ИВАНОВ это:

ИВАНОВ
ИВАНОВ
        Вячеслав Иванович (1866-1949) - поэт и драматург, религ. мыслитель серебряного века и рус. зарубежья, историк культуры (гл.обр. античной), теоретик рус. символизма. В 1884 поступил на историко-филол. ф-т Моск. ун-та, в 1886 — уезжает для продолжения образования в Германию, где изучает рим. и классич. филологию в Берлин, ун-те, занимаясь в семинаре Моммзена, под руководством к-рого писал по латыни диссертацию о системе гос. откупов в Др. Риме. Одновременно И. погружается в мир герм. мысли (Мейстер Экхарт, Гёте, Шиллер, Новалис, Шопенгауэр, Вагнер и др.), а также рус. религ. философии (Хомяков, В. Соловьев, с к-рым И. лично познакомился в 1896). В 1891 уехал в Париж, затем в Рим, где занимался греч. мистерией и, увлекшись философией Ницше, собирал материалы о культе Диониса. В 1896 И. представляет завершенную диссертацию Гиршфельду и Моммзену в Берлине и тем самым завершает образование (хотя устного экзамена на ученую степень не сдавал). Чередуя пребывание за границей (Ливорно, Лондон, путешествие в Грецию, Египет, Палестину и др.) с редкими наездами в Россию, И. по преимуществу предавался ученым занятиям (в частности, в Женеве в начале века он изучал санскрит у де Соссюра, а в 1903 в Париже в Высшей школе обществ, наук М. Ковалевского прочел курс лекций об эллинской религии Диониса). Лишь в 1898 по рекомендации Вл. Соловьева И. впервые опубликовал стихи (хотя писал их с детства).
        В 1903 вышел в свет первый стихотворный сборник И., изданный за счет автора, — “Кормчие звезды”; в 1904 опубликован сб. “Прозрачность”. Поэтич. творчество И. насыщено философско-религ. идеями, поражает эрудицией и культурным кругозором автора, высокой книжностью и демонстративной ученостью. Далеко не сразу читатели осознали, что поэтич. произведения И. и его научные изыскания, культурфилос. трактаты составляют единый текст, в к-ром искусство, философия, наука и религия сплавлены в одно синтетич. целое. Лит. творчеством и филос. идеями поэта-символиста заинтересовались “старшие” символисты — Брюсов, Мережковский. По предложению последнего И. публикует в журн. “Новый путь” (позднее “Вопросы жизни”) свои парижские чтения о дионисийстве — “Эллинская религия страдающего бога” (1904—05).
        Осенью 1905 возвращается в Россию. Петербургская квартира на Таврической улице (знаменитая “башня”) стала своеобр. литературно-артистич., религиозно— мистич. и филос. салоном, среди завсегдатаев к-рого были Гиппиус и Мережковский, Блок, А. Белый, Ф. Сологуб, Розанов, Добужинский, Сомов, Комиссаржев-ская, Мейерхольд, М.Кузмин, С.Судейкин. Атмосфера своеобр. “жизнестроительства”, культивируемого в “башне”, соединявшая артистич. импровизации и сократич. диалоги, поэтич. чтения и мистицизм (вплоть до спиритич. сеансов) не только отражала творч. искания организатора ивановских “сред”, но и стимулировала И. к обретению культурологич. синтеза в собств. творчестве.
        И. становился все более заметной фигурой в рус. символизме — и как художник, и как теоретик. Поэтич. сборники “Cor Ardens” (в 2 кн., 1911—1912), “Нежная тайна” (1913); трагедии “Тантал” (1905) и “Прометей” (1919) чередуются с философско-культурологич. книгами — “По звездам” (1909), “Борозды и межи” (1916), “Родное и вселенское” (1917), “Кризис гуманизма” (1918), “Переписка из двух углов” (1921, переписка с Гершензоном.) Во многом благодаря творчеству И. рус. символизм преодолевает лит. рамки и становится культурологич. феноменом. С 1913 И. — активный участник диспутов в “Об-ве свободной эстетики”; его занимает общение с религ. философами Е. Трубецким, Флоренским, С. Булгаковым, Бердяевым, Эрном, композитором Скрябиным (с последними двумя его связывает близкая, но скоротечная дружба, оборванная их ранней смертью). Первая мир. война усилила славянофильские и антигерм, настроения И. и впервые привела его (хотя и ненадолго) в политику. Восторженное приятие Февр. революции сменилось вскоре неприятием Октябрьской революции (из-за ее внерелиг. и вненац. характера), что отразилось в участии И. в оппозиционном сборнике “веховской” направленности “Из глубины” (Вместе с Бердяевым, С. Булгаковым, Франком, А. Изгоевьм и др.) со статьей “Наш язык” (1918). В то же время аполитизм И. позволил ему сотрудничать какое-то время с советской властью: зав. историко-театральной секцией ТЕО (театрального отдела Наркомпроса, руководимого О.Д. Каменевой), сотрудник об-ва “Охрана памятников искусства”, в 1920—24 — ординарный проф. классич. филологии в Бакин. ун-те, читал курсы по поэтике, театру, философии, творчеству Достоевского. В Баку И. защитил докт. дис. (1921), издал книгу “Дионис и прадионисийство” (1923). В 1924 благодаря ходатайству Каменевой и Луначарского И. получил разрешение выехать за границу. До конца 20-х гг. получал пенсию от советских организаций (Центр, комиссия по улучшению быта ученых, Академия художеств) и пытался публиковаться в советских изданиях, но в большинстве случаев безуспешно.
        Дальнейшая жизнь И. протекала в Италии, по преимуществу в Риме и в Павии. В 1926 г. перешел в католицизм (вост. православного обряда), что позволило ему занять должность проф. новых языков и лит-р в павийском Колледжио Борромео. Советское гражданство не раз мешало его преподават. деятельности: избрание И. проф. Флорентийского и Каир. ун-тов было отменено сторонниками фашизма. Верный своему обещанию не заниматься политикой, И. не встречался с рус. эмигрантами и не печатался в эмигрантских изданиях до 1936: лишь после смерти Горького И. отказался от советского гражданства, стал печататься в париж. журн. “Совр. записки”, в мюнхенско-цюрихском “Корона”. С 1936 и до смерти И. профессор рус. языка и лит. в Папском Вост. ин-те. Среди его заграничных публикаций — мелопея “Человек” (1915-19), авторизованные переиздания прежних культурфилос. работ (в переводе на осн. европ. языки, нередко в переработанном и доп. виде), поэтич. цикл “Римский дневник”, вошедший в посмертный сб. стихов “Свет вечерний”, 1962. Посмертно была издана и незавершенная филос. поэма в прозе “Повесть о Светомире-царевиче”, в к-рой И. развивал свои старые религиозно-филос. и культурологич. идеи.
        Культурфилософия И. многослойна и внутренне противоречива. Необъятен культурно-истор. кругозор, вбирающий в себя множество явлений мировой (прежде всего зап.-европ.) и рус. культуры, тесно соединенных и переплетающихся между собой. Гомер и Платон, Эсхил и Вергилий, Данте и Шекспир, Микеланджело и Рафаэль, Гёте и Шиллер, Кант и Шопенгауэр, Байрон и Бетховен, Вагнер и Ницше, Новалис и Бодлер — таковы лишь немногие из имен зап.-европ. классиков, вне идей и образов к-рых немыслим символизм, как его понимает И.; но столь же весомо созвездие имен отеч. классики: Пушкин и Лермонтов, Тютчев и Гоголь, Достоевский и Толстой, Хомяков и Вл. Соловьев, Блок и Скрябин... Все эти мыслители и художники в философии культуры И. значимы не сами по себе, но как строит. элементы его собств. философско-поэтич. творчества, вторично и третично интерпретируемые и переосмысленные в новом ценностно-смысловом контексте. Вагнер трактуется через оценки позднего Ницше, Ницше понимается в духе Вл. Соловьева, Соловьев осмысляется через призму идей Достоевского и Толстого, Толстой — через Сократа, Достоевский — через борьбу Люцифера и Аримана... Различные нац. и исторически удаленные друг от друга культуры причудливо сопрягаются у И. в бесконечном, в принципе незавершимом, взаимно обогащающем диалоге: Гёте связует античность с символизмом 20 в., Байрон выступает как событие рус. духа, Достоевский — как рус. Шекспир или Данте. Разнородные культурные силы у И. обнаруживают свое тяготение к “реинте грации”, внутр. воссоединению и синтезу: Руссо дополняется Вагнером и Ницше, Ницше — Ибсеном и Фейербахом, Вагнер — Бетховеном и Эсхилом, Толстой и Достоевский — Вл. Соловьевым.
        И. стремится и сам — своим поэтич. творчеством и свободно развивающейся философско-религ. Мыслью — интегрировать и синтезировать разные, порой взаимоисключающие явления, обретающие в его интерпретации взаимодополнительность: ницшеанского сверхчеловека и хомяковскую соборность, гётевскую морфологию растений и соловьевскую Вечную Женственность, идеализм и реализм, западничество и славянофильство, искусство и религию, католицизм и православие, Христа и Диониса. Культурология И. предстает то как эклектич. хаос гетерогенных элементов, то как свободная творч. импровизация поэта-мыслителя и мыслителя-поэта на заданные филос. темы-символы, почерпнутые из мировой культуры. В то же время понимание культуры И. “держится” на устойчивых константах: эллинство как фундамент всемирной и рус. культуры; аполлоновское и дионисийское начала культуры, в противоборстве к-рых непрерывно рождается новое; теургия как жизнетворчество и механизм пересоздания мира средствами культуры (в единстве науки, искусства и религии); преодоление индивидуализма в приобщении личности к “хоровому”, соборному началу “народа-художника” и в нескончаемом диалоге Я с божественно непостижимым Ты, трансцендентным смысловым центром мирового бытия; диалектика эпического и трагедийного, “родного и вселенского” в культурном творчестве личности и в самом строении мира.
        И. онтологизирует культуру, тяготея к своеобр. “пан культуризму”, вообще характерному для “рус. культурного ренессанса”. Личная биография художника-мыслителя и революция, мировая война и крушение морали, кризис гуманизма и подмена мыслящего коллективизма безликим Легионом — все это, по И., взаимосвязанные стороны единой и целостной “органич. культуры”; составляющие вселенского культурно-истор. процесса; ценностно-смысловые компоненты мирового бытия. Однако ценностно-смысловое, культурное единство мира, в понимании И., не гармонично и благостно: оно изначально трагедийно; в нем созидание сопровождается разрушением, творч. обретения — невосполнимыми утратами, разум — безумием, Космос — Хаосом, панантропизм — трансгуманизмом. И. представляет строение мира как коллизию столкновения и пересечения несовместимых тенденций и ориентаций — своего рода “вертикали” и “горизонтали”: культурного роста и духовного возвышения, мистич. лестницы, соединяющей человека с Богом, и “всечеловечества”, коллективного единения индивидуальностей в оргиастич. дионисийском экстазе, всенародном художественно-религ. действе. Точка пересечения “вертикали” и “горизонтали”—чудо, мистич. тайна, роковая удача и в то же время — цель и смысл человеч. истории и культурного творчества.
        Так же мыслится И. философия истории. В рус. революции И. — на примере Скрябина — предвидит теургич. акт мистериального прорыва в запредельное царство свободы духа, добра, “всеобщего братства и трудового товарищества”, но одновременно — “пэан неистовства и разрушения”, “мутный взор безвидного хаоса”; воплощение “обществ, сплоченности” под знаком одухотворенной созидат. соборности и превращение обезличенного человечества в Сверхзверя, “апофеозу организации”; порог религ. “инобытия” России, рус. духа и демонич. наваждение, “ужасающее разнуздание” сил зла, мировая катастрофа. Приятие мировой воли в любых ее воплощениях и проявлениях — высшая мудрость соучастника “пира богов”, к к-рой стремится И. своей культурфилософией.

Соч.: Собр. соч.: В 4 т. Брюссель, 1971-1987; Стихотворения и поэмы. Л., 1978; Родное и вселенское. М., 1994; Дионис и прадионисийство. СПб., 1994; Лик и личины России: Эстетика и лит. теория. М., 1995.

Лит.: Бахтин М.М. Из лекций по истории рус. литературы. Вячеслав Иванов // Бахтин М.М. Эстетика словесного творчества. М., 1979; Аверинцев С.С. Поэзия Вячеслава Иванова // ВЛ. 1975, № 8; Он же. Системность символов в поэзии Вячеслава Иванова// Контекст. 1989. М., 1989; Богданов В.А. Самокритика символизма (из истории проблемы соотношения идеи и образа) // Контекст-1984. М., 1986; Стахорский С.В. Вячеслав Иванов и русская театральная культура начала XX века. М., 1991; Иванова Л.В. Воспоминания: Книга об отце. М., 1992; Бердяев Н.А. Очарование отраженных культур: О Вяч. Иванове // Бердяев Н. Философия творчества, культуры и искусства. Т. 2. М., 1994; Альтман М.С. Разговоры с Вячеславом Ивановым. СПб., 1995.

И. В. Кондаков

Культурология. XX век. Энциклопедия. 1998.

Иванов
Вячеслав Иванович Ивáнов (1866-1949)
поэт и драматург, религ. мыслитель серебряного века и рус. зарубежья, историк культуры (гл.обр. античной), теоретик рус. символизма. В 1884 поступил на историко-филол. ф-т Моск. ун-та, в 1886 — уезжает для продолжения образования в Германию, где изучает рим. и классич. филологию в Берлин. ун-те, занимаясь в семинаре Моммзена, под руководством к-рого писал по латыни диссертацию о системе гос. откупов в Др. Риме. Одновременно И. погружается в мир герм. мысли (Мейстер Экхарт, Гёте, Шиллер, Новалис, Шопенгауэр, Вагнер и др.), а также рус. религ. философии (Хомяков, В. Соловьев, с к-рым И. лично познакомился в 1896). В 1891 уехал в Париж, затем в Рим, где занимался греч. мистерией и, увлекшись философией Ницше, собирал материалы о культе Диониса. В 1896 И. представляет завершенную диссертацию Гиршфельду и Моммзену в Берлине и тем самым завершает образование (хотя устного экзамена на ученую степень не сдавал). Чередуя пребывание за границей (Ливорно, Лондон, путешествие в Грецию, Египет, Палестину и др.) с редкими наездами в Россию, И. по преимуществу предавался ученым занятиям (в частности, в Женеве в начале века он изучал санскрит у де Соссюра, а в 1903 в Париже в Высшей школе обществ. наук М. Ковалевского прочел курс лекций об эллинской религии Диониса). Лишь в 1898 по рекомендации Вл. Соловьева И. впервые опубликовал стихи (хотя писал их с детства).
В 1903 вышел в свет первый стихотворный сборник И., изданный за счет автора, — “Кормчие звезды”; в 1904 опубликован сб. “Прозрачность”. Поэтич. творчество И. насыщено философско-религ. идеями, поражает эрудицией и культурным кругозором автора, высокой книжностью и демонстративной ученостью. Далеко не сразу читатели осознали, что поэтич. произведения И. и его научные изыскания, культурфилос. трактаты составляют единый текст, в к-ром искусство, философия, наука и религия сплавлены в одно синтетич. целое. Лит. творчеством и филос. идеями поэта-символиста заинтересовались “старшие” символисты — Брюсов, Мережковский. По предложению последнего И. публикует в журн. “Новый путь” (позднее “Вопросы жизни”) свои парижские чтения о дионисийстве — “Эллинская религия страдающего бога” (1904—05).
Осенью 1905 возвращается в Россию. Петербургская квартира на Таврической улице (знаменитая “башня”) стала своеобр. литературно-артистич., религиозно-мистич. и филос. салоном, среди завсегдатаев к-рого были Гиппиус и Мережковский, Блок, А. Белый, Ф. Сологуб, Розанов, Добужинский, Сомов, Комиссаржевская, Мейерхольд, М. Кузмин, С. Судейкин. Атмосфера своеобр. “жизнестроительства”, культивируемого в “башне”, соединявшая артистич. импровизации и сократич. диалоги, поэтич. чтения и мистицизм (вплоть до спиритич. сеансов) не только отражала творч. искания организатора ивановских “сред”, но и стимулировала И. к обретению культурологич. синтеза в собств. творчестве.
И. становился все более заметной фигурой в рус. символизме — и как художник, и как теоретик. Поэтич. сборники “Cor Ardens” (в 2 кн., 1911—1912), “Нежная тайна” (1913); трагедии “Тантал” (1905) и “Прометей” (1919) чередуются с философско-культурологич. книгами — “По звездам” (1909), “Борозды и межи” (1916), “Родное и вселенское” (1917), “Кризис гуманизма” (1918), “Переписка из двух углов” (1921, переписка с Гершензоном.) Во многом благодаря творчеству И. рус. символизм преодолевает лит. рамки и становится культурологич. феноменом. С 1913 И. — активный участник диспутов в “Об-ве свободной эстетики”; его занимает общение с религ. философами Е. Трубецким (см. Трубецкой, Евгений), Флоренским (см. Флоренский), С. Булгаковым, Бердяевым, Эрном, композитором Скрябиным (с последними двумя его связывает близкая, но скоротечная дружба, оборванная их ранней смертью). Первая мир. война усилила славянофильские и антигерм. настроения И. и впервые привела его (хотя и ненадолго) в политику. Восторженное приятие Февр. революции сменилось вскоре неприятием Октябрьской революции (из-за ее внерелиг. и вненац. характера), что отразилось в участии И. в оппозиционном сборнике “веховской” направленности “Из глубины” (вместе с Бердяевым, С. Булгаковым, Франком, А. Изгоевым и др.) со статьей “Наш язык” (1918). В то же время аполитизм И. позволил ему сотрудничать какое-то время с советской властью: зав. историко-театральной секцией ТЕО (театрального отдела Наркомпроса, руководимого О.Д. Каменевой), сотрудник об-ва “Охрана памятников искусства”, в 1920—24 — ординарный проф. классич. филологии в Бакин. ун-те, читал курсы по поэтике, театру, философии, творчеству Достоевского. В Баку И. защитил докт. дис. (1921), издал книгу “Дионис и прадионисийство” (1923). В 1924 благодаря ходатайству Каменевой и Луначарского И. получил разрешение выехать за границу. До конца 20-х гг. получал пенсию от советских организаций (Центр. комиссия по улучшению быта ученых, Академия художеств) и пытался публиковаться в советских изданиях, но в большинстве случаев безуспешно.
Дальнейшая жизнь И. протекала в Италии, по преимуществу в Риме и в Павии. В 1926 г. перешел в католицизм (вост. православного обряда), что позволило ему занять должность проф. новых языков и лит-р в павийском Колледжио Борромео. Советское гражданство не раз мешало его преподават. деятельности: избрание И. проф. Флорентийского и Каир. ун-тов было отменено сторонниками фашизма. Верный своему обещанию не заниматься политикой, И. не встречался с рус. эмигрантами и не печатался в эмигрантских изданиях до 1936: лишь после смерти Горького И. отказался от советского гражданства, стал печататься в париж. журн. “Совр. записки”, в мюнхенско-цюрихском “Корона”. С 1936 и до смерти И. профессор рус. языка и лит. в Папском Вост. ин-те. Среди его заграничных публикаций — мелопея “Человек” (1915-19), авторизованные переиздания прежних культурфилос. работ (в переводе на осн. европ. языки, нередко в переработанном и доп. виде), поэтич. цикл “Римский дневник”, вошедший в посмертный сб. стихов “Свет вечерний”, 1962. Посмертно была издана и незавершенная филос. поэма в прозе “Повесть о Светомире-царевиче”, в к-рой И. развивал свои старые религиозно-филос. и культурологич. идеи.
Культурфилософия И. многослойна и внутренне противоречива. Необъятен культурно-истор. кругозор, вбирающий в себя множество явлений мировой (прежде всего зап.-европ.) и рус. культуры, тесно соединенных и переплетающихся между собой. Гомер и Платон, Эсхил и Вергилий, Данте и Шекспир, Микеланджело и Рафаэль, Гёте и Шиллер, Кант и Шопенгауэр, Байрон и Бетховен, Вагнер и Ницше, Новалис и Бодлер — таковы лишь немногие из имен зап.-европ. классиков, вне идей и образов к-рых немыслим символизм, как его понимает И.; но столь же весомо созвездие имен отеч. классики: Пушкин и Лермонтов, Тютчев и Гоголь, Достоевский и Толстой, Хомяков и Вл. Соловьев, Блок и Скрябин... Все эти мыслители и художники в философии культуры И. значимы не сами по себе, но как строит. элементы его собств. философско-поэтич. творчества, вторично и третично интерпретируемые и переосмысленные в новом ценностно-смысловом контексте. Вагнер трактуется через оценки позднего Ницше, Ницше понимается в духе Вл. Соловьева, Соловьев осмысляется через призму идей Достоевского и Толстого, Толстой — через Сократа, Достоевский — через борьбу Люцифера и Аримана... Различные нац. и исторически удаленные друг от друга культуры причудливо сопрягаются у И. в бесконечном, в принципе незавершимом, взаимно обогащающем диалоге: Гёте связует античность с символизмом 20 в., Байрон выступает как событие рус. духа, Достоевский — как рус. Шекспир или Данте. Разнородные культурные силы у И. обнаруживают свое тяготение к “реинтеграции”, внутр. воссоединению и синтезу: Руссо дополняется Вагнером и Ницше, Ницше — Ибсеном и Фейербахом, Вагнер — Бетховеном и Эсхилом, Толстой и Достоевский — Вл. Соловьевым.
И. стремится и сам — своим поэтич. творчеством и свободно развивающейся философско-религ. мыслью — интегрировать и синтезировать разные, порой взаимоисключающие явления, обретающие в его интерпретации взаимодополнительность: ницшеанского сверхчеловека и хомяковскую соборность, гётевскую морфологию растений и соловьевскую Вечную Женственность, идеализм и реализм, западничество и славянофильство, искусство и религию, католицизм и православие, Христа и Диониса. Культурология И. предстает то как эклектич. хаос гетерогенных элементов, то как свободная творч. импровизация поэта-мыслителя и мыслителя-поэта на заданные филос. темы-символы, почерпнутые из мировой культуры. В то же время понимание культуры И. “держится” на устойчивых константах: эллинство как фундамент всемирной и рус. культуры; аполлоновское и дионисийское начала культуры (см. Аполлоническое и Дионисийское), в противоборстве к-рых непрерывно рождается новое; теургия как жизнетворчество и механизм пересоздания мира средствами культуры (в единстве науки, искусства и религии); преодоление индивидуализма в приобщении личности к “хоровому”, соборному началу “народа-художника” и в нескончаемом диалоге Я с божественно непостижимым Ты, трансцендентным смысловым центром мирового бытия; диалектика эпического и трагедийного, “родного и вселенского” в культурном творчестве личности и в самом строении мира.
И. онтологизирует культуру, тяготея к своеобр. “панкультуризму”, вообще характерному для “рус. культурного ренессанса”. Личная биография художника-мыслителя и революция, мировая война и крушение морали, кризис гуманизма и подмена мыслящего коллективизма безликим Легионом — все это, по И., взаимосвязанные стороны единой и целостной “органич. культуры”; составляющие вселенского культурно-истор. процесса; ценностно-смысловые компоненты мирового бытия. Однако ценностно-смысловое, культурное единство мира, в понимании И., не гармонично и благостно: оно изначально трагедийно; в нем созидание сопровождается разрушением, творч. обретения — невосполнимыми утратами, разум — безумием, Космос — Хаосом, панантропизм — трансгуманизмом. И. представляет строение мира как коллизию столкновения и пересечения несовместимых тенденций и ориентаций — своего рода “вертикали” и “горизонтали” (см. Вертикаль и горизонталь): культурного роста и духовного возвышения, мистич. лестницы, соединяющей человека с Богом, и “всечеловечества”, коллективного единения индивидуальностей в оргиастич. дионисийском экстазе, всенародном художественно-религ. действе. Точка пересечения “вертикали” и “горизонтали”—чудо, мистич. тайна, роковая удача и в то же время — цель и смысл человеч. истории и культурного творчества.
Так же мыслится И. философия истории. В рус. революции И. — на примере Скрябина — предвидит теургич. акт мистериального прорыва в запредельное царство свободы духа, добра, “всеобщего братства и трудового товарищества”, но одновременно — “пэан неистовства и разрушения”, “мутный взор безвидного хаоса”; воплощение “обществ. сплоченности” под знаком одухотворенной созидат. соборности и превращение обезличенного человечества в Сверхзверя, “апофеозу организации”; порог религ. “инобытия” России, рус. духа и демонич. наваждение, “ужасающее разнуздание” сил зла, мировую катастрофу. Приятие мировой воли в любых ее воплощениях и проявлениях — высшая мудрость соучастника “пира богов”, к к-рой стремится И. своей культурфилософией.
Соч.: Собр. соч.: В 4 т. Брюссель, 1971-1987; Стихотворения и поэмы. Л., 1978; Родное и вселенское. М., 1994; Дионис и прадионисийство. СПб., 1994; Лик и личины России: Эстетика и лит. теория. М., 1995.
Лит.: Бахтин М.М. Из лекций по истории рус. литературы. Вячеслав Иванов // Бахтин М.М. Эстетика словесного творчества. М., 1979; Аверинцев С.С. Поэзия Вячеслава Иванова // ВЛ. 1975, № 8; Он же. Системность символов в поэзии Вячеслава Иванова// Контекст. 1989. М., 1989; Богданов В.А. Самокритика символизма (из истории проблемы соотношения идеи и образа) // Контекст-1984. М., 1986; Стахорский С.В. Вячеслав Иванов и русская театральная культура начала XX века. М., 1991; Иванова Л.В. Воспоминания: Книга об отце. М., 1992; Бердяев Н.А. Очарование отраженных культур: О Вяч. Иванове // Бердяев Н. Философия творчества, культуры и искусства. Т. 2. М., 1994; Альтман М.С. Разговоры с Вячеславом Ивановым. СПб., 1995.
И. В. Кондаков.
Культурология ХХ век. Энциклопедия. М.1996

Большой толковый словарь по культурологии.. . 2003.


.

Смотреть что такое "ИВАНОВ" в других словарях:

  • Иванов — 1. ИВАНОВ Анатолий Степанович (1928, с. Шемониха Восточно Казахстанской обл. – 1999, Москва), русский прозаик. А. С. Иванов   В 1946 50 гг. учился на ф те журналистики Казахского государственного ун та. Начал печататься с 1948 г. После окончания… …   Литературная энциклопедия

  • ИВАНОВ — герой драмы А.П.Чехова «Иванов» (1889, первонач. ред. 1887 1888). Образ И. вызвал рекордное число толкований в русской театральной критике. В нем заключен некий чеховский «секрет», провоцирующий исследователей искать все новые объяснения личности …   Литературные герои

  • Иванов — Н. И. (1851 1919) генерал от артиллерии. Во время русско японской войны командовал корпусом, затем Киевским военным округом. Во время первой мировой войны, в 1914 1916 гг. командующий войсками Юго Западного фронта. Пользовался особой симпатией… …   1000 биографий

  • ИВАНОВ — ИВАНОВ, Владимир Владимирович (род. в 1873 г.), профессор, известный рус. сифилидолог и дерматолог. Окончил в 1897 году Военно мед. академию; в 1900 году защитил диссертацию: «К учению о гистологическом строении сифилидовкожи»(СПБ,… …   Большая медицинская энциклопедия

  • ИВАНОВ — Всеволод Вячеславович (1895 1963), русский писатель. В повести Бронепоезд 14 69 (1922, одноименная пьеса, 1927) изображение народа, отстаивающего завоевания революции. Автобиографический роман Похождения факира (1934 35; 2 я редакция 1960).… …   Современная энциклопедия

  • ИВАНОВ — Георгий Владимирович (1894 1958), русский поэт. В 1910 е гг. был близок к акмеизму. В ранних стихах (сборники Отплытие на остров Цитеру , 1912, Сады , 1921, Лампада , 1922) мотивы усталости, разочарования и др. В 1922 эмигрировал. Зрелая поэзия… …   Современная энциклопедия

  • ИВАНОВ — Константин Константинович (1907 84), дирижер. В 1946 65 главный дирижер государственного симфонического оркестра СССР. В концертном репертуаре выделялись симфонические произведения русских композиторов. Дирижировал почти исключительно наизусть.… …   Современная энциклопедия

  • ИВАНОВ — Михаил Федорович (1871 1935), один из основателей зоотехнического опытного дела в России. Разработал научно обоснованную методику выведения новых и совершенствования имеющихся пород овец и свиней. Автор асканийской породы овец и украинской… …   Современная энциклопедия

  • Иванов — Иванов, Вячеслав современный поэт и философ. Первый сборник его стихов вышел в 1903 г. под названием Кормчие звезды , за ним последовали Прозрачность , Эрос , Cor ardens . Сборник теоретических статей По звездам дает обоснование символизма. Его… …   1000 биографий

  • Иванов — Иванов, Игнатий (1859 1886) сын офицера, студент Киевского университета. Активный деятель киевского революционно террористического кружка. В феврале 1880 г. был арестован и в июле того же года приговорен киевским военно окружным судом к смертной… …   1000 биографий



Поделиться ссылкой на выделенное

Прямая ссылка:
Нажмите правой клавишей мыши и выберите «Копировать ссылку»