это должно быть дополнено перекрестным делением (следовательно делением каждого из этих отделов) на статическую и историческую часть. О делении грамматики на морфологию и синтаксис см. «Синтаксис», об «этимологии» см. это слово.

Литературная энциклопедия: Словарь литературных терминов: В 2-х т. / Под редакцией Н. Бродского, А. Лаврецкого, Э. Лунина, В. Львова-Рогачевского, М. Розанова, В. Чешихина-Ветринского. — М.; Л.: Изд-во Л. Д. Френкель, 1925


.

Синонимы:

Смотреть что такое "Грамматика" в других словарях:

  • ГРАММАТИКА — (греч. grammatike, от grammata письмена, происш. от graphein писать). 1) собрание законов и правил употребления устного и письменного языка. 2) учебная книга, содержащая в себе грамматику известного языка. Словарь иностранных слов, вошедших в… …   Словарь иностранных слов русского языка

  • ГРАММАТИКА — [ама], грамматики, жен. (греч. grammatike). Учение о строении какого нибудь языка или группы языков (линг.). Французская грамматика. Историческая грамматика. Сравнительная грамматика славянских языков. || Учебная книга, излагающая основы… …   Толковый словарь Ушакова

  • Грамматика —     ГРАММАТИКА отдел языковедения, заключающий в себе учение о формах слов и словосочетаний, хотя нужно заметить, что такое значение этого термина отнюдь не является общепризнанным. «Грамматики» отдельных языков (и при том не только практические …   Словарь литературных терминов

  • ГРАММАТИКА — (от греч. gramma – письменный знак, черта, линия). 1. Система объективно действующих в языке правил изменения слов, образования словоформ и соединения слов в словосочетания и предложения. 2. Раздел лингвистики, содержащий учение о формах… …   Новый словарь методических терминов и понятий (теория и практика обучения языкам)

  • ГРАММАТИКА — (греческое grammatike, от gramma буква, написание), 1) строй языка, т.е. система морфологических категорий и форм, синтаксических категорий и конструкций, способов словопроизводства. Без грамматики (строевой основы языка) не могут быть созданы ни …   Современная энциклопедия

  • ГРАММАТИКА — (греч. grammatike от gramma буква, написание), 1) строй языка, т. е. система языковых форм, способов словопроизводства, синтаксических конструкций, образующих основу для языкового общения.2) Раздел языкознания, изучающий строй языка, его законы.… …   Большой Энциклопедический словарь

  • Грамматика — (греческое grammatike, от gramma буква, написание), 1) строй языка, т.е. система морфологических категорий и форм, синтаксических категорий и конструкций, способов словопроизводства. Без грамматики (строевой основы языка) не могут быть созданы ни …   Иллюстрированный энциклопедический словарь

  • ГРАММАТИКА — ГРАММАТИКА, и, жен. 1. Формальный строй языка (словообразование, морфология и синтаксис), образующий вместе с фонетикой и лексикой его целостную систему. 2. Наука об этом строе. Теория грамматики. 3. Книга, описывающая этот строй. Академическая г …   Толковый словарь Ожегова

  • грамматика — сущ., кол во синонимов: 2 • глоссономия (1) • лингвистика (73) Словарь синонимов ASIS. В.Н. Тришин. 2013 …   Словарь синонимов

  • Грамматика — воображение или описание строения известного языка вовсех (или только главнейших) его особенностях. Таким образом Г. даетлишь одну половину знания языка знакомство с принципами его строения;знание же лексического (словесного) запаса получается… …   Энциклопедия Брокгауза и Ефрона

Книги

  • Грамматика, Мелетий Смотрицкий. Эта книга будет изготовлена в соответствии с Вашим заказом по технологии Print-on-Demand. Переиздание Грамматики Мелетия Смотрицкого от 1648 года Воспроизведено в оригинальной авторской… Подробнее  Купить за 1490 руб
  • Грамматика разума, С. Н. Труфанов. Грамматика разума представляет собой новую для нашего времени науку, хотя создана она была еще в первой трети XIX века великим немецким ученым Вильгельмом Гегелем. Если в обычных… Подробнее  Купить за 362 руб
  • Грамматика любви, И. А. Бунин. Книгу "Грамматика любви" составляют рассказы. Лучшие из рассказов и повестей Ивана Бунина - непревзойденного мастера слова русской литературы первой половины XX века, превращавшего прозу в… Подробнее  Купить за 280 руб
Другие книги по запросу «Грамматика» >>


Поделиться ссылкой на выделенное

Прямая ссылка:
Нажмите правой клавишей мыши и выберите «Копировать ссылку»